Зимний Король

      Саймон Петриков шел по улицам Города Магов, сжимая деревянный футляр в руках, и оглядывался по сторонам, словно он был здесь впервые. Хотя, в каком-то смысле, так оно и было. Саймон всё ещё не был уверен, отпустило ли его безумие Короны или оно просто вышло на какой-то совершенно иной уровень. В пользу первого говорило то, что он вновь начал воспринимать себя, как Саймона Петрикова, а не как Снежного Короля.       В пользу обратного говорила окружающая его действительность. В смысле, он же сейчас в Городе Магов, да? Саймон не был уверен, реальны ли все эти волшебные создания вокруг него или это просто очередной плод его воспаленной фантазии. Трудно рассуждать о том, что реально, а что нет, когда ты не доверяешь своему собственному разуму. А доверять ему Саймон перестал уже давно.       Насколько давно? Саймон не знал. Очень давно. Ещё до того, как безумие поглотило его полностью. Сколько с тех пор минуло времени? Сотни лет?       …Саймон что, прожил сотни лет? Ему было трудно в это поверить, но туманные и запутанные воспоминания о его бытности безумцем то и дело подкидывали ему намеки на это. Вон там, к примеру, вывеска с набором непонятных символов. Стоило Саймону только взглянуть на неё, как он тут же вспомнил, что эти символы означают «здесь находится алхимическая лавка», а знал он это потому, что какое-то время жил в этом городе, ещё на заре его становления, и с тех пор бывал в нем достаточно регулярно, чтобы не забывать, как тут всё устроено. А основан этот город был… почти пятьсот лет назад? Плюс-минус лет пятьдесят…       Ну, что же, Корона вместе с безумием дала ему силу повелевать льдом и холодом, так почему бы ей до кучи не одарить его ещё и бессмертием? Нет, ну а что? После всего того, что Саймону пришлось пережить, стоит ли ему вообще удивляться подобным вещам?       К слову, об удивлении: некоторые проходящие мимо маги то и дело бросали на него удивленные и подозрительные взгляды. С чего бы это?.. А, должно быть, они удивлены сменой его внешности! В конце концов, Снежный Король был довольно известен… и далеко не с лучшей стороны…       Саймон покосился на футляр и приоткрыл его, чтобы заглянуть внутрь. Там лежала обещанная за помощь в потасовке Труба-как-её-там, которая нужна была Королю для подглядывания за принцессами… которых он часто похищал… очень часто похищал…       Саймона натурально начало тошнить от туманных воспоминаний о том, что он вытворял, будучи невменяемым. Слава всем высшим силам, он не совершал ничего такого, что можно было бы назвать непоправимым, но это всё равно было отвратительно.       Он был отвратителен.       Захлопнув футляр, Саймон хотел было выбросить Трубу в ближайшую канаву, но решил этого не делать: вещь всё-таки хорошая, в хозяйстве может пригодиться, а то, что её можно использовать для чего-то неправильного… ну, он не будет её использовать для этого.       Как-то само собой так получилось, что Саймон вышел к выходу из Города Магов. Это вывело его из самоанализа и заставило его задать вопрос: что ему теперь делать? Как минимум — прямо сейчас, а как максимум — вообще? Что же, для начала, наверное, ему стоило бы вернуться домой… ага, а где он — дом? Саймон был бездомным с тех пор, как упали проклятые бомбы, а вот у Снежного Короля дом был: ледяная пустошь, полная пингвинов. Саймон всего полчаса как вернулся, а ему уже не хочется иметь со Снежным Королем ничего общего, в том числе — дом. Вот только деваться ему всё равно некуда. Разве что пойти сдаваться принцессам, которых он похищал, однако жить в темнице ему как-то не хочется. Да и не уверен он, что все принцессы, которых он похищал, реально существуют. Типа, серьезно, Принцесса Жвачка? Принцесса Эмбрион? Принцесса Завтрак? Скорее уж его воспоминания о них были искажены безумием Короны.       Саймон задумчиво проводил взглядом пару грибов, пролетевшую мимо верхом на неких агрегатах, до боли напоминающих обычные домашние пылесосы.       …Ладно, возможно, те принцессы не просто плод его воспаленного разума.       Саймон всё же надеется, что все воспоминания с принцессами просто больные галлюцинации. Потому что, во-первых, это значит, что мир за последние черт знает сколько лет сошел с ума вместе с ним, а во-вторых — он понятия не имеет, как будет смотреть всем этим принцессам в глаза.       Ладно, обо всем этом он может подумать позже, а сейчас ему всё-таки нужно отправиться в Ледяное Королевство.

