Апперцепция

      Несколько недель пролетает по щелчку пальцев. Тэхён не переставал вынашивать в своей маленькой голове план по возвращению в Ад. Но все его задумки заходили в тупик, и это его раздражало.       Ещё ему пришлось уживаться с волком, ведь Чонгук много учился и домой возвращался к ужину. Благо Бармаглот оказался разговорчивым, и они даже стали перекидываться парой фраз. В противном случае, демон сошёл бы с ума со скуки.       Тэхён стал замечать за собой частую усталость, что не присуще взрослым демонам. Всё же тело его было слишком молодым. Мальчик часто засыпал на пару часов, не сумев сдержать усталость. Также его утомляли громкие звуки и ломота в теле из-за ран.       Так в свои года Тэхён познал весь пакет проблем. Он чувствовал себя стариком, а не ребёнком. Впереди были выходные, и Ким не знал, радоваться ему или нет.       С какой-то стороны это было хорошо. Пусть Чонгук и являлся ангелом, с ним было… приятно проводить время, пусть он и относился к нему, как к ребёнку, но оно и ясно почему. Всё, что Тэхён понял за это время - ему остаётся только копить энергию и ждать помощи ангела. Демон не любил просить помощи, он, как правило, всегда решал свои вопросы сам, но сейчас это невозможно. Эта беспомощность иногда доводила до греха в виде спизженных конфет до обеда.       Вот это он, конечно, плохой парень…       От этого и смеяться, и плакать хотелось.       Утро субботы, Ким встал раньше всех в квартире. Это удивило его, ведь обычно его будил Чонгук, что заставлял покинуть мягкую постель и выпить ненавистные пилюли. Сегодня же всё было по-другому, и это вызвало сильный интерес. Что же могло такого произойти, что его не разбудили?       Тэхён трёт глаза кулачком и, пройдя небольшой коридор, заходит в гостиную. Шторы плотно закрыты, а Чонгук спит на диване, обнимая подушку и тихо посапывая.       Демон удивлённо вскидывает бровь и подходит ближе, смотря на ангела. Тот, кажется, и не собирался просыпаться, а он голоден между прочим.       — Не смей, — голос волка, заставляет Тэхёна подпрыгнуть на месте. — Не видишь, он спит?       — Но я голоден! — капризно фыркает Тэхён.       — А он устал, не будь эгоистом.       Руа поднимается с мягкой лежанки и подходит к ребёнку, мордой отталкивая от своего хозяина.       — Ты что делаешь? — в шоке восклицает Тэхён.       — Если будешь шуметь, откушу тебе язык, — тихо рычит Руа, выталкивая ребёнка из гостиной.       Тэхён замолкает, проверять он это ой как не хочет.       — Посмотри в холодильнике, наверняка там что-то есть, с чем ты справишься.       — Я не достану!       — Ты что, с золотой ложкой в жопе родился? — Волчица садится на кафель, склоняя голову чуть в бок.       — Ты мне хамишь! Как ты смеешь?! — взрывается демон, но всё же подходит к стулу и тащит тот к холодильнику.       — А ты что, беспомощный? Чонгук устал за всё это время. Он ухаживал за тобой, учился, работал. Не будь таким эгоистом, — недовольно говорит волчица.       Тэхён отчего то чувствует вину, но резко убирает эти мысли из головы. Он Верховный демон, за ним и должны ухаживать! Под присмотром волка Ким достаёт из холодильника готовые сэндвичи и детский сок, который ему покупает Чонгук.       — Я не эгоист! — фыркает мальчик, усаживаясь за стол.       — Сейчас я вижу именно эгоизм.       — Я хотел есть!       — Вот и ешь молча.       Тэхён задумывается, ведь он и правда мог и сам себе завтрак сделать. Что, в принципе, он и сделал, пусть это и было энергозатратно для него. Возможно, демону стоило бы почувствовать стыд за то, что он так безразличен к ангелу, что помогает ему. Но Ким не знает, что такое стыд, и чувствовать его просто не умеет. Хотя в глубине души он признаёт, что Руа была ой как права. Чон делает много для него и совмещает это со всем остальным. Понятное дело, тот будет уставать, но и признавать свою неправоту демон не будет.       Открывает глаза ангел ближе к полудню, что совершенно несвойственно ему. Обычно он просыпается с восходом солнца из-за режима, но сегодня он просто не смог встать пораньше. Его тело не слушалось, требуя долгожданный отдых.       Чонгук и не думал, что жить с детьми так сложно. Не то, чтобы Тэхён требовал к себе особого внимания, просто Чонгуку приходилось раньше вставать, чтобы успеть перебинтовать раны, а вечером он засиживался допоздна, уделяя время мальчику, а после садясь за уроки. К тому же, на учебе началась практика, поэтому усталость копилась в нём тяжким грузом. Что и вылилось в неожиданный утренний сон.       Потянувшись на диване, Чон нехотя встаёт и идёт в спальню, чтобы разбудить Тэхёна, но каково было его удивление, когда постель оказалась пустой. Младшего ангел находит на кухне вместе с волчицей.       — Доброе утро… — с лёгким зевком говорит Чонгук, присаживаясь на корточки, чтобы обнять Руа. Он шепчет ей на ушко всякие нежности, на что та лишь бодает его в живот, вызывая у парня улыбку. — Не сердись, милая…       Затем ангел встаёт и подходит к сидящему за столом мальчику, легко трепля его по макушке.       — Точнее будет сказать добрый день. — Ким хмыкает, болтая ногами на высоком стуле, лениво попивая апельсиновый сок.       Теперь тот был всегда в дверце холодильника.       — Ты сам приготовил себе завтрак? Молодец, Тэхён! Извини, что не смог помочь тебе…       — Конечно я молодец! Это ведь я!       Ким горделиво поднимает подбородок кверху, но стоило ему встретиться взглядом с Руа, как он напряжённо сглатывает. Волчица смотрела на него, кажется, своим самым убийственным взглядом.       — Что?       — Ничего, — кидает волчица, фыркая.       Достав свежую говядину для Руа из холодильника, ангел нарезает её на небольшие кусочки и отдаёт своему фамильяру, желая ему приятного аппетита, после чего покидает кухню.       После душа ангел заходит на кухню уже посвежевшим и полностью проснувшимся. Он надевает фартук и принимается готовить себе завтрак, напевая какую-то незамысловатую песню. Хоть он и встал позже обычного, это точно не испортит сегодняшний день.       После позднего завтрака, Чонгук вместе с Тэхёном перебирается в спальню, чтобы ангел смог провести утренний осмотр.       — Мелкие раны уже полностью затянулись, — Чонгук осторожно проводит пальцами по свежим шрамам на мягком животе младшего. — А вот ожоги на твоих руках всё никак не проходят… похоже тебя ранили чем-то, что смертельно опасно для демонов.       Радовало лишь то, что ожоги не гноились и потихоньку покрывались корочками. Конечно те иногда подтекали, поэтому Чонгук продолжал бинтовать руки Тэхёна, перед этим аккуратно их обрабатывая.       — Конечно, меня ведь хотели убить, — констатирует факт Тэхён. — Меня обычный огонь не берёт, а вот голубой огонь…       Тэхён морщится от воспоминаний. Это, кажется, самая адская боль из всех, что он только чувствовал. Зачарованный голубой огонь, сродни чёрной магии, в аду он запрещён да и вообще он под запретом. Про него пишут в книгах, и Ким много читал про это, но никогда и подумать не мог, что почувствует его на себе.       Удивительно, как демон остался жив.       От слов младшего ангел поджимает губы. Чонгуку остается только догадываться, сколько ужаса пережил этот ребёнок. Поэтому в следующее мгновение он несильно обнимает его поперек живота.       — Как ты себя вообще чувствуешь? Лучше становится?       Ким вздрагивает, когда пальцы ангела смыкаются на его животе, начиная нежно поглаживать.       Врать не будет, это чертовски больно.       — Мне лучше, всё нормально. — Вздыхает Ким, хотя все так же продолжает чувствовать усталость и, при резких движениях, боль. Это конечно не сравнится с тем, что было в самом начале.       — Ты такой сильный мальчик, Тэхён… ты смог выжить — а это самое главное. Со временем все твои раны заживут, и всё будет хорошо, — Чон поднимает взгляд, полный сострадания на растерянное лицо демона, что явно не ожидал таких действий от ангела. — Я помогу добраться тебе до дома в целостности и сохранности… я обещаю тебе…       Такая нежность каждый раз вводит Тэхёна в ступор. Вроде и оттолкнуть надо, а вроде и неправильно, Чонгук ведь заботится, несмотря на все его замашки. Ким знает, что бывает до ужаса невыносимой персоной, но ангел всё героически терпит.       Позволяя себе минуту слабость, Чон сильнее стискивает Тэхёна в объятиях, после чего отстраняется, приступая к обработке ран на второй руке.       — Раз твои раны на теле уже почти зажили, то предлагаю сегодня вечером принять ванну. Как тебе предложение? любишь купаться?       — Купаться?! — мальчик слишком довольно восклицает.       Ким желал этого с самого первого дня, но из-за сильных ран нельзя было этого сделать. Чонгук обтирал его влажным полотенцем, боясь тревожить раны. Конечно, купаться для Тэхёна это бассейн с прекрасными девушками и парнями, что удовлетворяют его хотелки под дорогой коньяк, но сейчас его хоть в лужу посади, он будет рад, как свинья.       — Купаться люблю, очень-очень! — демон не смог сдержать детского восторга, чуть ли не прыгая на месте.       — Отлично, тогда вечером примем с тобой ванну… будешь чистеньким и вкусно пахнущим, — Чон игриво касается кончика маленького носика, легонько надавливая. — А завтра я куплю для тебя вещи, и мы сможем выходить с тобой на прогулку. Думаю, свежий воздух благоприятно скажется на твоём самочувствии.       Закончив с ранами, Чонгук просит младшего посидеть на кровати, чтобы мазь впиталась.       — Сейчас давай заодно я возьму твои мерки, — доставая швейный сантиметр, говорит ангел, присаживаясь на корточки.       Пока ангел снимал мерки, Ким тяжко вздыхал. Его, кажется, впервые что-то искренне порадовало. Так его ещё и на улицу выводить будут! Может там и подвернётся какой-то шанс, может он сможет что-то разузнать и может даже снизойдёт и попросит Чонгука сводить его в местную библиотеку. Помимо стандартных мерок Чонгук измеряет также рост младшего, прося того постоять у стены.       — Сто двадцать четыре сантиметра. Ты у нас большой мальчик уже…       Как это сто двадцать четыре сантиметра?       — Я настолько мелкий? — восклицает демон, накрывая маленькой ладошкой рот.       Он был таким высоким, почти под два метра ростом. Нет, конечно, он понимал, что утратил рост, но чтобы настолько.       — Я что, первоклашка? — Тэхён вздыхает с недовольным стоном, смотря на сантиметр в руках ангела. — Сделай одолжение, придуши меня, я не хочу больше мучаться.       Демон куксит нос и садится на кровать, смотря на руки, что были покрыты ожогами. Раны выглядят серьёзно, но на удивление не болят так сильно, как это выглядит.       — Ну чего ты такое говоришь? Никто душить тебя не будет. Для своего возраста ты очень даже большой… — отвечает Чонгук, убирая всё на место.       Иногда он совершенно не понимает этого демона.       Доставая из шкафа чистую футболку, он садится перед младшим, принимаясь забинтовывать его руки до локтя, в конце завязывая небольшой бантик. После чего помогает осторожно надеть свою футболку, которая на мальчике сидела словно большое платье. Но ничего, совсем скоро у него будет собственная одежда по размеру.       Тэхён поправляет на себе большую футболку парня, что всё время скатывается с плеча, и встает с кровати.       — Расскажи мне про фамильяров. В аду про светлых нет информации.       Ладно, если уж он тут, то почему бы не получить знания. Хорошо хоть в школу ходить не нужно, уже радует.       — Твой Бармаглот ведь высший фамильяр, да?       Тэхён убирает кудряшки с глаз, выходя из комнаты. Всё же как бы Ким не отзывался, к волку он почти что привык. Волчица бывает хорошей компанией, пока дома нет Чонгука.       Демон разминает руки, немного морщась от тянущей боли. Но! Радует тот факт, что сегодня у него по его скромным планам принятие ванны. И это сродни самому большому празднику! Слава Сатане, он наконец-то помоется.       Чонгук уже знал о неподдельном интересе Тэхёна к фамильярам, поэтому данный вопрос его ничуть не удивил.       — Светлые фамильяры имеют способности, связанные с природными явлениями, — начинает старший, проходя на кухню, чтобы поставить яблочный пирог на ужин, — да, Руа — высший фамильяр. Высшие фамильяры отличаются от обычных тем, что они сами выбирают тех, с кем хотят заключить контракт, они умеют разговаривать и имеют несколько форм.       Чон поворачивается к Тэхёну и показывает ему медальон.       — Во время заключения контракта каждому вручается артефакт, связывающий их с фамильяром. Если его разбить, то связь с фамильяром может ослабнуть. Но меня это не коснётся, так как я заключил контракт с Руа своей кровью. Из-за этого у нас с ней особая связь… Мы почувствуем на любом расстоянии, если что-то случится друг с другом.       Тэхён с неподдельным интересом слушает про фамильяров. Эта тема его любимая для рассуждения. Ведь есть столько видов фамильяров, что не сосчитать и узнать что-то новое, что ты прежде не знал — очень интересно.       — Очень интересный метод заключения контракта и очень прочный, — соглашается мальчик. Он со своим фамильяром выжгли друг другу магические руны, но из-за отсутствия энергии, магические рисунки пропали с тела демона. — Видимо у вас произошло родство душ, раз высший фамильяр согласился на такой контракт. Его ведь почти невозможно разорвать. Только путь смерти сделает это.       — Да, ты прав. Но я не против, я готов защищать Руа, как и она меня… — с улыбкой говорит Чонгук. — Я слышал, что некоторые меняют своих фамильяров, но я бы так не смог. Руа слишком дорога мне, чтобы отказаться от неё и заключить контракт с кем-то другим.       Возможно ангел из-за такой позиции и упускает возможную силу и преимущество, но он твёрдо решил ещё в тот день, что ни за что не расстанется с Руа.       — Также у светлых фамильяров способности предназначены больше для поддержки и защиты, нежели для нападения. Конечно, бывают ангелы с огненными фамильярами, но это довольно редко. Моя Руа это лунный фамильяр льда и снега, из подвида водных фамильяров. Помимо управления льдом она может обездвиживать противников и немного лечить союзников. Конечно полноценно лечить могут только водные фамильяры, поэтому Руа способна оказать только первую помощь… Кстати именно благодаря ей процесс заживления твоих ран улучшится, и ты не умер от потери крови в первый день, поэтому советую после поблагодарить её.       Чонгук подмигивает Тэхёну, умалчивая о том, как слёзно он упрашивал её помочь раненому демону. Но если бы не она, Чон вряд ли бы смог сам остановить обильное кровотечение.       Тэхён удивлён тому факту, что волчица помогла ему. Возможно именно поэтому он и остался жив, всё же голубой огонь — это вам не шутки. Теперь всё встало на свои места. Демону помог высший фамильяр, поэтому он всё ещё жив. Становится даже как-то стыдно, что он всё это время называл волчицу «Бармаглот».       — В аду тоже есть разные фамильяры. В основном тёмные, и обладают они боевыми способностями, а не исцеляющими. Но так же у нас есть тёмные руны, которые рисуются на теле, добавляя нужную способность демону до тех пор, пока та не сойдёт.       В раю, кажется, тёмные руны незаконны, ведь обладают совершенно другой энергией. К тому же способ нанесения у них разный. В аду же это делается через увечья, в то время как в раю это под запретом.       Чонгук кивает на слова Тэхёна, подмечая, что тот довольно много знает.       — Думаю, ты станешь прекрасным хозяином для своего фамильяра… если, конечно, не будешь с ним вредничать, — ангел тихо смеётся, не упуская возможность пошутить над младшим.       Ну, а что? Демону отпускать не самые лестные слова можно, а ему нельзя безобидно пошутить? Вот и Чонгук думает, что можно.       Тэхён решает умолчать тот факт, что его фамильяр чертовски саркастичен и язвителен. Возможно даже больше, чем сам Ким.       — Ладно, хватит разговоров, пора делать яблочный пирог. Пододвигай ко мне стульчик и давай помогай… ты же любишь сладкое, да? — Чонгук достаёт с верхних полок холодильника всё необходимое для теста.       Демон хмыкает на слова Чонгука, таща стул к столешнице. Всё же убить время как-то нужно.       — Не давай мне тяжёлое задание, мои руки болят и быстро устают, — плаксиво говорит Ким.       — Конечно, малыш. Я не буду давать тебе чего-то сложного, — Чонгук подходит к младшему сзади и помогает тому надеть фартук, оборачивая в несколько оборотов ленту, чтобы не испачкаться.       Тэхён смотрит на упаковку муки и двигает её ближе к себе, заглядывая внутрь.       — Что надо делать?       — Для начала нам нужно сделать тесто, — рассказывает старший, доставая большую миску.       Туда он разбивает яйца и немного ванили, после чего достаёт миксер.       — Сможешь потихонечку всыпать сахар в миску, пока я буду взбивать яйца?       Чон отмеряет мерным стаканчиком нужное количество, а затем передаёт его младшему, включая миксер.       — Не тяжело?       Тэхён постепенно вливается в процесс, следя за тем, как Чонгук взбивает яйца.       — Не тяжело.       Когда стакан пустеет, демон облокачивается локтями о столешницу, ожидая следующих указаний. Дальше идёт мука, которую Тэхён так же неторопливо высыпает в миску. Получилось, конечно, не очень, он весь испачкался, из-за чего немного взбесился, но в целом всё прошло нормально.       — Я грязный, как свинья! — восклицает мальчик, стараясь убрать муку из волос, но та плотно засела там.       Радовало, что сегодня он наконец помоется!       — Ничего страшного, фартук для этого и нужен, чтобы не запачкать одежду. А волосы я сейчас тебе отряхну, ты лучше помой пока руки, — говорит Чонгук, выставляя нужную температуру в духовке.       Пирог должен получиться сногсшибательным, поэтому Чон благодарит Тэхёна за помощь и подходит к нему. Он развязывает фартук на чужой талии и отряхивает муку с его головы. Конечно немного всё же осталось, но он оставляет это до купания.       — А скоро пирог будет готов?       Демон спускается со стула, заглядывая в духовку, куда отправилась шарлотка.       — Думаю, через минут тридцать или сорок будет готово. А пока пойдём с тобой выберем, что посмотреть на вечер.       Наклонившись к младшему, Чонгук подхватывает его на руки, следуя вместе с ним в гостиную, размещаясь на диване. Он заметил, что демон устал, поэтому и решил побыть немного его транспортом. Ким, не ожидая того, что Чонгук поднимет его, тихо вскрикивает, хватаясь за шею парня. Он уже и отвык от такой высоты. Будь он сейчас не ребёнком, точно был бы выше ангела. Это заставляет его довольно вздёрнуть подбородок.       Устроившись на диване, Тэхён собирает почти все маленькие подушки себе, удобно располагаясь на своём мягком троне.       — Вот будь я твоего роста, ты бы точно влюбился в меня, — самодовольно выдаёт демон, стягивая мягкий плед со спинки дивана.       Ким сам не знает, зачем сказал это, но ему это казалось чистейшей правдой, которую ангел должен был непременно знать.       — Не думаю, что смог бы влюбиться в тебя. Ты слишком вредный и непослушный, а ещё острый на язык… Никому не понравится плохое обращение к себе, даже если на внешность ты будешь милашкой, — Чон щёлкает Тэхёна по носу, устраиваясь рядом, — поэтому хватит думать о всяких глупостях и смотри телевизор.       Тэхён фырчит на слова Чонгука. Но всё равно остаётся уверен в своих словах. Чон просто не видел его настоящего. Ким дьявольски красив и сексуален, он это знает.       Ангел в сотый раз поражается мыслям в чужой голове. Он бы мог подумать, что у ребёнка появляется нездоровый интерес к нему, но это он отметает сразу. Тэхён слишком гордый для всего этого. Чон уже успел это понять, поэтому ему остаётся только посочувствовать его родителям. Хотя, признаться честно, тот и правда был не по годам развит, что делало его приятным собеседником, конечно, когда он не гордится и не начинает ругаться.       Через полчаса Чонгук ушёл проверять пирог в духовке, он оказался готов. Перекладывая шарлотку на тарелку, ангел берёт поднос и ставит туда несколько кружек с ароматным чаем и пиалу с медом.       — Пора снимать пробу, Тэхён. Осторожно, ещё горячее…       Гостиную сразу же наполнил приятный запах выпечки. Тэхён прежде никогда не ел домашнюю еду. Готовить не умел, а ему никто не готовил, поэтому сейчас он наслаждается каждыми приемами пищи, что готовил ему Чонгук, ведь это было на удивление вкуснее, чем в самых крутых ресторанах.       Когда ангел приносит пирог, демон, кажется, готов поверить в Бога. Какой же он продажный, подумать только. Видел бы его сейчас его друг, точно бы отвесил хороших пиздюлей.       — Блять, как же вкусно. Готов есть это всю жизнь. — Тэхён отламывает ещё кусочек и вновь отправляет в рот.       Кто бы мог подумать, верховный демон растаял из-за яблочного пирога.       — Хочу, чтобы ты готовил это чаще, — Ким задумывается на несколько, казалось бы, долгих секунд и добавляет. — Пожалуйста.       Кажется, Тэхён услышал, как удивлённо дёрнулась Руа, что лежала у дивана. Ну а что, ради пирога и попросить можно: слишком уж вкусно.       