Зависнуть в Майами

Глава 10.

«Помни: те, кого мы любим, всегда с нами, даже если мы их не видим»

— Люсинда Райли.

      Крепко вцепившись руками в лямку сумки на плече, Айрис поджала голову. Она опустила взгляд под ноги и шагала вперед по тротуару, глядя на проходящих мимо людей. Она слышала их смех, английский говор и шум проезжающих рядом машин. На голову девушки был накинут капюшон серой толстовки, который закрывал ей часть лица. Она не знала куда идет и что ей делать, в голове была лишь единственная мысль — не возвращаться домой. Её не понимают там, не хотят воспринимать всерьез. Мать неизвестно где стала пропадать и срываться на девушке, смея поднять руку. Брат запрещает быть с тем, кто тебе симпатизирует, говоря что тот человек плохой, но сам же с ним видится. Никто не понимал Айрис и даже не пытался поговорить с ней. Она действовала сама по себе, теряясь и запутываясь в потоке своих мыслей и необдуманных действий.       Сама того не замечая, Айрис свернула за угол многоэтажного здания с яркими разноцветными вывесками и попала в темный, слабо освещенный тусклым фонарем переулок, где царила тишина и умиротворение. Её шаг замедлился, но она не остановилась. Глаза хаотично бегали из стороны в сторону и через несколько секунд уже привыкли к такому плохому освещению.       Носом втянув в себя воздух, Айрис вдруг почуяла зловоние и сырость. Бросив взгляд направо, девушка увидела впереди переполненный большой мусорный бак, из которого и исходила вонь. Ускорившись, Айрис резко свернула и за поворотом едва не столкнулась с каким-то мужчиной. Она отошла назад на несколько шагов и встретилась взглядом сначала с серыми глазами с большими зрачками, затем быстро перевела взгляд на зеленые глаза с такими же зрачками. Перед ней стояли пошатываясь, с ядовитыми ухмылками на губах, двое пьяных мужчин. Но она не слышала никого… никаких шагов. Как они вдруг здесь оказались?       Попятившись назад, чувствуя подступающую волну страха, Айрис пристально наблюдала за мужчинами. Они выглядели потрепанными и вонючими. Сердце забилось сильнее. Адреналин в крови резко подскочил. И, хоть девушка видела много раз пьяных людей: просто на улице, в клубе и дома, сейчас она почему-то испытала звериный страх, который начинал бурлить внутри все сильнее. Мужчины не внушали доверия и не были доброжелательными даже на вид            .       Они стали перекидываться какими-то фразами между собой, говоря на английском, пожирая Айрис взглядами, полными животного желания и похоти. Девушка тяжело сглотнула. Капли холодного пота вдруг выступили на лбу и шее. Она сделала ещё шаг назад. И вдруг врезалась плечом в угол здания, тихо пискнув. Мужчины направились в её сторону, как только заметили её движение назад. И что крайне удивило Айрис, это то, что даже под воздействием алкоголя они вполне могли хорошо контролировать своё тело. Понимая, что ситуация накаляется, а страх постепенно сковывает, в ее голове пронеслась лишь одна отчаянная мысль, которая несколько раз раздалась эхом: «Беги!»       Ноги сами понесли её обратно в ту сторону, откуда она пришла. Запинаясь на ровном месте, Айрис чувствовала, как адреналин подскочил в груди, а глаза раскрылись в удивлении. Она слышала позади себя глухие шаги, которые отчётливым эхом отдавались в переулке.       Приближаясь к тротуару, Айрис наполнилась маленькой надеждой на то, что незнакомцы отстанут от нее, как только попадут под взгляды людей и яркого света фар машин. Но, прежде чем она вышла из-за угла, нога девушки подвернулась и она упала на живот, отбивая лёгкие. Заскулив, Айрис перевернулась на спину и посмотрела перед собой. Через секунду над ней нависало два перекосившихся от злости лица. Один из них грубо и резко схватил её за шиворот и поднял. Ему ничего не стоило это сделать, потому что Айрис была худой и маленькой по сравнению с ними — амбалами.       Почувствовав грязные руки на своём предплечье, девушка дернулась, но в ответ её грубо встряхнули, как тряпичную куклу и поволокли назад, в переулок, зажимая с двух сторон. Айрис задергалась, стала махать руками и вырываться, но ей снова прилетело, однако уже по лицу, отчего она вскрикнула и на секунду угомонилась, чувствуя металлический привкус во рту, под губой. Опомнившись, забывая про боль, Айрис закричала, и её голос эхом отскочил от холодных бетонных стен:       — Помогите кто-нибудь!       Глаза наполнились жгучими слезами, а страх полностью окутал тело девушки когтистыми лапами, заставляя подчиняться.       — По-о-могите! Почувствовав неожиданный, но сильный удар под дых, Айрис резко смолкла, и сгорбилась, жадно втягивая ртом воздух. Глаза застелила пелена слез, но ни одна капля пока не скатилась по щекам девушки. Её резко выпрямили и швырнули на грязный асфальт. Новая вспышка боли отозвалась в локте и спине, но она была ничем по сравнению с тем, какая тревога и паника разрасталась внутри.       Подняв взгляд, полный мольбы, Айрис медленно отползла назад и прижалась спиной к сырой обшарпанной стене. Она не сводила испуганного взгляда с мужчин, которые стали снова переговариваться между собою, стоя перед ней, размахивая руками. Она была в ловушке. Не могла сделать ничего, чтобы спастись. Неожиданно в голове появилась мрачная, пронзающая сердце мысль:«Я умру в этом переулке… словно уличная шавка»       Нет. Ну уж нет! Не сегодня. Собрав остатки силы и воли, девушка закричала еще раз: — Помогите! Нападают! В голень сразу же прилетел удар тяжёлого ботинка. Айрис вскрикнула, и повалилась на бок, хватаясь за место ушиба, замолкая.       Мужчина, стоявший ближе к девушке, хотел нагнуться к ней и уже было протянул свою толстую жилистую руку, как вдруг отлетел назад. Айрис глянула из-под опущенных ресниц вверх и увидела молодого парня, который схватил мужчину за шиворот, отталкивая его от нее. Затем он замахнулся и ударил другого мужчину по лицу, отчего тот упал рядом с Айрис, начиная плеваться своей кровью.       