Эхо Сети

Найт-Сити не спал никогда. Вечная ночь неона и рекламы, ослепляющая, как второе солнце, пронзала серую мглу мегаполиса. Водка с тоником в моей руке болталась о края стакана, пока я смотрел на город вдали, который для одних был синонимом слова «свобода», для других — «слава», но для меня был возможностью просто затеряться. Элегантные кисти рук Дотторе оперлись по обе стороны от меня, завлекая в подобие клетки. Теплое дыхание коснулось уха, и я инстинктивно прислонился ближе к чужому телу. Ненавижу себя за проявление подобной слабости, но поделать ничего не могу, поэтому, когда мужчина губами коснулся мочки, я отбросил голову на его плечо, прикрыв глаза. — Ты ведь сделаешь это для меня, Скарамуча? — шепотом спросил Дотторе, все еще играясь с мочкой моего уха. Мозг упрямо вопил, чтобы я ответил отказом, но тело прижималось ближе и реагировало на каждую ласку, что дарил мужчина, и в такие моменты про существование здравого смысла я успешно забывал. — Сделаю… — только и смог выдохнуть в ответ. Я ощутил чужую улыбку, а затем тонкие пальцы на своем подбородке, поворачивающие мою голову. — Вот и славно, — выдохнул он в самые губы, а затем накрыл их поцелуем. А я... я снова не смог сопротивляться и, прикрыв глаза, ответил. Не помню, когда стакан с выпивкой перекочевал на поручни балкона, а я оказался развернут и прижат к ним. Дотторе продолжал дарить мне поцелуи, жаркие и страстные, отнимая у меня остатки воздуха, и лишь когда я начинал задыхаться, он разрывал поцелуй, чтобы дать мне возможность вдохнуть кислорода, чтобы потом вновь забрать его без остатка. Отстранившись очередной раз, Дотторе усмехнулся, а его рука обхватила мою и накрыла его пах. Ткань брюк в этом месте натянулась, демонстрируя желание. — Продолжим в спальне, — шепнул он.

***

Проникновение в чужую систему не было чем-то новым для меня. Именно для этого Сёгун — секретная правительственная организация Японии — готовила меня с рождения, с каждой модификацией моего тела и нервной системы. Я должен был стать их лучшим нетраннером для проникновения в Сеть и прохождения Чёрного заслона, но стоило раз оступиться, как они тут же выбросили меня за ненадобностью. Вздрагиваю, когда опускаю ноги в ледяную ванну — пожалуй, самая неприятная часть для меня. В который раз обещаю себе уговорить Дотторе купить нетраннерскую станцию в виде кресла, но пока ванна, наполненная льдом, единственное надёжное решение, чтобы не сдохнуть от перегрева нервной системы. Процеживаю воздух сквозь зубы, когда полностью погружаюсь в ванну, и киваю Дотторе. Тому не нужно объяснять, что к чему — он ловко помогает мне подключить интерфейсный кабель к деку и к разъёму в затылке. Лёгкое покалывание пробежало по позвоночнику, когда нейронные импульсы начали связываться с устройством. Глубоко вдыхаю и, прикрыв глаза, активирую дек. Меня встречает привычное мерцание перед глазами, а сознание медленно начало погружаться в цифровой мир. Реальность вокруг меня растаяла, уступая место бескрайнему морю кода и данных, сверкающих яркими огнями и тенями. Между строчек кода становится спокойнее. Холодная ванна быстро перестаёт беспокоить, воспоминания о ней остаются где-то далеко, единственное, что сейчас волнует меня — найти нужную информацию о секретном оружии внутри корпорации «Арасака». Мне быстро удаётся попасть в их систему. Шепотом начинаю отсчёт до ста восьмидесяти. Именно столько времени нужно, прежде чем кто-то заметит, что в систему пробрался посторонний. После этого у меня будет ещё около пяти минут, прежде чем они действительно убедятся в этом и забьют тревогу. Чаще всего мне хватало двух минут. Уверенно маневрирую между данными, зная наверняка, куда нужно двигаться. Ни мощные защитные фаерволы, ни охранники на искусственном интеллекте не становятся проблемой. Несколько программ взломщиков, и цифровые барьеры падают один за другим, позволяя проникнуть мне ещё глубже. «Помоги мне». Тихий мужской голос раздался в моей голове. На миг меня охватила паника, и я сбился со счёта. Стоит ли мне подождать или продолжить двигаться? Я выбрал второе. «Ты... ты слышишь меня, не так