Апперцепция

      Людей в парке было много, поэтому мало кто обращал внимание на гуляющего ребёнка, Тэхён выходит с другой стороны площадки, оглядывая указатели, что стояли на развилке дорожек.       Всё это казалось настоящим безумием. Если Чонгук его найдёт, то точно скормит Руа, а пушистому Бармаглоту только в радость. Она только этого и ждёт, чтобы избавить своего хозяина от проблем. Тэхён понимает это, но ничего поделать с собой не может. Он в раю уже приличное количество времени, а его план по возвращению в ад не продвинулся ни на миг! Он не сможет оставаться тут навсегда, это опасно, и энергия ангелов не позволит ему расти.       Тэхён и так долго ждёт, слишком долго. Поэтому решение в его маленькой головке родилось само по себе. Ускользнуть от Чонгука и самостоятельно найти библиотеку, где наверняка было что-то про то, как открыть портал в ад.       Тэхён задирает голову на указатели и довольно хмыкает, видя там надпись «библиотека святого Михаила».       Всё оказалось куда проще, чем он предполагал, если бы не одно но.       — Хей, малец, — грубый голос, заставляет мальчика вздрогнуть. Тэхён было подумал, что обращаются не к нему, пока на его плечо не ложится тяжёлая ладонь в кованной броне. — Ты почему один? Разве правил не знаешь?       Ким гулко сглатывает вязкую слюну, оборачиваясь, поднимая взор на стражника. Широкоплечий ангел держит в одной руке что-то наподобие посоха или копья, а всё его тело покрыто сверкающей броней.       — Аа, яя… Эм, — бормочет мальчик, замерев.       Всё, его теперь точно убьют.       — Где твои родители? — сурово басит стражник, пока за ним появляется ещё один кнгел в доспехах.       Тэхён вздыхает, в панике оглядывая улицу.       Перед глазами демона пролетали все возможные варианты казни. Как здесь могут казнить за такое нарушение? Это ведь не просто мусор в неположенном месте выкинуть, это куда серьёзнее.       Демон в раю — уму не постижимо!       — Прошу прощения, господа! — Чон подбегает к двум стражникам, что стояли напротив Тэхёна, — это мой племянник… он потерялся… Спасибо большое, что нашли его!       Голос Чонгука заставляет демона в очередной раз вздрогнуть. Тэхён честно не ожидал, что тот сможет найти его настолько быстро.       Кажется, он правда был готов умереть.       — Тц… Получше следите за детьми и объясняйте правила.       — Да-да… Простите мою оплошность… Такого больше не повторится, — Чонгук низко кланяется несколько раз, после чего стражи отступают, заставляя ангела напряжённо выдохнуть.       После того, как Чонгук заметил исчезновение мальчика, он сразу же понял, что тот сам куда-то ушёл. В раю не могут украсть или увести ребенка просто так. К тому же, это было в духе демона, поэтому Чон сразу же сорвался с места, желая поскорее найти Тэхёна до того, как тот вляпается в неприятности.       Адреналин и страх за чужую жизнь не улетучились, даже когда ангел удостоверился, что с Тэхёном всё в порядке. Напротив, эти чувства лишь подкрепились неизвестно откуда взявшейся злостью.       — Чонгук, я…       — Молчи, Тэхён. Я сейчас не хочу с тобой разговаривать, — ангел берёт его за руку и торопливо ведёт домой.       Молча.       Сказать хоть что-то в своё оправдание Тэхёну не дают. Оно и ясно, ангел в ярости, что очень и очень ново для Кима. Чонгука он таким никогда не видел, и это пугало. Он точно скормит его фамильяру, который тоже наверняка зол, ведь чувствует эмоции своего хозяина.       Ему пиздец.       От стальной хватки ангела Тэхёну даже не по себе, и кожа болит. Но ему лучше сейчас не выёбываться, иначе ещё хуже будет. Хотя, куда, блять, хуже?       Ким хмурится, поджимая губы от досады. Его ведь тоже можно понять, он хотел как лучше!       Когда дверь квартиры с хлопком закрывается, Ким вздрагивает, смотря на волчицу, что напряжённо смотрела на него.       — Что стряслось, — даже не спрашивает, а утверждает Руа.       Тэхён решает промолчать и стоит истуканом, ожидая своего наказания. Ему точно хорошенько влетит. Ким смотрит, как ангел скрывается на кухне, чувствует себя немножко изгоем, но идёт следом.       Чонгук молча проходит на кухню, закидывая растаенное мороженое в морозилку.       — Тэхён, вот скажи мне честно, ты вообще ничего не понимаешь? — опираясь о столешницу бедром, спрашивает Чонгук, скрещивая руки на своей груди, наконец-то обращая своё внимание на мальчика. — Ты думаешь, что раз ты демон, то тебе всё можно?       Ангел недовольно смотрел на демона, что, опустив голову вниз, слушал его, не проронив ни слова.       — Я совершенно не понимаю, почему ты так наплевательски относишься к моим словам… и своей жизни, в конце концов.       Непривычный спектр эмоций бушевал внутри ангела. Он знал, что ведёт себя неправильно, но, кажется, всё то, что копилось у него внутри, просто не умещалось там.       Сколько выходок Тэхёна он стерпел? Бесчисленное количество раз. И ради чего? Чтобы этот мальчишка сам пришёл в руки стражников? Это просто смешно.       — У тебя, что язык отвалится, если ты попросишь меня о чём-то? Я хоть когда-нибудь упрекал тебя за что-то?       Получая отрицательный взмах головой, ангел продолжает:       — Тогда я не понимаю, почему ты так глупо и абсурдно себя ведёшь? Почему бы тебе сразу не пойти в резиденцию господа и самолично не сдаться? Мне кажется, это равносильно тому, как ты сегодня сбежал и отправился в одиночку в библиотеку… В эту библиотеку могут войти только те ангелы, у которых есть пропуск… Ну нет же, ты слишком гордый, чтобы спросить у меня.       Чонгук устало трёт переносицу.       — Я думал, ты умный мальчик, но ты умеешь только языком чесать, где не надо, и пакости делать… Уж прости, но если ты себя и дальше так продолжишь вести, то боюсь скоро тебя найдут другие ангелы и знаешь… Я не буду тебя спасать. А зачем? Ты всё равно в следующий раз сделаешь очередную глупость мне на зло. Поэтому иди в комнату и подумай над своим поведением. Я не хочу тебя сейчас видеть.       Демону стыдно. Даже голову сложно поднять, ведь он понимает, что очень провинился перед Чонгуком. Даже скорее всего подорвал чужое доверие. Руа молча наблюдает и даже не влезает в односторонний разговор. Чонгук как никогда прав, но и гордость свою демон не мог переступить, это его минус.       Слова Ангела ранят что-то, что давно закаменело внутри. Тэхён хмурится и скрывается в комнате. Его отчитали как ребёнка… Но и действия его были точно детскими и необдуманными. Так только дети поступают.       Закрыв за собой дверь, мальчик трёт глаза, чувствуя противную влагу.       — Вот дерьмо, — рычит демон, стягивая с головы панаму, оттягивая волосы на голове.       Натворил дерьма, вот теперь пожинает плоды своих трудов.       Как бы сложно не было признать, но ангел и правда был прав. Его действия были безрассудством. Мальчик садится на постели, трёт глаза, желая избавиться от неприятной мокроты, которую чувствовать не хочет и не должен. Сраные детские эмоции, которые не поддаются контролю!       Просидев пару минут, Ким снимает линзы, из-за которых глаза ещё и болеть начали, и переодевается.       — Не назло я это делал, — бурчит демон, садясь на кровать, прижимая ноги к груди. Продолжает крутить слова Чонгука в своей голове, поджимая губы. Он не прав, он признаёт, но как же будет сложно признаться ангелу в этом.       Тэхён сидит в комнате добрые два часа. Даёт себе прийти в себя и даёт успокоится ангелу. Всё равно подойти с извинениями нужно иименно ему, он не прав.       Ким меряет комнату шагами, заламывая пальцы на руках, как быть он не знает. Но как учил его отец, «чем дольше ждёшь, тем страшнее становится». Тэхён осторожно открывает дверь, слыша шум воды с кухни. Тихо шепчет себе под нос «пиздец, пиздец, пиздец».       