Эхо безмолвия

Входная дверь оказалась приоткрытой, словно знала, что они придут. Внутри их встретила гнетущая тишина, нарушаемая лишь эхом шагов, раздающимся в пустоте. Когда-то здесь кипела жизнь, но теперь всё выглядело заброшенным. Повсюду царила разруха: перевёрнутые стулья, разбросанные бумаги — следы работы следователей. Эндрю почувствовал, как холод пронзил его до костей. Этот дом, когда-то бывший убежищем, теперь походил на забытое захоронение, скрывающее свои тайны. Запах затхлости и пыли, цепляясь за них, висел в воздухе. — Начнём с верхнего этажа, — тихо сказала Элисон, её голос прозвучал приглушённо, словно она не хотела нарушать зловещую тишину. Эндрю кивнул, и они, стараясь не шуметь, направились к лестнице. Шаги эхом раздавались в пустых коридорах, создавая ощущение, что за ними кто-то следит. На втором этаже царил такой же хаос. Эндрю остановился у одной из дверей, его сердце замерло на мгновение, прежде чем он её толкнул. Комната напоминала заброшенный чердак — пыль, тени и забытые воспоминания. Воздух здесь казался мёртвым. — Это она, — прошептала Элисон, замерев у порога. Она не спешила войти, словно в этом месте спало что-то зловещее. Эндрю шагнул вперёд, осматривая комнату. Здесь не осталось ничего, кроме фрагментов давно ушедшего детства. Разбросанные игрушки и детские вещи, покрытые пылью, напоминали о том времени, когда Нил был ещё ребёнком. Тяжесть, которую Миньярд ощущал с самого начала, казалось, усилилась. — Смотри, — прошептала Элисон, указывая на фотографию, лежащую на полу. Осторожно подняв её, она протянула её парню. На снимке был маленький Нил и Мэри. Джостену не больше пяти лет, и хотя он выглядел иначе, что-то в его взгляде уже тогда говорило о том, что детская радость его почти не коснулась. Элисон смотрела на фотографию с невыраженной грустью. — Он был таким маленьким... Как он всё это выдержал? — её голос дрогнул. Она едва касалась фотографии, словно боясь разрушить воспоминание. — Испуганный, — сухо отозвался Эндрю, отстранившись от снимка, словно его присутствие могло нарушить хрупкую тишину. Всё это казалось слишком реальным, как если бы они наткнулись на осколки прошлого, которые не должны были видеть. Элисон кивнула. Они продолжали стоять, разглядывая лицо ребёнка, который уже тогда выглядел слишком серьёзным. В его глазах не было ни радости, ни беззаботности — только страх и постоянное напряжение. — Это ужасно, — выдохнула Элисон, но в её голосе звучал не только страх. Она понимала, что это лишь начало. Эндрю оглядывал комнату, когда заметил узкий зазор между шкафом и кроватью. Что-то привлекло его внимание. Он медленно наклонился, приподнял ковёр, и его взгляд упал на слова, выцарапанные на полу: «Будь послушным». Холодная волна прошла по телу. Эти слова будто застряли в нём. Как долго он это терпел? Мысль глухо отзывалась внутри, оставляя пустоту. Он заставил себя смотреть дальше. — Это… — Элисон тихо приблизилась. — Да, — резко ответил Эндрю. — Он повторял это себе. Каждый раз. Это было его спасение. Элисон представила себе маленького Нила, прячущегося в этом узком пространстве и выцарапывающего на полу эти слова — единственное, что он мог контролировать. Эти царапины были больше, чем надпись. Это было его отчаяние. Они обошли другие комнаты, но не нашли никаких зацепок о том, что случилось с Нилом. Только следы прошлого, которые молчали. Всё оставалось загадкой до тех пор, пока они не заметили неприметную дверь на первом этаже, почти сливающуюся со стеной. — Ты уверен? — спросила Элисон, когда Эндрю протянул руку к ручке двери. Он кивнул, чувствуя нарастающее напряжение. Скрип двери прозвучал как зловещее предостережение. За дверью оказалась лестница, ведущая в подвал. Эндрю включил свет, и холодное сияние лампы