Излишние меры

***

      —... Немногие из вас знают, какое значение имеют чайные церемонии. Правилам этикета и основам чайных церемоний обучают юношей и дам, которым только исполнилось шестнадцать. Как правило, только начиная с этого возраста допускается присутствие на церемонии. В основном из-за того, что во многих орденах наследники слишком рано занимают место своих родителей.       Женщина взглядом бросает молнию в сторону зевающего парня, и тот, заметив её, быстро выпрямляется.       — Для чего, по вашему мнению, устраиваются подобные церемонии?       Одна из девушек поднимает руку, желая ответить, и женщина довольно улыбается. Смит пользуется этим и быстро зевает в ладонь.       — Чайные церемонии устраиваются по важным вопросам. Например, при обсуждении главами орденов деловых вопросов.       — Верно, — кивает госпожа До. — Это одно из применений чаепития среди всех орденов. Помимо решения вопросов, чайная церемония устраивается для расслабления. Она отличается от предыдущей и имеет собственные правила. Давайте подробнее обговорим первое применение...       Женщина отходит к куче свитков в большой деревянной корзине, и класс дружно берётся за кисточки.       Приятная погода на улице и свежесть после ночного дождя помогает расслабиться — мастер огня только сейчас по-настоящему осознал, как ему повезло сидеть возле окна. Казалось, учёба с утра могла с лёгкостью додать остатки этой бодрости, однако на Кая она совсем не действовала.       Наполовину бессонная ночь глубоких раздумий и осознания становилась на то ему мощной преградой.       В этот раз он явно выбрал неправильный путь. Морро точно не был глупым и хорошо понимал, что Кай играл дурачка. Мастеру огня точно стоило выкинуть что-то другое, что-то более естественное и разумное. Поездка в Золотой Орден была уже на носу, оставалось всего лишь дождаться отъезда, как говорил ему отец. И всё бы правда тихо закончилось, парни бы разошлись, словно никогда не встречались... однако нет. Он решил снова себя опозорить.       И что он получил в итоге? Морро прямо над ним посмеялся и, представить страшно, уже что-то задумал. Если об их разговоре ещё и узнает Высочайшая... всё пойдёт по наклонной.       Парень серьёзно думал, что ему делать дальше, но на ум ничего путного так и не приходило. Исправить что-то — значит убедить Стормов в своей правоте, а этого Кай делать точно не собирался. Вот тебе и безвыходное положение.       — Юный господин Смит, — вдруг зовёт госпожа До, и Кай чуть не подскакивает на месте. — не так давно Вам исполнилось восемнадцать, Вы должны были изучить этот вопрос. Что Вы можете рассказать об этих церемониях?       Парень дёргает головой и с опозданием понимает, что прослушал вопрос. Похоже, после занятия его ждёт очень увлекательная беседа.       — Я прослушал, — Кай неловко чешет затылок. — Вы не могли бы повторить?       — Второе применение церемоний, господин Смит, — женщина очаровательно улыбается.       — Точно... я так и подумал, — он собирается с мыслями и, слегка смутившись от внезапного внимания со стороны девушек в классе, активно пытается что-то вспомнить. К удивлению, что-то об этом вопросе в голове таки отложилось. — Вам весь план выложить?       Женщина довольно кивает, и парень принимается ногтем задумчиво шкрябать поверхность стола.       — Для таких церемоний есть специальные места: сад и чайный дом. Дом обычно маленький и тесный. Пока гости подходят к саду, хозяин готовит всё необходимое. Они отпускают все свои невзгоды... и прочую чушь, пока подходят к дому... У дома их встречает хозяин. Они проходят внутрь, каждый кланяется при входе. Потом идёт подготовка. Пока варится чай, все молчат. Только после его приготовления начинается беседа. А уже оттуда все начинают разговаривать о ерунде, чтобы расслабиться и отдохнуть...       — Достаточно, — отзывается женщина. — Если посчитать это за основу, сгодится. Благодарим за объяснение. Почему же чайный домик так мал и тесен? В этом есть смысл?       — Чтобы гости оставили все лишние мысли за стенами и насладились простотой.       — Верно. Чтобы полностью расслабить тело и разум, на таких церемониях принято тесниться и не думать о лишних заботах. Как правило, после подобного чаепития на душе действительно становится легче. Что ж, а теперь перейдём к письму...       Женщина отходит к своему столу, и класс вновь берётся за кисти.       Вскоре занятие подходит к концу, и девушки, прощаясь с учителем, покидают класс. Мастер огня снова ощущает напряжение, повисшее в воздухе, и старается отогнать плохие мысли. Он разок вдыхает воздуха, дабы поднять собственный боевой дух, а после выпрямляет спину — в знак того, что готов к очередным мучениям.       — Меня беспокоит твой вид, Кай, — парень упустил момент, когда женщина наедине с ним перешла на «ты». — Ты простудился?       — Плохо спал ночью, — отзывается он с наигранным позитивом. — Кошмары мучали.       — Кто же мог тебя так напугать...       Кай, честно, тоже задаётся этим вопросом.       — Сегодня повторим поклоны. Я надеюсь, ты хорошо помнишь все их виды с нашего недавнего занятия.       — Да ладно, Вы слишком строги ко мне, — охает Смит. — Мне нравится Ваш подход, я Вами восхищаюсь, но неужели Вы со всеми Вашими учениками так обходитесь? Вас вроде здесь любят, — продолжает он.       — Поверь, мой милый, в свои годы я обучала саму Госпожу, — горделиво говорит она.       — Шутите.       — Ничуть. Когда я только прибыла в Орден Ветра совсем юным учителем, Господин Сторм — её отец — сразу увидел во мне потенциал. Я была совсем крохой, неуверенной в своих силах, но очень упёртой. Сначала он доверил мне юных мастеров воздуха. Уже потом, когда обучение понесло большие плоды, он отдал под мой присмотр Высочайшую. Из всех возможных учителей он выбрал именно меня, на тот момент ещё юную девицу.       Кай впечатляюще кивает.       — Только Высочайшая вряд ли бы позволила обращаться с собой грубо, — загадочно говорит он.       — То, какие методы я применяю для твоего обучения, вовсе не верх грубости, — на удивление честно отвечает госпожа. — Из всех своих учеников Госпожа была единственной, чьи занятия были беспощадны. В то время к знаниям этикета были очень строги, особенно в Ордене Ветра и Льда. Сам Господин требовал выучить его дочь так, чтобы издалека было видно, что она — наследница ордена.       — Так вот, почему все её боятся... — Кай чуть не получает за это летящим свитком и инстинктивно прикрывается.       — Госпожу не боятся, а уважают. Следи за своими словами.       Мастер огня впервые понимает полный смысл этой фразы и лишь покорно соглашается. Необдуманных слов за эту неделю ему точно было достаточно.

