Солнечное затмение

      Солнце так ярко светило, что на улице приходилось жмуриться. Теплый летний ветер словно опутывал хрупкую фигуру девочки, время от времени подкидывая вверх белоснежные косички с вплетёнными лентами оттенков неба. Она наблюдала, как свет отражается от водной глади маленького озера и освещает листья на кронах деревьев вдалеке так, что, казалось, в этом мире не осталось ничего темного. Шагая по аккуратно вымощенной дорожке, светлой, как и все вокруг, под руку со своей сестрой, она не могла сдержать улыбки и трепетного ожидания. Ария очень надеялась встретить того мальчика, который подарил ей такой прекрасный подарок и свой смех. Девочка в своих голубых расшитых бисером туфельках шагала ровно по границе каждого выложенного кирпичика на дорожке. Если заступит, то, считай, проиграла, а проигрывать она даже самой себе позволить не могла. В эту игру вовлеклась и Амалия. На темноволосой принцессе было надето платье из парчи светло-розового, крайне редкого оттенка, а Ария была ее отражением, но только цвет ее платья был голубым. Они шли и слушали наставницу, тихо хихикая над собственным шуточным соревнованием.       — Через год вы подрастете, и вам предстоит пройти через ритуал проявления магии, а после, когда вам исполнится пятнадцать лет, вы поступите в академию «Чести и Веры». Там вы найдете друзей и будете учиться управлять способностями, данными вам Богиней, займете свое место и станете достойными своего рода. — После этих слов, которые им с сестрой уже неоднократно повторяли, пробежал холодок по коже, и от еще недавнего веселья не осталось и следа. Резко остановившись, ветер будто почувствовал напряжение в маленькой гостье своих владений, направляя воздушный поток, словно отрезвляя и шепча, что переживания напрасны, взметнул подол ее тяжелого и неудобного платья. Если их переведут в другую академию после пятнадцатого дня рождения, это значит, что она не увидит того мальчика. Он казался гораздо старше ее самой, и теперь стало и страшно, и обидно. Они еще даже не успели начать общаться, а им придется все равно расстаться. У них еще есть время, и, подумав об этом, даже дышать в тугом платье стало проще. И краски, окружающие их, стали еще ярче.       Академия была выполнена из белого камня, обвитая плющом, она казалась такой загадочной и странно притягательной. По древним легендам, которые она слышала от служанок, тихо переговаривающихся на кухне, этот камень был дарован людям самой богиней ее верному последователю, и когда Нулла окончательно покинет этот мир, белоснежный камень обратится черным, и больше не останется света в нашем мире. Ария не верила во все, что ей говорили, но, наблюдая сейчас за возвышающимся замком, будто ореолом освященным полуденным солнцем, сомнения не закрадывались в юную голову. На архитектуру и даже на аккуратные клумбы, которые они проходили под наставительные слова миссис Дальи, ей не было никакого дела. Бабочка с ажурными крыльями облетела ее и устремилась дальше, и Ария, как завороженная, наблюдала за прекрасным созданием, представляя, что и она может взять и упорхнуть от всех бесконечных занятий благонравием. Прогулка закончилась, и теперь они отправлялись вышивать. В зале их уже ожидали другие девочки, и Амели, ярко улыбнувшись, побежала к своим подругам, а Ария, сев чуть дальше, стараясь сделать так, чтобы на нее не обращали внимания, с обреченным видом взяла резные пяльца, позолоченные нити и иглу. Зал был просторным, с огромным окном, смотрящим на лесные угодья академии, и где-то там была та самая полянка, на которой она повстречала Ристериана.       Светлое помещение могло показаться даже приятным, если бы не то, чем в нем занимались. Стежок и еще один, и еще. Пальцы уже немели от держания иглы, а спина жалобно давала понять, что ей совершенно не нравится то, что они уже два часа находятся без движения. И все это под наставления учительницы, и не дай Богиня перебить ее или же нарушить идеальную осанку, вы состаритесь под лекции о том, как правильно вести себя леди. Ария мечтала сбежать или хотя бы посмотреть в окно на прекрасную природу, но даже это было невозможно. Стулья ставили спиной к прекрасным видам из окна, из-за чего еще и затылок припекало от ярких солнечных лучей. Следующими по плану были танцы, и с трудом размяв мышцы, они отправились