осветило каждый уголок. То, что они увидели, заставило Элисон вздрогнуть. Кровь была на лестнице, полу и стенах. Много крови. Сцена казалась жестокой. — Боже мой... — прошептала она, отступая назад. Её лицо побледнело, дыхание стало неровным. Эндрю остался неподвижен, хотя сердце бешено колотилось. Вся эта кровь... Он не мог позволить себе подумать, что она могла принадлежать Нилу. «Это не его кровь», — твердил он про себя, стараясь не поддаться панике. — Можешь не спускаться, — сказал он, пытаясь говорить спокойно, но голос всё равно выдал его напряжение. Но Элисон не двинулась. Она стояла, уставившись на пятна крови, осознавая, что это может быть связано с Нилом. Каждая новая находка только усиливала её страх. — Эндрю, а если это... — начала она, но голос дрожал, и она не решилась продолжить. — Я не знаю, — резко перебил её Эндрю, не сдержавшись. — Нам нужно быть осторожными. Тишина повисла между ними, давя, как груз, который невозможно сбросить. Эндрю медленно оглядывал комнату, глаза выискивали любой предмет, который мог бы рассказать о Ниле. Он не хотел верить, что всё это могло быть связано с ним. Внимание Элисон привлекла нитка, застрявшая между досок лестницы. Она осторожно потянула за неё и вытянула браслет. Такой же плетёный браслет был у неё на руке — Рене подарила его Нилу. — Эндрю... — её голос был полон ужаса. Он подошёл, сжав кулаки. Элисон протянула ему браслет, показывая при этом свой. Вот только Нила был пропитан кровью, а нитки местами расплавились. — Он был здесь, — прошептала она, едва сдерживая слёзы. Браслет дрожал у неё в руках. — Посмотри... Нитки расплавились. Что они с ним делали? — её голос прерывался, она больше не могла сдерживать эмоции. Эндрю пытался держаться, но внутри нарастала паника. Если это была кровь Нила... если всё это произошло с ним... вера, которую он сохранил, рушилась на глазах. Он лихорадочно искал что-то, что могло бы подтвердить, что Нил ещё жив. Взгляд Эндрю остановился на маленьком брелке, закатившемся под трубы. Он был в крови, но Эндрю узнал его. Это был маленький лисёнок, который Элисон подарила Нилу. Брелок всегда висел на его ключах. И теперь он был здесь, весь в крови. Но Нила не было. Тишину внезапно прорезал скрежет. Эндрю сразу насторожился. Из угла подвала показался человек в рваной, грязной одежде. Его лицо было настолько запачкано, что едва можно было различить черты. — Ого, у меня гости, — прохрипел он, ухмыляясь. Эндрю привычно остался на месте, его рука уже лежала на ножах, но он выжидал, наблюдая за каждым движением незнакомца. Он пытался просчитать ситуацию, его голова работала быстро, анализируя, что тот может сделать дальше. Пока бродяга не делал резких движений, Эндрю держался спокойно. Но Элисон отреагировала быстрее. Её инстинкт сработал раньше, чем у неё появилось время для анализа. Страх пронзил её в момент, но тут же сменился гневом — чертов бродяга осмелился её напугать. Её руки всё ещё слегка дрожали от адреналина, но она уже сжимала трубу и шагнула вперёд. Вложив в удар всю силу, ударив его так, что он глухо рухнул на пол. — Чёрт, я же испугалась, придурок, — выдохнула Элисон, тяжело дыша, но уже контролируя себя. Её руки больше не дрожали — она была в полной готовности. Эндрю бросил на неё взгляд, едва заметно усмехнувшись. — У тебя тут стоит монстр с ножами, а ты хватаешь трубу? — произнёс он, не без уважения в голосе. Он мог бы ударить сам, но дал ей действовать первой — её сила заслуживала признания. Элисон убрала волосы с лица и, усмехнувшись, посмотрела на него. — Ну, я же не собираюсь прятаться за тебя, Миньярд, — сказала она с тихой гордостью. Эндрю кивнул, убирая ножи. — Пошли, пока он не очухался, — коротко бросил он, и они вышли из дома, но напряжение ещё не отпустило их.

