Апперцепция

      После экстремальных и насыщенных на эмоции выходных Чонгук, как и положено, возвращается к учебе. Заходить на территорию академии было волнительно, ангелу казалось, что все его проступки, преступления и тайны вот-вот всплывут наружу, и не видать ему спокойной жизни. Его перья на ушках то и дело дёргались от малейшего сходства слов с его собственным именем. Складывалось ощущение, что каждый взгляд, который был направлен в его сторону, видел насквозь. Но, к счастью, ничего странного и необычного не приключилось. Никто с криком не набросился на него, не заковал в цепи и не отобрал нимб. Более того — никто даже не заговорил о происшествии в музее из его однокурсников.       «Похоже, они ничего не знают», — пронеслось в голове Чона.       По словам Тэхёна, никто из стражей не заметил его, лишь только феникс видел его и истошно вопил, стоило ему забрать настоящий кинжал. Но, раз они оставили замену, то скорее всего происшествие списали на небольшое недоразумение и не стали предавать огласке.       Оно и не мудрено, ведь преступлений в раю было столько, сколько петух снёс яиц. Правильно — нисколько. Они были такой редкостью, что в мощной охране не было даже необходимости. Ангелы самые законопослушные существа.       Нервозность Чонгука проходит через несколько дней. Помимо учёбы он продолжал заседать в библиотеке, чтобы собрать как можно больше информации о храмах и монастырях, которыми они могут воспользоваться для открытия портала.       Места богослужения были одними из самых наполненных энергией местами, ведь даже после смерти души людей продолжали веровать в бога и поклоняться ему. Поэтому Чонгук искал что-то маленькое, действующее, но при этом, чтобы святилище не имело много последователей, ведь иначе будет сложно застать момент, когда никого не будет. Пусть им и нужно было совсем немного времени, чтобы открыть портал, риск им ни к чему.       Внезапно Чонгук почувствовал что-то неладное, и удивлённый он вскакивает, от чего деревянный стул за его спиной падает, издавая громкий треск, который эхом разносится по всей библиотеке.       — Прошу прощения… Простите… Простите…       Ангел всячески кланяется и извиняется за предоставленные неудобства, поднимая свой стул и садясь на место, прикрывая глаза рукой. Внутри зарождается сильное чувство беспокойства, и это явно было не его.       Эти чувства принадлежали Руа.       Если волчица заволновалась, то скорее всего что-то случилось дома. В голове ангела сразу же всплыли образы самых ужасных вещей — от простой перепалки до возможного вторжения стражников и ареста Тэхёна.       Чонгук не видел смысла гадать, что именно могло произойти — это только усиливало его тревогу и бешено колотящееся сердце. Поэтому, не закончив свои дела, он поспешно покидает территорию академии и на всех парах мчится домой.

***

      Тэхён, болтая ножками, сидел на высоком стуле на кухне и внимательно следил за секундной стрелкой. Чонгук ушёл на учёбу, а ему тут, между прочим, скучно. Руа совершенно не спасает ситуацию. Она лишь лежит рядом и поглядывает на демона, не выпуская того из своего поля зрения. Всё началось рано утром, когда Чонгук ушёл на занятия. Тэхён хотел осмотреть кинжал, который поддерживает равновесие их миров. В аду тоже есть похожая реликвия, которая способна убить самого Бога. Поэтому как только дверь за Чонгуком захлопнулась, Тэхён попытался проникнуть в комнату ангела и добраться до тайника. Он почти сделал это, только вот Руа… Такая вредная волчица! Она схватила его за шкирку и унесла, как новорожденного щенка.       — Я тебе слабительное в мясо подсыплю! — выругивается Ким, пытаясь маленькими руками разомкнуть пасть волка на своей футболке. — Мне только глазком одним взглянуть!       Волчица, только переступив порог кухни, размыкает зубы, опуская демонического ребёнка на пол с глухим стуком, под аккомпанемент не очень лестных слов. Руа, кажется, никогда не перестанет удивляться брани ребёнка. Тот имел очень хороший словарный запас.       — Ты — несносный демон, а если поранишься случайно? — недовольно фыркнула волчица. — Мы ведь не знаем, как на тебя может подействовать этот кинжал. Ты — дитя, и одного пореза может хватить.       — Ты это что, — довольно тянет Тэхён, слегка щуря глаза. — Переживаешь что-ли?       — Вот ещё, — отрицает Руа и, взмахнув хвостом, бьёт мальчишку им по лицу.       — Как мило, Руа переживает! — Тэхён не перестает немножко издеваться и, упав на живот, хватает фамильяра за заднюю лапу.       — Что ты вытворяешь? — уши Руа поднимаются от удивления, и, взглянув на шкодливого демона, делает новые шаги в сторону гостиной. — Чонгук как раз хотел помыть полы в гостиной, ты окажешь хорошую услугу.       — Покатай меня! — довольно кричит Ким, продолжая тянуться за волчицей, что не замедлила шага, таща ребёнка за собой.       Вот поэтому Ким и сидит сейчас на стуле дальше от фамильяра. Кажется, он её очень достал.       — Да ладно тебе, — бурчит ребёнок. Да, Ким чувствует эти детские эмоции всё сильнее, испытывая восторг от, казалось бы, обычных вещей, который пропускал раньше мимо ушей. — Обиделась, как девчонка.       — Ты сейчас договоришься, и я заморожу твой рот, — угрожает.       — Да кому ты заливаешь. — Закатывает глаза демон, свисая со стула. — Врушка ты.       Глаза волчицы вспыхивают ярким светом, пугая Кима так, что тот дёргается и, не удержавшись на месте, валится со стула, который так некстати валится на него сверху. Детский вскрик боли наполняет гостиную.       — А вот это больно, — шепчет Ким, держась за голову и рог, по которому пришёлся удар.       Тонкая струйка крови стекает по лбу и виску, Ким морщится и уже готовится ругаться, ведь глаза опять наполняются ненавистными слезами. Слишком сентиментальный, но его судить сейчас нельзя, ведь реально очень больно, прилетело по очень уязвимому месту, так ещё и голову разбил.       Тэхён отодвигает стул и садится на пол, прижимая руку к влаге. Он отстраняет её от своего лица, в ужасе смотрит на Руа. На его руке была кровь. Волчица взволнованно подбегает к мальчику, оглядывая того со всех сторон.       — Это я, получается, умираю? — ох, драмы в голосе ему не занимать. — Это ведь кровь…