Мальчик делает глубокой вздох и заглядывает на кухню, видя ангела, что стоял у раковины. Тэхён заходит и обнимает Чонгука со спины, утыкаясь носом в чужую поясницу, жмуря глаза.       Демон даже подумать не мог, что ему может быть настолько стыдно.       — Я был не прав, — твёрдо говорит мальчик, прижимаясь к ангелу, всё также не открывая глаз. — Прости мой ужасный поступок. Я очень провинился.       Ким кусает губу от нервов. Возможно Чонгук его оттолкнёт, Ким ждёт такого исхода, но попытка не пытка.       Желая успокоить разбушевавшиеся мысли, Чонгук решает отвлечься за готовкой ужина. За своими мыслями Чонгук пропускает тот момент, когда Тэхён вышел из комнаты, поэтому, почувствовав прикосновение, он вздрагивает. От слов младшего у ангела неконтролируемо собирается влага в глазах.       — Тэхён… — он разворачивается и падает перед мальчиком на колени, крепко обнимая его, — я так испугался за тебя…       Совершенно неожиданно для себя ангел начинает плакать. По его щекам текут слёзы, а сам он крепче прижимает к себе несносного мальчишку. За то время, что тот провёл в комнате, злость улетучилась, а сам он успел нафантазировать ужасные картины того, что было бы, если б он не успел… Тэхён давно был бы уже мёртв, и ангелу так больно становится от этих мыслей.       — Вот почему ты такой.? Зачем ты так делаешь, Тэ? Тебе нравится смотреть, как другие мучаются?       Слёзы Ангела заставляют мальчика задержать дыхание. Тэхён обнимает парня за шею и носом утыкается в чужую макушку. За него так сильно испугались… Это заставляет Тэхёна чувствовать себя ужасно. Он заставил ни в чём не виноватого человека чувствовать себя так плохо.       — Эй, эй, ты не плачь только, зефирка. — Ким не знает, что делать, как успокаивать в такой момент? Демон в лёгком замешательстве, но не перестает обнимать Чонгука в ответ. — Поверь, мне совершенно не нравится видеть чужие слёзы. Я слишком долго здесь… Прости, что поступил так необдуманно.       Ким прикрывает глаза, глубоко вздыхает, стараясь успокоить свои мысли, что в голове беспорядок устроили и заставили демона чувствовать себя чертовски странно. Описать словами данные мысли не получается. Полная каша, одним словом.       — Не будь таким эгоистом, Тэхён… Если тебе не нравятся чужие слёзы, то не стоит так говорить. Это совсем не успокаивает, знаешь ли… — бурчит ангел куда-то в грудь мальчика, тихо всхлипывая.       Чонгук сам не знает, почему расплакался. Видно в нём и правда столько много разных чувств, что организм просто не выдержал. Перед Тэхёном не хотелось показывать свою слабость, но он совершенно не мог успокоиться.       — Ладно, я понял, только не плачь. Я правда больше не буду, — звучит очень по-детски, но это чистая правда.       — Чем ты вообще думал, Тэхён? — не в силах успокоиться говорит Чон. — Зачем ты попёрся в эту библиотеку? Неужели не мог подождать меня? Вот же, маракуша…       — Эй, я не противный!       — Ещё какой противный. Ты бываешь просто невыносим, Тэ… и почему ты так себя ведёшь, я не пойму. Если тебе всё равно на то, что о тебе волнуюсь я… то тебе же не должно быть всё равно на свою жизнь. Вон, ты считай, из того света вернулся, выжил после нападения в аду, будет глупо так просто умереть, не думаешь?       Мальчик не находил, что сказать. Каждый раз признаёт себе, что Чонгук ой как прав.       — Да было бы глупо так умереть. — Согласно кивает Тэхён. — Я подумал, что никто не заметит и не обратит внимания на ребёнка. А если бы ты был со мной, то и тебя бы проверяли! Ты бы оказался в опасности!       — Меня бы не проверяли, так как у меня есть доступ к любой библиотеке, Тэ. Я же как никак на архангела учусь, это даёт очень много плюсов, — отвечает старший, облокачиваясь спиной о кухонный гарнитур.       — Да, точно, ты ведь крутой, и пропуск у тебя есть, — мальчик поджимает губы, понимая, что его риск был чертовски глупым, что он мог всё испортить из-за своей гордости и вечных «я сам».       Демон хмурится. И тяжко вздыхает, опуская глаза.       — У тебя такие планы Чонгук, — начинает уже более спокойным голосом. — Из-за меня ты можешь лишиться смысла своей жизни. Оно тебе нужно?       Ким может что-то не понимает, но разве он стоит таких жертв?       Сейчас Тэхён осознал, что не хотел, чтобы этот ангел рисковал собой ради его возвращения. Разве это стоит того? Разве столь большой риск стоит такой огромной работы? Ведь если у них не получится, Чонгук падёт. Тэхён конечно не может утверждать, что исход будет плохим, он наоборот надеется на лучшее, кажется, впервые за столько лет.       — Если ты серьёзно хочешь мне помочь, зная все риски, то нам нужно продумать план наших действий, — спокойно говорит демон и вновь обнимает парня. Будь Тэхён своего обычного возраста, он бы точно задушил ангела в своих объятиях. Эти мысли даже заставляют мальчика тихо хмыкнуть.       — Поверь, я поставил свою жизнь под угрозу, когда забрал тебя к себе домой. Глупо бросить всё на полпути, ведь это будет значить, что старания были впустую, — пожимая плечами, говорит Чонгук, — но это не значит, что я простил тебя. Будешь неделю мыть посуду, понял?       Конечно, Чонгук ворчит только для вида. Он давным-давно смог понять и простить младшего. Поэтому, усаживаясь поудобнее, Чон сажает Тэхёна на свои колени к себе лицом, всё также приобнимая его.       — Нет! Только не посуда, — ноет демон, уже представляя себе эту адскую пытку.       Ким удобно устраивается на чужих коленях, обдумывая слова ангела.       Может, посудой он ещё слабо отделался?       — Но ты прав, — продолжает Чонгук, — нам действительно нужно разработать план твоего возвращения. Твои раны уже полностью зажили, осталось, конечно, несколько шрамов, но, думаю, они пройдут. Также энергии в тебе намного больше, чем раньше, твои рожки уже такие большие, — Чонгук касается чужого лба и, зачесав кудрявые волосы назад, рассматривает демонические рога.       Если раньше они были маленькими пинечками, то сейчас они больше походили на рожки, что приобретали силу и могущество.       — Они очень красивые… — Чон осторожно касается кончиками, а затем ведёт вниз к основанию, слегка массируя, — не больно?       — Нет не больно, — бурчит, подняв глаза на ангела.       — Хорошо.       Чонгук переходит к макушке и, зарывшись пальчами в чужие волосы, притягивает к себе Тэхёна, вновь крепко обнимая.       — Ты, наверно, и сам испугался, когда к тебе стражи подошли. Прости, что накричал… я просто не смог контролировать себя. Всё так смешалось… прости.       Новые объятия заставляют демона показушно вздохнуть, но тот послушно обнимает в ответ.       — Ты не должен извиняться, я понимаю. Это мне стоит просить прощения. Ведь я поставил под удар не только себя. Так что это ты прости.       Каждое новое «прости» говорить всё легче и легче.       — И всё же… Я хочу извиниться, что назвал тебя глупым. Я вовсе тебя не считаю таковым. Ты очень умный и невероятно сильный, Тэ. Я приложу все усилия, чтобы отправить тебя в ад в целостности и сохранности, — нежно поглаживая мальчика по спине, говорит ангел.       Такую близость они позволяли себе только во время передачи энергии, но сейчас это не казалось чем-то неправильным. Ангел был рад, что они наконец-то поговорили и смогли уладить это недопонимание.       — Пожалуйста… доверяй мне чуточку больше. Это обижает меня, ведь в твоих маленьких ладонях лежит моя жизнь, понимаешь? Одно твое неверное движение и не только ты, но и я окажусь в опасности. Это слегка нечестно, не находишь? — Чонгук заглядывает в тёмные глаза демона, заворачивая кудрявую прядку за его ушко. — Мы с тобой одна команда, Тэхён… В команде принято доверять друг другу и помогать. Ты в раю, никто в спину тебе не воткнёт нож, никто не будет тебя оскорблять или же обижать, понимаешь? Здесь всё по-другому. И я хочу, чтобы ты это наконец-то понял. Я, — Чонгук указывает большим пальцем на себя, — тебе не враг. Но вот за пределами моей квартиры, если ангелы узнают о твоей сущности, то будет худо. Мы вежливы и милы только с небесными существами. Я не хочу, чтобы ты погиб, Тэ… Поэтому давай работать сообща, ладно?       Словам ангела Тэхён верит. Возможно, недоверие демона и оказалось точкой, из-за которой они стояли на месте и не предпринимали ничего. Если бы демон попросил о помощи раньше, переступив свою гордость, у них может была бы уже хоть какая-то информация. На ошибках учатся, ведь так? Ну Тэхён хотя бы надеется, что да, он вроде не настолько тупой, или настолько.?       — Хорошо, Чонгук. Прости меня, я буду стараться доверять тебе.       Тэхёну буквально придётся учиться это делать. Он доверяет единицам и, кажется, теперь в этот список войдёт и один ангел.       — Хорошо, работать сообща, да… — мальчик кивает, поджимая губы и обдумывая. — Я не хочу подвергать твою жизнь опасности. Хотя одно моё существование это уже опасность для тебя. Настоящий замкнутый круг.       Ким вздыхает, укладывая голову на плечо ангела.       — Спасибо, Тэхён… — коротко отвечает ангел, поднимая глаза к потолку.       Им определённо будет сложно, но… разве не самое сложное позади? Демон наконец-то поправился, и вот даже его рожки стали больше, разве это не хороший знак?       — Нам нужно попасть в библиотеку, я уверен, там будет хоть какая-то информация для начала. Что думаешь? — если доверять, то доверять полностью и безвозвратно. Иначе это не доверие, а хер пойми что.       Демон привязался к Чонгуку, да это сложно принять. Он наследник ада, привязался к ангелу. Звучит как самое настоящие недоразумение.       — Да, думаю, ты прав, потому что я вообще без понятия, как отправить тебя в ад, — честно говорит ангел, — но однозначно нужен портал. Про это определённо должно быть где-то написано. Я могу посмотреть что-то у себя в университете, у нас достаточно много книг про руны и порталы, так как одной из моих обязанностей будет помогать умершим душам людей перебираться в рай. Там и про ад что-то наверняка должно быть. Конечно, не обещаю, что смогу быстро найти нужную информацию, потому что, увы, спросить я ни у кого не могу…       Тэхён понятливо кивает. Ещё бы, Чонгуку предстоит перерыть всю библиотеку, чтобы наконец-то найти что-то стоящее. Это явно дело не одной недели.       — В любом случае, скоро закончится мой больничный, и я приступлю к поискам. А пока давай поужинаем с тобой. Что бы тебе хотелось? О, я кстати взял для тебя мороженое тогда, если поможешь мне, то так и быть, разрешу тебе после еды его съесть…       Конечно, Чонгук говорит это только для вида. Злость и беспокойство ушли вместе с разговором, чему он несказанно рад.       — Я голодный, поэтому съем даже овощи, — хмыкает демон, всё же вставая с колен Чонгука. Мальчик об упоминании о мороженого довольно трёт руки.       Ради такого он все овощи съест. Кажется, Чонгук смог его воспитать. Ким, конечно, не признает этого, но так оно и есть.       Это время, проведённое с Чонгуком, очень повлияло на его восприятие мира. Конечно, Ким не простой демон и знал соответственно больше обычных демонов. Всё в раю не так. Возможно и ангелы представляют себе ад полыхающим миром без ограничений. Но в аду есть законы, они такие же суровые, только не доходят до абсурда, как в раю. В чём суть делать из существ рабов? Все люди рабы божьи. Разве это правильно? Видимо из-за этого его отца и изгнали из рая, ведь он выступал против этого.

***

      Ничего. Вот уже битый час Чонгук, слегка раздражённый, корпел над книгами в поиске хоть какой-то информации о портале в ад. Прошло уже приличное количество времени с того разговора, но ангел так и не продвинулся в своих поисках. Одно он понял наверняка, чтобы самостоятельно открыть любой портал нужно очень много энергии. Обычно ангелы, когда спускаются к смертным, используют для этого уже готовые порталы. Да и спуститься на землю — это не в преисподню же. Тут нужно тщательно всё изучить.       — Чего пыхтишь, пушинка? — садясь за стол напротив Чонгука, спрашивает Хосок, подпирая ладонями подбородок, — неужто нам столько задавали?       — А, нет. Я просто ещё не до конца нагнал программу после своего больничного, — отмахивается Чон. Ну не может же он сказать своему другу, что пытается открыть портал в ад? К тому же, он почти не соврал, кое-что он и правда ещё не нагнал.       — Я мог бы помочь тебе.       — Спасибо за предложение, Хо, но я хочу разобраться со всём сам.       — Как скажешь, — пожимает плечами Хосок, поворачивая голову в бок, — слышал, Юнхо тоже должен скоро выйти на учебу. Да, брат, знатно ты его уделал, ещё и без фамильяра. Я когда услышал, то не поверил даже… и как тебе удалось?       — Ничего такого я не сделал. Он просто языком любит почесать, ты же знаешь. К тому же в рукопашном бою я намного сильнее его, поэтому стоит подобраться поближе, и дело в шляпе.       — Я знаю, что ты неотразим в рукопашке, Гук, но разве стоило это твоих обожённых крыльев?       — Конечно стоило. Я смог победить его даже без фамильяра, а значит, если Руа со мной не будет, то я точно не пропаду. А с ним бог знает, что случится может. К тому же, я целёхонький и здоровенький, — Чонгук расправляет свои крылья, показывая Хосоку, что всё в порядке.       Крылья и правда полностью исцелились. Ожоги сошли, а в местах проплешин выросли новые крылья. Спасибо Руа и Тэхёну, что каждый вечер лечили его.       — Тут ты прав. Жалко, я не присутствовал. Хотел бы я посмотреть на твою победу… — мечтательно шепчет парень, широко улыбаясь.       — В следующий раз посмотришь.       — И то верно. Ладно, пойду я, не буду отвлекать. Не засиживайся допоздна, пушинка, — Хосок встаёт со стула и, махнув рукой, скрывается между большими шкафами с книгами.       Чонгук облегчённо выдыхает. Сложно скрывать что-то важное от своих друзей, особенно когда ты ангел. Это просто противоречит всей твоей сущности.       — Э-ээх…       Несколько часов, проведённых в библиотеке, не дают никаких результатов.       За то время, что Чонгук находился в библиотеке, он просмотрел кучу книг. Ангел, пожалуй, уже знает, как открыть портал на Марс, но не в ад. Книги разные, а если где-то и упоминается ад, то ничего определённого и точного там нету, лишь маленькие намёки, не более.       Парень вздыхает, закрывая очередную книгу, что не дала ему никакой информации, которую он так сильно ищет.       В библиотеке больше миллиарда книг. Огромные стеллажи, уходящие вверх на несколько метров, полностью забиты книгами из разных миров. Благо есть хоть какие-то разделы, хотя даже это совершенно не помогало. Библиотекарь то и дело уже поглядывает на ангела, который так резко потянулся к знаниям. Вокруг Чонгука ежедневно скапливается по несколько высоких стопок книг, которые, кажется, ещё чуть чуть и упадут тому на голову. Конечно, брюнет не читает каждую книгу, но есть те, которые требуют этого.       — Это невозможно, — шепчет себе под нос Чон, оглядывая стопки.       Может он ищет не там? Врятли бы такие опасные книги, которые расскажут как впустить тёмную энергию в рай, будут стоять на доступных местах. Но Чонгук перерыл весь стеллаж с пометкой «магические измерения». Кажется, он проверил самые старые книги, даже до проклятий дошёл, благо ему хватило ума не открыть книгу, мало ли что там. Уже были случаи, и они не очень приятные. Ангел не горит желанием кашлять светлячками.       