ли?» — голос полный надежды, и я невольно мысленно отвечаю ему, что слышу. «Я рад, — голос и вправду начал звучать бодрее. — Никто не слышит или делает вид». «Что ты?» — прямо спросил, не сомневаясь, что это именно «что-то», возможно новая система охраны от нетраннеров, либо вирус, запущенный кем-то раньше. Если второе, мне следовало волноваться. Никто не отвечает, а время идёт, и я не собираюсь бесцельно его тратить. Вновь бреду между кодом в попытках выведать необходимое для Дотторе и, наконец-то, добираюсь до центральной базы данных. То, что это была именно она, я не сомневался; массивная структура, окутанная яркими вспышками кода, охранялась последним, самым сильным фаерволом. Это вызывало усталость. Похоже, они достаточно укрепили её с последнего раза, как я был здесь. Собрав все силы и сосредоточившись, я запустил финальный взлом. Взрыв цифрового света ослепил меня на мгновение, и — бинго! — фаервол пал. Внутри были своды информации, разложенные по полочкам. Отыскать то, что нужно, не занимает много времени. Документы, чертежи, планы нового секретного оружия корпорации под кодовым названием «Храм Молчания» находились в одном месте. Я активировал процесс копирования, которое, как на зло, шло настолько медленно, что мысленно я пытался сообразить, как бы замести следы и не дать нетраннерам «Арасаки» быстро отыскать меня. «Не делай этого». И снова этот голос. Но на этот раз я не намерен отвлекаться и продолжаю работу. «Они... придут за тобой, если узнают». «Я не боюсь псов из Арасаки», — довольно хмыкаю, когда копирование началось быстрее. «Не Арасака», — боязливым шёпотом возразил тот. Расслышать что-то больше не удаётся. Сервер взбесился, код начал вспыхивать красными предупреждениями. Электрические разряды пронзили виртуальное пространство, и я почувствовал, как они отдают болью в моём настоящем теле. «Уходи!» — закричал голос, и я бы рад, да вот только не могу инициировать процесс отключения самостоятельно. Надеюсь, Дотторе достаточно умен, чтобы не выдернуть адаптер, а вывести меня из соединения правильно. «Они знают, что ты здесь». «Кто?!» — не выдержал я, скрываясь на крик и, кажется, произнёс это вслух. «Хранители. Уходи, я задержу их». Я чувствовал холод, исходящий ото льда ванны, и, прежде чем соединение прервалось, повторил свой недавний вопрос: «Что ты?» «Сетос», — ответил голос, когда я покинул систему. Ледяная ванна охлаждала разгорячившееся тело. Открыв глаза, я почувствовал знакомую тяжесть и усталость, но, кроме этого, голова жутко болела, что складывалось ощущение, что она вот-вот взорвётся. Пытаюсь вылезти из ванны, чтобы привести мысли и тело в порядок, но сильные руки Дотторе сжимаются на моих плечах, не давая двинуться. — Какого хрена?! — недовольно шиплю, но на мужчину это не возымело эффекта. Светлые глаза сощурились, хватка на плечах усилилась: — Ты. Нашёл? — спрашивает холодным тоном, ещё более холодным, чем ванна, в которой я до сих пор сидел. Неосознанно сердце сжимает страх. Файлы мне так и не удалось скопировать, и даже те крупицы, что успел, были потеряны. Не могу ответить и только отвожу взгляд в сторону, лишь бы не видеть разочарование, возникшее в глазах напротив... Когда-то мне уже приходилось видеть подобное, и после мне пришлось барахтаться в трущобах Найт-Сити, пока я не сумел взять жизнь в свои руки. Что произойдёт после этого, я не знал. Хватка с плеч переходит на мою шею, перекрывая воздух. Я попытался схватиться за чужую руку, чтобы хотя бы немного ослабить удушение, но Дотторе был неумолим и сжимал моё горло всё сильнее и сильнее. Не таким я представлял свой конец... Когда тьма перед глазами сгущается, а сил сопротивляться не осталось, я наконец-то могу вдохнуть. Руки Дотторе отпустили меня, и я ухватился за край ванны, лишь бы не спуститься в неё глубже. Тяжело дыша, я зло посмотрел на Дотторе. Мужчина стоял у окна, прижав ладонь ко лбу. — Теперь я понимаю, почему они выбросили тебя, — мои глаза становятся шире, и я ощущаю, как грудь сжимается, а в горле встаёт ком. Следующие его слова полностью разбивают меня: — Когда это действительно нужно — ты бесполезен.

