Хозяин замка

У Джисона в деревне ходила легенда, что, если ты заблудишься в лесу и набредешь на тропинку, вдоль которой растут красные розы — то значит, ты оказался на пути к огромному замку, в котором живет самое настоящее Чудовище. Старики и родители запугивали маленьких детей, что их там обязательно сожрут, а вот молодые… Молодые, непрестанно хихикая за посиделками у костра, рассказывали, что это Чудовище — колдун, который может исполнить любое твое желание. И цена этому будет — твое тело. В том самом смысле, от которого лицо бросает в жар. Но кто согласится по своей воле провести ночь в постели с монстром, которого описывали как самый жуткий кошмар? То ли с шипами, то ли с рогами, с огромными клыками и под два метра ростом… Были смельчаки, что пытались найти путь к замку, но у тех, кто шел ради любопытства — ни разу не вышло. Тех, кто шел за желанием были единицы, но они или исчезали, или возвращались, и тут же сбегали из деревни, при этом выглядя белее мела с проседью в волосах. Слухами земля полнится, верить или не верить россказням — дело каждого. Может быть, это все — ложь и пошлые байки. А если и правда — то возможно это Чудовище давно умерло. Сплетням уж не один десяток лет. Но Джисон, нервно поправляя лямку дорожной сумы, перекинутой через плечо, быстро шел по лесной тропе, давно изученной, думая, что вряд ли хотя бы часть из сплетен — правда. Однако его мыслями владела лишь одна деталь — желание. И он готов был рискнуть жизнью, чтобы узнать, действительно ли есть колдун, который может исполнить все, о чем попросишь. Нервно сглотнув, парень выдохнул и посмотрел вперед. Перед ним расстилался любимый лес, в который они с сестрой раньше часто сбегали, наперекор родительским страшилкам. Что может быть опасного на знакомых полянках с земляникой? Какая беда может подстерегать юных искателей приключений под кронами деревьев, сквозь которые золотыми нитями проходил солнечный свет? Если пройти еще немного дальше, то можно выйти на перепутье, а свернув на нем на право — выйти на опушку, на склоне которой располагалась еще одна деревенька, в которой часто проходили ярмарки с диковинками из дальних земель. В этой части леса даже хищники попадались редко. Охотники поэтому всегда уходили в соседний лес. Этот… обходили стороной. А вот Джисон наоборот. Свернул с привычной тропы и уже не так быстро, но все еще решительно отправился по земле, поросшей мхом. И чем дальше он уходил от привычного маршрута, тем тише и темнее становилось вокруг. Это ощущалось странно — сердце билось быстро-быстро. Вышел юноша рано утром, не могло так стемнеть всего к полудню. Все сжималось внутри от неизвестности, но… это и к лучшему. Значит, он на верном пути. Не может простой лес вызывать такие чувства. А значит, здесь есть какая-то магия. Путь вышел долгим. Чем глубже Джисон отдалялся от привычных мест, тем больше внутри билась пульсом мысль: «Вернись, пока не поздно. Вернись! Вернись и найди другое решение! Вернись, и не ищи таких легких путей!» Хотя… Джисон помотал головой, стряхивая упавший на волосы листик, — он бы поспорил с тем, что это «легкий» путь. Ни черта не легкий. У него нет гарантий, что его жертва не окажется напрасной. Кто знает, чем придется платить за такое желание? А если бы он вернулся, то, может, смог бы уехать через соседнюю деревню в порт, чтобы отправиться на другой континент, и там… Джисон подавил эти мысли. У него не было времени. Поэтому, или пан или пропал. Деревья все больше обступали со всех сторон, кустарники цеплялись за штаны, и в один момент, Джисон зашипел, одергивая руку — ровная тонкая алая полоса расчертила внутреннюю часть руки от запястья до предплечья. Рубашка не спасла, потому что юноша закатал рукава по привычке. Выругавшись про себя, тем не менее Джисон остановился. Что его оцарапало? Присмотревшись во влажном полумраке леса, он заметил ее… красную розу. Кусты в этом месте были