Задумавшись, Чонгук разносит книги на свои места. В самой главной библиотеке рая должны быть книги о тёмной энергии. Ангел ни за что не поверит, что таких тут нет. Он, конечно, и так уже очень задержался, но Тэхён с Руа, поэтому он не переживает.       Чонгук спускается вниз, убирая крылья за спину, неторопливо вышагивая между длинных коридоров. Конечно, библиотека кажется маленькой снаружи, но внутри были огромнейшие коридоры с книгами. Чем глубже он заходил, тем темнее становилось. У каждого стеллажа были небольшие светильники, что освещали путь.       Ангел читает названия. В этой части он никогда не был, кажется, тут даже пыль на полу лежит. «Зелья» «Огненная магия», «Яд», конечно, такого на первых полках нет. Там чаще встречается «светлая энергия» «равновесие» «баланс». То, что нужно для, учёбы и не более.       Читая названия, ангел от чего-то думает, что он, кажется, близко к нужным книгам, или может это пустые надежды? Он конечно хочет верить в первое.       Коридоры не меняются, все похожи друг на друга. Чон заворачивает и останавливается, смотря на статую дракона в небольшом закоулке, а после читает.       «Черная энергия»       Ангел мгновенно замирает. Бегает глазами по корешку на полке, не веря своим глазам.       Он нашёл то, что искал?       Ангел подходит к полке и осматривает наличие книг. Все в тёмных переплетах, какие-то и вовсе в переплетах из змеиной кожи. Их Чонгук решает проверить самыми последними. Ангел берёт несколько книг про порталы и садится за небольшой стол, перепачкав всю одежду пылью. Но сейчас его это волнует в самую последнюю очередь.       Как бы ярко не выглядело обозначение «чёрная энергия», в книгах ангел не находит ничего, что могло бы ему помочь. Чонгук весь перепачкался в пыли, ведь та то и дело летела в воздухе, попадая в глаза и на одежду, когда он взлетал к верхним полкам. В волосах уже побывал не один паук.       — Неужели, снова мимо? — Чон поджимает губы, чихая, и трёт глаза, тяжко вздыхая, пока на глаза не попадается светлый переплёт на самой верхней полке.       Ангел вновь взлетает, вынимая толстую книгу. Обложка была без каких-либо опознавательных знаков. Но эта книга была единственной белой среди страшных чёрных переплётов.       Чонгук хмурится, оглядывая пятна, с ужасом понимая, что это кровь. Книга падает на пол, создавая эхо в коридорах библиотеки. Ангел чувствует, как собственное сердце сбилось с ритма.       Как такая книга оказалась в ангельской библиотеке?       — Вот же… — парень, поджав губы, поднимает книгу, стараясь не касаться пятен. От одного осознания, что это чья-то кровь, к горлу подступает ком тошноты и отвращения.       Чонгук, пересилив себя, кладёт находку на стол и раскрывает книгу. Каллиграфический подчерк украшает страницы, как и рисунки рун и пентаграмм. Всё написано кровью.       — Какой ужас! Боже, боже, боже! — Чон отскакивает от стола, дёргая руками, словно стараясь стряхнуть с себя всю грязь, в попытке успокоиться.       Придя немного в себя, Чонгук начинает читать.       »… убедитесь, что вы делаете это в кровавое полнолуние. Так вы сможете отдать энергию луны, и та не попросит ничего взамен, кроме крови…»       Дальше идёт лунный календарь и нужные записи и рисунки. Чонгук, захлопнув книгу, быстро прячет ту в сумку. Кажется, что даже держать такую книгу в руках предоставляет огромную опасность. Ангел берёт одну из книг про выращивание разумных цветов, чтобы не привлекать внимания, и отправляется к выходу.       Ангел как мог старался не привлекать внимание и вести себя как обычно, но в ушах до сих пор он слышал громкий стук своего сердцебиения. Страх при виде засохшей крови никуда не делся, даже когда он мило прощался с библиотекаршей, посильнее сжимая лямку своей сумки. Казалось, что, выйди он за пределы библиотеки, его тут же повяжут и уведут. Но на удивление никто не стремится заковать его в цепи и с позором арестовать. Солнце не перестаёт ярко светить, даже если в сумке у Чонгука скрывается книга, при виде которой поджилки трясутся. Пожалуй, он не боялся так даже тогда, когда увидел чёрные глаза Тэхёна. И что, что он демон? Тот совершенно не кажется устрашающим. Напротив, он кажется даже милым.       «Особенно, когда не раскрывает рот» — думается ангелу, но с этим можно конечно поспорить.       После того разговора на кухне их взаимоотношения стали намного лучше. Тэхён не грубит без причины, сам вызывается помочь по дому, хоть и жутко ненавидит мыть посуду и что самое главное — больше не сбегает, когда они гуляют. Он делится своими мыслями и знаниями ада, чем несомненно помогает Чонгуку в поисках.       Тэхён определённо должен знать, что это за книга. Поэтому по приходу домой, его встречает обеспокоенный взгляд Руа, что почувствовала волнение своего хозяина.       — Кажется, я притащил домой нечто ужасное… — с лёгкой отдышкой говорит ангел, ведь бушующее сердце всё никак не хотело успокаиваться. — Тэхён, сможешь взглянуть? Это точно по твоей части…       Чонгук шумно сгладывает, когда достаёт большую книгу из своей сумки и отдает её младшему.       Мальчик явно не ожидал увидеть то, что принесёт Чонгук. От книги, которую протянул ему ангел, исходила тёмная энергия, которая приятно прокалывала кожу.       — Ты где её отрыл? — удивлённо восклицает демон.       — Лучше не спрашивай. — Ангел ставит сумку на пол, отряхивая одежду от пыли.       Увидеть такую книгу в раю казалось Тэхёну невозможным. Таким же невозможным, как и его нахождение тут. Так что в принципе это и не такое невозможное, да?       Мальчик открывает книгу, пробегаясь взглядом по рисункам и буквам, понимая, что это, кажется, то, что им нужно. Демон даже сперва не сразу верит в успех. Сколько дней Чонгук провёл в библиотеке и возвращался без результатов? А тут сразу бинго.       — Это оно! — восклицает мальчик, удерживая книгу, как нечто ценное. Это его путь домой, он сможет вернуться домой.       В это даже не сразу верится.       Облегчённый вздох слетает с губ ангела. Знать, что все старания были не напрасны очень приятно, поэтому, отряхнувшись от пыли, он с опаской заглядывает в зловещую книгу в руках Тэхёна.       Мальчик хмурится, смотря на ангела, вновь опуская глаза на исписанные страницы. Одновременно радостно и грустно. Тэхён глубоко вздыхает, ощущая энергию, такую родную, что тонкими нитями окутывает пальцы.       — Нужно изучить это и посмотреть лунный календарь, чтобы понять, когда ближайшая кровавая луна.       — Я не совсем понимаю, причём здесь кровавая луна, если в раю всегда светит солнце? — озадаченно говорит старший. — Возможно, так вы называете то, что у нас называют затмением?       Хоть в раю и бывают смены дня и ночи, здесь исключительно всегда светит яркое солнце, только ночью оно не пропадает, как на земле, а лишь становится тусклее.       — В аду несколько раз в месяц восходит кровавая луна, — объясняет демон. — Рай — это рай, но луна у вас тоже же бывает, просто из-за солнца её не видно. Поэтому нужно свериться с календарём, потому что я не знаю, как проявится эта луна в раю.       Будет сложно, Тэхён уверен. Но так же он надеется, что у них всё получится с первого раза, ведь в противном случае второго шанса может просто не быть, и это станет огромной проблемой.       — Я украдкой посмотрел кое-что в книге, и есть то, что совсем не понятно мне… Кажется, это написано на каком-то древне демоническом, — слегка нервно шепчет Чонгук. — Умоляю, скажи, что всё это не написано кровью…       — Думаю, тогда мне лучше промолчать? — Мальчик смотрит на пятна засохшей крови. — Не думай об этом.       