Зимний Король

      После возвращения домой Саймон первым делом наконец-таки взялся за организацию магической защиты его владений. До этого он ограничивался освящением Замка на случай, если старина Хансон решит нанести ему «визит вежливости», а до чего-то более серьезного у него всё никак руки не доходили — подходящие ритуалы, вычитанные из Энхиридиона, требовали подготовки и реагентов. Последние ещё надо было где-то достать, а это, может, и было проще, чем найти пресловутый «объект из прошлого», но всё равно требовало времени на поиски.       С последним ему помог Максвелл, который проводил и показал, где можно найти траву с нужными свойствами, а кое-что и просто так принес из каких-то заначек, и этим быстро доказал, что взять его под крыло было неплохой идеей. Он вообще достаточно хорошо разбирался в волшебной теме, хотя сам по себе колдовал с трудом.       Короче, уже совсем скоро на весь Замок легли анти-телепортационные чары. И-и-и… Саймон не был удовлетворен. То есть, да, теперь он был уверен, что всякие залетные Повелители Дверей не будут больше его беспокоить, а его охрана из Верзил и Йотунов сможет скрутить остальных нарушителей попроще, но что-то ему подсказывало, что Майю это лишь немного задержит. То есть, конечно, с наскоку она ничего толком сделать ему не сможет, но вот если она подготовится как следует… В конце-концов, возможности магии теоретически бесконечны, а значит, угадать, что же может выкинуть обозленная на него Ведьма, практически невозможно. Разумеется, просто так взять и стереть его из реальности она не сможет хотя бы потому, то он и сам могущественный маг (пусть и с оговоркой в виде Короны), и уже это само по себе даёт ему некоторую защиту от злонамеренного колдунства, но… этого маловато. Маловато, чтоб его!       Так что Саймон начал думать, как ему наложить ещё более мощную защиту, и… зарылся в чтение Энхиридиона, который оказался единственной книгой с нужной ему информацией. И божечки, как он не заметил этого раньше? Конечно, он не особо изучал Энхиридион до Грибной Войны, сдав его в Университет как только убедился, что он настоящий и что его находку никто себе не присвоит, но ведь он видел его оглавление! Видел, что там значится десять тысяч глав — при том, что навскидку там никак не может быть больше трёхста страниц, а одна первая глава занимает страниц пять. Ему бы стоило обратить внимание на этот парадокс, но не-е-ет, он на радостях от открытия века просто подарил легендарную книжку музейным деятелям — и благополучно забыл о ней, занятый более приземленными вещами вроде деловых поездок, проклятых артефактов и выживанием в условиях Апокалипсиса.       И только сейчас, озаботившись наконец вдумчивым чтением, он с удивлением осознал, что книжка-то гораздо больше, чем выглядит внешне. И информация в ней… Ну, скажем так: там, конечно, не описаны советы на все случаи жизни, но и того, что есть, вполне хватит на то, чтобы эту самую жизнь выиграть. Если, конечно, у тебя хватит возможностей применить их на практике, что само по себе та ещё задачка. Зато теперь Саймон понял, чего это Максвелл так сильно удивился, когда он достал книгу в его присутствии. И замутил для неё отдельный сейф из вечного льда, навесив на него кучу заклятий, благо, заколдовать один сейф гораздо проще, чем целый замок. А ещё он начал думать над тем, как убедить Финна оставить эту книгу ему на сохранение — насовсем. Там ведь есть раздел, посвященный Черной Магии, и теперь Саймон до кучи ещё и полностью осознал, почему Город Волшебников наложил на неё запрет.       Но это всё лирика. Важнее то, что у Саймона появилась идея, как надёжно обезопасить его владения от всяких Ведьм и иных недоброжелателей, кои могут объявиться по его душу. Правда, начать воплощать её в жизнь он не успел…       С момента эпичного противостояния с Ведьмой прошло где-то две недели. Саймон корпел над нужными ему формулами будущих чар. Подобные формулы являются своеобразными «костылями», помогающие магу выстроить в голове конечный результат того, что он хочет наколдовать. Необходимая вещь, если хочешь наложить особо сложные чары и при этом не сойти с ума в процессе.       