***

      У стороннего наблюдателя могло сложиться впечатление, будто Снежный Король не способен творить никакую иную магию, кроме как связанную со льдом и холодом. Что же, это впечатление в корне неверно. Любой адепт магических искусств — а Снежный Король всё-таки им был — способен творить любую магию. Просто покорение холода давалось ему проще всего — такова сила Короны. Эту же силу всё ещё можно было использовать и для сотворения заклинаний, никак не связанных с холодом, но подобные выкрутасы уже требовали осознанных и зачастую неоправданных усилий. К примеру, Снежный Король мог сотворить огненный шар, но это было бы долго, напряжно и неэффективно. Зачем ему весь этот геморрой с произнесением заклятья вслух, деланием пасов руками и напряжением своих внутренних сил ради посредственного — в лучшем случае — результата, когда он мог просто заморозить врага одним взмахом руки, вообще никак не напрягаясь? А кроме как для защиты и нападения Снежный магию почти не использовал, и другие аспекты магии его почти не интересовали. По этой причине в среде магов он считался мощным, но посредственным колдуном.       Пожалуй, единственной магией, не связанной с холодом и которой Снежный Король пользовался на постоянной основе, была магия полета. Относительно простое и легкое заклинание, и при этом невероятно удобное, за века активной практики было освоено Снежным в совершенстве.       Вот только тот вариант заклятия, который практиковал Снежный, был завязан на его бороде. Почему на ней? Да потому что волосы, как известно, являются замечательным проводником магии, особенно если они все ещё растут на самом заклинателе, и заклинания, в которых они принимают участия, тратят значительно меньше сил. Кстати, это одна из причин, почему Великий Мастер Волшебник считается самым могучим магом из ныне живущих.       В общем, прямо сейчас Саймон столкнулся с тем, что улететь в свои (?) владения он банально не мог — бороды-то у него больше нет! Он помнил заклинание, помнил, как его творить, вот только из-за отсутствия чертовой бороды он не мог его нормально применить! Он взлетал, летел куда-то не туда, падал, останавливал падение у самой земли, и далее по кругу.       Промучавшись так где-то с полчаса, Саймон в сердцах выругался и сел думать на ближайший камень. То, что ему придется заново учиться летать, было очевидно, вот только лететь ему надо уже сейчас! Он мог бы добраться до Ледяного Королевства и пешком, но, по его прикидкам, топать туда на своих двоих ему пришлось бы часов шесть минимум… это если не учитывать трудности ландшафта и прочие неприятности в виде зверья и монстров, которых в Землях УУУ (ну и название!) было в большом избытке. Саймон, вероятно, смог бы отбиться от любой опасности силой своей Короны, но прямо сейчас его что-то не тянуло на какие-либо приключения, тем более, что он к ним не был готов. Как минимум, у него не было еды: Снежный её не брал, рассчитывая по-быстренькому найти нужное и тут же убраться из города, по возможности избежав проблем. Час туда, час-полтора на поиски нужного, час обратно — как раз к обеду он был бы дома. На удивление разумный план для безумца. Почти жаль, что избавление от безумия в него не входило…       Может, вернуться в город и поискать какой-нибудь ковер-самолет? Память Снежного подсказывала, что всякие летающие средства передвижения пользовались спросом у учеников и слабосильных магов, которым не хватало сил и/или умения на самостоятельный полет. В принципе, неплохая идея: у Саймона были драгоценные камни, которыми Снежный хотел приобрести артефакт для подглядывания, и ему так и не пришлось их тратить. Артефакты полета были, правда, дороговаты, и камней могло не хватить, но тогда Саймон сверх камней мог предложить Трубу, которая ему, по правде говоря, нафиг не сдалась. Волшебники вообще деньги не очень жаловали и предпочитали бартер, вероятно, из-за существования «лепреконского золота», которое даже специальными заклинаниями не всегда можно отличить от настоящего… М-да, весело всё-таки у волшебников…       В общем, дилемма: либо возвращаться в Город Магов и пытаться раздобыть средство передвижения (правда, не факт, что найдется), либо совершать марш-бросок через дикие земли и отбиваться от зверей льдом и снегом…       Секундочку…       Лёд… Звери… Ледяные звери?       Снежный, помнится, баловался созданием всяких ледяных существ, и те ходили и выполняли его приказы. А что мешает Саймону создать, скажем, гигантскую птицу, которая доставит его, куда он захочет?       Саймон нервно потер Корону.       Безумие, может, и отступило, но он не был уверен, что оно не вернется в ближайшем будущем, или что использование силы Короны не сведет его с ума. Снова.       