***

      Когда Чонгук возвращается домой, то обнаруживает младшеньких на кухне, что вся была усеяна мелким снегом, который в некоторых местах был ярко-красным.       — Боже мой, Тэхён… Что случилось? — завидев кровь, Чонгук подбегает к демону и, осторожно обхватив чужое лицо ладонями, принимается его осматривать.       — Ангелок, — жалостливо тянет Ким и морщится, когда его голову начинают вертеть в разные стороны. — У меня рог отвалился, да? Болит просто адски. Я же теперь буду главным изгоем, без рога то.       — Не говори глупости. Не будешь ты никаким изгоем, ничего у тебя не отвалилось.       Зачесав волосы назад, Чонгук с нахмуренными бровями рассматривал пострадавшее место. У основания рога была ссадина, что кровоточила. Из-за того, что кожа в столь уязвлённом месте была тонкой, крови было много, но всё не так страшно, как могло показаться на первый взгляд. — Ты меня хорошо видишь? Голова сильно болит?       Ангел не переставал задавать мальчику тысячу и один вопрос о его самочувствии. Конечно, ничего серьёзного не было, но, кажется, беспокоиться за чужую жизнь у него уже вошло в привычку.       — Болит очень сильно. Такое чувство, что бошка щас взорвётся нахрен, — честно отвечает Ким. — Я думал умру, так и не увидев твои ушки прикольные, — довольно хмыкает демон, когда пальцами касается длинных пёрышек, но почти сразу же морщится. — Ты же позаботишься обо мне? Руа вот хоть и вредная задница, но не бросила меня, хорошая собака.       Волчица закатывает глаза, но не может скрыть облегчения, что с этим бестолковым демоном ничего серьёзного не стряслось.       Тэхён, конечно, больше драматизирует, но что с ребёнка взять? Эти детские эмоции захватили его. Он уже и позабыл как это, быть крутым и горячим демоном искусителем. Нет конечно флиртовать он умеет до сих пор, но сам факт остаётся фактом.       — Что теперь делать? — испуганно шепчет мальчик, даже боясь касаться повреждённого рога. — Он же шатается как молочный зуб! Да? Я, кажется, чувствую это! Чонгук, новый ведь не вырастет!       Ну совсем сопляком стал, видел бы его Намджун, точно бы убил бы на месте.       — Прекрати шатать его, Тэхён! А то так и правда выпадет… От этого у тебя и болит голова ещё больше, — взволнованно говорит Чон.       — Он может всё же выпасть?!       — Не драматизируй, ты просто сильно его ударил, — вздыхает Руа, продолжая охлаждать пострадавшее место.       — Рога для демона это как член! — возмущается Ким. — Представь, если бы тебя по причиндалами ударили стулом. — Правда… болит сильнее, да и сравнение хреновое. Тэхён никогда не признается вслух, но ему приятно чужое беспокойство о себе. Даже как-то о боли и забываешь почти.       Ким перестаёт трогать пострадавший рог, что жутко саднил и неприятно пульсировал, отдаваясь по всей голове. Он прикрывает глаза и глубоко вздыхает. Совсем уж истощила его эта паника. Ну хорошо хоть Чонгук вернулся раньше, а то так и сидел бы на полу в кучке снега. Но нужно отдать должное волчице. Это помогло ему отвлечься.       — Так, пойдём в комнату, я обработаю рану и налеплю тебе пластырь с единорогами, завтра будешь как новенький.       Чонгук подхватывает мальчика на руки и, усадив того на большую кровать, достаёт аптечку. Ангел ловит жёсткое чувство дежавю. Когда демон только только поселился в его обители, небольшую коробочку с нужными лекарствами и бинтами Чонгук даже не убирал в шкаф. Смена бинтов была ежедневным ритуалом.       — и как ты умудрился так пораниться, Тэ? — недоумённо спрашивает Чон, вытирая смоченным в антисептике ватным диском кровавые подтёки с чужой щеки, — даже на шею попало… какой кошмар…       — Я просто упал, — оправдывается словно ребёнок, хотя он и есть такой на данный момент. — А стул сверху. Ты Блохастика не ругай, я сам игрался и свалился…       И откуда в демоне столько сострадания и чувства справедливости? Ким вздрагивает от прикосновений и, обхватив запястье ангела рукой, сталкивается с ним взглядом.       — Там совсем всё плохо? — ноет Ким. — Тогда можешь сразу второй рог мне отламывать, я такого позора не переживу, моя жизнь будет кончена.       Вот почему он в рай не взрослым попал, а ребёнком? Нет, тогда бы его сразу засекли. Ходила бы перекаченная шпала с кучей рун на теле и большими рогами. Такое точно бы заметили и линзы с милыми панамками не помогли бы. Это он ещё молчит о чёрных как ночь крыльях. Да, быть ребёнком в данном случае намного лучше. Это спасло ему жизнь. Его бы казнили, если бы он не умер от серьёзных ран быстрее, в том переулке. Да и Чонгук точно бы не взял себе домой огромного демона. А если бы и попытался, сделать это незаметно точно бы не вышло. Тэхён знает какой он, точно выше ангелочка и шире.       — Тэхён, да прекрати ты вертеться и рога свои не трогай! Господи, дай мне сил…       Чонгук измученно вздыхает, массируя свои пульсирующие вески. Кажется, от всего произошедшего у него разболелась голова. Точно ли это Тэхёна стулом придавило, а не его?       — Ты сегодня слишком активный, Тэ… Неужто так на тебя кинжал повлиял? Так не терпится вернуться домой?       Если первые слова звучали с лёгкой полуулыбкой, то последний вопрос Чон произнёс уже серьёзно. Уже было не до смеха. Остались считанные дни до кровавой луны, и кажется только из-за этого Чонгук готов впасть в истерику. Мало того, что для открытия портала они украли самый важный артефакт в Раю, так ещё и нужно провести ритуал в энергетически сильном месте и при этом никому не попасться.       Сложно?       Безумно.       Слова ангела как-то на удивление болезненно отозвались в Тэхёне. Глупо отрицать тот факт, что демон привязался. Но как бы то не было, ему нужно вернуться в ад, тут ему нет места совершенно. Рано или поздно ангелы, будь они неладны, но заподозрят что-то. Чонгук пострадает, а этому нельзя случится никак. Глупо отрицать симпатию, которую Тэхён начал испытывать к ангелу. Хоть Чонгук тоже испытывал к нему симпатию, тот воспринимал его всего лишь как ребёнка, но Тэхен всё равно чувствовал к нему особое влечение. Интересно, как бы ангел отреагировал, увидев его в настоящей форме? Жаль, что это не произойдёт. Если бы не эти глупые границы, они, возможно, могли бы познакомиться при других обстоятельствах.       — Да, домой хочется, конечно, — но покидать ангела нет. Мальчишка сидит, стараясь лишний раз не дёргаться, пока ему осторожно обрабатывают рану. Болит, конечно, адски.       — Ничего, совсем скоро ты будешь дома. Я сделаю всё возможное, чтобы ты добрался в Ад в целостности и сохранности, — спустя несколько секунд молчания отвечает ангел. как бы ему весело и интересно с демоническим дитя не было, они должны распрощаться и идти своей дорогой. — Всё готово. Теперь будешь как новенький, — залепляя обработанную рану пластырем, ангел щёлкает демона по носу, — будь аккуратнее, малыш…       — Спасибо доктор, — шутит мальчик, морщась от щелчка. — Ты сегодня рано вернулся, отменили что-то?       — Я вернулся так рано домой, потому что почувствовал сильное волнение Руа. До этого она никогда так сильно не переживала, поэтому я даже испугался и поспешил домой… А так после учёбы я вновь сидел в библиотеке. Я начал присматривать святилища или небольшие церквушки, где можно было бы провести обряд и открыть портал. Нужно место с сильной энергией, иначе ничего не получится. Моей энергии не хватит, чтобы поддерживать портал, ведь я её буду передавать тебе, чтобы ты благополучно перебрался на другую сторону.       Пока Чонгук рассказывал, он не переставал гладить зачёсанные волосы младшего, массируя пальцами макушку, будто успокаивая.       — Блохастик так сильно переживала? — удивлённо воскликнул Тэхён, подстраиваясь под чужую руку.       Слушать о том, что Чонгук уже ищет подходящее место для ритуала, заставляет понимать, что время утекает сквозь пальцы, как вода.       — Я ему точно рот заморожу, — бурчит волчица лежа у кровати, следя за ребёнком.       Тэхён смеется, прекрасно понимая, что та ему ничего не сделает. Прикипели друг к другу, а это опасно, и уже никак не исправить. Да и Тэхён не хочет исправлять, если бы ему дали второй шанс, он бы сделал всё так же, как и в первый раз. О нём заботятся и переживают, Тэхён от чего то ловит себя на мысли, что хочет тоже заботится о них.       — Сегодня пораньше ложись спать, чтобы всё побыстрее зажило. На выходных, как и обещал, отправимся в невероятное место. Уверен, ты никогда не видел ничего подобного.       Чонгук умалчивает, что они полетят, чтобы сделать Тэхёну сюрприз. Это будут их последние совместные выходные перед тем, как демон отправится в Ад.       — Надеюсь, у меня получилось тебя заинтриговать, и ты ждёшь с нетерпением. А теперь пошли на кухню, пора обедать.       Но сначала нужно убрать все следы «кровавого побоища».       — Боже, крови то столько…       — А что за место? Расскажи! — кричит Ким в спину ангела. — Очень заинтриговал!       Тэхён, спрыгнув с кровати, босыми ногами направляется на кухню, осматривая беспорядок, чувствуя лёгкое головокружение. Руа встаёт рядом, предоставляя Тэхёну опору. Этот жест оба никак не комментируют.       — Это будет сюрприз. Наберись терпения, и как послушный демон жди выходных.       — «Послушный» и «демон» в одном предложении звучит очень странно, не находишь? — Тэхён вскидывает бровь. Уборка занимает немного времени, после чего Чонгук приступает к приготовлению обеда. Тэхён, сославшись на головную боль, не помогает, но продолжает дразнить Руа, желая поймать её хвост. Маленькую шалость ему прощают.       Когда обед был готов, Руа боднула Тэхёна в бок, чтобы он встал с неё и подошла к своей миске.       — Приятного аппетита, милая, — сказал Чонгук, подавая для волчицы свежее мясо. Затем он ставит тарелки с ароматной едой для себя и Тэхёна на стол. — Иди кушать, Тэхён. Только на этот раз постарайся не свалиться со стула.       Демон, что кряхтел будто старик, нехотя встаёт с пола.       — Будешь мне теперь это ещё долго припоминать, я это чувствую, — бурчит Тэхён, забираясь на стул. — Ого, как пахнет то, — довольно лепечет Тэхён, ждёт когда Чонгук тоже сядет за стол, чтобы пообедать вместе. Это стало той самой точкой невозврата. Совместные обеды, прогулки и то, как ангел трепетно относится к нему, хоть и как к ребёнку, хотя демон хотел бы иначе. Возможно, если бы не было границ, у них получилось бы познакомиться по-другому? Скорее всего нет. — Знаешь, я тоже хочу тебе сделать сюрприз перед уходом, так честно будет, — довольно улыбается Ким. Конечно, сделать что-то масштабное он не сможет, но у него есть идея и главное, чтобы Чонгуку она понравилась. Это ведь главное, правильно?       — Ты хочешь сделать мне сюрприз? Серьёзно?       Сказать, что Чонгук удивлён — это ничего не сказать. Всё дело в том, что Тэхёна было сложно назвать эмпатичным существом, поэтому желание сделать ангелу подарок поражало его. Нет, демонёнок, конечно, иногда проявлял свои настоящие чувства, когда благодарил и очень редко сам обнимал, но чтобы оставить что-то напоследок, этого Чон точно не ожидал.       — Ой ты не подумай… Я не высмеиваю тебя или что-то подобное… Я бы никогда такое не сделал, просто… На тебя это так непохоже, вот я и удивился, — честно отвечает ангел, смотря на мальчика с полу улыбкой, — мне будет крайне приятно получить от тебя что-то на память. Даже если это будет простая самодельная открытка. Самое главное, не делай ничего демонического, никаких жертвоприношений и мышей под подушкой! — серьёзно говорит старший, — а в остальном можешь делать всё, что посчитаешь нужным.       Кажется, прибывание в раю оставило след на демоническом дитя. Чонгук с улыбкой осознает это, ведь он старался и делал всё, чтобы у мальчика остались приятные воспоминания о своём путешествии.       Но, если быть честным, то Чонгука также поменяло проживание с противоположной сущностью. Его уже нельзя было назвать чистейшим ангелом. За каких-то почти четыре месяца он успел нарушить столько правил и заветов, что страшно становится.       А точно ли он ангел? Вот даже у Тэхёна научился сарказму…       Но что ещё самое главное, ангел вовсе не чувствовал угрызения совести. Возможно только поначалу, но не сейчас. Это неправильно? Что же, он определённо задумается об этом позже. «Когда всё закончится, нужно будет устроить омовение» — пронеслось в голове ангела после обеденной молитвы.       — Мышей под подушкой? — Тэхён даже замер, это, конечно, очень интересное понимание о сюрпризах. Даже смешно стало и скрыть улыбку не получилось. — Не переживай, мой сюрприз не оставит никаких демонических следов и тем более тёмной энергии. Я понимаю, что если кто-то что то увидит или поймёт, то у тебя будут проблемы.       Тэхён сам удивлён, что захотел сделать что-то подобное для Чонгука. Они ведь больше никогда не увидятся, и он хочет оставить маленькое напоминание о себе. Для ангела хочется сделать что-то особенное.       — Ну, зная твою сущность, лучше лишний раз перестраховаться, — с улыбкой отвечает Чонгук, пожимая плечами. Конечно, вряд ли Тэхён сможет найти мышь в раю, но мало ли. — Поверь, то, что ты изъявил желание сделать что-то для меня, уже приятно… Я правда благодарен тебе, малыш…       Протягивая руку, Чонгук мягко касается ею руки мальчика, ласково поглаживая. Удивление на чужом лице видно сразу, но ангел уже привык, что для младшего проявление заботы, ласки и нежности чуждо, поэтому почти сразу он убирает руку, возвращаясь к трапезе. Тэхён к подобной чистой нежности до сих пор не привык. Да и стоит ли привыкать? Нет, в аду, конечно, тоже есть ласки, но это далеко не нежность — это страсть, похоть и желание. Липкая и порой горькая. Но сейчас. почувствовав такую чистую нежность, Тэхён даже не знает, как ему её забыть и как жить прошлой жизнью. Получится ли? За такое короткое время он привык к этому       — Я сильно не смогу тебя удивить, но постараюсь по максимуму, чтобы тебе это запомнилось.       Он ведь верховный демон! Не стоит о подобном забывать. Так что нужно соответствовать, в конце концов. Совсем скоро он вернётся домой, где его ждёт адский труд. А пока он наслаждается последними днями в раю. После Чонгук вернётся к обычной жизни и будет учиться и усердно работать, чтобы стать высшим ангелом. А Тэхён вернёт власть всех девяти кругов Ада отцу и поставит на место своего непутёвого брата, что возомнил себя не пойми кем, устроив переворот. Ох, и не поздоровится ему, когда он вернётся.