Тэхён нервно хмыкает, смотря на вытянувшееся лицо юноши. Демон не первый раз держит в руках подобное, но прекрасно понимает ангела.       — Сделаем вид, что это красные чернила, — хмыкает Ким, обдумывая план действий.       Когда в руках у тебя буквально инструкция, ты не знаешь, с каких деталей начать.       — Да, красные чернила… — Чонгук бегает глазами по комнате, — Я это… точно! Схожу помою руки, — ангел поднимает руку и тычет указательным пальцем вверх, будто придумал гениальную идею, а затем скрывается в ванной комнате.       Там он старательно смывает пыль, что, казалось, покрыла его всего толстым слоем, и ещё немного красных «чернил», что хоть и не оставили следов, но Чонгук будто чувствовал эту шероховатость подушечками пальцев. Он не знает, почему так распереживался при виде, казалось бы, обычной крови. Но эта была явно необычной. От неё веяло густой, горькой и тяжёлой энергией, от которой неприятный холодок проходил по спине.       Возвращается ангел в гостиную, где на диване сидел Тэхён вместе с книгой, уже переодетый. Он садится рядом и, позвав к себе Руа, вновь заглядывает внутрь. Любопытство однозначно его когда-нибудь погубит.       — Ну, что там? Смог прочитать что-то?       — Да, я знаю этот язык, — кивает мальчик, перелистывая несколько страниц.       На страницах буквально от и до описано, как открыть любые тёмные порталы. Такие книги обычно хранятся в закрытых библиотеках для более высших существ. Удивительно, как она оказалась в общей библиотеке рая. Тэхён об этом не думает, ведь им только на руку, что она там была, иначе один сатана знает, сколько бы они ещё искали информацию, и нашли бы её вообще.       Почти всё написано на древнем языке, и демон впервые благодарен наставнику, который вдалбливал в него знания. Иначе им бы пришлось искать ещё и переводчик.       — Вот то, что нам нужно.       Тэхён указывает на нарисованные пентаграммы на страницах, как пример.       — Чтобы открыть портал нужно сильное место. Одной луны не будет достаточно. Но для начала нам нужно найти нужные кристаллы и источник тёмной энергии. — Мальчик задумывается, постукивая пальцами по страницам. — Тёмный кинжал хранится в раю, он нужен мне и не только для открытия портала. Ты слышал что-нибудь о нём?       Конечно, демон умалчивает, для чего ещё ему нужен кинжал. Верховного демона просто так не убить. Его брат хоть и бездарь, но он сильный и возьмёт его только кинжал. Если говорить прямо, кинжал нужен, чтобы пронзить сердце предателя. Но ангелу, пожалуй, не стоит слышать это из уст «ребёнка».       Чонгук внимательно слушал младшего, запоминая. Лёгкое волнующие чувство неприятно скреблось где-то в груди, но вместе с этим жуткий интерес не покидал ангела.       И откуда в нём столько любопытства?       — Хорошо, кристаллы я добуду, а вот тёмная энергия… — он задумывается, но, стоит Тэхёну упомянуть кинжал, его лицо вытягивается, а глаза раскрываются, — это, пожалуй, невозможно.       — Что? Почему?       — Понимаешь… Кинжал — это словно экспонат в музее… Он хоть и не используется, но очень сильно охраняется. Не предлагаешь же ты мне украсть кинжал буквально у господа из-под носа?       По взгляду Тэхёна сразу понятно, что тот именно это и предлагает. Чонгук тяжело вздыхает, падая спиной на диван. Он напряжённо смотрит в потолок, когда Руа забирается на него и фыркает. Тот сгребает её в охапку, от чего волчица успевает лишь пискнуть…       — Я собираюсь стать преступником, Руа…       — А я говорила…       — Я знаю, принцесса… Просто это очень…       «страшно»       — …тяжело…       Пожалуй, с этим согласятся все в комнате.       — Если честно, я понятия не имею, как должен добыть этот демонический кинжал… Без этого никак, Тэ? — Чон переводит взгляд на младшего.       Без кинжала пути нет. Нет, наверняка есть обходной путь, но точно не в раю, где любая тёмная энергия пресекается на корню.       — Ты можешь не становиться преступником, — изрекает Ким, переводя взгляд на ангела. — Я могу выкрасть кинжал. Сам подумай, я мелкий, и мне легче будет пролезть незамеченным в ваш этот музей. Найдём тёмные скрывающие руны и спокойно достанем его.       Звучит, конечно, просто, но это первое, что пришло в голову демона.       — Я знаю руны, нужны красные кристаллы из рубина, они есть везде, уверен, у вас тоже, — подытоживает Тэхён. — Мы можем найти и другой путь, но сколько времени мы потеряем тогда? — мальчик листает страницы, бегая глазами между строк. — Тем более, я знаю нужные руны, необходимо, чтобы ты просто нарисовал её мне на лопатке, я, к сожалению, не дотянусь.       — Это не отменяет того факта, что я буду соучастником… — тяжело вздыхает Чонгук.       Конечно, в словах Тэхёна есть доля правды. Чем дольше он остаётся в раю, тем не безопаснее становится. Поэтому времени ждать и искать какие-то обходные пути у них нет.       — Я понимаю, Тэхён… Просто… — Чонгук касается его спины пальцами, привлекая к себе внимание, — мне нужно подумать и переварить эту информацию, понимаешь? Возможно для тебя это не так сложно, но я не привык нарушать правила…       Демон прекрасно понимает, что ангелу нужно время. Чонгук воспитывался не так, тем более он метит не на простого ангела.       Тот не совершил ничего плохого за всю свою жизнь. Ким в этом уверен, а тут сразу нужно выкрасть кинжал. Это огромное преступление. В таком месте, где дисциплина превыше чувств и семьи, демон боится представить, какое наказание следует. Для ангела самое ужасное — это быть изгнанным в ад, и здесь скорее всего за каждый проступок так делают, чтобы ангелы ходили, как шёлковые.       Да, ангелу определённо нужно свыкнуться с тем, что он намеренно совершит преступление, хоть и не своими руками. Одно дело приютить маленького израненного демона, а другое дело намеренно украсть демонический кинжал, что был спрятан в одной из закрытых комнат большого исторического музея.       Про этот кинжал знают все, ведь именно им можно убить владыку ада — сатану. Такое оружие находилось в раю для сохранения баланса, ведь где-то там глубоко внизу было такое же оружие, чем можно было бы убить господа Бога. Чон ёжится от этих мыслей. Он не хочет убивать и не хочет, чтобы это делали другие. Возможно он слишком мягок, но такова его натура.       — Я не тороплю тебя, — говорит мальчик, захлопывая книгу. — Давай пока руны покажу.       — Давай. Интересно, какие они у вас.       Демон кивает и, встав с дивана, уходит в спальню, где достаёт альбом с машинами и карандаши, которые купил ему Чонгук. Вот и понадобилось.       От чего-то Ким чувствует себя самым ужасным преступником. Он втягивает Чонгука в этот ужас. Ему совестно, и он признает это. Остаётся надеяться, что всё пройдёт хорошо, и они вернутся в свои миры без последствий.       Тэхён возвращается в гостиную и садится на диван, подсаживаюсь ближе к ангелу.       — Смотри, — мальчик открывает упаковку карандашей, доставая один. — У нас руны мало, чем отличаются. Просто более выёб… выпиндрёжные.       Демон хмыкает, начиная вырисовывать линии на бумаге.       — У вас же они не видны на коже почти что, да и наносятся практически безболезненно. Чёрные демонические руны выжигаются на коже и держатся очень долго.       Ким решает умолчать, что это адски больно, пугать ангела ещё сильнее желания нет. Он всё-таки не садист, чтобы над Чонгуком издеваться.       Чонгук внимательно слушал и не отрываясь следил за рукой младшего, что выводил различные рисунки на бумаге. Да, их руны были довольно похожи, хоть и тёмные руны были более грубыми что-ли, имели острые углы и чаще всего были либо чёрными, либо тёмно-красными. У ангелов же те были светлые, словно лучики света обволакивали кожу.       — Я думал будут какие-то пентаграммы, если честно, — в конце отвечает ангел и, взяв другой карандаш, начинает рисовать рядом с рунами Тэхёна, свои — ангельские.       — Ты мыслишь слишком шаблонно. Пентаграммы мы используем только для порталов, и то редко. — Хмыкает демон. — Они высасывают много силы, но результат быстрый, это нам лучше всего подойдёт. Открыть портал на несколько секунд, больше не нужно.       Конечно, Ким не осуждает Чонгука за его познания. Ведь его знания о рае точно такие же. Побывав тут, он понимает, что всё совсем не так, а, кажется, даже намного хуже, чем в аду.       Они продолжали обмениваться знаниями, пока не исписали вдоль и поперёк пару тройку акварельных листов.       — Я приятно удивлён твоими познаниями, Тэхён… Ты, наверно, хорошо учишься дома…       «Хоть по виду и не скажешь, что ты любишь это делать»       — Благодаря твоим знаниям я уверен, мы сможем что-нибудь, да придумать…       — Учусь я плохо, но такие элементарные вещи знаю. — Ким решает умолчать, что он почти закончил академию. Возможно, если бы не весь этот переворот, он бы и закончил её, и пошёл на повышение демонического ранга. Это бы случилось по-любому, ведь у отца были крупные планы на него, а Тэхён был совсем не против.       — И всё равно. Для своего возвраста ты очень умный, Тэхён… ты в любом случае молодец, — хвалит младшего Чонгук, осторожно трепля по макушке.       Где-то в глубине души Чонгук уже знает, что согласится на эту авантюру. Акуда ему деваться? Другого выхода нет. Остаётся только усмирить разъедающее беспокойство внутри и свыкнуться с мыслями. Проспаться, так сказать. Желательно пару сотен лет, чтобы всё это обошло его стороной.       «Не очень то по-взрослому» — думает Чонгук, на что тихо хмыкает. Но его и правда можно понять. Его мирная жизнь стремительно поменялась. Ему грех жаловаться. Он сам подписался на это… и, признаться, пока ни разу не пожалел. Да, были довольно тяжёлые моменты, но знать, что Тэхён бы умер там… Это просто невыносимо. Такого он бы себе не простил.       — Нужно потренироваться с рунами, чтобы ты смог если что нарисовать её легко, — говорит Тэхён. Всё же адскую боль он терпеть долго не сможет. — Желательно быстро, без прирыва, иначе только больнее будет.       — Разумеется, я потренируюсь! Ты, что думаешь, что я без подготовки сделаю это? Нет конечно. Я не хочу сделать тебе больно, — он поджимает губы от представления, как чужая кожа под ним будет «гореть». Радовало конечно то, что руны достаточно маленькие, поэтому он постарается сделать это максимально осторожно и быстро.       Пододвигаясь ближе, ангел осторожно приобнимант мальчика сзади за талию одной рукой, слегка щекоча его мягкий животик.       — Думаю, нам стоит нанести их за пару дней. Я не знаю, как отреагирую на тёмную руну, будучи сам без энергии. — Мальчик поджимает губы, обдумывая всё как следует. — Ты сможешь поделиться со мной энергией?       — Конечно, я поделюсь с тобой своей энергией. Будь моя воля, я бы ни за что не наносил на твоётело руны… но, боюсь, от меня не отстанешь, поэтому давай подумаем, какие руны тебе подойдут, — Чон вновь заглядывает в альбом, — хм… думаю, руны невидимости, бесшумности и ловкости тебе подойдут. Сможешь выдержать три руны? Я могу нанести одну, а затем, если всё в порядке, то и остальные. Тебе придётся очень сильно постараться, Тэ…       И пусть Чонгук ещё на дал чёткого ответа, они уже оба знают, что сделают это.       Ким лишь тихо угукает. Первые его руны были до ужаса болезненными. Тэхёну лишь остаётся надеяться, что детское тело не будет переносить их так же болезненно. Хотя, кто знает, возможно энергия Чонгука поможет ему облегчить эту боль.       Остаток дня они проводят за книгой. Тэхён умело переводит её, записывая нужные им вещи в альбом, что был изрисован и исписан отнюдь не детскими рисунками. Объясняет ангелу какие-то нюансы, которые Чонгук не понимает. На первый взгляд всё кажется довольно просто, и Тэхён надеется, чтобы это всё так же просто и прошло.       Следующие дни они готовятся и обсуждают план. Всё же нельзя просто прийти в музей и спокойно зайти в закрытую комнату. Нужно было продумать всёдо мелочей. Что если у них не получится? Для такого исхода событий тоже нужен был план и никак иначе. Чонгук принёс пару кристаллов из университета для того, чтобы вывести руны на детской коже. От одной только мысли о том, что ему придётся делать ребёнку больно, было не по себе. Он и мухи за всю свою жизнь не обидел, а тут нужно выжечь тёмные руны на детском теле.       Чонгук ответственно каждый вечер выводил на бумаге нужные руны, чтобы перевести их как можно легче и быстрее.       — Ты уже второй час рисуешь, — бурчит демон, забираясь на стул, чтобы было удобнее смотреть.       — Всё должно быть идеально. Я не хочу делать тебе больно.       — Увы, без боли не обойтись. — Ким ловит переживающий взгляд Чонгука и кусает себя за язык. — Но ты можешь сделать это быстро, и руку ты уже хорошо набил, давай поедим, я голодный.       План у них был максимально простой. Нанести руны и под покровом «ночи» забраться в музей. Благо у демона был свой собственный гид, с именем Чон Чонгук, который не переставал рисовать руны.       Ангел уже успел на днях сходить в музей и найти нужную им комнату. Какого было его удивление, когда он понял, что охраны внутри нет. Это облегчало задачу и убирало все планы демона с пометкой «кровавая расправа».       — Когда лучше это сделать? — Тэхён уплетает за обе щёки поздний ужин, запивая апельсиновым соком из трубочки.       — В конце недели. Думаю, нам стоит нанести руны и посмотреть на твоё самочувствие после, — переживая, говорит Чонгук, поглаживая Руа по макушке — это успокаивало.       — Тогда завтра стоит нанести руны, — вздыхает мальчик. Тэхён бы оттянул это, но уже некуда оттягивать.       Он — демон, но первые руны это все девять кругов ада. Такое не каждый выдержит.       Ожидание грядущего дня сводило ангела с ума. Пусть он и старался скрыть от Тэхёна своё состояние, Руа всё равно замечала его, так как Чонгук жутко нервничал. Она каждый вечер вместо своей лежанки забиралась к ангелу под бок, а тот в свою очередь просто гладил её мягкую шёрстку. Им не нужно было разговаривать друг с другом, чтобы понять всё. Им достаточно просто быть рядом, и Чон был благодарен волчице за её поддержку.       Поэтому, когда одним из вечеров Тэхён подходит к нему и говорит: «Пора», Чонгук, напряжённо вздохнув, просит того снять футболку и разместиться на кровати. Бесчисленное количество нарисованных рун на бумаге ни чуть не придают уверенности. Они ему чуть ли не снились, но он всё равно жутко нервничал. Одно дело выводить карандашом на бумаге, где неограниченное количество попыток, а другое — взять кристалл и саморучно оставить на чужом теле шрамы, что, хоть и обладают нужной силой, принесут жгучую боль. Чонгук однажды пробовал взять кристалл и попытался выжечь руны на бумаге, в следствии чего чуть не спалил стол.       И как он должен это сделать? Ангел и сам не до конца понимает.       Устроившись за чужой спиной, Чонгук придвигает Тэхёна ближе к себе так, чтобы он сидел между его ног. Он чувствует, кажется, всем нутром, что мальчик перед ним напряжён до предела, поэтому, крепко его обняв, он опускает голову на хрупкое плечо и прикрывает глаза.       Нимб над его головой начинает светиться, а большие белоснежные крылья расправляются за спиной. Чонгук будто ангел-хранитель, оберегал и защищал младшего, хоть у того по венам и текла демоническая кровь.       — Я постараюсь сделать всё очень аккуратно и быстро, малыш… всё будет хорошо, — тихо шептал на ухо Чонгук, когда делился своей энергией с Тэхёном. И было совершенно не ясно, кого он хотел успокоить: себя или же Тэхёна?       