Вопрос времени. Часть 2

На следующее утро я пришел рано утром и, проработав до обеда и оставшись после того, как Сэди ушла вечером, наверстал три дня работы. Дилан была очень впечатлена, когда я позвонил ей вечером, хотя и беспокоилась, когда я не ел. – Ты слишком худой, Джори, – вздохнула она в трубку. – Ладно, – потакал я ей, поедая PowerBar в своем столе. Она пообещала, что постарается прийти на следующий день, если почувствует себя лучше, но я сказал ей, чтобы она не волновалась, я позвоню, если у меня возникнут проблемы. Я заставил ее поиграть в «угадай-ка», чтобы выяснить, с кем я случайно столкнулся. – Я ненавижу эту игру, и ты это знаешь, – пожаловалась она. – Кого ты встретил? – Эйб - твою подругу, Обри Фланаган. – Правда? Как забавно. – Я знаю, это было совершенно случайно. – Ну, это здорово. Разве ты не полюбил ее, разве она не потрясающая? – Да. – Но не люби ее больше, чем меня, ладно? – Ты можешь быть более гормональной? – спросил я ее. – Как будто это вообще возможно. – Хорошо. Это напомнило мне, что я должен позвонить ей. – Это мой сигнал, чтобы положить трубку, – она зевнула, а затем рыгнула. – Чудесно. – Извини, – вздохнула она. – Мой желудок совсем испортился. – Потому что им завладел инопланетянин. – Ты забавный. Тебе стоит выступить со стендапом. Я улыбнулся в трубку. – Боже, как мне надоело болеть. Мне нужно уже родить этого ребенка. – Это всего лишь пара недель, Ди. Просто отдохни. Она оценила мою попытку поднять ей настроение и, прежде чем положить трубку, сказала, что любит меня. Сразу после этого я позвонил Обри. Мой пинч-хиттер обещала быть в офисе в следующий понедельник ровно в восемь утра. Я сказал ей, что делаю это не в стиле «ровно», а в стиле «около», то есть в «около» девяти . – Около? – она хихикнула. – Около, – заверил я ее. – Может, мы с Дилан и немного расслабились, но все равно... восемь утра - это просто неприлично. – Ладно, партнер, – вздохнула она в трубку. – В девять - да. Когда я спросил, как прошло ее свидание с Риком Дженнером, она ответила, что оно еще не закончилось. Очевидно, они были неразлучны с тех пор, как поужинали. – Вы уже успели съездить домой? Она ничего не прокомментировала. Я хихикнул, а она простонала. – Он хороший парень, – поддержал я друга своего брата. – Он феноменальный парень, – поправила она меня, – и чертовски сексуальный. Я хмыкнул. – Поверю тебе на слово. – Кстати, о горячих парнях... кто был тот великолепный парень, с которым я видел тебя вчера вечером, когда ты выходил из закусочной «Уголок»? – Я тебя не заметил. – Нет, я знаю. Я кричала, но ты был слишком далеко, но какая разница! Кто был тот парень? – Сэм. – Оооо, – промурлыкала она. – Ты понимаешь, что только что вздохнул, когда произнес его имя? – Нет. – О, думаю, да. Кто он? – Он детектив полиции. – Ну, он просто восхитителен. Я одобряю. – Прекрати. – И могу я просто сказать, какая вы потрясающая пара? Я имею в виду, святое дерьмо, не могу оторвать глаз от вас, ребята, вы великолепны. – Нет, мы нет, а вот вы с Риком... действительно прекрасны. – Ну, спасибо тебе большое, – она вдруг завизжала, и ее горловой смех заполнил мои уши. – Что ты делаешь, детка? – поддразнил я ее. – Заткнись – она рассмеялась еще сильнее. – Ричард Дженнер, уходи, я пытаюсь поговорить с Джор... Через секунду она исчезла, а я широко улыбнулся. Было бы интересно узнать, что Дейн подумает о новой девушке своего друга, когда вернется из медового месяца.

****

В тот вечер я уже был дома, когда позвонила моя подруга Слоан и пригласила меня на ужин с ней и ее парнем Дереком. Поскольку я отказывал ей последние пять раз, когда она мне звонила, я согласился и отправился на встречу с ними в стейк-хаус в центре города. Когда мы встретились возле ресторана и меня представили еще трем людям, среди которых был Паркер Стром, я понял, что меня «пристраивают». Я потащил Слоан за собой в бар, где она призналась, что, поскольку ей нравятся и Паркер, и я, она надеется, что у нас все получится. Я подавил стон. Когда мы вернулись к группе, Паркер принес мне бокал белого вина. Я принял его из вежливости, хотя от вина у меня болела голова. Он подошел поближе, спросил, чем я занимаюсь, и похвалил мою кожаную спортивную куртку. Я слушал, как он отвечает на все вопросы Слоан о его работе, доме, машине и планах на праздники. Очевидно, она брала у него интервью для меня, позволяя мне услышать его ответы и самой сказать, что он - находка. Рука на моем плече заставила меня повернуться, и когда я это сделал, то оказался лицом к лицу с Аароном Саттером. – Привет, – я улыбнулся ему. – Джори, – он улыбнулся в ответ, положив руку на мою куртку. – Что ты здесь делаешь? – Просто ужинаю с друзьями. – Отлично, – его глаза остановились на моих. – Поешь с нами. – Нас шестеро, Саттер, – поддразнил я его, широко улыбаясь. – Как ты можешь... – У меня есть отдельная комната наверху, – сказал он, положив руку мне на бицепс и прижимая меня к себе. – Да ладно, я чувствую себя дерьмово из-за прошлого раза. Угости своих друзей, поешь со мной. И это было бы угощением для любого. Если только вы не жили под камнем, все знали Аарона Саттера. Люди видели его имя на страницах газет, читали статьи и видели его фотографии в журналах, понимали, что он богат, влиятелен и имеет связи. Вечеринки с ним - это Cristal и икра, все только самое лучшее. Поэтому не было причин отказываться, когда кто-то предлагал превратить обычный вечер среды в событие. Предполагалось, что ужин будет только началом. Когда он вел всю свиту через переполненный ресторан, одна его рука была перекинута через плечо Слоан, а другая крепко сжимала мой бицепс, на лицах присутствующих было написано удивление. По мраморной лестнице на второй этаж вела отдельная комната с собственным крошечным танцполом, обставленная как чья-то гостиная, а не ресторан. – Это потрясающе, – сказал Паркер, наблюдая за Аароном, который общался со своими друзьями. – Угу, – вздохнул я, подзывая к себе официанта, передавая ему полный бокал вина и заказывая Чивас и воду. С Аароном все по высшему разряду. – Вживую он выглядит еще лучше. Этот мужчина был красив, и точка. Вживую или на бумаге он выглядел одинаково. – Ты так не думаешь? – Конечно. Он подошел ко мне ближе. – Послушай, прежде чем этот вечер продолжится, я хотел бы узнать твой номер, чтобы позвонить тебе и пригласить на настоящее свидание. – Кто идет на свидание? Мы оба повернулись, чтобы увидеть Аарона рядом с нами, его рука лежала на моей шее, а пальцы скользили вверх по моим волосам. – Я... – начал Паркер, но запнулся, и я увидел, что он наблюдает за явным проявлением собственнических чувств Аарона. – Я хотел поблагодарить вас за приглашение, мистер Саттер. – Аарон, – мягко поправил он. – И, простите, вы хотели пригласить Джори на свидание? Он нервно сглотнул. – Да, хотел. Аарон кивнул, прежде чем отпустить нас обоих и повести меня к столу. – Садись со мной. Я усмехнулся. – Это было как-то по-дурацки, тебе не кажется? – Нет, – сказал он. – Он должен знать, что если он хочет тебя, то очередь выстраивается за мной. Я улыбнулся ему. – Давай, Саттер, закажи нам уже что-нибудь поесть. Все умирают от голода. – Да, дорогой, – сказал он, улыбаясь, и притянул меня ближе. Было весело, как и всегда, когда Аарон был хозяином собственной вечеринки. Он не заказывал блюда из меню, а предлагал варианты, которые шеф-повар готовил только для него. Обычно я обижался на предположения о том, что я хочу, но сейчас у меня не было настроения спорить, и я позволил ему сказать официанту, что я хочу. – Позволь мне взять твою куртку. Я снял ее и передал ему. Когда он похвалил рубашку под курткой, я посмотрел на него. – Что? – Я выгляжу так же, как всегда, Саттер, не шути со мной. Он нахмурился. – С другой стороны, ты выглядишь отлично, – заверил я его, поправляя рукой воротник его рубашки