странные — все увиты шипастыми лозами. И те, словно останавливая, поцарапали руку Джисона. Это было предупреждение, чтобы не ступать дальше, или попытка обратить на себя внимание и указать правильный путь? Джисон был обычным деревенским парнем — в меру работящим, любящий свой дом, родную землю и сестру. Ему не чужды суеверия и страх перед ними. И как же сложно было переступить через себя. Здесь находилась последняя черта, шагнув за которую, у него точно не будет пути назад. Джисон несмело ступил вперед и перед его взглядом возникли розы — точь в точь, как было в страшилках. В глухом лесу, без солнечного света, прекрасные алые розы волшебным образом росли вдоль узенькой тропы, что вела еще дальше в чащу, извиваясь и заманивая глубже, покуда перед путником не вырастет огромный замок. Джисон схватился за живот, дыхание перехватило, а в глазах потемнело. Он развернулся — но за спиной стоял непроходимый лес — смог бы он выбраться отсюда сам? Он шел не отмечая пути, потому что было нельзя. Нужно было по-настоящему заблудиться. Паника скручивала внутренности и обжигала кипятком, колени дрожали. Он сделал еще один шаг. Нет. Раз Джисон решил, что это его единственный выход. Их единственный выход, то нужно было идти до конца. В конце концов, не трусости его учил покойный отец. Шаг за шагом, продвигаясь по тропке и стараясь не задевать неправдоподобно алые цветы, Джисон действительно вскоре увидел железные ворота, увитые колючими лозами. Кованные, с причудливыми острыми орнаментами, они распахнулись перед ним сами по себе. А когда Джисон вошел, бесшумно захлопнулись обратно. Это напугало еще больше. Подобно маленькой мышке в когтях кошки, Джисона еще сильнее затрясло. Вокруг не было ни статуй чудищ, как рассказывали, ни людских окаменевших в ужасе фигур. Только сад, выглядевший больше как продолжение леса, с единственным различием — повсюду цвели розы. Прекрасные, крупные, ровные. Джисон, пытаясь отвлечься от страха, рассматривал это чудо природы и не обнаружил ни единого побитого листика. Как будто даже насекомые боялись того, кто растил их. На местных ярмарках за такие цветы устраивались бы драки… Кто бы не захотел на свадьбу украсить все подобным великолепием? Или подарить девушке, за которой ухаживаешь, огромный букет, показывая, что можешь позволить себе такие бессмысленные траты, указывая на свою состоятельность. Замок был довольно далеко от ворот, еще его скрывали деревья. А приблизившись, Джисон отметил, что тот порос мхом и плющом, что скрывало стены от любопытных глаз довольно долгое время. Нужно было подойти совсем близко, чтобы деревья расступились и показали все его величие. В деревушке юноши самое большое здание насчитывало три этажа. Шпили этого замка уходили далеко ввысь, словно упираясь в само небо. Узкие башенки терялись где-то в темных облаках. Джисон так сильно задрал голову вверх, чтобы рассмотреть, где же заканчивается эта махина, что закружилась голова, и он позорно шлепнулся на пятую точку. Нервы сдали и Джисон уже самостоятельно опустился на землю, сложив руки на животе. Ему нужна была минутка. Всего минутка, чтобы прийти в себя. Чтобы перестать пялиться на высоченный замок, который уходил в небо и простирался вширь насколько хватало глаз. Чтобы привести в порядок беспокойное сердце. — Впервые мои гости не заходят внутрь, чтобы отдохнуть на мягких перинах, предпочитая твердую землю. — ААААААААААААА! Джисона словно пчела ужалила — так быстро он подорвался от незнакомого низкого, рычащего голоса. Забыв отряхнуться он обернулся вокруг себя, но никого не увидел. Показалось? — Не стоит так кричать, ты напугал птиц. Вдали действительно раздались крики птиц, которые словно вторили крику юноши. — К…кто здесь? Раздался низкий, клокочащий звук. Неужели это был… смех? Джисон сильнее вцепился в лямку сумы, которую взял с собой на всякий случай. В ней была провизия на два дня — он не знал, сколько пришлось