Через секунду, девушка почувствовала чужие теплые руки на своей талии. Парень резко поднял её, ставя на ноги, заглядывая ей в лицо. Айрис всматривалась в лицо юноши, смаргивая накатившие слезы. При виде незнакомца в голове мелькнула резкая вспышка воспоминания... Но оно было смутное и неясное. Кажется… она где-то видела его, но не могла точно вспомнить, где и когда. На лице парня отразилось удивление вперемешку с недоверием. Он нахмурился, и прошептал одними губами:       — А я тебя кажется помню… Айрис слегка мотнула головой в сторону, смотря парню в его бледно-зеленые глаза азиатского разреза.       — Навряд ли… Дернувшись, она отошла от него, слегка пошатываясь. Парень протянул к ней руку, чтобы придержать но девушка не позволила, ударив его по ладошке.       — Я ей, значит, помог, а она ещё дерется? — Глянув на неё сверху вниз, он возмущенно махнул рукой, и представился: — Ну, Хосок я. А ты?...       — Неважно.       Девушка снова накинула спавший с головы капюшон и уже было двинулась вперед, но неожиданно мужчина, лежавший на асфальте, резко схватил её за ногу. Айрис вскрикнула не ожидая такого, но сама ничего не успела сделать. Хосок ринулся к ней и носком ботинка ударил мужчину по лицу, попадая ему прямо в челюсть. Тот сразу же отпустил ногу девушки, болезненно вскрикнув.       — Утырок местный…       Хосок сплюнул на асфальт, прожигая мужика ненавистным взглядом. Айрис мигом отскочила в сторону и, подняв сумочку, направилась быстрым шагом прочь из переулка, от греха подальше. И от парня, пришедшего на помощь, тоже.       Но Хосок вдруг последовал за ней, держась немного позади, засунув руки в передние карманы брюк. Он посмотрел в спину девушке и снова нахмурился. Нагнал её в считанные секунды и схватил за локоть, разворачивая к себе лицом.       — Я кажется вспомнил тебя… Ты была в клубе. Это же ты сестра Чонгука? Того бешеного.       Девушка широко раскрыла глаза и забегала пугливым взглядом по лицу парня. Но ещё её насторожило прозвище, которое дали её брату. Отбросив пока ненужные мысли, Айрис вывернулась из его хватки, сделала шаг назад, и прошептала:        — Тебе-то что?       Хосок проигнорировал её вопрос и дерзость по отношению к себе, помня о том, что это все-таки девушка в первую очередь. И она младше него, а значит, возможно оправдать такое поведение:       — А чего ты одна тогда? Братец тогда так отчаянно защищал твою честь в клубе, а тут вдруг отпустил тебя одну гулять ночью? Странно… Ты так не думаешь?       Он поднял бровь и ухмыльнулся, ожидая ответ. Но вместо этого получил только осуждающий взгляд в свою сторону. Кажется, она не намерена отвечать ему. И это немного злило. Но Хосок быстро усмирил нарастающий внутри гнев и натянул слабую улыбку, пытаясь выглядеть доброжелательным в её глазах. Но это было тяжело.       — Почему ты одна здесь?- он повторил свой вопрос, слегка наклоняя голову набок. «Что со мной за херня? Какое мне дело до этой малолетки, блять…» — противоречивые мысли заполонили голову совсем неожиданно. Но какая-то часть внутри него, та, что еще жила доброй совестью, не могла так просто отступить. Хосок боролся с желанием причинить боль, чтобы получить ответ. Как с ним делали в детстве. За любое непослушание или молчание в ответ на поставленный вопрос — прилетал удар.       Слабо мотнув головой, Хоуп попытался отогнать навязчивые мысли, которые всегда были сильнее него. Он снова глянул на девушку перед собой и в голове что-то щелкнуло. Она крепко прижимала к своей груди сумочку и немного хромала на одну ногу. Хосок окинул ее взглядом. На нижней губе засохла кровь, рукава светлой кофты грязные, а на лице страх вперемешку с обидой. Она была словно напуганный котенок в этой грязной подворотне. На кой черт ее сюда занесло? И он с трудом мог поверить, что та девушка из клуба на барной стойке, и та, что он видит сейчас — один человек.       — Позвони своему брату. Пускай заберет тебя, — тихо сказал Хосок, мимолетно кидая взгляд на мужчин, которые поднялись с асфальта и вразвалочку, рука об руку поплелись прочь из переулка в противоположном от ребят направлении.        — Нет.       — Звони.       Айрис хмыкнула на такой приказ и отвела взгляд в сторону. Хосок проследил за ней и приподнял уголок губ в легкой улыбке, доставая свой сотовый из кармана. Он не собирался церемониться с ней. Быстро пролистав ленту контактов, все еще улыбаясь, Хосок усмехнулся. Девушка покосилась на него, мельком заглядывая в его мобильный. Но пока молчала. Хоуп нажал на нужный номер и поднес телефон к уху, слушая гудки, а затем трубку наконец сняли и послышался напряженный голос друга:       — Хоуп, мне сейчас не до тебя.        — Пить не предлагаю, не переживай. Тут такое дело, ты с мальцом своим можешь сейчас связаться? - парень отвернулся от девушки, медленно меряя периметр шагами, засунув одну руку в карман брюк.       Айрис нахмурилась. Малец… Кто это еще такой, черт возьми?       — Ближе к делу, — послышался недовольный голос Тэхёна, в котором послышалось напряжение.       — Я тут его сестру в переулке встретил. Она одна. Ничего не хочет объяснять, почему здесь оказалась. Забрать он её не хочет?       На том конце провода послышалось шуршание, недовольное бормотание Тэхёна, а затем Хоуп услышал пронзительный голос Чонгука:       — Где вы?! Она с тобой? Все в порядке?       Айрис, стоя чуть поодаль, даже оттуда услышала встревоженный голос брата. Она напряглась и невольно сделала шаг в сторону, затем еще, и уже хотела было сорваться с места, чтобы убежать, но Хоуп вовремя успел увидеть это и среагировать, схватив за предплечье, останавливая.       — Да, она со мной. Я скину геолокацию, где мы находимся,- с этими словами Хосок завершил вызов, переключая внимание на девушку, подмигивая ей, улыбаясь и говоря:       — Ну, я молодец? Все уладил.        — Нет. Ты всё испортил.       Немного помолчав, Хоуп добавил:        — Ты неблагодарная.       — А ты приставучий и лезешь не в свое дело.       Улыбка сошла с лица парня, и он махнул руками, ожидая совсем другую реакцию.       — Тебе сколько лет, вообще? Это теперь такое поколение пошло, да?       Айрис недовольно цокнула языком и направилась прочь из переулка, прижимаясь плечом к обшарпанной стене. Хосок подошёл к ней ближе и между делом скинул Ви сообщение с геолокацией. Шумно выдохнув, парень посмотрел в тёмное небо, нависшее над городом, погружавшее его в глубокую ночь.