в зал. Девочки активно обсуждали платья и предстоящие чаепития, к слову, эти темы, как и наставления учительниц, не менялись. Зайдя в зал, она увидела его. Трепет, страх, неуверенность, думаю, миллион эмоций пробежало тогда на ее лице, а описать их не смогли бы и все слова мира. Девятилетняя девочка впервые чувствовала что-то подобное, но главным был ее интерес. Ристериан хмурился, стоя поодаль ото всех и общаясь о чем-то с мальчиком рядом. Ария начала представлять, о чем мог быть разговор. Он был одет в голубой вышитый золотом жилет, белоснежную рубашку и штаны в цвет верха. Одежда отлично сидела на худеньком кудрявом мальчике. Ей было все равно на тех, кто еще стоял рядом, так что их она даже не рассмотрела толком. Маленькая, но такая желанная радость поразила девочку, когда она услышала слова миссис Карин.             — Сегодня у нас совместный урок, прошу, выберите себе пару, и мы начнем. — ее голос пронесся по залу эхом, и Ария, ни минутой больше не медля, прошла вперед по залу, рассекая толпу нерасторопных принцев и принцесс, в тайне мечтая перейти на бег. Подойдя к мальчику, который помог ей дважды, ярко улыбнулась, а Териан просто замер, даже не договорив.       — Я хочу с тобой танцевать! — заявила девочка с белоснежными косичками. Во всем зале обернулись на них, и послышались смешки и завистливый шепот, а Териан невозмутимо поклонился даме своего сердца и, подав ей руку в галантном жесте, провел ее в самое сердце зала. Понимая, что он хоть и не сильно, но выше девочки, поэтому шел медленнее, чтобы она не споткнулась. Все следили взглядами за ними, а Териан за девочкой, которая так беспардонно ворвалась в его жизнь. Он думал, что они встретятся однажды и пройдут мимо, даже не обратив на нелепый факт их свадьбы внимания, как видите, всем свойственно ошибаться. Ему было интересно, почему они вновь и вновь встречаются, ведь Териан был почти полностью уверен, что девочка совершенно не в курсе того, что она уже замужем. За ним. И он не собирался осведомлять ее об этом и решил просто попытаться быть рядом. Занятие началось, прервав поток мыслей и переключив внимание на меленькую бестию, что так старательно пыталась отдавить ему ноги. Впрочем, он был совершенно не против. Ристериан, пожалуй, и сам не понимал, почему эта странная и такая непохожая на других особ девочка вызывает такие странные чувства у него, но ее хотелось защищать и кормить булочками с абрикосами.       — Спасибо тебе. Я не знала, как тебя найти, поэтому не смогла поблагодарить раньше. — Ария говорила почти шепотом, но этого было достаточно, чтобы вызвать у принца недоумение. Благодарить ее должен он, все же она сама рисковала, решив его поддержать. Рист чувствовал себя как последняя тряпка и злился на то, что его так легко унизили, что он не смог дать сдачи. Было стыдно, ведь она видела его таким, а девочка напротив так открыто и доверчиво улыбалась, и он поневоле задумался, почему только она не видит, какой он жалкий. Принц уже решил для себя, что сделает для нее все.       — Тебе не за что меня благодарить. Просто знай, что я всегда приду к тебе на помощь, — он улыбнулся, чего давно не делал ни для кого. Эта девочка, такая странная, словно лучик света, оказалась рядом именно тогда, когда неоткуда было ждать помощи. Не зная всей истории, любому бы показались странными подобные слова, но детям свойственна одна черта, которую возможно было изменить лишь временем, — наивность.       — Конечно! Лошадка такая красивая, как ты узнал, что они мне нравятся? — они продолжали танцевать, стараясь говорить как можно тише, чтобы их не выгнали с занятия, впрочем, зал был очень большим, и эхо музыкального сопровождения заглушало все посторонние звуки. Ария была в восторге, ведь она встретила того таинственного принца, и, кажется, Териан был совсем не против поговорить.       — Я всего лишь вернул то, что было утеряно, — произнес Ристериан и загадочно улыбнулся. Ария поняла, что другого ответа не будет, и немного обиделась. Почему все говорят загадками? Почувствовав себя глупой, она замолчала и стала рассматривать зал, в котором они кружились в танце.       