бы идти, и две фляги воды про запас. — Хозяин замка. Заходи, не бойся. Массивные двери распахнулись также бесшумно, как и ворота. Джисон понимал, что от ужаса его ноги чуть ли не приросли к земле, но какая-то неведомая сила мягко, но настойчиво подталкивала в спину, заставляя сделать один кривой шаг, а за ним и второй. Джисон действительно не считал себя трусом. Честно-честно. Просто все происходящее как-то не вписывалось в его картину мира. Все эти байки, казавшиеся небылицами, теперь приобретали реальные формы и очертания. Кто знает, что еще окажется правдой в следующий раз? Может и гномы, ворующие носки — правда? Но постепенно, Джисон все-таки вошел внутрь. Двери вновь закрылись, теперь окончательно отрезая его от бегства. Юноше казалось, что он при всем своем желании не сможет сдвинуть их даже на пол-пальца, настолько массивными они выглядели. — Все еще боишься? Джисон вздрогнул. Он не заметил, как замер, сгорбившись, у дверей, погруженный в свои мысли. Наверное — жалкое зрелище. И юношу одолел новый страх — а вдруг он покажется настолько непривлекательным, что Чуд… Хозяин замка вышвырнет его вон? А как вообще заговорить-то на такую смущающую тему?! Только сейчас Джисон понял, что сильно вляпался. Обуреваемый страхами и тревогами в целом о ситуации, он как-то не подумал о таких… деталях… Да, было довольно тошно поначалу от этих мыслей, но в конечном итоге… его тело — не такая уж большая цена?.. Если все получится… Тихо пискнув, Джисон отошел от двери и попытался выпрямится. Он был без малейшего понятия, как вести себя привлекательно?! Уверенные парни в его деревне словно излучали ауру, а-ля «пойдем на сеновал, не пожалеешь». И девки шли. И на костры шли. И в поля. А Джисон всегда был нескладыш. По-девичьи узкая талия, но в меру широкие плечи и сильные, благодаря труду в поле, руки. Смуглый от природы, низкий для парня, не обладающий мужественными чертами лица — девушки никогда не обращали на него внимания. — О чем задумался? Голос прозвучал рядом с ухом, и Джисон опять позорно взвизгнул. Невидимый Хозяин замка тихо рассмеялся — теперь Джисон точно идентифицировал этот рокочущий звук как смех. — Ты не пленник здесь. Попробуй. Легкий ветер прошелся по длинному коридору, в котором стоял юноша. Он развернулся к двери. Попробовать толкнуть ее? Дверь высотой была как три, а может и все пять главных зданий его деревни. Да и в толщину она была как две ладони… Но Джисон, движимый больше любопытством, все-таки дотронулся до дерева, оказавшимся приятно теплым, и толкнул дверь. Та, без малейшего сопротивления распахнулась, а у Джисона отвисла челюсть. Магия? За спиной почудилось движение и невидимая рука осторожно надавила на подбородок Джисона, напоминая, чтобы тот закрыл рот. Что юноша послушно сделал и резко обернулся — никого не оказалось за спиной. Пусто. — Почему… почему я тебя не вижу? — Джисон еще раз осмотрелся и отошел от двери. Пока что его встречали довольно… добродушно? По крайней мере, вряд ли бы такому могущественному существу (а Джисон не сомневался, что и сад и замок были заколдованы, и все это было дело рук того, кто тут обитает, а значит, этот «кто-то» точно разбирается в магии) составило трудности освежевать его еще у кованных врат в самом начале сада. Ответом послужила тишина, но чем дальше шел Джисон, тем больше свечей и факелов зажигалось в коридоре. Когда до следующей двери оставалась пара десятков шагов, та снова волшебным образом открылась. Перед ним предстал невиданной красоты огромный зал, устланный деревом, в причудливом узоре. Стены все в росписях и драгоценностях — так ярко переливались камни под светом огней, что висели прямо в воздухе. На потолке тоже оказались искусно выполненные изображения. Джисон не понимал сюжетов, и из чего это все выполнено, но был уверен, что даже их короли не могли позволить себе такую роскошь. От вида захватывало дух и он, ведомый восторгом вошел