Светлый лик, тёмная душа

      Гарри выбежал из библиотеки, чувствуя себя разочарованным и одиноким. Укол обиды ткнул под рёбра, словно спица, пока внутри что-то решалось и падало камнем вниз. Неужели друзья и вправду были столь скептичны?       Коридор впереди тянулся безжизненной лентой. Воздух потяжелел от запаха плесени и пыли, а единственным звуком было тихое эхо шагов. Парень не мог не думать о всей ситуации. В голове предательски появился образ Дамблдора, с которым, увы, нельзя как-то связаться. Бывший пастор всегда был спокойным и добрым, в любую секунду помогая незрелым юным умам мудрым советом. Старческий голос, как успокоительное, приносил покой душе, защищая от невзгод. После его ухода Хогвартс будто бы потерял свою яркую звезду надежды, погружаясь в тяжкую рутину. Поттеру его не хватало.       Юноша остановился у окна, не замечая, как уже наступает вечер. Трудный день подходит к концу, пока облака окрашиваются в удивительно яркие цвета. Розовый, персиковый, рубиново-алый и фиолетово-синий — все смешалось в одну уникальную палитру. На мгновение в сердце проснулось чувство умиротворения, но и оно вскоре спало на нет, как только солнце окончательно спряталось за горизонтом.       Мысли вновь вернулись к таинственному дневнику. Гарри глубоко вздохнул в попытке успокоиться. Ему нужно думать здраво и сосредоточиться на поиске ответов.       С уходом последних лучей температура в помещении резко упала, от чего по телу пробежался рой мурашек. Но не только смена температуры вызвала такую реакцию. Гарри внезапно почувствовал чей-то пристальный, щекочущий затылок взгляд сзади. Рефлекторно он развернулся, ожидая увидеть постороннего, однако вокруг не было ни единой души, что было очень странно. Нахмурившись, юноша незамедлительно пошёл дальше, говоря себе, что это всего лишь воображение. Шаг за шагом ощущение слежки все никак не покидало, наоборот, усиливаясь с каждой секундой. Колокольчик паники прозвенел внутри, заставляя его ускориться. Сердце бешено колотилось от волнения и небольшого страха, чуть ли не выпрыгивая из грудной клетки. Кто или что могло за ним следить?       Слабое дуновение ветерка у уха напомнило о чьём-то дыхании, а неожиданная тяжесть на плече — о нежном прикосновении руки. Поттер остановился как вкопанный. Во рту пересохло, в голове панически крутились страшные картины. Стиснув зубы и сжав кулаки, парень вновь развернулся, смотря прямо на них.       Прямо на него уставились два красных, светящихся в темноте, будто непотушенные угольки костра глаза. Непреклонный взгляд прожигал дыру, желая пробраться под кожу и вывернуть все грязные тайны наружу. Сердце пропустило удар, когда Поттер сделал шаг назад. Казалось, они приближались, но он знал, что это была иллюзия. Попытки что-то сказать не увенчались успехом. Слова застряли комком в горле, не желая выходить изо рта.       — Ч-что ты? — всё же удалось выдавить из себя. Голос назло дрогнул, показывая все истинные эмоции.       Однако глаза никак не реагировали. Они продолжали немигающе смотреть, тогда как красное свечение горело потусторонней интенсивностью. Впервые в жизни хотелось убежать. Да, убежать, как последний трус. Парень ощутил тяжесть в ногах и неспособность двигаться, ноги не слушались его. Хотелось кричать, но невидимая рука сжала горло, перекрывая доступ к кислороду. Словно загнанный в ловушку в собственном теле, которое не может выполнять банальные приказы. В то же время в крови бурлил адреналин, несмотря на отчаяние от безысходности, поселившееся в голове. Гарри знал, что если не попробует двинуться, то не сможет уйти от этого кровавого взгляда.       Конечности наконец-то повиновались инстинктам, начиная бежать без оглядки. Парень нёсся по коридору, пока сердце беспрерывно билось в ушах, а мысли совершенно не стремились соединяться в единую кучу. Каменные стены зловещего коридора остались позади, как и те коварные очи, когда Поттер оказался в другом коридоре. Облегчение волной скатилось по нему.       «Что это было?!» — постепенно шестерёнки в мозгу стали крутиться, осмысливая всю ситуацию. Шатен сам не понял, как оказался на полу, прижимаясь спиной к холодной каменной стене. Дыхание медленно, но верно успокаивалось, возвращая привычный темп. Веки, оформленные длинными ресницами, опустились, прикрывая зелёные глаза. Рука оказалась в волосах, растрёпывая их ещё сильнее.       «Мне точно не показалось. Это не сон и не галлюцинации, — Гарри, чтобы убедиться, ущипнул себя. Тихое шипение и никаких изменений вокруг. — Определённо не сон, — констатировал он, потирая ушибленное место. — Я не могу позволить себе думать о сверхъестественном. Должно быть логическое объяснение, ведь так? Скорее всего, это было игрой света. — Сколько бы он не пытался успокоить себя и найти толику рациональности, в глубине души Гарри знал, что это было не свет. Парень встряхнул головой, отгоняя подобные мысли, ведь: «Это глупо! Магии и прочей чепухи не существует!»       Не существует, правда?..       «Надо идти в комнату. Уже поздно», — юноша намеревался встать, когда боковым зрением заметил силуэт вдалеке, стремительно приближающийся все ближе и ближе. Маленький огонёк фонаря в руках некто освещал путь, ослепляя привыкшие к темноте глаза. Силуэт в темноте постепенно приобретал чёткость, и вскоре можно было увидеть истинную личность.       — Ах, Гарри, Вы вновь сумели найти себе проблемы? — мягкий голос пастора Тома был испорчен скользкой улыбкой. Слова звучали как обвинение, а не как привычное благословение во время молитвы. Поттер честно постарался не сморщиться от раздражения, но, судя по мерзкому хмыканью другого мужчины, это у него не удалось. — Понятие «комендантский час» для всех одно. Вы должны понять, что не стоит увлекаться этими походами по ночам.       — Мне не спалось, — банальная ложь в качестве защиты. Видно, что преподобный не поверил.       — «Ибо когда мы были у вас, то завещали вам сие: если кто не хочет трудиться, тот и не ешь», — серьёзно процитировал тот, чуть ли не двигая в такт указательным пальцем. — Вам следует сосредоточиться на своих учебных занятиях, а не увлекаться всякими глупостями. Мы же не хотим повторения той неприятной ситуации? — тёмные глаза с прищуром обвели ученика перед собой, скрывая недовольство за фальшивой улыбкой.       «Эта тварь явно намекает на мою невнимательность во время проповеди», — решение промолчать раз в жизни приходит само по себе. Парень отвернулся, не желая видеть это самодовольное выражение лица. Внутри его уже все горело в приступе злости.       — Я проведу Вас до комнаты. — Пастор поманил Гарри за собой, не обращая внимания на его всплеск гнева. От безвыходности хотелось выть, но парень с трудом проглотил и это, следуя за брюнетом. Напрягающая тишина обрушилась на их головы, хотя, может, такой она была только для Поттера. Мужчина явно не настроен на разговор. Том несколько раз бросал взгляды, но не произносил ни слова. Тот же в ответ совершенно не знал, что сказать. — Гарри, знайте, что я не хочу быть Вашим мучителем, — вдруг сказал он, оборачиваясь к спутнику, когда нужная дверь была в паре шагов. — Я желаю помочь Вам стать лучше. — Юноша открыл рот, чтобы спросить, но его откровенно заткнули. — В Библии сказано: «А если кому-то из вас недостает мудрости, пусть попросит у Бога, который всем дает щедро, без попреков — и ему будет дано». Вам следует положиться на него, — парень вскинул брови от удивления, а рот приоткрылся.       — Преподобный, я…       — Спокойной ночи, Гарри, — не успел он договорить, как Том нагло перебил его. — Подумайте о моих словах, — преподобный поддельно нежно улыбнулся и ушёл, оставив шатена один на один с мыслями о предстоящем.