В общем, сидел Саймон у себя в кабинете, скрипел мозгами и напрягал помогающего ему Максвелла (помощь была такая себе), как говорится — ничего не предвещало, как тут ему доложили, что Финн Парнишка пришёл в гости. Причем пришел один, без Джейка. Удивил, называется: Саймон обоснованно считал, что Финн и Джейк — братья «не разлей вода». Удивление, впрочем, никак не помешало Саймону спрятать наработки в стол и пойти встречать гостя. — Хей-хей, Саймон, че-как? — поприветствовал усевшийся за столом Финн, которому одна из горничных уже принесла графин с соком. — У меня всё нормально. А ты как? — Саймон присел рядом. — Так же, да, хе-хе, — как-то натянуто улыбнулся парнишка в ответ, но под скептическим взглядом собеседника быстро сдался. — На самом деле, мне… могла бы пригодиться твоя помощь, наверное… — Конечно, что случилось? — тут же подобрался Саймон. — Ну, понимаешь… — слегка замялся пацан. — На днях я решил разыграть Джейка и нескольких своих приятелей. — И они обиделись? — сделал попытку угадать Саймон. — Нет. На самом деле, Джейк загодя понял, что я пытаюсь его разыграть, и подговорил остальных подыграть ему в ответном розыгрыше. — И розыгрыш заключался в том, что?.. — Я заманил всех анонимками в один старый особняк, а там попытался разыграть спектакль, мол, призрак вселяется в кого-то и начинает всех убивать. — А, детективная загадка по типу «найди убийцу»! — Да, она самая, только я решил для разнообразия устроить так, что убийцей был якобы призрак, вселившийся в одного из гостей. А Джейк, пронюхав про это, решил в ответ подшутить надо мной и сам разыграл призрака. — Ясно… Так в чем проблема? — пока что суть ускользала от Саймона. — Проблема в том, что… Оказалось, что призрак там на самом деле был. — …О. Ты уверен? — Да, уверен! Там в какой-то момент пол и стены начали ломаться, и я увидел жуткую призрачную леди, которая пыталась меня поймать! И когда в конце я сказал об этом Джейку, он не понял, о чем я, и сказал, что я просто перепугался. Но я видел её! Она там была, и была настоящей, я уверен в этом! А теперь она… она мне снится. — О-хо-хо… — потер себе подбородок Саймон. С призраками ему до сих пор сталкиваться не приходилось, и хотя он ещё до Войны интересовался всякими спиритическими практиками, он не был уверен, что из них реально работало. — Что конкретно тебе снится? — Я… Я не помню точно. Типа, мне сначала снится обычный сон, а потом появляется она, я пугаюсь и просыпаюсь. — Ты говорил об этом Джейку? — Говорил, но он не воспринял это серьезно. Сказал, что я просто сильно впечатлился и оно само пройдёт. — А ты думаешь, что не пройдет, — это был не вопрос, но Финн кивнул. — Хм, так сходу я тебе ничего не посоветую… Максвелл, будь добр, принеси сюда Энхиридион. — Ах, да, он же у тебя… Думаешь, там есть что-то, что может помочь? — Там точно есть разделы про спиритизм и онейромантию, так что какие-нибудь подсказки там точно есть. — Эм, онейро… что? — О-ней-ро-ман-ти-я. Это магия снов. Или гадание по снам. Ну и спиритизм — это про общение с духами, если ты не знал. — Понятно. А что это за ворон был? — А, Максвелл у Майи был фамильяром, но она, похоже, рехнулась настолько, что он с радостью поменял себе хозяина при первой же возможности. — Ясненько… — тут объект обсуждения вернулся с затребованной книгой и с почтением положил её перед Саймоном. — Благодарю. Итак… — Саймон сделал пас рукой, и Энхиридион открылся на нужной странице. Такой удобный трюк. И как он раньше без магии жил? — Так, посмотрим… Призраки… Неприкаянные души… Неоконченные дела… Являются во снах, если… Так-так-так… Хм, а та призрачная дама тебе не показалась знакомой? — На самом деле, да, хотя я готов поклясться, что она не похожа ни на кого, кого я встречал в своей жизни, — задумался Финн, который придвинулся к книге и теперь сверлил взглядом параграф, в котором описываются условия, при которых призраки являются во снах. — Но я точно её не убивал. И не признавался ей в любви. И не давал либо брал клятв. — М-да, так мы можем гадать до бесконечности, что же ей от тебя понадобилось. Так что давай не будем гадать и просто спросим у неё напрямую, — перелистнул Саймон страницу и ткнув пальцем в параграф про общение с духами. — Ох, а это… обязательно? — сразу занервничал Финн. — Не боись, парень, я буду с тобой. В случае чего я её прогоню. — Что-о-о-о? Я? Боюсь? Я не боюсь! Ни капельки!.. — Хей, Финн, — Саймон повернулся к парню и положил ему руку на плечо. — Смел не тот, кто не боится, а тот, кто не даёт страху взять над собой вверх. Ничего постыдного в самом страхе нет — пока ты не даёшь ему управлять собой. Ты понял? — …Понял. — Чудно. А теперь… Далеко, говоришь, до того особняка, где ты впервые её встретил?..