Почувствовав энергию ангела, Ким прикрывает глаза. Будет чертовски больно, он это знает.       Незаметно для них на кровать забралась Руа. Волчица опускает голову на колени мальчика, после чего в воздухе появляются маленькие снежинки. Те определённо должны отвлечь Тэхёна и вместе с этим охладить кожу, что вот-вот пострадает.       Чонгук как мог оттягивал момент, но от этого лишь волнительнее. Поэтому, немного отстранившись, он касается ладонями чужой спины, начиная нежно поглаживать и массировать напряжённые мышцы.       — Готов, малыш?       Он знает, что к такому нельзя подготовиться, поэтому после тихого «угу», он берёт кристалл и осторожно подносит к правой лопатке. Выбор первой руны пал на «бесшумность». Та, хоть и состояла из трёх элементов, но была довольно лёгкой, поэтому, даже если Тэхён не сможет принять остальные руны, он не будет шуметь во время «операции».       Руна была похожа на большой «мягкий знак», где на самом кончике были две короткие горизонтальные чёрточки.       Основание руны Чонгук выжигает очень быстро, но до его слуха всё равно доносится сдавленное болезненное мычание младшего. Пусть Руа и облегчила боль, совсем от неё не избавишься…       — Ты молодец, малыш. Сильно больно? — Чонгук ласково водит ладонями по спине, поджимая губы. — Я сделал основание, осталось только две чёрточки… скажи, когда я смогу продолжить.       Он даёт младшему передышку, не перестаёт делиться с ним своей энергией и успокаивающе гладить его по спине.       Всё тело пробивает мощная жгучая боль, заставляя Кима болезненно промычать, не смотря на то, что Чонгук действует довольно быстро.       — Пиздец, как больно. — Ким чувствует, как камень перестаёт жечь кожу, и выдыхает, выпуская всё напряжение из тела. Слёзы наворачиваются на глаза, но мальчик просто не может ничего с этим поделать. Лопатку обволакивает лёгкий холодок, на что Ким тихо благодарит Руа, что лежит у него на коленях.       — Давай, продолжай, — просит демон, несдержанно вскрикивая, когда кожи вновь касается кристалл.       Блять, он уже и забыл, какая это может быть боль.       Тэхён не знает, как переживёт ещё две руны, но они нужны.       Крик младшего заставляет сердце ангела болезненно сжаться. Он как-будто сам чувствует эту боль, поэтому, когда с руной было покончено, он слегка небрежно отбрасывает кристалл и крепко обнимает мальчика, что обессиленно упал на Руа. Чон чувствует, как чужие плечи вздрагивают от пережитой боли, поэтому, зажмурившись, он как-будто пытается забрать её себе. Тэхён не должен чувствовать её. Тот и так пережил слишком многое.       Чонгук, возможно, переходит черту, когда утыкается носом меж лопаток и, фантомно касаясь губами кожи, дует на свежее «тату», границы которой покраснели.       Тэхён настолько сосредоточился на своей боли, что не сразу почувствовал, как Ангел обнимает его вновь. Такая тактильность, которая не имеет сексуального подтекста для демона, огромная редкость. Но от ангела её получать очень уж приятно.       Мальчик дрожаще выдыхает, чувствуя, как Чонгук дует на свежую руну. Мягко касается кожи, заставляя Тэхёна совсем уж довериться. Нельзя это чувствовать, ему нужно возращаться в ад и забыть о рае и Чонгуке.       — Я горжусь тобой, Тэхён, — звучит где-то над ухом.       Ласково. Нежно. И слегка горделиво.       Чонгук восхищается этим демоническим дитя. Он — его полная противоположность, от того и тянет. Ангел впитывает познания другого существа, вместе с тем показывая частичку своего мира: что может быть не только больно, горько и тяжело, а беззаботно, радостно и спокойно.       И пусть, когда всё закончится, Тэхён его даже и не вспомнит, ведь для него Чонгук очередной «взрослый», тот всё равно постарается скрасить его пребывание в раю. Будет кормить своими яблочными пирогами, улыбаться на очередную вредность и бережно прижимать к себе.       Пока может.       — Как ты?       — Я в порядке, — шепчет Ким, облизывая пересохшие от напряжения губы.       Тэхён ведёт плечом, жмуря глаза от того, как саднит кожу. Но это точно не сравнится с самим процессом.       — Нужен перерыв и нанесём вторую… — Демон трёт пальцами глаза и тянется к стакану с водой, что стоял на столе.       «Горжусь».       Слова парня от чего-то засели в голове. Неужели Чонгук и правда им гордится? Мальчик решает не спрашивать и лишь перебирает шерсть волчицы, что всё так же неизменно лежала рядом.       — Уверен? Точно сможешь выдержать ещё одну? — беспокойство и недоверие так и слышится в голосе.       Ну, не может Чонгук не беспокоиться. Он пробовал. Не получается.       Демон точно сможет выдержать, он знает это. Ему нужно выдержать это ради безопасности. Без рун они не смогут совершить такое преступление.       — Ты отлично справился, — говорит мальчик, поворачивая голову к ангелу за своей спиной. — У тебя лёгкая рука.       Тэхён промаргивается, приходя в себя. Ощущать на себе силу магических рун очень не привычно. За время, что он провёл в аду, он отвык от этого. Пусть руна и самая простая, она всё равно даёт свою силу.       — Поверь, это меньшее, что я смог сделать… — зарываясь пятерней в кудрявую макушку, говорит ангел, стараясь отвлечь того, как только можно.       Он знает, что демон не привык показывать своих настоящих чувств и эмоций, потому и остр на язык. Того воспитан так. Если ранят — бей в ответ. И это не только про кулаки.       — Поделиться с тобой ещё энергией?       — Не стоит, думаю, мне хватит этой энергии, — качает головой мальчик. — Ты и так дал мне очень много.       Они берут небольшой перерыв, за который Руа не перестаёт охлаждать свежий ожог на теле. Всё же тело демона не обладает такой огромной выносливостью, и бить все руны сразу может грозить обмороком. Не потому, что Ким слабый или не достаточно хорош. Просто тело его детское, и оно не выдержит такого напряжения сразу. Это просто может быть очень опасно.       Вторая руна переносится ещё тяжелее. Мальчик то и дело просил остановиться, ведь были моменты, когда терпеть было просто невозможно. Казалось, ещё чуть чуть, и рассудок ребёнка помутнится от столь яркой и острой боли. Демон лишь надеется, что им не понадобится больше время для его восстановления после рисунков.       Переведя дыхание, Ким кивает, позволяет продолжить, сразу выгибая спину, буквально слыша, как шипит кожа под алым кристаллом, сгорая от энергии.       Тэхён героически терпит и это. Но последняя руна далась особенно сложно. Тело ослабло от боли, и даже холодок не помогал. Казалось, будто прошло не тридцать минут, а целые тридцать часов.       Чонгук делал всё аккуратно и быстро, но это не означало, что больно будет меньше. Третья руна заставила демона рычаще прохрипеть в шерсть волчице, сжимая диванную подушку в руках, дрожа всем телом.       — Не могу больше, не могу, — буквально воет мальчик, роняя горячие слёзы на шерсть Руа. Уже даже снежинки не могли отвлечь его от боли. — Ааа… Чонгук, заканчивай скорее.       — Я почти закончил. Потерпи ещё немного, Тэхён…       Каждый выкрик младшего резал не хуже ножа. Чонгук представлял, что будет не просто, но чтобы настолько, что Тэхён и дышать нормально не сможет, конечно и представить не мог. Казалось, что от напряжения у него онемело всё тело, а на лице появилась испаринка. Это было похоже на моральную пытку для ангела, а для Тэхёна физическую.       Закончив наконец-то последний элемент, Чон облегчённо выдыхает, вытирая со лба пот, зачёсывая чёлку назад. Он видит, как обессиленно падает мальчик на поставленную подушку, громко шмыгая носом. Поджимая губу, Чонгук наклоняется и тихо шепчет:       — Ты справился. Ты просто невероятно сильный, Тэхён… слышишь?       