Бурной реакцией младшего Чонгук был приятно удивлён. Он и не думал, что, казалось бы, обычный пирог сможет вызвать столь сильный восторг у демона. Хотя, кто знает, чем он питался в аду. И спрашивать об этом у ангела нет никакого желания.       — Я рад, что тебе понравилось, — с улыбкой отвечает Чонгук, закрывая глаза на все бранные слова с чужих уст, — буду готовить пирог чаще, если обещаешь мне помогать, договорились?       — Я буду помогать! Ради этого пирога я готов на всё! — восклицает Тэхён, поедая самую вкусную еду в своей жизни. Кто бы мог подумать, что такое вообще возможно приготовить без чёрной магии? Демон, кажется, начинает сомневаться в сущности Чонгука, но это не важно, пока он делает такой вкусный пирог.       Мальчик уплёл за обе щёки два куска, и ему это хватило по горло. Будь он «большой версией» себя, он бы съел всё, и ему было бы мало. Возможно, даже хорошо, что его желудок уменьшился, он быстрее наедается такими вкусностями.       Спустя пару часов Чонгук замечает, что мальчик стал клевать носом, поэтому, осторожно касаясь его щеки, он привлекает к себе внимание.       — Тэхён, — тихо зовёт ангел, — пойдём в ванную и будем ложиться спать… Ты устал, малыш… иди ко мне…       Чонгук осторожно подхватывает младшего, чтобы унести в ванную для принятия водных процедур. На этот раз это не ограничится простым умыванием и обтиранием.       Сейчас Тэхёна ждёт полноценная ванна.       Войдя в ванную, Кима ставят на пол, и тот трёт глаза. У демона сегодня прямо праздник. Курам на смех конечно, но он рад.       Он наконец примет ванну!       — Неужели я помоюсь, благо дети не воняют потом, тебя это спасло. — Тэхён снимает с себя футболку и смотрит на руки. — Бинты стоит снять?       Ким кивает на повязки, смотря на то, как ванна наполняется водой. Ему не терпится оказаться в воде и смыть с себя всю грязь.       — Хмм, бинты… — Чон поворачивается на зов Тэхёна, задумчиво оглядывая того с ног до головы.       — Не думаю, что ожоги вообще можно мочить, лучше бы их изолировать от контакта с водой… — после недолгого молчания отвечает старший.       Недолго думая, ангел отходит чуть назад и высвобождает свои крылья, чтобы взять несколько белоснежных перьев. Он подносит их к вытянутым рукам младшего и, прикрыв глаза, нашёптывает какие-то слова, после чего перья в его руках будто утекают вниз, обволакивая бинты собой.       — Это одна из моих способностей, — поясняет Чонгук, — мои крылья при трансформации становятся самым прочным щитом… Конечно, я впервые попробовал трансформировать только перья, но я рад, что это сработало. Так вода не должна попасть внутрь…       Чон оглядывает получившиеся «рукава», довольно кивая.       — Очень интересная у тебя способность…       Демон смотрит, как его руки покрываются белой сверкающей «бронёй», удивлённо рассматривая ту.       — На самом деле не особо… моя способность в основном используется для защиты, поэтому за нападение отвечает Руа, что делает меня довольно уязвимым в одиночной схватке, хотя, если дело дойдёт до рукопашного боя, то тут конечно я справлюсь без проблем, ‐ отвечает Чонгук, пожимая плечами.       — Всё равно это довольно интересно, впервые встречаю подобную способность.       Тэхён пару раз стучит по «броне» и, довольно кивнув, опускает руки. Конечно, демона очень напрягал факт, что он предстал перед ангелом в не лучшем своём виде. Его некогда накачанное тело и мощное кхм «эго», сейчас сдулись. Но он старался не подавать виду.       — Ну, что? Готов наконец-то искупаться? — и не дожидаясь ответа, Чон подхватывает мальчика на руки и осторожно сажает в ванну, где вода окутывает его тело до груди, — не горячо?       — Нет, не горячо, это пиздец как хорошо. — Ким немного скатывается вниз, погружаясь под воду с головой всего на несколько секунд, чтобы намочить волосы.       Некоторые царапины слегка шипят, но это совсем не имеет значение. Так как демон маленький, он с уверенностью может сказать, что это почти что джакузи.       Пока Тэхён наслаждался тёплой водичкой и, можно сказать, откисал, ангел принёс для себя стул, садясь на него около ванны. Оперившись о бортик, он наблюдал за умиротворённым лицом демона, что наконец-то дорвался до купания.       — Давай я помогу тебе помыть голову, — Чон берёт одну из баночек с полки и, выдавив белесую субстанцию, растирает её меж ладоней, чтобы после накрыть ими влажные волосы мальчика.       Он осторожно массирует кожу головы, чувствуя, как тело под ним, кажется, ещё больше расслабляется. Тэхён определённо заслужил эти минуты спокойствия и отдыха.       Ким чувствовал себя словно в СПА салоне. Демон, довольно прикрыв глаза, наслаждался тем, как Чонгук моет его волосы, массируя кожу головы пальцами.       Чёрт, он реально в гребанном СПА.       Пока ангел смывал пену с волос, Тэхён немного взбодрился и, открыв глаза, стал изучать разные бутылочки на полках. На его губах появилась ехидная улыбка, что явно не предвещала ничего хорошего. И это было чистейшей правдой, ведь в следующее мгновение он резко поднимается и, развернувшись, выхватывает душ у удивлённого ангела.       Нет, ну а что они так тухло сидят?       Тэхён не даёт и слова сказать парню, направляя на него душ, заставляя одежду мгновенно намокнуть и прилипнуть к телу. Чонгук не успевает забрать душ, поэтому пакость можно считать успешной.       — Скучно сидели, а так, можно сказать, мокрая вечеринка.       Тэхён делает максимально невинный взгляд и пожимает плечами, водя руками по пене.       Такой подлянки от Тэхёна Чонгук совсем не ожидал. Хоть у него и была хорошая реакция, сработал эффект неожиданности, поэтому, несмотря на то, что перехватывает душ ангел довольно быстро, этого достаточно было, чтобы намочить волосы и одежду.       — Ну Тэхён, что ты творишь? Я же одетый… — он морщится от того, как неприятно ощущается промокшая одежда, что липнет к телу.       Он выключает воду, зачёсывает взмокшие волосы назад и злобным взглядом смотрит на нашкодившего ребёнка, что невинно смотрел на него.       — Агх, и как на тебя злиться? — недовольно бурчит ангел, стягивая промокшую футболку, кидая её в корзину для белья.       Светлая кожа ангела мгновенно покрывается множествами мурашек от лёгкого ветерка, что прошёлся по его спине.       Похоже, вместе с Тэхёном заодно и искупается Чонгук. Может быть ему сразу нужно было залезть вместе с ним в ванну? Дети же всегда купаются со своими родителями? Хотя Чон всё же не уверен в этом, ведь демон уже не маленький ребёнок.       — Вредный чёртик, — бубнит старший, вновь садясь на стул, чтобы продолжить вымывать волосы младшего от пены, на этот раз нарочно попадая ему водой в глаза.       Стоит влажной ткани оказаться в корзине, Ким немного подвисает. Тело у Чонгука красивое, стройное и в меру накаченное. Тэхён кажется реально засматривается на парня.       — Я не вредный, — фырчит мальчик, хотя всё наоборот. Ким чертовски вредный. — Блять, осторожнее! — вскрикивает младший, когда вода попадает ему в глаза. — Какого хрена, ангелы ведь не мстительные!       — Извини, я специально, — говорит старший, довольно улыбаясь. Кажется, с этим демоном он постепенно забудет, что такое спокойная жизнь, ведь уже с первых дней его будни повернулись буквально вверх дном.       Тэхён убирает волосы с лица и фыркает, вновь засматриваясь на аккуратный пресс на молочной коже. Ким же был бы противоположностью. Кожа у него более тёмная, а тело более накаченное, типичный демон с раздутым эго.       — Ты качаешься? Тело, что надо, — присвистывает Ким, не сумев сдержать комментариев в сторону Чонгука.       Такие слова, конечно, звучат странно от ребёнка, но Киму всё равно. В конце концов, он не ребёнок, пусть и выглядит как ребёнок. Конечно, звучит бессмысленно, но смысл в этом есть какой никакой.       — Ты совсем не умеешь говорить комплименты, — Чонгук досадливо качает головой, скрывая своё удивление.       Похоже он никогда не поймёт, что творится в чужой голове.       — Да, я занимаюсь в зале, к тому же много тренируюсь с Руа… Она тот ещё монстр выносливости, нужно соответствовать, — отвечает старший, как само собой разумеющееся, — конечно, мне бы хотелось больше мышечной массы набрать, но, к сожалению, я не могу, иначе в форму влезать не буду. Всё же ангелы это воплощение невесомости, хрупкости, изящества и красоты, поэтому, как только я набираю, меня сажают на диету, — делится ангел некоторыми подробностями с Тэхёном, доставая мочалку и гель для душа.       Несмотря на то, что рай может показаться каким-то сказочным местом, у этого места были свои очень строгие законы, за невыполнение которых жёстко наказывали. К сожалению, будучи помладше, Чон умудрился нарушить парочку. Воспоминания были отнюдь не райскими.       Удивление Тэхёна, можно легко прочитать на его лице. В смысле сажают на диету? Они тут все что, под копирку что ли? Ким хмурится. Даже и не припомнит, чтобы что-то подобное было в аду. Конечно, там существовали правила и законы, но не такие абсурдные.       — Тело красивое у тебя, но ваши правила — хуйня полная, — поражённо говорит демон. — Что ещё за диеты. Вы что, клуб балерин?       Тэхён вновь прикрывает глаза, пока на его волосы наносят бальзам.       — Получается ангелы проходят проверку на стандарт общества? — Тэхён поднимает глаза на Чонгука.       Что за бред вообще. Тэхён который раз благодарен Сатане за то, что он чистокровный демон. Если бы из него сделали ангела, он бы разнёс эту кантору к чертям собачьим. Вот ещё, худеть и не набирать массу из-за стандартов.       — Не нам с тобой судить законы божьи. Если таковы правила, то значит так нужно, — коротко отвечает старший.       — Глупые у вас правила, — бурчит демон себе под нос.       Конечно Чонгук и сам задумывался об устоях рая, и не один раз, но толку думать об этом, если ничего не изменить?       — Конечно, не для всех действуют такие жёсткие ограничения… просто я хочу стать архангелом, поэтому к таким как я относятся более строго, так сказать. Но всё равно ангелы следят за собой, ведь тоже самое чревоугодие — это один из смертных грехов, за нарушение которого следует жестокое наказание.       Чонгук метит высоко, и Ким ещё больше удивляется, как он вообще забрал его к себе. Будущий архангел приютил у себя демонического ребёнка. Плюс ко всему, собирается ему ещё и помочь вернуться домой.       