***

— Ты правда переехал из Норт-Оука? — глаза мальчишки напротив округлились, а лицо засияло неприкрытой радостью, словно он преждевременно получил подарок на день рождения. — Там правда много настоящей зелени и чистой воды? Я кивнул, разом отвечая на два вопроса, и глаза мальчика засияли еще больше. — Однажды я видел этот район в окне машины, но когда попросил родителей подъехать ближе, они отказались. Сказали, там не место босякам из Хейвуда. — Мальчик замялся, явно не решаясь говорить дальше, но похоже, любопытство перебороло обычную вежливость, и он сказал: — Но ты ведь тоже сейчас в Хейвуде… — Ты не веришь мне? — я постарался напустить на себя как можно более суровый вид, стараясь подавить подступающую улыбку. — Нет, нет, верю конечно! Просто подумал о том, что возможно и мне когда-то удастся побывать там. Хотелось сказать, что туда попадают только корпораты, взяточники либо бизнесмены, нечестно построившие свое дело, но почему-то расстраивать его не хотелось, и я только потрепал его по каштановым волосам, улыбнувшись: — Не забудь пригласить в гости. Мальчик засиял пуще прежнего и закивал головой. С коридора послышался хриплый голос старухи, и мальчик, побледнев, быстро вскочил на ноги и бросился к двери. Мне было стыдно признаться, но я так и не запомнил его имя, но похоже, он не обижался, что я постоянно тыкал ему или называл «мальчуганом». Он жил с бабушкой по соседству, родителей не стало после того, как на заводе, где они оба работали, у одного из служащих случился приступ киберпсихоза из-за палёных имплантов. Он почти каждый день прибегал ко мне, иногда рассказывал что-то сам, но больше любил послушать мои истории о Японии или об элитной части Найт-Сити, которая не была доступна беднякам наподобие ему, постоянно повторяя, что однажды он станет знаменитым и будет жить в одном из таких районов. Мне никогда не импонировало общение с детьми, но когда я впервые увидел его заинтересованное лицо, то ощутил, как в груди что-то сжалось, словно пробудилось некое давно забытое чувство. К тому же это помогало отвлечься от мыслей. Прошел уже месяц с тех пор, как я провалил задание Дотторе, распрощался с ним и съехал из его дома. Денег хватило, чтобы снять небольшую квартиру в более-менее приличном доме Хейвуда. Не северная его часть, конечно, которая граничит с центром и где жизнь более безопасна — если она вообще может быть таковой в Найт-Сити — но и не трущобы Пасифики, прелести которых я познал, когда впервые оказался в городе. Сквозь пелену смога за окном было сложно разобрать, сколько времени. Электрические часы показывали 16:00. Совсем скоро с заводов будут возвращаться рабочие, а наёмники выходить на задания, я тоже имел чем заняться, хоть и не таким увлекательным. Дотторе позаботился о том, чтобы никто из фиксеров не выдавал мне задания, заставляя меня опускаться до еще более нелегальных подработок и проникновений в системы, чтобы вывести пару тысяч евродолларов на поддержание существования. Однако сегодня я планировал сделать кое-что другое. Набрав ванную холодной воды и закинув в неё столько льда, сколько мог заморозить в маленькой морозилке, я полностью разделся. Вспоминаю, что не притащил в ванную портативный дек. Раньше я использовал дек Дотторе, чтобы проникать в системы, почти позабыв о своем оружии; маленький, но мощный, дек был со мной еще с тех времен, как я впервые ступил ногой в порту Найт-Сити и начал зарабатывать себе этим на жизнь. Залезаю в ванную и аккуратно вставляю один конец кабеля в дек, а второй — в разъём на затылке. Ощущение покалывания, и я вновь в сети, среди данных. Почему-то именно в этот момент меня одолевают сомнения в правильности того, что я хочу сделать, а именно вернуться в сеть «Арасаки». Что это был за Сетос? Почему он говорил со мной? Почему помог? Если он какая-то новая разработка ИИ от корпоратов, разве не он должен был слить мои данные? Это была лишь горсть тех вопросов, что роились во мне внутри, подстрекая к более уверенным действиям. Попав в систему «Арасаки», я пытаюсь идти тем же путём, что шёл к «Храму Молчания». Прошло секунд сорок, как я услышал довольный голос в своей голове: «Я рад, что ты вернулся. Очень надеялся поговорить с тобой снова». «Вернулся. Ты помог мне уйти в прошлый раз. Зачем?» — спросил я, стараясь удержать голос спокойным. Передо мной возникло подобие фигуры — прозрачная, словно призрак, с мерцающими линиями кода. «Боялся, что ты тоже останешься здесь и меня снова никто не сможет слышать». «Останусь здесь? Это произошло с тобой? Ты не ИИ?» Вопросы могли продолжать сыпаться из меня, и мне пришлось собрать всю силу воли, чтобы остановиться. «Нет. Я…» — он запнулся. Если бы я видел его лицо, мог бы сказать, что он хмурится. Тяжелый выдох: — «Я не помню. Но я не ИИ. Помню только имя — Сетос. Скорее всего, когда-то я пытался взломать «Храм Молчания», но, похоже, попытка провалилась, и теперь я заперт здесь. Но кто я именно, где моё тело и на кого я работал — этого нет. Всё, что осталось — желание найти выход». «Как долго ты здесь?» — спросил я, чувствуя, как внутри поднимается что-то подобное жалости. «Дни, месяцы, годы… Я потерял счёт времени. Но ты первый, кто услышал меня. Ты можешь помочь мне?» — ответил он с надеждой в голосе. Невольно вспомнился день, когда я встретил Дотторе. Тогда я не ел несколько дней и сидел между мусорными баками с деком в руках, ни в силах подняться. Что-то подобное я сказал и ему. Потерял счёт времени, мольба о помощи и протянутая рука навстречу… Нет, это не то, о чём мне нужно думать, пребывая в чужой системе. «В тот раз, когда я прикоснулся к «Храму Молчания», ты говорил о хранителях. Это охрана «Арасаки»?» — через некоторое время спросил я, проигнорировав чужую мольбу о помощи. «Нет. Они не связаны с корпорацией. Но они тоже чужие здесь и появляются только, когда кто-то прикасается к «Храму». Даже нетраннеры «Арасаки» не могут забрать оттуда информацию». А вот это уже было интересно. Не нужно было слишком углубляться, чтобы понять, что «Храм Молчания» оказался не военной разработкой корпорации, а лишь тем, что они украли у кого-то другого и сумели затащить в свою сеть. В Японии мне приходилось сталкиваться с подобным. Знал ли об этом Дотторе? Скорее всего, нет. Губы растянулись в довольной улыбке, осознав, что я имею перед бывшим любовником хоть малое, но преимущество в информации. Возможно, я мог бы обменять её на восстановление им своей репутации среди фиксиров ради больших заказов. «Мне нужна твоя помощь», — настойчивее произнёс Сетос. — «Прошу. Если я выберусь, я помогу тебе. Услуга за услугу». Как раз таки я должен был предоставить ему ответную услугу, но решил промолчать об этом. Голова начинала болеть, похоже, ванная не справлялась с охлаждением, и мне следовало выбираться поскорее. «Хорошо. Что я могу сделать?» — уточнил я, но до конца не решил, буду ли я помогать или, выйдя из сети, просто вернусь к обычным делам. «Найди моё тело». «Ты настолько уверен, что оно не сгнило?» — мне не удалось скрыть скептицизм в голосе. «Подключение все еще активно. Но я не могу разорвать его отсюда, кто-то должен сделать это извне». Голова раскалывалась еще больше. Пора закругляться. Сетос, похоже, заметил, что я готовлюсь к отключению, и его призрак бросился ко мне. «Ты вернешься?» Слышать мольбу в чьем-то голосе было невыносимо. Я приостановил выход из сети, не зная, что ответить. Хотелось бы соврать самому себе и забыть об этой встрече как о дурном сне, но правда была такова, что Сетос заинтересовал меня. «Да», — в конце концов выдохнул я, прерывая подключение. Лёд в ванной полностью растаял. Я чувствовал исходящий из моего тела жар, и похоже, один из имплантов в ноге дал сбой. Но лежа в воде, всё, что меня волновало в этот момент — Сетос. Действительно ли он затерялся в системе, или это ловушка корпорации для доверчивых нетраннеров? В голове роились сомнения, но мне хотелось докопаться до правды. И если Сетос действительно застрял, я был готов помочь попробовать найти ему путь обратно в реальный мир. Я ухватился за бортики ванной, поднимаясь, но тут же завалился назад — всё же импланту пришел конец.

