Wonder-land 4: Можем повторить!

      Обшарить замок быстро невозможно. Но можно пробежаться по ключевым его точкам, присмотреться, оценить обстановку. Этим Доктор и занялся. Он пробежался по жилому этажу, прислушиваясь к самым незначительным звукам. Всё было тихо. Похоже, Урфин не допускал до жизни во дворце марранов.       Тем лучше.       Дальше маршрут Доктора пролегал в крыло прислуги. Там всегда жили горничные, повара, коридорные… Но сейчас там было тихо и пусто. Либо Урфин всех разогнал, либо у него работать никто не горит желанием.       Таймлорд крался к кухне, надеясь увидеть там заочного знакомца. И действительно, толстяк Балуоль рабочего места не покинул. Правда, это скорее всего было из-за того, что в дверях стоял марран с дубинкой.       А ведь повар — это ниточка, ведущая к Джюсу. И Айлита — вторая ниточка, которая поможет завязать узелок. Но он подумает об этом позже.       Поглядев на повара ещё раз, Доктор аккуратно вышел из крыла прислуги и спустился на самый первый этаж, где располагались склады, кладовые и прочие нежилые, но необходимые во дворце пространства. Доктор раньше тут не бывал, но примерно представлял, где может быть спуск в подвалы…       — Это не может так больше продолжаться, — рассуждал чуть дребезжащий старческий голос.       — У нас нет ничего, кроме подозрений, — возразил ему кто-то.       — У нас есть факты, — отрезал первый голос. Аккуратно подкравшись к источнику звука, Доктор узрел пару марранов и первосвященника Краага собственной персоной. — Кровь как у человека, сон как у человека, голод как у человека и страх как у человека. Он — не бог, а человек!       — Это ещё ничего не значит, — ответил один из марранов. — Мы все видели деревянного человека. Он ходит, как человек, говорит, как человек, но он не становится от этого человеком.       — Что ж, — Крааг достал из кармана потёртого уже камзола мятый коробок спичек, явно украденный с кухни. — Смотрите.       Он аккуратно достал спичку, провёл ею по коричневому боку коробки — и на палочке заплясало пламя.       — Делает ли это меня богом? Это умеют почти все люди в этой стране, я проверял, — весомо проговорил Крааг. — Делает ли это их всех богами?       Марраны молчали. Крааг задул спичку и бросил её на пол.       — Подумайте над моими словами, — попросил он, пряча спички и уходя.       Доктор отскочил в сторону, вжался в стену, чтобы Крааг спокойно прошёл мимо, и проследил, как уходят в другую сторону двое марранов.       Оппозиция тоже бывает полезна, но с ней разберёмся потом. Скорее всего, его друзья где-то внизу, в одном из складов возле ледника. Нужно скорее выяснить их местоположение и выстроить план побега.       С этой мыслью Доктор шагнул во мрак уходящей вниз лестницы. Он ступал осторожно, почти беззвучно, потому хорошо расслышал, как переговариваются между собой стражники-марраны, судя по голосам — те самые, с которыми разговаривал Крааг. Охранять тыквы Джюс не будет, а значит, именно там, внизу, находятся Гудвин и остальные…       Ну, а теперь можно и в городе осмотреться.       Доктор подобрал концы шарфа и быстро пошагал к выходу из дворца.       … Во мраке ночи он шёл на условленное с Кагги-Карр место. Весь день Доктор бродил по городу и убедился: охраняется он приемлемо для Урфина, но за внешней цепью охраны, внутри самого города, царит сущая анархия. Марраны слоняются где ни попадя, дерутся, пересказывают друг другу какие-то ужасы, якобы увиденные ими на дежурстве, спят на лавочках в скверах или прямо на тротуаре. Взять такую твердыню с пятью десятками дуболомов — почти как отобрать конфетку у ребёнка. Ну, может, посложнее, например, как отобрать ЮНИТ у Бригадира. Хотя нет, это уже невыполнимо…       Таймлорд добрался до входа в придворцовый парк и прислушался. У входа во дворец о чём-то болтали марраны-стражники, ещё одна пара дежурных вышагивала позади, по главной площади города. Хорошо, что они пока что его не видят. Но его также может не увидеть Кагги-Карр, а это плохо.       Доктор крадучись подошёл к раскидистому кусту сирени, обошёл его, ступил на лужайку и коснулся рубина в тиаре. Теперь ворона увидит его, а вот марраны — нет. Большой плюс, что стража всегда стоит в пятне света, а шпионы и диверсанты действуют во тьме… Так, беседка вот там, за прудом и зарослями шиповника. Вперёд, хоть и без песни…       Доктор перебежками двигался в сторону своей цели. Он преодолел главную аллею, живую изгородь и клумбу с петуниями. А потом сверху раздался вопль.       Таймлорд не думал. В три прыжка он достиг шиповника и нырнул в хитросплетение ветвей. Забился в самый центр зарослей, перевёл дух ненадолго и прислушался. Кажется, во дворце началось движение. Что ж, темней всего под пламенем свечи. Когда стражники пробегут мимо, можно будет вылезать и красться во дворец.       Кагги-Карр, прилетевшая на условленное место заранее, с началом суматохи предпочла убраться на самую высокую крышу замка. Оттуда она следила за тем, как марраны обшаривают каждый куст и каждый камень на аллеях, и боялась даже представить, что стражники сделают с Доктором, если его найдут.       Но Доктор не находился, как бы марраны ни старались. Более того, когда они начали покидать парк и их гомон начал стихать, Кагги-Карр услышала лёгкое насвистывание оттуда, где меньше всего ожидала бы найти Доктора — с соседней крыши.       Таймлорд лежал там, упираясь ногами в водосток, и одной рукой держась за трубу воздуховода. Лежал и насвистывал «Светит звёздочка с небес», мысленно делая пометки об отличиях звёздного неба над Волшебной Страной от предполагаемых звёздных карт.       Ворона негромко каркнула и перелетела на нужную крышу.       — Вот мы и встр-ретились, — проговорила она, устраиваясь на трубе. — Как прошла р-разведка?       — Пленники в подвале. Вывести их незаметно мы не можем. Но у меня есть один план, — Доктор взглянул на ворону и улыбнулся: — Сделаем всё заметно, эффектно и с танцами. Слушай внимательно, нам нужно будет действовать очень и очень слаженно, как единому организму, причём даже на расстоянии. Отправь кого-нибудь из быстрых птиц в Фиолетовую Страну, я не могу ждать полуденного сеанса связи. Предлагаю блицкриг.