***

      Дни до выходных тянулись бесконечно долго, особенно из-за того, что Чонгук проводил много времени на учёбе и в библиотеке, ища нужные материалы о подходящих местах. Как бы то ни было, кровавая луна приближалась и нужно быть готовыми на все сто, чтобы для обоих сторон это закончилось без проблемно. Всё же подобное даже Тэхён никогда не проворачивал, от чего и помочь не может. Эта беспомощность его раздражала и в последние дни он ходил молчаливый, обдумывая ситуацию. Исход должен быть только положительным; другого он просто не примет. Никто не должен пострадать.       Утро субботы наступило так же медленно. Тэхён сонно разлепил глаза и пухлыми детскими губами довольно прочмокал. Кажется, он снова пускал слюни на подушку. Демон поморщил нос, прежде чем потереть его ладонью и окончательно проснуться. Осознание того, что сегодня они отправятся в какое-то особенное место приходит мгновенно.       Тэхён подскакивает на постели, выпутываясь из одеяла, и босыми ногами несётся на кухню, откуда шёл запах еды.       — Мы сегодня наконец-то пойдём в то место! — восклицает демон, чем, кажется, пугает Чонгука и Руа.       Но как тут его судить то? Он всю неделю ждал, думал, куда тут сходить можно, ведь всё достаточно однообразно, да и видел он все.       Тэхён завтракает с завидной скоростью, съедая даже горячо нелюбимые овощи. Когда он заканчивает, у Чонгука остаётся ещё половина завтрака. Как только демона что-то интересует, он готов стать послушным, как ангел. Поэтому пока Чонгук доедает завтрак, Тэхён успевает надеть линзы, выбрать самую милую одежду и быть готовым к выходу. Правда, после этого он ещё полчаса ходил и ныл, что Чонгук собирается слишком долго. Его терпение потихоньку истощалось, но, увы, ничего с этим поделать он не мог.       — Может хотя бы намёк дашь, куда мы отправимся? — Тэхён держал руку Чонгука, топая за ним по улице. Смотрел такими голубыми глазами, ну самый настоящий ангелок. — Предполагать, что ты меня в стриптиз клуб решил отвести на последок, я не буду. Подобное не в твоём стиле.       Кажется, маленький демон никогда не перестанет пугать своими знаниями Чонгука. Тот ведь и правда верит, что он всего лишь ребёнок, что бы Тэхён ему не говорил и не доказывал по несколько раз.       — Тэхён, господи… Ты хоть знаешь, что обозначает это слово? — Чонгук удивлённо распахивает глаза, а затем быстро накрывает рот младшего ладонью. — Нет, лучше молчи. А то не дай бог нас кто-нибудь услышит. Проблем не оберёмся…       Чутьё ангела подсказывало, что Тэхён откуда-то знает значение этого слова и проверять Чонгук не хочет. Что поделаешь, он до сих пор удивляется, как в столь раннем возрасте можно знать о подобных вещах. Он то сам в восемь или десять лет ещё в песочнице игрался, а тут стриптиз клуб.       Жуть. Его даже передёрнуло.       — Мы с тобой отправимся в самое чистое и светлое место в раю… И нет, это не в церковь и тем более не в резиденцию господа. Это нечто прекрасное и удивительное…       От воспоминаний всё естество старшего начинает буквально светиться. Его губы растягиваются в довольной улыбке, а маленькие пёрышки на ушах начинают трепетать. По нему сразу было видно, в каком восторге он пребывал от упоминания загадочного места.       От этого интерес Тэхёна только возрастал.       Поначалу маршрут был привычен, но Тэхён никогда раньше не был за пределами деревни душ, где они, собственно, и оказались. За ним оказался могучий лес, пройдя который они находят огромные врата, что были открыты.       — Готов? — с улыбкой спрашивает ангел, после чего его нимб начинает светиться, а за спиной вырастают белоснежные крылья.       — К чему? — непонимающе спрашивает Тэхён.       — Как к чему? К полёту, — говорит Чонгук и, подхватив мальчика за плечи со спины, поднимает над землёй.       Он пролетает сквозь врата, за которыми, оказывается, нет земли — только бескрайнее голубое небо с воздушными облаками.       — Держи корзинку крепче, — успевает шепнуть Чон перед тем, как расправить крылья и взмахнуть ими, поднимаясь всё выше и выше.       Оторвавшись от земли, Тэхён от неожиданности вскрикнул. Чувство невесомости он не испытывал так давно, что почти забыл его. Ладонями крепко держит корзину, смотря как земля отдаляется всё дальше и дальше. Рай с такого ракурса он ещё не видел, но сейчас он может со всей уверенностью сказать, что выглядит тот великолепно — огромные зелёные кроны деревьев и лазурные реки. Тэхён ещё крепче прижался к ангелу, хотя тот и так держал его довольно крепко. Как только земля скрылась за облаками, перед ними появился огромный парящий остров, что вызвал огромный восторг у демона.       — Как красиво, — шепчет Тэхён, когда взгляду открывается огромнейший сад. Тёплый ветер срывает лепестки цветущей вишни, разнося их по округе, образуя маленькие водовороты.       Чонгук пролетает прямо над гладью прозрачного озера, в котором видны плавающие рыбки. Крепко сжав рукой корзину, Ким опускает свободную руку в тёплую словно парное молоко воду, чуть ли не взвизгивая от восторга, как настоящий ребёнок.       Опустившись на землю, Тэхён слегка покачивается, поднимая взгляд на ангела.       — Почему ты не показал мне это место раньше? — немного возмущённо восклицает мальчишка. А после разворачивается и оглядывает огромные мудрые деревья, чьи ветки свисали почти над землёй от тяжести красных яблок. — Это же Эдемов сад?       — Да, это тот самый райский сад, где жили адам и ева до грехопадения, — с улыбкой отвечает ангел, наблюдая за тем, как Тэхён с интересом рассматривает чудесный сад. — Извини, до недавнего времени я как-то не задумывался о том, чтобы привести тебя сюда. Но в библиотеке мне как-то попалось упоминание сада, вот я и решил, что ты обязан увидеть его собственными глазами.       Губы ребёнка округляются, образуя букву «о». Тэхён сейчас находится буквально в том месте, где появились первые люди. Кому расскажи — не поверят.       Подойдя ближе к берегу озера, Чонгук садится на мягкую траву, щурясь от яркого солнца.       — Знаешь, я долго думал, стоит ли приводить тебя сюда. Всё-таки это место не для посторонних.       Он специально не говорит слово «демон», мало ли их могут услышать.       — Когда я был маленьким, моя матушка рассказывала мне различные истории про ангелов, живших в Эдемовом Саду… Я рано ушёл из родительского гнёздышка. Как только ангел становится подростком, то его отдают на попечение старейшинам, где мы учимся своим будущим обязанностям. С семьёй я вижусь редко…       Тэхён слушает ангела, бродя среди деревьев, пиная опавшие спелые плоды. Одно из яблок привлекает его внимание, и он поднимает его, рассматривая с недоверием. Плод кажется неестественно гладким, как будто сделан из пластика. Как самые первые люди могли повестись на такие яблоки?       — Слушая тебя из раза в раз, я понимаю. что рай даже больше жесток, чем ад. Не во всём, но во многом. Ты подросток, но ты всё ещё нуждаешься в своих родителях, — Тэхёну, конечно, этого не понять, нежность от своего отца он и не помнит вовсе. Но он видел, как росли его друзья.       Да, демоны это зло и тьма, но они любят своё дитя и растят до того момента, пока ребёнок не решит сам выпорхнуть из дома и построить свою жизнь. Всегда примут обратно и помогут, если сложно.       — А вообще, знаешь что у Адама была первая жена и это не Ева, а Лилит? — рассказывает Ким. — Она не хотела подчиняться своему мужику, ведь считала себя равной ему, из одного говна сделаны ведь, поэтому решила от него свалить, а тот ущемился и нажаловался верхушке. Типичный маменькин сынок, — морщился, продолжая натирать яблоко, словно пытаясь стереть лак. — Бог послал за ней трёх ангелов, чтобы те её вернули мужику, а она их послала, Бог разгневался ваш и проклял её, сослав в Ад. Не идеальная и не подходящая, проще было избавиться, чем разбираться. Есть парочку версий её наказания, первое — сотня её младенцев будет умирать каждую ночь, второе — она обречена рожать детей — демонов, или Бог сделает её бесплодной. Достаточно жестоко для такого святого существа, как Бог, Которому тут все жопу лижут.       По мере того, как Тэхён говорил, Чон все больше хмурился. Брови ангела сошлись вместе, образуя глубокую морщину на лбу. Он пытался понять смысл сказанного Тэхёном, но каждый раз, когда он начинал анализировать слова, его лицо становилось всё более напряжённым.       — Тэхён, что ты такое говоришь? Какая Лилит?       — Первая женщина. Потом уже появилась Ева, её сделали из рёбра Адама, чтобы она не выделывалась, ведь сделана из части своего мужа, а не из той же грязи. Вот и сказочке конец. Лилит, кстати, клёвая, я её видел, и все её наказания уже истекли, но Бог её обратно не забрал, а та и рада. — Ким с хрустом откусывает яблоко и морщится от того, какое оно кислое. — Вот дерьмо и ради этого искушаться?       Ким, жуя яблоко, подходит к ангелу.       Обернувшись, Чонгук в недоумении уставился на мальчика. Он пытался найти в его словах насмешку, что могла бы выдать шутку. Но внезапно его взгляд стал неподвижным, черты лица затвердели. На мгновение в его глазах мелькнуло осознание, затем лицо исказилось от ужаса. Страх был ясно виден в его глазах, уголки губ опустились, а брови сдвинулись.       Тэхён только, что вкусил плод древа Добра и Зла.       Запретный плод.       — О мой Бог! Ты что делаешь?!       Ангел подскакивает на месте и, неосторожно наступив на влажную траву, чуть не падает. В следующий момент он оказывается рядом с Тэхёном, с ужасом обхватывая его лицо ладонями.       — Как ты мог без разрешения что-то съесть здесь?       Страх в глазах ангела был таким неподдельным и сильным, что Тэхён замер. Смотрит в глаза напротив и даже сказать толком ничего не может, боясь собственных мыслей. О нём так беспокоятся, конечно, Чонгук и раньше боялся и переживал за него, но сейчас это будто открылось полностью и сносило с ног маленького демона.       — Ч…что теперь с тобой будет? Я… Не знаю, как он подействует на тебя. Господи… Нам срочно нужно наверх!       За считанные секунды, Чонгук подхватывает мальчишку на руки, суёт несчастный плод в корзинку и, расправив крылья, отрывается от земли, стремительно поднимаясь наверх.       Демон крепко цепляется за Чонгука, когда тот неожиданно взлетает. Становится даже страшно. Он что, от этого яблока ласты склеит? Тэхён впервые в жизни корил себя за свой глупый поступок. Ругал себя самыми ужасными словами, что заставил ангела так переживать за него.       Ангел в панике бегал глазами туда сюда, боясь быть схваченным, пойманным с поличным. Проступки Тэхёна были и его собственными, ведь именно он был в ответе за того, кого быть здесь и вовсе не должно.       Самое высокое место на райском острове находится на вершине горы, которая возвышается над остальными. Эта гора является священным местом для местных жителей, и только избранные имеют право подниматься на неё.       Водопад, расположенный на этой горе, является источником жизни для всего острова. Его вода считается целебной и обладает магическими свойствами.       Чонгук опускает Тэхёна на землю спустя прилично долгое время полета. За это время голова Чонгука пришла немного в норму, но он всё ещё страшно переживал. Его руки подрагивали, глаза бегали, а губы были все искусаны.       Поднимаясь на самую высокую точку, будто на эверест, ангел надеялся, что здесь их не найдут, и они смогут поговорить наедине.       — Адам и Ева, когда ослушались бога и вкусили запретный плод, стали обычными людьми. Они потеряли своё бессмертие и были изгнаны из рая. Что если ты тоже.? Тоже станешь обычным человеком?       Ангел и думать боялся об этом. Его сейчас даже не волнует могущественный водопад, вода которого скрывается далеко внизу, он не замечает невероятно красивого вида яркого солнца, от которого приходилось слегка щурится.       Всё его мысли были заняты Тэхёном.       — Скажи, как ты себя чувствуешь? Пожалуйста, скажи, что всё хорошо.       Последние слова Чонгук буквально выдавил из себя в отчаянной мольбе.       — Чонгук, — растерянно начал Тэхён, касаясь его руки. — Я в порядке, ничего такого не чувствую, успокойся, дыши.       Ким молча просит ангела присесть, и когда тот выполняет его просьбу, то обхватывает маленькими ладошками чужое лицо, смотря прямо в глаза.       В них так сильно хотелось утонуть.       Тэхён и правда не чувствовал каких-либо изменений в себе, всё как обычно, да и яблоко кислое было.       — Прости меня, прости, — повторяет Ким. Он и сам расклеился, обнял ангела за шею, поглаживая по мягким волосам. — Я даже подумать не мог, что всё настолько серьёзно. Давай я доем яблоко, чтобы скрыть улики?       