Мраморный пол и светлые каменные стены, высокие окна и колонны по бокам. Красиво, но очень жарко. Глубоко задумавшись, она оступилась и чуть не упала, но Рист среагировал очень быстро и, придержав ее за локоть, притянул к себе. Продолжая слушать наставления миссис Крин, так прошло еще полчаса, и, наконец, оттоптав все ноги маленькому принцу, они продолжили свой день, но уже по отдельности.       Как всегда, по вечерам Арии стало скучно, и она решила посетить кухню, чтобы выкрасть пару пирожков у ничем не сведущих об этом кухарок. В домашнем легком платье из белого хлопка она тихо брела по коридорам, надеясь, что ее не застанут, а то получит еще за то, что ходит в неподобающем виде, да еще и без слуг. Надеясь на удачу, а не на Богиню, что ей казалось совершенно бессмысленным, она пробралась к двери и услышала, как в дальней кухне уже оканчивают работу кухарки. Тихо на носочках, словно мышка, приоткрыла дверь и, собираясь уже войти, почувствовала, как кто-то схватил ее за руку. От испуга Ария хотела уже вскрикнуть, но быстро узнала нарушителя спокойствия.       — Прости, не хотел тебя напугать. Предлагаю совместное поедание только испеченных пирогов в качестве компенсации! — и, ярко улыбнувшись, он поднял плетеную корзинку, из которой подозрительно вкусно пахло. Принц словно из пустоты появился здесь, но все же это было приятной неожиданностью. Появился отличный шанс для того, чтобы узнать принца получше, так для себя решила девочка, поэтому она без зазрений совести пошла за Ристом.       — Ты тоже заглядываешь на кухню? Я прежде тебя не видела, — произнесла Ария, когда они разместились на балконе одного заброшенного кабинета. Свечка освещала лишь немного пространства так, чтобы можно было не запутаться в том, где брать лакомство. В этот день ночь была прекрасна. Звезды, казалось, хотели осветить весь мир, и она вспомнила про темные ночи дома. Да, к ней приходила сестра, но это было не так прекрасно, словно сейчас спокойствие окутало собой все вокруг. Она никогда не позволяла себе вот так уйти и любоваться ночным небом с тем, кого почти не знала. Но ей было так любопытно узнать этого мальчика получше, что она не удержалась. Сама Ария бы никогда не сказала бы причину своих порывов, и Териан был растерян не меньше ее самой. Боюсь, мои дорогие читатели, вы уже догадались, в чем причина, а если нет, для этого у нас есть целая история.       — Обычно я так не делаю, но сегодня был повод. — То, как Териан это произнес, навеяло грусть, и она почувствовала боль, которую мальчик хотел скрыть за шутливыми репликами. Тени на его лице словно подсказывали, что что-то не так.       — Повод? — Ария повернулась, вглядываясь в карие глаза, которые в отсвете одинокой свечи казались бездонными.       — У меня день рождения. И я рад его отметить в такой чудесной синеглазой компании, — со смешком произнес принц королевства, про которое девочка ничего не знала. И ей стало так грустно от того, что он празднует главный день в году в тайне ото всех. Она приняла решение, что это будет лучший его день рождения, по крайней мере, она постарается его сделать таковым. Множество вопросов витало в воздухе, но нельзя было медлить. Казалось, еще чуть-чуть, и все это окажется сном или шуткой. У Арии не было друзей, а этот мальчик ей нравился, хоть и девочка еще не понимала причины.       — Стой! — поднеся пирог ко рту, принц замер в довольно комичной позе, и тут она не выдержала и засмеялась. Сквозь смех и слезы она произнесла то, что надо было сказать сразу. Вспоминая разные истории, рассказанные ей родителями, Ария подумала об одной, которую можно притворить в жизнь лишь раз в год.       — Загадай желание, а луна и звезды будут свидетелями! Загадай самое сокровенное, и тебя обязательно услышат, — она сама словно была его личной луной, озаряя то, до чего раньше никому не было дела. Улыбнувшись в ответ на детскую радость, он загадал то, чего действительно желал больше всего, и то, что было ему недоступно. Девочка вспомнила слова мамы и была рада, что Рист послушал ее. Редко кто действительно поступал так, как она хотела, точнее, никто, и это было так необычно — знать, что кто-то действительно считает тебя важной, а не просто маленькой глупой принцессой.       — Всё остынет или ты передумала есть? — Ристериан дождался, пока девочка откусит кусочек вкуснейшего пирога, а он не сомневался в том, что он был таковым, и только после нее стал есть сам. Теплый ветерок окутывал их, а луна правила на ночном небосводе, как короли правят на своих землях. Тишина, нарушаемая редкими стрекотаниями и уханьем сов, умиротворяла, не давая проникнуть тревожным мыслям.       — А сколько лет тебе исполнилось и почему тебя не поздравили друзья, а еще почему ты такой хмурый и… — парень жестом попросил Арию притормозить, и поток вопросов закончился так же резко, как и начался. Видимо, девочка очень долго терпела, а интерес нужно было удовлетворить. Тихо рассмеявшись, но заметив надутое лицо, быстро себя одернул и с мягкой улыбкой начал отвечать на вопросы, про себя отмечая, что она единственная, кто их задал.       — Мне исполнилось двенадцать, а друзей у меня и вовсе нет. И я совсем не хмурый, просто в обществе нужно держать лицо, как подобает принцу. Понимаешь, о чем я? — Он улыбнулся девочке, сидящей рядом с ним, и после ее медленного кивка заметил, как у Арии подрагивают руки, и, встав, Ристериан вошел в старый кабинет. То тут, то там лежали свертки и непонятные чертежи, и хоть во всех королевствах образование было доступно всем, от королей и заканчивая крестьянами, но литература не пользовалась спросом, и даже аристократов не особо спешили учить грамоте, ведь Богиня и так уже все даровала нам. Пыль наталкивала на мысль, что сюда уже очень давно никто не захаживал, но одна деталь при поиске укрытия бросилась Ристу в глаза, оказав сейчас им обоим услугу. Покрывало на диванчике у самой стены, которое сейчас он поднял и, вернувшись, накинул на растерянную девочку.       — Я буду твоим другом, — сообщила Ария сидящему перед ней на коленях Ристериану с озорной улыбкой и открытым сердцем, что присуще только детям. Темноволосый мальчик замер, до этого поправлявший одеяло на хрупкой фигуре. Волосы, освещенные луной, и теплый ветерок, будто вторящий ее словам. Сердце дрогнуло и отозвалось болью где-то в груди. Ристериан Мейнард дель Рави впервые обрел друга и узнал, что желания действительно могут сбываться.       Будни текли своей рекой и, к его счастью, очень медленной и ленивой рекой. Теперь, как только выдавалась возможность, они сбегали или в кабинет, случайно найденный самой звездной ночью, или на полянку с дубом.       — Я хотела бы быть среди вас и махать теми странными палками, а мы только крестиком вышиваем да этикету учимся! — пробурчала девочка, жалуясь на свои тяжелые будни, качая ногами, свешанными со скамеечки в разные стороны. Облака заволокли все небо, будто предупреждая о приближающейся непогоде, и кроны деревьев, окружающие полянку, включая огромный вековой дуб рядом со скамеечкой, зашумели, будто передавая друг другу свежие сплетни. В воздухе пахло приближающимся дождем, и вскоре придется вернуться. Ристериан в этом месте всегда ощущал умиротворение, особенно смотря на журчащую рядом речушку. Это место было действительно волшебным и всегда позволяло подумать и прочистить голову от лишних мыслей. Только после появления Арии в его жизни это место стало их личным укрытием. О нем знали единицы, что было очень кстати, когда сбегаешь от всеведущих учителей.       — Хочешь, я тебя научу? Это, конечно, не избавит тебя… — не успел он договорить, как беловолосая бестия налетела на него и повисла, словно обезьянка. Визжа от радости, она обещала стать лучшей ученицей и слушаться во всем-во всем, а Териан, конечно же, верил, придерживая ее за спину, чтобы она ненароком не упала и не ушиблась. Яркая улыбка — вот что освещало тот день, не солнце, скрытое за тучами, нет. Даже спустя годы Ристериан будет помнить тот яркий смех и самую искреннюю радость, которую он видел когда-либо.       С того дня и начались самые насыщенные дни, наверное, за всю жизнь юной принцессы. Они не могли заниматься каждый день, и тогда они тихо сбегали из своих спален под всевидящее око госпожи Луны и разговаривали. Казалось, они хотят рассказать обо всем: о быте и обычаях, старых легендах и сказках, что хранили старики в своих сердцах многие годы, передающиеся из поколения в поколение. Рассказывали друг другу о друзьях и близких, о жизни во дворце, о мечтах и целях. Ночи сменялись, а участники были те же: госпожа Луна, девочка и мальчик, ставшие друг другу настоящими друзьями. Ария за все это время становилась сильнее, и на уроках вышивания становилось сложно скрывать мозоли на руках от долгого держания меча, который поначалу она не смогла даже поднять. Ристериан же становился все более открытым и, кажется, даже стал больше общаться с другими учениками. Они как-то странно дополняли друг друга и помогали проявить то, что боялись. Друг в друге они нашли и поддержку, и опору, и понимание, которого так не хватало этим странным детям, так не вписывающимся в обычный расклад тихой и размеренной жизни академии Майнхарда, а впрочем, и вовсе в мире.       