Бесполезные

Мальчик сидел на стуле во дворе рядом с дедушкой. Солнечные лучи, пробиваясь через редкие облака, мягко касались земли, освещая поля и дома. В воздухе витал прохладный ветерок, наполненный ароматом влажной земли и травы. Вася сунул руку в пачку за очередным крекером, а дедушка стряхнул крошки с его колен. — Давай-ка, отложи это, и лучше скажи мне, когда появится дядя Костя и что он нам сегодня принесет. — сказал он, поднося к глазам бинокль. — Дед, ну зачем мне это… он и так каждый день сюда ходит… все с одним и тем же. — недовольно протянул мальчик. — Затем, чтобы развивать способности. Тебя ждет жизнь, полная неожиданностей. Ты должен быть готов. И лучше делать это, когда тебе это не нужно, поверь мне. — Ты что, мою жизнь уже на сто раз пересмотрел? Зачем тебе вообще смотреть мое будущее? Я всегда буду ездить с вами загород и читать кошмарики. Вот вчера “Шоу веселых покойничков” дочитал. — Нет, не будешь, — отрезал Иван. — А теперь говори, я засекаю время. — Ладно! — раздраженно ответил Вася, пнув землю под ногой. — Примерно через четыре минуты появится. В авоське принесет бутылку, огурцы и сало. И действительно, секунда в секунду, у калитки появился седовласый мужчина в старых джинсах и растянутой футболке. Раздался скрип, и он махнул рукой Ивану, наблюдающему за ним из бинокля. — Ага, — усмехнулся дед. — идет вон, несет водяру, старик. Пылесос поди в мастерскую купил. Обмыть хочет. Вдруг на крыльцо выбежала девочка в футболке и шортах, но босиком, и закричала: — Вася! Я не могу достать варенье! Мальчик встал, заворачивая край упаковки от крекеров, и направился в дом.

