Дети желтого Солнца

— Прогниссссь, откройсссся и не зажимайсссся, — прошипел на ухо Крайс, заставляя Лети как следует упереться руками в стену и расставить пошире ноги. Легко ему говорить, ведь это не меж его бедер скользят два гибких тентакля, едва не в руку длинной, обильно выделяя смазку, стекающую к щиколоткам остывающими дорожками. Гадкий ящер зажал его в закоулке машинного отделения, зная, что сюда никто не сунется. Не то чтобы Лети был сильно против, но после Крайса ноги не держали еще добрый час или два, а работы еще непочатый край, корабль сам себя к вылету не подготовит. Один из тентаклей Крайса мягко обвил мошонку Лети у основания и потянул вниз, одновременно продвигаясь к основанию, чтобы освободившейся длиной обвить полувставший член и ткнуться в дырочку уретры. Второй тентакль наглаживал между половинок, добиваясь идеального скольжения, прежде чем проникнуть внутрь. — Ахххх, — придушенно выдохнул Лети, чувствуя, как Крайс накачивает его член густой смазкой, по которой так хорошо проползать в глубину под самое основание. — Людей не трахают в член! — Молчи. Тебе нравитсссся, — клокотнул горлом Крайс и щекотно лизнул в шею раздвоенным языком. Было время, когда Лети это реально не нравилось, но к чему только люди не привыкают. Согнутый сустав среднего пальца ящера, самого длинного из всех, толкнулся в скользкую дырку, растягивая ее под утолщенный конец тентакля. Идея сходна с головкой человеческого члена, только выглядит как надувшийся узел собаки. Надо успеть вставить, пока не сильно увеличился. — Ну, же, не тормози! — качнул бедрами Лети и одной рукой оттянул ягодицу, показывая, что уже готов. Если учесть, что трахались они почти каждый день, то особой растяжки и правда не требовалось. — Как сссскажешшшшь, — прошипел Крайс и уперся концом тентакля в поджавшиеся мышцы. Лети постарался расслабиться, каждой клеточкой ощущая, как его натягивают на воздушный шар, не меньше. Крайс давил мягко, но неуклонно, с высунутым языком наблюдая погружение своего агрегата в человеческую плоть. Тентакль в члене задрожал от нарастающего возбуждения, передавая вибрацию до мочевого пузыря, тут же отозвавшегося слабыми позывами. По позвоночнику Лети поползла первая капля пота, он закусил губу, выдохнул и подался назад, решительно насаживаясь сильнее. Проскочив самое широкое место, мышцы обжали бурый от прилива крови тентакль и тот продолжил скользить все глубже, уже не встречая первоначального сопротивления. — Хорошшшшо, — запрокинул голову Крайс. Самое интересное он уже увидел, теперь время отдаться ощущениям. Когда-то он объяснял Лети, что концы тентаклей самые чувствительные, но и остальная длина тоже имеет значение, поэтому он старается задействовать ее максимально сильно, насколько позволяет человеческое тело. Тело Лети могло принять их до основания. — Я тебя убью, если опять буду ссаться, — зажмурился Лети, ощущая, что наполнен под завязку. Перерастянутые мышцы мочевого канала иногда давали сбой и не держали то, что им положено. — Наденешшшшь памперсссс, — усмехнулся Крайс, обнял Лети за грудь и выпрямил, прижимая спиной к своей груди. — Держиссссь. Оба тентакля двинулись вперед-назад, и Лети чуть не взвизгнул, настолько это было острое ощущение. В зубы ткнулась костяшка ящериного пальца и Лети прикусил ее, не заботясь насколько больно владельцу. Тентакли внутри него постепенно наращивали темп, раздражая все больше нервных окончаний. Лети уже полжизни отдал, чтобы продолжать наслаждаться будоражащими ощущениями день за днем. Каждый толчок вызывал взрыв наслаждения под закрытыми веками, за который он прощал инопланетнику глупые шутки и пренебрежение к последствиям их развлечений. Сейчас ему очень хорошо, а потом… Он подумает об этом позже. — Признайся, ты накачиваешь меня каким-то наркотиком, — извиваясь в крепких объятьях, выстонал Лети. — Люди такие эласссстичные и горячие иззззнутри. Ты мне тоже нравишшшшься, — перехватил его удобнее Крайс и принялся вылизывать соленые виски и потную спину. — Никаких веществ, только сильная любовь. Крайс почти вынул тентакль из задницы Лети, заставляя раздувшийся кончик тереться в районе простаты и сильнее растягивать мышцы, скользя по припухшей слизистой. К Лети вернулось ощущение воздушного шара внутри, хотя, сейчас это было больше похоже на бейсбольный мяч, твердый и упругий, с рельефной «шнуровкой» вен. — Отпусти, я хочу кончить, Краааайс, — закинул голову назад Лети, ловя губами болтающийся у щеки язык ящера. Тентакль на яйцах ослабил хватку, а внутри члена ускорился и задрожал, одновременно с тем, что толкался в заднице. Лети открыл рот в немом крике и кончил бесконечно долго, в несколько восхитительных волн, как никогда не кончал с девушками. Была какая-то химическая хитрость в смазке ящера, иначе никак. Или дело в необычных членах-тентаклях, постепенно покидавших его расслабленное тело? Крайс ногой немного расправил комбинезон человека и положил его так, чтобы только верхняя часть тела была на одежде. Снизу из человека текла конча и расползалась лужей на металлическом полу. Надо уйти, пока человек в отключке, а то заставит мыть, а это не мужское дело. Крайс четко знал, какую работу прилично делать обладателям двух членов, а какую нет.