Зима пришла, незаметно заявив свои снежные права на следующие месяцы. Занятия они устраивали всё реже, но, проявив инициативу, они прибрали в старом кабинете, расчистили пространство от странных пергаментов и книг и создали там свое логово, где они рисовали, играли и разговаривали. Делились своими переживаниями, открытиями и продолжали мечтать так наивно, как только могут дети. Сидя на застеленном внушительным количеством покрывал деревянном полу, Ария плела замысловатый браслет, как ее научила наставница Далья. Ристериан сидел рядом и смотрел, нет, не на окно напротив, а на нее. Чай остыл уже давно, но дела до него никому не было. Маленькое пространство они обставили так, как им захотелось. Они принесли кучу подушек и покрывал, стол остался стоять у стены сзади, никак не мешая смотреть в длинное окно на противоположной стене, которое позволяло плести браслет Арии без дополнительного освещения. Слева от Ристериана стоял тот самый диван, которым они, впрочем, почти не пользовались, и он пал жертвой хранения книг.       — Я слышала, как вчера девочки обсуждали, как красиво в столице Диес. Слышала, там прекрасный солнечный дворец, а еще странные птицы с красивыми разноцветными хвостами, которые они показывают, как высшую драгоценность, и странные пироги с сыром. Это правда, что у вас бывают пироги с сыром? — Арии стало так интересно, что она оторвалась от плетения и посмотрела на Риста, а тот просто смотрел на нее в ответ.       — Ты отвечать будешь? — смеясь, она кинула в него подушку, а парень просто увернулся, засмеявшись от нелепой попытки, но, остановив дальнейшую попытку его убийства, начал придумывать, как объяснить то, что вроде казалось таким обыденным.       — Ты права. У нас есть птицы, у которых хвосты выглядят как картины художников, и есть пироги с сыром. Хочешь, мы посетим ее вместе? В следующем году поедем в Люксию, и ты увидишь все своими глазами. Даже попробуешь! Не павлинов, конечно, но пироги точно! — Териан засмеялся, а Ария так обрадовалась этому, что даже засомневалась, что такое возможно. Сомнения, словно тонкие нити, опутывали и портили настроение.       — Тери, разве нам разрешат? Это просто невозможно… — печальная правда больно кольнула, а ведь она так хотела бы, чтобы это действительно сбылось. Провести время с Терианом и увидеть что-то помимо стен академии или дома. Это звучит как мечта, которой не суждено осуществиться. Ария так глубоко задумалась об этом, что не сразу почувствовала мягкое, почти невесомое прикосновение к ее щеке.       — Я обещаю тебе, Рири. Я сделаю всё возможное, чтобы мы поехали. — Она смотрела в эти глаза цвета темного янтаря и верила каждому слову, а что нужно было еще девятилетней девочке, кроме этого. Ария ни на мгновение не сомневалась, что поездка состоится, но ждать целый год так долго, что кажется, будто это никогда не произойдет. Отбросив темные мысли, она продолжила плести начатое и слушать сказки про родные края лучшего друга.       — Когда-то стать сильными воинами могли только самые отважные. Они должны были отправиться в дальние земли настолько далеко, что только дойти до них было подвигом, ведь требовалось перейти мост судьбы, после чего воин сам должен выбрать, к чему его сила предрасположена больше: к хаосу или гармонии. И только пройдя старинный ритуал признания, воин становился непобедим. Лишь достоинством и честью он мог пройти и выжить в ритуале. — И тут после напряженной паузы Рист хватает и начинает щекотать наивную девочку, которая с таким интересом внимала старинным легендам. Сказать, что она верила во все, нельзя, но эти рассказы вызвали множество эмоций и будоражили сознание юной принцессы.       