Акула и белуха

I

      — Мисс, я — офицер Батлер и... Мисс! Успокойтесь, пожалуйста. И поднимите руки, чтоб я их видела, — произнесла Айви давно поставленным вежливо-строгим тоном, а про себя подумала:       «Сраная пятница».       Патрулировать город в конце рабочей недели, значит отвечать на десятки однотипных сообщений о громкой музыке, шумных тусовках, распитии алкоголя на улице и, разумеется, о непристойном поведении, в основном завсегдатаев пивных, алкоголиков выходного дня и студентов, недавно закончивших учебу и теперь или отмечавших академические успехи, или заливавших горе эшелоном дешевых Лонг-Айлендов, на которые в Кастро всегда действовала какая-нибудь щедрая акция. Вроде два по цене одного, а третий — в подарок, если выпьешь первые два за десять минут и донесешь всю блевотину до туалета.       «Да-а, Кастро в своем репертуаре…»       В целом Айви любила это место. Яркие, часто провокационные вывески, ЛГБТ-флаги на каждом доме, песни Шер, Тины Тернер и Гаги, играющие из всех проигрывателей. Айви сама с удовольствием гуляла здесь с Чурросом по утрам, заходила в любимые магазины и лавки, а свободными вечерами — если таковые выдавались — сидела в «Лестнице» с бокалом полусухого вина и любовалась красивыми девушками. Все в рамках приличия. В чем понт ужираться до свинячьего состояния, чтобы тебя с позорными мигалками увозили с вечеринки, Айви не понимала.       «И пока все другие “нормальные” офицеры занимаются серьезными делами, мы со Стивом тусуемся в своем “радужном районе”. Класс».       Пьяные раздражали. С ними редко получалось договориться по-хорошему, вид офицеров в форме мало впечатлял людей, разгоряченных алкоголем или чем покрепче. Айви быстро теряла терпение. Это Стив умел прикинуться лапочкой, по десять раз повторять одну и ту же фразу с неизменно ласковой интонацией. В их дуэте он прочно занял звание «хорошего копа», а Айви, нет, вряд ли она была в классическом понимании «плохой», скорее занудной. По пятницам еще и перманентно усталой. Вот почему когда им по рации сообщили о коде «811» на Восемнадцатой авеню, все, что захотелось сделать — это выругаться и вернуться домой в кровать к Чурросу.       Шумели возле ирландского паба «Последний звонок». Привыкшие к дебоширам работники паба вывели на улицу двух парней и девушку. Следом, разумеется, вывалилась и толпа зевак с телефонами. Никто не додумался приглушить музыку — или с Долорес О’Риардан так делать не полагалось по каким-то религиозным соображениям — поэтому выяснять причины конфликта получалось с трудом. Было лишь ясно, что по морде получили все, особенно девушка, внимание которой Айви безуспешно пыталась привлечь. Та все кричала двум побитым и уже закованным в наручники парням нечто бессвязно-бранное, грозила кулаком и, судя по всему, плевать хотела на то, что ее тоже вообще-то задерживали.       — П-пошли в-вы, обс-соски с-сраные!..       Парни порывались ответить, плевались на заковыристые ругательства однотипным «сука» и «ебнутая», но их обоих в свойственной ему манере остужал Стив, умудрявшийся и с работниками паба перешучиваться, и откликаться на сообщения в рации.       «Короче, у меня одной все как всегда».       Айви вздохнула и повторила чуть громче:       — Мисс!       Наконец девушка повернулась. Это была высокая — «Просто дылда» — худая блондинка в измятой джинсовой куртке, накинутой поверх просторной пыльно-розовой футболки, и в съехавшей набок красной шапке. Айви умела подмечать детали — издержки профессии, но лица толком рассмотреть не успела, помешали мерцающие уличные лампы, а еще кровь, размазанная по щекам.       — Ч-чего?! — явно не сразу сфокусировав взгляд, выпалила блондинка по инерции все так же зло, харкнула багровой слюной себе под ноги, чуть не угодив на грязные джинсы с продранными коленями.       «Видимых повреждений нет. Кроме носа… здорово кровит».       — Мисс. Руки. Поднимите их. Пожалуйста, — сказала Айви, непроизвольно выпрямляя спину, чтобы казаться больше. — Если не хотите проблем.       Блондинка на секунду изумленно вскинула брови. Очень светлые, теперь Айви их увидела. Как и вытянутые серо-голубые глаза, четко уставившиеся ей на грудь. Это смутило. Блондинка расплылась в нахальной улыбке:       — Еб-ба-а-а!.. — присвистнула, вышло на удивление звонко. — Не, ну так-кому копу я д-дамс-ся! — потянулась навстречу, то ли запнувшись о несуществующую преграду, то ли потеряв равновесие.       Айви нервно усмехнулась в ответ, ухватила за запястье.       — Я сказала, ру-ки, — легко прижала блондинку к капоту полицейской машины.       На глухой звук удара обернулся Стив, вскинул брови, словно говоря «не начинай», и вновь весело защебетал в рацию о том, что все ок, но им бы еще машин, чтобы спокойно довести всех участников драки до участка.       Айви нервно отмахнулась. Она бы ни в коем случае не повела себя безосновательно грубо с посторонним человеком. Даже пьяным и невменяемым, даже говорящим сальности и внаглую щупающим ее голодным взглядом.       «Я действую по уставу. Представилась. Трижды предупредила. Минимум один раз слышала и проигнорировала. А еще она продолжала угрожать тем парням, так что плевать я хотела на то, что она вылупилась на мои сиськи и…»       — А-ай!.. — подала голос блондинка, силясь то ли поудобнее встать, то ли отлепить щеку от холодного капота. — Ж-жестко… ха! Н-но мне п-почти нравит-тся…       — Мисс, в целях вашей же безопасности…       — А т-ты со вс-семи так-к?       — …я надену на вас наручники.       — С-серьезно, т-ты к-клас-сная…       — Мэм, вы проследуете…       — Бл-ля, а чо с-сразу «мэм-м»?!       — Мэм, — с нажимом. — Вы проследуете с нами для выяснения обстоятельств. Это понятно?       Особенной убедительности ее словам придали звякнувшие замки наручников. Айви чуть ослабила хватку, чтобы правда никак не навредить и чтобы убедиться, что блондинка ее поняла. Та кое-как приподнялась, обернулась. Светлые спутанные волосы, обмотавшиеся вокруг шеи, переливались красно-синими всполохами. А голубо-серые глаза показались почти красивыми.       — К-как т-тебя зову-ут?       «Это будет долгий вечер…»       — М-меня, ес-сли чо, В-енд-ди…       — Что ж, очень не-приятно познакомиться. А теперь, — аккуратно, но уверенно потянув за локоть. — В машину.

II

      Как и предполагалось, у Венди не нашлось ни одного серьезного увечья, кроме сбитых костяшек и расквашенного носа. Из невнятного рассказа поколоченных парней выходило, что Венди набросилась на них ни с того ни с сего, якобы ей — «Лесби сраной» — померещилось что-то, а они вообще не имели в виду ничего плохого, пришли расслабиться и нормальных девчонок поснимать.       «На кой это делать в Кастро — непонятно, но в остальную часть истории охотно верю», — про себя рассуждала Айви, косясь на Венди, оказавшуюся не в состоянии ни дополнить показания, ни опровергнуть их. Она по-прежнему пялилась в район третьей пуговицы на форме и безуспешно лезла знакомиться. Утомляла.       Поэтому осматривал и бегло допрашивал Венди Стив, услужливо промокая ей нос бумажными салфетками.       — Повезло. И вы целы, и у ребят ничего не сломали.       — Д-да? Бля-я, ж-жалко...       — О нет, поверьте, это удачно! Сломай вы им что-то, добавили бы себе проблем. А через сломанный нос, насколько я знаю, мозг на место не встает, — Стив ослепительно улыбнулся, с ямочками на щеках. — А вот то, что вы без документов, это печально... Как же так получилось?       Венди неловко пожала плечами:       — Я п-прост знаю, ч-что бух-хая их-х всег-да т-теряю… Так что я под... Пос... Пострахо... Ну, вы п-поняли.       — О да, в этом есть логика, — рассмеялся Стив. — Так, вижу, ребят тоже уже погрузили наши коллеги. И мы сядем? Давайте, аккуратнее с головой. Не ударьтесь.       — А-ага... А н-напарницу к-как зов-вут?..       — Вам она тоже понравилась? О, она — душка! Познакомитесь с ней чуть подробнее попозже. Все, я вас пристегиваю и закрываю. Пока-пока-а! — осторожно прикрыл за собой дверь.       Айви, стоявшая с рацией неподалеку, сердито фыркнула и сама села на водительское кресло. Сегодня ее очередь. Обыкновенно подобная мелочь радовала, Стив неплохо водил, но, до сих пор не привыкнув особо к улицам Сан-Франциско, слишком полагался на навигатор, наворачивал лишние круги, плюс место у руля вселяло уверенность, но не сегодня. Все эти игры в поддавки и беззаботное лопотание с пьяными если не злили, то, по крайней мере, раздражали.       — Ты просто невыносимая бука, — объявил Стив, плюхнувшись рядом. — Чего надулась?       — Прости. И прикрой окно. Ага, — убедившись, что прочная «штора» из прозрачного пластика отделяет их и их прикрепленные к креслам М-16. — Ты же знаешь, я не люблю пятницы. Ничего интересного. Бухие вопли, ссадины, блевотина в салоне. И сотня однотипных рапортов на всех участников склоки и… А!       — Да ла-адно. Нормальные ребята. Девочке ты вон вообще понравилась. А она тебе, судя по всему, нет? — ехидно уточнил Стив. — Зря. Она миленькая, — шепотом.       Айви вскинула брови и смерила Стива коротким взглядом. Они дружили со времен Полицейской Академии, но тот все равно умудрялся удивлять ее. В основном своей феноменальной беззаботностью и готовностью в любой удобный момент кого-нибудь очаровать. Сам Стив уверял, что это — не более чем защитная черта, вырабатывающаяся с годами у всех мексиканских эмигрантов, кто не готов нырять в наркобизнес или проституцию. И хоть с последним шансы подзаработать, выбиться в люди или хотя бы «завести свое маленькое тв-шоу» у Стива тоже были весьма неплохие: хороший рост, стройное тело, покрытое россыпью родинок, смазливая мордашка и шикарная шевелюра «цвета соленой карамели», как сказала бы Лаура Эскиваль, — предпочел смотреть на плохих парней и девчонок со стороны. «И заковывать их в наручники вместо первого свидания», — частенько посмеивался он. Айви сперва недоумевала, пробовала возмущаться, но скоро поняла, что насколько Стив умел казаться невыносимым, настолько же быстро умел становиться ответственным. Правда, где у него прятался таинственный переключатель, так и не догадалась.       «Ты просто слишком серьезная. Ну, знаешь, как героиня Арредондо или вроде того», — объяснял Стив и настойчиво лез смешить Айви, как, например, и сейчас:       — Что? Ее отмыть да причесать… Да и в целом… ты знаешь, я люблю женщин выше меня.       — Вот как? Почему бы тогда тебе с ней не познакомиться, а?       — Я бы с радостью. Но, во-первых, на выходных меня уже застолбили Моник и Шак.       — Погоди, это те женатики, к которым мы приезжали из-за того, что они кидались мебелью из окна? Я думала, ты встречаешься с женой.       — И с мужем тоже. Они оба дали мне номера. Расслабься, мы со всем разобрались. Никакого скандала не случилось, они согласны делиться и… о! — Стив весь просиял. — Я же тебе не рассказывал. Они такие душки! Они пригласили меня на ужин. Моник приготовит свою фирменную свалку, а Шак пораньше закончит в автомастерской. Я чувствую себя, как сливочная начинка в «Орео»!       Айви старалась не улыбаться, но губы сами собой поползли вверх от такого сравнения.       — Скорее уж как арахисовая паста.       Стив нахмурился:       — Фу. Это грубо. Даже немного по-расистски.       — Что? В каком месте? По сравнению со мной ты — нежно-коричневый и…       — А во-вторых, — перебил Стив, кивнув на пассажирское сиденье, отгороженное пластиком. — Так-то она спрашивала не мое имя, а твое.       «Что? А. Он снова про эту чокнутую…» — Айви устало закатила глаза. По лицу полоснуло чередой радужных фонариков. Вот они и выехали за пределы Кастро. Теперь оставалось каких-то десять минут до улицы Мишен-Рок, а там офис, передача нарушителей и продолжение ночного турне по тусовочному району. Хотелось насладиться относительной тишиной, спокойствием и морским воздухом, становившимся с каждой минутой все отчетливее, а не думать про чудилу сзади и, уж тем более, про свою личную жизнь.       — Айви-и…       — Что?       — Я тебя обидел?       — Нет, с чего ты взя…       — Супер! Тогда, откинув шутки, — затараторил Стив. — Я тут пока тусил с Шаком и Моник, узнал кое-что. У Моник есть троюродная кузина. Она работает в «Шелковом Спа» на Ферн. Двадцать пять, пять с половиной футов, троечка… я б даже сказал, с половиной. Занимается танцами, плетет дреды. Полгода как свободна. Зовут… То ли Триш, то ли Трина. Что скажешь?       — Скажу, что я сейчас на полном ходу выкину тебя из салона.       — Ну я ж как лучше хочу.       — А делаешь как хуже.       — Да почему?!       Айви со стоном потерла переносицу:       — Потому что это все так не вовремя, я терпеть не могу сводничество, чувствую себя, как собака на случке и… знаешь, забей. Просто забей, хорошо? Стиви, мне очень приятно и все такое, но просто не надо.       Тот грустно поджал губы, украдкой дотронулся до локтя Айви, похлопал.       — Окей, я так-то не давлю. Ты какая-то сама не своя, мне хотелось тебя взбодрить.       «Ха. Последнее, что меня может взбодрить — это интрижка с кем-то. Нет, нафиг-нафиг. До тех пор, пока с собой не разберусь».       Айви заставила себя улыбнуться, ответила на прикосновение шутливым шлепком по колену, так что Стив взвился.       — Ай! Ты дерешься!       — А ты ведешь себя точь-в-точь как моя мама.       — Твоя мама — прекрасная женщина! Рука у тебя, совсем как у нее, такая же тяжелая, — потирая ушибленное место, в качестве условного примирения спросил. — Завтра вместе в зал?       Айви собралась кивнуть, покосилась на наручные часы, где на серо-зеленом экране помимо времени высвечивалась дата: ПТ 06/08/12.       — Нет. Не смогу. Пойду на пристань смотреть лодку дяди. Надо почистить от желудей и прочего…       — Божечки, ну и тоска.       — О да, — соврала Айви, подозревая, что завтрашние хлопоты, как и утренняя прогулка, станут лучшей частью всего выходного или, может, всей недели. — Поскорее бы со всем разделаться и домой, да?

III

      Но планам не суждено было сбыться. Сегодняшний вечер окончательно решил пойти набекрень, пускай сперва все и выглядело как обычно.       Они подъехали к участку, располагавшемуся рядом с полицейским департаментом. Проходя мимо старого корпуса из красного кирпича, Стив подпрыгнул и по привычке сделал вид, что якобы ударяет в огромный колокол, давно висевший на отполированных до блеска брусьях для украшения и напоминания о том, как в него звонили в девятнадцатом веке, чтобы оповестить всех о надвигающемся шторме или другом чудовищном происшествии. Айви так же по привычке покачала головой на однообразную шутку и навострила уши. Уже отсюда сквозь гул машин и шуршание раций доносился плеск волн и крики вечно голодных чаек со стороны залива Бейсин. Отчаянно захотелось туда. Бросить все, позвать с собой Чурроса, непременно прихватив его любимый, изжеванный в хлам мяч, и пойти гулять вдоль берега. Смотреть на гладь океана, шариться по каменистым скалам в поисках симпатично отполированной стекляшки или занятной ракушки, читать имена пришвартованных у деревянных помостов рыбацких корабликов и яхт, покачивающихся на воде, совсем как выходящие в темноту посетители баров и клубов.       Точно. Работа.       Айви проследила, как приехавшая следом за ними пара полицейских выудила из машины побитых парней, и убедившись, что те достаточно опередили их со Стивом, открыла пассажирскую дверь и отстегнула ремень безопасности.       — Мэм, выходим.       Венди повиновалась не сразу, сонно потерлась носом о плечо. Зевнула.       — Аг-га, ща, — послушно принялась вылезать, разумеется, въехав лбом в крышу машины. — Ай, б-бля…       Айви поддержала ее за локоть, накрыла ушибленное место ладонью.       — Да что ж вы, — произнесла зачем-то вслух. — Аккуратнее.       В свете фонарей вокруг департамента — их здесь понатыкали щедро — лицо Венди, действительно, показалось миловидным. Чуть вытянутое, с высоким лбом и большими глазами. Стив говорил правду, ее бы привести в порядок, и, как знать, Айви бы согласилась выпить с ней по бокалу вина или потанцевать, но стоило Венди открыт рот, как все вернулось на круги своя.       — О-ого. У тя таки-ие теплые рук-ки…       — Что ж, видимо, вы в порядке. Идемте, — Айви нетерпеливо потянула Венди за собой.       «Скину ее на дежурных, и пошло все к черту. До конца смены еще… Пять часов, проклятье!»       В участке кипела своя жизнь. Офицеры на посту отвечали на звонки, суетились, перекидывались папками с личными делами и новостями, почти не глядя друг на друга. Как бы усердно ни гудели кондиционеры с вытяжкой, в светло-бежевом зале ожиданий пахло табаком, кофе и лапшой быстрого приготовления. Видимо, добивало из кухни или кто-то опять втихаря пронес миску на пост, спрятав за бумагами или за фуражкой.       «Капитан снова будет орать», — промелькнула почти детская шаловливая мысль.       Поздоровавшись с девчонками на посту, толкнула тяжелую дверь в офис. Однообразные коридоры не смущали, Айви запросто сориентировалась бы тут и с завязанными глазами.       Ей в целом нравилось место, где она служила. И территориально — все могло быть в сто раз хуже, если бы ее определили на окраину города или в участок у Золотых Ворот — и к сложившейся команде претензий не было, она всех знала, все были с ней милы и воспринимались если не как семья, то как вполне неплохие дальние родственники, с которыми можно посидеть на общем застолье, посмотреть повтор последних сезонов «Закона и порядка», обругать их и в конечном итоге прийти к заключению, что как бы те ни были плохи, «Мыслить как преступник» все равно будет в сто крат хуже. Проблемы с дальними, даже очень симпатичными родственниками, начинались тогда, когда с ними приходилось общаться дольше, чем пару-тройку часов, а поскольку Айви виделась со всеми с графиком три через один, ее проблемы никогда и не заканчивались.       Пока нарушителей рассаживали по разным камерам временного содержания, избавляя от наручников и остатков личных вещей, Айви нетерпеливо топталась возле стола ночного дежурного, щелкала заготовленной заранее автоматической ручкой.       Завидев его, медленно бредущего по коридору, разве что не держась за стенку, Айви раздраженно прикрикнула.       — Митч, какого хрена?! Стив сейчас все делает за тебя, я не могу заполнить отчеты. Ты же знаешь, что кэп с тобой сделает, если увидит пустое место. Где вас с Лизой носит?       — Лиз сейчас не трогай, — пробасил тот уныло, растирая салфеткой потную бычью шею с синей армейской тату. — Ее полощет так, что через двери слышно. А они ж вроде у нас железные.       — Оу, — Айви растерянно пожала плечами. — А что с ней? И, кстати, прости, но… ты тоже выглядишь так себе. Без обид.       Митч попытался улыбнуться, но тут же зажал рот рукой, заглушая отрыжку.       — Тако, — сумел выдать спустя паузу длиной в пару секунд. — Гребаное… сучье… тако.       — Боже, Митч, тако заказывали неделю тому назад!       — Я в курсе. Мы решили рискнуть. И… сейчас из меня как раз выходит то, что я жрал в прошлую пятницу… Это пиздец. Не уверен, что досижу до конца смены… Даже то, что долежу, не уверен.       — Что ты имеешь в виду? — спросила Айви, сильно напрягшись.       Вид неравномерно зеленого Митча, в обычные дни отличавшегося насыщенным техасским румянцем, настораживал, но Айви не слишком понимала, чем может помочь семифутовому здоровяку здесь и сейчас. Вернее понимала, но озвучивать не хотела. К ним подлетел Стив, гремя пластиковыми подносами с кошельками, пачками сигарет и зажигалками.       — О, вот вы где. А я все сделал как большой мальчик. Божечки, Митч, хреново выглядишь. Что с тобой?       — Недельное тако, вот что, — сухо ответила Айви, нервно косясь на стол дежурного.       — Серьезно? Оно еще неделю назад показалось мне не первой свежести. Соус был… ну, мягко скажем, не очень, — заметив, как Митча передернуло, Стив предупредительно отшатнулся, отодвинул подносы. — Ребят, ну вы и рискованные! Очень вас жалею, но вы ж понимаете, что капитан не обрадуется и вообще…       — Чему я там не обрадуюсь? — голос капитана Прентисса рассек воздух резко и внезапно, как и всегда, в общем.       Айви иногда казалось, что при желании им можно было бы рассечь и что-нибудь посущественнее, нервы он уж точно пилил безжалостно и планомерно. Прентисс вырос между ними как одна из скал у побережья, холодный и коренастый, со стороны видившийся намного крупнее, чем на самом деле, рядом с ним и Митч словно бы уменьшался. То ли из уважения, то ли из-за банального инстинкта самосохранения.       — Я разве давал приказ устраивать поболтушки на рабочем месте?       Айви бегло окинула взглядом притихших парней, со вздохом принялась объяснять, тоже быстро и четко:       — Сэр, Митч и Лиза отравились. На дежурстве сидеть не могут. А мы со Стивом не можем закрыть вызов по шестьсот сорок…       Прентисс раздраженно отмахнулся:       — Эти травятся, другие влезают в аварии и дырявят шины. Вы, ребят, прям не хотите, чтоб я с вами до пенсии дожил, — взъерошил ежик седых редких волос на массивном, чуть угловатом черепе. — Значит так, Перес…       — Да, сэр!.. — отозвался Стив.       — …хватай этих обрыганов и вези в больницу. Пусть фиксируют и все по уму делают. Батлер, ты остаешься на дежурстве, через пару часов подыщем тебе напарника и…       Айви от удивления открыла рот.       — С-сэр, но мы на патрулировании и…       Прентисс с мрачным вздохом посмотрел на нее, в его стеклянно-серых, уже давно подслеповатых глазах, не читалось ни злости, ни раздражения, сплошная усталость. Айви пристыженно уставилась себе на носки ботинок, совсем по-детски, как если бы она не отслужила здесь восемь лет, а только-только пришла стажироваться.       — Да, сэр.

IV

      Наручные часы показывали половину второго ночи, а у Айви отчеты двигались со скоростью мертвой улитки, причем такой еще и засохшей. Свет от мониторов с камер наблюдения и от старенького, гудящего от натуги офисного ноутбука делал все вокруг холодно-серым и равнодушным. От обиды тянуло кусать губы и чесать руки до красных пятен на костяшках и между пальцев, но Айви терпела и медленно стучала по клавишам, вдавливая их внутрь с особенным остервенелым усердием.       «Собственно, поделом мне. Ныла, что устала от патрулирования — получай… Гадство».       Как назло, к ней никто не заходил, а собственная ответственность, пускай и изрядно обалдевшая от пятничного угара, не позволяла покидать дежурства и шататься по участку в поисках собеседниц или собеседников. Да и все необходимое имелось прям под боком: кулер с горячей и холодной водой, пачка неоткрытого «Орео» — правда, на него после метафорического бреда Стива не получалось нормально глядеть — комиксы про «Чудо-женщину», которые забыл увезти с собой Митч.       «Зря, ему бы развлечение пригодилось больше, чем мне. Стив писал, что у них с Лизой все относительно неплохо, и что его уже тоже где-то припахали. Стыдно признать, но мне не хватает его болтовни, да и вообще… стыдно».       Айви откинулась на спинку скрипучего кресла на колесиках, покрутилась. Помещение для временного содержания находилось в задней части здания, сюда мало кто забегал без надобности. На серых стенах не висело даже какого-нибудь простенького плаката, задержанные — их прибавилось еще несколько, всех удалось быстро и с относительным комфортом разместить — сидели тихо и не буянили, некоторые и вовсе спали. «Лучшего» места, чтобы копаться в себе и грустить, нарочно не придумаешь.       «Мне обидно, что мной понукают как соплячкой. Я могла бы перейти в убойный отдел, как отец, или в специальное подразделение, как мама, но вместо этого я торчу на одном и том же месте и на одном и том же участке. При том, что до тридцатки мне осталось каких-то два года. Ха… с другой стороны, мне стыдно. Потому что надо стараться, для нового отдела надо сдавать экзамены и из кожи вон лезть. А меня кроет от графика три через один. А ведь мне скоро тридцатник, Боже праведный».       — Ха-а-а… — усмешка сорвалась с губ случайно, Айви успела порадоваться тому, что ее никто не слышал, как вдруг из ближайшей к ее столу камеры раздалось тихое, но отчетливое:       — Прости.       Айви приподнялась с кресла, выглянула из-за мониторов, всматриваясь в полумрак однотипных решетчатых дверей. Блеклые лампочки внутри каждого помещения позволяли дежурным следить за состоянием задержанных и в то же время самим задержанным дремать — все-таки спящий, даже громко храпящий, хулиган лучше бодрствующего. Айви искренне обрадовалась тому, что Венди отключилась, едва плюхнувшись на приваренную к стене металлическую скамью, вот почему было неожиданно вновь напороться на голубо-серые глаза, внимательно следившие за дежурным столом из-под колючих светлых ресниц.       «Да ты издеваешься. Стив, ты специально посадил ее рядом со мной? А. Нет, он же не знал. Значит, кто-то другой надо мной издевается».       Айви подошла ближе, постаравшись звучать учтиво:       — Мисс, что-то случилось?       — О, теперь я обратно «мисс»? Класс, — Венди встала прямо напротив нее. — Прости, говорю. За хлопоты и вот это все. Мне после определенного градуса крышу сносит, а я давно не пила, так что… — виновато пожала плечами и потянулась, видимо, поправить шапку, но не обнаружив ее на себе, рассеянно покрутилась на месте.       — Нам полагается конфисковывать личные вещи, — объяснила Айви.       — А. Да никаких проблем. Я просто не очень в курсе, как оно и что. В каком-то смысле это мой первый раз. В плане нарушений я девственница, — Венди рассмеялась, но тут же сама себя осадила. — Шутка отстой, забудь ее, пожалуйста.       Почему-то очередные извинения развеселили. Айви сжала челюсть, чтобы случайно не улыбнуться.       «Она все еще чокнутая. Но, признаюсь, сейчас с ней хотя бы можно говорить».       — Вы быстро трезвеете.       — О, это моя супер-сила. Быстро накидаться и быстро приготовиться ко второму раунду, — Венди закинула руки на прутья.       Стало видно длинные пальцы с короткими, чуть коричневыми от запекшейся крови ногтями. Тонкие запястья с выпирающими костяшками. В полутьме они смотрелись даже красиво. Айви тряхнула головой, выбивая непонятные мысли.       — Мисс, я могу дать вам влажные салфетки, если хотите.       — О. Не, все тип-топ. Только… — Венди нахмурилась. — С хера ли «мисс». Не, это лучше, чем «мэм». Но я точно говорила тебе свое имя. Вен-ди.       — Устав.       — А-а… я понимаю. То есть свое имя ты мне тоже не скажешь, да? Понимаю, я не в лучшем виде и все такое… но я так-то нормальная, — здесь Венди смущенно спрятала руки за спину и, переступив с ноги на ногу, добавила. — Не очень похоже, но… На самом деле так тупо, — опять рассмеялась. — Я в Сан-Франциско всего сутки, а уже влипла в неприятности.       — Да, вы правы, не очень. Давайте... — «Что?» — Раз уж вы проснулись, я пробью вас по базе и… — «Что?» — заодно восстановим цепь событий…       «Зачем я с ней болтаю? Утром все выясним по уставу. Могу вообще делегировать это кому-то еще. Или мне настолько нечего делать? Дел-то до потолка. Или мне так не хочется торчать один на один с собой?»       Айви не успела прийти хоть к одному устроившему ее объяснению. Венди обратно приникла к двери, задорно усмехнувшись:       — Да запросто. Венди Дэвис. День рождения девятнадцатого января восемьдесят пятого. Двадцать семь. Козерог. Ну, если тебе такое интересно. Аспирантка Джорджтаунского университета. Младшая научная сотрудница. Там же… Если принципиально, то в бакалавриате училась в Маласпине и… Что? Ты улыбаешься? Фига, это очень красиво! Но ты мне, походу, не веришь, да?       — Простите, не то чтобы, — «Конечно, не верю». — Но что в ирландском пабе забыла научная сотрудница из…       — Вашингтона.       — Спасибо. Из Вашингтона.       — Да то же, что и все люди. Хотела выпить и развлечься.       — И как? Развлеклись?       Айви не планировала язвить, по ходу разговора ее раздражение медленно улетучивалось, но, видимо, Венди еще плохо считывала интонации или не придала им особого значения. Она объясняла все по-прежнему дружелюбным, чуть хамоватым тоном:       — Поначалу да. Всегда мечтала заглянуть в Кастро. Гей-столица и все такое. Кто ж знал, что и там пасутся всякие скоты. Два урода прицепились к девчонкам, типа знакомиться полезли. А те скромные, с ними вежливо начали, мол, не надо и спасибо. А эти бакланы решили, что им дали зеленый свет. Лапать начали. Ну я и попросила… не, я уже тогда была хорошенькая, но сначала я была вежливой. Они не поняли… ну и тогда я взяла стул. Наверное, не лучшая идея такое в участке рассказывать?       — Вообще да. Но формально мы не имеем права использовать такие признания против вас. И вы… решили, что справитесь с двумя мужчинами, когда сами плохо стояли на ногах?       — Ну, не то чтобы я решила… так получилось. Говорю ж, они меня выбесили. Нах к слабым-то лезть?       — Очень благородно.       — Ты опять мне не веришь? Ну и фиг с ним. Ты красиво улыбаешься. И мне по кайфу трындеть с тобой.       «Она правда складно сочиняет. Строит из себя героиню. Зачем? Чтобы на меня впечатление произвести? Ха, можно подумать, я такая уж красотка».       Айви осмотрелась. В других камерах не слышно и шевеления, вряд ли они кому-то всерьез помешают своей болтовней. Но никто не жаловался на их полушепот, даже не ворочался.       — То есть вы приехали, чтобы посмотреть на Кастро?       — Что? Не-е, я так-то сюда по рабо… — Венди осеклась, хлопнула себя по лбу. — Ох, е-е… Я совсем забыла, меня ж мои заучки ждут. Я им экскурсию обещала.       — У вас еще и подопечные есть?       — Студенты. Первачки. Понимаешь, я — океанолог, и мы договорились с вашим Калифорнийским университетом, что замутим такой движ. Мы им наших дикарей, они — своих столичных штучек в наше захолустье. Но, кажись, мне просто завтра вставят пиздюлей.       «Она еще и актриса. Надо же, как убедительно».       Айви поймала себя на том, что уже пару минут стоит в дверном проеме, прислонившись к косяку и, сунув руки в карманы — чего на работе себе не позволяла — слушала россказни Венди и во всю улыбалась.       «Видел бы меня Стив, закошмарил бы».       — Знаете, вы имеете право на звонок. Может, кто-то из ваших… «заучек» или коллег сможет вам помочь.       Лицо Венди на миг приняло серьезный вид.       — А который сейчас час?       — Почти два.       — О-о, не, мои все спят. Мы шли сюда на корабле, все соскучились по суше, так что пусть откиснут нормально. А мне и тут неплохо.       — Да неужели?       — Ну ты же со мной еще торчишь. Значит, вечер не такое уж дерьмо.       Айви коротко хохотнула. Прикрыла рот, мельком глянув на ноутбук.       «Врет и не краснеет. А мне-то что? По крайней мере, мне не скучно и не уныло».       Венди до сих пор не сводила с нее глаз. По-прежнему чумазая и взъерошенная, но по-своему любопытная и сто процентов не опасная за толстой решеткой.       «Да и черт бы с ним».       — И что же… собрались изучать у нас океанологи из Вашингтона? Предупреждаю, здесь мало чего занятного. Те же морские львы два года как свалили. Так что вы опоздали.       — О! Да ты что. У вас куча классных штук. Например вот местные крабы…       «Да. Пожалуй, лучше я послушаю про крабов, чем еще проторчу тут в тишине и загонах. А личное дело потом проверю. Венди Дэвис, да? Но я на сто процентов уверена, что это выдумка. Ладно… на девяносто пять».