* * *

      — Ну что, скинул? - Чонгук задавал этот вопрос уже шестой раз за последнюю минуту. Тэхён натянуто улыбнулся, сдерживая себя чтобы не сорваться на парня за его нетерпение, и сказал:       — Подожди немного.       — Господи… ну почему так долго?       Ким посмотрел на Чонгука, который снова мерил прихожую торопливыми шагами от одной стены к другой, нервно грызя ногти на больших пальцах. В голове Тэхёна промелькнула одна глупая, но навязчивая мысль: «Вряд ли он согласится так просто полететь в Сеул… А я бы хотел, чтобы он был с нами там. Я не хочу этого делать, но он вынуждает меня…» Тэхён сделал глубокий вдох.       — Я поеду с тобой по тому адресу, который скинет Хосок, только если ты согласишься полететь со мной и остальными в Сеул. Слова слетели с губ Кима быстрее, чем он успел хорошо обдумать их. И пути назад уже не было. Сжав челюсть, Ви ответил на хмурый взгляд парня. Внутри что-то предательски екнуло. Возможно, это неправильно по отношению к Чонгуку…, но Ким не знал и не мог придумать другого решения в сложившийся ситуации, которая, кстати, сыграла ему на руку.        — Ты издеваешься сейчас надо мной?       — Нет. Но ты не оставляешь мне выбора.        — Это ты мне его не даешь!       Чонгук повысил голос, но затем нахмурился, и сделал шаг назад. В голову пришло осознание, что Ким старше, а значит Чонгук не должен с ним так разговаривать. Но противоречивые эмоции и чувства были сильнее. Сжав ладони в кулаки, Чонгук посмотрел в глаза Тэхёна, ища в них намёк на шутку в его словах. Но через несколько секунд понял и осознал, что никакого веселья в глазах парня нету и быть не может. Это правда. Он сказал это на полном серьёзе. Ким шантажирует. И Чонгуку ничего не остаётся, кроме как согласиться на эту манипуляцию.       — Я тебе это припомню. — прошептал Чонгук, ткнув в грудь парня указательным пальцем.       Ким улыбнулся:       — Конечно. Как пожелаешь, — почувствовав вибрацию в кармане, Тэхён достал телефон и улыбнулся ещё шире при виде адреса, — Хоуп прислал геолокацию, пошл…— он не успел договорить, как Чонгука в квартире уже и не было.       Прошмыгнув в приоткрытую входную дверь за парнем, Тэхён написал короткое: «Едем, ждите», и убрал мобильник в задний карман, уже выскакивая на улицу.