***

      До особняка Саймон, Финн и Максвелл (его взяли для подстраховки) добрались, когда солнце уже почти село. — *Нюх, нюх.* Не чую тут ничего подозрительного, — заявил с порога Максвелл. — Ты что, собака, чтобы подозрительные запахи вынюхивать? — удивился Саймон. — Обижаешь, Хозяин! Мы, волшебные фамильяры, и не такое умеем! Для чего, по твоему, нас колдуны да ведьмы держат? Чтоб мы им помогали! Я вот, например, с поиском реагентов помогал, а их проще всего по запаху выискивать. И я вам говорю, что призраками тут не пахнет. — Что, прямо совсем? — Не-а. Хотя, погодите-ка… — Максвелл ещё раз принюхался, а потом вспорхнул и облетел всю прихожую два раза. — Нет, тут всё-таки есть запах призрака, только какой-то… слабенький, словно он сюда зашел, погостил и вышел. А так обычно не бывает, призраки обычно на одном месте кукуют. Ну, или за жертвой своей кочуют, тут смотря какой призрак. — Ага, понятно… — Саймон оглядел обстановку дома, выглядевшая вполне добротно. — А кто, собственно, хозяин сего поместья? — Я не знаю, мне это место посоветовал использовать Мятный Дворецкий. — Мятный Дворецкий? Ах, да, помню, тот мутный тип из свиты Бубльгум. Он тебе ничего больше о доме не говорил? — Только то, что хозяин им практически не пользуется, зато дозволяет путникам здесь останавливаться.       Саймон нашёл это объяснение странным, но решил не вдаваться в подробности. — Ладно, в любом случае, вглубь дома заходить не будем, проведём сеанс здесь.       С этими словами Саймон хлопнул в ладоши, и… ничего не произошло. — М-да… Ну-ка… — он сосредоточился, окунулся, хлопнул ещё раз, и в этот раз все шторы послушно задернулись. — О, ты что, не только магию льда теперь можешь использовать? — Да, но, как видишь, получается у меня это с трудом. Ладно, вот мел, вот соль, начерти круг вокруг вон того стола, а я разложу всё остальное…       Подготовка к сеансу много времени не заняла: начерченный круг, присыпанный солью, специально подготовленные свечи, пара бутылок святой воды с пульверизаторами (с призраками она справляется ничуть не хуже, чем с вампирами — по крайней мере, так написано в Энхиридионе). А ещё на стол были уложены кадильница и книга экзорциста. А что? Против Хансона Абадира они сработали, почему не должны с призраками?       И, наконец, прямо здесь Саймон сотворил из льда доску уиджи. И рядом поставил серебряное зеркало. Он предпочел не думать, насколько глупо он с Финном будут смотреться со стороны. — Ну что, готов, Финн? — спросил Саймон, устраиваясь за столом. — Готов, Саймон, — серьезно кивнул тот, тоже садясь за стол. — Тогда начинаем! — торжественно объявил Максвелл, хлопнув крыльями — и потушив тем самым весь свет в помещении, кроме ранее зажженных свечей. И сам он аккуратно перелетел на спинку третьего стула. — Дух того, кто не живет, приди к нам! Приди на свет живых и ответь нам! — произнес Саймон, стараясь вложить в свои слова магическую силу. Финн вторил ему. Можно было бы сказать это на латыни, но это были бы понты, а понтоваться здесь было не перед кем.       Поначалу ничего не произошло, но потом Саймон своими глазами увидел, как в окружающих их тенях началось какое-то движение, а затем свет свечей окрасился из обычного рыжего в холодный синий. — Кажется, он здесь… О, достопочтенный дух, слышишь ли ты нас? Если да, то подай нам знак!       Секунду ничего не происходило, а затем пластинка на доске сдвинулась, остановившись на «ДА». — Как нам обращаться к тебе, о дух?       Спустя небольшую заминку, а потом пластинка вновь начала двигаться. — Ш… О… К… О… Шоко. Почему ты преследуешь меня, Шоко? — спросил Финн. И вновь пластинка зашевелилась. — Д… О… Л… Г… Долг? О каком долге ты говоришь?       И вновь движение. — Н… А… Ш… Наш? Я… не понимаю… Кто ты?       