***

Мужчина постучал в дверь, ребята столпились за его спиной. Долгое время никто не подходил. Он вздохнул и постучал еще. Внутри что-то зашуршало, потом раздался звук какой-то упавшей на пол металлической штуковины. — Константин, это Вася, внук Ивана. Давай, открывай. Мне нужна помощь. — Кто? — переспросили из-за двери. — Вася. — А Иван где? — Умер Иван пять лет назад, ты что, забыл? Дед охнул и стал отворять засовы. Судя по звукам, их там было три-четыре, не меньше. Дверь, наконец, распахнулась. Константин посмотрел на незваных гостей изумленным взглядом, и сразу же ее захлопнул. Мужчина обернулся к остальным, ребята молчали и только вопросительно смотрели на него. Через пару минут дед снова появился в проеме, с подозрением оглядывая пришедших. — Кто это? — спросил он. — Друзья. — ответил Вася. — А Ибрагим с Иланой где? — В городе. — сказал он, стараясь сохранять невозмутимый и спокойный тон. — Заходите. У мужчины была чистая, почти белоснежная седина, морщинистый высокий лоб, подстриженная борода и усы. Над серыми глазами, напоминающими стекло, нависали редкие светлые брови. Сквозь тонкую кожу век виднелись капилляры. Он развернулся, поднял с пола какой-то тазик с тряпкой и пропал в глубине дома. Ребята медленно прошли в небольшую темную прихожую. Только свет из окна в кухне проникал внутрь. Повсюду валялись обрывки бумаги с набросками и странными записями неразборчивых мыслей хозяина. Лестница, которая вела на второй этаж, была заставлена коробками, из которых торчали какие-то рамы, книги, кисти и банки. Герман заметил на вешалке у входа висевшее мачете и качнул его пальцем. В углу стоял огромный мольберт, занавешенный грязной тряпкой.  Дед вернулся и прошел мимо гостей на кухню шаркающими шагами. Он держал засохший цветок в ржавом горшке. Вася махнул рукой, и все последовали за ним. Константин дрожащими руками поставил горшок на подоконник и дернул вбок тяжелую штору. Мужчина подошел и положил ладонь ему на плечо. — Что? Что такое? Я тут цветы пересаживаю. — дернулся старый. — Ты уже пересаживал. — ответил Вася. — Так нет, Эмма попросила вот вчера, я пересаживаю. Он уже собрался снова скрыться в другой комнате, как Василий остановил его. — У тебя там только фотография тети Эммы времен вашей свадьбы. Как она могла тебя попросить? — А как не могла?  — Дядя Костя, давай лучше пойдем, чай гостям сделаем? Как ты думаешь? Подождут твои цветы? — А… да… Дед снова удалился, шаркая тапками по полу. А Вася попросил друзей посидеть на кухне и подождать, пока приведет хозяина в чувство. — Он, похоже, плиту себе в комнату переставил, — сказал он, берясь рукой за голову. — Пойду, прослежу, чтобы чайник с огня снял. Они сели за стол, молча переглядываясь. Сондра прикусила губу и подняла брови, смотря в пол. Рики сложила руки на груди и легко улыбнулась уголками губ. Эдгар вздохнул, пододвигая стул. Эдвард отстранился, изучая набор хрустальный посуды за стеклянными дверцами шкафчика. Герман закинул ногу на ногу и минуту косился в сторону мулатки, пока, наконец, не дернул ее за ухо. В ответ она ударила его по руке. — Тише вы. — процедила блондинка. — Думаете, что-то получится? — спросил Эд, не отрывая взгляда от посуды. — Я даже не знаю. — ответила она, поправляя волосы. Вскоре появился Вася, он придерживал старика за спину, пока тот опускался на кресло у окна, а в другой руке держал чайник со свистком. Поставив его на стол, указал пальцем на так понравившуюся Эду посуду, и тот, аккуратно открыв шкафчик, стал доставать чашки. — Это же на похороны… — тихо возмутился Константин, пытаясь встать, но Вася сразу усадил его на место. — Так, а для гостей? Красивая же посуда. К тебе, что, часто гости приходят? — Да… да, да… хорошо… А Эмма? Она тоже будет. — Я ей сам отнесу, ты сиди. Отдыхай.  Близнецы стали разливать чай, а мужчина взял лишний стакан и отнес его в комнату. Там, на тумбочке стояла фотография женщины в белом платье. Она широко улыбалась, ее щеки горели румянцем, а в руках она держала букет. Поставив чай рядом, он вернулся на кухню. Рики уже подала хозяину чашку и сидела рядом, придерживая, чтобы он ничего не разлил и не обжегся.  — Ну что, Константин? Ты поможешь? — Да, да, помогу. Что вам там нужно покрасить? Крыльцо? — он улыбнулся и посмотрел на девушку рядом. — А кто это? Невеста твоя? Красивая. Рики поджала губы, не зная, что сказать. Вася присел около деда на корточки. — Так нет же, гипноз нужен. — Ох… — вздохнул тот, отдавая блондинке чашку. — Я же делал такое, ты помнишь. Начальник завода у меня просил. У них тогда насос украли. Я могу. — Да, да, тут похожее дело, — ответил мужчина, взяв его за руку. — У нас кое-что случилось, нужно вернуться в ту ночь и посмотреть все в деталях. — Но с тобой же не получится. — А со мной и не надо. Вот две девушки, они тоже видели. Только все произошло слишком быстро. Понимаешь? Константин снова охнул и почесал бороду. Казалось, какая-то часть рассудка возвращалась к нему, когда речь шла о его гибридной способности. Он посмотрел на обеих и молча указал на кушетку у стены. Вася сразу подскочил и убрал оттуда скомканное покрывало из верблюжьей шерсти.  — Делаем, пока он в себе. — сказал он, подтолкнув Рики. Девушка села на край кушетки, растерявшись, и не зная, что ей делать, как вдруг мужчина закинул ее ноги, мгновенно переведя в лежачее положение. Она раскрыла глаза от удивления и сложила руки на животе. Вася быстро подставил стул напротив и помог дяде Косте пересесть поближе.  — Так… — начал он задумчиво. — Напомни мне, что я хотел сделать с твоей невестой? — Гипноз, дядя.  — А! Ха-ха, как с начальником завода! — неожиданно громко засмеялся дед, хлопнув в ладоши. — Закрой глаза, ласточка моя. И подумай о том, что ты там хочешь увидеть. Рики последовала его указаниям, стараясь сосредоточиться на воспоминаниях той ночи, когда они с Сондрой искали еще тогда незнакомого мужчину и невольно стали свидетелями убийства. Константин начал бормотать что-то убаюкивающее и водить руками возле ее головы. Все молча наблюдали за этими действиями, напоминающими какой-то древний ритуал. Вдруг девушка мотнула головой и сказала:  — Ничего не получается. — Тогда Сондра. — Вася жестом пригласил ее поменяться с Рики местами. Та легла на кушетку, закрыла глаза, и все повторилось. Дед снова начал говорить что-то неразборчивое себе под нос. Но ей показалось, что движения его рук стали вводить ее в сон. Она ощущала себя так, будто бы плыла по воде. Мулатка издала тихий стон, а потом завертела головой. — Что это с ней? — с тревогой в голосе спросил Эд. — С ней все получится. — ответил Вася, не сводя с нее внимательного взгляда. — Надо уходить. Звон колокольчика у крыльца. Звуки перемешались. Громкий крик, выстрел, вновь крик, опять выстрел. И — тишина. Испуганные глаза… Иланы… смотрели в пустоту. Тело. Отражение в стекле. Женщина. Отражение. Женщина. Отражение. Женщина. — Ааа! — Сондра с криком вскочила, тяжело дыша. На лбу ее появилась испарина. Ребята бросились к ней, пока она кричала только одно имя, и никак не могла прийти в себя. Ахнули все, за исключением Васи и Германа. Эдвард налил ей еще чая. Девушка быстро отпила и продолжила повторять одно и то же. — Ты уверена? — обеспокоенно спросила Рики. — Я не верю… — Не бывает у Константина промахов. — сказал Василий, нахмурившись. Во взгляде была злоба, которую он старался подавить. Мужчина отвел уже снова позабывшего что он тут делает, деда, в комнату.  — Отдыхай, старик. Я пойду, перекурю. — Да. А потом цветы пойду пересаживать, Эмма попросила вчера. — сказал дядя, расслабляясь в кресле. Вскоре он захрапел. Вася вышел на крыльцо, громко хлопнув дверью. Сондру знобило от волнения, и ее снова уложили на кушетку. Подруга вытерла ей лоб салфеткой. Близнецы, нахмурившись, молчали. Герман нервно качал ногой. Мужчина снова появился минут через пятнадцать и зашел в комнату, где дремал дед. На тумбочке стоял остывший чай в стакане возле фотографии его покойной жены. Вася тронул его за плечо и заговорил: — Спасибо тебе, дядя. Мы потихоньку уже поедем домой. Он не ответил. Тогда Вася слегка потряс его, и голова медленно наклонилась в сторону. Лицо Константина было спокойное и умиротворенное, губы застыли в мягкой улыбке. В свете лампы был едва заметен отпечаток пальца на стеклянной вставке в фоторамке. Мужчина сразу все понял и коснулся пальцами углубления под нижней челюстью на его шее. Пульса не было.  — Помог нам и ушел. — сказал он, вздохнув. Друзья на кухне обернулись. Вася медленно развернулся к ним. — Умер… Ушла эпоха.  — ответил он на недоуменные взгляды и отошел к окну. — Там в нескольких километрах кладбище, где его предки и жена похоронены. И его надо на той же земле. Помогите, парни. А вы вдвоем оставайтесь здесь, пока мы не вернемся. — Мне жаль. Он мне показался таким добрым… — с досадой в голосе сказала Сондра. — Пойду фургон поближе подгоню. — Герман встал и направился на выход. Скоро девушки остались одни в кухне. Рики все еще обнимала подругу за плечи, а та постепенно, но успокаивалась. Засохший цветок на подоконнике слегка колыхнулся.