***

      К полудню Кай буквально открыл собственные чертоги разума. Идти ко дворцу не было никакого желания, поэтому парень задумчиво расхаживал по городу, огибая прохожих.       В раздумиях он не сразу заметил, как оказался у знакомой ему лавки. В городе сегодня было тише обычного, торговля шла своим чередом. Лавка мужчины была пуста, не было слышно запаха жареного мяса.       С пустого стола взгляд скользнул в сторону дверей соседнего дома.       Что ж, возможно, сама судьба намекнула ему прийти сюда. Если ему повезёт, он скрасит половину дня и даже немного расслабится. Не станут же его разыскивать по всему городу? А кому он, впрочем, вообще нужен?       Не имея представления о других планах, мастер огня проходит вдоль дорожки и негромко стучит.       — Кого принесла нелёгкая... — дверь тут же отворяется, едва не снеся мастера огня с ног, и на пороге оказывается одетый в фартук Мигэ.       — Во дела... — удивляется Кай. — Подкараулил меня, что ли?       — Какого...       — Ох! — восклицает пожилой мужчина за спиной мастера воздуха и машет рукой. — Пропусти, Мигэ! Ко мне гости пришли.       — Да, Мигэ, пропусти, — кивает Смит и, показывая шокированному юноше большой палец, проскальзывает в дом.       Небольшой деревянный домик изнутри оказывается довольно уютным. На стене у лестницы висят рыбацкие принадлежности, вроде всяких крюков и сетей, неподалёку — копья для охоты. До самых дверей доносился запах чего-то вкусного. Дверь в соседнюю комнату была приоткрыта — как воспитанный человек, Кай удержал себя оттого, чтобы заглянуть внутрь. На кухне у запертого окна лежало небольшое полотно с пятью лицами. Двоих из них Смит узнал сразу, а женщину с юношей и мужчиной посчитал оставшейся частью семьи.       На мгновение Каю вспомнился домик родителей мастера молнии. Часто, когда Смит прогуливал занятия или просто сбегал из дворца ради отдыха, он оказывался в гостях у Уолкеров. Эд и Эдна были добры к нему и всегда любили его визиты. Они были благодарны, что Джей обзавёлся искренней дружбой.       Несмотря на то, что их дом в сравнении с этим отличался, атмосфера казалось одинаковой: спокойная и уютная. Кай искренне её любил. И скучал. Честно, очень скучал.       — Деда, что это такое? — Мигэ останавливается на пороге и тычет пальцем в мастера огня, что устроился за столом. — Откуда у тебя появились такие гости?       — Какие ещё «такие»? — отзывается Кай оскорблённо, прервав свой поток мыслей.       — Я тебя не спрашивал.       Мигэ получает подзатыльник от дедушки и смущённо эйкает.       — Что за грубость к гостю? Лучше бы чаю предложил, честное слово, — мужчина садится возле Смита и поправляет воротник своего кимоно, почёсывая шею. — Не обращай внимания. Он ни с кем не ладит, вот и бросается на всех, как пёс...       Голос старика звучит медленно, слегка устало. Похоже, Кай прервал их от домашних дел или отдыха. Близились выходные, наверняка многие торговцы оставили свои лавки до начала следующей недели. Удивительно, что мужчина не злился на парня и не смотрел искоса, как делало большинство увиденных им жителей. Пускай Кай не припоминал, чтобы говорил ему о своём положении во дворце, такое исключение ему... льстило.       — Так он Ваш внук? — спрашивает Кай спустя паузу.       — Встречал его раньше?       — Конечно, — улыбается мастер огня. — Не поверите, но мы почти друзья...       — Деда, не слушай его.       — Друзья, говоришь? — удивляется мужчина. Его лицо вмиг становится счастливее. — Вот тебе раз... — он хохочет, и мастер воздуха прижимает ладонь ко лбу. — Как здорово-то! Сама судьба тебя к нам подкинула!       — Точно говорите, дядя!       — Как хорошо-то... Ты не знаешь, но у нас это больная тема. Этот засранец либо слишком скромный, либо взрывной. Сколько ни спрашивал у него о знакомых — рот на замок. Врёт как дышит, паршивец, а мне — сидеть и гадать.       — Вам так тяжело, — понимающе кивает мастер огня.       — Ладно, друзья, товарищи... Девушку бы какую нашёл.       — Дедушка!       — Мать с отцом ушли из жизни, старший брат женился, вот и присматривать за ним некому. Сколько сам ни пытался его жизни научить, не хочет слушать. Сам по себе, да сам по себе. Кто ему мозги вправит? Мне, старому, только до лавки выходить и обратно в кровать.       Мастер огня слышит досаду в его голосе. Возможно, он не слышал никогда таких слов в свою сторону, но чувство чего-то родного тут же отозвалось в груди. Эта забота, прикрытая недовольством, немного отчаяние. Кай думает, что, возможно, сможет хоть немного подбодрить мужчину, и взмахивает рукой.       — Он просто стесняется говорить Вам об этом, — парень ловит удивлённый взгляд мастера воздуха и улыбается. — У него ещё всё впереди. Только посмотрите: и лицо красивое, и голос приятный. Каждый день своё тело тренирует. Немного подрастёт, и ему совсем проходу давать не будут.       — Точно, точно говоришь!       — Был бы я девушкой, точно такого бы не упустил!       Старик громко смеётся и довольно кивает.       Едва Кай снова раскрывает рот, Мигэ, злобный и смущенный до кончиков ушей, хватает его за шиворот и буквально вытаскивает из дома. Старик растерянно окликает сына, однако мастер воздуха пропускает всё мимо ушей.       — Куда мы...       — Замолчи и иди за мной, — бросает парень.       Кай решает не спорить и, расслабивашись, молча позволяет увести себя в сторону арки.