* * *

      Ожидание приезда друга было томительным для Хоупа. Он уже весь извелся, стоя рядом с этим вонючим переулком. Здесь не было поблизости кафешек или даже просто уличных лавочек. Он и сам знатно удивился и только сейчас понял, как здесь оказался. После встречи с друзьями в клубе ему нужно было проветрить голову, потому что Юнги его вывел из равновесия. Да и Ким на него накинулся, это послужило поводом для новой вспышки гнева, которую нужно унять. Единственное, что помогало Хосоку - это прогулки на свежем воздухе наедине с самим собой.       Но сегодняшний вечер преподнес ему подарок — девушку, которую нужно было спасти от местных алкашей. Вообще-то Хоуп бы не назвал себя рыцарем в железных доспехах, который мчит на помощь, но здесь он не мог пройти мимо.       И сейчас, находясь рядом с молчаливой девчонкой, он не знал как подобраться к ней. Он же даже банально не знал её имени.       — Имя не скажешь? — его голос донесся шепотом до неё. Она невольно вздрогнула.       — Айрис.       — А ты же не родная ему сестра? Вы не похожи, — Хосок сказал это, глядя прямо в глаза, не уклоняясь. А что ему терять? Лучше сказать открыто. Да и тем более ему было интересно.       Девушка шумно вздохнула и проигнорировала вопрос. «Хоть он меня и спас, но он бестактный и навязчивый… Тэхён не такой», — пронеслось в голове Айрис. Она снова стала думать о нём. О Тэ.       Хоуп заметил её задумчивый вид, и слегка нахмурился. Ему не нравилось, когда его игнорировали и ни во что не ставили. Похоже, он был пустым местом для девушки. Попытав удачу во второй раз, он спросил снова:       — Может хочешь рассказать, почему ты здесь оказалась одна, так поздно?       Хосоку было сложно говорить так мягко, без матов. Но он старался не казаться в глазах Айрис отшельником с помойкой вместо рта. Девушка мельком бросила на него взгляд. Она не видела в нём человека, которому можно доверять, но почему-то ей вдруг захотелось выплеснуть все, что накопилось, рассказать, хотя бы Хосоку. Может, он поймет её позицию?..       — Я сбежала из дома. Голос Айрис дрогнул, она на секунду смолкла, тяжело сглатывая, чувствуя себя не в своей тарелке. Хоуп не вызывал в ней чувство комфорта и безопасности. Но она уже начала говорить…       — Причина? — парень спросил тихо, это было похоже на шепот, чтобы не спугнуть девушку. Айрис сделала глубокий вдох, смотря в темное непроглядное небо. Слабый порыв ветра задувал под кофту, от него по телу бежали мурашки. Она ответила шепотом:       — Потому что никто не понял меня. Хоуп нахмурился. Ему нужен был развернутый ответ. Эта фраза ни о чем не говорит.       — Уверена, что именно поэтому?       — Я сказала Чонгуку, что мне нравится… Тэхён. Но брат накричал на меня и запретил с ним видеться, говорить и думать о нём.       Хосок вскинул брови. Он нервно усмехнулся, и провёл языком по нижней губе, уточняя:       — Я правильно понял, что ты говоришь про Ви?       — Да.       — Ты дурочка, что ли, Айрис? — эти слова вовсе не были произнесены грубо или резко. Хоуп сказал это мягко, заглядывая в лицо девушке, — О чем ты думаешь? Твоя головушка совсем не соображает?       Слова парня ранили девушку. Но она проглотила упреки, отводя взгляд в сторону, сдерживая рыдания. Между ними повисла тишина. Был слышен только шум колес проезжающих машин, треск деревьев и шелест зеленых листьев.       «Глупая девчонка. Не соображает, что делает, думает, что любит» — подумал Хоуп и, чтобы сгладить ситуацию, прикоснулся к плечу Айрис. Затем задал короткий вопрос, тихим, низким голосом:        — Сколько тебе лет?       — Семнадцать, — без колебаний ответила Айрис.       Глаза Хосока на секунду округлились и он моментально отдернул от нее свою руку. Она ещё даже не достигла совершеннолетия. Парень неловко почесал бровь, и сказал:       — А что именно тебе сказал Чонгук?       — Что Тэхён плохой парень, с репутацией распутного парня… и что я ещё не доросла до таких парней.       Хосок втянул шумно вдохнул и сказал, не раздумывая:       — И правильно твой брат говорит. Ты ещё несовершеннолетняя! А Тэхёну вряд ли нужны отношения с ребенком. Тем более, это статья. Хосок начал активно жестикулировать, пытаясь донести до девушки свою мысль.       Девушка повернулась к нему лицом. В ее глазах он увидел ярость, которую она даже не пыталась подавить.       — У Чонгука тоже были отношения до его совершеннолетия!       Разгоряченная спором и злостью Айрис резко затихла, осознав, что произнесла, и вспомнив об этих самых отношениях. Черт! Совсем не то, что она хотела сказать…       — И? Чем они закончились? Собакой, домом на берегу моря и розовыми очками на глазах? — Хоуп всë не унимался, но видя реакцию девушки, чуть утих.       — Нет... — Айрис вдруг начала плакать, вспоминая те дни, когда брат был убит морально и истощен физически. Любовь принесла ему боль, но и вместе с этим внутреннюю силу быть стойким в самых трудных ситуациях. Всхлипы непроизвольно вырвались из горла девушки и раздались эхом на пустой улице, — Травмами…       Хосок завис. Нахмурился сильнее обычного и хотел уж было уточнить детали, разобраться в ситуации, но тут услышал, как рядом тормознула машина. Он перевел взгляд с Айрис на дорогу.       На обочине остановилось такси. Задняя пассажирская дверца резко открылась, и из машины выскочил Чонгук. Он с распахнутыми глазами подбежал к сестре и схватил её за плечи, начиная трясти, выкрикивая ей в лицо:       — Ты с ума сошла! Хочешь смерти моей и мамы?! Тебе совсем заняться нечем?       Ким неспеша выскользнул из машины, махнув водителю такси, чтобы тот немного подождал. Затем он подошёл к брату с сестрой и оттянул Чонгука за локоть, чтобы тот унял свою пылкость. Хосок стоял рядом, сложив руки на груди, молча наблюдая за происходящим.       — Не трогай! — выкрикнул Чон, скидывая с себя руку Тэхёна, — Ты совсем дурында? А если бы что-то случилось? Ты правда так желаешь нашей смерти?       Чонгук продолжал трясти Айрис, пытаясь вразумить ее. Но девушка зло оттолкнула руки брата и уже было двинулась в сторону, чтобы убежать, смаргивая выступившие слезы. Но Хосок, который схватил ее за локоть, притянул ее к себе, а затем подтолкнул ее обратно брату в руки.       — Как будто я кому-то нужна в этом чертовом доме! — Айрис закричала, опустив голову. Чонгука как-будто ударили по затылку чем-то тяжелым. Да что несёт эта девчонка?       — Айрис, хватит нести чушь. Ты внушила себе что-то и теперь нервы треплешь. Поехали домой…       Чонгук попытался поймать взгляд сестры, но она упрямо отводила глаза, цепляясь взглядом за фигуру Тэхёна. Ким смотрел на неё с каплей сожаления и не более. Куда больше его волновал Чонгук, который пытался докричаться до сестры и вразумить её. Но у девушки перед глазами была пелена. Она не хотела никого видеть и слышать.       — Чего ты церемонишься с ней? Ты её старший брат или кто, блять? — Вмешался Хоуп, складывая руки на груди, наблюдая за этим спектаклем. Ему это осточертело. Будь он на месте Чонгука, давно бы отвесил девчонке подзатыльника и за шкирку притащил домой. Поведение Айрис напрягало его, и даже ее ангельская внешность не спасала. Характер у неё был взрывной и пылкий.       — Айрис, поехали домой, пожалуйста, — Чонгук попытался взять сестру под локоть, но та дернулась и отступила на шаг назад. Её поведение начало напрягать не только Хоупа, но и Тэхёна. Но он пока молчал. Не лез, потому что это не его дело. А вот Хосоку было тяжело совладать с эмоциями. И, кажется, нервы у него сдали. Он вдруг двинулся к девушке, и та не успела ничего сказать, как Хосок резко подхватил её под колени и закинул себе на правое плечо, словно она ничего не весила. Айрис вскрикнула, вцепилась пальцами в подол его пиджака, пытаясь удержаться. Чонгук раскрыл глаза, наблюдая за этим. Пока он приходил в себя, Хоуп быстро усадил девушку в салон такси на заднее сиденье и захлопнул дверь с её стороны, со словами:       — Возвращение блудной сестрицы успешно выполнено.        Обернувшись с кривой ухмылкой на губах, Хоуп напоролся на взгляд недовольных карих глаз Чонгука. Сделав шаг вперед, Ви преградил дорогу парню, вытянув руку вперед и сказав шепотом:       — Хосок правильно сделал. Иначе она бы не пошла.       Чонгук выгнул бровь, но промолчал. В этот раз он ничего не скажет. Порыв тёплого ночного ветра ударил в лицо, и на секунду парень прикрыл глаза, вдыхая воздух полной грудью. А затем он почувствовал чье-то прикосновение…, осторожное и тёплое, на своём плече. Дернувшись, Чонгук открыл глаза, обогнал Тэхёна и, не говоря ни слова, сел в такси с другой стороны, рядом с сестрой. Дверца захлопнулась. Машина завелась и выехала с обочины на дорогу, сливаясь с потоком остальных машин, удаляясь все больше от двух парней на тротуаре.       Хоуп смотрел вслед уезжающей машине вместе с Ви, а затем указал пальцем в сторону дороги и произнёс:       — Слушай, а ты точно хочешь связываться с этим мальцом? Ответом ему была тишина. Ким достал сотовый и, не обращая внимания на болтовню друга и его причитания, написал Чонгуку сообщение. «Ты должен мне поездку в Сеул. Я помог тебе, будь добр отплатить мне тем же»       Сжав телефон до побелевших костяшек, Ким шумно вдохнул и попытался побороть приступ нарастающей агрессии, которая в последнее время накрывала его слишком часто. Ситуации с Енуком, отцом и самим Чонгуком доводили его. Когда он был во Франции, то испытывал меньше стресса и злости, уделяя все время учебе, но, вернувшись к прежней рутине, эмоции, которые он так тщательно прятал, снова начали рваться наружу. И он с трудом может их контролировать. А выходки Чонгука навевают парню плохие мысли…       «Лишь бы гены отца не проявились… Черт!» — пронеслось в голове Кима, а затем он наконец обратил внимание на Хоупа, который вдруг замолчал. Ви посмотрел по сторонам и увидел друга. Тот сидел на корточках возле обшарпанной грязной стены и курил косячок, блаженно выдыхая облако дыма вверх. Ноздрей Кима коснулся приторный и одновременно резкий запах.       — Где ты его взял, черт возьми? — Тэхён закрыл нос, кривясь от этого запаха.       — Нашел здесь, на подоконнике, — ответил Хоуп, усмехнувшись, указывая пальцем куда-то вверх, в сторону окна. Тэхён проследил взглядом и прочитал табличку на стене, чуть левее:

Tobacco and nicotine

(Перев. с англ. - Табак и никотин)

      А ниже, на двери, висел белый картон с надписью: "Аренда". Тэхён слегка выгнул бровь. Кажется, эта табачка давно заброшена. Окно покрыто пылью и паутиной, а табличка с названием накренилась набок, на ней не хватало одной буквы. В каком месте они вообще? Что это за бомжатский район?       Тэхёну стало не по себе. Такие места явно не для него, и ему не хотелось здесь больше находиться. Не хватало еще нарваться на местных наркоманов. Ему хватает алкоголика в виде друга. Подойдя ближе к Хоупу, он пихнул его ногой:       — Заразу хочешь подцепить, да?       — У меня иммунитет, — парень засмеялся, но как только косячок выбили из его пальцев и затушили об асфальт, наступив ногой, он перестал быть веселым, говоря с сарказмом, — спасибо, Ви, чтобы я без тебя делал.       — Пожалуйста, твое здоровье спасено. Можешь поцеловать мою ногу, — безразлично произнёс парень и стал вызывать такси, — Тебе куда?       Хосок проигнорировал первую фразу друга, и промямлил:       — В клуб.       — Юнги тебя скоро палкой будет гнать, — Ким хмыкнул и посмотрел на друга, который поднялся на ноги и подтянул брюки, — Ты вообще дома появляешься?       — Да, но у Юнги веселее, — Хоуп рассмеялся, но Ким не разделял его веселье. Он покачал головой и перед тем, как поднести телефон к уху, увидел всплывающее уведомление. От Чонгука. В сообщение всего три слова:

«Ненавижу... Время и дата?»

