It doesn't matter, now it's all gone

— Он мне не нравится. Он какой-то бешенный, — вечером субботы вполголоса шипит Аякс после небольшой предыстории. Кудзуши вышел из палаты несколько минут назад, и Аякс решил поделиться своим негодованием. — А чего ты хотел, указывая незнакомому человеку на его рост? Может у него комплексы? — прежде веселый Венти говорит на удивление серьёзно, и смотрит на соседа как-то неодобрительно. — Да я в рот ебал его комплексы. Пизданул так, что рука нахуй горела! — как будто в подтверждение он трёт ударенную ранее руку. Конечно, сейчас уже ничего не осталось: ни следа, ни жжения от удара. Но чужая гордость уязвлена точно. — Истеричка. — Ну так и сказал бы ему сразу, что он истеричка. Мне-то что высказываешься, герой? — чужая бровь изгибается в упрёке. — Да мне в хуй не впёрлось ругаться с ним, — Аякс немного успокаивается, поджимает губы. — Чтобы он ходил потом, пялил на меня, как на врага народа? Нам ещё жить в одной палате пару недель точно, — парень кривится от бессилия, складывает руки на груди и отворачивается к окну, не сыскав поддержки у соседа. — К нему по-человечески, а он... Хуелыга, — тихо, но ёмко завершает свою брань. — Вот и не ругайся. Тем более из-за такого пустяка. Притрётесь еще. Ну или вообще с ним не водись, от греха подальше, раз так не выносишь его. * Воскресенье проходит томительно долго и скучно. Справлялись со скукой кто как мог: Куникудзуши весь день провёл в своём ноутбуке, практически не замечая соседей по палате, а Аякс и Венти бесились и разговаривали между собой до самого вечера, прерываясь разве что на сон. Кудзуши невольно замечал, как каждый не стеснялся затронуть другого, сесть на чужую кровать, взять чужую вещь... Для них это обыденность, а он готов убить за подобное... К счастью, его особо не стремились вовлечь в разговор в тот день. Он даже порадовался. Вечером, перед отбоем, во время приема таблеток Венти, уже другая медсестра сообщила о насыщенных планах на утро понедельника. Аякс и Куникудзуши должны были сдать кровь и пойти на какие-то еще анализы в поликлинику по подземному коридору. Естественно, в сопровождении медсестры, но звучало всё равно интересно. Особенно обрадовался Аякс. Уж было бы чему радоваться... * В этот раз пробуждение было не таким холодным и тяжелым. К режиму уже все более-менее приспособились. И всё же, резкий свет жёлтых лампочек — явно не самое приятное. Двоих вызывают в процедурный, а третий лишь перевернулся и накрылся одеялом с головой, продолжив спать дальше. И вот они сонные, голодные, вдвоём направляются к процедурному кабинету. — Венти — мерзавец, спит и в ус не дует, — Аякс жалуется, растирая предплечья, чтобы согреться в прохладном коридоре. Разница между теплым одеялом и холодными стенами слишком велика, чтобы вынести ее этим ранним зимним утром. В ответ ему лишь сонно кивают. В коридоре, на удивление, уже достаточно оживленно. Аякс и Кудзуши занимают очередь за парнем с ребенком. Вроде бы это старший брат с сестрой? Кудзуши лишь пару раз видел их в коридоре. С Аяксом они коротко договариваются, что тот идёт первый, поэтому он встаёт у стены, уступив место на скамейке сиблингам и соседу. Холод от стен позволил парням проснуться быстрее. Очередь двигается довольно быстро, из кабинета выходит аккуратная девушка с перебинтованным сгибом локтя и садится на тут же освободившееся место. Аякс заходит после сиблингов. Процедура проходит быстро - наблюдая за доброжелательной процедурной сестрой, парень даже не замечает течения времени, а после сразу же уходит в палату, не дожидаясь соседа. А ему это и не нужно. Игла в вене, кровь, активно бьющая в пробирку, туго перемотанный сгиб... Всё как всегда. Он выходит из процедурного и хочет направиться обратно в палату, в кровать... Только, видимо, выспался Кудзуши сегодня плохо. Очень уж клонит спать... Как-то неприятно темнеет в глазах и кренит в сторону. Кудзуши решает сесть на скамейку, мало ли что. Такое у него впервые. Никогда еще он не испытывал проблем от какой-то обычной сдачи крови. Он сидит, думает о чем-то отвлеченном. Но мысль как-то теряется. И зрение почему-то тоже. По коридору разносится глухой стук и девичий взвизг. * Аякс не сразу обратил внимание на шум в коридоре, но когда послышались звуки старой