Ангел чертовски сильно рискует. Ведь стоит хоть одной живой душе узнать про это, то его крылья превратятся в мрак, и он падёт. Жестоко, но таковы правила. В аду проще, падать ниже уже некуда, максимум, что может сделать сатана — это отправить на землю, сделать смертным. Но Ким даже представить не может, что нужно натворить, чтобы заслужить такое наказание.       — Бог тот ещё извращенец, — фыркает Ким. — Не удивительно, что в аду так много падших ангелов, ведь это просто жесть. Вас буквально дрессируют.       Негодование демона, что всю свою жизнь жил по другим законам, можно было понять.       Тэхён в шоке.       На словах о падших ангелах Чонгук неконтролируемо поджимает губы. Он надеется, что никогда не падёт так низко. Он мечтает стать первоклассным архангелом, хочет посвятить этому всю свою жизнь, чтобы оберегать смертных. Поэтому он надеется всем сердцем, что о его связи с демоном никто и никогда не узнает. В противном случае, он может распрощаться со своей привычной жизнью… с самим собой.       — Сможешь встать на ноги? Мне нужно помыть тебя, — Чонгук показывает мочалку, что была вся в пене. Он не удерживается и мажет пеной по чужому носу, улыбаясь, — в расчёте, малыш.       — Эй. — Ким рукой убирает пену с носа и берётся за бортики ванны, вставая. В глазах темнеет, и мальчик ойкает, всё так же держась.       Кажется, энергии уже не хватает. Чёрт, не одно, так другое.       Дождавшись, пока младший встанет, Чонгук принимается осторожно натирать кожу мочалкой. В местах ещё не до конца заживших ран мочалку он заменяет своими пальцами, неторопливо водя ими туда-сюда.       — Не больно?       — Скорее не больно, чем больно, — шепчет мальчик, тяжко вздыхая.       Такое чувство, что уснёт он прямо сейчас. Слишком насыщенный день для тела ребёнка. Кима это бесит, но и сделать он ничего с собой не может, полный пиздец.       — Хорошо, потерпи немного, я быстро, — отвечает старший, продолжая натирать ладонями разгоряченную кожу, в местах свежих шрамах действуя с особой осторожностью.       — Мне нужна энергия, — вдруг просит Ким, склоняя голову чуть в бок, лениво моргая. — Пожалуйста?       Тэхён не знает точно, нужно ли тут просить так, но ему и правда нужно. С прошлого раза прошло почти две недели, и кажется тело покидают последние силы. Без энергии можно жить, но это делает тебя полностью смертным.       Тихая просьба, слетевшая с губ демона, заставляет Чонгука поднять голову. Сейчас Тэхён намного бледнее, чем обычно, что поселяет нотки волнения в ангельском сердце.       — Конечно, Тэхён. Я поделюсь с тобой своей энергией, только закончим с купанием, ладно?       — Ладно, — спокойно говорит Ким.       Через добрые десять минут демон был полностью вымыт. Вставая со стула, Чонгук разминает затекшие мышцы, после чего, завернув младшего в большое полотенце, уносит в спальню. Чон садится на кровать, а Тэхёна опускает на свои колени, промакивая вторым полотенцем его волосы, собирая лишнюю воду.       — Почему ты раньше не сказал, что твоя энергия на исходе? — он замечает чужую усталость, поджимая губы, — пожалуйста, не бойся просить что-то у меня… твоё здоровье превыше всего.       Чонгук не знает, почему так сильно беспокоится об этом ребенке, но задумается об этом он как-нибудь потом. А сейчас он прикрывает глаза, высвобождает свои громоздкие крылья и, прижав младшего к своей обнаженной груди, начинает осторожно делиться с ним своей энергией.       — Да как-то времени не было, мы ведь пирог делали, — говорит Ким.       Он не специально, что бы такой нарцисс да о себе не подумал? Просто они вроде как хорошо время вместе проводили.       Тэхён устало кладёт голову на плечо ангела и даже в таком состоянии довольно ухмыляется, разглядывая грудь парня.       — Всё хорошо?       — Да, всё прекрасно.       Ким поднимает руку и кладёт на мягкую кожу, нагло щупая. Будь он взрослым демоном, то получил бы по морде, но в теле ребёнка он невинный цветочек.       — Мягкий такой. — Ким высовывает кончик языка, изучая ангела. Рукой водит по груди и наверх к ключицам.       Тэхён сказал бы что-нибудь пошлое по типу «так бы и искусал твои ключицы», но боится, что Чонгук подумает, что ребёнок озабоченный и вообще у него не всё в порядке с головой. Поэтому Ким лишь водит рукой по чужому телу и жмякает, пока ему ничего не говорят.       Бесстыжий.       — Не устану повторять то, что у тебя очень вкусная энергия.       Кажется, демон совсем обомлел. После вкусного пирога и прекрасной ванны, он ощущает себя и правда в чёртовом раю!       Из-за того, что ранее Чон никогда ни с кем не делился энергией, ощущения были слегка странными, несмотря на то, что это происходит уже во второй раз. С одной стороны он ощущает приятное покалывание от переполняющей силы, но с другой стороны, он чувствует, как эта сила куда-то утекает.       — Я рад, что моя энергия нравится тебе, ведь, в противном случае, ты стал бы обычным смертным, — тихо говорит старший, ласково поглаживая Тэхёна по слегка влажной спине.       Чужие прикосновения Чонгук понимает по своему. Тэхён не похож на того, кто выражает свои чувства словами, поэтому он расценивает это как благодарность и любопытство… Ведь мало того, что демон впервые попал в рай, так ещё и находится к ангелу настолько близко.       — Когда ты вырастешь, то у тебя будет такое же тело, если будешь хорошо тренироваться, — Чонгук почему-то уверен, что, если Тэхён направит свою энергию в нужное русло, то станет сильным демоном. Учитывая тот факт, что после таких ран младший смог выжить, уже говорит о его силе. Плюс ко всему, Ким не устаёт повторять, что он высший демон, что скорее всего означает особую кровь в его жилах.       Возможно Чон помог выжить своему будущему врагу, но он не хочет думать об этом. Ему хочется верить, что, несмотря на свою вредность, Тэхён всё же хороший, если можно так сказать о демоне.       — О, поверь, у меня будет чертовски горячее тело, — довольно тянет демон, вскидывая руки. Он ведь прекрасно знает, какое у него тело, и он долго работал над собой.       — Мне кажется, или твои рожки стали немного больше? — Чон касается пальцами чужого лба и, зачесав влажные волосы назад, рассматривает маленькие рожки, что немного стали больше.       — Выросли? — Ким вскидывает бровь и, подняв руку, касается своих рожек. Он судить не может, ведь как-то и не обращал на это внимание. — Это хорошо.       Данный аспект радует, значит его организм растёт, как и его сила внутри.       — А это снимешь? — Ким кивает вниз и ловит удивлённый взгляд ангела. — Вроде ангел, а какие мысли грязные, ай-яй-яй. — Тэхён хмыкает и поднимает руки с колен. — Я про защиту от воды.       На всякие шуточки младшего Чонгук лишь закатывает глаза. Закончив с передачей энергии, он касается ладонями своеобразной брони на руках Тэхёна, прикрывая глаза, чтобы трансформировать перья обратно. Из-за того, что раньше он этого не делал, освободить руки демона Чон смог только со второй попытки.       — А теперь сушить волосы и спать, — говорит старший, надевая на Тэхёна чистую футболку.

***

      Как и планировалось, следующим утром Чонгук отправился на землю, чтобы приобрести для Тэхёна детские вещи, линзы и товары для домашнего досуга. Тот же в свою очередь сладко спал и не слышал, как ангел уходил. Вчерашний день его слишком утомил.       Позавтракав, Тэхён не знал, чем себя занять. Волчица мирно лежала в своей лежанке в гостиной. Но даже так демон чувствовал, как она боковым зрением следит за ним. Демон закатил бы глаза, но, кажется, уже и привык.       Он, пожалуй, всё же начал понимать это. Ведь, если демона увидят, то Чонгука отправят под суд, а Тэхёна на корм рыбкам, это, конечно, в лучшем случае…       Когда время перевалило за полдень, Тэхён после просмотра все возможно «плохих фильмов» пошёл на кухню. Взглянув на волчицу, он впервые задумался, не голодная ли та. Гордость не позволила спросить, поэтому демон достал маленькую коробочку сока, кое-как открывая трубочку.       — Как скоро он вернётся? — попивая сок, Ким склоняет голову в бок, смотря на Руа, что явно не ожидала вопроса.       — Скоро. Ему нужно закончить дела.       — Как скоро?       — Скоро, — отрезает волчица, прикрыв глаза.       — Скоро, это понятие растяжимое, — закатывает глаза Ким, подходя к балкону. Демон тянется к ручке, желая подышать райским воздухом, но глухой рык заставляет его замереть.       — Нельзя.       — Ты и вправду меня блять сожрёшь когда-нибудь, — возмущается Ким. — А если не сожрешь, то доведёшь до инфаркта.       — Много чести, — закатывает глаза Руа.       — Мнега тести, — передразнивает демон, высасывая остатки сока из упаковки.       Руа лишь фырчит, закатывая глаза. А Тэхён между прочим не знает, чем убить время. Уже, кажется, готов убить себя. Эти суицидальные наклонности демона — отдельный разговор.       — Покатаешь на себе?       Тэхён спустя час уселся на паркет напротив волчицы, рассматривая ту.       — Нет.       — Почему?       — Я не лошадь, — спокойно отвечает Руа.       Волчица и подумать не могла, что сможет устать от ребёнка так сильно.       — А снежинки покажешь?       — Могу тебе язык заморозить.       — Эй, я с самыми добрыми намерениями!       Руа поднимает вопросительный взгляд на мальчика, заставляя того фыркнуть и лечь на пол. Он разглядывает плафоны, думая, чем себя занять, пока не чувствует приятные покалывания на коже. Ким поворачивает головой на волчицу, что начала сиять, а с потолка посыпались сверкающие снежинки.       — Вот без шуток, это пиздец красиво. Просто поразительно, — восклицает мальчик, руками хватая снежинки.       Руа лишь ещё слышно хмыкает на слова демона, продолжая «спать». Всё же Тэхён нашёл, чем убить время до прихода Чонгука.       Снежинки не таяли и красиво усыпали пол вокруг ребёнка, из-за чего Ким начал выводить узоры на тонком слое «тёплого снега». За таким интересным занятием, как ловля снежинок, Тэхён даже не замечает, как Чонгук возвращается домой. Демон и правда словно дите малое ковырялся в снегу, вырисовывая всякие фигуры и делая скульптуры из снега. Руа спокойно наблюдала за мальчиком, благодаря всевышнего, что тот никуда не лезет и сидит спокойно.       — Я дома!       Оказавшись наконец в своей небольшой квартире, Чонгук понял, что устал. Он вернулся намного позже, чем рассчитывал, ведь помимо покупки вещей ему нужно было уладить некоторые дела на земле.       — Ну, наконец-то, а то я уж думал со скуки помру, — говорит подошедший Тэхён, что сразу же заглядывает в пакеты.       — Время мерить обновки! — с улыбкой говорит ангел. — Так, это твоя сменная одежда, надеюсь, тебе подойдёт, — он достает сложенные вещи, передавая их мальчику. — А это линзы. Когда мы будем выходить гулять, то их обязательно нужно будет надевать. Позже я научу тебя ими пользоваться, — Чон ставит футляр и специальную жидкость на стол, — а в этом пакете я купил для тебя то, чем ты сможешь скрасить своё времяпрепровождение.       — Я готов перетерпеть любые муки, лишь бы выйти подышать на улицу. — Ким смотрит на одежду в своих руках, подмечая, что та и правда без ярких принтов и однотонная, что очень порадовало.       Всё же Чонгук его послушал.       После того, как Чонгук передал все вещи Тэхёну, он попросил его отнести их в спальню и ждать его там. Перед тем, как пойти за младшим, Чон подходит к Руа, ласково чмокая её во влажный нос, на что та громко фыркает.       — Спасибо, что всегда приглядываешь за ним…       — Его оказалось очень легко увлечь снегом, — отвечает волчица, прикрывая глаза на нежность.       — Он же ребёнок… Детям многого не надо, к тому же это и правда красиво. Вспомни, как я реагировал на твои способности…       — Это точно. Ты был ещё таким зелёным мальчишкой.       — Ага… Кстати, в этот раз я кое-что вкусненькое взял и для тебя на обед… свежую крольчатину, — говорит парень прежде, чем погладить Руа по голове и пройти в спальню.       Затем начинается долгий процесс переодевания. Поначалу Тэхён пыхтел над пуговицами и молниями сам. В нём бурлило упрямство и нежелание принимать помощь ангела. Но затем он всё же позволил Чонгуку помочь.       Одежды оказалось чертовски много. Тэхён буквально мог зарыться в неё с головой. Чонгук явно не пожалел для него денег, хотя и для них это не имеет ценности.       Примеряя каждый новый образ, мальчишка убегал к большому зеркалу, крутясь вокруг словно юла, рассматривая себя со всех сторон.       — Тебе очень идёт.       — Да неплохо, у тебя хороший вкус. — Тэхён крутится у зеркала, оглядывая одежду. — А я ничего такой, милый пупс, да?       Ким ухмыльнулся, поднимая голову на ангела.       Чон подходит к Тэхёну и надевает на его макушку белую панаму, что скрывала маленькие рожки и только дополняла получившийся наряд.       — Конечно милый, — Чонгук ласково треплет младшего по вьющимся кудряшкам, думая про себя: «милый, когда не открываешь рот». — Извини, ты наверно предпочитаешь более тёмные цвета, к сожалению, в раю так не принято ходить, поэтому придётся походить так… но для дома я взял тебе чёрную футболку и такие же шортики, примеришь и их после?       — Не будь таким стереотипным, я ношу светлое. У меня есть друзья, что носят розовый, весь их гардероб ебучий секс-шоп в розовых тонах. — Тэхён хмыкает, поворачиваясь к зеркалу. — Да, конечно, примерим! Чёрное хорошо тем, что на нём не видно пятен, идеально для домашней одежды, я та ещё свинья.       Мальчик поправляет бежевую футболку, смотря на панамку на голове.       Идеальный ангел, если бы не одно но.       Слова, что вылетали из его уст, были совсем не ангельские.       Об упоминании секс-шопа Чонгук готов, кажется, словить инфаркт, ведь совершенно не это он ожидает от маленького ребёнка.       — Боже, Тэхён… И чему вас только в аду учат?! — в ужасе вскрикивает старший, присаживаясь на корточки перед младшим, заглядывая в его растерянные глаза, — бедный мальчик… такой юный, а уже такое знаешь… не лишай себя детства, малыш…       Кажется, ангелу только догадываться остаётся, что же делают демоны в аду, если даже самые маленькие представители царства тьмы уже знают куда больше о плотских утехах, чем обычный взрослый.       Тэхён иногда и правда забывает то, что он ребёнок, и такие вещи, как секс игрушки и подобные штучки, он знать по идее не должен. Возможно, он бы посмеялся с реакции ангела, но так же он понимает её, перед ним стоит семи или восьмилетний мальчик, что матерится и говорит о секс-шопах так, будто он бывает там на постоянной основе. Конечно, демонов так не воспитывают, у них такие же обычные семьи, но видимо в глазах Чонгука всё иначе теперь.       — Научи надевать линзы! Хочу пойти гулять как можно скорее! — переводит тему Тэхён, решая не изводить хрупкое ангельское сердце ещё больше.       Чонгук, кажется, был настолько в шоке, что с лёгкостью позволил перевести тему разговора.       Может ему и вовсе послышалось?       — Конечно, я научу тебя надевать линзы.       После небольшого инструктажа и всех подготовок, Чон открывает упаковку с линзами и, осторожно поддев специальным пинцетом одну, кладёт себе на палец.       — Смотри, твоя задача осторожно вставить линзу в глазик, вот так… — он подносит линзу к своему глазу, но не надевает, — попробуешь?       — Это новая форма пыток на земле что ли? — мальчик скептически оглядывает линзу.       Он даже не представляет, как должен запихнуть себе это в глаз.       Первые попытки сопровождаются матом и неудачами. Но цель, ради которой он это делает, слишком велика.       Тэхён выйдет на улицу!       — Пиздец, что за ужас! Какой дебил это придумал?! — возмущается Ким, когда первая линза была в глазу. Мальчик часто моргает, стараясь привыкнуть, пока глаз продолжает слезиться.       — Может одной хватит.?       Конечно он знает, что нет, но благо вторую линзу он вставляет легче и не с двадцатой попытки, а с десятой, кажется?       Можно назвать это прогрессом.       «Проплакавшись», Тэхён продолжает моргать, позволяя детским глазам привыкнуть.       — Ну как?       Тэхён надеется, что все его мучения не пройдут зря, и линзы смогут перекрыть его чёрную радужку.       После всех манипуляций Чонгук облегчённо выдыхает. Тэхён наконец-то смог надеть линзы, но это было только пол беды, ведь после их нужно будет как-то снять. Но ангел решил пока не огорчать этим мальчика.       — Очень хорошо смотрится… я думаю, тебе идет голубой цвет глаз… — Чон присаживается на корточки и осторожно вытирает слёзы с чужих щёк, всматриваясь в большие глаза демона, что сейчас были непривычно светлые, — конечно, если смотреть близко-близко, то можно понять, что это линзы… но издалека всё смотрится довольно естественно.       Признаться честно, Тэхён выглядел так завораживающе, что старший даже засмотрелся. Он выглядел одновременно и мило, и статно. Как на земле говорят — по-аристократически. В любом случае, для ангела демоническое дитя уже было чем-то необычным.       — Хочешь сегодня вечером погулять?       — Только вечером пойдём? — вздыхает демон.       — Прости, малыш… мне нужно сделать некоторые дела, но я постараюсь быстрее освободиться и погулять с тобой, договорились?       — Ладно.       Получив подтверждение, Чонгук складывает обновки младшего в шкаф, выделяя ему отдельную полку на нижнем ряду.       Теперь Тэхёну предстоит убить время до вечера. Демон прекрасно знает, как будет сложно, ведь на улицу жутко хочется. Ещё ему интересно, как живут ангелы, какая у них архитектура и тому подобное.       — Купишь мне что-нибудь вредное, мне нужен холестерин. — Тэхён до ужаса хочет сожрать жирный бургер с говядиной. — Надеюсь, у вас не продают только легкие салатики, да?       — Куплю… у нас, конечно, строгие правила, но не настолько. Помимо ангелов в раю живут и души смертных, что попали сюда за свои заслуги при жизни, поэтому для них тут, можно сказать, место блаженства… кто-то продолжает дело, что вёл при жизни… А кто-то просто наслаждается вечным покоем и умиротворением, — рассказывает старший, — но есть, к примеру, комендантский час и так называемый отбой, когда нельзя выходить на улицу… нельзя портить и заходить на чужие владения… также у нас жёсткая система званий. Я, к примеру, не могу ослушаться выше стоящего, архангела или серафима. Признаться честно, я лишь однажды видел архангела у нас в академии… У него были невероятно мощные белоснежные крылья., и их, к слову, было четыре… поговаривают, что у серафимов вообще шесть крыльев… это ангелы, что больше всего приближенных к господу…       Чонгук не скрывает счастливой улыбки, ведь именно на облик самых светлых ангелов он опирается.       — Хотел бы и я сам стать архангелом… тогда бы мои крылья были ещё сильнее… и я смог бы защищать смертных и направлять их на путь истинный.       Он так увлекается, что совершенно не замечает, как от переполняющих чувств его нимб начинает светиться, а длинные перья на ушах подрагивают от переполняющих чувств. И только увидев удивлённый взгляд Тэхёна, он понимает, что к чему.       — Кхем… извини, что-то я заговорился, — Чонгук застенчиво чешет затылок. — Ты не голоден? Пойдём пообедаем?       — Да, обедать — отличное предложение. — Тэхён трёт глаза, убегая из комнаты Чонгука.       Весь этот Рай похож на детский сад. Удивительно, что к ангелам не приходят домой, чтобы проследить, во сколько они ложатся спать и что едят. Полный контроль. Для демона, что жил свободно — это было до чёртиков странно и непонятно.       Тэхён проходит мимо Руа, поглядывая на её символы. Отрицать он не будет, фамильяр у Чона красивый и сильный. Он никогда не встречал подобных в книгах.       — А что на обед?       Тэхён подходит к волчице и пальцем тычет в символы, из-за чего та дёргается от неожиданности. Мальчик и сам вздрагивает, когда Руа переводит на него взгляд.       — Просто потрогал! — истерически защищается Ким.       Волчица закатывает глаза, заставляя символы на шерсти светиться, вызывая поток восторга у демона.       Ну правда ребенок…       — На обед у нас молоденькие демоны, — довольно тянет Руа, наблюдая за тем, как лицо Тэхёна вытягивается, а сам он отдёргивает руку.       — Ну Руа, перестань… Не пугай мне Тэхёна, — Чонгук подходит сзади и подхватывает мальчика на руки, сажая за стол.       Шутки Руа, заставят Тэхёна умирать. Все слова фамильяра тот воспринимает серьёзно, ведь волчица не выглядит так, будто любит шутить. Но, кажется, Киму ещё предстоит узнать её, ведь та богиня сарказма. Так и не скажешь, что ангельское создание.       — Мне кажется, что, когда ты в следующий раз уйдёшь, она откусит мне самое ценное — шепчет Ким, замирая, когда волчица фыркает.       — Руа просто шутит… На обед у нас вчерашнее рагу и яблочный пирог, будешь? — Чон наклоняется к младшему, чтобы завернуть за ушко выбившуюся прядь, после чего подходит к холодильнику.       Тэхён замирает, когда ангел приближается, убирая выбившуюся прядь волос за ухо. Демон было думал, что тот хочет поцеловать его, совсем забывая, что он сейчас ребёнок и об этом ему и мечтать не стоит.       — П… Пирог? Ага буду. — Мальчик прокашливается и убирает кудри с лица. Твою мать… И что этот ангел творит, совсем что ли? Или это Тэхён уже совсем крышей поехал? Скорее второе.       