Бесполезные

Как только Рики переступила порог “Наденьки”, взгляды присутствующих обратились к ней. Ее и не думали приглашать, но Сондра позвонила утром и рассказала, где ребята собираются сегодня. Они решили пойти вместе, а по пути делились негодующими комментариями. Вася отправил всем сообщения с пометкой о том, что Рики не будет. Но она не могла не прийти. — Ого. Что у вас здесь за светская беседа? — язвительно сказала она, заметив в углу сероволосую девушку, а затем повернулась к Васе. — Вообще-то я хотела извиниться, но уже передумала. Ее волосы как всегда были небрежно собраны на затылке. Поверх велосипедок свисала объемная серая толстовка с надписью на груди. Взглядом, она, казалось, метала молнии в каждого. Пройдя в зал, Рики опустилась на стул слева от Васи и сложила руки на столе. Послышался его глубокий вздох. Эдгар кашлянул в кулак. Сондра зашла следом и села рядом с подругой. И без того напряженная обстановка еще больше накалилась. За столом напротив девушек сидел Герман, закинув на колено щиколотку, и держал в зубах спичку. Он не обратил на них внимания, занятый разговором с Джей, если это можно было так назвать. Она что-то еле слышно говорила, пока он изредка отвечал раздраженным голосом. Сондра с интересом оглядела его с головы до ног. Лицо выражало отстраненность и презрение. Герман был одет в черный бомбер поверх футболки поло и облегающие джинсы с выбеленными пятнами, на ногах берцы. Джей снова что-то сказала и потянулась рукой к его колену, но он только отмахнулся. В этот момент Сондра отвернулась, пытаясь не показывать неприязнь. — Чего замолчали? — спросила Рики, нарушая тишину. По правде говоря, она и сама не знала, какой ответ хочет услышать. — Ладно, на сегодня закончим. Вася сказал это даже не посмотрев на нее. Только отодвинулся на стуле и достал сигарету. От этого ей показалось, что кровь закипела в жилах, уши заложило.  — Что это все значит, черт возьми?! — Рики закричала и вскочила на ноги. Нога ударила по столу снизу, и стоящие на нем бокалы громко звякнули. Подходящая к ним Тамара остановилась на полпути и, недолго думая, развернулась к другим посетителям.  — Вы здесь все совсем охуели?! Захотели избавиться от меня? Сидите с этой… кошелкой, беседуете! — она чуть не стукнула по столу больной рукой, но Вася поймал запястье в воздухе. — Не трогай меня! И не думайте, что можете все делать у меня за спиной. Что это такое вообще? А этой… может я ей тоже палец отрежу и пну в живот, будем квиты?  — Э-это по моей части. — отозвался Резак. — Сондра, какого… — начал Вася, повернувшись к ней. — Зачем ты привела ее? Я думаю о ее безопасности, о том, чтобы она восстановилась. А ты, блять, приводишь ее сюда?  — А я тоже не понимаю, почему Рики сама не может решать. — ответила она, скрестив руки на груди. — Как же меня бесит, что ты разговариваешь со всеми, кроме меня. — проговорила Рики сквозь зубы, медленно села, а потом обратилась к Герману. — Кстати, никакого Кластера больше нет, что ты здесь делаешь? Тем более, я соврала, сказав, что могу выписать документ на твой арест. — Нихуя се-себе, ты сучка. Еще такая энергичная. — его лицо казалось неожиданно безэмоциональным. — Ну, есть у меня причины си-сидеть с вами в этом блядюшнике. — Мне жаль. — вдруг тихо произнесла Джей, опустив взгляд в пол. — Неужели? — брови Рики поднялись от удивления. — Я то думала ничего сегодня не услышу. — Мы просто хотим узнать больше об этих двух… Александре и Родионе. Почему было не попробовать, если Резак знает Джейлу? — Эд брякнул льдом в бокале. — Ага… а я? Пошла я нахуй, так? Я не собираюсь отсиживаться дома. Как какая-то бесполезная…  — Ну, все, давайте закругляться. Хватит ругани, в следующий раз продолжим. — вмешался Вася. После этого ребята стали молча собираться. Первой ушла Джей, потом близнецы и Герман. Затем вышла и Сондра, недолго поговорив с подругой перед прощанием. Тамара, наконец, подошла, чтобы забрать деньги за выпивку и чаевые. Вася и Рики остались одни.  — Полагаю, ты не намерена выслушивать возражения. — Как ты догадался? — Может, хватит пассивной агрессии? — он отвлекся, чтобы закурить. — Я провожу тебя домой. — Я не собиралась домой. Пойду к офису Кластера. — Зачем?  — Просто… побыть там. Не хочу, чтобы страх отпечатался в голове. Я сильнее этого. Мне нужно туда. — Пойдем вместе. Но я не спущу с тебя взгляда, а ты не станешь далеко уходить без меня. — он встал, поправляя пальто, когда она уже стояла в дверях. — О. Ну, как скажешь, папочка. — Как ты сказала?