Однако…       Он носил Корону не снимая уже больше часа, а признаков надвигающегося безумия как не было, так и нет. А голоса, которые, как он помнил, нашептывали ему секреты льда и хлада и то, что он теперь принадлежит Короне…       Что же, они стихли, но, если прислушаться, то Саймон всё ещё мог их уловить, только теперь вместе с секретами они шептали, что это его секреты, и их сила тоже его, и всё, что ему нужно — это дать приказ…       Что же это за артефакты такие взорвались, что их магия так радикально изменила работу Короны?       Саймон снял Корону и осмотрел её со всех сторон. Она выглядела совершенно целой и даже новой, как и в тот день, когда он купил её у какого-то моряка в Скандинавии за двести баксов. Ни сколов, ни царапинки, ни намёка на то, что она была в центре волшебного взрыва. Да и сам Саймон остался цел, и даже небольшая головная боль уже прошла.       М-да, Саймон много раз воображал, как избавится от безумия Короны, но ни разу не думал при этом, что сама Корона и её сила останутся с ним. Сама мысль о том, что это возможно, не приходила ему в голову, и сейчас он не знал, как к этому относиться. Проклятие Короны принесло ему немало страданий, но сама по себе её сила была полезна и позволила пережить пост-ядерный апокалипсис ему и Марси…       Ох, Марси… Интересно, что с ней сталось? Прошли уже столетия с тех пор, как он видел её в последний раз, и с тех пор он, будучи Снежным Королем, о ней ничего не слышал. Она была полудемоном, но также и полу-смертной. Была ли она бессмертной, или же её век был не длиннее жизни человека? Он не знал. Скорее всего, её уже давно нет в живых… но вдруг она жива? Или она оставила свой след в истории этого нового мира? Он бы не удивился, Марси была сильной девочкой. Может, она даже стала легендой и теперь какое-нибудь племя поклоняется ей, как богине! Хо-хо, вот это был бы номер! Надо будет заняться её поисками… или поисками её наследия… но это может подождать, сейчас у него другая проблема: будет ли сила Короны сводить его с ума или же она теперь безопасна?       Погодите… Разве он уже не использовал её силу, когда пытался взлететь?..       Саймон смачно влепил себе по лбу ладонью. Он идиот! Почему он сразу не подумал о том, что творить магию может быть небезопасно для его рассудка?!       …Что же, зато теперь он мог сказать, что, раз уж от попыток взлететь в воздух его крыша не попыталась улететь самостоятельно, то и создание птицы из живого снега не должно свести его с ума.       Наверное…       Был только один способ узнать.       Саймон надел Корону обратно и прислушался к голосам. Они послушно нашептали ему, что ему нужно просто представить конечный результат и направить силу Короны вовне, а остальное она сделает сама.       Звучало подозрительно просто, но Саймон откуда-то знал, что голоса нашептывали правду, и что никакого подвоха тут нет. Ну, что же, несмотря на сомнения, в этот раз он решил довериться им.       Он встал, отряхнулся от пыли, закрыл глаза и начал формировать образ того, что хотел получить.       Птица из снега. Большая, достаточно большая, чтобы на ней мог с комфортом уместиться взрослый человек. И достаточно сильная и быстрая, чтобы она могла перелететь с ним на большие расстояния. А ещё послушная, ему нужно, чтобы она делала то, что он говорит, и летела туда, куда он скажет.       Сила Короны, которая, как Саймон только сейчас понял, всё это время текла сквозь него, послушно откликнулась на его желание. Он вытянул руки перед собой и позволил этой силе выплеснуться наружу, инстинктивно направляя её и не позволяя разгуляться.       Очень скоро магия закончила свою работу. Саймон успокоил разбушевавшуюся в нём силу, открыл глаза, и увидел перед собой… голубя. Здоровенного такого, размером с небольшой дом, белого голубя. Который выглядел так, словно сошел с картинки из детской книжки. Пузатенький такой, с глупым взглядом.       «Ну, что просил — то и получил» — подумал Саймон… или это Корона ему прошептала? А, нет, показалось. Ладно, в следующий раз он уточнит видовую принадлежность желаемого животного. И что оно должно быть более реалистичным.       Сам голубь отряхнулся, словно от воды, и выжидательно уставился на Саймона. — Эм… привет, дружок! Доставишь меня в Ледяное Королевство?       Вместо ответа голубь повернулся к нему боком и вытянул в его сторону крыло. Ага, типа трапа, чтобы было проще оседлать его. — О, чудно! Тогда дай-ка мне взобраться…