Демон спрыгивает со стола и подходит к ангелу, разглядывая того, пока он кладёт в тарелки обед. Пытается понять, чего этот ангелок заставляет его так нервничать и не понимает.       Ким, подойдя сзади, обнимает того ручками, забираясь под белую футболку и касаясь мягкой кожи. А может, он и знает чего тот его так волноваться заставляет. Чонгук хоть и ангел, но не промах парень.       — Знай, что моя квартира — это самое безопасное место, поэтому бояться тебе нечег… — Чонгук замирает, чувствуя чужие объятия, — Что такое, Тэхён? Хочешь на ручки? — Чонгук поворачивается к младшему и, присев на корточки, заглядывает в его глаза, что были непривычно голубые из-за линз. — Хочешь помочь мне, солнце?       Ангел не знает, чем вызвана перемена в чужом поведении, но и это не было столь важно. Поэтому, не дожидаясь ответа, он подхватывает мальчика на руки так, чтобы одна рука была свободной.       Демон, конечно, не горел желанием помогать, но так как он уже на руках ангела, выбор у него не особо то и большой. Кто знает, хорошо это или плохо.       Тэхён обхватывает руками шею «старшего», чтобы не свалиться, всё же высоко, а он — мелкая глиста. Убьётся ещё, это будет самая тупая смерть в истории демонов.       — Знаешь, как сделать любые овощи самыми вкусными? — помешивая овощное рагу свободной рукой, спрашивает ангел. — Нужно нарезать их как можно меньше и подавать к столу с другими ингредиентами… Например, если немного моркови добавить к котлетам, то от этого они не станут менее вкусными, верно? Более того, вкус моркови и вовсе заметить крайне сложно, если не знать, что она там есть.       Он тянется к тарелкам, чтобы выложить разогретую еду на них.       — Ещё любое блюдо становится намного вкуснее, если приготовить его своими руками и придумать какую-то историю… Предположим, что эти брокколенки могут стать могучими деревьями вокруг поляны из белого риса, где мы посеим с тобой ярко красные цветочки из помидорчиков…       Чонгук продолжает придумывать разнообразные истории, превращая тарелку с обычным рагу и рисом в произведение искусства.       — Аппетитно выглядит, правда? — с улыбкой спрашивает ангел.       Чон всегда умел общаться с детьми, поэтому сейчас старался заинтересовать Тэхёна, придумывая всякие истории на ходу.       — Ты что-то курил? Брокколи — могучие деревья в поляне риса?       Из-за молчания Чонгук было подумал, что младший и правда смог заинтересоваться небольшой историей, но слова, прозвучавшие после, разбили вдребезги всю надежду ангела.       — Кажется, мы и правда слишком разные… — еле слышно пробубнел Чонгук, опуская мальчика на пол.       Тэхён честно старался увидеть, смотря на тарелку, куда ангел выкладывал еду, где он там увидел композицию. Демон точно не был ценителем искусства. Наоборот, ожидание делало и так вредного мальчишку, ещё более несноснее.       — Давай уже есть! — урчание в животе мальчика привлекает внимание даже Руа, что вскидывает уши. — Что? Я голодный!       — Приятного аппетита, — поставив перед младшим тарелку с едой, Чон принимается готовить для Руа обед, нарезая свежую крольчатину.       Чего он ожидал от демона, придумывая нелепые небылицы? Возможно ему просто хотелось вызвать у Тэхёна хоть немного эмоций помимо тех, что тот показывает обычно. Похоже, Чонгуку никогда не понять, что у того в голове.       — Не грусти, Чонгук… этот малец — всего лишь неблагодарный демон… Не смей расстраиваться из-за такого, как он, — на ухо ангелу шепчет волчица так, чтобы Тэхён за столом не услышал.       Она видит куда больше своего хозяина, поэтому её распирает негодование из-за безотказной и безвозмездной доброты по отношению к какому-то демону.       — Спасибо, Руа. Но всё в порядке… — Чонгук ласково проводит ладонью по гладкой шерсти, после чего возвращается за стол.       Тэхён съедает, кажется, всё за рекордное время. Не ясно, чего он так проголодался, но вкусно было очень сильно. Демон откидывается на спинку стула, довольно вздыхая. Смотрит на Чонгука и задумчиво склоняет голову в бок, немного засматриваясь.       — Спасибо… Эм… Было вкусно. — Ким поджимает губы, наблюдая за молчаливым Чонгуком.       Стало как-то непривычно стыдно.       Да, демон чертовски неблагодарный и эгоистичный. Ким знает это прекрасно. Он вырос и воспитал себя сам, и вот что вышло. Понятно, что ангел не привык к такому хамству, и для того это даже обидно, в чем Тэхён уверен и поджимает губы.       — Ты это, прости что ли, — бурчит мальчик, вставая из-за стола и поставив тарелку в раковину, со стыдом сбегает в спальню.       Какой ужас, он верховный демон, наследник, а раскраснелся, как ребёнок!       Похвалу, хоть и довольно неуклюжую, Чонгуку всё равно было приятно получить. Но то, что он услышит извинения от Тэхёна, его действительно поразило.       — Эта малявка, что? Только что извинилась? — удивлённо вскидывает ушами Руа, поворачиваясь к Чонгуку.       — Похоже на то.       — А он не так плох, похоже, у него всё же есть яйца.       — Ну, Руа!       — Что? Хоть он и выглядят как ребёнок, мыслит он точно не как ребёнок. Поэтому пусть отвечает за свои поступки! Ты его совсем разбалуешь! И что, что он маленький? Он всё-таки демон, да ещё и такой нахал!       — Ладно я понял. Можешь не продолжать.       В словах волчицы была доля правды, но Чонгук списывал всё на незрелость Тэхёна. Конечно, он и сам понимает, что позволяет демону слишком многое, но. Он не может вести себя слишком строго с детьми. Хоть он и обозначил правила, которые младший кое-как соблюдает, на большее он, пожалуй, не способен. Слишком мягок.       Не дождавшись Тэхёна, Чонгук через некоторое время заглядывает спальню, чтобы проверить мальчика.       — Тэхён. Ты не будешь пирог?       — Ты дашь мне пирог? Я ведь обидел тебя. — Ким хмурится, искренне не понимая Чонгука.       Из-за бурного потока мыслей он сходил с ума в своём маленьком укрытии под одеялом. Искал себе оправдания, ведь он не должен извиняться, это перед ним должны извиняться.       Он взрослый умом мужчина, но эмоции его берут вверх, он радуется порой глупым вещам и расстраивается из-за мелочей. Мальчик надеется, что до слёз не дойдёт. Он демон! Будущий владыка ада! Рыдать он не будет.       — Плохо поступил, — всхлипывает мальчик и замирает.       Или будет рыдать, как девка?       — Блять, это что ещё.?       Ким кладёт ладони на влажные щёки и хмурится.       — Как унизительно-о-о, — воет мальчик. Кажется, столько эмоций в себе детское тело держать не может.       При виде слёз Тэхёна ангел совершенно теряется. В последнее время Тэхён такой непостоянный, что Чонгук совершенно не знает, как реагировать. Он и так плохо понимал демона, а тут ещё это.       Неужели у него переходный возраст?       — Боже. Малыш. — Ангел мгновенно оказывается у постели, падая на колени, чтобы заключить мальчика в крепкие объятия.       Он прижимает того к своей груди, успокаивающе поглаживая по спине.       — Проявлять какие-либо эмоции не унизительно. Это совершенно нормально, — говорит на ушко младшему, поджимая губы, слыша тихие всхлипы.       Удивительно, ведь Тэхён не плакал даже когда ангел обрабатывал его тяжёлые раны, а тут он расплакался из-за небольшой мелочи.       — Солнце. Я совершенно не обижаюсь на тебя, веришь? — Чон осторожно цепляет острый подбородок младшего, заглядывая тому в глаза. Он стирает пальцами капли слёз с покрасневших щёк, что ещё не утратили очаровательную детскую округлость, — я понимаю, что у нас с тобой совершенно разное воспитание и восприятие этого мира. Поэтому не стоит извиниться. Ведь ты не виноват, что ты демон, а я ангел. Что для вас считается нормой, нас приводит в ужас. Но это совершенно нормально, ведь именно так поддерживается баланс во всем мире.       — Правда не обижаешься? Я могу быть ещё тем уёбком, — бурчит мальчик, удобнее устраиваясь на постели в объятиях парня. Ну чего такой шанс упускать? — Ещё и линзы снимать.       — Признаю, твоя натура далека от ангельской, но пока всё в пределах нормы. Конечно, иногда я тебя совершенно не понимаю, поэтому буду рад, если мы с тобой вот так будем разговаривать, чтобы понять друг друга, — Чонгук зарывается пальцами в кудрявые волосы мальчика, нежно массируя. — Ох, ну, что я говорил по поводу бранных слов? Конечно, было бы здорово, будь ты немного вежливее и послушнее.       Ангел недовольно цокает, но опускает эту тему. Он чувствует маленькую ладошку на своём торсе и лишь хмыкает, похоже Тэхён довольно тактильный ребёнок, хоть по нему и не скажешь.       Тэхён сам от себя не ожидал подобного. Такой поток эмоций накрыл его с головой очень неожиданно. Он и подумать не мог, что он не умеет сдерживать эмоции, хотя это было ожидаемо пусть и странно. Раньше он спокойно держал себя в железных рукавицах. Но видимо, чем дольше он в детском теле, тем хуже он себя контролирует в эмоциональном плане.       Слова ангела, на удивление, успокаивают его. И когда это он стал таким ранимым и плаксивым?       — Не хочешь немного вздремнуть до вечера? — Чон чувствует, как тело в его руках обмякает, поэтому, получив тихое «угу», он продолжает, — отлично, тогда давай снимем линзы и немного вздремнём. Хочешь я полежу с тобой, пока ты не уснешь?       — Да, полежи немного. — Ким довольно ухмыляется в своих мыслях. Ведь это значит, он может вновь потрогать ангела.       На удивление, с линзами они справляются быстро, поэтому через пару минут Тэхён уже лежит в постели. Стоит Чонгуку лечь рядом, Ким сразу закидывает на него ногу и руку, совсем не стесняясь своих действий. Тэхён проваливается в сон почти сразу, с мыслью, что обнимает сексуального ангела и с мыслью о том, что он так и не съел пирог.       Конечно, Чонгук не такой знаток детей, но в его голове зарождается мысль, что сейчас он увидел настоящего Тэхёна. Чуткого, ранимого и уязвимого. Ад — это точно не место для слабых, поэтому, возможно, мальчика сделало таким окружение и обстановка его родины. Но ангел никогда ранее не встречался с демонами, особенно с их детьми, поэтому ему не с чем сравнить. В любом случае, теперь он смог немного лучше понять мальчика.       — Когда ты спишь, то и правда становишься милым пупсиком, — с улыбкой шепчет Чон, убирая с лица Тэхёна волосы, поглаживая мягкую щеку.       После того, как демон заснул, Чонгук осторожно выбрался из-под одеяла, стараясь не потревожить чужой сон. У ангела было как минимум несколько часов, прежде чем Тэхён проснётся, поэтому он поспешил сделать все свои дела.