***

Найти рипера не составило труда. Достаточно было обратиться к обычному лавочнику, торговавшему едой, как он тут же посоветовал одного местного. А вот застать его на месте оказалось сложнее. Можно было отправиться в более отдаленный район, к тому, кто постоянно за работой, но мой имплант в ноге, пострадавший после последнего проникновения в сеть, не выдержал бы такой нагрузки. Поэтому я коротал время в небольшом кафе, с окна которого открывался вид на здание, где работал хирург. За несколько дней ожидания я успел выучить всех, кто входил и выходил из здания напротив. Поэтому, когда неизвестный мне ранее блондин уверенно направился ко входу, интуиция подсказала, что это может быть мой мастер. Я не ошибся. Подойдя к железной двери с неприметной вывеской «Клиника Кавеха», я не удосужился постучать и вошел внутрь. Меня встретили тишина и мрак, рассеиваемый лишь экраном компьютера в конце комнаты. Или все же ошибся? — Эй, есть кто-то? — позвал я. То ли я потерял былые навыки, то ли тьма притупила инстинкты, но, когда острое лезвие коснулось моей шеи, по позвоночнику пробежал холодок. — Зачем ты следишь за мной? — зашипел голос у меня над головой. Я бросил осторожный взгляд через плечо на незнакомца. Сквозь темноту на меня смотрели два рубиновых глаза, наверняка импланты, и похоже, очень дорогие. Проблемы мне были ни к чему, и я поднял руки, надеясь, что это станет веской демонстрацией моих добрых намерений. — Я ищу рипера. Мне нужно заменить сухожилие. Глаза незнакомца сузились в тонкую линию. — Ты не кредитор? — Что? — удивился я. — Нет, мне правда нужен только новый киберимплант. Лезвие пропало у моей шеи, а через пару секунд комнату залил приглушенный желтый свет с потолка. Рипер обошел меня стороной, направляясь к креслу. Я последовал за ним. Почему-то я ожидал, что приемная будет сверкать стерильной белизной — именно такие клиники были в Японии. Обращаться к риперам в Найт-Сити ранее мне не приходилось. У Кавеха всё было просто и сразу со входа демонстрировало, чем он занимается. Стены были обвешаны всевозможными инструментами, от которых веяло хладнокровной точностью и утилитарностью. Здесь были и механические руки, и импланты всех возможных форм и размеров, и сложные приборы для калибровки и настройки. В дальнем углу лаборатории располагалась операционная зона, оборудованная устройствами, напоминающими гибрид медицинских и механических инструментов. Смотря на Кавеха, мне казалось, что он не вписывается в это место. Слишком молод, слишком худ и слишком мало видимого железа на нём. На вид он был старше меня на пару лет, с вызовом в глазах, светлыми волосами и обвешанный всевозможными украшениями. Он напоминал какого-то актера или модель, но никак не рипера. Пристальным взглядом он осмотрел меня с ног до головы. — Неплохие шорты, — усмехнулся он, а я едва поборол желание закатить глаза. — Есть подходящий имплант за пятьдесят тысяч. Хорошая тяга, высокий прыжок. Предупреждаю сразу, сумму не разбиваю, в кредит не делаю, гарантия полгода. Если подходит, ложись на кресло, если нет — проваливай, много дел. — Хм, надеюсь, этот имплант будет не хуже того, что сейчас, — покорно следую к креслу. Выбирать и крутить носом нет времени. — Давай посмотрим, — сказал он, пока я удобнее устраиваюсь в кресле. Кавех подъехал ко мне, активировал сканер и подтянул монитор ближе к себе. Не удержавшись от улыбки, я заметил, как лицо рипера вытянулось от удивления, когда он увидел встроенные в моё тело импланты — лучшее японское железо. — Сделаю скидку, если заменишь сразу два сухожилия, — лучезарно улыбнулся хирург. — Пожалуй, откажусь. — Как знаешь, — Кавех пожал плечами. — Обезболиваю. Рипер занес над моей ногой