***

      Парень беспокойно ворочался в постели, безрезультатно желая сбросить с себя груз гнетущей напряжённости. Сон ускользал от него, прогоняя вперёд назойливые мысли о произошедших ситуациях. За несколько дней в зданиях школы произошло намного больше событий, чем за весь один год. Уход Дамблдора, появление нового пастора, странное царапанье, потертый дневник, кровавые глаза — все это не давало ему покоя. Напрягает ещё назойливое внимание преподобного Тома.       «Не желает он быть моим мучителем. Да, конечно. Так я и поверил, — Поттер задумчиво кусал ноготь на большом пальце. — Он, определённо, что-то хочет, но что? — Список с ответами в голове был крайне мал, что обнадёживало. — А если он правда хочет помочь? Я ведь не знаю его, — неуверенно шептал внутренний голос наивности. — Он не наказал, когда поймал с палочкой в коридоре… Нет. — Поттер встряхнул головой, отгоняя сентиментальность. — Он сказал, что поможет, но ты не знаешь, что он захочет взамен. Не будь таким доверчивым, Гарри. Надо быть осторожным. — Парень повернулся на бок, тупо глядя на запертую дверь. Воспоминания промелькнули перед глазами, заставляя поежиться. — Мне точно не показалось. Сама суть появления красных глаз нереальна, но я уверен, что это были не галлюцинации. — Сердце начинает биться сильнее с каждой последующей мысли. Щупальца тревожности легонько обхватывали парня, сжимая со всех сторон. Дыхание участилось. — Это ж полный пиздец. Неудивительно, что Рон и Гермиона мне не поверили. Они, наверное, сейчас думают, что я постепенно кукухой еду», — он не заметил, как уже сидел на мягкой кровати, сжимая футболку в районе сердца.       «До чего же все это глупо».       Одиночный, продолжительный звук колокола разнёсся по всему Хогвартсу, призывая всех собраться вместе к скорой проповеди. Мысли Поттера на секунду сами по себе остановились от неожиданности. Он слушал, как тот все звенел и звенел мощным и величественным звуком, а вскоре и вовсе затих.       Гарри совершенно не хотелось идти. Хотелось остаться в постели и продолжить думать о более важных вещах, терзающих его голову. Но он помнил то ночное предупреждение пастора.       — «Мы же не хотим повторения той неприятной ситуации?» То же мне, — буркнул себе раздражённо под нос, передразнивая Тома. Парень встал с кровати, матрас только напоследок измученно скрипнул, режа слух. Выключив свет, тот пошёл к двери, чувствуя, что разум все ещё был затуманен. Однако надежды просидеть с грехом пополам на проповеди, а потом поспать, не пропадали.