под свитером с V-образным вырезом. – Но ты всегда так делаешь. – Я? – Хватит ловить рыбу, – хмыкнул я. – Мне просто нравится, когда ты это замечаешь. Я смотрел в его глаза и снова пытался понять, чего там нет. Почему бы мне просто не измениться для него и не стать таким, как он хочет. Любой человек в здравом уме сделал бы это. Этот мужчина был идеален, но... не для меня. Он не был идеален для меня. – Попробуй вино, Джи, – посоветовал он, убирая волосы с моих глаз. – Мне казалось, я слишком много пью? – съязвил я, внезапно раздражаясь без всякой причины. – Пожалуйста... Я не хочу ссориться, – он вздохнул, его пальцы погладили мою челюсть. – Я просто хочу накормить тебя и, может быть, надеюсь... забрать тебя домой с собой. Я отпустил его и попробовал красное вино. Он смотрел на меня с ожиданием, и я почувствовал, как в животе завязывается знакомый узел. Всегда можно было рассчитывать, что в таких случаях я его подведу. Он думал, что я разбираюсь в вине и еде, а я не разбирался. Он воображал меня знатоком, потому что сам был таким и все его друзья были такими, но на самом деле у меня были простые вкусы, и так было всегда. – Тебе нравится? – Да, это здорово. – Что не так? – Ничего, – ответил я, повернувшись, чтобы посмотреть на Слоан и попросить ее повторить свой вопрос о Дейне. Она хотела знать о свадьбе, и я был более чем готов рассказать ей подробности. Позже, когда передо мной поставили тарелку, Аарон привлек мое внимание к себе, положив руку мне на колено. – Попробуй стейк, Джи. Это говядина Кобе, тебе понравится. И мне действительно понравилось, когда я его попробовал, но я не хотел, чтобы мне говорили, что я должен его полюбить. Как обычно, я понял, что придираюсь к нему, и попытался остановиться. Когда зазвонил телефон, я отошел в противоположный конец комнаты, прежде чем ответить. – Джори. – Сэм, – вздохнул я, потому что был так рад услышать его голос. – Что ж, – мягко сказал он, – это лучшее приветствие, которое я получил до сих пор. – Ага? – Ага. У тебя хороший голос. Где ты? – Я на ужине. – Ужин? Сколько сейчас, около десяти? Я рассмеялся. – Не будьте таким строгим, детектив. Ужин будет в любое время, когда ты захочешь. – Как скажешь, но должен сказать, что у тебя странный график работы. Я улыбнулся в телефон. – Очень верно. Зачем ты звонишь? – Ты сказал, что я могу. – Да, но... – Знаешь, когда ты сказал, что ты мне нужен только для того, чтобы трахаться, это было нечестно. Ты знал, что это чушь, даже когда говорил это. – Я не хочу говорить об... – Потому что первое, что мне нужно, - это твое сердце. Иисусе. – Я хочу тебя, и точка. – Слушай, может, тебе не стоит звонить... – Где ты ужинаешь? – Это не... – Джори, садись, – сказал Аарон, подойдя ко мне. – Твоя еда остывает. – Кто это? – спросил Сэм. – Я поговорю с тобой позже, – быстро ответил я. – Не стоит вешать трубку, – предупредил он меня. – Потому что я могу найти твой мобильный, Джи, без проблем. – О, да? – я поддразнил его его и отключил связь. – Удачи. Когда я повернулся, чтобы вернуться к столу, то мгновенно остановился, так как Аарон стоял прямо там, преграждая мне путь и улыбаясь. – Что? – Твой характер, Джори, – вздохнул он, проведя пальцами по моей челюсти. – Это действительно что-то. Я прошел мимо него, чтобы вернуться к столу, в то самое время, когда официант наконец-то принес мне «Чивас» и воду. Я поблагодарил его, осушил бокал, прежде чем он успел уйти, и быстро заказал еще один, даже не успев сесть. – Джори, не порти вечер только потому, что ты разозлился на того, с кем разговаривал по телефону. – Я ничего не порчу, – сказал я, снова нарезая свой стейк. – Просто брось это. Но Аарон так и не смог. – Почему бы нам не уйти? – Я ем, – сказал я ему, – и все мои друзья здесь, хорошо проводят время. Ты тоже должен. – Как я могу, если я знаю, что если ты продолжишь пить, то можешь пойти домой с кем-то другим, а не со мной? – Не волнуйся об этом. Я ни с кем не пойду домой. – Пожалуйста, – покачал он головой, – ты всегда идешь домой с кем-то, Джори. Ты предсказуем. Я присматривал за тобой, когда ты развлекался, и ты никогда не уходил один, каждый вечер с новым парнем. Уверен, ничего не изменилось. Я повернулся, чтобы посмотреть на него, когда официант принес мне второй бокал. – О чем ты сейчас говоришь? Он искал мои глаза своими. – До того как мы начали встречаться, я видел тебя в клубе, где ты каждый вечер цеплял нового парня. Ты уходил с ним, а на следующий вечер, если к тебе подходил тот же парень, ты игнорировал его, пока он не понимал, в чем дело. Никто никогда не получал от тебя повторного представления. Ты - парень на одну ночь. Я кивнул, чувствуя, как мое лицо становится горячим. Люди слушали и делали вид, что не слышат; на лицах некоторых из них читалось смущение, другие были просто с отвращением. Паркер выглядел удивленным. Вероятно, он задавался вопросом, почему Слоан хотела, чтобы он встречался со мной, ведь я так явно искал свою следующую пассию. – Да ладно, ты же знаешь, что я прав. Ты никогда не спишь с одним и тем же парнем дважды, так не бывает. Ты спишь с ними и забываешь их. – Это правда? – Да, – усмехнулся он. – И я готов поспорить, что с тех пор, как мы расстались, все стало еще хуже. Ты как самая большая шлюха в Чикаго, и ты это знаешь. В какой-то степени он был прав. До него и после Сэма было много мужчин. А до Сэма их было слишком много, чтобы их можно было сосчитать. Так что я действительно много с кем спал, но когда я был с кем-то, я был моногамен. Моим первым инстинктом была верность и желание принадлежать кому-то. Если бы Сэм хотел меня, я бы ..... Я резко дернулся, напугав Слоан, которая сидела по другую сторону от меня. – Господи, Джори, – усмехнулась она, отодвигая свой стул от меня, ближе к своему парню, Дереку, который сидел рядом с ней. – Только потому, что ты пьян, не надо проливать на меня. Но я не был пьян. Я еще даже не допил свой второй бокал. Но все думали, что я пьян или буду пьян. – Ты меня слышал? – спросил Аарон. Что я делал, думал о Сэме? – Ты в порядке? – Да, я... в порядке. – Посмотри на меня. Я сделал, как он просил. – Раньше меня бесило, что ты уходишь домой со всеми этими парнями после того, как отказал мне. У меня ушла целая вечность на то, чтобы заставить тебя сказать «да». Я слышал его слова, но на самом деле не думал о том, что он говорит. У меня не было никаких эмоций. – Когда мы наконец встретились... Боже, Джори, это было похоже на выигрыш в лотерею. Значит, я был призом. – Джори.... Я посмотрел в его глаза, увидел, какие они голодные, какие темные. Он наклонился ко мне, чтобы его не подслушали. – Ты знаешь, люди смотрят на тебя и думают, что ты горячая штучка, но они понятия не имеют, насколько великолепно твое тело. Аарону всегда было необходимо, чтобы все восхищались его вещами, жаждали его имущества... и я был одной из таких вещей. Когда мы встречались с его друзьями, он покупал мне рубашку или свитер, как он говорил, в подарок. А я надевал его и обнаруживал, что он слишком мал. – Твое тело великолепно, – говорил он мне. – Ты должен больше его демонстрировать. Если мы отдыхали у бассейна, он проводил рукой по моему животу в присутствии своих друзей, говорил, что на моем прессе можно стирать белье, иногда дергал за край плавок, чтобы проследить V-образную линию от бедра до паха. Я отпихивал его от себя и бежал к дому, а он ловил меня и просил прощения, говорил, что не хотел меня смущать. Я же был так красив, что ему оставалось делать? Я говорил ему, что хочу, чтобы ко мне относились с уважением. И он обещал это, даже когда его рука скользила по моей заднице под крики и свист его друзей. Конечный результат был закономерен: люди, которые были важны для него, считали наши отношения шуткой. Они были уверены, что все, что я могу предложить, - это то, что вы видите. Мы ходили в дорогие