пистолет с сильнодействующим анальгетиком. Едва ощутимый укол — и буквально через пару секунд я понял, что ногу не чувствую. Наблюдая за хирургом, я видел, как он крутится вокруг меня на стуле, насвистывая незнакомую мелодию. Из одной из тумб он достал имплант и демонстративно покрутил его передо мной. — Разве не красота? — он установил имплант ближе к рабочей зоне и размял шею. — Приступим. Крутит механическими пальцами, превращая их в инструменты. Под мягким светом он начал заменять мой имплант. — Я раньше не встречал тебя в Хейвуде, — похоже, молчание не было коньком Кавеха. Прошло всего секунд десять с начала работы, а он уже снова заговорил. — Ты соло? — Можно и так сказать, — вздохнул я. — Недавно обосновался в Уотсоне. — Давай угадаю — нетраннер, — я кивнул. — Это видно по имплантах. Работа шла кропотливо и медленно. Кавех разрезал ткань за тканью моей ноги, изредка бросая взгляд на монитор и сверяясь с состоянием моего тела. Иногда он хмурил брови, а изредка довольно мычал что-то под нос. Мои мысли возвращались к разговору с Сетосом и его просьбе о помощи. — Ты знаешь многих наёмников Найт-Сити? — спросил я, когда в голове зародилась небольшая мысль — что если рипер знал Сетоса? — И да, и нет. Каждый день кто-то окочуривается, на их место приходят новые и так по кругу. Пожалуй, я знаком с самыми стабильными игроками в этом городе, — Кавех зацепил мой старый имплант механическими пальцами, аккуратно вытягивая его из тела. — Ты знаешь наёмника Сетоса? Он тоже нетраннер, — чуть тише добавил я, — вроде бы. — Вроде бы, — усмехнулся Кавех на мою последнюю фразу. — Прости, не слышал. Но можешь попробовать расспросить в «Посмертии». — «Посмертие»? — название показалось смутно знакомым; кажется, Дотторе упоминал о чем-то таком. — Ах, да, ты ведь салага. «Посмертие» — легендарный бар, где ведут дела лучшие соло и фиксеры, — он как-то странно зыркнул на меня и махнул головой, — Хотя тебе даже не светит подойти к парадному входу. — Это почему же? — я возмутился и недовольно поднял бровь. Долгое время я был первым нетраннером Сёгуна, даже в Найт-Сити единицы равны мне, а какой-то рипер ставит это под сомнение. — Ты — никто и звать тебя никак. Сейчас, в глазах Бестии, королевы «Посмертия», и прочих — ты просто муха, громилы вытурят тебя пинками, — он взял новый имплант и аккуратно вставил на место, соединяя его с моей нервной системой. — Впрочем, по четвергам один бармен частенько забывает закрывать служебный вход, — подмигнул мне хирург, когда закончил последние манипуляции с ногой. — Готово. Чужая работа восхищала — ни единого следа вмешательства, по вернувшимся после обезболивающего ощущениям, всё воспринималось целостно. — Нужно около часа, чтобы имплант полностью законнектился с твоей операционной системой. Советую не прыгать в это время, — едва успел я словить баллончик с лекарством. — Дважды сейчас, еще дважды через полчаса, — я прижал лекарство к груди, вводя его. Кавех к тому времени отъехал обратно за стол и, вальяжно развалившись, рассматривал меня с нескрываемым интересом. Медленно спрыгнув с кресла, я покрутил обновленной ногой, убедившись окончательно, что сухожилие село идеально и никакого дискомфорта при ходьбе нет. Я тут же перевел деньги на счет рипера. — Скарамучча, значит, — тянет рипер увидев мое имя на дисплее. — Рад знакомству. Когда найдешь своего нетраннера — приходите оба, есть система скидок за приглашенного клиента. — Сомневаюсь, что пригодится, — бросаю хирургу напоследок, прежде чем скрыться за дверью. Долго размышлять о том, куда следует двинуться дальше, не приходилось. Сегодня как раз четверг, и, если верить этому Кавеху, лучшего времени для похода в «Посмертие» мне не найти.