Движение. — Я… Э… Т… О… Т… Ы… Я — это… ты? Какая-то бессмыслица… Как этот призрак может быть мною? — Хм, не знаю, возможно… — задумался на минуту Саймон. — Шоко, ты… предыдущая инкарнация Финна? — высказал он смелую догадку.       Движение.       «ДА». — Ох, вот так номер… Никогда не слышал о том, чтобы призрак прошлой инкарнации приходил к своему следующему земному воплощению, а я слышал много легенд о призраках, — удивился Саймон. — Так… получается, что я должен выплатить этот «долг»? — Да, верно… Шоко, что именно ты задолжала?       Движение. — А… М… У… Л… Е… Т… Где находится этот амулет?       Движение. — Д… О… М… Н… А… Д… Е… Р… Е… В… Е… Дом на дереве? Где именно? — спросил Финн.       Движение. — П… О… Л… Пол, понял… Я должен его вернуть?       Движение.       «ДА». — А кому или куда возвращать-то?       Движение. — Б… У… Б… Л… Ь… Г… У… М… Бубльгум? Серьезно?       Движение.       «ДА». — Это… был риторический вопрос, — на секунду смутился Финн. — Хорошо, я найду и верну амулет Бубльгум, обещаю.       Тут Финн почувствовал, как невидимая рука погладила его по голове, а затем свечи внезапно потухли, оставив живых в темноте. — Она ушла, — сказал Саймон, зажигая при этом волшебный огонёк в руке. — Ну что, собираемся и летим за амулетом? — Ага… — задумчиво кивнул Финн.

***

      Бубльгум была посередине очередного «приступа исследовательского запоя», как не очень вежливо, но достаточно точно выражался Мятный Дворецкий. В этот раз она вновь пыталась довести до ума воскрешающую сыворотку. Прошлая «удачная» версия работала всего пару дней, после чего субъе… кхм, поданные начинали проявлять признаки стремительной деградации клеток тел, в результате чего переходили к мертвому состоянию. Это всё ещё был прорыв, пожалуй, его можно даже назвать крупнейшим за последние несколько веков, но результат всё ещё был неудовлетворительным. Ей хотелось бы добиться более… долгоиграющих результатов.       И вот, перед началом очередного эксперимента, кому-то понадобилось ей позвонить, и ей с неохотой пришлось отложить пробирки и подойти к аппарату голо-связи. Лучше бы это было что-то важное… — О, Финн… и Саймон? Что-то случилось? — Бубльгум, можешь прийти к моему дому? Это важно. — Эм, это точно важно? Я немного занята… — спросила Бубльгум, которой не хотелось прерывать свои исследования посередине. — Я же говорил, Финн, что мы можем её отвлечь от дел! Давай, Шоко может немного подождать… — Да, думаю, Шоко может… Погоди-погоди-погоди ЧТО?! Шоко?! Она что, живая?! — сказать, что Бубльгум удивилась, услышав это имя, это сильно преуменьшить. — О, так ты её всё-таки знаешь? Нет, она-то как раз мертва, что не сильно мешает ей донимать живых. Впрочем, раз уж ты занята, то… — Нет-нет-нет, я уже иду к дереву! Увидимся там! — скороговоркой выпалила Бонни и, отключившись, засобиралась на место встречи. В конце-концов, эксперимент может и подождать, а призраки прошлого не так уж часто наведываются к ней в гости. — Эм, принцесса… — на выходе из лаборатории она наткнулась на Булку-С-Корицей. — О, не сейчас, Бублик, — мягко, но настойчиво вытолкала она его из лаборатории, не забыв запереть за собой. — Но я голоден… — жалобно простонал он. — Сходи на кухню, попроси чего-нибудь приготовить. Мне, к сожалению, нужно срочно кое-куда уехать, — всё так же мягко ответила ему Бонни. — О-о… Окей, — немного расстроился Бублик, но всё-таки потопал в сторону кухни. Бонни сделала себе заметку поиграть с ним по возвращению и тут же двинулась в авиарий — по воздуху добираться быстрее всего.       