коляски, он не смог сдержать своего любопытства. Он выглянул за дверь палаты, но успел заметить лишь темную макушку, что увозили на инвалидной коляске к лифтам. Когда пара медсестер покинула отделение, несколько человек подошли к девушке, которую Аякс уже видел в очереди. — Такой стук по всему коридору был, хоть бы сотрясение не получил бедняга. — Я вообще испугалась! Вроде сидел спокойно, только отвернулась — и бам! — Надеюсь, обойдётся. Надо же такому случится... Около девушки стоят несколько женщин - в одной Аякс узнал процедурную сестру, а в другой — мамочку, что угостила их недавно яблоками. А Куникудзуши так и не было видно. Неужели это его на коляске увезли? Конечно же это было первым предположением, что пришло в голову Аяксу, но он до последнего его отрицал, глубоко сомневаясь в такой возможности. Но все указывало на его соседа. Их ничего не связывает, но случившееся заставляет Аякса переживать чисто по-человечески. Он возвращается в палату, смотрит на ничего не подозревающего, спящего Венти, и садится на свою койку. Не остается ничего, кроме как надеяться на лучший исход. Аякс ничем не может помочь сейчас... * Вернувшись с завтрака, парни обнаружили, что их сосед вернулся. Точнее, его вернули. Над ним ещё вились медсестры, поправляя капельницу и говоря обеспокоенные слова напутствия. Но из контекста стало понятно, что травма не серьёзная, и во время обхода врач подойдёт проверить его. — Один не передвигайся, не дай Архонты снова упадёшь. Если нужно куда-то, то бери с собой мальчиков, понял? — Мхм... — Куникудзуши соглашается. Все ждут, пока хлопоты прекратятся, и медсестры покинут комнату. Аякс подходит к кровати Кудзуши вплотную, хватаясь за изножье кровати. — Ты как? — он спрашивает тихо, подозревая, что у соседа, должно быть, сильно болит голова. — Спать хочу... Давай потом... — Кудзуши бормочет сухо. По нему и видно, как он едва не засыпает во время разговора. Аякс понимающе кивает. — Говори, если тебе нужно что-то, мы поможем, хорошо? — предупреждает он, прежде чем отойти к своей кровати. Кудзуши поджимает губы. — Можешь дать попить... Пожалуйста... — он просит стыдливо, будто не хочет полагаться на других. Или конкретно на него. Аякс шустро оглядывается и замечает свою поллитровку. Не долго думая, он конечно же отдаёт её Кудзуши, помогая отпить... Тот бормочет благодарность и прикрывает глаза. Аякс оставляет бутылку на тумбочке соседа, чтобы он мог взять её в любой момент, и отходит к своей кровати, оставляя парня в покое. Анализы, на которые отправляли Аякса, тот прошёл еще до обеда. Подземный переход был огромным, длинным и холодным. В этих бледных стенах ему даже показалось, что это не обычная больница, а какая-то секретная лаборатория, которые он видел в фильмах... Юнцу из провинции такое казалось чем-то действительно необыкновенным. И кроме впечатлений он еще и нашёл торговый автомат! Со сладким и вредным. Совсем не тем, что ему позволено. Ну как же он мог пройти мимо... Теперь в его тумбочке хранилась парочка пирожных. Время обхода наступило довольно быстро. Сегодня Аякс и Венти вели себя тише, чем обычно, сопереживая соседу. — Травмы раньше получал? — Нет. — Ну-с, поздравляю с первой закрытой черепно-мозговой травмой, — мужчина ухмыляется, разряжая обстановку, — могут быть головная боль, головокружение, тошнота и нарушение координации в течение недели-двух. Твоё обследование мы отложим до четверга. При симптомах общайся к персоналу и постарайся не ходить один, хорошо? Сегодня отдыхай побольше. — Понял, — Куникудзуши не остаётся ничего, кроме как медленно кивать и соглашаться с доктором. Вот же приятная новость будет для матушки. Просто восхитительная. Мало того что с полом поцеловался, так еще и проторчит здесь дольше, чем планировалось. А доктор переключает своё внимание на его соседей. * — Не ожидал, что так скоро окажусь на игле... — Кудзуши проспал весь день и сейчас наконец пытался подняться с кровати. Капельницу сняли где-то в полдник, но бабочка в вене — ничего приятного. И всё же одним препятствием меньше. Его пробуждение привлекло внимание соседей, но к действию не побудило. К счастью. Кудзуши вышел из палаты, придерживаясь по дороге за всё подряд: изножья кроватей, косяки и стены, спинки скамеек. Всё-таки, ничего хорошего от