заведения, и Аарон напоминал своим друзьям, чтобы они покупали мне напитки или еду, поскольку я не мог себе этого позволить. Мой возраст был постоянным источником веселья, а отсутствие финансового портфеля и собственности - поводом для беспокойства. Подразумевалось, что он живет со мной в трущобах, потому что у меня горячее тело и я хорош в постели. И когда мы расстались, оставить эту часть позади было огромным облегчением. Забавно, что друзья Дейна никогда не заставляли меня чувствовать себя плохо. Может быть, потому, что все они были самодостаточными людьми, и ни один из них не был ребенком из целевого фонда, как вездесущая компания Аарона. – О чем ты думаешь? Я покачал головой, глотая свой напиток. Он наклонился ближе, и я почувствовал его теплое дыхание у своего уха. – Джори, я знаю, что ты вернулся в клубы, спишь с любым парнем, который попросит... поэтому я прошу... вернись домой со мной. Выбери меня сегодня вечером... пожалуйста. Но все было кончено, и возвращаться было просто глупо. Просто быть с ним, видеть насмешливые взгляды его друзей, слышать, как он критикует меня, - все это раздражало. Он повернул мое лицо к себе. – Я не пытаюсь заставить тебя чувствовать себя плохо. – Да, пытаешься, – сказал я, вынимая подбородок из его руки и отталкиваясь от стола. – Но это нормально для тебя и этих засранцев, так что я не расстраиваюсь. Просто с меня хватит. – Но мне все равно, что ты такой, – продолжал он, потому что на самом деле не слушал меня. – Я просто хочу, чтобы ты... – Я знаю, чего ты хочешь, – сказал я, вставая и надевая куртку. – Что ты делаешь? – неожиданно спросил он. Это казалось очевидным. – Я ухожу. – Почему? – спросил он, потянувшись, чтобы взять меня за запястье. – Я забыл, как плохо ты и твои друзья заставляют меня чувствовать себя по отношению к себе, – сказал я ему, вырывая руку из его хватки. – Увидимся позже. Спасибо за ужин. – Джори... – Пока, – крикнул я, улыбаясь, прежде чем повернуться и выйти из комнаты, уворачиваясь от официантов, которые подходили, чтобы подать еду и напитки. Я спустился по лестнице в ресторан, а затем пробрался сквозь толпу к двери. На улице мне сразу стало легче, пропала клаустрофобия, как будто я мог дышать. – Джори! Я повернулся и увидел Аарона. – Куда ты идешь? – Домой. – Почему? Разве я сказал что-то неверное? – Ничего, – сказал я, поворачиваясь, чтобы уйти. – Джори! – огрызнулся он, крепко схватив меня за руку и удерживая. – Ненавижу эти чертовы драматические выходы. Хоть раз останься и сразись. Ты всегда убегаешь. Я пожал плечами. – Так найди кого-нибудь, кто останется. Кажется, это не так уж сложно. К тебе постоянно пристают парни, просто выбери одного. Тот парень, Паркер, считает тебя очень сексуальным. – Джори... – Отпусти меня, Аарон, – устало сказал я. – Я не тот парень для тебя, а ты точно не тот для меня. Давай просто забудем об этом. – Боже! – прорычал он, и разочарование просто вырвалось из него. – Почему ты все время со мной споришь? Почему ты не можешь просто выслушать меня, ведь я хочу для тебя только самого лучшего? Ты мог бы быть таким счастливым! Я мог бы показать тебе столько вещей и мест и... Я убрал его руку и сделал шаг назад. – Мне это не нужно. – А что тебе нужно? Ты хоть знаешь? Я не знал, но я точно знал, что это не Аарон Саттер. Чтобы любить, нужно доверять, а я не доверял Аарону. Он хотел изменить меня, и я боялся, что если останусь с ним, то потеряю себя на этом пути. – Джори? Скажи мне, какой парень тебе нужен, и я им стану. Я покачал головой. Единственный мужчина, которого я когда-либо любил так сильно, что во мне рушились все стены, был Сэм Кейдж. И все потому, что он был достаточно силен, чтобы никогда не сломаться от напряжения рядом со мной. Я был в смятении, а он был моей опорой. Мне нужно было это, нужно было сдаться и просто быть. Но это прозвучало бы отчаянно и созависимо, если бы я озвучил это, поэтому я просто молча стоял рядом. – Джори, пожалуйста. Я думал о тебе каждый день, когда меня не было. Когда он сделал шаг вперед, я сделал еще один назад. Я не собирался больше позволять ему прикасаться ко мне... в этом не было смысла. Я сомневался, что мы вообще можем быть друзьями. – Джори... милый. А Сэм был еще худшей перспективой, потому что, как бы я его ни хотел, он мне не подходил. Это было забавно: парень, которого я не хотел, оставался навсегда, а парень, которого я хотел, в итоге снова бросал меня, если я давал ему шанс. Мне нужно было выпить. – Это твой ответ на все. Я и не заметил, как произнес это вслух. – Тебе нужно поехать со мной домой и провести выходные. Нам нужно поговорить. Меня вдруг захлестнул грусть. Это было действительно прощание, и я навсегд покончил с еще одними неудачными отношениями. Мой послужной список был полным дерьмом. – Джори, – он прошептал мое имя, пытаясь подойти ко мне вплотную и потянувшись к моему плечу. Я отступил, развернулся и побежал. Он выкрикивал мое имя еще не раз. Я не был готов идти домой. Мне действительно нужно было просто посидеть где-нибудь, выпить и проветрить голову. Где-нибудь в тихом месте, где меня никто не побеспокоит. И я точно знал, где.

****

Оказалось, что я пожинаю серьезную карму за Бог знает что. А может, это была карма кого-то другого, а я просто попал под перекрестный огонь. В моем любимом пиано-баре был проведен рейд по борьбе с наркотиками, поскольку владелец клуба, судя по всему, уже некоторое время ввозил и вывозил из своего заведения довольно много кокаина. И детективы из отдела нравов выбрали для облавы сегодняшний вечер, ночь на среду. Я сидел на полу в длинном ряду вместе со всеми, кто был внутри, когда полиция ворвалась в парадную дверь. Баррикада из черно-белых машин отгораживала нас от другой стороны улицы, где уже образовалась толпа. Это была вишенка на торте моего дня. Когда кто-то легонько пнул меня по ноге, я откинул голову назад, чтобы посмотреть вверх. Оказалось, что я ошибся: вот она, верхушка торта. – Хай, – Сэм Кейдж ухмыльнулся, глядя на меня. – Что привело тебя в это логово беззакония, Джи? Я застонал, и его ухмылка сменилась злобным оскалом. Он наслаждался этим безгранично. – С каких пор ты принимаешь наркотики? – Я не принимаю, и ты это знаешь, – я бросил на него взгляд. – Не будь ослом. – Лучше следи за тем, как ты со мной разговариваешь, – сказал он, приседая передо мной. – У тебя могут быть большие неприятности. Я пристально посмотрел ему в глаза. – Что ты вообще здесь делаешь? Ты больше не работаешь в полиции нравов, ты теперь детектив из отдела убийств. Он не ответил мне. – Сэм? – Вставай. Как только я поднялся на ноги, он крепко схватил меня, впившись пальцами в плечо, и повел прочь от остальных, по улице и за угол к своей машине. Я вырвался из его хватки и повернулся к нему лицом, но прежде чем я успел сказать хоть слово, он толкнул меня к боковой двери и прижал к себе. Он держал меня неподвижно, положив одну руку мне на грудь. – Господи, Сэм, – рявкнул я на него. – Какого черта ты... – Заткнись, – оборвал он меня, шагнув вперед, так что нас разделяло всего несколько сантиметров. От него исходило потрясающее тепло. У меня перехватило дыхание, я ничего не мог с этим поделать. Он издал какой-то звук в глубине горла. – Некоторые вещи никогда не меняются, да, Джи? Я не собирался доставлять ему удовольствие, разговаривая с ним. – Посмотри на меня. Я поднял голову, чтобы заглянуть ему в глаза, и обнаружил, что он одновременно наклонился ко мне. Когда он заговорил, я почувствовал его теплое дыхание на своем лице. – Что ты здесь делаешь? – Я просто хотел немного посидеть и расслабиться, прежде чем отправиться домой. Он кивнул, опустив голову ниже, вдыхая мое дыхание. – Ты дрожишь, знаешь ли. Я знал. Я ничего не мог с этим поделать. – Может, мне стоит обыскать тебя на предмет запрещенных веществ. Я тяжело сглотнул, пытаясь заставить