Чонгук.

      Тэхён невольно улыбнулся.       — Что? Мое отражение в телефоне увидел? — Хосок посмеялся, но, увидев серьезное выражение Кима, отвернулся в сторону и сделал вид, что рассматривает здания вокруг. Тэхён ещё несколько секунд смотрел на него, а затем все же вызвал такси, назвав адрес клуба Юнги.

* * *

      Следующий день прошёл для Чонгука слишком напряженно и стрессово. По большей части он переживал за то, что скажет матери. Говорить правду - значит обрести проблемы. А они ему не нужны. Но и лгать он не хотел, хотя это пока единственный вариант, который у него есть.       Джанди вернулась домой только в полдень, слишком уставшая, как-будто занималась тяжелой физической работой. Она лениво прошла в квартиру, заглянула к каждому, давая о себе знать, и скрылась в своей комнате.       Чонгук же мерил свою комнату широкими шагами, начиная нервно грызть ногти. Если так подумать, он уже не ребенок и даже не подросток. Так в чем проблема просто сказать, что у него намечается поездка? Но Чонгук знал мать. Она сначала накрутит себя, затем прочтет лекцию, а затем и вовсе будет плакать. Звучит нелепо, но так все и будет.       Остановившись у окна и опершись ладонями на подоконник, парень посмотрел сквозь чистое прозрачное стекло. На улице снова была жара, как и дома. Смахнув пот со лба и зачесав челку назад пальцами, Чонгук прикусил губу, полностью погрузившись в свои раздумья. Но вывел его из них звук уведомления на телефоне. Сделав шаг назад, парень посмотрел на светящийся экран мобильного на тумбочке.

«Сегодня в шесть я заеду за тобой. Надеюсь никаких проблем? Не заболел, не убежал и не умер?»

Неизвестный номер.

      Чонгук только сейчас понял, что так и не сохранил номер Кима. Уголок его губ тронула легкая улыбка. Он взял сотовый в руки и отредактировал контакт, и в это же время пришло ещё одно сообщение:

«Сестру не потерял? Мамочка не посадила на арест?»

Надоедливый Ким.

      Сжав телефон, парень тяжело сглотнул. Он ещё раз перечитал строки сообщения. В глазах на секунду потемнело от поднимающейся волны ярости. Сделав глубокий вдох, Чонгук, с трудом сдерживая себя, написал в ответ: «Нет. Все в силе!»

«Отлично. И не смей злиться на меня. Я не Хосок. И не ищу в тебе врага»

Надоедливый Ким.