***

      Зал встречает учеников своим высоким потолком и каменными стенами, украшенными фресками с историческими сценами из Библии. Полки из дерева уходили вглубь и были полностью забиты. В центре помещения стоял алтарь с витражом, который пронзал солнечный свет. Сегодня храм был полон народу, которые собрались для проповеди пастора Тома. Большинство из них уже сидели на скамьях, некоторые с книжками в руках, другие тихо беседовали между собой. Преподобный же стоял у алтаря, его глаза были закрыты, а грудная клетка медленно поднималась и опускалась. Гарри чувствовал себя неуютно среди этой божественной атмосферы. Казалось, будто ты бессильное ничто, что не может противостоять этой силе веры.       Он подошёл к Невиллу, одиноко сидящему на последней скамье в третьем ряду. Он легонько улыбнулся ему в знак приветствия и сел рядом. Лонгботтом от неожиданности вздрогнул, но тихо поздоровался в ответ, поворачиваясь лицом к пастору. Что ж, похоже, что не только Поттер не имел желания на разговор с кем-то.       Несколько учеников присоединились, после чего Том наконец-то открыл бездонные глаза, начиная проповедь. Мужчина ходил из стороны в сторону, широко жестикулируя, словно обращаясь к всевышнему. Несмотря на это, сам голос был достаточно спокойным, даже можно сказать убаюкивающим. Либо это так казалось Поттеру, чьё внимание начало ослабевать от натиска усталости. Гарри почувствовал, что глаза наполнились свинцом, и как тяжело заставить их не закрываться каждые пять минут. Он правда пытался сосредоточиться на священных текстах, но мысли вновь выбрались из-под контроля, заплывая в долгожданный туман сна. Голова медленно опустилась, длинные неугомонные волосы скрыли помутневшие глаза. Даже раздумья о чем-то важном не помогли юноше. Мужчина на фоне все продолжал говорить и говорить, но Поттер его не слышал. Слова превратились в какой-то бессмысленный звук. Бедняжка Невилл пытался разбудить друга, но даже его голос рядом растворился на фоне монотонного богослова. Но было уже поздно.       Том был прямо перед ними.       — Стоит помнить, что сон во время богослужения не является знаком благочестия, Гарри, — внезапно раздался низкий, хрипловатый голос, произносящий слова так, что по позвоночнику пробежала дрожь. — Господь не терпит лени. Вы должны быть более внимательнее, иначе можете поплатиться за свою беспечность. — Поттер попытался раскрыть веки, но те будто бы склеились. Однако ему удалось приоткрыть их ровно настолько, чтобы увидеть нависшее лицо пастора.       Карие очи полны ледяным блеском, напоминая поверхность айсберга. Бледные пальцы обхватили чужой подбородок, наровясь приподнять черепушку ученика. Холодная кожа контрастировала с более горячей, передавая температуру друг другу. Каждый нерв отреагировал на прикосновение, передавая также ощущение страха и напряжения. Гарри растерянно моргнул, ошеломлённо уставившись на пастора. Он чувствовал, как щеки медленно покрывались стыдливым румянцем, а волосы на теле встали дыбом. Тем временем мужчина только ухмыльнулся, наклоняясь ближе к Поттеру, дабы фальшиво ласковым голосом прошептать на ухо:       — Это последнее предупреждение. Я начинаю разочаровываться в Вашей безответственности. Если Вы впредь не будете меня слушать, то я буду вынужден взяться за дело самостоятельно. И уж поверьте, наказание будет таким, что Вы не забудете его в ближайшее время. — Он отпускает Гарри и отходит с легкой усмешкой на губах.       — Преподобный, я не хотел засыпать. Я просто… — едва ли юноша находит в себе силы что-то сказать, как Том прерывает его жестом руки и продолжает говорить:       — Я жду Вас после уроков около библиотеки. Попрошу без опозданий. — Поттер моргает, немного удивлённый, но осторожно кивает в знак согласия. По залу проносится шёпот, но преподобный вновь взмахивает рукой, и ученики затихают. Мужчина возвращается к своей высокой трибуне со спокойным выражением лица. Парень прожигает чужую спину взглядом, обречённо сглатывая.       «Что же ты задумал, змеюка?»