***

Когда Сондра вышла на улицу, чья-то рука сразу увлекла ее за угол. Она оказалась прижатой к стене в узком проулке. Герман выглянул, провожая близнецов взглядом. Затем приподнял ее подбородок и посмотрел в глаза. Сондра в растерянности уставилась на него. — Привет, обезьянка.  — Ты даже не обратил на меня внимания. — заметила она, отворачиваясь. Свитер скатился с плеча, обнажая кожу. В следующее мгновение она почувствовала там горячие губы Германа и слабый укус. Ладонь скользнула по талии и притянула девушку ближе. Коленом он пытался раздвинуть ей ноги. Сондра ахнула и уперлась локтями ему в грудь. Слава Богу, он продолжает.  — Я обратил, ты-ты просто не заметила. — он взял ее за руку и опустил к паху. Герман был возбужден. Его поцелуи перешли на шею, дыхание обжигало кожу. — Не на улице же. — А на улице и не надо. Хо-хотя… — она слышала, как он прерывисто дышит. — Идея прикольная.  Языком он провел по ее ушной раковине и прикусил мочку. Послышалась еще пара вздохов от поцелуев, прежде чем Герман увел Сондру из проулка, обнимая за талию.  В тени домов стоял припаркованный фургон. Машина издала пикающий звук и моргнула фарами, когда парень засунул руку в карман бомбера. Открыв дверь, он затолкал спутницу в салон и не упустил возможности потрогать ее ягодицы. Сондра села на край лежанки, тогда как Герман опустился на колени рядом и начал снимать с нее кроссовки. Потом его руки стали подниматься выше, но она дернулась и отстранилась. — Че такое? — он смотрел на нее снизу вверх, это было непривычно и неловко. — Кто тебе та девушка? — Че? Ну, начинается… мне хватает разборок, ты не хочешь просто… — Нет! Если это был не просто разовый секс, я хочу знать, чего ты хочешь. И пусть Сондра выглядела уверенно, ей казалось, что от волнения чувствует удары сердца где-то в горле. Кровь прилила к щекам, пришлось приложить максимум усилий, чтобы голос звучал ровно. Его взгляд на несколько секунд стал задумчивым, а затем он резко вскинул ее ноги и перевел в лежащее положение.  — Тебя хочу. По-потом пообщаемся. Закрой рот и не открывай, пока не разрешу.  — Нет, сейчас.  Герман шумно вздохнул, внутри него начинало копиться раздражение. Тогда он молча расшнуровал ботинки, залез на лежанку и сел у нее между ног, забросив их себе на плечи. Она подумала, что Герман проигнорировал ее, но он вдруг заговорил. — Мы с Джей встречались. Давно. Мне похуй на нее. Еще во-вопросы будут?  — Да. Сейчас у тебя кто-нибудь есть? — Ты че, думаешь, я со всеми подряд трахаюсь, блять? — Я не знаю! Он снова замолчал на некоторое время и нахмурил брови, будто пытаясь понять, что у нее в голове. Но ему это было совершенно непонятно. — Ни-никого у меня нет. Да-давно не было. Че за допрос ты устроила? — Я не хочу быть дурой! Ничего не выяснять, а потом что? Делить с кем-то одного мужчину? Это глупо. Сондра отвернула голову с обиженным взглядом, но Герман тут же взял ее за челюсть и повернул к себе. Она заметила, что в его глазах что-то поменялось, но не могла понять, что.  — Она спала с тобой?  — Ну… да.  — И… как да-давно это продолжается? — Может… месяца три… — Я понял. — вдруг сказал он тихим голосом. — Слушай. Я по-постараюсь для тебя. Ты меня успокаиваешь… Кроме этих выкрутасов ебаных. Артистка.  — Так бы сразу. Он слегка наклонился и двинулся бедрами. Изо рта Сондры вырвался приглушенный стон, когда она почувствовала его твердый член сквозь ткань джинс. Двигаясь медленно, Герман прижимался к ней все плотнее и теснее. Одна рука сжала ее бедро, другая скользнула под свитер. От этого прикосновения стало зябко. Сондра слабо оттолкнула его. — Стой. — Блять! Ну, че еще?  — Здесь холодно. — Включу обогрев.  Он вернулся так же быстро, как и отошел, раздеваясь на ходу. Футболка и бомбер упали на пол.  — Теперь ты до-довольна? — Да. — Заебись. Если ты е-еще раз меня остановишь, я не знаю, что сделаю. — А ты не останавливайся. Герман наклонился и впился ей в губы долгим поцелуем, отвлекшись лишь на то, чтобы приподнять ее и снять кофту. Она отвечала, обнимая за шею и слегка царапая кожу ногтями. Переживания с прошлого раза о том, что произошло что-то неправильное, теперь стали какими-то странными и далекими. Так трудно быть правильной. Пока Сондра нащупывала ширинку на джинсах Германа, его пальцы запутались в волосах, прошлись по шее, плечам, спине, потянули застежку лифчика. Он аккуратно уложил ее на покрывало, а поцелуи спустились на грудь и соски. Она запрокинула голову и совсем не заметила, как он вытянул ремень из ее джинс. Осознание пришло только когда он стянул им ее запястья и закинул себе на шею. Герман снял с нее джинсы вместе с трусиками, разделся сам, потом сел, опираясь на стенку фургона и увлекая девушку за собой. Теперь Сондра больше не могла его оттолкнуть, да и не хотела. Его лицо находилось так близко, а дыхание было таким обжигающим. — Зачем это? — прошептала она. — Нравится. И все. Рукой он провел вниз по ее животу, большой палец остановился на клиторе. Сначала медленно, затем все быстрее он ласкал ее. Сондра застонала и выгнулась. Ей тоже хотелось трогать его, она даже дернулась, пытаясь высвободить связанные ремнем руки, но не смогла. Блять, ну почему он такой… Герман прикусил ее сосок, и она забыла, о чем думала. Медленно садясь на член, она наклонилась вперед и начала осыпать поцелуями его лицо. Пальцы сжались на ее бедрах, задавая собственный ритм, который становился все быстрее. Герман издал сдавленный стон и подался навстречу, крепче сжимая ягодицы девушки. Потом он резко наклонил ее голову к своим ключицам. — Поцелуй тут. Сондра с изумлением повиновалась. Боже. Аромат его тела дурманил так, что закружилась голова. Пахло ромашкой и еще чем-то… Лосьон после бритья. Приятный запах, такого она никогда ни у кого не чувствовала. Внезапно Герман положил ее на спину и вжал в покрывало. Движения стали резкими. Послышался странный звук, похожий на рычание. Он смотрел только ей в глаза. Ее губы приоткрылись в очередном стоне, который он проглотил, накрыв своими и запустив язык в рот. Больше Сондра не сдерживалась, связанные руки прижимали его шею ближе и не отпускали. Все, на что она была способна в этот момент — томно вздыхать от удовольствия и вонзать ногти ему в кожу. Ладони Германа легли на заднюю сторону ее ляжек, поднимая ноги себе на поясницу. Она обхватила его торс. Пряди его пепельно-русых волос упали ей на лицо, когда Герман наклонился к уху. — Блять, с ума сойти… — голос был тихим и хриплым. Он скинул с себя ее руки и перевернул Сондру на бок, не выходя из нее. Затем лег рядом, прижимаясь к спине, запустил пальцы в копну ее волос и потянул назад. Другая рука спустилась к промежности, он ласкал ее, заставляя стонать громче. Герман медленно задвигался в ней. — Ах… я не верю, что ты совсем недавно относился ко мне с таким презрением, а теперь мы…  — Заткнись, заебала уже. Похоже, мне действительно нравится такое обращение. Он зажал ей рот и нос и ускорился, а разжал только тогда, когда она издала тихое мычание, ее колени задрожали, спина выгнулась. Сондра жадно