в зал, наивно осматриваясь. — Нравится? Джисон закивал, хотелось по детски прикоснуться к стене и попробовать отковырнуть камешек на память (но он понимал, что лучше не стоит, если жизнь дорога). А еще хотелось кружиться, представляя здесь красиво одетых людей и музыку. Шаги эхом раздавались по залу. — Голоден? В глазах юноши странно зарябило и все пространство словно резко дернулось в сторону. Не ожидав такого, Джисон чуть не упал, но кто-то придержал его за локоть, не давая странной силой обернуться. Теперь они стояли в еще одной зале, чуть меньше, но такой же величественной, а и от одного края до другого прямо по центру располагался широкий стол, с огромным количеством еды, такой невообразимой, что Джисон ни разу не видел таких блюд и продуктов, не то, что пробовал. — Или тебе по душе что-то более уютное? Еще один рывок, его вновь удержали на ногах. Теперь комната оказалась в разы меньше, горел камин, и стол был большим, но не огромным, круглым, а на нем стояла, дымясь, знакомая утка, тушеная картошка и что-то еще, но Джисон не успел рассмотреть, позволяя голоду разбушеваться, как ухо обжег очередной шепот. — Или может, отдохнешь? Рывок, и перед юношей оказалась… спальня. С огромной кроватью и толстой пышной периной, застеленной уютными пледами. Но Джисон отнюдь не проникся уютом, гулко сглотнув. Вот оно… Конечно же… Живот забурчал, поняв, что похоже, его проигнорируют сегодня (а возможно, и совсем, кто знает?), Джисон привычно приложил одну руку к животу, а второй потянулся к столбику кровати. Дерево вновь было приятно теплым и абсолютно гладким. Даже самые лучшие мастера в их деревне не делали вещи… настолько гладкими. Всегда ощущалась природная шершавость. Без заноз, но и не идеально ровно. Чувствовалась рука человека. А здесь… все было странным, непривычным и очень страшным. Джисон привык к сену под спиной, вместо кровати. Подушку ему заменяла свернутая куртка, а одеяла летом и вовсе не было. Здесь же все так и кричало о чуждом мире. Мягкая перина — Джисон положил ладонь на нее, пушистые на вид, и скорее всего, такие же на ощупь, подушки. Он действительно окажется на ней скоро? Он… Джисон поджал губы. Нет, ну кто на голодный-то желудок? — Если честно, — он развернулся и окинул взглядом комнату, — я бы поел, если ты… не против. Воздух словно пошел рябью, и ему тихо ответили: — Нет, совсем не против. Но прежде чем вновь ощутить странный рывок, который выворачивал внутренности, Джисон вновь подал голос: — А можно… можно пешком дойти? Я не уверен, что переживу еще одно такое… перемещение? Ответом ему послужил тихий смех и открывающаяся дверь. — Как пожелаешь… — Джисон. Хозяин замка будто бы замер. Джисон его не видел, но почему-то казалось, что это так. По теням. По колыханию воздуха. По внутренним чувствам. — Меня зовут так, если что… Джисон стушевался. Может, и не стоило представляться? Но пустота ему ответила, что ей приятно. И у юноши немного отлегло. А после еды (он выбрал вторую комнату), так и вовсе настроение поднялось. Джисон увлеченно набивал себе щеки ароматно сваренной картошкой и мясом, когда понял, что здесь что-то не так. — Эм… прости, но… ты не будешь? По комнате прошелся ветер. Но ответа не последовало. — Ты уверен? Джисон отложил ложку и запил еду водой. Как-то неловко есть в чужом доме без хозяина. У него не было манер (откуда бы им взяться у деревенщины), но хоть какие-то приличия, наверное, стоило соблюдать? Хозяин замка вновь рассмеялся. — Уверен. Не переживай обо мне. Джисон недоверчиво насупился, но все-таки вновь взялся за ложку. Так вкусно его еще никогда не кормили. И он даже ловил себя на предательской мысли, что в принципе, в целом, исходя из ситуации, даже эта еда вполне себе могла стоить того, чтобы разменять на нее жизнь. В том смысле, что если его все-таки… убьют, то хотя бы на сытый желудок, и после вкусной еды. Не то, чтобы хотелось в принципе умирать. Но, если