В ответ звучит тихое и измученное «угу».       Чонгук помогает Тэхёну лечь на живот, чтобы не травмировать лишний раз такую чувствительную сейчас спину. Ангел просит Руа залечить ожоги, на что та моментально соглашается, ложась Тэхёну под бок. Сейчас никто из них пререкаться не хочет. Для каждого по-своему это тяжело. Конечно, пострадал больше всех именно Тэхён, поэтому Чонгук не переставал гладить мягкую кожу и шептать успокаивающе слова.       — Чувствуешь силу рун? Отторжение не происходит? ‐ Чонгук ни на секунду не переставал беспокоиться о чужом состоянии.       — Я сейчас чувствую только боль, зефирка, — шепчет Ким, боясь даже лишний раз пошевелиться, чтобы не потревожить свежие руны. — Но отторжения я не чувствую. Крови ведь нет?       — Нет, — понимающе вздыхает.       Ещё бы, после такого Тэхён чувствовал что-то помимо боли. Хорошо, хоть он не отключился.       Тэхён поднимает взор на ангела, слишком по наглому закидывая руку на волчицу, что замерла у него под боком, даря столь нужный сейчас холодок на горящую от ожогов спину.       Тэхёна почти что можно назвать героем, так ведь? Кто бы рискнул вывести на себе аж три руны среднего класса. Нет, возможно, каждый бы рискнул, но не в детском обличии.       — А я крут, да? — Ким хмыкает, болезненно морщась.       Он может и крут, но отходить точно будет до завтра, если не больше. Тэхён не ожидал, что это будет столь болезненно для него.       — Конечно, ты крут, по-другому не может быть, — Чон зачёсывает влажную чёлку младшего назад, оголяя лоб и увеличившиеся в размере рожки.       Он массирует их основание, чтобы после вновь переместиться к макушке, одаривая незамысловатой лаской. Стараясь отвлечь.       — Да, ты прав, зефирка, я самый крутой демон в раю. — Мальчик прикрывает глаза, ощущая касания к своим волосам и рожкам.       Тэхен вздыхает, позволяя телу полностью расслабиться и отдохнуть. Он уж точно заслужил этот отдых, как никто другой. Возможно, Тэхён немного преувеличивает, но ему сейчас можно побыть драмой квин.       — Ты единственный и неповторимый демон в целом раю. Такого, как ты, больше нет… — с улыбкой говорит Чонгук, смотря как медленно напряжённые плечи Тэхёна расправляются, а его сведённые к переносице брови разглаживаются.       В его словах была чистейшая правда, ведь какой сумасшедший додумается держать демона у себя? Правильно, именно Чонгук. Но его винить нельзя. Не он силком затащил Тэхёна в рай, он лишь помог ему, когда тот нуждался в помощи, а теперь вот собирается спокойно вернуть его домой.       А так ли спокойно? Ангел совершенно не хочет ломать голову себе этим вопросом.       — Похоже, сегодня тебе придётся поспать на животе… справишься?       Конечно он знает, что младший справится, но всё равно спрашивает. Хочет убедиться. Хоть заживление рун и проходит намного быстрее, чем заживление тех же самых ран или ожогов, ангел не перестаёт беспокоиться.       — Справлюсь, конечно. Я не враг себе. Надеюсь, что смогу уснуть, болит пиздец сильно. — Мальчик недовольно фыркает, поглаживая шерсть волчицы.       Это действует как самый лучший антистресс. Шерсть прохладная и мягкая, для горящего в огне тела это лучшее, что может быть.       — А ты оказалась не такой вредной волчицей, — дразнит Ким.       — Не обольщайся, это Чонгук попросил.       — Ага, как же.       Руа закатывает глаза, не желая продолжать спор. Ребёнку нужен отдых. Как бы то не было, они прикипели к этому демону, и одному господу известно, что будет дальше.       Слушая небольшую перепалку «младшеньких», Чонгук тихо хмыкает, сдерживая улыбку. Даже в такой ситуации Тэхён остр на язык. Но в какой-то степени он даже и рад. Если Тэхён дерзит, значит с ним всё в порядке.       — Малыш, будь чуточку более благодарным. Руа старалась для тебя, — Чонгук говорит без упрёка. Просто просит. Даже скорее напоминает, что в раю это не признак слабости, а наоборот, это если не искренность, то простая вежливость, которая будет намного лучше простой тишины.       — Я очень благодарен. Спасибо, Руа. — Ким хмыкает и чешет фамильяра за ухом. — Такое чувство, что я сейчас усну.       Тэхён в лёгкой прохладе чувствует себя спокойно. И боль в спине благодаря холоду не такая яркая.       — Поспи. Сейчас тебе нужен отдых, — тихо говорит Чонгук, после чего встаёт с кровати и, убрав всё лишнее, подходит к окну, чтобы занавесить шторы.       Раньше он этого не делал, так как всегда просыпался с рассветом, но теперь в его спальне поселился Тэхён, что очень уж любит поспать. Удивительно, как за такой короткий срок их жизнь круто изменилась. И Чонгук даже не знает, радоваться ли ему или грустить, ведь совсем скоро его жизнь должна вернуться в привычное русло. Почему-то от этой мысли радостно уж точно не становится.       — Кажется, мне нужно будет чуть больше времени, чтобы восстановиться, — шепчет демон, осторожно делая глубокий вдох, чувствуя, как кожа на спине неприятно натягивается, заставляя того замереть. — Я чёто не рассчитал свои возможности.       — Ничего страшного. В любом случае, мы подождём столько, сколько потребуется. Самое главное, чтобы ты чувствовал себя хорошо, ведь это напрямую зависит от успеха нашей с тобой миссии…       Была бы воля ангела, он бы ни за что не пустил младшего на такое опасное дело. Но… он и сам понимает, что самостоятельно не справится.       У демона нет сил особо сильно язвить, поэтому из-за того, что у них возможно не получится провернуть кражу в ближайшие дни, он немного расстраивается. Конечно, кто знает, может Тэхён оправится к завтрашнему утру, но руны — это серьёзное дело, и иногда им нужно время, чтобы впитать свою силу в тело. К сожалению, это тоже может быть болезненно. Но точно не больнее самого их нанесения.       — Руа, сможешь побыть со мной ночью? — сонно бурчит демон. — Пожалуйста?       Сейчас гордость его не важна, да и в последнее время он не думает об этом. Всё приобрело другие краски, и когда это произошло, не ясно.       На просьбу мальчика Руа конечно же соглашается, хоть в шутку и просит не раздавить её во сне. Хотя, кто кого ещё раздавит, нужно поспорить.       Подойдя к кровати, Чонгук присаживается на корточки, чтобы прижаться лбом ко лбу Руа и несколько раз поцеловать её во влажный нос, от чего та привычно громко фыркает, заставляя ангела улыбнуться. С такой же улыбкой он поворачивается к Тэхёну и, тихо пожелав приятных снов, гладит его несколько раз по волосам, чтобы после выключить свет и покинуть спальню.       Когда ангел закрывает дверь, Тэхён открывает глаза, разглядывая стену. Как же так вышло, что на душе неприятно как-то. Словно он предаёт близкого сердцу человека, сбегая. Но так же здравый смысл даёт понять, что другого пути нет. В раю рано или поздно узнают, что он демон, его рога растут, и чем больше те становятся, тем опаснее для них, ведь тёмная энергия может проявиться в любой момент. Мысли, кажется, способны были съесть мозг демона.              — Ты слишком громко думаешь, — говорит Руа, всё так же охлаждая раны на спине. Кажется, та и не собиралась спать вовсе.       — И о чём же я думаю?       — О том, что невозможно.       Демон хмурится, решая промолчать на ответ фамильяра. Возможно, Руа права, хотя, она права на сто процентов. Те мысли, что посещают демона, точно никогда не воплотятся в реальность. Тэхён вернется в ад, а Чонгук останется в раю и продолжит свой путь в высшие слои небесного общества.       Мальчик совершенно не замечает, как поглощённый своими мыслями проваливается в сон.       И в какой момент всё вышло из-под контроля?