***

      Очень быстро выяснилось, что летать на птице просто так не очень-то удобно: порывы ветра так и норовят оторвать тебя, а цепляться за перья долго не получается — руки устают.       В итоге также выяснилось, что Саймон может создавать не только животных, но и седла для них. Для этого пришлось сесть на землю, зато теперь он мог лететь с относительным комфортом и не волноваться, что футляр со злополучной трубой вывалится из его рук, как и он сам — со спины голубя.       Голубя он, к слову, решил назвать Карлом. Создания, созданные его магией, не исчезают сами по себе и могут существовать, по сути, вечно, пока его магию не развеют внешние силы. Ну, или если он сам не решит её развеять, но пока он не научится вновь летать самостоятельно Карл ему определенно ещё пригодится.       Саймон по началу очень волновался о том, туда ли Карл его несет или нет. В смысле, откуда только что сотворенному созданию знать, где что находится? Потом голоса нашептали ему, что в сотворенные им существа закладываются базовые знания о мире, основанные на его собственном жизненном опыте, и он успокоился.       Хотя нет, вру, ни фига он не успокоился. Трудно успокоиться, когда голоса в голове что-то тебе нашептывают. В какой-то момент Саймон велел им заткнуться, и, к его удивлению, они и впрямь заткнулись, шепнув напоследок, что они всегда рядом, если потребуются.       Ну, что же, несмотря на подозрительные голоса в голове, Саймон не может не признать, что его текущая ситуация намного лучше, чем могла бы быть. По крайней мере, он в своем уме, а те самые подозрительные голоса не подначивают его заморозить весь мир и затыкаются по его первому требованию.       Непонятно только, это навсегда или через какое-то время безумие вновь начнет пожирать его разум.       …Саймон не знает ответ на этот вопрос, хотя ему почему-то кажется, что это всё-таки навсегда. Он неуверен, почему ему так кажется, но…       Честно говоря, это не имеет большого значения. Даже если он в итоге опять сойдет с ума, то что с того? Мир, в котором он жил, давно умер в ядерном огне, и те, кто был ему дорог, также давно сгинули. Да и сколько их, дорогих ему людей, всего было? Только Марселин и… Бетти…       Ох, Бетти… он ведь так с ней и не попрощался, не попросил прощения… Эх, что толку горевать об этом, он ведь ничего с этим сделать не может… Или может?       Есть ведь ритуал, позволяющий открывать проход сквозь пространство и время, верно? Да, точно! Если он его проведет, то он сможет увидеть свою принцессу в последний раз…       Ох, принцессы! Он ведь их всё время похищал, верно? Память Снежного выдала несколько наиболее «ярких» воспоминаний, и Саймону захотелось сгореть от невыносимого стыда. Он искренне не понимал, почему выходки Снежного Короля терпели. Он бы на месте принцесс давным-давно казнил бы злостного вредителя или хотя бы бросил за решетку. Он это заслужил… Точнее, не он, а Снежный Король, но… А, черт!       Ну и что ему делать со всей этой темой со Снежным Королем? Потому что он не Снежный Король, он Саймон Петриков! Вот только как объяснить это всему остальному миру? Черт, как это объяснить самому себе?       Воспоминания о временах, когда он был Снежным Королем, отрывочны и туманны, но они были с ним. Легко можно было бы списать все свершившиеся прегрешения на безумство, навеянное проклятием Короны, но только не тогда, когда ты помнишь, как ты сам похищал, угрожал, держал взаперти, принуждал… к чему-то…       Позор! Несмываемый позор! Саймон не мог представить, что ему сделать, чтобы обелить себя и загладить вину перед всеми. Но, ладно, до тех пор, пока никто не будет требовать снести его голову с плеч, он что-нибудь придумает. А если будут… ну, умереть он всегда успеет, но прежде — Бетти и Марселин…       Что-то чересчур мрачные мысли роются у него в голове, того и гляди, он опять сойдет с ума, только уже не по вине Короны, а по своей собственной. Решив отвлечься, Саймон обратил внимание на виды, мимо которых он пролетал. Ледяные горы, в которых жил Снежный Король, уже виднелись на горизонте, до них ещё минут десять-пятнадцать лететь. Чуть в стороне виднелось гигантское… дерево? С такого расстояния было трудно разглядеть. Что же, вот и нашлось применение Трубы-названия-которой-Саймон-не-помнил.       Достав её из футляра, он посмотрел в сторону заинтересовавшего его объекта. Ну да, и впрямь гигантское дерево, которое как будто растет из замка, напоминающий… торт?       «Конфетное Королевство!» — промелькнуло у Саймона в голове. Ну надо же, оно реальное! А конфетные люди? Приблизив фокус Трубы, он попытался выцепить взглядом кого-нибудь из местных, и ему это быстро удалось. Люди бананы, несущие караул возле парадного входа, должно быть, Банановая Стража. Так же он заметил ходячие сласти, чем-то занимающиеся. Люди-конфеты? Серьезно? Как? Вот просто как? Он мог понять волшебную корону, мог понять Город Магов, но люди-конфеты? Какое колдовство повинно в этом надругательстве над природой? Не то чтобы Саймона это как-то возмущало, просто это было слишком сюрреалистично, чтобы быть правдой, даже для него. Это пробуждало в нём сомнения в его здравомыслии.       …Он был бессмертным волшебником с проклятой короной, который мог создавать живых существ из снега усилием воли. С таким же успехом он мог выбросить все вопросы о своём здравомыслии в окно.       