что… Джисон подавился. Опять его мысли куда-то не туда пошли! — Осторожно. Сзади кто-то легонько постучал по спине. И Джисон вновь замер. Ну как… как чудовище могло быть таким заботливым? По идее, если Хозяин замка действительно хотел лишь одного, то… зачем бы ему показывать Джисону замок и предлагать еду? Взял бы свое, да и все. Джисон и слова бы поперек не сказал, просто не смог, это и ежу было понятно. Тогда почему?.. Закончив с едой, Хозяин замка предложил искупаться, и Джисон нашел это логичным. Все-таки он шел почти весь день по лесу, да еще и успел поваляться на земле. Страх снова подкатывал к горлу, но уже не так сильно. Двери комнаты, в которой находилось настоящее мини озерцо, дно которого было устлано каменной цветной плиткой, закрылись. Джисон, опасливо озираясь, снял сначала рубаху, а потом штаны с исподним, и быстро нырнул в воду с головой. Вода оказалась до ужаса приятной, теплой, почти горячей, но не обжигающей. Когда Джисон осматривал это «мини» озерцо, он не рассчитывал, что сможет полноценно проплыть от его начала до конца. На поверхности колыхались лепестки местных роз (было понятно, потому что они без изъянов), пахло одурманивающе чем-то сладким. Густой пар поднимался от воды вверх, создавая иллюзию тумана. — Потереть спинку? Джисон булькнул от испуга, нырнув в воду. Отплевавшись кое-как от воды, он взвился, словно не трясся от страха пять минут назад. — Ты зачем вернулся подглядывать?! Хозяин замка явно веселился, Джисон улавливал эти мурчащие нотки в его голосе. — Я и не уходил. Джисон чуть не задохнулся от возмущения. Да где такое видано?! Да как?! Да он!! В воздухе тем временем возникло пушистое, огромное и белоснежное полотенце. — Иди сюда, не смущайся. Долго сидеть в горячей воде вредно. — Кто сказал? — недовольно пробурчал Джисон, но послушно подплыл к ступенькам, выходя из воды. Он решил, что… в любом случае его бы увидели голышом, что уж тут… просто оказалось внезапно. Джисон потянулся, чтобы взять полотенце, но его внезапно укутали с ног до головы. Он успел только «ойкнуть» и замереть. Сильные, но точно бережные руки растирали его распаренное тело. Это было так… непривычно. И смущающе приятно. Юноша весь сжался. Он не привык к… такой заботе. — Не стоило, я… мог сам. Хозяин замка отступил, а когда Джисон стянул полотенце, никого рядом так и не увидел. Парень вздохнул, но обнаружил, что уже переодет в свободную рубаху и штаны из какого-то тончайшего и гладкого материала. Над ним не стали издеваться и смущать еще сильнее? В обычной жизни ему к такой ткани даже прикоснуться было бы страшно своими грубыми руками. Но сейчас он с удовольствием провел ладонями по своим бокам. Ткань приятно холодила разгоряченную мягкую от воды кожу, и потрясающе ощущалась под пальцами. Все еще было нервно — что его ждет впереди. Уйдет ли отсюда живым? Получит ли желаемое? Почему возвращались в ужасе те, кто побывал здесь, а кто-то и не возвращался вовсе? Зачем это все, если Джисону придется умереть? Разве не проще было бы просто обменять жизнь на желание, которое раненной птицей билось под ребрами и оседало горечью на языке? Ах, да, он же не говорил еще о нем… — Закрой глаза, Джисони… Юноша покраснел от ласкового обращения, и, с опаской, прикрыл глаза. А когда распахнул их вновь, увидел, что они переместились в спальню. Оказывается, о нем позаботились, чтобы голова не кружилась от перемещений? Румянец теперь грел не только щеки, но и уши… — Спасибо… — Не за что. Джисон покачал головой. Глаза начинали слипаться — после всех его потрясений, он еле стоял на ногах, но был готов ко всему, что ждало его в этой комнате. Разве что… кроме того, что его мягко подтолкнут к кровати. Заботливо подоткнут одеяло. И пожелают спокойной ночи. В любой другой ситуации Джисон бы не сомкнул глаз всю ночь, переживая. Но слава небесам, он был здоровым парнем, который вырубился сразу, как только голова коснулась подушки.