свое тело успокоиться. – А может, я просто посажу тебя на заднее сиденье своей машины и буду трахать, пока ты не потеряешь сознание. Одна мысль о том, что он будет держать меня на руках, заставляла меня отчаянно желать этого. Когда я перевел дыхание, его колено оказалось между моих ног, а затем и бедро, когда он наклонился ко мне. – Послушай, я хочу, чтобы ты встретился со мной за углом в баре «Ривер Роуд», – его голос был глубоким и сексуальным, посылая пульсации жара через меня. – Иди туда и жди, а как только я закончу здесь, я встречу тебя. Но мой мозг включился, и голова прояснилась. – Ты меня слышал? Я не собирался нигде с ним встречаться. Иллюстрация его власти надо мной была ужасающей. Ни один другой парень не мог заставить меня пыхтеть и извиваться за считанные секунды. Никто другой не имел надо мной такой власти. Мне хотелось убежать как можно быстрее. Он схватил меня за волосы и сильно дернул голову назад, не заботясь о том, больно мне или нет. – Даже не думай бросить меня. – Нет. Он поцеловал основание моей шеи. – Твое сердце бьется так быстро, детка. Я сильно задрожал. – К черту, садись в машину. – Ты на службе, – напомнил я ему. – Нет, я не дежурю, – сказал он мне. – Я просто ехал домой и услышал вызов. Я подумал, что нахожусь недалеко от того места, где ты находишься, и смогу тебя проведать. – Как ты узнал, где... – Я могу отследить твой телефон, я же говорил тебе. Детектив полиции. Иногда я забывал. – Отпусти меня, – приказал я. – Ты делаешь мне больно. – Нет, – сказал он, его рука переместилась с моих волос на шею. – Я никогда не смогу причинить тебе боль. – Отстань от меня, – прошипел я, извиваясь в его руках и пытаясь оттолкнуться от машины. Он отступил назад, и я быстро отодвинулся от него. – Иди в бар, Джи. Я буду там через пятнадцать минут. Я повернулся, чтобы уйти, но прежде чем я оказался вне пределов его досягаемости, он схватил меня за плечо и развернул лицом к себе. – Боже, что? Выражение его лица было мрачным, брови нахмурены, челюсть сжата. – Будь там. Я просто смотрел на него долгую минуту, прежде чем начал отходить назад. – Ты ведь не собираешься встретить меня там? Я покачал головой. – Почему? – крикнул он в сторону улицы, пространство между нами было достаточно большим, чтобы даже если он бросится бежать, то не сможет дотянуться до меня. – Из-за того, что ты только что сделал. – Это чушь, и ты это знаешь. Я пожал плечами. – Тебе нравилась каждая секунда этого. И если быть честным, то да, но мы не были честными. Он стоял и смотрел на меня, а я повернулся и пошел прочь. Мое тело было раскрасневшимся и горячим после того, как Сэм разжег мое либидо, поэтому я поймал другое такси и направился в одно из своих обычных заведений, чтобы подцепить кого-нибудь. Мне нужен был незнакомец без всяких обязательств, чтобы утолить мое желание. В лаундже играли стандарты Билли Холидей, и у певицы был глубокий, знойный голос. Я заказал бокал «Хеннесси» и сел в конце бара, чтобы послушать. Когда я осушил свой бокал, на его место был поставлен другой. Повернув голову, я обнаружил, что мне улыбается очень красивый мужчина. – Наконец-то ты появился. – Прости? – улыбнулся я ему. – Ты меня не помнишь? Не помню. – Ты подобрал меня здесь около месяца назад. Я понятия не имел, кто он такой. – Конечно. Он медленно улыбнулся. – Ты не помнишь, но это не страшно... Я помню тебя. Я сделал глоток своего напитка. – Но ты давно не появлялся и не дал мне свой номер. Я кивнул. Я почти никогда не давал свой номер. – Я все думал, что если буду тусоваться здесь, то снова наткнусь на тебя. – И вот теперь наткнулся. – Теперь да. – Это хорошо? Он кивнул, наклонившись вперед. – Это очень хорошо. – Ты живешь где-то здесь? Он кивнул. – Да, очень близко. – Спасибо за выпивку. – Допьешь его, а потом можешь выпить еще у меня. И я уже был готов принять его предложение. Мое тело пульсировало от нахлынувшего желания, а он был ничуть не хуже других парней. По крайней мере, нам нравилась одна и та же музыка. Это уже что-то. Я улыбнулся ему и продолжил бы наш кокетливый разговор, но рука, скользнувшая по моему левому бедру, повернула мою голову в противоположном направлении. Сэм Кейдж стоял там, облокотившись на барную стойку, смотрел на меня и просто ждал. Я был ошеломлен. – Что ты... – Извините, – начал парень, наклоняясь ко мне. – Я разговаривал с... – Отвали, – резко сказал Сэм и снова перевел взгляд на меня. Его улыбка была огромной. – Он со мной. И поскольку говорил Сэм Кейдж, парень исчез. Я повернул голову, чтобы сказать своему поклоннику что-нибудь приятное, но его уже не было. Детектив был слишком большим и пугающим. – Посмотри на меня. Я резко выдохнул и перевел взгляд на Сэма. – Можно мне присесть? Я пожал плечами. – Здесь хорошо, – мягко сказал он, усаживаясь на барный стул рядом со мной и отодвигая мой стакан. – Тебе нравится такая музыка, да? – Я прихожу сюда не ради музыки. Что я и сделал. Это был мясной рынок, и именно поэтому я был там. – Я приехал, чтобы подцепить кого-нибудь. – Понятно. – Что ты здесь делаешь? – я спросил быстро, мой голос прозвучал резче, чем я хотел. – Ты здесь. – Но мы оба знаем, что это не... – Давай я отвезу тебя домой. – Ни в коем случае. Он наклонился ко мне, вторгаясь в мое личное пространство, его колено прижалось к моему. – Почему нет? – Как ты вообще узнал, что я... – Ты знаешь, что я детектив полиции? Ты знаешь, что я постоянно нахожу людей? – Черт. Он хихикнул. – Ты не можешь бросить меня, Джи. Пойдем со мной домой. – Сэм, ты не должен тратить свое время. – Я не считаю время, проведенное с тобой, пустой тратой. – Но Сэм, ты... – Что, милый? – сказал он, глядя на меня, его глаза застыли на моем рте. – Это обречено на провал, Сэм. – Я не принимаю этого, – сказал он, его рука медленно потянулась ко мне, давая мне время отодвинуться, если бы я захотел. – Тебе на самом деле все равно, Сэм... на самом деле. – Мне все равно? – он слегка коснулся моего подбородка, осторожно приподняв его, чтобы провести тыльной стороной пальцев по моей шее. – Потому что... Я думаю, что это не так. Потому что, в отличие от всех этих парней, я хочу сохранить тебя. Я отстранил голову, и он позволил мне. – Ты просто хочешь трахнуть меня. – О, этого я тоже хочу, – тепло усмехнулся он. – Но это только часть всего. – Как это может быть? Сэм, ты даже не знаешь меня или... – Ты ни о чем не догадываешься, – сказал он, глядя мне в глаза. – Ты мне снишься. Я опустил взгляд на барную стойку. – Меня убивает, что ты просто не сдаешься. Я закрыл глаза и уперся лбом в руку. – Ты позволишь какому-то незнакомцу забрать тебя домой и трахнуть, но меня... меня ты к себе не подпустишь. Как это вообще имеет хоть какой-то гребаный смысл? – Незнакомец не причинит мне вреда. – Я тоже. Я насмешливо улыбнулся, поднял голову и посмотрел ему в глаза. – Пошел ты, Сэм. Он пожал плечами. – Валяй, выплескивай на меня - мне плевать. Я одним глотком осушил напиток, который купил мне парень, и соскользнул с барной стойки. Я был уже на полпути к входной двери, когда меня крепко схватили за руку. Я застыл, когда он оказался передо мной. – Давай я отвезу тебя домой. Я прошел мимо него и глубоко вздохнул, как только оказался на улице. – Тебя волнует, что я скучал по тебе? – спросил Сэм, появляясь рядом со мной. – Нет. – Лжец. – Сэм, я не могу этого сделать, я не буду, – сказал я, засовывая руки в карманы. Было холодно и поздно, и я видел свое дыхание, когда говорил. – Я должен быть сумасшедшим, – я пошел быстрее, надеясь, что он просто отпустит меня. Он снова схватил меня, дернул так быстро, что я чуть не упал. – Ты всегда был сумасшедшим. – Отпусти! – я попытался вырваться, но он держал меня. Чем сильнее я дергался, тем крепче он держал. Он собирался оставить синяки на моей коже. – Нет. Я перестал бороться и уставился на него. – Просто