Скоро она уже была на подлете к дому Финна и Джейка, гадая, как же так вышло, что имя Шоко всплыло спустя столько лет. Ох, когда же та история с ней случилась, лет шестьсот назад? И при чем тут Финн и Саймон?.. А, ладно, они наверняка всё объяснят. Вон они, кстати, на Карле подлетают. — А, отлично, мы прибыли сюда одновременно. Добрый де… кхем, вечер, Бонни, — сказал Саймон, когда они все спешились со своих птиц. — Да-да, добрый, Саймон. Так что случилось? Откуда вы узнали про Шоко? — Ну, если вкратце, то её призрак начал преследовать Финна во снах, — пустился в объяснения Саймон, заходя в дом и увлекая остальных за собой. — Он обратился ко мне, мы провели спиритический сеанс, узнали, что она — предыдущая инкарнация нашего Финна, чему лично я очень сильно удивился, и что она хочет, чтобы Финн от её имени вернул тебе некий амулет, который должен быть где-то под здешним полом. — Эм… — Бубльгум потребовалось пара секунд на обработку информации. И она была вынуждена признать, что даже по её меркам ситуация была очень странной. — Шоко… твоя предыдущая инкарнация… и она попросила тебя вернуть мой амулет? — перевела она взгляд на Финна. — Ну, да. Она сказала… эм, сообщила, что это был её «долг» перед тобой. И кстати, о долге — нам ведь его ещё найти надо, так что… Я ломаю пол здесь, а вы ломайте на кухне… — Так, стоп! Не надо ничего ломать! — пресек Саймон акт ненужного вандализма, влезая рукой во внутренний карман. — У меня на такие случаи как раз есть удобная штучка, позволяющая видеть сквозь твёрдые объекты. Сейчас я осмотрюсь, и… — но тут его взгляд остановился на куче золота. — Эм, Финн? — Что? — Почему у тебя в горе золота лежит двухголовый слон? — А, это Древний Телепатический Двойной Боевой Слон. Я и забыл, что он у меня там. — Вы звали меня, Мастер? — внезапно вынырнул из золота означенный Слон. — Телепатический Двойной… погодите-ка, ты — Эли? — удивился Саймон. — Тебе известно моё имя, маг? — спросил Слон. — Известно ли мне?.. Конечно, известно! Ты был легендой задолго до Войны Грибов! Чтоб меня, да я в своё время облазил с десяток древних храмов в Южной Африке, посвященных тебе! Что ты здесь делаешь, о благородный? — Я жду приказов моего Мастера, Финна Парнишки. — Эм, а почему в груде золота? — Потому что он приказал ждать здесь. — …Финн, ты не можешь бросать живых существ в своей сокровищнице, даже если они бессмертны и не нуждаются в пропитании. И как ты вообще стал его новым Мастером? — А, я с Джейком как-то раз оказался в лабиринте, где в конце был тот грязный змей, который типа исполняет желания, но с каким-то подвохом, и там была опасная ситуация, так что я пожелал Древнего Телепатического Двойного Боевого Слона. — …Понятно. Так, о чем это я?.. Ах, да, амулет! Где же он?.. — Саймон начал оглядываться вокруг, пока Бубльгум пыталась выйти из прострации от осознания того, что у Финна всё это время было древнее разумное оружие массового поражения, которое он просто бросил в своей сокровищнице. — А, вон он где! Ну-ка, дайте мне минутку…       Спустя означенную минутку часть пол на кухне была аккуратно разобрана, явив им всем скелет. И амулет. — Шоко… — пораженно уставилась Бубльгум на останки своей… подруги? Она думала, что они подруги, но она украла её амулет, зная, насколько он для неё важен. И вот… — Вот, возвращаю долг, — сказал Финн, вручив ей амулет. — Эм, так что там за история с Шоко и этим амулетом? — Да, это, должно быть, трагичная история… Ох, впрочем, я не тот человек, которому следует знать её, так что если вы не хотите распространяться… — О, нет, не то, чтобы это был какой-то секрет, просто…       И Бубльгум рассказала. Как они с Шоко впервые встретились. Как они сдружились. Как она подарила ей руку. И как Шоко её предала, украв амулет. Она не вдавалась в детали, но эти самые детали воскресли из тех глубин сознания, где, казалось бы, были похоронены навсегда. — Я… Мне всегда было интересно почему она… сделала это, — закончила Боннибель рассказ, не отводя взгляд с амулета в её руках. — Что же, я не знаю, почему, но я знаю, что она очень об этом сожалела, — сказал Саймон. — Почему ты так думаешь? — подняла она на него взгляд. — Потому что мертвые обычно не возвращаются как