***

      Мигэ находит тихое безлюдное место — здесь Кай ещё ни разу не бывал: небольшой обрыв над водой, дерево, склоняющееся к земле, и ленточки на ветках. Шум городка слышался лишь отдалённо, и становилось как-то спокойнее. Снова было слышно свои мысли. Даже, кажется, собственное сердце.       — За какой мой проступок тебя послали в это место? — начинает Мигэ недовольно. — Почему я? Почему ты появился из неоткуда и ходишь именно за мной? Здесь так мало людей живёт?       — Ладно тебе, я не хотел обидеть, — Кай слабо взмахивает рукой. — Я не знал, что вы семья.       Мастер воздуха немного успокаивается. Краснота сходит с лица, и он роняет взгляд под ноги, прочищая горло. Всё-таки было с ним какое-то чувство, будто он не мог злиться на Смита долго. Может, тот просто выглядел честным.       — Не злись. Если тебя так это смущает, я могу больше к нему не приходить. Всё равно уезжать скоро...       Мигэ смотрит на него несколько мгновений, а после прокашливается. Виснет недолгая пауза, прежде чем парень говорит снова:       — Никто из тех, кого я встречал здесь, не приходили ко мне в гости.       Кай устремляет всё внимание на внезапно искреннего парня. Даже, кажется, тише дышать умудряется, чтобы случайно его не спугнуть.       — Понимаешь, мне просто... — он нервно усмехается. — смешно от мысли, что первым в моём доме побывал не мой лучший друг, а парень, которого я бы и знакомым не назвал. Мой дедушка... очень расстраивается из-за того, что я необщительный. И постоянно ругает меня за мой характер. Я не хочу, чтобы мне тыкали в это носом ещё и на глазах у кого-то.       — Это... не плохо, — Кай чешет затылок. — У вас в ордене не чихнешь лишний раз, всё так скучно и напряжённо... Может, вы просто все такие скромники.       Мигэ хмыкает.       — Так было не всегда.       Он смотрит в сторону моря, на горизонт, и, подойдя к краю, садится на траву, свесив ноги. Кай следует его примеру и садится чуть ближе к дереву.       — Восемнадцать лет назад у нашей Госпожи... — он говорит тише. — был супруг. Раньше Орден Ветра был строгим и немного мрачным, но с его приездом всё изменилось. Может, тебе никто не говорил, но он был похож на тебя. Вечно выдумывал какие-то развлечения, шутил со всеми. На то время, даже будучи рабом, он поднимал весь орден на уши.       — Во дела...       — Да, все говорили также. Потом он смог освободиться, освоиться. Он хорошо тренировался, работал, и его взяли в поездку на обучение в соседний орден. Не знаю, что точно там случилось, но он и Госпожа сильно сблизились за эту поездку. Так вышло, что Господин умер задолго до их свадьбы. Он так и не узнал, что они были влюблены друг в друга. Госпожа стала его супругой, и вскоре после этого родился юный господин Сторм.       — Представляю, что сказал бы её отец, если бы узнал, — беззлобно усмехается Кай. — Значит, благодаря этому парню Орден изменился?       — Не только он. Изменилась сама Госпожа. Дедушка рассказывал, тогда она стала мягче, счастливее. Орден тогда как будто расцвёл... — взгляд Мигэ становится тоскливее. — Но в один день, когда юному господину только исполнился год, Госпожа узнала, что он умер по пути в соседний орден. Я не знаю подробностей, но... это было даже хуже, чем смерть Господина. Орден как будто... умер вместе с ним. Госпожа снова стала холодна и несчастна, жители в городе почти не радовались. Больше не отмечали праздников, кроме дня Ушедших. Пускай сейчас времена поменялись, что-то осталось прежним. Траур, который несёт орден. И он длится уже семнадцать лет.       