***

Рики нервно ходила туда-сюда по залу в квартире Роялтонов. Эд старался ее успокоить, но она не слушала. — Да не может такого быть! И вообще, я хочу сама все проверить и узнать. — Скажи мне, как? Чего ты этим добьешься? — со злой иронией спросил он. — Я пойду туда и поговорю. Этому должно быть какое-то объяснение. — Ты нихуя не заботишься о своей безопасности. Я уже перестал удивляться, когда ты лезешь в воду, не зная броду. — А с каких это пор ты так беспокоишься обо мне? — девушка повысила голос. — Не спорь, меня здесь поддержат все. — сказал он, раздраженно вскинув руки. Друзья косились на них, сидя на диване. Только Сондра стояла в стороне у барной стойки и ела какой-то салат из пластикового контейнера. Заедала стресс после сеанса погружения в воспоминания. — Он прав, — отозвался Вася. — Я не понимаю, с чего ты взяла, что тебе все выложат на блюдечке. Да с золотой каемочкой.  — Ну вы не понимаете, что это чушь? — сердито воскликнула Рики. — Да ты за-заебала уже орать. — добавил Герман, закинув ногу на ногу. — Но если ты так горишь этой идеей… честно сказать, глупой, тогда ты не должна идти одна. Мы с Резаком можем пойти с тобой. Безопаснее будет. Девушка зло посмотрела на них и ушла в ванную комнату, хлопнув дверью. — Перекур. — Вася встал и отправился на террасу.  За ним не пошел никто, кроме Эдгара. Оттуда открывался вид на город, начинающий зажигать редкие огни. Он оперся о перила, закуривая сигарету. — Дай мне тоже. — попросил подошедший. — Ну на.  Мужчина уже подумал, что ему показалось, что блондин что-то хочет сказать, потому что какое-то время они оба просто молчали, устремив взгляды в никуда. Но тот вдруг заговорил: — Почему она такая злая всегда? Раньше была совсем другая.  — Злая, говоришь? — усмехнулся Вася. — Тогда, в больнице, я пошел ее искать. И нашел. Зареванную в туалете. Сидела там с побрякушкой… такой, с клевером. — Рики хранит этот кулон? Выражение его лица вмиг стало удивленным, он чуть не выронил сигарету. Эд мог представить, что она выкинула этот подарок или забросила куда-нибудь подальше, но не мог подумать о том, что она носит его с собой. — Да. Она еще так бережно его отряхнула. Наверное, что-то еще чувствует. — Ты поэтому к ней не подкатываешь, да? — спросил парень, снова отвернувшись. — Чего? — теперь опешил уже Вася. — Я твои мысли уже вдоль и поперек перечитал. Вижу, как на нее смотришь. И ревную. Нравится она тебе, да? — Хитрый засранец. — Лучше скажи, что мне сделать, чтоб она не злилась. Вряд ли Рики вернется ко мне, но… Посоветуй. У тебя опыта больше, мне кажется. — Совета хочешь, — посмеялся мужчина, стряхивая пепел. — А ты прощения просил?  — Нет. — Так попробуй. Сколько времени уже прошло? А ты у меня спрашиваешь. Будешь хотя бы знать, что простила. Будешь знать, счастлива она или нет. Нужна ли ей помощь. Раз любишь. А то только ведешь себя как мудак.  — Я не думал об этом. Докуривали молча. Солнце не спеша приближалось к горизонту.

***

Мулатка теперь уже стояла дома у плиты и помешивала макароны в кастрюле. Мокрые волосы были завернуты в полотенце. Она зачерпнула пальцами немного соли из пиалы и высыпала в кипящую воду. На тумбе завибрировал телефон, и девушка увидела, что пришло сообщение.  edgar07070: Сондра, ты спишь? son_liva: нет а что edgar07070: Можешь мне помочь? son_liva: давай быстрей я есть готовлю edgar07070: Напиши Рики, что у меня что-то случилось. Не знаю, что. Просто чтобы она пришла. son_liva: ты что гонишь что ли. зачем тебе. сам бы написал edgar07070: Знаю, но она тогда не придет. И вообще, я у нее в блоке. son_liva: так зачем тебе. а то я сейчас ей это перешлю edgar07070: Хочу сделать сюрприз и извиниться. son_liva: что нибудь придумаю son_liva: рики, у эда что то рана кровит и болит после взрыва на станции. лежит загибается вот звонил, я не успею к нему. можешь проверить? rickeyB: чего???!!!  rickeyB: блять rickeyB: давно? rickeyB: ну где ты, только что была в сети rickeyB: что за пиздец. бегу Сондра убрала телефон в сторону и вернулась к готовящимся макаронам.