***

      — Никогда не думал, что захочу себе флейту, как у Доктора, — Гудвин задумчиво ковырял каменную стену пальцем. — Я, по крайней мере, мог бы сыграть «Падает, падает Лондонский мост» или что-нибудь такое.       — Боюсь, мы не можем надеяться даже на чистую тряпку, — отозвался Страшила, бросая косой взгляд на лежащий на полу зелёный платок. Вчера он с достоинством проиграл бой с грязью на шарнирах Железного Мастера и теперь ушёл на вечный покой. — Не говоря уже о большем.       — Мы могли бы попытаться прорваться, — Дин Гиор дёрнул себя за бороду. — Если бы только…       — Если бы только не я, — закончил за историка Керни. — Вы можете прорваться без меня.       — Джюс тебя убьёт, — вставил Фарамант, обхватывая свои колени и вздыхая: — Хватит нам смерти Доктора.       — Да не умер он! — фыркнул Гудвин. — Вы же его знаете — его не так просто убить.       — Если бы он был жив, он бы уже подал нам знак, — Страшила покачал головой. — Однако за целых три дня мы ничего не получили.       Он был прав. И все это понимали. Высказанная Страшилой правда рассеяла слабые тени надежды.       Но так случилось, что безнадёга — вещь нестабильная и имеет короткий период полураспада. Не прошло и двух минут, как в дверь постучали, загрохотал снаружи крепкий запор, и дверь с лёгким скрипом распахнулась. Обычно так приносили еду, и пленники знатно удивились, когда к ним вошёл степенной походкой сам первосвященник Крааг.       — Закройте дверь и отойдите к лестнице, — приказал он мигунам-стражникам. Те послушно заперли дверь и, судя по топоту, действительно отошли на приличное расстояние.       — Чего пожаловал? — процедил с пола Фарамант.       — Прошу вас сохранять спокойствие и тишину, — проговорил марран. Он сам выглядел немного ошарашенным, правда, причина этого его состояния была покрыта тайной. — Нельзя, чтобы кто-то услышал ваши восторги.       — Восторги? По поводу твоего-то визита? — насмешливо уточнил Дин Гиор. Ох и рисковал сейчас старикашка — он один, а их, если не считать увечного Страшилы и парализованного Дровосека — целых трое…       — Вообще-то, — раздался глубокий баритон, и перед Краагом, посреди камеры, возник Доктор в серебряной тиаре: — Я думал, вы будете мне рады.       — Ах ты… — Гудвин спохватился и понизил голос до шёпота: — …кудрявый лис!       — Вы сейчас нас так напугали, — Фарамант шумно выдохнул.       — Так вот почему нужно соблюдать тишину, — прошипел Страшила.       — Именно! Наш любезный Крааг мне очень помог, и будет очень грустно, если из-за нашего шума Джюс ему всыпет. Итак, давайте сядем в кружок и пошепчемся, как земные девчонки. Сара рассказывала, это называется «девичник».       — И он тоже? — Гиор кивнул на Краага.       — Он — в обязательном порядке, — ответил таймлорд. — Крааг — едва ли не ключевая фигура плана по спасению страны.       — Вот это — разговор, — дровосек кое-как перевернулся на носилках так, чтобы видеть старого друга. — Когда начинаем действовать?       — Когда план станет вам ясен и когда вы все будете в боеспособном состоянии, — Доктор сунул руку в карман пальто и извлёк оттуда глиняную бутылку. — Касторовое масло. Утащил в лавке травницы на главной площади, надеюсь, оно подойдёт для железа. Итак, начнём, господа присяжные заседатели.