уйди. – Почему? – Почему? – повторил я. – Ну, для начала, как насчет того дерьма на улице? Думаешь, меня заводит, когда ко мне относятся как к куску задницы, который ты... – Да, – оборвал он меня, его глаза были полны жара. – Я думаю, тебя заводит мысль о том, что я заставляю тебя делать все, что я захочу. Ты умираешь от желания подчиниться мне. Я покачал головой, попытался высвободить руку, но он не отпускал меня. – Мы оба знаем, что ты хочешь меня, – его голос был спокойным, но мышцы на челюсти напряглись. – И я хочу, чтобы ты, Джи, был со мной - не только в моей постели. Я пристально посмотрел ему в глаза. – Если ты так сильно хотел меня, если я был так важен... почему ты никогда не звонил мне, не писал и не отправлял чертовых писем? Ты уехал на три года, Сэм, три чертовых года! Ты не можешь ожидать, что через столько времени мы вернемся к тому, на чем остановились, только потому, что ты готов. Это полное дерьмо! – Меня не было, меня не было в стране два года, Джи. Я ни с кем не разговаривал. Я… – Отлично. Ты вернулся год назад, ты даже сказал, что прошел год. Так... почему я вижу тебя только сейчас? Мы случайно встретились в хозяйственном магазине, и ты что, переполнен эмоциями, и теперь ты должен видеть меня снова? Это бред. Он схватил меня за другую руку и сильно встряхнул. – Я не знал, что делать. Я никогда не знал, что делать с тобой. Когда я вернулся, я пошел к тебе, а ты был с тем парнем, Аароном. Я был ошеломлен. – Ты видел меня с Аароном? – Да, – сказал он, отпуская меня и позволяя мне сделать несколько шагов от него. – Ты выглядел счастливым, и ты заслуживаешь счастья, но... Но я должен был проверить, а потом увидел, что его больше нет рядом, а ты... ты отдаешь себя. Зачем ты это делаешь? Почему ты идешь домой с любым, кто попросит, Джи? Я отвернулся, потому что не мог ему сказать. – Ты хоть представляешь, каково это - смотреть, как ты каждый вечер уходишь домой с новым парнем? – Видишь? – сказал я, пожав плечами, все еще глядя на улицу. – Я дрянь, Сэм... зачем вообще со мной возиться? – Посмотри на меня. Но я не смотрел. – Посмотри на меня, – прорычал он, схватил меня за руку и притянул к себе. Я попытался вырваться, но его хватка была как железо, и я никуда не мог деться. – Ты не дрянь, просто ни один из этих парней тебе не подходит. Я не нашелся, что ответить, потому что то, что он подумал, было именно тем, что я чувствовал. Молчание казалось лучшим вариантом, и я так и сделал. – Я думаю, ты хочешь принадлежать мне, и если это буду не я, то тебе никто не нужен. Я повернулся, чтобы посмотреть на него. – Это дерьмо, и ты полон дерьма. Он покачал головой, протянул руку и провел по моей щеке. – Нет, я прав. – Сэм... Он сократил небольшое расстояние между нами. – Почему ты дрожишь? – Потому что здесь холодно. – Но не поэтому, – сказал он, проведя пальцами по моей челюсти и улыбнувшись. – Сэм... – Я тебе очень нужен. Как он узнал? Кожа зудела, мышцы напряглись, я едва могл дышать. Все во мне было готово, ждало его. Я жаждал его, даже когда рефлекс бегства душил меня. Я хотел убежать и в то же время хотел остаться. – И я имею в виду не только в постели. Он знал меня так хорошо... даже спустя столько времени он все еще знал меня. – У тебя глаза на лоб лезут, Джи. Я хотел сдаться, но захлебывался от страха. Он мог так легко разорвать мое сердце. – Прости, что не пришел за тобой сразу, как только вернулся. – Ты не должен... – Но теперь я здесь. – Сэм, ты... – Джори! – крикнул он мне. – Я здесь. Я покачал головой. – Я хочу, чтобы ты вернулся. Все вокруг расплылось, когда мои глаза заполнились. – Ты можешь найти другого парня. – Мне не нужен другой парень, мне нужен ты. – Ты мне не подходишь. – Да, подхожу, и мне не терпится тебе это показать. – Сэм, – вздохнул я, – ты действительно думаешь, что после всего этого... – Я не хочу, чтобы с этой секунды ты принадлежал кому-то еще, я не могу... Я не буду. Я открыл рот, чтобы сказать ему, что уже слишком поздно, но не успел даже осознать, что двигаюсь, как оказался в его монструозном внедорожнике. Дверь за мной закрылась, и я сидел и ждал, пока он сядет в машину. Когда он скользнул за руль, то сразу же повернулся и улыбнулся мне. Он выглядел очень самодовольным. – Прекрати, – я постарался не улыбнуться, так близок я был к тому, чтобы просто сдаться. – Выпусти меня. – Ты пьян, ты даже идти не можешь. – Я не пьян. – Я хочу отвезти тебя домой. Я застонал, а он захихикал. – Давай, детка. – Я не твоя детка. – Нет, это так, – сказал он, лениво улыбаясь. – Ты знаешь, что это так. – Сэм... – Ты никогда не переставал принадлежать мне. – Это безумие. – Нет. Это правда. – И что с того? – я уже был измотан. – Так что давай я отвезу тебя домой. – Отлично, – я вскинул руки в знак поражения. – Отвези меня домой. – Хорошо, – он улыбнулся и завел машину. – Подожди, ко мне домой, – уточнил я. – Я не знаю, где ты живешь. – Ты шутишь? – пробормотал я. – Ты невероятен. Он начал смеяться. – Ты лжешь. Я знаю, что ты знаешь, где я живу. Ты же детектив, в конце концов. – Это не по моей части, – он пожал плечами, его смех выдавал его. Он лгал буквально сквозь зубы. – Можешь зайти ко мне. – Нет. Его улыбка быстро превратилась из самодовольной в злую. – Как будто ты сейчас можешь что-то сделать. Я снова застонал, но не мог перестать улыбаться. Это было безумием, что я все еще могу чувствовать себя так... все еще сходить с ума по Сэму Кейджу после всего этого времени. Он погубил меня ради других мужчин. Это было нелепо. – Джори... детка, – глубоко вздохнул он, потянувшись ко мне, чтобы обхватить рукой за шею и притянуть к себе. – Перестань бороться со мной. Просто сдайся. – Сэм... – Я вижу, как ты смотришь на меня... ты хочешь меня. – Конечно, я хочу тебя, Сэм, но это не значит, что я должен. – Малыш... – Эта сцена так знакома. Я в твоей машине, ты обещаешь, что в этот раз все будет по-другому, я верю тебе. Мы уже делали это раньше, но ничего не вышло. Нам пора закругляться. – Ты так сопротивляешься, потому что боишься, что тебе будет больно. – Нет, я просто... – Детка, – его голос был таким теплым, таким успокаивающим и нежным. – Остановись... сдайся... Я люблю тебя. – Нет, ты просто пытаешься... Я почувствовал его теплое дыхание на своем лице за секунду до того, как он поцеловал меня. Волна жара затопила меня, и когда его язык проник между моих губ, я открылся ему навстречу. Его рот сомкнулся над моим, и я почувствовал, как его рука скользнула по моей шее, чтобы удержать меня там. От его звуков удовольствия у меня затрепетало в животе, когда он вошел глубже, его язык спутался с моим, пробуя меня на вкус, не торопясь, поглощая меня. Это длилось так долго, жар, потребность, просто нарастающие... и я почувствовал его руки на себе: одна запуталась в моих волосах, другая скользнула под рубашку и теперь выводила круги на моей спине. Он мог бы целовать меня часами, если бы я ему позволил. Когда я попытался отстраниться, он наклонился ко мне, пока я не положил руки ему на грудь и не толкнул. – Что? – спросил он, его голос был полон хриплых ноток, глаза были тяжелыми и такими темными. Невозможно было не заметить, как он возбужден, - это было воплощение похоти. – Отвези меня домой. – После этого поцелуя... после того, как ты только что ответил... нет. Ни за что. – Сэм, перестань. Я не хочу заставлять... – Просто поехали со мной домой. Я хочу поговорить с тобой. – Я прекрасно знаю, что ты хочешь сделать, – заверил я его. – Просто давай. Я обещаю держать руки подальше от тебя. – Да ты сейчас весь в дерьме. – Прямо сейчас? – он подмигнул мне. Я откинулся на сиденье. – И что? – он поддразнил меня. – Ты все равно будешь делать все, что захочешь. – Это правда. Закрыв глаза, я почувствовал его руку на своем бедре. – Ты обещал держать свои руки подальше от меня. – Да, я солгал. И я, конечно же, знал это.