Тэхён шмыгает носом. Они ведь на пикник пришли, а он и тут умудрился сотворить какую-то дичь, за которую теперь стыдно до ужаса.       Да чтобы будущему владыке ада, да стыдно было? Никогда в жизни! Но перед ангелом он искренне раскаивался, кажется, не дышал вовсе.       Всё у Кима не слава Богу, так ещё и невинную душу втянул в это дерьмо!       Как бы больно не было, но скоро Тэхён покинет рай, и всё у Чонгука наладится и будет хорошо. Так должно быть.       — Ты… точно в порядке, Тэхён? — ангел, не веря, смотрел на мальчика расфокусированным взглядом, пытаясь найти хоть что-то, что выдавало бы ложь.       Но, к счастью, этого не произошло.       Поэтому Чонгук обнял демона в ответ, прижимая его к своей груди так сильно, как никогда прежде.       Так отчаянно.       — Ты не перестаёшь меня удивлять, Тэ… Только ты можешь предложить доесть яблоко, чтобы скрыть улики… Боже…       Чонгук немного отстраняется и, зачесав чёлку назад, начинает неистово смеяться, второй рукой придерживая демона за спину. С Тэхёном, кажется, никогда не соскучишься, ангел в этом окончательно убедился уже в сотый раз.       — Точно, — уверенно шепчет демон, опуская стыдливый взгляд. Натворил делов и теперь не знает, как в глаза смотреть. — Ну, а куда ещё яблоко то девать? Если его найдут, то явно плохо будет.       Ким не может подавить в себе улыбку, видя как смеётся ангел. Он красивый, когда смеётся, правда настоящий ангелок, самый чистый и добрый из всех, кого только встречал Тэхён.       — Мы до сих пор не знаем, как этот плод подействует на тебя. Вдруг он имеет накопительный эффект? Хотя…       — Вряд ли это дерьмовое яблоко повлияет на меня. Думаю, если бы что-то было, оно уже бы отразилось на моём детском теле, ведь я слаб в этом облике, почти как человек, — размышляет вслух Ким. — Так что я могу его доесть.       Когда буря эмоций поутихла, Чонгук мог спокойно оценить обстановку и поразмыслить о возможных последствиях.       — Это плод дерева Добра и Зла, когда Адам и Ева вкусили его, они познали всё сущее добро и всё сущее зло, тем самым обретая человеческие качества. Они были божественными существами, а ты чистокровный демон, который в принципе не может познать добро, поэтому, чисто гипотетически, плод и правда не сможет оказать на тебя большого влияния. Но это не отменяет того факта, что ты действовал слишком опрометчиво! А если бы ты и правда растерял свои последние силы?       Чонгук ведёт ладонью вверх, зарываясь в кудрявую макушку, чтобы после нащупать под панамкой выступающие рога, которые были уже не простыми пенёчками, а длинными рожками.       «Вроде всё на месте», — про себя бормочет старший, отклоняясь немного назад.       Тэхён довольно подставляет голову, когда ангел касается его рожек, словно домашний кот, не иначе. А яблоко, хоть и дерьмовое, но улики надо убрать.       — Рога на месте, не боись, от меня так просто не избавиться, я ведь будущий владыка ада. — Довольно выпячивает грудь демон. — И прости, что заставил так волноваться.       — Будем надеяться, что и дальше будет всё в порядке, — тихо бросает ангел.       Он опирается на ладони позади себя, пока Тэхён сидел в его ногах и недовольно жевал кислое яблоко, продолжая причитать о том, какое оно не вкусное. Возможно, то и правда было таким, а может быть мальчик это делал специально, чтобы не соблазнять Чонгука. Конечно, тот бы ни за что по своей воле не откусил бы запретный плод.       — А почему мы тут? — интересуется ребёнок, оглядываясь.       Стало очень интересно, почему Чонгук так метнулся вверх, когда увидел яблоко в руках демона.       — Это самое уединённое место во всём раю. Сюда могут попасть только те, кто по званию на уровне архангелов и выше. Так как я учусь в академии и хочу стать архангелом, то я тоже могу посещать это место.       Когда паника спала, они оба могут заметить в каком чудесном месте находятся.       — Как выражаются люди на земле — это «край света», — с улыбкой отвечает ангел, расправляя свои белоснежные крылья за спиной.       Его пёрышки, как на крыльях, так и на ушах трепетают от порывов ветра, заставляя мурашки пробежать по спине.       — Я хотел, чтобы ты увидел самое прекрасное, что есть в раю…       Слушая ангела, Тэхён даже как-то и забывает о дерьмовом яблоке, которым он почти давится, но продолжает его есть, улик быть не должно.       — Ты привёл меня так высоко, — поражённо говорит демон, во все глаза разглядывая местность. — Охренеть можно.       Край света, подумать только. Ким доедает яблоко и корчит рожицы, стараясь избавиться от его вкуса. Такого дерьма он давно не ел. Мальчик встаёт на ноги, смотря на то, как Чонгук нежится на солнце, расправив крылья.       — Надеюсь, ты взял воды, иначе я из этого фонтана попью. — Ким кивает в сторону водопада и рукой проводит по языку. — Честное слово, будто сраный лимон съел, а не яблоко. — Возможно он и правда почувствовал этот вкус из-за того, что он демон, но что-то ему всё-таки подсказывает, что это не так. Яблоко просто оказалось дерьмом. — Тут и правда красиво, даже слишком, — оглядываясь, говорит демон, похоже на картинку из какого-нибудь фильма. — А мне точно можно тут быть? А то как-то стрёмно это всё.       Мальчик медленно обходит деревья с огромными кронами, которые поражали своим величием. Они были большими и могучими. Даже сам не замечаешь, как перестаёшь дышать, стараясь уловить момент такой чистой и нетронутой красоты. Тэхён неосознанно сравнивает это место с Чонгуком, такое же нетронутое и прекрасное.       — Конечно, я взял тебе воды, — Чонгук переводит взгляд на мальчика, — и не говори так про водопад. Это тебе не какой-то там фонтан. Водопад особенный, его вода обладает целебными свойствами. Она может исцелить любые болезни и убрать все печали. Но чтобы пройти через него нужно быть чистым сердцем и душой, поэтому, если ты попытаешься прикоснуться к воде своими маленькими пальчиками, то тебя просто на просто снесёт мощным потоком воды, и ты утонешь.       Конечно, демоническое дитя нельзя было назвать воплощением благородства и доброты, Чонгук уверен, Тэхён это и сам понимает, поэтому не предпринимает никаких действий, когда мальчик подходит ближе к краю.       Ближе к месту, где бурлящим потоком вода стекает далеко вниз.       — А если свалюсь отсюда, поймаешь?       