Высшее наследие (Higher Heritage)

      — Увидимся в воскресенье, отец. Ты просто позаботься о том, чтобы отвезти дедушку к врачу, которого он действительно послушает. Может, поверит, если кто-то другой будет его ругать за его холестерин.              На другом конце линии послышался смех, последовал обмен еще несколькими фразами, а затем Джон закончил разговор и сунул телефон обратно в карман, поворачиваясь к кухне. — Чаю?              — Ты разговаривал со своим отцом, — заявил Шерлок.              — Ты действительно — блестящий детектив, не так ли? — спросил Джон, поддразнивая. — Что это выдало? То, что я сказал: «отец»?              Шерлок слегка улыбнулся. — Нет, скорее, то, как расслабляется твое лицо — никто другой, с кем ты разговариваешь, не вызывает у тебя такой реакции. Конечно, не Гарри. Он тебе нравится.              — Ну, конечно. Он — мой отец, — отозвался Джон.              — Так бывает не всегда, Джон. У меня был собственный отец, как ты знаешь, и нежность — это не то слово, которое я когда-либо использовал бы для описания наших отношений.              Джон кивнул, роясь в шкафах в поисках чайных принадлежностей. — Верно. У нас лучшие отношения, чем у большинства, даже если мы не очень хорошо друг друга понимаем.              — Когда-нибудь мне придется с ним встретиться, — сказал Шерлок.              Джон рассмеялся, думая о своей семье и обо всем том, чего Шерлок не знал о них — о нем. — Это будет интересный день.              #              Они как раз заканчивали ужинать у Анджело, когда зазвонил его телефон. Джон взглянул на Шерлока, которого привлекло что-то за окном. Пожав плечами, он вытащил мобильный, чтобы посмотреть на экран. Однако это был не тот номер, который Джон узнал, поэтому он отклонил вызов. Ему пришлют сообщение, если дело важное.              Телефон зазвонил снова, когда он надевал пальто, но к тому времени, как он просунул руки в рукава и вытащил телефон из-под перчаток, звонок прервался.              Он встретился взглядом с Шерлоком и пожал плечами. — Я внезапно стал ужасно популярным.              Выйдя на улицу, они повернулись и быстро пошли домой под непрекращающимся моросящим дождем.              Они как раз собирались повернуть на Бейкер-стрит, когда увидели синие мигалки, горящие сквозь туман, и у Джона и Шерлока зазвонили телефоны. — О боже, — сказал Джон, переходя на бег.              — Джон! Слава богу, — приветствовал их Грег мгновением позже.              — Миссис Хадсон? Она?..              — С ней все в порядке, — поспешно заверил их Лестрейд. — Но, боюсь, что это плохие новости, Джон.              Его телефон снова зазвонил, вибрируя на бедре, и Джон почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он потянулся к нему и скомандовал: — Рассказывайте.              Глаза Грега потеплели, когда он сказал: — Автомобильная авария. Грузовик проехал на красный свет и ослепил машину. Это выглядит как сочетание мокрой дороги и плохих тормозов, но... граф Андершоу погиб мгновенно. Ты значишься в списке экстренных контактных лиц, и ты знаешь — в наши дни, как только твое имя появляется в системе, оно попадает ко мне на стол.              Джон тупо кивнул и взглянул на идентификатор вызывающего абонента, почти нащупывая телефон, торопясь поднести его к уху. — Отец? Что случилось? С тобой все в порядке?              — Нет, извините, это больница Святой Марии. Вы указаны как контактное лицо Джонатана Брэндона в чрезвычайных ситуациях?              Ледяной комок в его животе стал огромным, с зазубренными краями. — Господи, да. Как он там?              На другом конце провода повисла пауза. — Возможно, вы захотите сюда добраться как можно быстрее.              — Хорошо, — сказал он, когда рука, державшая телефон, обмякла. Его друзья смотрели на него с беспокойством, и Джон мог только представить, как выглядело его лицо.              Он чувствовал постоянное присутствие Шерлока позади себя, и тот даже не протестовал, когда Джон спросил: — Как быстро вы можете доставить меня туда, Грег? — и забрался на заднее сиденье полицейской машины.              #              — С тобой все в порядке? — спросил его Шерлок, когда Грег, мигая фарами, объезжал «фольксваген».              Джон чувствовал беспокойство друга, но был слишком занят чувством подавленности, чтобы отреагировать сильнее, чем кивком. Конечно, с ним все было в порядке. Его дед был мертв, а отец, по-видимому, умирал. Почему бы ему не быть в порядке? Особенно учитывая…              Он почти чувствовал, как груз ответственности поколений ложится на его плечи, когда машина приближалась к больнице, и не был уверен, как он собирается это сделать. Он не был чужд долгу, но…  не ожидал его еще много лет.              — Шерлок, мне нужно тебе рассказать... — его голос затих. — Неважно.              