***

Рипер оказался прав во всем. Стоило мне подойти к двери «Посмертия», как вышибалы даже не удосужили меня взглядом, только кинули: «Проваливай, уёбок». Скрежеща зубами от возмущения, мне пришлось свалить к служебному входу, где дверь действительно была открыта. Минув склад, кухню и какую-то подсобку, меня встретили тяжелые железные двери, за которыми гремела музыка. Неоновые огни заливали «Посмертие» яркими красками, мерцая в такт басам электронной музыки. Толпа наёмников и фиксеров, окруженные дымом и лазерами, казались сплошным движущимся пятном, в котором различить лица было почти невозможно. Я едва мог продвигаться сквозь этот хаос к барной стойке, которую заприметил неподалёку. За это время меня успели облапать за все возможные места, и когда я наконец-то достиг высокого стула, сил моих не осталось. — Что налить? — передо мной оказался бармен. Подняв взгляд, я встретился с его пресным выражением лица. Я не был завсегдатаем подобных мест, но мне казалось, что бармены должны быть чуточку приветливей. Мужчина, словно прочитав мои мысли, улыбнулся самими уголками губ. Светло-бирюзовые глаза, подведенные оранжевой подводкой, сощурились, осматривая меня. — Ты пришел не через главный вход, — вздохнул он, а я нервно оглянулся, боясь, что сейчас выскочат охранники и выбросят меня на улицу. Но мужчина провёл рукой по серебряным волосам с бледно-бирюзовыми прядями, отбрасывая их назад, и не спешил меня сдавать: — За выпивку будешь платить двойную цену. Так что налить? — Что-нибудь с водкой, — кивнул я. Вскоре передо мной появился стакан с коктейлем. Бармен ушел на другой конец стойки, а я, потягивая горьковатый напиток, осматривался вокруг. Похоже, слава «Посмертия» не была пустым звуком, как мне казалось сначала. То тут, то там я видел знакомые лица известных фиксеров, которые прямо сейчас заключали сделки. Наверное, очень и очень дорогие. — Я знаю тебя, — дернулся я от неожиданного голоса рядом и перевел взгляд на человека слева от меня. По сравнению с его уверенным тоном, я точно был уверен, что ранее мы не встречались. Холодные голубые глаза с интересом принялись изучать меня. — Точно, куколка Дотторе. Ищешь нового покровителя? Кукла… А ведь я успел и забыть об этом. Первое время, как Дотторе принял меня, он представлял меня куклой. Собственной шлюхой, лишь бы не раскрывать наличие у себя карманного нетраннера. Пальцы сжались в кулаки слишком сильно, и, прежде чем я спохватился, на стакане уже показались трещины. — Снова создаешь проблемы, Чайльд? — хмуро отчеканил бармен, возникший рядом. — Бестия чётко сказала: ещё одна выходка — и тебе закроют вход. Рыжеволосый только развел руками. — Сегодня никаких проблем, Хайтам, — уверенным тоном заверил он. Бармен нахмурился, но ничего не сказал. Прежде чем он снова ушёл к другим клиентам, я заметил взгляд, обращенный ко мне, в котором определённо читалось, что, если от этого Чайльда действительно будут проблемы, он их решит за меня. Незнакомец подвинулся ближе и, подперев рукой щеку, продолжил пялиться. — Ты ошибся, — отвечаю, стараясь держать голос спокойным. — Ха-ха, ну раз ты так хочешь. Но могу заверить, что я не хуже Дотторе, — он усмехнулся ещё шире, поиграв бровями. Я ощутил нарастающее отвращение к этому парню. Незаметно активирую сканер и мысленно закатываю глаза — да он даже слабее меня, но ведёт себя так, словно