Кай ненадолго впадает в прострацию, обдумывая услышанное.       Оказывается, Орден Ветра жил. Конечно, бывали праздники, бывало счастье, веселье. Наверняка Госпожа пережила большую травму и закрылась в себе. Может, от чувства вины или от отчаяния. Она не терпит уюта, не поддерживает веселье, почти не улыбается искренне, как Майя или Ния. Может, оттого и правда её не боятся, а уважают: люди видели её счастливой, а сейчас просто... поддерживают, как свою правительницу?       А Морро... Мог ли он перенять от своего отца манеру? Он, кажется, был единственным, кто не казался замученным или печальным. И даже не то чтобы холодным...       — Разве стоит держать траур так долго? — снова спрашивает Кай. — Уверен, после своей смерти он хотел бы чего угодно, но не этого.       — Так решилось само по себе. Мне кажется, так людям просто жить легче. И самой Госпоже, я думаю... тоже.       Кай опускает взгляд куда-то в воду и решает не продолжать эту тему. Ну вот. Теперь от мыслей к вечеру у него точно голова взорвётся.       — Скажи, как ты, всё-таки, попал сюда? — спрашивает Мигэ. — Тебе правда нравится, что тебя здесь не любят?       Кай смешно фыркает и расслабленно улыбается. Даже слегка пугает Мигэ своей реакцией.       — Кому понравится жить с людьми, которые тебя не терпят? — он смотрит на горизонт. Что-то в его голосе меняется, и он, под стать Мигэ пару минут назад, говорит искренне. — ... Моей сестре тяжело давалось учиться. С детства она любила быть самостоятельной, пыталась решать свои проблемы сама. Ей не нравилась ни вышивка, ни готовка, ни чистописание. Зато... она любила махать кулаками.       Мигэ прыскает от смеха, но, заметив грозный взгляд Смита, громко кашляет и машет руками.       — Нет-нет, я не смеюсь над ней. Продолжай, я слушаю.       — Она... всё время была загнана в рамки. Когда ты каждый день видишь, как она убивается на тренировках, а потом нехотя идёт на уроки этикета... понимаешь, что ты живёшь совсем не хуже. Я всегда старался поддержать её... или прикрыть, если нужно. Но когда узнал, что её собираются взять замуж, я не мог ничего не сделать.       Мигэ отводит взгляд, словно его осенило.       — Когда только представляю, как она с двумя детьми, в чужом кимоно и с печальным лицом... Я хотел ей свободы. И если бы она смогла быть с тем, кого любит, мне было бы... чуточку спокойнее на душе.       — Ты заботился о сестре? Поэтому устроил всё это... представление?       — Я приехал сюда, потому что правда захотел. Я был готов ко всему, потому что считал, что я прав. И до сих пор считаю также.       Кай поднимается с места, придержавшись за ствол дерева, и Мигэ, недолго думая, следует его примеру. Кажется, они обсудили всё, что хотели. Мастер огня даже почувствовал себя легче: за всю неделю ему больше всего не хватало человека, с которым он мог бы искренне и честно поговорить. Возможно, то, что он узнал, действительно помогло ему взглянуть на Орден Ветра иначе.       На улице ещё не вечерело, время тянулось безумно медленно. Кай осматривается по сторонам, для себя заприметив это место, и, громко вздохнув, хлопает Мигэ по плечу.       — Скоро меня здесь уже не будет. Спасибо за свидание.       Он весело подмигивает, желая разбавить обстановку, и с большим клубом мыслей направляется в сторону города.       Мигэ долго смотрит ему вслед.