***

      Быстрая сойка принесла вести рано утром. Но утро в стране Мигунов начиналось нынче с рассветом — слишком многое нужно было успеть сделать за световой день.       Вестница застала Сару за утренним умыванием и, согласно инструкции от Кагги-Карр передала ей часть плана Доктора. Через пять минут девушка уже бежала к Лестару, чтобы рассказать ему о том, что придумал Доктор.       — Он отправляет марранов сюда! — воскликнула Смит, врываясь в занимаемую Лестаром комнатку во дворце совета.       Лестар, только чудом не порезавшийся при бритье, отложил бритву и повернулся к Саре с коротким вопросом:       — Джюс?       — Хуже. Доктор, — ответила она. — Только что прилетела сойка… В общем, у него есть план.       — О, замечательно, — фыркнул мастер. — А он не планирует придти и помочь?       — Если всё пойдёт, как он описал — помощь не понадобится, — девушка вздохнула: — Я пыталась обдумать всё сама, пока бежала сюда, но у меня не получается.       — Расскажи, что ты узнала, — попросил Лестар. — Вместе разберёмся, что теперь делать с этими неожиданными марранами.       По словам Смит, через два дня армия марранов выйдет из Изумрудного Города и на вторые сутки похода будет у стен столицы. И в этот день обязательно должен пройти финал спортивного матча. Он должен пройти на глазах армии и в нём обязательно должны быть смешанные команды.       — Он спятил, — выдохнул Лестар. — Прости, Сара, но Доктор свихнулся. И не переубеждай меня.       — Мне тоже не кажутся его просьбы… Обоснованными, — отозвалась девушка осторожно. — Но он же зачем-то просит это.       — А ещё, дорогая Фея, — проговорил голос с подоконника, на котором секундой позже появилась госпожа Рамина: — Он просит вас двоих включить волшебный ящик.       … Таймлорд не ожидал, что его просьбы примут без вопросов. И на всякий случай вызвал Рамину и попросил её передать Саре, чтобы она вышла с ним на связь. Сидя на крыше, которую он облюбовал ночью, таймлорд смотрел в сторону Фиолетовой Страны и ждал возвращения королевы мышей. Та появилась спустя две минуты после своего исчезновения и кивнула:       — Я исполнила вашу маленькую просьбу. Что же дальше?       — Дальше, госпожа Рамина, немного магии, — улыбнулся Доктор. — Сара, Лестар, надеюсь, вы оба смотрите и слушаете очень внимательно. Мне жизненно важно, чтобы марраны увидели товарищеский матч по чему-нибудь спортивному и зрелищному. Например, крикету. Когда они увидят мигунов и марранов вместе, трон под Урфином рухнет с грохотом. Я всё рассчитал, а здесь уже идёт подготовка к этому краху. Через три дня, к исходу четвёртого, армия придёт к городу. В это время необходим финальный матч. Марраны заядлые болельщики, любят соревнования — они забудут о войне и будут поддерживать своих друзей в той или иной команде. А увидев мигунов бок о бок с соплеменниками, у них возникнут большие вопросы к Джюсу.       «Звучит разумно…» — прокомментировал доводы Лестар у телевизора.       — Не беспокойтесь об остальном, — попросил Доктор. — И обо мне тоже. Всё будет хорошо. Я обещаю.