      Чонгук ничего не ответил ему на это. Он положил телефон себе в задний карман джинсов и снова сделал глубокий вдох. Затем он развернулся от окна и стремительно покинул свою комнату, направляясь к матери. Он постучал к ней в дверь, услышал тихое: «Входи».       Как только он переступил порог комнаты Джанди, то увидел её, сидящую на краю кровати, одетую, с телефоном в руках. На её губах легкая улыбка. В комнате было душно, а в воздухе витал приторный запах духов женщины.       — Я пришёл сказать, что меня не будет три дня дома. Я… нашел здесь друзей и они позвали меня на отдых на окраину города, — слова сами слетали с губ Чонгука. Он даже не успел их толком осмыслить.       Джанди подняла голову и все с той же улыбкой сказала:       — Ладно, повеселись.       Чонгук слабо улыбнулся, развернулся, но вдруг замер. Улыбка пропала с его губ. Что это сейчас было? Она так быстро согласилась? Она вообще поняла, что сказала? Медленно повернув голову через плечо, Чонгук повторил, но его голос прозвучал тише:       — Меня не будет три дня.       — Я поняла, Чонгук.       Слегка нахмурившись, парень кивнул и вышел за порог комнаты Джанди, закрыв за собой дверь. Он ощутил какое-то неприятное покалывание внутри. Подняв взгляд, юноша вдруг увидел Айрис. Она стояла напротив него, держась за ручку двери своей комнаты. Кажется она подслушивала. Чонгук встретился с ней взглядом и не успел ничего сказать в свое оправдание, как сестра скрылась за дверью, громко хлопнув ею.       Шумно вздохнув, парень вернулся к себе в комнату и собрал все вещи в черную спортивную сумку. Взял самое необходимое, не особо заморачиваясь с этим. Куда больше его волновало то, что ему нужно будет вести себя более приветливо и делать вид, что ему приятно находиться в такой компании. Там один Хосок чего стоит. Остальные на подпевках.       Остаток времени до вечера Чонгук скоротал за просмотром бессмысленного фильма на телефоне. Он периодически слышал легкий смех Джанди и какой-то шум из комнаты сестры. Но не придал этому значения. У каждого свои дела.        На секунду в голову парня закралась мысль о том, что они все вдруг отдалились друг от друга по приезду сюда. Айрис стала вспыльчивой и начала совершать опрометчивые и необдуманные поступки, Джанди без интереса общаться с ними, уходя куда-то по ночам. А сам Чонгук связался с компанией парней, которые не видели в нем друга, а лишь того, над кем можно постебаться. Переезд в Майами разрушил покой и мирные отношения в семье Чон. Теперь каждый был сам по себе.       Как только стрелка на часах достигла шести, Чонгук поднялся с кровати и, ленивой походкой подойдя к стулу, взял сумку и направился прочь из комнаты, окинув её коротким взглядом, с чувством, будто он больше не вернется сюда… Но это же глупость. Теперь его место здесь. В Майами, а не в Сеуле.       Пройдя в прихожую, Чонгук на секунду прислушался. В доме царила тишина. У парня возникло такое чувство, что он один живёт в этой большой квартире. Но он знал, что по разным комнатам сидят и сестра, и мать. Но никому нет дела до него.       Дёрнув ручку двери, Чонгук стремительно покинул квартиру, закинув сумку на плечо.       Как только он очутился на улице, первое, что ему бросилось в глаза - это красный Порше на обочине возле подъезда. Чонгук нахмурился и, посмотрев по сторонам, медленно пошел вперёд. По мере того как он приближался, окно передней пассажирской двери открылось и появилась голова Тэхёна. На нем были всё те же солнцезащитные черные очки, а на губах ухмылка.       — Привет беженцам! — Ким махнул приветственно рукой, но в ответ получил только хмурый взгляд парня. Подняв очки с глаз на голову, Тэхён сощурился и спросил:       — Что?       — Не думал, что ты ее так скоро заберешь, — Чонгук обвел машину пристальным взглядом. Может он купил новую? Хотя вряд ли…       — Пришлось заплатить немаленькую сумму, чтобы малышка снова была со мной, — Тэхён подмигнул и ласково погладил черный руль, улыбаясь. — Ну садись уже, Юнги шкуру с нас сдерет, если мы хоть на минуту опоздаем. Он же сама пунктуальность у нас, — Ким закатил глаза и открыл дверь со стороны парня, — Запрыгивай.       Чонгук шумно вздохнул и сел в салон машины. Дурманящий запах, принадлежащий Киму, сразу же окутал его, впитываясь в одежду и под кожу, с каждым вдохом попадая в легкие. Слегка поморщившись, делая вид, что ему не нравится, парень смотрел в окно.       — Вот не надо мне тут, — Ким посмотрел на парня сверху вниз, — Я не воняю и машина тоже, — с этими словами он тронулся с места, выезжая на шоссе, держа путь к международному аэропорту Майами.       Поездка не заняла много времени, но за этот промежуток Чонгук успел возненавидеть Тэхёна, мысленно обматерить его, пожалеть о том, что согласился на это все, и залиться потом от жары.       Когда Порше подъехал к свободному парковочному месту, Чонгук зацепился взглядом за троицу парней, которые стояли на крыльце и о чем-то спорили. Сощурившись, Чон заметил, что Чимин стоит чуть поодаль и молчит. Спорили только Хосок и Юнги.       — Вылезай, — прозвучал над ухом голос Тэхёна. Чонгук вздрогнул и обернулся на него — Я, конечно, не против, чтобы мы здесь…       Но не успел Ким договорить, как парень уже покинул машину, не собираясь слушать его, хватая с заднего сиденья свою сумку.       — Понял, — на выдохе прошептал Ви и вышел из машины следом за Чоном. Машину через час заберет один человек, с которым он договорился заранее.       Раскинув руки в стороны, надев очки обратно на глаза, Тэхён улыбнулся и крикнул:       — Mes bien-aimés et chers amis!       Чонгук бросил на него короткий недоуменный взгляд, но промолчал. А вот Юнги был другого мнения. Он потер переносицу, тяжело вздыхаю:       — Твой французский не впечатляет, Ви. Придумай что-нибудь новое.       — Самый жизнерадостный Юнги снова говорит о счастье и своей любви ко мне? — Тэхён заулыбался шире, кладя руку на плечо друга.       Юнги фыркнул и дернулся, скидывая тяжесть со своего плеча, направляясь первым внутрь здания аэропорта, в зал ожидания. Ким даже не удивился этому, он перевел взгляд на Хоупа, пожал ему руку, и тот пошел следом за Мином. Ущипнув поникшего Чимина за его щеку, Тэхён сложил губы бантиком и прошептал:       — А что это наш задира без настроения?       — Убери руки прочь, — Чимин зашипел и ударил парня по руке, быстрым шагом скрываясь за стеклянной дверью.       Ким вздохнул и посмотрел на стоящего рядом с беспристрастным лицом Чонгука:       — Может ты тоже хочешь ударить меня или послать?       — Нет, — Чон мотнул головой, мысленно крича «да», но придержал язык за зубами, прикусывая щеку изнутри.       — Отлично, тогда пошли, — Ким открыл дверь, ожидая, пока парень зайдет внутрь. Чонгук закатил глаза и прошел мимо, хватаясь за ручку и закрыв за собою дверь. Тэхён оторопел и, оглянувшись по сторонам, зашел следом за парнем, догоняя его и хватая за локоть, сжимая пальцы сильнее, чем тот ожидал, шепча ему на ухо:       — Я пытаюсь казаться хорошим в твоих глазах, но ты делаешь все, чтобы я стал для тебя плохим, черт возьми.       Резко отпустив его руку, Ким глянул на парня сверху вниз и, отвернувшись, ускорил шаг. Чонгук нахмурился и потер ладонью локоть, где Ким сжал его. Внутри что-то больно кольнуло, но Чон попытался отмахнуться от этого чувства, не думать об этом.       Он прошел мимо рядов сидений и остановился перед Чимином, на голове которого была черная панама, скрывающая наполовину его лицо. Пак сложил руки на груди, и было видно напряжение в его позе.       Чонгук хотел поинтересоваться, что с ним не так. Но его отвлек голос Юнги позади:       — Твои капризы здесь не к чему. Не порти никому настроение.       Чимин услышал и понял,что сказанное было адресовано ему и никому больше. Но он ничего не ответил, лишь опустил голову ниже. В его мыслях, как заедающая пластинка в проигрывателе, снова и снова всплывала сцена их сегодняшнего разговора.       — Не испытывай меня и моего терпения, Чимин! Хватит нести гейский бред! — голос Юнги был наполнен нескрываемой злобой. Он взмахнул рукой и прикрыл глаза, тяжело дыша.       Пак даже вздрогнул от этого, делая невольно шаг назад. Новая, очередная попытка рассказать о своих чувствах развеялась прахом. Внутри парня разрасталось негодование и злость.       — Что я такого сказал? Я живу одну жизнь! — Чимин поднял дрожащий указательный палец, смотря Юнги в его темно-карие глаза, — И мне нельзя заявить о своих чувствах?       Юнги вдруг замахнулся.       Его рука зависла в воздухе над головой младшего.       Вокруг воцарилась тишина.       Чимин смотрел на него не моргая, не боясь получить по лицу. Пусть он будет избит, зато он не будет чувствовать тревогу от недосказанности. Уж лучше невзаимность…, чем неизвестность.       — Не смей больше говорить мне этого. Это мое последнее слово, — Юнги вышел из комнаты для персонала, оставляя парня одного. Наедине с самим собой.       Из раздумий Чимина вывел еще один голос и теплое прикосновение. Рядом сел Хоуп. Он ободряюще, но слабо улыбнулся и положил другу ладонь на плечо, слегка потормошив его, без слов поддерживая.       Юнги бросил на них косой недовольный взгляд и отвернулся, смотря в сторону стойки регистрации, где толпились люди, а девушка за стойкой с натянутой улыбкой пыталась уладить их проблемы.       Чонгук переводил любопытный, но незаметный взгляд с одного парня на другого, стоя рядом, засунув руки в карманы штанов. В его голове начали копошиться самые разные мысли. Сощурившись, он пристально посмотрел на нервного Юнги. Ему стало до безумия интересно, что происходит между этими двумя. Они, словно огонь и воздух. Чимин дул в его сторону, раздувая ссору и выводя парня на эмоции, а Юнги был огнем, который при малейшем столкновении вспыхивал ещё сильнее.       Спросить напрямую Чонгук не мог. Ему не хотелось раздувать конфликт на ровном месте. Но любопытство было сильнее него. И, кажется, он знает, у кого можно спросить. Хоуп. Тот наверняка все знает. Чонгук посмотрел на него, и в это же время Хосок глянул на Чона снизу вверх. Это было пронзительное, похотливое переглядывание, от которого по телу Чона побежали мурашки, а сердце пропустило удар. Он сжал ладонь в кулак в кармане, ногтями впиваясь в кожу, оставляя следы и чувствуя непривычное, тлеющее чувство внутри.       Хосок улыбнулся уголком губ, задерживая взгляд, но вдруг резко стал серьезным. Чонгук едва заметно нахмурился от такой перемены эмоций парня. Хоуп глянул за плечо парня, мотнул головой, а затем перевел внимание на Чимина, начиная теребить его панаму, легко щипая, пытаясь развеселить.       Чонгук же, совсем не понимающий, что случилось, резко обернулся и напоролся глазами на Кима. Тот стоял к нему полубоком, сложив руки на груди, глядя на Хоупа. Его лицо было беспристрастно. А взгляд острый и пронзительный. Почувствовав абсолютно противоположные смешанные эмоции, Чонгук попытался подавить их все разом, медленно осел на стул и посмотрел в большое окно, выходящее на аэродромное поле, где стояли самолёты. Сердце снова пропустило удар. Прикусив щеку изнутри, Чонгук попытался унять нахлынувшее волнение.       А через несколько секунд он вдруг почувствовал вмешательство в свое личное пространство. Ким сел рядом, касаясь своей ногой колена Чонгука. Казалось бы, Тэхён специально это сделал и даже немного надавил, отчего Чон сжал челюсть, пытаясь совладать с приступом негодования и агрессии. Сложив руки на груди, Чон все также смотрел в окно, делая вид, что ему плевать. Но все было далеко не так.       — Я запомню это, - услышал он голос старшего.       — Что? — Чонгук повернул голову в сторону Тэхёна, слегка выгибая бровь, не совсем понимая, о чем тот говорит. Но ответа он не получил. Ким отодвинул свою ногу и посмотрел на большой коричневый баннер с расписанием рейсов, делая вид, что изучает его.       Тихо выдохнув, Чонгук отвернулся, не понимая такой смены настроения парня. Ещё несколько минут назад он был веселее других, а сейчас наоборот, стал самым мрачным и молчаливым.       — Идемте, — прозвучал голос Юнги. Он махнул рукой, первым направляясь в сторону двери напротив входа, которая вела в зону досмотра.       Все дружно поднялись и, не перекинувшись ни словом, поплелись за Юнги. Чонгук шёл между Тэхёном и Чимином, незаметно переводя взгляд с одного на другого. Оба были хмурыми, и отстраненными.       Слегка обернувшись через плечо, Чон посмотрел на плетущегося сзади Хоупа, который залип в своем телефоне и печатал что-то. Лёгкое новое любопытство подкралось к парню, но он попытался отогнать его, глянул ещё раз на Кима, который смотрел в пол. И Чонгук даже не догадывался, что парень все равно наблюдает за ним и мысленно борется со своими сильными отрицательными эмоциями.       Как только они вышли наружу и поднялись в самолет, расселись по разным местам. Так получилось, что Чонгук сидел между Хоупом и Юнги, а Чимин с Тэхёном на два ряда впереди.       Шумно вздохнув, Чон прикрыл глаза, мысленно надеясь, что ничего в этой поездке не случится. Но какое-то неизвестное чувство настороженности все же засело в груди парня. Он сидел молча, не решаясь заговорить о чем-то с парнями. Но, кажется, и те были не в том настроении, чтобы развлекаться бездумной болтовней. Чего не скажешь о Ви и Чимине. До ушей Чонгука донесся их шепот. Они активно о чем-то переговаривались, и парню стало не по себе.       Попытавшись отогнать навязчивые дурные мысли, парень хотел уснуть. Но, услышав какой-то звук, он открыл глаза всего на секунду и глянул направо, думая, что звук донесся оттуда. Его взгляд упал на экран смартфона Хосока.       Чонгук успел увидеть всего одну строчку сообщения того, с кем парень переписывался:

