Как бы то ни было

Знаете такую погоду... Такую чувственную и нежную? Конец октября как раз такой. День хоть и сокращается, но солнце все ещё мимолетно захваживает в гости. Вот и сейчас такой момент. Пейзаж за окном скудный, но до чего красивый. Яркие лучики подсвечивают голые ветви деревьев, повторяя их очертания, от того те раскидывались ажурными тенями на дороге. Листья под толстыми стволами стали темнеть, постепенно превращаясь в не самого приятного вида месиво. Но с таким чистым небом—даже такая картина под ногами выглядела особенно. Время около пяти, Сайно под руку с солнышком зашёл в гости после тренировки. Тигнари в этот момент занимался готовкой вкуснейшей жареной картошечки под какую-то энергичную песенку, что играла на старенькой JBL колоночке. Слыша хлопок двери, он забирает с крючка над раковиной кухонное полотенце, по пути вытирая руки. — Привет, родной. — парниша тянется к нему обниматься, встречая его не только манящим запахом еды, но и лучезарной улыбкой. — Привет. — Сайно чуть затупил, пока смотрел в чужие, чуть сщуренные глаза, что на удивление были скрыты под стеклами очков. Как-то... По домашнему. Будто бабушка встречает его вечером с прогулки. Так же вкусненько пахнет, так же освещена квартира. И Тигнари тоже. Тоже такой домашний, такой теплый. Темные волосы были собраны в небольшой хвостик на затылке, круглые очки сидели слегка кривовато и он совсем их не стеснялся. Как будто бы и забыл совсем про них. Хотя зная его, вероятно так и случилось. — Нари... Тебе так идут очки, ты бы знал. — Сайно ступил за пределы небольшого коврика в прихожей, и все для того, чтобы снова его обнять. Обнять так крепко, как только умеет. Он прижимает его ближе к себе, склоняя голову к плечу, утыкаясь в него носом. А для Тигнари это будто щелчок в голове. Он забыл их снять. Тот опешил и уже мысленно дал себе в лоб, но почувствовав такие крепкие объятия, этот неловкий взгляд ушёл. На его место встал смущенный, даже какой-то... Ну просто неописуемый огонек в глазах. Кончики ушей внезапно вспыхнули алым, а щеки самую малость стали розовыми. Он решил, что такой момент упускать нельзя, поэтому и сам потянулся к нему, обняв за талию. — Надевай их чаще... — полушепотом, тихо так. Аккуратно погладив его по спине, Сайно сделал шаг назад, таки отпустив брюнета. — Мне иногда кажется, что ты со мной заигрываешь. — А что я такого сказал? — он снимает куртку с плеч, вешая ее на крючок. И смотрит же прямо в глаза, взгляд не отводит. — ты ж и ослепнуть так можешь. Тигнари цокает и быстро убегает обратно на кухню. Картошка-то все ещё на плите. *** — И ты прикинь, она выяснила где я занимаюсь, стала меня типо случайно встречать после тренировки и в конце концов записалась туда же. Сталкерша некудышная, блять. — Сайно сидел за столом, оперевшись спиной о стену и закинув руку на спинку стула, рассказывая про всю ту же Нилу. — Да ладно тебе, может она и не так плоха. Может не будешь так категоричен? — А какой резон? Если она так делает... — он отводит взгляд с чужой спины куда-то в бок, решая смотреть в окно. — Ну... Это не самая приятная на свете вещь, но и ничего криминального тоже тут нет. Ну хочет она тебе понравится, ну вот такие вот у неё способы, ничего не поделаешь. — Нари нарезал огурцы и помидоры в салатик, следя за картошкой на плите. — И вообще, — он кладёт нож на стол с громким стуком и оборачивается к Сайно, — если тебе не нравится вся хуйня, что она творит, подойди и скажи блять. Или ты ее боишься? — Знаешь, да, боюсь. Потому что я без понятия как она смогла найти мой зал. — он приободряется, оборачиваясь вновь на друга, — Это мало того, что не самый очевидный спортзал, так он ещё и очень далеко. — Ну, значит она следила за тобой. — и как ни в чем не бывало, возвращается к салату. — Как ты можешь говорить это так спокойно?! Это же дикость! — Блять, ну не за мной же следили. — Или... Или это ты дал ей адрес? Она по-любому писала тебе, да? Тигнари приостанавливается. Он задумывается и вновь разворачивается. — Ничего я ей не давал. И она ни разу мне не писала... — Что? Да это звучит как пиздеж, не находишь? Она не могла тебе не писать, ты же знаешь меня лучше всех. Грех такую возможность упустить. — В том-то и дело. Только после твоего вопроса, я это понял. Как-то даже внимание на это не обратил... Сайно лишь тяжело выдыхает, расплываясь лужецей на столе. Он все так же наблюдает за силуэтом Нари, пархающим над плитой. Самое милое, что он мог сделать