Тэхён отчего-то уверен, что поймает, и без страха подходит к самому краю, ковыряя землю ботинком. Прыгнет, и Чонгук опять волноваться будет.       — Поймаешь.       Ким довольно ухмыляется и, развернувшись лицом к расслабленному ангелу, падает вниз.       Капли воды приятно касаются лица, и мальчик с удовольствием закрывает глаза, ощущая давно забытую лёгкость. По привычке он хочет расправить крылья, но вскоре вспоминает, что их у него нет. Страха не было, ведь он знает, что спасётся.       Чонгук не даст ему разбиться.       — Господи, что за дебил, — невольно бурчит себе под нос демон и раскидывает руки в стороны.       Чонгук же сначала растерялся со слов младшего. Кажется, он был слишком наивен, когда думал, что приключения на сегодня закончились.       — Вот, чёрт! — непривычно для себя ругается ангел и срывается на бег, чтобы прыгнуть вслед за Тэхёном вниз.       Сильный ветер сразу же бьёт в лицо, а сердце бешено колотится от волнения. Всё вокруг становится размытым пятном, и только водопад остаётся чётким и величественным, а маленькая фигурка внизу становится всё меньше.       Чонгук складывает свои крылья вдоль тела, ускоряя тем самым своё падение, желая достать Тэхёна прежде, чем тот разобьётся. Но если ангел испытывал волнение и некий страх за чужую жизнь, то демон наслаждался падением. В его крови бурлил адреналин со смесью некоего возбуждения. То, как ты с невероятной скоростью падаешь вниз — не сравниться ни с чем.       Чонгук с Тэхёном сталкиваются взглядами лишь на мгновение, прежде чем ангел сильными руками подхватывает несносного мальчишку, не давая тому упасть в бушующую воду. Тот нарочно спасает того в самым последний момент, от чего одежда стала влажной, от летящих во все стороны холодных капель.       Кажется, именно у Тэхёна ангел научился вредничать. Но ему простительно. Нужно же отплатить демону за потраченные нервы и совсем не важно, что он всё ещё ребёнок.       — Вот почему ты такой непослушный, — Чонгук легко шлёпает мальчика по попе, затем удобно перехватывает его, чтобы расправить крылья и неторопливо пролететь над водяной гладью, которая постепенно успокаивается, как только они отдаляются от водопада.       — Это ты меня сейчас по жопе ударил? — удивлённо восклицает ребенок.       Демон настолько не ожидал подобного, что даже замер. Он крепко держится за ангела, ошеломлённо глядя на него.       Чонгук и сам не заметил, как шлёпнул мальчика по попе, но это было пожалуй необходимым действием, ведь ангел честно сдерживался, как мог, но даже у него нервы были не железные. Сегодня Тэхён, пожалуй, превзошёл сам себя.       — Не жалуйтесь, мистер Будущий-Владыка-Ада, потому что, если бы не я, то вы давным-давно лежали бы на дне озера.       — Кто бы мог подумать, — весело начинает Ким, — у такого чистого существа есть БДСМ наклонности, — демон заливается смехом, разглядывая гладь воды по ними.       Место очень красивое, насмотреться и жизни кажется не хватит. Тэхён почему-то в этом уверен на все сто процентов. Для него подобные места сродни невозможному. В Аду такого нет. Конечно, там есть природа и своеобразные парки, но с подобными видами точно не сравнится никогда.       Чонгук пропускает мимо ушей слова про какие-то там наклонности. Ангел не вникает, да и не хочет. Он уже намного спокойнее реагирует на слова младшего, принимая как должное то, что Тэхён просто слеплен из другого теста, вот и всё.       — Кушать хочу, и я так и не попил, — вздыхает демон, разглядывая с огромным интересом воду. Хоть пейзаж особо и не менялся было всё равно интересно. — А тут акулы есть? А то вдруг я упаду и от меня только рожки и останутся. Обидно будет потерять такого сексуального демона, согласись?       Тэхён смотрит на воду, словно пытается что-то там увидеть и покрепче держится за ангела. Конечно, вероятность того, что Чонгук его уронит равна нулю, но лучше ведь перестраховаться. Можно сказать, инстинкт самосохранения. Хотя звучит смешно, он ведь с обрыва сиганул вниз. Какой ещё инстинкт? Ну он демон, ему простительно. Хотя, Чонгук открыл новую возможность и теперь похоже можно и по жопе нормально получить.       — Хммм… А ты знаешь, что люди, чтобы приблизиться к небесным существам, практикуют бретарианство, это отказ от еды и воды? — загадочно отвечает ангел, продолжая парить над спокойной водной гладью, — думаю, тебе будет полезно очистить разум и дух, пропустив сегодняшний ужин.       Чонгук не намерен спускать сегодняшние выходки ему с рук.       Тэхён не может сдержаться и закатывает глаза. Удивлён конечно, ведь Чонгук себя так не ведёт обычно. и это что-то новое.       — Ты хочешь меня голодом морить? — восклицает демон, распахивая глаза так, будто его на казнь несут. — Я же голодный!       Конечно, Чонгук говорит это из вредности. А ещё он иногда нарочно опускается настолько сильно, что края разлетающихся на ветру одежд намокают в прохладной воде. Ангел чувствует, как мальчика прижимается к нему и возмущённо кричит, но Чон соврёт, если скажет, что ему это не нравится, поэтому его громкий смех звучит всё дольше.       — Как меня донимать, так ты первый, а мне значит подшутить над тобой нельзя, да? Несправедливо, Тэхён. Во всем нужен баланс, — с умным видом заключает ангел.       Тэхён поджимает ноги, когда ангел пролетает очень низко над водой, из-за чего одежда немного намокает, заставляя возникать только громче и недовольно морщиться.       — Баланс будет, когда меня сожрут акулы, уверен, в такой толще воды какая-нибудь хрень водится, которая будет не против полакомиться демоном. — Ким тараторит без остановки, продолжая крепче держаться за Чона, боясь, что тот опустит его ниже к воде. Не отпустит это точно, но от этого не менее стрёмно. — Ты что совсем обо мне не переживаешь? Меня сожрут, точно тебе говорю, — кричит ребенок и крутится в руках ангела, разворачиваясь и обвивая того руками и ногами, из-за чего намокает только светлая рубашка, ну он не видит воду, от этого уже полегче, конечно.       — Какие акулы, боже? Я никогда не слышал, чтобы в раю водились акулы и уж тем более в Эдемовом саду, — с улыбкой отвечает ангел.       — Давай может наверх? Я всё понял, я вредный демон, — возмущается ребёнок, разглядывая белые мощные крылья ангела. Никогда не устанет наблюдать за ними, это определённая красота, от которой глаз не отвести.       