этого сотрясения. Сплошная слабость. Шёл Куникудзуши медленно, но уверенно. Только дойти ему не дали. — Ты чего один идёшь? — не посчастливилось столкнуться с медбратом. - Тебе только в сопровождении. — Мне только до туалета, — парень упрямится, надеясь, что проскочит. — Тогда сейчас сам отведу тебя, — мужчина складывает руки на груди. И пусть в его голосе нет ни грубости, ни угрозы, Куникудзуши почувствовал себя неуютно. — Н-не нужно, — он разворачивается, стыдливо заикаясь. Со взрослыми мужчинами он еще в туалет не ходил, нет уж спасибо! Лучше позвать с собой Венти или Аякса. В палату он возвращается спешнее. — Может кто-нибудь сходить со мной? Меня развернули. Куникудзуши наваливается спиной на закрытую дверь и смотрит то на одного, то на другого, но взгляд задерживает на Венти. Находиться рядом с Аяксом ему было как-то... неловко после субботнего. — Пойдём, - отзывается именно он. Никакой удачи сегодня. Кудзуши кажется, что сегодня он мог бы успешно проиграть миллион в казино и вздёрнуться на красивой люстре прям там же. И та свалилась бы вместе с ним. Кудзуши представляет это, пока молча плетется рядом с Аяксом в другой конец коридора. — Тебя там тоже сопроводить? — Аякс спрашивает шутливо, на что получает лишь осуждающий взгляд. А хотелось еще и дверью бы хлопнуть. Такой до безобразия долгий путь, полный унижения, только чтобы поссать. Как же тяжело жить и как же болит локтевой сгиб. Лучше бы его кололи каждый раз... — Подождёшь? Я тоже схожу, — Аякс трогает чужое плечо, проходя вперед. Что он там думал про казино? Кудзуши поджимает губы и отходит в коридор, наваливается на стену. Детский веселый визг и громкий топот привлекают его внимание: видимо, малыши играют в догонялки. Ничего удивительного. Светловолосая девчушка лет семи пролетает мимо, но вдруг замедляется, разворачивается и смотрит на Кудзуши своими широкими, детскими глазами. А другие дети следуют ее примеру. Сразу видно, кто тут лидер-зажигалочка. — Тетя Лиза, это его катали! — девочка тычет пальцем в него и шагает ближе, но к нему или к женщине — Кудзуши не понял. — Ай-яй, невежливо показывать на других пальцем, солнышко, — женщина ласково разговаривает с ребенком. — Его не просто так катали, а потому что он сильно ударился. — женщина переводит взгляд на Кудзуши и ободряюще улыбается, — К слову, как тебя зовут? Дети столпились вокруг двух старших. — Куникудзуши. — Вот как... Я Лиза. Помню тебя, с соседом на днях ручку искали, да? — женщина мягко улыбается, заводя непринуждённый разговор, пока дети толпились рядом, "грея уши" — Как голова? — Эм... Сказали, сотрясение. — Кудзуши смущённо смотрит то на детей, то на женщину неуверенно улыбаясь им. — Но всё в порядке, не беспокойтесь! — А где ты живёшь? — В какой палате? — А больно было? Дети начали наперебой задавать вопросы, пытаясь перекричать друг друга. Ничего хорошего для его головной боли. — Дети, пожалуйста, потише, — Лиза спасает его, мягко успокаивая детей. — Вы ведь даже не даёте Куникудзуши ответить. Парень благодарно смотрит на неё и выдыхает, немного расслабляясь. — Когда я ударился, я уже был без сознания, но это было о-о-очень больно, у меня всё еще болит голова! — он садится на скамейку рядом и отвечает детям со всей серьезностью. — У тебя даже шишка будет! — вот и попытайся понять, утверждение это было или вопрос. — Не знаю! — Кудзуши отвечает с той же интонацией, что и маленькая собеседница. — А что это? — детский пальчик указывает на перебинтованный сгиб локтя. Ответить парень не успевает, взгляд цепляется за рыжую макушку в дверном проеме. Аякс ухмыляется, глядя на соседа в окружении маленького детсада. — Юные дамы, разрешите забрать моего соседа. Дверь 8 палаты всегда открыта, — Аякс подходит ближе к собравшимся и протягивает руку Кудзуши. Для убедительности. И хоть дети немного поупрямились, нехотя отпуская нового товарища, парни наконец вернулись в палату. Не забыв со всеми попрощаться, конечно же. — Какие они шумелки, — Аякс комментирует шутливо, возвращаясь в остывшую постель. — Кстати, не думал, что ты ладишь с детьми. — Про тебя я тоже так не думал. Палату мог бы и не говорить, они нам теперь покоя не дадут... — Кудзуши закатывает глаза едва раздраженно, закутываясь в плед. — У меня просто младший брат их возраста.