Вдруг он заметил, как из листвы дерева вылетело некое черное облако. Саймон сместил фокус на него и увидел труп некоего гуманоида в лохмотьях и зелеными огоньками вместо глаз.       Память Снежного Короля услужливо подсказала, что это, скорее всего, Лич, и предоставила всю имеющуюся о нём информацию.       Осмыслив её, Саймон в панике закричал.       Лич?!       ЛИЧ?!       Тот самый Лич, могущественный некромаг, поставивший своей целью уничтожение всей жизни во вселенной?! — Право руля, Карл! Курс на Лича! Перехватить его! — скомандовал Саймон, указав в сторону черного дыма, и Карл тут же повернул куда требовалось.       Сам Снежный с Личом никогда не пересекался, но знал о нём достаточно, чтобы Саймон понял: его следует остановить немедленно, иначе миру каюк, на этот раз — насовсем.       Итак, что он мог противопоставить древнему воплощению смерти? Свою магию льда, да и всё… хотя, вообще-то, этого может оказаться вполне достаточно: он просто заморозит его, и дело в шляпе! Правда, Саймон не знал, какие у Лича есть способности, и может статься, что просто заморозить его не получится… Ладно, он подумает над этим, если заморозить не выйдет.       Лич направлялся примерно в их сторону, так что догнать его было не так уж сложно. — Ладно, Корона, помогай! — шепнул Саймон, и голоса начали заверять его, что он справится и сможет заточить этот ходячий труп в вечный лёд… Он может создавать вечный лёд? Похоже, от этих голосов всё-таки есть прок… Так, не отвлекаться!       Саймон отдал внутренний приказ: он желает заморозить Лича в вечном льду. Магия Короны так же послушно откликнулась на зов и начала концентрировать энергию для его выполнения. Саймон направил руку в сторону Лича и дождавшись, когда тот выйдет в зону прямой видимости, выстрелил замораживающим лучом в него.       Лич то ли не заметил его, то ли не успел среагировать, но луч всё-таки попал прямо в него, и через несколько секунд он оказался полностью скован вечным льдом. — Отлично! Идем на посадку, Карл! Только не слишком близко к Личу, а то мало ли…

***

      Карл остался чуть вдалеке, во избежание, а сам Саймон осторожно шел в сторону Лича. Со стороны последнего он мог слышать шепот, подозрительно напоминающий шепотки Короны, и Саймона это очень напрягало. Последнее, чего он хотел, это попасть под контроль волшебного трупа, когда он только-только избавился от контроля волшебного головного убора.       Впрочем, терять контроль над собой Саймон не спешил, как и присутствие духа. Подходя поближе, Саймон смог рассмотреть Лича повнимательнее. Первое, что бросалось в глаза, так это его размеры. Лич оказался огромным, в десять или даже в двадцать раз больше человека. Он, вероятно, без проблем смог бы схватить Саймона одной рукой и раздавить. Что до внешности… ну, труп в лохмотьях со светящимися глазами. Эка невидаль, Саймон насмотрелся на подобных тварей ещё в те времена, когда путешествовал с Марси по пост-ядерным пустошам. В общем, Лич своим видом Саймона не впечатлил.       Чем он его впечатлил, так это тем, что активно пытался выбраться из вечного льда, и, судя по всему, у него это получалось! Лёд в районе рта Лича медленно темнел и, похоже, начинал потихоньку таять!       Вот тут Саймон начал паниковать. Он надеялся на то, что Лич не сможет растопить его вечный лёд, но, очевидно, тот не сможет удержать его надолго. И Саймон не знал, что делать! Наморозить ещё льда сверху? Это временная мера, которая выиграет ему ещё немного времени, но проблему не решит. А больше идей у Саймона не было! И голоса не предлагали ничего дельного… — Э-э-э… Снежный Король? Это ты? — внезапно раздался смутно знакомый голос. — А? Кто это? — заозирался Саймон по сторонам, и увидел… мальчика в белой «заячьей» шапке верхом на странной желтой… собаке?       А! Это же те самые Финн и Джейк, которые регулярно отбивали у Снежного принцесс и давали тому леща! Стоп, а что, если они решат, что Лич здесь по его вине?! — Я ничего плохого не делал! — сразу же открестился от возможных обвинений Саймон. — Ла-а-адненько… А че у тебя с внешностью? Ты вместо старого гоблина теперь просто старый, — спросил Джейк. — А, это… долгая история, у нас тут проблема посерьезней! — показал Саймон обеими руками на замороженного Лича. — Ничего страшного, сейчас я его разнесу! — воскликнул Финн, направив в сторону ледышки руку с какой-то перчаткой, которая засветилась, словно…       Голоса панически зашептали… — Стой! Это… — Саймон спохватился слишком поздно: перчатка выстрелила лучом энергии, который угодил прямо в потемневшую область льда и проделал там дырку. Сам Лич, похоже, не пострадал. — …плохая идея. Ну, что же, эта дырка хотя бы слишком мала, чтобы он через неё выбрался.       