****

Его квартира выглядела точно так же. Я прошелся по ней, заново знакомясь с тем, где что находится. Чайные чашки, которые я купил, все еще стояли в шкафу. Это было забавно. – Странно, правда? Я оглянулся вокруг, потом снова на него. – Да, – сказал я, разглядывая все те же фотографии в рамке на полках рядом с телевизором. – Снимай куртку. Я бросил ее на диван и продолжил осмотр. – Хочешь воды или чего-нибудь еще? – Нет, но я ценю твою заботу о моей трезвости. Он хихикнул, пересек комнату и потянулся ко мне, обхватив мое лицо руками. – Что мы здесь делаем, Сэм? – тихо сказал я. – Уже слишком поздно. – Никогда не поздно, – он улыбнулся мне в глаза, его пальцы скользнули по моей челюсти и губам. – Можно я поцелую тебя, прежде чем положу в свою постель? – Что? – я отстранился от него, но он двинулся за мной, запустив руки в мою рубашку. – Я хочу тебя, – его голос был хриплым, наполненным потребностью. – Ну, ты не можешь получить меня, – сказал я ему, и даже для самого себя мои слова прозвучали жалко. В моих словах не было силы. Обещание было пустым. – О, нет? – спросил он, его сильные руки нежно скользнули по моей шее. – Нет, – повторил я, не пытаясь отодвинуться от него ни на дюйм. – Слишком поздно. – Правда? – его голос был таким низким, что я чувствовал, как вздымается моя грудь, просто глядя на него. – Да, – слабо запротестовал я, даже не представляя, насколько неубедительно это прозвучало. – Ты лжешь, – он лукаво улыбнулся. – Сейчас ты для меня твердый. Я поднял подбородок в знак протеста, и его рот опустился и накрыл мой. Я затрепетал в его объятиях, потому что поцелуй послал заряд прямо в мой пах. Он обжег меня, и я понял, что этот мужчина действительно знает, как меня целовать. Никто ни до, ни после него не мог подарить мне такой поцелуй, от которого я чувствовал, как по всему телу разливается жидкий жар. Он был таким большим и сильным, что его сила просто подавляла, когда он сжимал меня в объятиях и целовал крепко и глубоко. Я не был пассивным: я запутался руками в его волосах, когда ощущения пронеслись по моему телу. Я неистово поглощал его рот. Когда мне показалось, что моя голова сейчас взорвется, я прервал поцелуй, чтобы вдохнуть побольше воздуха. – Господи, как же ты хорош на вкус, – задыхался он, прижимаясь лбом к моему. Я положил руки ему на грудь и попытался оттолкнуть его от себя. Он не сдвинулся с места. – Детка, – дышал он мне в рот, его рука была под моим подбородком, большой палец лежал на моей нижней губе и скользил по ней. – Поцелуй меня еще раз. И было бесполезно отказываться, потому что я так сильно этого хотел. Я сгорал от желания, поэтому приподнял подбородок, и его рот оказался на моем, посасывая, покусывая, целуя, требуя моих губ. Он провел языком по моему рту, и я ударился о входную дверь, прежде чем понял, что он двигает меня назад к ней. – Лучше, – прорычал он. – Теперь ты у меня. Я задрожал от одного звука его голоса, когда он поцелуями прошелся по моей шее до ключиц. – Не могу дождаться, – его голос был таким низким, таким полным потребности. – Сэм, – вырвалось у меня. – Может, нам стоит притормозить... Он схватил мою рубашку и расстегнул ее. Я услышал, как пуговицы отскочили от пола. Его рот был повсюду: на груди, на сосках, на животе, кусая, облизывая и оставляя влажный след, от которого я вздрагивал, когда на него попадал воздух. – Боже, детка, твоя кожа, – простонал он, положив руки на пряжку моего ремня, быстро повозился с ней, а затем перешел к застежке-молнии на моих джинсах. – Сэм... Я... Мои джинсы спустились, а за ними и трусы. Его воздействие на меня было очевидным, и я громко застонал, когда он встал передо мной на колени, положив руки на мои бедра, и взял меня в свой горячий рот, заглатывая в глотку. Я приклеился к двери, сцепив руки за спиной, когда желание пронзило меня насквозь. Я не продержусь, не смогу продержаться, слишком возбудился от того, что было раньше, и теперь это было продолжением прелюдии, которую он начал на улице. – Сэм... – прохрипел я его имя, глядя на него сверху вниз. Он поднял на меня глаза, откинувшись назад, чтобы улыбнуться, и улыбка была злой и мрачной. – Я заставлю тебя выкрикивать мое имя. Заставлю тебя стать моим снова и снова. Ты никогда не покинешь меня. Как будто ему нужно было что-то делать, чтобы добиться этого. Я никогда никого не хотел так, как его. Мгновенно я вернулся туда, где его прикосновения были для меня как воздух, которым нужно было дышать. Спустя долгие минуты он поднялся, развернул меня и толкнул лицом к двери. Он раздвинул мои ноги, и я услышал, как за спиной хрустит фольга. – На презервативе есть смазка, – дышал он мне в ухо, вызывая дрожь. Он покусывал и облизывал мое ухо, а затем спускался по шее. – Я хочу иметь тебя, хочу показать, что ты все еще мой. – Сэм, – я едва мог думать, не говоря уже о том, чтобы произносить слова. Он прижался ко мне и сильно присосался к моему плечу. Его кожа была такой горячей. Когда он вошел в меня, заполняя собой, я думал, что умру. Я услышал, как он перевел дыхание, почувствовал его руку, как тиски, на моем бедре, а другую - вокруг меня. – Детка, – прорычал он мне в плечо, прежде чем укусить. – Ты чувствуешь себя так хорошо. Это было не просто хорошо. Я был в раю. Его рот был влажным на моей коже, его рука, поглаживающая меня, посылала волны удовольствия через меня. – Так хорошо, – прохрипел он. – Господи, Джи, ты такой тугой и горячий. – Не останавливайся, – взмолился я и почувствовал его зубы на своей шее. Он входил в меня снова и снова, так сильно, как только мог, и я уперся руками в дверь. – Мой, – прорычал он, его голос был таким сексуальным, таким грубым. – Моя детка. Я задрожал под ним. Только представив его полностью одетым, стоящим позади меня, и меня практически голым, доминирование и подчинение, только он когда-либо мог заставить меня делать то, что он хотел. Он мог быть груб со мной, но никогда не причинил бы мне боли. Он был создан для меня. – Мне нравятся твои маленькие звуки, когда ты счастлив, – он лизал мое плечо, шею, пробовал меня на вкус, покусывал, все время глубоко всаживаясь, его руки беспокойно двигались по моей коже. – Сэм, – вздохнул я. – Что я чувствую, детка? – его голос был таким низким и чувственным, что пронзил меня насквозь. – Я скучал по тебе, – задыхаясь, ответил я, изо всех сил стараясь думать. – Потому что ты любишь меня. Его рука легла мне на живот, прижимая меня к себе. – Нет, – смог вымолвить я. – Да, – настаивал он, крепко прижимая меня к себе, его пальцы впились в мой живот, чувствуя, как работают мышцы. – Я любил тебя раньше, – успокоил я его. – Нет, ты любишь меня. Не раньше, а навсегда. – Нет. – Скажи это. – Нет. – Скажи, что любишь меня. – Нет. – Да. Назови мое имя и скажи мне. – Нет. – Да. – Нет. Я больше не пойду с тобой по этому пути. – Ты уже на нем. – Черта с два, – усмехнулся я, потому что это было нелепо, что мы разговаривали, пока он прижимал меня к своей входной двери. Только он и я могли быть такими упрямыми. – Это только на сегодня. – Чушь собачья, – прорычал он, проводя рукой по моей заднице. – Ты мой. Я сопротивлялся вполсилы, потому что был готов закричать прямо там и тогда. Мое сердце колотилось так сильно, что я едва слышал его. – А теперь назови мое имя и скажи мне. Но я потерялся в реакции своего тела на его слова, все мои мышцы разом напряглись, сжались... Моя голова откинулась на его плечо, ладони прижались к двери, и я закричал. – Господи Иисусе, – прорычал он, когда земля ушли из-под моих ног. Обжигающий жар пронизывал меня, но Сэм крепко держал меня, прижимая к себе, когда его тело выгибалось и содрогалось, так глубоко во мне, что мы сливались воедино. – Господи... Я могу умереть от этого, – прошептал он мне в плечо. Я тоже. Смесь удовольствия и боли была мучительной и одновременно пьянящей. Я никогда не чувствовал себя лучше, чем когда был с ним. – Джори... детка... Мне пришлось сосредоточиться на том, чтобы оставаться в вертикальном положении. Он отпустил меня, когда мое дыхание выровнялось, а затем медленно, осторожно развернул меня лицом к себе. Не то чтобы я мог заставить себя смотреть на него, поскольку, несмотря на все мои протесты, я так быстро сдался. У меня совсем не было силы воли. – Джори... – сказал он, прежде чем поднять мой подбородок и поцеловать меня, долго и крепко. Я захныкал, потому что ничего не мог с собой поделать. Он углубил поцелуй, и мне показалось, что мое