сейчас—это без вопросов достать две тарелки и наложить кушать и ему. — Кстати! — Тигнари ставит тарелки с едой на стол, кладя рядышком две вилки. — Хотел спросить про твой подарок на день рождение. Ты хочешь что-нибудь? — Единственное, что я хочу, Нарчик, так это быть с тобою. — хихикая, мужчина отправляет в рот несколько жареных палочек. М-да, есть жирную еду после тренировки конечно такое себе, но обижать друга не хочется. Да и голод сам себя не утолит. — Сай, меня уже начинают напрягать эти шутки. — А кто сказал, что шутки? — Да тю на тебя, идиот... А если серьёзно? — Я не знаю, не думал об этом. *** Спустя примерно полторы недели, в ночь с 24 октября на 25 октября, брюнет-таки действует. Буквально через пятнадцать минут наступит день рождение Сайно. И как настоящий друг, Нари решает поздравить его самым первым прямо в двенадцать! Сайно так и не сказал что бы он хотел на свой праздник и Тигнари решает поступить так, как он сам тогда сказал. Решив вообще не заморачиваться, парниша находит в своих бездонных ящиках стола толстую подарочную ярко-зелёную ленту. Она вполне подойдёт для этой задумки. Телефон ставится на полочку чуть ниже его головы, а он сам идёт к зеркалу в коридоре. Ленту он обматывает вокруг головы, закрепляя бантом на макушке. Поправляя ее на подбородке и ушах, Нари снова идёт в комнату. Он включает слабый свет на фон, а сам быстренько фоткается. И все. Поздравительная открытка готова. Ровно через 15 минут, она была отправлена получателю, в комплекте с ещё пятью смс о сильной любви и о том, какой-то же тот дед. Теперь можно со спокойно душой ложиться спать. Завтра все так же на учёбу. *** А Сайно в этот момент ушёл за водой, в полном предвкушении множества поздравлений. Уже с кухни он услышал уведомления и забрав прозрачный стакан, скорее побежал в комнату. И тут просто что-то невероятное. Он уже разрывается от сообщений. И самый первый, конечно же, был Тигнари. От него-то именинник и хотел прочитать поздра— А теперь представьте фотографию, которую прислал Тигнари. Он стоит чуть под углом, нагнувшись к камере. Слабый свет подсвечивает бант на голове, макушку, кончик носа и глазки, оставляя на них светлый бличок. Нари поставил руки у подбородка, мол: «вот он я!». А сама лента на голове ярко контрастирует с его глазами. Но это не главное. «Он стоит чуть под углом, нагнувшись к камере», друг снова был голожопый. На фотке видна округлая задница, оголившаяся часть поясницы и кусочек пухлой ляшки. Господи, одного только взгляда хватило для того, чтобы где-то внизу живота приятно кольнуло. И лично ему не до конца понятно, что это должно значить. Даже если представить, что Сайно нравятся парни: Тигнари его не привлекает. Но одновременно с этим, он возбуждает его настолько сильно, что сомнения в душе насеяло не хило. Сай плюхается на кровать, откладывая включённый телефон куда-нибудь подальше. Он шумно взглатывает, облизывая губы. И снова в голову лезет пошлятина. Блондин жмурится, а после взгляд падает на вставший член, что выглядывал большим бугором из-под одежды. И нет, он не собирается дрочить на друга. А потом он вспоминает чужое тело. Стройный, высокий, красивый. Сексуальный. Аккуратно выточенный торс, с небольшими розовыми сосками. Плоский живот, бедра, ляшки, ноги... Чужая, буквально идеальная округлая задница. Звучит, как описание девушки, но это Тигнари. И как-то вышло, что сегодняшний именинник, в первые минуты своего дня рождения, думал о чьей-то заднице и о том, как мог бы выебать ее. И выебать так, чтобы живого места на ней не осталось. Хочется сжать ее до белых пятен, шлепнуть с громким хлопком. А потом войти. Грубо, резко. Сделать так, чтобы заполнить ее до краёв. Чтобы семя прямо-таки вытекало из горячего нутра, стекая по— Этих мыслей было достаточно, чтобы сломаться. И одной первой строчки было достаточно для того, чтобы коснуться себя. Нежно, по-садистки медленно, растягивая удовольствие. Ведь поток этих мыслей видимо и не собирался заканчиваться. Резко вспомнился тот случай на лестнице. Когда Нари оказался почти на коленях. Этот взгляд снизу... Интересно, он был бы такой же, если бы друг сидел меж его ног? Если бы брал в рот широкий, длинный член, лаская его языком, кончиком обводя каждую венку. А в руке уже разливается горячая сперма. Сайно дышит тяжело, сбивчиво. Осознание произошедшего дойдёт до него только через минуту, когда разлепив пальцы рук, тёплое семя образует сеточку из тонких белых нитий. Это пиздец...