Стоило ему это сказать, как Лич внезапно обратился в дым… — Куда?! — воскликнул Саймон, на одних инстинктах направив на пытающийся просочиться дым ледяные лучи из обеих рук, и таким образом «затолкал» его обратно, заодно восстановив целостность льда. Лич восстановил свою форму и вновь начал что-то нашептывать, скорее всего, заклятие, которым он топил вечный лёд. — Ребята, что нам делать? Мой лёд не сможет сдерживать его вечно! — Надо вернуть его обратно в Конфетное Королевство, а там ПБ что-нибудь придумает, — ответил Финн. — Снежный, сколько продержится лёд?       Саймон хотел было сказать, что не очень долго, но голоса шепнули, что он может своей силой удержать лёд целым. — Сколько потребуется, — ответил он, быстро подошел к ледышке и положил на неё руки. — Силы Хлада, повелеваю! Укрепите лёд, не дайте ему растаять!       Магия Короны вновь откликнулась на его зов, направив свою силу через его руки прямо в лёд. Чернота, которая до этого расползалась по льду, начала заметно сужаться и проясняться.       Личу это, судя по всему, не понравилось, потому что его невнятный шепот зазвучал громче, и сузившаяся было чернота начала опять расползаться.       Саймон усилием воли увеличил поток волшебной энергии и вновь обратил черноту вспять, но это действие потребовало от него заметных усилий; ему стало до боли ясно, что если он ослабит поток, то Лич сможет освободиться… — Ребята, давайте быстрее, пожалуйста, один я его долго удержать не смогу! — прокряхтел Саймон, который от напряжения закрыл глаза. — Джейк! — Понял, брат! — Саймон почувствовал сначала, что что-то оказалось под его ногами, а потом что он вместе с Личом куда-то двинулись. Приоткрыв глаз, он заметил, что стоит на чем-то желтом. Так этот пёс реально может менять форму?.. Ух, он потом над этим подумает.

***

      Саймону было плохо. Весь его мир сузился до него самого, его Короны, льда под его руками, и тем, что этот лёд пытался удержать. Воля Лича пыталась давить на него, пробиться сквозь лёд, и от неё сквозило холодом много хуже, чем Саймон когда-либо испытывал до и после своей трансформации. Это был холод могилы, холод, обещающий неминуемую погибель всему, до чего он прикоснется. Потусторонний. Неестественный. Леденящий душу. Отвратительный.       Вместе с противоестественным холодом был такой же противоестественный жар. Адский жар, горячий, как взрыв ядерной бомбы, и такой же ядовитый, стремящийся поглотить и погубить всё живое, до чего он сможет дотянуться.       Саймон чувствовал, что силы Короны ему хватит, чтобы удерживать Лича ещё очень долго, однако его тело начало потихоньку уставать. Как бы велика ни была его сила, он всё ещё мог устать, проголодаться, захотеть спать… Это противостояние превратилось в битву воли, и Саймон чувствовал, что рано или поздно он её проиграет… — Ребята, я начинаю уставать! Пожалуйста, скажите, что у вас уже есть план! — Снежный! По моей команде ты должен расколоть лёд надвое и отбросить половинки в стороны! — вместо парней ответил смутно знакомый женский голос. — ЧТО?! Дамочка, вы уверены? Эта штука внутри очень злая и смертельно опасная! — Просто сделай это, понял?! — командным тоном прокричала неизвестная. — А-а-а, ладно, но если мы сдохнем, то я выскажу вам пару ласковых на том свете! — ответил Саймон, приготовившись выполнять команду. — Отлично, на счет три! Раз… два… ТРИ!       Дальнейшие события произошли слишком быстро, чтобы Саймон смог что-то толком понять. Он выполнил команду, после чего его сразу что-то дернуло куда-то назад, и при этом услышал злобный вой, который заглушил звук чего-то льющегося и кипящего.       Открыв глаза и проморгавшись, Саймон смог увидеть, что Лича залили какой-то вязкой золотистой жидкостью, от которой шел пар. Что не сильно мешало ему пытаться из неё вылезти… — Заморозь её, ЖИВО! — закричала неизвестная, и Саймон без раздумий повиновался. Пара замораживающих лучей из его рук влетело в смолообразную жижу, и уже через пару секунд она полностью застыла, сковав Лича. — Э-Это всё? — неверяще спросил Саймон, не обращаясь к кому-то конкретному. — Да, — с заметным облегчением ответила неизвестная дама. — А он не выберется? — с сомнением спросил Саймон. — Если рядом не окажется кого-то, кого он сможет взять под контроль, то не должен, — уверенно ответила женщина. — Я надеюсь, вы правы, потому что я не хочу всё это повторять… ой… — Саймон попытался повернуться лицом к хозяйке голоса, но вместо этого чуть не упал на пол. — Воу! Ты как, чувак? — спросил Джейк, который, оказывается, обернул свою руку вокруг его талии и всё это время придерживал его. А, так вот что его дернуло… — Устал и голоден, — честно признался Саймон, пытаясь устоять на ногах самостоятельно. — Можете сделать мне одолжение и проводить меня отсюда, пока местная принцесса не узнала, что я… здесь…       Тут Саймон наконец-то увидел ту, кому принадлежал женский голос, и память тут же сообщила, что это сама Принцесса Бубльгум, правящий монарх Конфетного Королевства и одна из наиболее частых жертв похищений со стороны Снежного Короля. Только вместо своего повседневного платья она была одета во что-то вроде костюма для аэробики.       