***

      — Тэхён. Надеюсь, ты понимаешь, что как только мы выйдем на улицу, мне будет очень сложно тебя защитить. Поэтому я прошу тебя никуда не убегать и, по возможности, держаться рядом со мной. Это для твоей же безопасности, — стоя напротив двери, говорит ангел.       Чонгук очень надеется, что прогулка пройдёт без происшествий.       — Конечно я понимаю, — вскидывает бровь мальчик, надевая обувь. — В конце концов, я же не самоубийца. Меня ваш святоша на бутылку посадит, если узнает. Мне такого не надо.       Мальчик хмыкает, поправляя панаму на голове.       Ну, в конце концов, разве он не прав что ли? Его ангелочки размотают на туалетную бумагу и будут подтирать свои ангельские задницы.       Нет, Тэхён точно не дурак.       Наконец-то выйдя из квартиры, в которой мальчик просидел больше двух недель, тот шумно вдыхает свежий вечерний воздух. Ким кладёт ладонь на панаму, оглядываясь и приоткрывая рот от удивления. Конечно, он много раз смотрел в окно, но осознание, кажется, пришло только сейчас. Он в грёбаном Раю. Ким сдерживает себя от ругательств, смотря на проходящих мимо ангелов.       — Давай руку, — говорит Тэхён, хватая Чонгука за руку самостоятельно. Он правил не знает, поэтому лучше будет послушным ребёнком.       Пока они неторопливо идут по полупустым улочкам, мальчик продолжает крутиться вокруг Чонгука, разглядывая всё, что попадётся на глаза. Демон анализирует, рассматривает и не перестает удивляться.       Улицы Рая представляются перед мальчиком широкими и светлыми, залитыми золотистым светом, который льётся сверху из бесконечно глубокого синего неба. Ангелы, проходящие по этим улицам, оставляют после себя едва заметный след из мерцающих пылинок, похожих на бриллиантовую крошку. Они одеты в белоснежные одежды, перехваченные золотыми поясами, и их крылья — белые, серебристые, золотые — сияют, словно тысячи солнц. В Раю нет машин и других средств передвижения, потому что все ангелы перемещаются по воздуху, парят над землёй, подобно лёгким облакам. Их голоса звучат, как музыка, и, когда они говорят друг с другом, кажется, будто вокруг играет божественный оркестр.       — Тут очень красиво, — признаётся демон.       Такое ощущение, что на весь Рай наложили фильтр, всё идеально. Начиная от плитки под ногами, которая лежит одна к одной, чередуя светлые цвета, заканчивая цветами и травой. Деревья будто из детских сказок, с ровными изгибами и красивыми листьями, на которых красивые паутинки.       Даже воздух здесь пропитан гармонией и спокойствием. Птицы поют так слаженно, словно это один большой хор, а не множество разных созданий. Их трели сливаются с шелестом листвы и плеском воды в ручье, создавая неповторимую мелодию природы. Кажется, что каждый звук, каждый цвет, каждое движение здесь имеет своё особое значение и место. Всё настолько совершенно, что трудно представить, что когда-то было иначе.       — Я рад, что тебе нравится у нас, — тихо отвечает старший, сворачивая с главной дороги.       Он показывает Тэхёну парк, который расположен недалеко от дома и маленькую речку, где можно увидеть плавающих разноцветных рыбок. Их чешуя блестит на солнце. В самом центре парка находится мост, пройдя по которому можно оказаться в месте, где живут души людей, попавших в Рай после смерти.       По всему Раю таких поселений было не много, ведь с каждым годом количество перенаправленных в Рай душ становится всё меньше. Но от этого такие места приобретают свой собственный шарм. Аккуратные домики, из дымоходов которых шёл дым. Чисто, аккуратно и очень уютно. Иными словами, идеальное место для отдыха после тяжёлой жизни.       На предложение отправиться туда Тэхён охотно соглашается. И не зря. Ведь стоит им перебраться на другую сторону, как их встречает приятная музыка. Уличные музыканты не редкость, ведь многие после своей смерти продолжают заниматься любимым делом.       — Мне ничего не видно, — канючит младший, дергая Чонгука за руку.       Не долго думая, ангел подхватывает мальчика на руки и сажает на свои плечи, прося держаться крепче.       — Чёрт, — шепчет Ким, хватаясь ладонями за щёки ангела, боясь свалиться на землю. А лететь тут высоковато.       Подняв голову, тот видит людей, что играют на инструментах. Музыка такая яркая и энергичная, что Тэхён неосознанно засматривается.       — Ну как? Так лучше, малыш? — с улыбкой спрашивает Чонгук, придерживая мальчика за ножки, вместе с ним смотря небольшой концерт, что устроили несколько мужчин.       Один музыкант играл на саксофоне, а другой мастерски дополнял его игру контрабасом. Выглядело это очень эффектно. Звуки саксофона и контрабаса сливались в единую мелодию, наполняя сердца слушателей теплом и радостью. Кто-то не смог удержаться и пустился в пляс под эти чарующие звуки, а кто-то начал петь, наслаждаясь моментом.       Чонгук любил приходить сюда и наблюдать за жизнью людей, что обрели покой и теперь наслаждались им, поэтому, не сдерживая счастливой улыбки, он стал тихо напевать какую-то мелодию, стараясь повторить за музыкантами.       — Да так лучше. — Ким, засмотревшись, перебирает тёмные волосы Чонгука пальцами.       Концерт, к сожалению, заканчивается быстро, видимо, они пришли под конец. Немного досадно, ведь демон не успел насладиться полностью.       Продолжая неторопливо прогуливаться по парку, Тэхён уже шёл пешком, всё так же держа Чонгука за руку.       — А мы купим бургеры? — вспоминает мальчик, поднимая детские глаза на Чонгука, заинтересованно оглядываясь в поисках нужных названий заведений.       Тэхёну срочно нужен заряд холестерина, аж скулы сводит как хочется.       — Признаться честно, я ни разу не видел, чтобы в раю готовили бургеры.       Старший потерянно чешет затылок, ведь совершенно позабыл об этой просьбе Тэхёна. Пусть он и частенько бывал во всяких заведениях, что построили души умерших, он никогда не встречал нечто подобное. Возможнр из-за того, что чревоугодие считается одним из великих грехов, поэтому вся пища в Раю довольно простая.       — Я знаю отличную пекарню неподалеку. Возможно, ты сможешь что-нибудь выбрать себе там, — говорит Чонгук спустя несколько секунд молчания, ведя Тэхёна дальше по улице.       Излюбленное место ангела встречает гостей аппетитным запахом выпечки. Несмотря на то, что время близилось к закрытию, даже в такое время можно было отведать свежей и горячей сдобы.       Тэхён конечно догадывался, что Рай — это слишком чистое место, но чтобы на столько?       — Но пекарня это не то, — хнычет демон, идя за Чонгуком.       Конечно, он понимает, что от ангела это вообще не зависит. Не он же тут законы пишет и грехи придумывает.       — Добрый вечер, госпожа Чхве, — ангел низко кланяется старушке, что, завидев посетителей, сразу же направилась к ним.       — Гуки, это ты. Как я рада тебя видеть, — пожилая женщина махает рукой на чужое приветствие, мол, не нужно поклонов. — О, ты сегодня не один? Это твой сынишка? Какой хорошенький.       Та наклоняется к мальчику, разглядывая чудное дитя.       — Госпожа. Я же вам говорил, что мне не положено иметь детей. Это Тэхён. Он мой… племянник. Да, точно. Племянник. — Чонгук опускает взгляд.       Какой кошмар, он, кажется, только что соврал. Узнал бы кто, то точно схлопотал бы лозы.       — Тэхён. Поздоровайся с госпожой Чхве. — Он наклоняется к нему и вновь подхватывает на руки, подходя к стеклянной витрине.       Разнообразию выпечки можно было только позавидовать. Но к сожалению того, что хотел демон, тут не было.       — Малыш. Тебе что-нибудь понравилось? — осторожно шепчет на ухо. — Прости. Кажется, мы с тобой не найдём бургеров. Но есть вкусные пышные бисквиты, хочешь?       В небольшой пекарне не было ничего, кроме кексов и бисквитов. Тэхён через не хочу поздоровался с женщиной за прилавком, дабы не вызвать подозрений, и лишь тяжко вздыхал.       — Что у вас совсем ничего нет?       Демон расстроился и не скрывал это. А что? Он хотел объесться вредных бургеров, а ему предлагают бисквиты. Это не то.       — А в других магазинах нету? — мальчик поднимает взгляд на ангела. Не теряет надежды хоть на что-то.       Мясо же у них есть, значит и бургеры должны быть тоже. Это же не нелегально? Обычная жирная еда, ничего большего тут нету.       Демон чешет нос и хмурится. Он сладкое не хочет. Но и выпендриваться не может он ведь «ангелок». Да, демон успел искренне расстроиться, смотря на пышные булочки, что продавались в пекарне. Походу, у их главного совсем мозг вскипел, раз он думает, что котлета с хлебом это грех. Тэхён даже нервно хмыкнул, ожидая решения своего «опекуна».       Конечно же, Чонгук знал, что такая альтернатива не придётся по вкусу Тэхёну, поэтому он на добрых несколько минут погружается в глубокие раздумья. Навряд ли в других заведениях они смогут найти нечто похожее на бургеры, ведь Рай слишком чистое и светлое место.       Это даже смешно звучало: в раю, да и бургеры.       — О, у меня появилась идея, — Чонгук с улыбкой устремляет свой взгляд на печальное лицо мальчика, вновь наклоняясь к его уху, — а что, если мы сделаем бургеры дома сами? Я, конечно, не повар, но соус и жареную котлету вполне могу сделать. Что скажешь?       Слова Чонгука заставляют Кима удивлённо распахнуть глаза.       — Ты реально для меня сделаешь бургер? — неверующе спрашивает Тэхён, поворачиваясь к ангелу, что уверенно кивает. Ким довольно ухмыляется, подпрыгивая на месте. Он всё же примет дозу холестерина сегодня!       Тэхён демон… Но сейчас в нём настоящее ангельское счастье.       — Это Пиз… — Тэхён осекается, краем глаз смотрит на бабку за прилавком. — Это превосходно, я имел ввиду.       Ким нервно улыбается.       Они останавливаются на этом. Пока ангел покупает булочки, Ким нетерпеливо прыгает на месте.       — Хорошо хоть у вас мясо есть, я уже задумываться начал. Вдруг вам его по праздникам выдают порционно. — Тэхён следует за парнем в сторону магазина, продолжая разглядывать улицу. — Кстати, а почему тебе детей нельзя?       Эти слова от чего-то засели в голове демона.       Чонгук был рад, что такая альтернатива понравилась младшему, поэтому после пекарни они отправляются в местный магазинчик, чтобы приобрести недостающие продукты.       Вопрос Тэхёна о детях заставил старшего удивлённо поднять бровь.       — Понимаешь. Просто если ангел становится архангелом, то он должен посвятить всю жизнь этому делу и покорно служить Господу Богу. Ему запрещается заводить семью. у него не может быть ни возлюбленного, ни детей. И пусть я ещё не стал архангелом, на меня всё равно распространяются эти правила, так как это тоже часть моего обучения. В противном случае, меня ждёт наказание и исключение.       Возможно это и значило, что Чонгук будет один всю свою жизнь, но он знал, на что шёл. У него будут другие собратья ангелы, Руа, его фамильяр, и будут люди, которых он должен защищать и направлять. Этого будет вполне достаточно. Большего ему и не надо.       Хотя, пожив две недели с ребёнком под одной крышей, он чуточку загрустил, что не сможет ощутить радость от отцовства, но быстро обогнал эту мысль. Нет смысла думать о том, что никогда не случится.       Такие правила поражали демона всё больше и больше. Разве это Рай? Ты не можешь любить и быть счастливым, посвящая себя делу. Демону никогда этого не понять, и он даже не знает, плохо это или хорошо. Стало даже грустно. Тэхён, конечно, демон, но даже для него это слишком жестоко.       — Неужели оно стоит того? — Ким искренне не понимает и хочет знать мнение ангела.       Чонгук не знает, стоит оно того или нет, потому что никогда не задумывается об этом. Он всегда знал, что это его долг. Но в последнее время ангел стал вести себя не как обычно. Возможно ли это влияние демона? Кто знает. Когда Тэхён вернётся домой, то Чон обязательно посетит ретрит, чтобы очиститься.       — Это мой долг, как будущего архангела. Не мне судить законы божьи, поэтому я просто следую правилам.       После пекарни госпожи Чхве Чонгук вместе с Тэхёном заходят в магазин, чтобы купить все нужные ингредиенты для бургера.       — Какой ты хочешь бургер, Тэхён? — проходя мимо полок со свежими овощами, спрашивает Чон.       — Я хочу бургер с говядиной, помидором, огурцом, сыром, салатом и, конечно же, соусом. — Мальчик перечисляет, неторопливо топая за Чонгуком, что вёз впереди себя тележку.       Пока ангел брал нужные овощи, Ким разглядывал упаковки разных продуктов. Те были не особо яркими, видимо чтобы не привлекать внимание к вредной пище. Но все его опасения не оправдались. Магазины в Раю более менее сносные.       — Покатаешь меня в тележке?       Мальчик останавливается рядом с ангелом, рассматривая слишком идеальные помидоры на прилавке. Удивлённый взгляд Чонгука заставил его хмыкнуть.       — Что? Руа меня не катает, хоть ты покатай, дай ощутить детство в полной мере, — возмущается демон. — Ну пожалуйста! Или это тоже против правил?       — Не то, чтобы это было запрещено. Просто я думал, что тебе не нравится нечто подобное, — Чонгук помогает младшему сесть в тележку на специальную подставку. Конечно Тэхён, можно сказать, уже вырос из этого, но из-за своей худобы смог поместиться, — только пожалуйста, не кричи. Лишнее внимание нам не к чему, ладно?       — Ла-а-адно, поехали уже!       Ангел опасливо оглядывается и, удостоверившись, что всё в порядке, немного быстрее начинает вести тележку, поглядывая на мальчика, что выглядел довольным.       Таким Чонгуку он нравился больше всего.