Чонгук всё же сжалился над мальчиком, крепко обнимая его руками в ответ, держа как самую дорогую ношу. Возвращаясь в вертикальное положение, Чон делает взмахи своими огромными крыльями, вновь поднимаясь на самую вершину, где они оставили корзинку       — Ладно, так уж и быть, покормлю тебя.       Поставив мальчика на землю, Чонгук подхватывает корзинку и, вытащив оттуда длинный плед, расстилает на траве, прямо у самого обрыва.       — Я уже понял, что тебе не хватает острых ощущений в раю, посидим тогда тут, только в этот раз не прыгай, пожалуйста, а то я могу не успеть…       Конечно, они оба знают, что Чонгук успеет. Он просто не даст Тэхёну здесь погибнуть.       Садясь рядом с мальчиком, Чонгук передаёт ему приготовленные дома бутерброды и коробочку фруктового сока.       С этого места Тэхёну вместе с Чонгуком открывался вид на весь рай, что был бесконечно большим. Каждое построение скрывалось за множеством облаков. Несмотря на то, что солнце здесь не пряталось, оно не слепило, а наоборот окутывало лёгким сиянием, будто мягкое одеяло.       — Я больше не прыгну, хотя, хочу признаться, это было достаточно весело, — Ким смеётся, ребячески покачиваясь из стороны в сторону, и принимает бутерброд, сразу откусывая, довольно промычав. — Так вкусно.       Тэхён отпивает сок из небольшой упаковки, активно поедая свой перекус.       — Я заметил, что тебе было весело, это хорошо, — с улыбкой отвечает ангел, прикрывая глаза, наслаждаясь лёгкой прохладой от важного ветра, что несёт капли воды с водопада, и яркого солнца, подставляя лицо.       — А как появились эти острова в воздухе? — вдруг спрашивает младший. — В аду такого нет, всё больше похоже на обычный человеческий город, — делится Тэхён, разглядывая обрыв, где была лишь пустота.       Конечно, можно подумать, что всё держится на божьей силе, но это было бы слишком просто? Хотя, возможно так и есть, дедок то сильный, раз создал такой интерактив в раю, отвал башки просто. Хоть отец Тэхёна тоже был сильным, это факт, но методы правления у них различаются. И это логично, ведь это рай, а там — ад.       — Эти острова держатся на силе ветра, — просто отвечает Чон, поворачивая голову к Тэхёну. — Ты вообще знаешь, как появился рай?       Мальчик отрицательно мотает головой.       — Хорошо, тогда слушай, — начинает Чонгук. — Давным-давно, когда вселенная была ещё молода и только начинала принимать свою форму, существовал только бескрайний хаос. Великое Существо, которое мы называем Богом, решило положить конец этой бесконечной пустоте. Сначала Он собрал звёзды и планеты, формируя космос. Затем, из этого первичного света и энергии, Он создал первую область жизни, где царила гармония и блаженство. Это место стало тем, что мы теперь называем раем. — Чонгук устремил свой взгляд вдаль, любуясь красотами рая с высоты. — И вот, в этом великолепном новом мире, — продолжает Чонгук, — Бог решил создать...       — Адама и Еву? — предположил Ким.       — Верно, — кивает ангел.       — А про Лилит у вас, значит, ничего не говорится, да?       — Нет, я вообще не понимаю, причём здесь Лилит. Ранее ты сказал, что это первая женщина Адама, но первой женщиной была именно Ева. Лилит — дьяволица, являющаяся во сне неженатым молодым мужчинам и соблазняющая их. Она наполнена завистью и злобой, поэтому она никак не могла быть первой девушкой Адама       Тэхёна искренне поражал тот факт, что умалчивают такую важную деталь. Для ангелов Лилит просто дьяволица, которая никак не может быть первой женщиной Адама. Абсурд какой-то, услышала бы это Лилит, точно бы громко расхохоталась.       — Вам недоговаривают, причём приличную и очень важную часть истории, — хмурится Ким. — Лилит буквально изгнали из-за того, что у неё было своё мнение, понимаешь? С вами ведь поступают так же жестоко, если вы идёте против Бога. Просто выбрасывают в Ад, это жестоко. Такие огромные требования, только не понятно, ради чего это.       Тэхён хмурится. То, что острова держатся на ветре, кажется просто шуткой, не иначе. Какой же мощный поток ветра должен быть, чтобы удерживать огромные куски земли в воздухе. В это ангелы могут поверить, а в то, что Лилит это первая женщина Адама, нет.       — Мы всё равно с тобой не первоочевидцы происходящего, поэтому нет смысла спорить, как всё было на самом деле, мы всё равно не знаем, — спустя несколько секунд молчания отвечает ангел.       Чонгуку было крайне сложно поверить в то, что говорит Тэхён. Он не может даже допустить и мысли о том, что всё это правда.       — Знаешь, я не говорю, что ад, это офигеть какое пиздатое место, но там хотя бы мозг не промывают. Да и изгонять нас некуда, мы и так в жопе, — хмыкает демон и смачно кусает бутерброд. — Дальше только земля, и она лишь для самых серьёзных грехов. Что бы ты понимал, за весь свой век я видел лишь раз, когда демона выкидывали на землю.       Помнится, тогда был скандал такого уровня, что до сих пор мурашки по телу.       — Тот демон убивал новорождённых.       — Ох, это просто ужасно… — Чонгук опечаленно посмотрел на Тэхёна.       Конечно, ад это самое худшее место во всём мире, что наполнено злобой и страданием, но… Каким же нужно быть существом, чтобы убивать новорождённых малышей, что только только вдохнули воздух своими собственными лёгкими?       У Чонгука кровь стынет в жилах и волосы встают дыбом об упоминании подобного зверства.       — Так, что-то мы о плохом, да о плохом.       Демон опомнился и, запихав в рот остатки бутерброда, замолкает.       — Да, пожалуй, ты прав… Что-то мы явно ушли не туда…       Ро настроение с умиротворённого и спокойного уже испортилось и перешло в задумчивое и слегка грустное. Ангелу не хотелось, чтобы демон возвращался в столь ужасное место. Ему хотелось, чтобы мальчик никогда больше не знал боли и страдания.       Это было просто невозможно.       Тэхён — демон, и его место в аду. Чонгук был не в силах что-либо изменить.       — Уже вечереет… — смотря на горизонт, тихо говорит Чон. — Давай немного прогуляемся и пойдём домой. У нас впереди тяжёлые дни, нужно хорошо подготовиться и отдохнуть.       Осталось всего несколько дней до кровавой луны.       Осталось всего несколько дней до возвращения Тэхёна в ад.       Через несколько дней ангел и демон расстанутся навсегда.