Ну, что он мог о ней сказать… весьма симпатичная особа, хоть и живая жвачка. Ещё бы не смотрела на него, как прокурор на маньяка, и было бы замечательно… ой…       Ну, что же, недолго музыка играла… — От лица всего конфетного народа выражаю тебе благодарность за помощь в поимке Лича, Снежный Король, — эм, это совсем не то, что Саймон ожидал услышать… а, это, должно быть, просто дань приличиям, и дальше пойдет что-то вроде «в качестве награды я приговариваю тебя к пожизненному заключению вместо казни» или типа того. — А теперь, пожалуйста, выметайся отсюда!       …Саймон явно чего-то не понимает в этой жизни, но, видя этот взгляд, полного плохо скрытого презрения, который так и говорит, что если он сейчас же не уберется, то принцесса не побрезгует лично погнать его пинками под зад, он решил не искушать судьбу и сделать как велено. — Да, Ваше Высочество, считайте, меня уже здесь нет! — послушно откликнулся Саймон, сделал шаг в сторону предполагаемого выхода… и грохнулся на пол. — …Финн, Джейк, будьте добры, проводите меня к Карлу. — К кому? — К моему гигантскому голубю. Я приказал ему отираться неподалеку от меня, чтобы в случае боя с Личем ему не досталось. — А, так вот откуда он взялся на городской стене! Джейк, подбросишь его? — Да без проблем! — Саймона тут же схватили эластичные лапы, и в следующую секунду он обнаружил себя на улицах… нет, над улицами Конфетного Королевства и двигающегося с большой скоростью в сторону городских стен. Ещё через несколько секунд его довольно грубо закинули в седло к Карлу, в котором он распластался в неудобной позе. — Спасибо, — только и мог выдать ошалевший Саймон. — Обращайся! — помахал рукой (лапой?) Джейк, чьи ноги походили на сверхдлинные ходули-макаронины, и после этого зашагал по направлению к замку, из которого они, похоже, и прибыли. Саймон не особо обращал внимание на окружение когда ему приходилось сдерживать Лича, так что он даже не сразу сообразил, что всё это время был в Конфетном Замке, а рядом с ним местная принцесса на скорую руку сооружала некий агрегат, с помощью которого они заточили Лича в янтаре. — Давай в Ледяное Королевство, Карл, — скомандовал Саймон после того, как устроился в седле. Этот день был слишком длинным и слишком безумным. Заставляет задуматься, насколько происходящее вокруг на самом деле реально.       Саймон снял с головы Корону и задумчиво уставился на неё.       …Он воспринимал себя, как Саймона Петрикова, имел весь набор воспоминаний Саймона Петрикова, вел себя, как Саймон Петриков… в сущности, он и есть Саймон Петриков. Просто он теперь синий и может морозить чужие задницы.       Да, он может жить с этим.       А то, что мир вокруг похож на галлюцинации… ну, он это тоже переживет. Ещё бы репутацию отмыть, а то взгляд принцессы был…       Как помоями облили, и ещё плюнули сверху.       Ладно, он подумает над этим позже, а сейчас он может думать только о том, найдется ли в его владениях нормальная еда…

***

— Всё, он улетел! — воскликнул вернувшийся Джейк, возвращая одолженный бинокль ПБ. — Ты уверен, что он не провернул обманный маневр? — с явным скепсисом спросила Бубльгум. Снежный Король в целом был глупым и недалеким, но иногда он вытворял такие хитрые махинации, что ей оставалось только поаплодировать ему в своей голове. — Да расслабься, принцесса, я не думаю, что в этот раз он что-то задумал. Хотя он и впрямь вел себя странно… э-э-э, в смысле, необычно. — Что ты имеешь в виду? И что с ним вообще случилось? Да и вообще, как вы на него наткнулись и заставили сотрудничать?.. — Воу-воу, ПБ, полегче с вопросами, а то мы на всё не ответим! — прервал её словесный поток Финн. — Так, отвечаю с конца… Мы пустились в погоню за Личем, но далеко нам бежать не пришлось, потому что Снежный его заморозил посреди леса. — То есть Лич пересекся с ним в лесу? — уточнила принцесса. Если Снежный что-то вытворял в лесу, то, возможно, в скором времени там могут начаться проблемы. Не то, чтобы Снежный их там специально создавал, скорее, он мог по своей дурости наломать там дров и тем самым выбесить местных обитателей. Прецедент уже был… — Не, Снежный, типа, пролетал мимо на этом его голубе, увидел Лича и тут же его заморозил, а потом приземлился и пошел проверять, заморозился тот или нет. Но Лич такой начал плавить лёд своей тёмной магией, и Снежный сказал, мол, долго тот не продержится и надо что-то делать, — о том, что его брат чуть не выпустил Лича обратно на волю Джейк умолчал, это, в конце-концов, не такая уж важная деталь. — Потом Снежный начал своей силой удерживать Лича во льду, а мы схватили их обоих и потащили сюда. Остальное ты знаешь.       