Как он должен это объяснить? Его телефон снова зажужжал, звоня в кармане. Джон наклонился и на мгновение уставился на экран, отправив одно текстовое сообщение, а затем выключил телефон, уставившись в окно, пытаясь думать, пытаясь осознать тот факт, что все только что изменилось, и он не знал, как ему справиться.              Он задумался о том, как много Майкрофт знал о его семье.              Джон гадал, знал ли тот, что после смерти его деда и (о боже) отца Джон Хэмиш Уотсон Брэндон стал новым наследственным графом Андершоу.              Как, черт возьми, ему сообщить об этом Шерлоку?              #              Лестрейд высадил их, едва остановившись у дверей отделения экстренной медицинской помощи, прежде чем Джон побежал, и Шерлок последовал прямо за ним.              Шерлок никогда раньше не видел Джона таким расстроенным, хотя и предполагал, что этого следовало ожидать... Очевидно, это была ужасная новость. Он задавался вопросом, насколько хорошо Джон знал графа. Он едва смог сдержать свое удивление, узнав ранее, что Джон был его экстренным контактом. Это казалось таким невероятным. Однако, судя по другому телефонному звонку, его отец, очевидно, был с графом в машине. Может быть, водитель?              Учитывая отсутствие поддержки у Джона, когда он вернулся домой из Афганистана, его семья была для Шерлока загадкой — ладили они или нет? Не могло быть и того, и другого, не так ли, даже если Джон, казалось, любил своего отца? Шерлок не совсем понимал динамику происходящего в семье Джона. Он редко с ними виделся, но довольно регулярно разговаривал с отцом по телефону. Шерлок знал, что Джон планировал в эти выходные встретиться с семьей и с нетерпением этого ждал.              Джон сейчас стоял, облокотившись на стол на посту медсестры, его плечи закаменели, и он выглядел напряженным, как сжатая пружина. Шерлок наблюдал, как другу указали на коридор, и моргнул, когда Джон, не оглядываясь, исчез в коридоре.              Шерлок заколебался... Должен ли он последовать за ним? Разве в подобных ситуациях не было хорошо оказывать моральную поддержку? Или лучше было отойти в сторону и дать ему немного пространства?              Пока он колебался, поспешно вошел Лестрейд. — Где Джон?              — В той стороне. Я не знаю...              Лестрейд бросил на него острый взгляд, а затем подошел к посту медсестры. — Две минуты назад прибыл мой друг Джон Уотсон, он искал своего отца. Пожалуйста, не могли бы вы мне подсказать, куда он ушел?              — Извините, сэр, я не могу предоставить такую информацию...              Лестрейд показал свой значок. — Я не собираюсь вмешиваться. Мне просто нужно знать, где он.              — Мистер Брэндон в номере 214, хотя, боюсь, его состояние кажется не очень хорошим, — сказала она.              Шерлок моргнул. Брэндон? Она, конечно, имела в виду Уотсона? Но времени на расспросы не было, поскольку они с Лестрейдом поспешили по тому же коридору, по которому ранее умчался Джон.              Они остановились у палаты 214 — скорее каморки, чем комнаты. Очевидно, это была временная остановка, а не помещение для длительного пребывания. Джон был у постели человека, который выглядел точно так же, как будет и он сам через тридцать лет. Очевидно, это был его отец.              И, судя по выражению лица Джона, мужчина умирал. Шерлок не мог представить ничего иного, что могло бы вызвать такое потерянное выражение на лице его друга, бывшего военного врача. Джон видел смерть бесчисленного количества людей и был воплощением стоицизма на местах преступлений или при оказании помощи при самых ужасных травмах.              Ничто, кроме потери любимого родителя, не могло сделать его лицо таким.              Шерлок моргнул, не зная, что делать. Он взглянул на Лестрейда, который, казалось, не хотел входить в комнату и нарушать какое-то общение, происходившее между Джоном и бессознательным человеком на кровати.              Однако через несколько мгновений Джон поднял голову, лицо его снова было спокойным, но в глазах была боль. — Не так я бы хотел, чтобы вы встретились, но... заходите. — Его глаза снова были на лице мужчины, когда он говорил, как будто не мог отвести взгляд. Голос Джона был хриплым, когда он сказал: — Отец, это — мой сосед по квартире и лучший друг Шерлок Холмс и мой хороший друг — детектив-инспектор Грег Лестрейд. Шерлок, Грег — это мой отец, Джонатан Брэндон. — Он сделал паузу, чтобы сглотнуть. — Граф Андершоу.              — Граф?..              Джон просто кивнул, его глаза заблестели. — Да. Он унаследовал титул, когда мой дед погиб в автокатастрофе... Час назад, или когда это случилось. Он ненадолго удержит этот титул, но пока тот принадлежит ему.              Он долго смотрел на неподвижное лицо отца.              — И, вероятно, еще до утра титул станет моим.