сердце сейчас разорвется. – Скажи, что любишь меня, Джи, скажи мне правду. Его дыхание было теплым на моем лице, прежде чем он заключил меня в свои объятия, крепко прижимая к своему колотящемуся сердцу. – Сэм.... – Скажи это, – приказал он, проводя пальцами вверх и вниз по моему позвоночнику. Я посмотрел на него снизу вверх, задев его подбородок своей макушкой. – Ты знаешь, что я люблю тебя. Не будь дураком. – И поэтому Аарон получил «нет», – настойчиво повторил он, скользнув рукой по моей шее и зарывшись пальцами в мои волосы. – Именно поэтому, – согласился я, мой голос был неровным. Я звучал как одурманенный. – Мне нужно... – Прилечь? – он поддразнил меня, отстраняясь, чтобы заглянуть мне в лицо. – Я... Он хихикнул. – Давай снимем твою обувь. Я смотрел, как он опустился на колени, стянул с меня ботинки и носки, сдвинул джинсы и трусы на лодыжки, а затем поднялся и схватил меня, перекинув через плечо. Он понес меня в свою спальню. Я упал на холодные простыни, которые он откинул, а он стоял и смотрел на меня, пока я спешил накрыться одеялом. Я смотрел, как он раздевается донага, медленно обнажая рельефные мышцы и большое, твердое тело, которое я знал. Он был огромен. Он лукаво улыбнулся мне. – Ты хорошо выглядишь, лежа в моей постели. – Это только на сегодня. – Как скажешь, – он улыбнулся мне, затем поднял одеяло и придвинулся ко мне. От жара в его глазах у меня перехватило дыхание. – Я оставляю тебя у себя. Если бы ты был умнее, ты бы понял, что это уже решенный вопрос. Мои брови нахмурились, и он наклонился, чтобы поцеловать меня в переносицу. – Ты такой очаровательный. Я попытался оттолкнуть его от себя, но он был слишком силен, его рот прильнул к моему, а язык скользнул глубоко в мой рот. – Джори... детка, – вздохнул он, отстраняясь, чтобы заглянуть мне в глаза. – Я так тебя люблю. Я обхватил его за шею и притянул к себе. Его вес на мне ощущался как возвращение домой. – Я знаю, ты боишься, что я уйду или что-то случится, потому что наш послужной список - дерьмо, и я знаю, что у тебя нет причин доверять мне, но ты просто... ты должен, вот и все. Я не могу быть без тебя. Я все время думаю о тебе. Я просто смотрел в его прекрасные глаза. Он едва заметно покачал головой, нахмурив брови, словно отмахиваясь от чего-то. – Перестань. Ты любишь меня, кого ты разыгрываешь? – Сэм, я... – Ты не собираешься любить никого, кроме меня, ты же знаешь, что это не так. – Не собираюсь? – Нет, блядь. Он был так красноречив. Я не мог удержаться от улыбки. – Я просто привяжу тебя к кровати. – Это понравится твоему начальству, – сказал я, перевернулся на живот и закрыл глаза, мое тело стало тяжелым. Его рука скользнула по моему позвоночнику, и прежде чем я успел погрузиться в сон, его губы проделали тот же путь, а затем и зубы. Из меня вырвался стон. – Как же я соскучился по этой золотистой коже. Я был таким расслабленным, таким сытым, таким готовым ко сну. – Ты собираешься остаться здесь со мной навсегда? Я глубоко вздохнул. – Хорошо, – сказал он, его рука скользнула по моей попке, прежде чем его рот сомкнулся на моей правой щеке. – Остановись. – Почему? – Потому что ты меня убьешь. Он сильно укусил меня, и это ужалило, прежде чем он провел языком по щеке, посасывая и смачивая ее одновременно. Он оставит огромный след. – Тебе приятно? Конечно, приятно. – Нет. – Лжец, – сказал он, и я услышал улыбку в его голосе, прежде чем он перевернул меня на спину. – Сэм, – задохнулся я, когда он провел руками по моим ногам от лодыжек до бедер, удерживая меня, позволяя только извиваться, но не вырываться. – Детка, ты никогда меня не бросишь. Я мог только смотреть на него сузившимися глазами, пока он наклонялся к тумбочке и доставал из верхнего ящика еще один презерватив. Зубами он разорвал обертку. – Может, я еще не готов. Он хихикнул, и его голос был глубоким и хриплым. – Ты всегда готов для меня. Это была правда. – Положи свои ноги мне на руки. В его постели мы двигались медленнее, не торопясь, и это было настолько же нежно и любовно, насколько в первый раз - грубо и жестоко. Я перешел от бодрствования ко сну так плавно, что не помнил, как это произошло, пока телефон не разбудил меня посреди ночи. Я услышал его во сне, а проснулся от того, что он раздался в гостиной в квартире Сэма. Когда он прижался к моей спине и крепко держал меня даже во сне, было трудно распутаться. Через несколько минут мне удалось освободиться и от него, и от покрывала на кровати. Пошатываясь по знакомым и одновременно чужим комнатам, я нашел свой телефон там, где оставил его. Джинсы не сдвинулись с места, они по-прежнему лежали скомканными у входной двери. Это было похоже на неоновый свет, указывающий на мою капитуляцию. – Черт, – проворчал я, прежде чем ответить, и провел руками по волосам, пытаясь проснуться. – Алло? – Джори, – сказал Крис. – Это Крис. – Я знаю. Я зевнул. Что случилось? – Дилан. – Что Дилан? – Она в ванной и не хочет выходить. Нам нужно ехать в больницу - я думаю, может, у нее схватки, но она не хочет. Ее мама и папа здесь, мои родные здесь, ее сестра... Она не выходит, и Джори, ты мне нужен сейчас. Прямо сейчас! – Хорошо, – я потер глаза. – Хорошо. Я иду. Я иду. Держись. Я натягивал сапоги, застегивая первую молнию, когда зажегся свет. Сэм, шаркая, подошел к дивану и облокотился на него. Он был голый, явно не проснулся, а его волосы торчали дыбом. Он выглядел просто очаровательно, весь сонный и с глазами навыкате. – Что ты делаешь? – Мне нужно идти. – Нет, – хныкал он. – Ты обещал, что останешься здесь со мной навсегда. Я усмехнулся, натягивая второй сапог. – Я ничего такого не говорил. В ответ он издал полустон, полустон. – Сэм, – тихо сказал я, вставая и натягивая рубашку, понимая, что это бесполезно, так как я больше не могу ее застегнуть. – Черт. Мне нужен свитер, или футболка, или еще что-нибудь. – Мне нужно достать пистолет, – проворчал он, широко открывая глаза, чтобы попытаться проснуться. – Пуля тебя немного замедлит. – Сэм, – сказал я, проходя мимо него в спальню. – Дилан рожает, я ей нужен. Я пробыл в спальне один несколько минут, прежде чем услышал, как он копошится у меня за спиной. Когда я обернулся посмотреть на него, он снова надел трусы и джинсы. – Что ты делаешь? – Что? – пробурчал он, хмуро глядя на меня. – Ты никуда не пойдешь. Возвращайся в постель. – Скажи мне еще раз, кто звонил. – Моя подруга Дилан, мой напарник - она рожает, и, похоже, у нее небольшой срыв, – объяснил я, продолжая рыться в ящиках его шкафа. – Мне нужно приехать туда и помочь ее бедному мужу, пока у него тоже не случился срыв и они оба не получили шрамы на всю жизнь. – Дилан звонила или ее муж? – Ее муж. – Хорошо. Я нашел серую футболку с длинными рукавами. Я протянул ее. – Чья это? – Это Джен или Рейчел, – он зевнул и медленно улыбнулся. – Они часто бывали здесь, пока меня не было. Я вскинул бровь. – Не так, – огрызнулся он. – Джен больше не приводит сюда парней. – Насколько ты знаешь. – Да пошел ты, Джи, – сказал он с издевательской злостью, но потом вдруг фыркнул от смеха. – Ты видел переднюю часть этой рубашки, детка? Слово «Дива» было крупным и напечатано розовыми металлическими чернилами. Но мне придется смириться с этим; в шкафу Сэма Кейджа не было ничего другого, что могло бы подойти. Он был шесть и четыре , я - пять и девять , он - гора твердых, выпуклых мышц, я - маленький и худой, и ни одна из его вещей мне не подходила. Все или ничего, потому что на моей рубашке больше не было пуговиц. – Может, в следующий раз ты не будешь портить мою одежду, – пожаловался я. – Мне жаль, – пожал он плечами, но это было не так. Я оторвал бирку, вывернул футболку наизнанку и натянул ее. Она облепила меня, но в то же время прикрывала. – Ладно, – сказал я, несколько раз проведя пальцами по волосам. Мне пора. Я позвоню тебе. – Хрен ты позвонишь, – огрызнулся он. – Просто подожди, я пойду с тобой. – Нет, Сэм, ты не можешь этого сделать. Дилан тебя ненавидит, и твое присутствие там тебе не поможет. – Поможет. – Нет, действительно не поможет. – Послушай, – сказал он, подойдя ко мне и положив руку мне на шею. – Ты мой. Я иду туда, куда ты идешь, и куда бы ты ни пошел в три часа ночи, я тоже пойду. Он понятия не имел, что говорит, но это было очень мило, и я обхватил его руками, крепко сжал и велел застегнуть джинсы и найти рубашку. Я сильно шлепнул его по заднице, когда он отвернулся от меня. Он бормотал про себя всю дорогу по коридору.