Будни пролетали незаметно, и рутина разбавлялась постоянными встречами Териана и Арии. Тренировки мальчик пытался отменить и просил дождаться тепла, но принцесса была неумолима в своем желании махать палкой. В один из таких дней Ария сидела на холодной лавочке и махала ногами в ожидании своего учителя и, решив, что сидеть ей вконец надоело, она стала ходить по свежевыпавшему снегу, оставляя следы. Он приятно хрустел под ногами, а ботиночки синего цвета окрасились белым. Холодно не было, ведь внутри они были отделаны мехом. Волосы, заплетенные в странную прическу, скрылись под расшитым платочком. Одежда девочки представляла собой темно-красный плащ с подкладом и утепленное платье под ним. В таком наряде было сложно двигаться, но желание заниматься перевесило неудобства. Подойдя к речушке на другом берегу, она увидела лису. Ярко-рыжая шерсть переливалась на солнышке, а сама лисичка смотрела на девочку. Арии так захотелось погладить ее, что она стала осторожно идти по льду на другой берег. Не зная, что лесные животные не такие привыкшие к человеку, как животные на территории академии, девочка очень удивилась, когда лисица развернулась, убегая прочь от нахального человечишки. Растерянно стоя посреди реки, принцесса даже не волновалась.       — Рири, стой на месте! — голос Териана разнесся по поляне. Он звучал уверенно, но страх в глазах невозможно было скрыть. Словно увидев главный страх всей своей жизни, он надеялся, что она его послушает, и судорожно придумывал, как ей помочь. Он подбежал к берегу, а девочка растерянно смотрела, не понимая причин для паники. Один шаг. Ария сделала один шаг, прежде чем уже прежде надколотый лед окончательно треснул, надрывая окружающую тишину, не считая прерывистого дыхания двух детей, и принимая глупую девочку в свои объятия.       — Не-е-е-ет! — последнее, что услышала Каллиста, прежде чем тело пронзила обжигающе холодная вода реки. Боль, паника и беспокойство отпустили ее сознание очень быстро, ведь девочка даже не сопротивлялась, понимая, что шансов у нее нет. Платье и накидка мгновенно намокли и стали тянуть ее своим весом на дно. Вода обволакивала и притупляла сознание. Болевой шок уже сработал, поэтому, выдыхая последний воздух из легких, она думала лишь о мальчике, что остался на берегу.       Казалось, все тело пылает. Девочка не понимала, что происходит, но ей стало предельно ясно одно: то, что она не умерла. Попытавшись разлепить глаза, она потерпела неудачу, жестоко отомстив головной болью. Кажется, находившиеся в комнате поняли, что Ария проснулась, и начали суетиться и паниковать, зовя лекаря, и только теплая рука, накрывающая ее одеялом, долго не покидала воспаленное сознание, прежде чем провалиться во тьму.       — Териан… Териан… — сиплый голос, казалось, не услышит и ветер при желании, но тот, кому были адресованы эти слова, услышал. И, накрыв еще одним одеялом совсем продрогшую подругу, не сводил с нее глаз. Принц все еще помнил тот ужас, что испытал, помнил тот злополучный треск льда. Он не отходил от нее ни на шаг с того момента, как вытащил ее из реки и принес на руках до академии, как бы его ни пытались отогнать приходившие лекари и наставницы. Он менял компрессы, наносил согревающие мази на руки и просто наблюдал, надеясь, что она очнется. Прошло два дня прежде, чем это произошло, и сейчас она стремительно шла на поправку.       — Прости, — они не говорили с того самого дня, и да, Териан злился и боялся. Теперь он в полной мере ощутил, как эта беловолосая бестия, постоянно нарывающаяся на проблемы, стала ему дорога. Даже в самых ужасных снах мальчик не мог представить, как бы жил, если бы с ней что-то случилось. Он видел, как Ария закусывает нижнюю губу, и видит слезы в глазах. А вот это запрещенный прием! Да, он злился на нее, но слезы — это уже слишком. Опустившись рядом с Арией на шелковые постели, светлые, как и все в этом замке. Он большим пальцем осторожно, словно прикасается к ценнейшей драгоценности в жизни, стирает соленую дорожку, и, видя уже покрасневшие глаза, его сердце сжимается. Это он должен злиться! Но он не мог. Точно не на нее.       — Прекрати. Главное, что всё обошлось, и больше никогда. Слышишь! Никогда так не делай. — Он пристально посмотрел в ее синие, словно океан, глаза. Они оказались очень коварны. Рист сам не понял, как утонул в них, и, поняв, что слишком долго так сидит, пошел за чаем, стоящем на столе. Кратко рассказав о случившемся, он продолжал за ней ухаживать, и уже через неделю от пережитого не осталось напоминаний. Кроме липкого ужаса, шрамом оставшемся на душе.