***

      — Что ж, — Сара отвела взгляд от экрана и поглядела на Лестара: — Площадки уже готовы, мы действительно можем начать товарищеские матчи. До указанного дня мы вполне успеем устроить чемпионат по волейболу.       — Это где пинают надутый курдюк? — уточнил мастер.       — Это где его отбивают руками, не давая касаться земли, — поправила девушка Лестара. — Приходите сегодня на матч, мастер Лестар.       — Приду, — кивнул мужчина. — Лишь бы всё действительно обошлось…       Первый в истории Волшебной Страны матч по волейболу встречали с восторгом и лёгким недоумением. Сара лично судила матч — лишь потому, что остальные знали правила ещё хуже неё самой. Все желающие обоих народов путём жеребьёвки были разбиты на команды и начали соревнования. Витт ассистировал Саре, записывая число забитых каждой стороной мячей и заполняя турнирную таблицу. За один день прошло сразу три матча одной восьмой финала, а четвёртый доигрывали уже в сумерках, при свете ламп, факелов и фонарей. Марраны оказались, действительно, невероятно азартными — и мигуны, как оказалось, не уступали им в этом. На трибунах страсти были ничуть не меньше, чем на поле. Болельщики придумали кричалки в поддержку своих команд, а если какая-то команда выходила из битвы за первое место и почётное звание «Мастеров мяча и сетки», немедленно примыкали к клану болельщиков другой команды. Да и проигравшие игроки не покидали поле спортивной битвы, мгновенно занимая места на трибунах и разучивая кричалки.       Когда же марраны расходились после четвёртого подряд матча, зевая и обсуждая прошедший день, к охрипшей Саре подошёл Нартин:       — Признаться, госпожа Фея, идея сработала лучше всех возможных. У марранов только и разговоров, что о матче. Да и у мигунов тоже. Пожалуй, этот спорт поможет нашим народам по-настоящему сблизиться.       — Отлично, — проскрипела Сара. — После такого сближения никакой Джюс уже раскол не посеет.       — Завтра зайдите в мастерскую на улице Сталеваров, — попросил мужчина. — Я думаю, голосоводная воронка вам завтра пригодится. А сегодня выпейте тёплого молока и отдыхайте.       — Спасибо, — девушка улыбнулась и кивнула. Она всем телом чувствовала, что закрутились шестерёнки плана, что спасение не только Фиолетовой, а, возможно, абсолютно всех стран, всё ближе.

***

      Отсутствие вестей не продлилось долго. Уже на пятый день правления Джюса во дворец приковылял лично Харт — а за ним тянулось ещё пять побитых и униженных марранов. Они сразу же были доставлены в тронный зал и предстали пред очами Джюса.       — Итак, — проговорил он, расхаживая перед ними. — Как я понимаю, вы пришли доложить мне о полной победе?       — Господин, — начал Харт. — Мы сделали всё, что могли, но…       — Но? — рявкнул Джюс. У него в последнее время начали сдавать нервы, и выдержка была ни к чёрту. — Но? Какое «но»? Не должно быть никаких «но»! Не когда я приказываю!       — Они использовали какое-то колдовство, — оправдывался Харт. — Там были какие-то звери, мы не видели таких…       — Единственный зверь, которого вам нужно бояться — я! — воскликнул Джюс. — Я вас разорву на клочки! Вон сейчас же, и не смейте попадаться мне на глаза! А если вы расскажете кому-то о своём поражении — ваших костей не найдут никогда!       Харт и его смельчаки выходили из тронного зала, как оплёванные. У двери на лестницу их ждал, улыбаясь, первосвященник Крааг.       Он хотел многое сказать этим ребятам…