призраки, если не сожалеют о чем-то, — серьезно ответил он. — Иными словами, её желание искупить вину было столь велико, что даже сам Смерть её не остановил. — Вот как… — задумчиво опустила она взгляд обратно на амулет. И отвернулась от собеседников, чтобы те не видели предательски навернувшиеся слезы. — Финн, Саймон… могу я попросить об услуге? — Что такое? — Вы сказали, что смогли связаться с ней. Можете ли вы… Я… Я тоже хочу с ней поговорить… — Оу… Саймон, что скажешь? — Ну, как бы, тревожить покой мертвых слишком часто — это… — но Саймон осекся и повернулся к останкам, словно услышав что-то. Сама Бубльгум ничего не услышала. — Впрочем, думаю, она возражать не будет. Финн, Джейк, вы не против? — Я не против. А почему ты… — Я тоже не против, только давайте без меня, — раздался голос Джейка со стороны лестницы. — Джейк? Сколько ты там сидишь? — удивился Финн. — Да, как бы, всё это время. Тебе надо уделять побольше внимание своему окружению. Ладно, поскольку я боюсь приведений, я вас оставлю и пойду копать могилу. Позовите, когда закончите. Идём, БиМо. — О, но я хочу поговорить с привидением… — только и успел пискнуть робот, прежде чем Джейк с ним и лопатой за один шаг оказался снаружи. — Угу… Ладно, Финн, ты знаешь, что делать.       Вскоре окна были занавешены, стол со стульями были сдвинуты поближе к дыре, был начерчен круг, зажжены свечи, поставлены зеркало и доска с буквами… — К чему вся эта театральщина? — не удержалась от вопроса Бубльгум. Саймон не производил впечатления шарлатана, которому отчаянно нужно замаскировать свои технологии под магию, или который стал бы лгать без особой причины, но он всё равно вел себя так, будто творит волшебство. С чего бы? — Таков ритуал, — пожал он плечами. — И я не хочу проверять, что будет, если мы от него отклонимся.       То есть всё это на самом деле часть техпроцесса? Это… какая-то бессмыслица, но не зная особенностей процессов делать определенные выводы очень сложно. — Ладно, сидите на месте, пока всё не закончится. А теперь повторяйте… Кхм-кхм… О, дух Шоко, услышь нас! Приди на свет живых и ответь нам!       Бубльгум вместе с Финном повторила за Саймоном три раза, потом возникла пауза, и затем свечи вдруг начали светить синим. — Кто-то ответил… Шоко, это ты?       Возникла пауза, а затем… — Хорошо, я это сделаю, — внезапно сказал Финн. — Финн, что ты… Стой, зачем ты… — дернулся было Саймон, но Финн уже встал со стула и, пятясь задом, вышел за пределы круга. После этого его тело очень странно дернулось, он почти потерял равновесие, но тут же выпрямился обратно и посмотрел на Бубльгум. — Привет, Принцесса, — сказал он… голосом Шоко? — Шоко?.. Это правда ты? — на одних рефлексах встала Бубльгум со стула. — Да, Принцесса, это я, — ответила она. Краем глаза Бубльгум зацепилась взглядом за зеркало. Вместо Финна там стояла другая фигура. — Сколько лет, сколько зим, да? — Шоко, пожалуйста, скажи, зачем ты это сделала? — слова вырвались быстрее, чем она смогла их осознать. — Я… Мне очень жаль, Принцесса. Правда в том, что я работала на Банду Купальщиков. Их главарь обещал мне солидную награду за твой амулет… и бесславную смерть за мой провал. В тот момент меня интересовали только звонкие монеты. План был прост — втереться к тебе в доверие и, улучив момент, украсть амулет и сбежать. А потом… Потом я встретилась с тобой. И ты… Ты была так добра ко мне, калечной незнакомке. Никто не был ко мне так добр, как ты. И потом ты… Ты подарила мне новую руку, а я… Я слишком боялась Купальщиков, и я… я… прости меня…       На последних словах Шоко в теле Финна закрыла лицо руками, пряча свои слёзы. — Шоко, ты такая дура, — слабым голосом сказала Бубльгум, подходя к Шоко/Финну и положив руки ей/ему на плечи, не обратив внимание на Саймона, пробубнившего что-то про меры предосторожности и наплевательское отношение к