Снежный Король пролетал мимо Лича и решил его остановить? На него это не похоже. Он бы скорее проигнорировал непонятное явление, которое не встаёт у него непосредственно на пути. А если бы он и заинтересовался, то его первой реакцией было бы любопытство и попытка выйти на контакт, потому что в некоторых аспектах он совсем прямо как маленький ребенок. И едва ли он сходу признал бы в Личе угрозу для себя и окружающих, которую необходимо немедленно обезвредить любыми доступными методами, по крайней мере, самостоятельно. А тут получается, что он самостоятельно определил Лича как угрозу, попытался нейтрализовать, а когда не получилось, начал сдерживать его на срок достаточный, чтобы того доставили сюда, разработали план и привели в исполнение?       Это не в его духе. — Ладно, а что случилось с его внешностью? — Без понятия, принцесса, он уже был такой, когда мы с ним встретились. Он сказал только, что это долгая история, и мы не стали расспрашивать, потому что, ну, знаешь, Лич и всё такое, — ответил Финн. — Надо было его расспросить сразу после того, как покончили с Личем, — расстроено сказал Джейк, и Бубльгум дала себе мысленную оплеуху за то, что сразу выставила Снежного вон вместо того, чтобы допросить. Хотя, зная его, это скорее всего очередная уловка, чтобы закадрить побольше принцесс. Опять же, прецедент был… — Вообще, мне Снежный показался каким-то… пришибленным, что ли? Он мало того, что не пытался подкатить к принцессе, так ещё и вел себя так, словно не хотел находиться рядом с ней. В смысле, да ладно, чтобы Снежный Король — да избегал принцесс? Это всё равно что пчелы, которые перестали делать мёд. — Ага! А ещё, типа, он же теперь выглядит как человек, только синий, понимаете? Наверное, это ничего не значит, но меня это слегка напрягает.       Что же, Финна легко понять — ей бы тоже не хотелось, чтобы какой-то левый безумец порочил честь её вида. А это преображение в человекоподобный вид, вероятнее всего, не более чем плохая попытка подражания образу популярного героя — а Финн, будем честны, весьма популярен у принцесс, хотя он, судя по всему, только вошел в пубертат. Ох, что же будет, когда его организм полностью сформируется…       Вот только если это очередная попытка выдать себя за нового короля, то она очень странная и нелогичная, даже по меркам Снежного Короля. Он не пытался представиться под фальшивым именем, не пытался заигрывать с ней, он вообще ничего не пытался с ней сделать. А его реакция на неё… он её испугался. Да, он и раньше её пугался, но только когда она его запугивала, и то у неё не всегда получалось это с первой попытки. А тут всего один взгляд — и он смотрит на неё, как… смертник на своего палача. С ужасом и… раскаянием?       За все годы, которые она его знала, она ни разу не видела в его глазах раскаяния. Даже когда он говорил, что сожалеет, она могла видеть, что говорит он неискренне, из-под палки.       Так какого Голба произошло?       Снежный Король внезапно изменился, и эти изменения достаточно существенны, чтобы их можно было заметить невооруженным взглядом даже при мимолетной встрече.       Что это? Всего лишь очередная афера старого безумца? Или же нечто большее? Безумец и до этого был проблемой, но проблемой понятной, прогнозируемой и в целом скорее раздражающей, чем реально опасной. Но любые капитальные изменения в его паттернах поведения превращают его в неизвестную переменную с неизвестным потенциальным уровнем угрозы.       Принцесса Бубльгум прикрыла глаза и помассировала виски.       Как будто этого инцидента с Личом было ей мало, теперь ещё и со Снежным Королем что-то не так! Опять! Напомните, почему она его терпит?       Ах, да, его «Ледяное Королевство» благоприятно влияет на климат окружающих земель, в том числе её собственных, делая их более комфортными для её народа.       Это — а ещё Королева Вампиров в ультимативной форме заявила, что если кто-то сделает с ним что-то непоправимое, то она сама сделает что-нибудь непоправимое. Вырежет всех принцесс, например. Лично сама Бубльгум сомневается в том, что та до такого дойдет, но проверять она, конечно же, не будет. Что же такого её связывает с этим безумцем?       Ладно, для начала ей надо разобраться до конца с Личем и начинать потихоньку исправлять тот ущерб, который он успел нанести. А Снежный… А что Снежный? Если это всего лишь его очередная идиотская схема, то она оставит это дело на Финна и Джейка. А если же это всё-таки нечто серьезное…       Ну, что же, если возникнут новые проблемы, она, как всегда, решит их наиболее оптимальным способом. Хотя, возможно, ей следует заранее сочинить легенду на случай, если Королева Вампиров решит претворить свою угрозу в жизнь. На всякий случай…