****

Когда мы приехали в квартиру Дилан и Криса, торопливо представились друг другу, и я назвал Сэма своим парнем, потому что так было проще, чем объяснять. Его улыбка в ответ на это звание была огромной. – Это только на сегодня, – сказал я ему. – Как скажешь, – усмехнулся он в ответ. Мы все по очереди пытались вытащить Дилан из ванной. Я постучал в дверь ванной и попытался уговорить свою лучшую подругу и партнершу выйти. Она не поддавалась. Ее муж был таким милым, что я думал, мать Дилан расплачется, а его собственная мать смотрела на него так, словно он был вторым пришествием. Дверь даже не скрипнула. Ее отец попытался, потом отец Криса, а затем ее сестра прибегла к забавному, саркастическому подходу. Мы все смеялись, даже Сэм улыбнулся, но от Дилан не доносилось ничего, кроме ее криков, когда схватки прорывались сквозь нее. – Можно мне попробовать? – Сэм спросил меня, прислонившись к посудному шкафу. Руки скрещены, лодыжки скрещены, он выглядел очень спокойным. – Конечно, – пригласил Крис, сделав размашистое движение рукой. – Приходите один, приходите все. Сэм оттолкнулся от стены и двинулся через всю комнату к двери. Он осторожно постучал, и мы все завороженно наблюдали за ним. – Привет, Дилан, это я, Сэм. Ну, знаешь, детектив Кейдж. Тот самый, которого ты, блядь, ненавидишь. Мне действительно нужно было поработать над его ругательствами. – Разве ты не хочешь мне что-то сказать? И реакция была мгновенной. Дверь с грохотом распахнулась, и она выскочила из комнаты. – Как ты посмел снова заговорить с ним, эгоистичный ублюдок! Я ненавижу тебя за то, что ты причинил ему боль, еще больше ненавижу за то, что ты ушел, и больше всего ненавижу за то, что ты вернулся! Ты... не... заслуживаешь его! Убирайся к черту из его жизни, ядовитый манипулирующий засранец! В комнате воцарилась тишина, кроме Сэма, который подошел к ней вплотную, взял в руку ее подбородок и поднял его, чтобы заглянуть ей в глаза. – О, дамочка - тигрица. Она глубоко вздохнула, глядя на него снизу вверх. – Тебе лучше? Она вздрогнула, и на пол под ней полилась вода. Сэм даже не вздрогнул. – У меня отошли воды, – сказала она самым тихим голосом, который я когда-либо слышал. – Ага, – кивнул он, ухмыляясь той самой однобокой ухмылкой, которая мне так нравилась. – Так что поехали в больницу. – Я не могу идти, – сказала она, посмотрев на мужа, потом на отца, потом на меня. – Все в порядке, – сказал он и подхватил ее на руки. Как будто она совсем ничего не весила. В комнате не было другого мужчины, который смог бы ее поднять, даже если бы ему помогли. Через несколько секунд он уже стоял у двери, прижимая ее к груди, ее руки обвились вокруг его шеи, ее лицо лежало на его плече. Даже на девятом месяце беременности она выглядела крошечной и хрупкой по сравнению с ним, большим и сильным. Картина их вместе навсегда запечатлелась в моей памяти. – Джи, принеси мусорный пакет для Ди, чтобы она могла сидеть в машине, и сумку, которую она собрала для больницы. Давай, Крис, сделаем это. Крис, казалось, прикипел к месту, где стоял, и просто смотрел на Сэма. – Пойдем, приятель, – уговаривал его Сэм. – Но я собирался отвезти ее... – Я коп. У меня в машине крутой синий свет и сирена. Кто быстрее тебя туда довезет? – Ладно, ты выиграл, – согласился он и помчался по дому, торопя всех, пока мы спускались за Сэмом по лестнице. Четыре пролета вниз, неся очень тяжелую беременную женщину, и он даже не запыхался, когда аккуратно усадил ее на пассажирское сиденье после того, как я расправил мусорный пакет. Внедорожник был огромным, но всем родителям все равно пришлось взять отдельную машину. Трое на заднем сиденье - вот и все свободное место. – Зачем мне нужен мусорный пакет? – спросила Дилан, когда Сэм отъехал от обочины, синий свет зажегся, как стробоскоп. – У меня уже отошли воды. Он хихикнул, протянул руку и коснулся ее щеки, погладив ее. – Милая, ты такая красивая. Ей пришлось улыбнуться - ничего не поделаешь. – Это амниотическая жидкость, дорогая, она не прекращается, пока ребенок не выйдет. – О, – сказала она, глядя через плечо на Криса. – Ты знал об этом? – Нет. Она переспросила свою сестру Роксану, а затем меня. Никто из нас не догадывался. Когда она снова повернулась к Сэму, то объяснила, что думала, что это просто один большой поток, как в кино. – Нет, – заверил он ее. – Откуда ты так много знаешь? Разговор занимал ее мысли, а Сэм знал все о тактике отвлечения внимания. Я был удивлен тем, сколько всего Сэм знал о детях. Он сам принял четверо родов, когда был офицером в форме : одного в банке во время ограбления, двух в такси и одного на заднем сиденье патрульной машины. У всех его сестер были дети, и они рассказывали ему и остальным членам семьи истории их рождения с жуткими подробностями. Он заставил Дилан смеяться, когда рассказывал о видео с рождения своей сестры Джен и о том, как оно случайно оказалось в местном видеомагазине. Когда у нее начинались схватки, он заставлял ее считать и говорил, как хорошо она справилась, когда все закончилось. Когда мы все вылезали из внедорожника перед больницей, я почувствовал руку на своей спине. Передо мной стояла Роксана, и она улыбалась мне. – Оставь его себе, Джори, – глубоко вздохнула она. – Великолепный и строгий, как этот..... Боже! Эти его руки и то, как он нес Ди..... Христос. У него есть брат-натурал? Я рассмеялся, потому что, по сути, до меня этим братом был Сэм. Крис поймал мою руку и потянул меня за собой, пока мы шли позади них по парковке. – Хотел бы я так ее носить. – Он просто большой, поэтому может. – Я бы тоже хотел. Он говорил так грустно, и я понял это, когда мы остановились у медпункта, и они посмотрели на Сэма, который вздыхал и смотрел на них добрыми глазами. Это было так романтично - мужчина, несущий свою жену в больницу, способный стоять там вечно, выдерживая ее вес, и такой нежный, когда он опускал ее в ожидающее кресло-каталку. Они были разочарованы, узнав, что вместо Сэма папой был Крис. Дилан заставила их подождать, чтобы забрать ее, а сама схватила Сэма за руку и потянула его вниз, чтобы они оказались на одном уровне. Его глаза сияли, когда он смотрел на нее. Она глубоко вздохнула. – Я ненавижу тебя. Он кивнул и указал головой в мою сторону. – Я знаю. Он тоже меня ненавидит. – Не думай, что мы сблизились, потому что мы не сблизились. – Хорошо, – сказал он, наклонился вперед и поцеловал ее в лоб, возвышаясь над ней. Я понял, что она все еще держит его за руку. Мы все сели ждать, и Сэм облокотился на спинку моего стула, запустив руку в мои волосы. Когда он поцеловал меня в висок, прежде чем встать, я обнаружил, что все взгляды устремлены на меня. – Что? – Джори, – улыбнулась мне мама Дилан, – вы с Сэмом прекрасная пара. – Спасибо. – Так и есть, – подхватила Роксана. – И я не хочу, чтобы это было воспринято неправильно, но он очень похож на мужчину, а ты красивее большинства женщин, которых я знаю. Это сочетается. Логично, что если такой мужчина - гей, то такой мужчина, как ты, будет его партнером. Я не знал, как ко всему этому относиться. – Как я и говорила, – мягко произнесла мать Дилан, – вы потрясающая пара. Он так явно обожает тебя. Эту фразу мне понравилось слушать. Сэм вернулся с горячим шоколадом для всех и, заняв место рядом со мной, низко опустился, переплел свои пальцы с моими и закрыл глаза. – Сэм, они выйдут с минуты на минуту, – заверил я его. – Это ее первый ребенок, верно? – Ага. Он хихикнул. – Разбуди меня, когда она родит. – Подожди, что? Он хмыкнул, поднял мою руку, поцеловал ладонь, а потом откинулся назад и глубоко вздохнул. Я думал, все будет как в кино. Не повезло. Но все равно все прошло быстрее, чем могло бы быть, и через десять часов Мика появился на свет. Он был сморщен, у него было много волос, и я отчетливо видел его японское происхождение. Дилан отметила, что все дети рождаются похожими на японцев. Когда я посмотрел на Сэма, державшего ребенка на руках, он кивнул. – Ладно, я поняла, – вздохнула Дилан, наблюдая, как Сэм обнимает ее сына, сидя рядом с ней на больничной койке. – Он абсолютно прекрасен, великолепен и все остальные слова, которые ты хочешь использовать, но, серьезно, тебе нужно следить за собой и не увлекаться слишком быстро. Не спеши. – Я не могу, – серьезно признался я. – Я уже влюблен в Мику. Она закатила глаза. – Пожалуйста, не заставляй меня отшлепать тебя. У меня нет сил. – Ладно, – я улыбнулся ей. Она сияла. Я никогда не видел, чтобы она выглядела лучше. – Мы оба знаем, что я говорю о Сэме Кейдже. Я хмыкнул. – Джори, милый... пожалуйста, на этот раз не спеши с ним. Слишком поздно, подумал я, но ничего не сказал. Она тяжело вздохнула, ее голова лежала на моем плече, ее рука была в моей. – Спасибо, что спас меня. Я была немного не в себе. – Это был Сэм. – Не заблуждайся, – она поцеловала меня в щеку. – Ты сделал его таким. Как будто она могла знать, как я влияю на Сэма Кейджа. Я видел, как он передавал ребенка маме Дилан, а его глаза были устремлены на меня. – Ты знаешь, это действительно очень важно, что он был здесь с нами, – сказала мне Дилан. – Такое ощущение, что на этот раз он останется с нами навсегда, правда? И я не сказал ей, что думал точно так же. – Что на тебе надето? – она наконец-то заметила вывернутую наизнанку футболку с надписью «Дива». – Не бери в голову. Было приятно видеть, как она смеется.

****

Моя насыщенная событиями ночь закончилась тем, что в четыре часа дня мы с Сэмом вместе готовили завтрак, не спав с трех утра. Сэм отметился на работе, предварительно позвонив днем, а я дозвонился до Сэди и сказал ей, что вернусь в офис на следующее утро. Она все еще была в больнице, навещала Дилан и сказала мне, что проверила электронную почту и телефонные сообщения и перенесла все мои встречи на следующую неделю. Офис был закрыт в связи с рождением ребенка. Я сказал ей, что Обри Фланаган приедет в понедельник, и она честно ответила, что ей все равно. Она просто хотела подержать Мику на руках. Сэм приготовил омлет, и мы сидели и разговаривали. После этого я помыл посуду. Он отрубился на диване около шести, и я ушел домой, чтобы принять душ и переодеться. Я не забыл оставить записку.