***

      — Как тебе наша прогулка? — по возвращению домой спрашивает старший.       Впечатлений у взрослого, казалось бы, демона на всю жизнь теперь. Тэхён катался в тележке! В тележке, мать твою. Его воспитывали как наследника, и подобное ему было просто непозволительно. Чтобы верховный демон катался в тележке? Да отец бы сам его выкинул на землю к смертным. Его сын должен быть сильным и вселяющим страх. Конечно, Ким таким и вырос, но вот хотелки из детства остались, которые сейчас он воплощает. Также появились и новые, но благо он может справится и сам.       — У вас красиво и светло, — делится мыслями Тэхён. — У нас преобладает тёмное время суток, солнце бывает в аду всего несколько часов. Так что было непривычно. Так же мне понравились музыканты. — Мальчик топает по коридору с ангелом. — Ещё круто было в магазине, тележка — это просто снос бошки!       — Я рад, что тебе всё понравилось, маленький проказник. А сейчас беги мой ручки и приходи на кухню. Будем делать для тебя самый вкусный бургер, — тыкая пальцем в маленький носик, говорит чонгук, прежде чем отправиться на кухню.       Тэхён морщит нос и кивает, убегая в ванну. За этот день у него было столько эмоций, сколько не было за всю жизнь. Это поражало, ведь эти эмоции он получает благодаря Чонгуку.       — Я тут.       Ким берёт стул и двигает тот к столешнице, где ангел разложил продукты. Забравшись на стул, мальчик упирается локтями и смотрит на Чонгука в ожидании. На глаза сразу же бросаются длинные перья на ушах ангела, что слегка дрогнули от чужого громкого чиха.       — Кстати, а почему только у тебя такие необычные уши? Ты что, птица, скоро яйца начнёшь нести?       На улице по пути им встречались много других ангелов, но ни одного из них Тэхён не заметил перьевых ушей.       — Это особенность моей семьи, — слегка застенчиво отвечает Чон, потирая за ухом, где были пушковые, еле заметные пёрышки, — такая наследственность досталась мне от матери. Она рассказывала, что данная особенность передавалась у них в роду из поколения в поколение. Все ангелы в нашем роду стали высшими ангелами или архангелами, поэтому перьевые уши — это знак особой связи с небесами или, как поговаривают символ чистоты и света. Уши у нас занимают огромное значение, в какой-то степени они даже отражают нашу духовную силу и степень чистоты.       — Это что получается, ты интинный ангелок с самого рождения?       — Что за вопросы, Тэхён? Конечно я чистокровный ангел, который воспитывался в благородной семье.       — А как же запрет на брак и детей?       — Когда ангел достигает определённого уровня мастерства, то он может отправиться к Господу Богу и попросить его благословения вместе с избранником, чтобы у них появился ребенок.       — То есть, вы что, не занимаетесь сек…       Тэхён не договаривает, вовремя вспоминая о том, что ему якобы десять, и подобные вещи, как откуда берутся дети, он знать не должен, поэтому он громко прокашливается, чтобы после спросить:       — Давай я овощи нарежу?       — Для начала давай-ка снимем линзы. Твои глаза наверняка устали, — Чонгук ласково поглаживает мальчика по макушке, прежде чем посадить того на островной столик, дабы сравнять рост.       Когда с линзами было покончено, как и ожидалось, глаза демона были немного красными от непривычки, поэтому старший помог закапать их специальными каплями.       — Думаю, несколько дней лучше не надевать линзы. Твоим прекрасным глазкам нужно привыкнуть, — вытирая тоненькую дорожку слёз с чужой щеки, говорит чонгук, не сдерживая лёгкой улыбки, смотря в тёмные демонические глаза.       — Это точно какое-то орудие пыток… — мальчик трёт глаза, после чего спрыгивает со столешницы на стул, принимаясь за овощи.       Пока Ким нарезал овощи, Чонгук жарил говяжьи котлеты.       — Нужно больше масла! — не унимался Тэхён.       — Ну куда больше, Тэхён? Это же очень жирно.       — Так и надо! Я не собираюсь есть сухую булку с жёсткой котлетой! Она должна быть сочной, жирной и хорошо прожаренной!       Кто бы мог подумать, что Тэхён будет стоять на кухне в Раю вместе с ангелом, показывая тому, как правильно обжарить котлету для бургера. Это даже звучит странно, что-то на гране фантастики.       Ангелу оставалось только согласиться. Он внимательно слушал все наставления младшего: по его просьбе поджарил булочки госпожи Чхве с разрезанной стороны, приготовил насыщенный соус и расплавил большое количество сыра.       Из всех ингредиентов у них получилось четыре больших бургера.       — Я, если честно, никогда не пробовал нечто подобное, хоть много раз и видел, как люди на земле это ели, — садясь за стол, говорит ангел, скептически оглядывая получившиеся блюда.       Но на вид и запах это было, конечно, очень аппетитно.       — Попробуешь?       — Конечно попробую! — Тэхён удобнее устраивается на стуле, смотря на большие бургеры. Раньше он бы съел всё, но сейчас он наестся и одним.       Демон делает первый укус и закатывает глаза от удовольствия.       Это чертовски вкусно.       — Бля, ты точно не повар? — Тэхён довольно жует сочную котлету с овощами. Для демона это именно то блюдо, которое он готов есть вечно. Пускай он растолстеет, но будет счастлив. — Попробуй! У тебя шикарно получилось. Это даже вкуснее, чем в закусочной.       Ким не перестаёт нахваливать парня, уплетая вредную еду. Мальчик запивает еду соком, продолжая кушать. Сейчас он и вправду верит, что он в раю. Как легко его можно подкупить. Так, в принципе, было всегда, либо хороший секс, либо вкусная еда… Продажный демон. Но кто его осудит? Правильно, никто!       После удовлетворенных слов Тэхёна, Чонгук облегчённо выдыхает. Признаться честно, он скептически относился к бургерам и не представлял, как жирная котлета и неприлично много сыра может быть вкусным. Но, последовав младшему, он всё же пробует «запретный плод».       — Ого. Оно такое солёное и маслянистое. — Как только он откусил кусочек, его глаза удивлённо распахнулись. По его рецепторам ударил огромный шквал разнообразных вкусов, что он даже поначалу не разобрал.       Но, несмотря на это, обилие это было крайне вкусно. Чонгук, кажется, за рекордное время съедает весь бургер и, несмотря на это, в нём было незнакомое чувство ненасытности. Хотелось вновь ощутить этот спектр разнообразных насыщенных вкусов, поэтому он глупо пялился на тарелку с оставшимися бургерами.       — Эм. Это нормально, что я вроде как наелся, но в тоже время я хочу ещё? — Чонгук переводит растерянный взгляд на Тэхёна.       Да, сейчас ангел выглядел слегка по-детски.       Тот факт, что Тэхён буквально делится с ангелом запретным в Раю фастфудом, заставляет мальчика довольно ухмыльнуться. Конечно, он не наркотики же ему подсовывает, но его всё ещё продолжает удивлять факт, что в Раю нет бургеров и картошки фри.       А как же острые крылышки?       Чонгук обязан это попробовать!       Вопрос ангела заставляет Тэхёна замереть. Странный вопрос, очень странный. Но видимо Чон впервые испытывает подобное.       — Нормально. Тебе просто понравилась новая еда, — как маленькому ребёнку объясняет Тэхён.       Кажется, демон склоняет Чонгука не к самым правильным вещам. В раю переедание считается грехом. Но разве можно отказываться от вкусной еды? Как можно сделать из этого грех?       Кажется, Чонгук впервые поддался своим желаниям, поэтому незаметно из тарелки пропал ещё один бургер. Ангел, что раньше не знал такого удовольствия от еды, не мог сдержаться. Ему хотелось ещё и ещё, но, к сожалению, больше двух бургеров он съесть не смог…       — Кажется, я объелся, — говорит старший, чувствуя непривычную тяжесть.       Они в Раю питались правильной едой. Нельзя сказать, что та не была вкусной. Просто, если сравнивать с этим… Чонгуку хотелось пересмотреть понятия вкуса.       — Да, я тоже объелся. — Ким похлопывает себя по надувшемуся животу, довольно кивая.       Он получил мощную дозу калорий, он доволен.       — Тебе точно надо будет попробовать острые крылышки в медовом соусе! Уверен, они также тебе понравятся!       — Тогда… давай я приготовлю в следующий раз острые крылышки.       Где-то на задворках сознания Чонгук понимал, что поступал неправильно. Чревоугодие, оно же обжорство, считалось грехом, но. Ничего же страшного не случится, если Чонгук немного попробует, верно? Хоть ему и хочется вновь ощутить этот вкус наслаждения, он сдерживается. В противном случае, он точно лопнет.       — Спасибо, что рассказал мне о бургерах. Они и правда очень вкусные, — в благодарность Чон нежно проводит пальцами по чужим волосам. — Съешь тогда этот бургер на завтрак завтра?       Конечно, такая жирная пища была не особо полезной, особенно с утра. Но она была очень вкусной.       — Я же говорил, что это вкусно! — самодовольно хмыкает демон. — А теперь собирать пазлы! После бургеров я не готов к активным действиям!

***

      Чонгук много учится. Это Тэхён понимает через некоторое время своих наблюдений. Ангел буквально пашет в своём университете, а после работает в благотворительности, помогая душам людей.       Тэхён порой даже не подходит к парню, что заваливается на диван, проваливаясь в сон мгновенно. Руа научила его этого не делать, или же в нём проснулась совесть? Тэхён пока не размышлял над этим.       Также в выходные они много гуляли. Это была отдушина для демона. Всё же сидеть круглые сутки в квартире он не мог, кажется, ещё чуть чуть, и он бы на стены начал лезть, как настоящий чёрт.       Руа оказалась неплохим собеседником. Точнее говоря, слушателем. Волчица мало отвечала да и слушала, кажется, мало, усыпая Кима снегом, лишь бы тот позволил ей и дальше медитировать в своей лежанке. Тэхён же хотел просто компании, он уже и не спрашивал у фамильяра чего компрометирующего. В голове всё крутились мысли, как вернуться домой. Чонгук делился своей энергией уже несколько раз, но у демона не получалось её накопить, чтобы создать хотя бы тонкую ниточку со своим фамильяром, подать знак. Но также он понимал, что это опасно, ведь подобную тёмную энергию в столь чистом месте, легко ощутить. Чонгука подставлять он не желал, насколько бы тёмной не была его душа. Да и не получалось у него собрать энергию, та истощалась в нём слишком быстро. Тело демона требовало более густой энергии. Это как пить вино вместо привычного коньяка.       Солнце светило как всегда высоко. Чонгук сегодня задерживался. Тэхён не ныл, он лишь хмуро смотрел на часы, собирая очередной пазл, посматривая дурацкую передачу, к которой немного привык. Бубнёж девушки ангела успокаивал.       То, что удивило Кима в этот день это Руа. Волчица резко поднимается с лежанки, навострив уши, заставляя демона вздрогнуть всем телом от неожиданности.       — Блять, Бармаглот, не пугай так! — восклицает мальчик, собирая кусочки пазла с пола.       Волчица, словно и не слыша того, нервно вышагивает массивными лапами по паркету. Это настораживает Тэхёна, который прекрасно знает про связь.       — Что-то с Чонгуком?       — Не знаю, — фырчит нервно волчица, шумно втягивая воздух в квартире, словно стараясь что-то почувствовать.       Ким откладывает пазл, вставая с дивана. Сам хмурится не меньше Руа, подходя к той.       — Ты же что-то почувствовала, — утверждает Тэхён. Ибо зачем фамильяру так нервничать, что аж снег пошёл.       Демон кладёт ладонь на шерсть волчицы, что рычит, предупреждая. Ким знает, почему та злится, ведь она не может уйти из-за обещания следить за мальчиком.       — Успокойся, я уверен, что всё нормально, — спокойно говорит демон, удивляя Волка своей не по возрасту взрослой твёрдостью.       Тэхён и сам переживать начинает, ведь из-за небольшой царапины волчица бы не стала переживать.       Хотя, кто знает эти их причуды.