Гибель Полумесяца

      Лираз впервые делился с кем-то своими находками. Раньше он сам добывал информацию о ритуалах. Да и не планировал Лираз посвящать других в свои тайны, но обстоятельства решили иначе.       Может, объединив усилия, они смогут спасти его сестру? Лираз, пускай и скрывал это, но переживал, что не справится в одиночку.       — Итак, нам всем нужно вначале поставить метку на запястьях горячим воском для защиты от подселенца, кем бы он ни был, — Уишпер с твердостью в голосе читал инструкцию по раскрытию подселенца.       — Звучит как пытка, может, там ещё в жертву кого принести надо? — Сирин не удержалась от сарказма, но деваться было некуда. Аристон усмехнулся, оценив замечание подруги.       — Пока нет. Если, конечно, ты не решила предложить себя, — парировал Лираз, устало и раздражённо посмотрев поверх книги. В одиннадцать вечера ему хотелось лечь спать, чего он не делал уже несколько ночей.       Он надел боевой браслет и поднёс магическое оружие к свече. Всего через секунду из браслета вылетела искра, зажигая свечу. Аристон и Сирин удивились, учитывая, что подобные вещи им не показывали на тренировках.       — Зря вас не научили вызывать огонь. Слышал, старик Деос ходит с вами в походы, но костёр разжигает сам. Вы ведь так и не научитесь, — заметил Лираз, увидев то, с каким интересом первокурсники наблюдают за пламенем свечи.       Аристон закатил глаза. Конечно, Уишпер прав, но стоило ли об этом говорить таким пренебрежительным тоном?       — Мог бы тогда и научить, раз знаешь. Смысл нос задирать? От этого ты важнее не станешь, — выпалил Вест, в силу своей прямолинейности. Лираз остановил себя на мысли, что действительно не смог скрыть высокомерия в голосе.       — Это уже ваша задача, — он махнул рукой.       — Мальчики, предлагаю подраться за титул «лучшего мага» потом, — Сирин искренне надеялась, что перепалка между Лиразом и Аристоном не начнётся. — Вернёмся к ритуалу.       Они сели в круг и передавали друг другу свечу, дабы оставить след горячего воска на тонкой коже. Воск обжигал запястья, больно цепляясь к коже.       Следующим этапом было сделать маленькую дорожку из воска от двери до конца комнаты. Затем на эту дорожку каждому стоило оставить свою каплю крови. Прокалывать иглой палец Сирин показалось уже не так больно. Когда все с этим справились, она в первую очередь почувствовала, как кружится голова.       Стало тяжело дышать.       Et convertam ad alium mundum       Mundus ubi sum extraneus       Estne aliquis, qui Noreen et Sirin animas occupaverit?       Veni et dic mihi quid opus sit.       Голос Аристона — мелодичный, обрывистый, неустойчивый, словно с лёгким надрывом, и холодный, повелительный, сохраняющий свою тональность, голос Лираза смешивались в пространстве, пока они читали по очереди каждую строчку.       Сперва Верлано начало трясти. Она испугалась мысли о собственной одержимости, ведь Сирин слышала, что иногда люди сами не замечают у себя подселенца. Но тряска прервалась, и Верлано вместе с парнями услышала осторожные, неторопливые шаги по коридору.       — Сирин, у меня прекрасная идея, слушай, как насчёт совместной прогулки рядом с академией? — послышался знакомый голос Норин или же кого-то другого, кто притворялся ею. Ну как иначе она могла бы узнать, что Сирин именно в комнате Лираза?       Сердце сжалось от страха.       — Иди, мы тоже будем в лесу, — тихо прошептал Аристон. Она кивнула и тихо вышла за дверь. Несмотря на тревогу и чувство опасности, Сирин смогла умело это скрыть и спокойно подошла к Норин.       — Я совсем не против. Любишь вечерние прогулки?       — Да. Мне в последнее время совсем не спится.       Пока они разговаривали и направлялись к лесу, Лираз повёл Аристона через запасной выход, который находился в конце коридора на втором этаже. Они тихо спустились по лестнице. Главное было успеть создать ловушки для демона. Благо, оба прихватили с собой по тканевой сумке с самым необходимым для ритуала.       — Ловушки всегда создаются быстро, как и действуют, — Лираз оставил пару порезов по дереву ножом. — Смотри, тебе стоит сделать также, считай, это твоя роспись в этом лесу. Тогда, в случае чего, нимфам будет легче нас найти и помочь, если не справимся.       Аристон заметил, что теперь Уишпер вёл себя спокойно и старался подсказывать, что делать. Вест высек на коре два пореза. Затем они с Лиразом стали сыпать соль вокруг деревьев.       — Сейчас сделаем черту с помощью веток. Нужно, чтобы Норин наступила на одну из них, а лучше, чтобы она сломалась, — Уишпер терпеливо собирал сухие ветки, как и Вест.       — Надеюсь, это поможет, — проговорил Аристон, прокладывая черту из сухих веток. Когда работа была готова, они оба ждали Сирин и Норин. Но последняя будто специально не шла в те места, где могут быть ловушки. Верлано старалась отвлекать её разговорами, пока Уишпер не схватила собеседницу за запястье, как только увидел совсем рядом приближающуюся черту из веток.       — Ты думаешь обмануть меня, дорогая? — голос Норин изменился с женского, задорного на грубый и хриплый, мужской. Сирин резко толкнула её, дабы та наступила на ветки, пользуясь тем, что демон не успел напасть. Уишпер раскрыла рот так широко, насколько это возможно для человека. Она закричала.       От этого животного, полного эха из низшего мира, у Сирин вновь начала кружиться голова. Норин упала на землю, её начало трясти. Верлано быстро оказалась рядом с ней, испугавшись за однокурсницу.       — Норин… Норин, — Сирин попыталась помочь ей унять дрожь и обняла за плечи, пока не почувствовала резкое ослабление тела Уишпер. Норин потеряла сознание.       За ними наблюдали из-за деревьев Лираз и Аристон. Уишпер хотел броситься к сестре, но резко остановил себя, чувствуя чей-то взгляд позади.       — Пошли, нужно поспешить, — Вест считал план успешно выполненным, и стоило только изгнать сущность, что вселилась в Норин, мучая её и Сирин. Но некая тень появилась перед ними. Обоих пробрал сильный мороз, вдобавок пошёл дождь, но только над их головами. Лираз и Аристон не могли пошевелиться и сказать хоть слово.       — Что происходит?.. — Верлано повернулась к ним, как только услышала звук капающей воды. Зрачки расширились от страха. Сирин только сейчас заметила, что не взяла с собой хотя бы боевой браслет. Её рука нашла ближайшую палку, хоть это и не могло помочь. — Кто ты? Выходи и оставь их в покое! — кричала Сирин в пустоту.       Она услышала впереди шаркающие шаги по снегу. Вначале Верлано разглядела тяжёлые чёрные ботинки на шнуровке, а затем край плаща. Подняв глаза, Сирин увидела кого-то знакомого, но при этом не понимала, где именно они могли видеться.       Незнакомец с чёрными, слегка волнистыми волосами, такими же, как у Сирин. Схожесть прослеживалась также в цвете глаз — светло-голубой или даже серый. Но имени того человека она не знала.       — Ты прямо вся в мать, Сирин, — он схватил её за волосы и поднял с земли. Верлано зашипела от боли. Она вдруг осознала, что все эти письма присылала не её мать. Ну конечно, как Сирин могла поверить, что Анисия сбежала? — Такая же доверчивая и самоуверенная.       Аристон ощутил, как гнев вскипел в его венах, стоило ему увидеть свою подругу в опасности. Лираз переживал за Норин, замечая, что сестра не шевелится.       — Ты… Ты… — она не могла выговорить последнее слово. Этот человек не заслуживал такого звания.       — Да, именно. Когда я узнал, что эта шлюха забеременела от меня, то даже смотреть на неё не хотел.       — Отпусти меня. Сейчас же, — Сирин попыталась ударить мужчину в грудь, но тот прижал её к дереву. Чувство ужаса охватило Верлано. Встретить отца она никак не ожидала. Особенно увидеть, как он собирается навредить ей и друзьям. — Чего ты хочешь?..       — Всего-то, чтобы ты пошла за мной. Я отведу тебя в более подобающее для таких, как ты, место. Думаю, не стоит говорить, как много может произойти с теми, кто тебе дорог, если ты откажешься? — он ухмыльнулся.       Сирин была готова пойти за ним. А с другой стороны… Где гарантия, что этот человек не врёт? Она изобразила отчаяние и смирение, опустив глаза. Он перестал держать её за волосы. Внезапно Сирин плюнула ему в лицо, а затем взяла палку, ударяя в солнечное сплетение.       — Ты — ублюдок, не достоин моего доверия, — тон Верлано стал свирепым, эмоциональным. От неё веяло опасностью. Отец хотел накинуться на неё, но сзади к нему неожиданно подошёл Кадиган, скрутив ему руки. Когда мастер вообще успел появиться, никто не знал.       — Ты только со школьниками чувствуешь себя сильнее, не правда ли, Азаел? — Кадиган резко ударил того об дерево. Азаел… Вот как его зовут. Сирин никогда не слышала это имя, да и мама о нём не говорила.       На сильной руке мастера активировался боевой браслет, когда тот смог наколдовать меч и приставил его к горлу Азаела, испуганного и шокированного.       — Кто тебя привёл? — холодно спросил Кадиган, видя, что противник уже почти выбился из сил. Азаел не говорил, пока лезвие не прижалось чуть выше кадыка.       — Аерит…       От упоминания этого имени у мастера сузились зрачки. Аерит… Жестокая и хладнокровная убийца, служившая королеве Айдане, а после её смерти — королю Видару и его дочери Марсалии. Леванцев Кадиган не любил. За их высокомерие, будто все королевства им всегда чем-то обязаны.       Он кивнул и, наколдовав верёвку, связал руки Азаелу. Затем он подошёл к Аристону и Лиразу и провёл рукой возле их лиц. Дождь закончился моментально, после чего оба смогли передвигаться.       — Уносите отсюда Норин, все трое. Я займусь Азаелом, — скомандовал мастер.       Сирин старалась восстановить дыхание. Она подошла к Норин, дабы померить её пульс, и убедилась, что та ещё жива. Лираз, не долго думая, взял на руки Норин, а Аристон помогал Сирин удерживать равновесие, придерживая её за руку, пока они шли в Академию.       Никто из них не решался как-то прокомментировать ситуацию. У каждого крутилось слишком много мыслей.       Лираз сразу пошёл в комнату Норин, дабы положить её на кровать.       — Я за травником схожу, — Аристон выскочил в коридор. Сирин устало села на стул.       — Спасибо, что… помогли выяснить, в чем дело, — нарушил тишину Уишпер. Верлано кивнула. У Лираза осталось много вопросов, особенно касательно родни Сирин: не угрожает ли кто-нибудь из них ещё? Мало ли, вдруг её мать такая же опасная? Но пока Уишпер не спешил спрашивать.       — Обращайся, — Сирин слабо улыбнулась. Когда Аристон привёл травника, все покинули комнату, оставив Норин.       Теперь Верлано могла с лёгкостью выкинуть последнее письмо. Больше оно не имело значения. Закрывшись у себя в комнате, она наконец смогла остаться наедине с комком боли, сдавившим её сердце. Сирин увидит мать лишь тогда, когда сама поедет в храм голосов, набравшись смелости. А пока она совсем не хотела и думать про это место. Встреча с Азаелом только больше убедила Сирин: отца у неё никогда не было.