«…мой брат тебя убьет…»

      Нахмурившись, Чон снова закрыл глаза, мысленно напоминая себе, что это не его дело. Да и к тому же, если Хоуп сейчас заметит его подглядывания, он получит по первое число.       Откинувшись на спинку сиденья, Чонгук медленно начал погружаться в сон, надеясь, что очередного кошмара не будет. Потому что тот раз пробудил в нём новый страх и фобию. Но другим не обязательно об этом знать. Парень не хочет чувствовать себя жалким в глазах других. С каждой следующей минутой Чонгук засыпал крепче, звуки стали растворяться в воздухе, и последнее, что он услышал, это низкий смех Хоупа.

* * *

Сеул.

Почти семнадцать часов спустя.

      Тяжелый перелет окончен. Самолет рейса Майами - Сеул благополучно приземлился на взлетно-посадочную полосу около двенадцати часов следующего дня.       — Напомните мне потом, что это был мой предпоследний перелет в жизни, — недовольно прохрипел Юнги, прикладывая холодную бутылку с водой ко лбу. Он плелся позади остальных, кряхтя и ругаясь себе под нос, проклиная все на свете.       Самым активным из всех был Хоуп. Он, втихаря от всех, пока несколько раз мимо проезжала тележка, опрокидывал в себя стопки с ликером. И сейчас на его губах играла задорная ухмылка, а в глазах горела искра. Он не выглядел уставшим, наоборот, был бодрым и живым, чего не скажешь об остальных.       Чонгуку пришлось хуже, ведь он недавно уже перенес такой перелет, и это повторение сыграло с ним плохую шутку: голова трещала, а тело ломило.       Тэхён не возмущался, не жаловался, он просто молча шел рядом с вялым Чимином, который изредка перекидывался парой фраз с Хосоком.       — Остановимся в отеле, — сказал Хоуп, между делом смотря в экран мобильного, который он почти весь рейс не выпускал из рук. Чонгук прикусил губу и уже открыл было рот, чтобы поинтересоваться, с кем тот общается, но его опередил голос Тэхёна:       — А с домом твоим что, черт возьми? На кой хрен он тогда тебе? Парень оторвал глаза от экрана и, вскинув брови, возмутился в ответ:       — Там нужен ебаный ремонт, Ви! Если хочешь, можешь идти туда, будешь вместо нового пола там лежать, — Ким фыркнул и замолчал, игнорируя стеб в свою сторону.       Понимая, что друг больше ничего не скажет, Хосок произнес: "Я вызову служебную машину. Я вести точно не буду."       Они все впятером покинули здание аэропорта, выходя через задний выход, оказываясь на парковочном месте, где сновали люди и ездили машины. Пока Хоуп решал вопрос с автомобилем, Тэхён вместе с Юнги отошли в сторону покурить, а Чимин остался с Чоном стоять чуть поодаль. Между ними возникла неловкая тишина, от которой было некомфортно каждому. Прочистив горло, понимая, что нужно перестать выказывать недовольство, Пак поднял голову, посмотрел на парня и, слабо улыбнувшись, сказал:       — Я рад, что ты с нами полетел.       — О… да, я подумал, что мне стоит развеяться, — тихо ответил Чонгук. Он улыбнулся в ответ, чувствуя себя не очень от того, что солгал. Сложив руки на груди, Чон проследил за взглядом Чимина, который был направлен на Юнги. Немного поразмыслив, парень все таки решился задать вопрос, который крутился в его голове, не давая покоя:       — Возможно это не мое дело, но, что происходит между тобой и Юнги? Вы кажется, вообще плохо ладите… да?       Пак молчал, покусывая нижнюю губу. Прошло секунд пять, затем десять. Чонгук провёл ладонью по своему плечу, понимая, что ответа не последует, и уже было развернулся в сторону дороги, как вдруг услышал тихий голос парня:       — Просто у Юнги характер сложный, — Чимин пожал плечами, — И, наверное, его раздражает то, как я себя веду по отношению к нему.       — А как ты себя ведешь? — слова сорвались слишком быстро с губ Чона, он их ещё не обдумал. Чимин ухмыльнулся, приблизился и прошептал парню прямо в лицо, заглядывая ему в глаза:       — Признался ему в симпатии.       На секунду Чонгук замер, услышав такое откровение. Он начал обдумывать сказанные парнем слова. Медленно в его голове, словно пазл, сложилась общая картинка, и он раскрыл глаза. Это было похоже на глупую шутку, на оправдание чего-то серьёзного. Но на лице Чимина он увидел всю серьезность этих слов, и Чон тяжело сглотнул. Затем осторожно, также шепотом спросил:       — Ты… Чимин, ты что, гей?       — Да, а что такого? — Парень пожал плечами, слегка поджимая губы, — Будешь осуждать меня за ориентацию?       Чонгук отрицательно покачал головой. Глаза Пака сверкнули, и через секунду на его лице появилась приятная улыбка. Он мягко погладил парня по плечу и сказал:       — Хороший ты всё таки, Чонгук. Чон хотел сказать что-то парню, но троица парней вернулись к ним, встав рядом, и парню моментально расхотелось что-либо говорить. Поймав внимательный и вопрошающий взгляд Чимина, он просто отмахнулся. В воздухе повисла тишина, сопровождающаяся только шумом колёс машин и лёгкими порывами ветра. Дни в Сеуле в это время года не такие жаркие, как в Майами, и Чонгук вдохнул свежий воздух носом глубже, как можно дольше наслаждаясь им. Все же Корея была ближе ему по духу, ведь он здесь родился и прожил всю свою жизнь. А резкая смена страны, традиций и климата немного сбили его с толку, и он ещё не знал, как относится к другому городу. У него были сомнения и смятения по поводу Майами, с родным городом такого не было. Он слишком привык к нему и даже скучал. Это была сильная ностальгия и тоска по дому, воспоминаниям и друзьям из старшей школы.       Почувствовав прикосновения руки к своему плечу, Чонгук вынырнул из своих мыслей. Обернувшись, он увидел улыбающегося Чимина, который махнул ему рукой в сторону только что приехавшей машины. Водитель покинул свое место и отдал ключи от машины Юнги, который сразу же занял место за рулем. Никто возражать не стал.       Следуя за Паком, Чонгук сел на заднее пассажирское сиденье, оказываясь посередине между Тэхёном и Чимином. Хоуп уселся впереди.       Мин завел машину, и они тронулись с места, выезжая на дорогу, сливаясь с потоком других машин. Хоуп быстро вывел маршрут к отелю в навигаторе автомобиля и, не спрашивая, можно или нет, стал искать песни по радио с задумчивым видом, решая какую бы оставить. Пока никто ничего ему не говорил, ведь радио звучало довольно тихо. Но, спустя минут десять, Хосок все же остановился на понравившейся песне и звук сделал чуть громче обычного. Басы и мужской громкий голос американца заполнили весь салон.       — Ты вообще больной? Выключи, — Тэхён возмущается и недобро хмурится, смотря на Хосока с неприкрытым осуждением в глазах.       Хоуп начинает размахивать руками, сгибая их, и пытается танцевать на сиденье, пристегнутый ремнем безопасности, с улыбкой до ушей. Он не обращает внимания на слова друга и попутно надевает черные очки, которые исподтишка взял у Юнги, затем открывает окно со своей стороны и кричит мимо проезжающим машинам громкое: «Ю-ху!»       — Я сейчас вскроюсь к чёртовой матери, — прошептал Юнги, недовольно качая головой. Он ударил ладонью по лбу, сделал глубокий вдох и вернул взгляд на дорогу.       — Он что, уже хряпнул чего-то? — шепчет Чимин на ухо рядом сидящему Чонгуку. Тот пожимает плечами, смотря на дергающего Хоупа.       — А по нему не видно? — раздраженно говорит Ким, поворачивая голову в сторону Чимина, — Разумеется он уже где-то осушил пару рюмок. И скорее всего, когда мы были в самолете.       Хосок пропел строчку припева песни со всевозможными ошибками на ломаном английском и свистнул, высовывая из окна голову и руку. У Тэхёна заложило уши, и он подумал, что у него сейчас просто пойдет кровь из ушей.       — Кто-нибудь, вырубите его! — выкрикнул Юнги, сжимая челюсть. Нервы были на пределе. Усталость и боль в теле от долгого перелета дали о себе знать снова, и Мин вспылил.       — Может дверь открыть с его стороны? — предложил Тэхён, складывая руки на груди, цокая языком.       — С моей, блять, лучше откройте! — Юнги резко крутанул руль, плавно вписываясь на повороте в правую сторону, обгоняя едущие впереди две машины.       — Давай, — Хоуп потянулся рукой к ручке двери со стороны Юнги, но получил резкий удар по тыльной стороне ладони. Юнги грубо отпихнул его от себя и рыкнул:       — Напомни-ка мне, мразь ебучая, в следующий раз не ездить с тобой никуда. На лбу мне набейте это, как напоминание. Хоуп засмеялся от слов друга, запрокидывая голову вверх, не воспринимая его слова всерьез, но решил подыграть ему:       — А на каком языке? Большими или маленькими буквами?       — На славянском, блять, средними! Заткнись, Хоуп. Просто закрой свой рот.       Хосок скривил губы и слегка нахмурился от слов Юнги, но замолчал. Однако все же продолжал извиваться под песню, ставя её на повтор.       Маршрут от аэропорта до отеля, должен был занять всего час езды. Но из-за того, что Хосока вдруг стало тошнить, они останавливались раз пять и ждали по минут десять. Все молчали по этому поводу, но каждый мысленно обматерил парня. В последний раз Хоуп выскочил на улицу почти перед самым отелем, и было единогласно решено оставить машину прямо здесь, благо одно парковочное место пустовало.       Еще около десяти минут они шли по обочине дороги, направляясь к главному входу. Приветственная вывеска с названием отеля встретила их скучно: буквы должны были быть яркими, но из-за солнечных лучей они поблекли, и сложно было разобрать, что там написано, если только приглядеться или подойти совсем близко:

밤낮

(-перев.с корейс.- ночь и день- )

Хосок вышел вперёд, обгоняя других. Он указал рукой на здание отеля, с вымученной улыбкой заявив: — Господа, бронирование номеров вас ждет.