имеет преимущество. — Раз ты знаешь Дотторе, ты можешь передать ему кое-что от меня? — Я весь во внимании, — парень улыбнулся ещё шире, хотя казалось, куда уже. Выглядел он как-то уж слишком довольным. — «Храм Молчания». Скажи, что я знаю кое-что новое о нём. По непонятной мне причине улыбка с лица Чайльда резко испарилась. — Ты либо слишком храбр, либо слишком туп, раз говоришь об этом в таком месте. Хотя разницы особо нет, — он замолчал, отведя взгляд и принялся барабанить пальцами. — Что ты хочешь за эту информацию? — вопрос прозвучал резко и неожиданно, так что я дернулся уже во второй раз за этот вечер. Чёртов парень! Насколько он мог быть влиятельнее Дотторе или хотя бы чуть меньше его, но достаточно, чтобы решить мою проблему с фиксером? Я окинул взглядом его дорогую одежду и решил, что достаточно. — Дотторе внёс меня в чёрный список, и никто из фиксеров не работает со мной. — Это решается одним звонком, — я усмехнулся и красноречиво посмотрел на него. — Что? Сейчас? — кивок, а Чайльд недовольно бурчит, но покорно исполняет просьбу. — Что ещё? — Информация об одном нетраннере. Парень усмехнулся: — Это тоже легко, но сначала мне нужно услышать что-то стоящее. Я решил не юлить и раскрыть карту: — Это не разработка «Арасаки», а украденная технология. И похоже, даже они не могут вытащить все данные о ней. Внутри системы эту технологию защищают другие. Достаточно стоящее? — Вполне, — кивнул Чайльд довольно. — О ком ты ищешь информацию? — Сетос. Но есть только имя. — Это немного сложнее. Дай мне один день. — Слишком долго. — Куколка, твоя информация стоящая, но не бесценная, надеюсь, ты понимаешь разницу. Один день. — Договорились, — вздыхаю, решив, что более быстро самостоятельно я ничего не узнаю. К нам подошел Хайтам, предложив напитки. Я махнул головой. Больше делать в «Посмертии» мне было нечего. Расплачиваюсь за напиток и встаю из-за барной стойки. — Прежде чем мы попрощаемся, куколка, — окликнул меня Чайльд. — Как ты узнал о «Храме Молчания»? Я был уверен, что парень знает ответ на этот вопрос, но по непонятной мне причине хотел, чтобы я озвучил его. Внутри я ощутил зарождающиеся сомнения и желание соврать, но тут же в голове всплыли слова Дотторе: «Ты бесполезен…». Скорее всего это было неправильно, ведь мужчина вытащил меня из грязи, когда я нуждался в этом больше всего, но он, как и другие, только использовал меня, выбросив, когда я стал для него ненужным. С этими мыслями я ответил Чайльду: — На протяжении последнего года я был нетраннером Дотторе, а месяц назад он приказал мне скопировать для него файлы о «Храме». Вот и всё. Я был уверен, что у Дотторе начнутся проблемы побольше моих, скорее всего он узнает, что это я рассказал, возможно даже попытается вновь сделать мне что-то. Но впервые за этот месяц я окончательно почувствовал себя освобождённым от чужого влияния, и это ощущение свободы приятным теплом разлилось по телу. Ровно через день меня разбудил настойчивый стук в дверь. Потягиваясь после сна, я аккуратно приоткрыл дверь и на пороге увидел маленькую коробочку с прикрепленной на ней запиской. Кто вообще в 2077 оставляет записки, написанные от руки? Забрав посылку, я вернулся в квартиру. В коробочке оказался чип, наверняка данные о Сетосе. А записка гласила: Услуга за услугу, куколка У тебя есть 24 часа прежде, чем я передам эту информацию своему боссу.