***

Раздалась целая очередь нетерпеливых звонков в дверь. Эдгар перевел взгляд на часы, натирая бокал салфеткой. Двадцать минут? Так быстро? Он подошел и, не спеша, открыл. В зал ввалилась испуганная девушка. Она что-то кричала и старалась уложить его на диван, попутно снимая куртку. — Что? Что с тобой? — она судорожно задирала его футболку. — Эм… Я не знаю. Что Сондра сказала? — Вы издеваетесь надо мной?! Рики возмущенно крикнула, но тут заметила боковым зрением бутылку мартини и фрукты на столике. Она так быстро влетела в квартиру, что даже не заметила приглушенного света и фуршета. — Что у тебя тут? Я думала, ты умираешь. — Твоя подруга перестаралась, когда я попросил что-нибудь придумать, чтобы ты пришла. — Я не собираюсь в этом участвовать. Девушка хотела уже встать и уйти, но Эдгар резко поднялся с дивана и обхватил ее за талию, уткнувшись в грудь. Она опешила и замерла. Их молчание затянулось, сердце в груди парня бешено стучало, он сглотнул слюну. — Я тебя не отпущу, пока не выслушаешь. — наконец произнес Эд. — Все как в тот раз, да?  Он поднял взгляд и увидел, как лицо ее стало грустным. Рики вздохнула, опустила руки и склонила голову. В комнате снова повисла тягостная тишина. Этот разговор откладывался так долго, и вот, наконец, Эд догнал ее. Теперь стало понятно, что сбежать от этого не удастся. И она почувствовала, словно сердце сжимается, а к горлу подкатывает вся та боль и горечь, которую держала внутри уже полтора года. — Прости меня, — заговорил парень. — Прости меня за то, что умолчал про весь этот конфликт с родителями. За то, что держал тебя в неведении. За то, что просто ждал, пока это все рассосется само. Я думал, ты не хочешь меня видеть. И что когда-нибудь ты остынешь, и все будет как раньше. И вот к чему это привело… Я не знал, что ты чувствуешь. Игнорировал. И я не знал, что ты хранишь кулон… Когда я узнал, я… — Пожалуйста, — прошептала девушка, закрывая рот рукой. — Прекрати. — Я люблю тебя, Рики. Я не хочу молчать. — Я даже не могу сказать, что ненавижу тебя. Она задрожала, а по щекам потекли слезы. Хотелось закричать, убежать, но вырвался лишь тихий всхлип. Его пальцы погладили ее волосы. — Ты простишь? — Да. — Я хочу выпить и потанцевать с тобой, как тогда. Рики кивнула, присаживаясь на диван. Эд начал разливать мартини по бокалам на высокой ножке. — Ты не захочешь снова быть со мной? — Я думаю… не стоит. — ответила она, вытирая слезы руками. — Тогда хочу хотя бы быть рядом. Заботиться о тебе и знать, что у тебя все хорошо. Это ты мне позволишь? — Я никогда и не хотела, чтобы ты пропадал из моей жизни. — Наконец-то я все понял. Идиот. Поздно, но что теперь поделаешь. Когда они выпили, парень встал и пригласил ее на танец. Приглушенный свет в комнате создавал ощущение, что сейчас они скрыты от остального мира. Эдгар протянул ей руку, его пальцы касались ее с осторожностью, будто боясь разрушить этот хрупкий момент. Во взглядах обоих отражались и печаль, и облегчение одновременно. Каждое движение говорило о том, что они все еще помнят друг-друга. Все еще чувствуют.  Через какое-то время они остановились, все еще держа друг-друга в объятиях. Эд не хотел ее отпускать, понимая, что это последний момент в этой истории любви. И его хотелось растягивать как можно дольше. — Я всегда буду любить тебя. Не так, как раньше, конечно, — вдруг сказала Рики. — Но ты же не думаешь, что ты мне не близок и не важен? Что смогу забыть тебя? Он улыбнулся и аккуратно поцеловал ее в лоб.

***

Тебе хотелось скорее сбежать пролетая ночные огни

Мою душу на осколки разбивать твой любимый стиль

Тебе хотелось тупо закричать, голос громом на сотни миль

Не ради пожара меня подожди — подожги чтобы светить

В темноте мы пляшем танго, пьем мартини Бьянко

И нам тут любить никто не запретит

Ты полюбила панка, моя хулиганка

Если это сон, меня не буди

(Из песни “Моя хулиганка” — Xolidayboy)