вдохнула воздух, широко раскрыв рот, но Герман взял ее за подбородок и поцеловал в губы, не дав возможности отдышаться. Послышался короткий жалобный стон. Он вышел и осторожно подтолкнул ее в плечо. — На пол, сучка моя. — сказал он, садясь на край лежанки. — Может, ты меня развяжешь? — спросила Сондра, опускаясь перед ним на колени. — Ага. — Герман снял ремень с запястий, но тут же затянул на ее шее. — Так хочется те-тебя придушить, что не могу удержаться. — Я тебе не сучка. — возразила она, но без особого энтузиазма. — Сучка. — он резко дернул за край ремня и притянул ее к члену. От неожиданности она уперлась руками в его ноги, но спустя несколько секунд обхватила член пальцами. Ее язык коснулся основания и прошелся до головки, оставляя мокрый след. Раздался стон, одновременно с ним Герман резко выдохнул. По телу прошла волна дрожи. Взяв ее лицо ладонями, он наклонился и поцеловал ее в лоб. Сондра обхватила член губами и подалась вверх-вниз. Она сосала его медленно, дразня легкими движениями головы и скользя языком по головке. Через несколько минут она захотела отстраниться, чтобы что-то сказать, но Герман не дал ей этого сделать. Схватив за волосы, заставил ее взять его глубже и двигаться быстрее. Сондра поймала его ритм и больше не делала остановок, пока он не кончил. Потом она не спеша поднялась, его рука притянула ее к себе, и Сондра села к нему на колени. Ее голова легла ему на плечо, пальцы коснулась груди. Герман снял ремень с ее шеи, и, откинув в сторону, еще раз поцеловал. Она не переставала удивляться, каким спокойным и нежным он становился после секса, и похоже, ему просто нравилось чувствовать ее рядом. От его совершенно иного взгляда даже становилось не по себе. — Ты не хочешь… остаться у меня? Можем поваляться в кровати, посмотреть кино…  — Ты хочешь е-еще раз? Так бы и сказала. Этим вечером он уснул в ее постели, уткнувшись лицом в ее горячий живот. Она откинулась на подушке, закрыв глаза. В темноте комнаты на экране телевизора почти беззвучно мелькали кадры фильма.

***

По пути в Кластер встречалось все больше людей в форме. По видимому, власти не теряли надежд по наведению порядка в городе. И Анархисты на какое-то время затихли, волнения стали реже. После того, как вся организация Кластерного Равновесия куда-то исчезла, их офис разгромили бунтующие. Здание приобрело заброшенный вид. Стекла были побиты, стены успели закрасить граффити. Рики ходила туда-сюда по заднему двору, пока Вася стоял в стороне и наблюдал за ней. Она вдруг остановилась, стоя к нему спиной и задумалась. Тогда он подошел к ней сзади и приобнял за плечи. — Как ты себя чувствуешь? — Нормально… — в этот момент рука медленно опустилась на талию, и Рики отпрянула. — Как фамильярно. Она отошла к мусорным бакам, возле которых валялись коробки и бумаги. Под ноги бросилась огромная серая крыса с громким писком. От испуга Рики подпрыгнула на месте. Потом ее внимание привлекла пустая картонная коробка белого цвета с зеленым рисунком. Взяв, она прокрутила ее в руках и уставилась куда-то вдаль пустым взглядом. — Ибрагим собирается решить кое-какие дела… он договорился, пойдет в банк в следующее воскресенье. Мы можем пойти с ним. Ты как? — А… да. Пойдем. Ты знаешь… я тут вспомнила. У меня дома есть такая же коробка. — И что? — Там кое-что есть… — она подняла взгляд на него, вид был такой, будто ее только что осенило. — Что же? — Пойдем, посмотрим. Рики накинула капюшон на голову и быстрым шагом двинулась к дороге. Васе пришлось поспешить за ней.