ним. Шоко взглянула на неё сквозь пальцы — и Бонни почти уверена, что это её глаза, а не Финна. — Я стерла тех бандитов с лица земли буквально через неделю после того, как ты украла амулет. Тебе не нужно было ничего делать, даже признаваться в работе на них. А даже если бы ты призналась, я бы не стала бросать тебя в темницу или ещё что-то вроде того… — Я… Знаю это… Сейчас. Тогда… Мне было страшно, и я… допустила последнюю ошибку в своей жизни… Пожалуйста, прости меня… — Я прощаю тебя, Шоко, — обняла её Бубльгум, стараясь не думать о том, что та сейчас в теле Финна. — Я была так зла и разочарована, но сейчас я понимаю, и я прощаю тебя. — …Спасибо тебе. За твою доброту, — сказала Шоко, после чего отстранилась и обратилась к Саймону. — И тебе спасибо, Зимний Король, за то, что позволил мне поговорить с Принцессой в последний раз. Благодаря тебя я наконец-то могу упокоиться с миром. Пожалуйста, пригляди за Финном. И знай же, что, несмотря на грядущие проблемы, ты получишь то, чего желает твоё сердце. Решение ближе, чем ты думаешь, просто продолжай искать. Спасибо ещё раз вам обоим. Прощайте.       Тут тело Финна обмякло и упало, словно марионетка, которой отрезали ниточки, при этом одновременно погасли свечи. — Вот же… Финн! — Саймон хлопнул в ладоши, затем ещё раз, свечи вновь зажглись, а он уже был у мальчика. — Финн, ты как? — Нормально, — ответил он на удивление ровным голосом. — Всё нормально. Только немного грустно. Пф… И не надо брызгать меня святой водой, я не одержим! — Надо, Финн. Береженного Бог бережет, как в былые времена говорили. Хотя, конечно, маловероятно, что Шоко стала бы тебе вредить, но… Ладно, неважно, — он помог ему встать, после чего подошёл к ней. — Вот, держи, — протянул он ей платок. — А? О, спасибо… — и когда она успела расплакаться? Дурацкие эмоции…       В тот же день состоялись похороны Шоко, и вышли они более чем скромными: простой гроб, который Джейк невесть откуда взял, могила чуть вдали от дерева, ледяное надгробие (временное — Бубльгум решила, что потом установит другое, из гранита), и молитва за упокой, которую Саймон прочитал по своей книжке. Странное дело, но ей, несмотря на ощутимую горечь, после похорон стало как-то легче. Эмоции — такая странная вещь…

***

      Принцесса Завтрак пребывала в хорошем настроении, что в последнее время происходит всё чаще и чаще. И она даже знает, кого за это следует благодарить. Впрочем, в данный момент её настроение никак не связано с её деловым партнером, просто Джимми решил наконец-таки почтить её своим визитом, о чем прислал весточку. И теперь она решила выйти на балкон с чашечкой кофе и насладиться закатом.       Насладиться, правда, не совсем вышло… — Хей, Принцесса Завтрак, как дела? — послышался знакомый голос откуда-то сверху.       Завтрак подняла голову и увидела Финна Парнишку верхом на легендарном Древнем Телепатическом Двойном Боевом Слоне. На нём ещё Мандалор Первый-И-Единственный катался — который, между прочим, единственный в истории достойный король гоблинов, которого она знала. — У меня всё в порядке. Привет, Эли. — И ты будь здрава, благородная принцесса. — О, вы знакомы? Ладно, в общем, такое дело… Мне этот слон не нужен, и я подумывал было отпустить его на волю, но он на волю не особо хочет, и Саймон посоветовал сдать его тебе, мол, тебе в хозяйстве пригодится. Возьмешь?       Финн Парнишка откуда-то откопал легендарного зверя, с помощью которого тот же Мандалор на пару с Билли когда-то гонял армию Лича, и теперь предлагает ей забрать его себе, потому что ему он, видите ли, не нужен. Ну и как это называется?       Она отпила из кружки. — …Да, конечно, почему нет?       Это называется «ей на халяву подогнали оружие массового поражения». Кто она такая, чтобы отказываться от такого подарка? Надо будет не забыть поблагодарить Зимнего Короля за него…