***

Они зашли в ее квартиру. Ключи брякнули, упав на тумбочку. Рики быстро сняла обувь, не развязывая шнурков, села у кровати и открыла ящик. Вася повесил пальто на крючок, не торопясь скинул ботинки и подошел к ней. В ящике, помимо одежды и постельного белья, была увесистая коробка с бумагами. Рики, недолго думая, взяла ее, ноутбук, и залезла на кровать. — Садись. — сказала она, похлопав по одеялу слева. Вася сел рядом, рассматривая бумаги заинтересованным взглядом. — Держи. Посмотри вот эту стопку, а я… посмотрю вот эту. Скажешь, если найдешь что-то знакомое. — Что это? Анкеты? — Типа того. Я печатала это все, чтобы удобнее было работать. Вдруг что-нибудь найдем. Он стал перебирать листы. Сверху лежала анкета с заметками, написанными ручкой, а под ней были закреплены степлером листы с дополнительной информацией. О некоторых людях было напечатано всего две-три страницы, тогда как о других — десять и более. В углах размещалось черно-белое биометрическое фото. В их руках зашуршали бумаги, и Вася листал, пока не наткнулся на знакомый портрет. С анкеты на него смотрел Эдгар Роялтон. Почти вся страница была заполнена записями, они умещались даже между строк. Мелкий почерк местами становился огромным, много слов зачеркивалось. Рики вдруг покосилась в сторону, не понимая, что он там так долго разглядывает, а потом отобрала анкету Эда. — Там… личное. — проговорила она с неловкостью и бросила страницы на дно коробки. — Я понял. Думаешь, найдем здесь что-то полезное?  — Хотя бы попробуем, мало ли… Она вдруг застыла, рассматривая очередную бумагу. Там было изображено мужское лицо с бородой, но Рики узнала его по глазам. — Да! Это он, смотри! Воронов Родион, гибрид: чтение памяти предметов. Направить: Экспертно-криминалистический отдел. Вид у нее стал такой, будто только что выиграла в лотерею. На радостях она кинулась Васе на шею, крепко обнимая, а когда отстранилась, даже не заметила его изумленного взгляда. Он про себя отметил, как приятно от нее пахнет чем-то кокосовым. — Тут совсем немного про него. Но я так понимаю, что после регистрации его приставили к полиции, чтобы он помогал там. Ну… с этой памятью предметов. Это было, дай посмотрю… семь лет назад. Я только пришла в Кластер. Но с ним лично я не работала и не виделась. Не помню такого лица. Кто же знал, что он найдется в этой коробке со старыми распечатками… давай прочитаем, что тут еще… — Что за адрес здесь? — Не знаю… он неполный. Обычно мы тут пишем постоянный адрес проживания, но у него такого обозначения нет. А мы сейчас попробуем найти на карте, что это за место. — Давай. — Так… — тихо сказала она, открывая ноутбук, а затем снова повернулась к мужчине с широкой улыбкой на лице. — Я не бесполезная. — Рики, ты полезнее всех из нас. Даже без способностей. — Да брось. — она все еще совсем не понимала, к чему он клонит. — А это адрес какого-то гостевого дома, правда, на окраине. Вряд ли, он, конечно, там до сих пор живет. Да и тут, в картах, информация тоже трехлетней давности. — А это что за пометки на второй странице? — Это… А! Так его задерживали несколько раз и зарегистрировали принудительно. Он скрывался. — Тогда нам есть что проверить. Я скажу Резаку. — Я с вами. И это не обсуждается.