***

В полутёмной комнате на периферии мягкого света сидел мужчина. Свет не падал на его лицо, скрывая его черты, лишь силуэт выделялся на фоне тени. Он сидел неподвижно, словно полностью контролировал обстановку вокруг. — Ты выполнил задание? — голос прозвучал низко и спокойно, с лёгким оттенком безразличия. Напротив, другой мужчина сидел на краю кресла, устало вытирая грязь с лица. Пакет со льдом прикрывал его перевязанную голову, и его руки слегка дрожали. — Да, всё как вы и говорили, — ответил он, его голос дрожал от усталости и смирения. Мужчина в тени не пошевелился, но едва заметно ухмыльнулся, — это была единственная капля эмоции, которую он позволил себе проявить. — Теряешь хватку, — спокойно заметил он, — получить удар от девчонки... — Ну не зря же она бегает по полю с клюшкой, — слабо усмехнулся пострадавший, пытаясь скрыть смущение. Силуэт оставался неподвижным, но тишина, которая повисла после слов, давала понять, что он продолжает оценивать ситуацию. — Хвоста не было? — холодно спросил мужчина, возвращаясь к делам. — Нет, снаружи парни всё проверили. Они проследили за ними, всё чисто. Несколько секунд тишины. Лёгкий звук дыхания, почти неслышимый в гулкой комнате. — Свободен, — произнёс мужчина в углу так же спокойно, словно отпуская незаметный груз. — Слушаюсь, — устало ответил пострадавший, вставая, чтобы покинуть комнату. Мужчина в тени остался сидеть в темноте, его силуэт оставался недвижим, словно никакие эмоции не могли затронуть его.

***

Машина бесшумно скользила по пустой дороге, а свет фар разрезал густую темноту. Элисон сидела рядом с Эндрю, молча разглядывая браслет в своих руках. Её пальцы нервно сжимали окровавленные нитки, её мысли были сосредоточены на том, что они нашли в доме. Тишина давила, и она больше не могла её выносить. — Знаешь... — голос девушки был тихим, почти шёпотом, но твёрдым. Она продолжала смотреть на браслет, словно пытаясь разобраться в том, что произошло. — Когда я доставала браслет, заметила странные полосы на лестнице. Царапины, как будто кто-то цеплялся за ступени. Эндрю продолжал смотреть на дорогу, его лицо оставалось бесстрастным, но внутри всё было иначе. Он знал, что слова Элисон могли быть правдой, но не хотел признать это. Тем не менее, он слушал. — Думаю, это могли быть следы от ногтей, — продолжила она, её голос звучал чуть громче. — Что если он пытался спастись, цепляясь за жизнь до последнего? Элисон замолчала, её пальцы сжали браслет ещё сильнее. Эта мысль не отпускала её. В её голове повторялась одна и та же сцена: Нил, отчаянно цепляющийся за жизнь, а потом... — Но... проиграл, — прошептала она, её голос прервался, и в горле стало сухо. Эндрю молчал, но что-то внутри него треснуло. Вся кровь, следы борьбы, оборванный браслет — всё это было доказательствами. Ничто не указывало на то, что Нил мог уйти оттуда живым. Браслет явно оборвался случайно, его нитки зацепились за дерево, и этого было достаточно, чтобы его сбросить. Нил не оставил его специально. Это не было знаком. — Этот браслет... он не бросил его, — произнёс наконец Миньярд, его голос был тихим и напряжённым. — Он случайно оборвался. Элисон глубоко вздохнула, её сердце сжалось. Она знала это, но ей нужно было услышать это от кого-то другого. Нил не оставил свои вещи как знак или след. Он просто не смог их удержать. — Если это правда... тогда он не смог выбраться, — прошептала она, опуская голову. — Мы видели кровь, Эндрю. Это была его кровь. Вратарь крепче сжал руль, его взгляд был сосредоточен на дороге, но его мысли витали где-то далеко. Он тоже это понимал. Всё указывало на одно: Нил был в ловушке, и эта ловушка могла стать для него последней. — Может, он действительно... мёртв, — тихо добавила Элисон, её голос был полон боли, но она старалась оставаться сильной. Эндрю не ответил сразу. Он не был тем, кто легко сдаётся или принимает поражение, но теперь его уверенность начала исчезать. Все улики, которые они нашли, указывали на то, что Нил не выжил. — Если это так, — произнёс он наконец, его голос был глухим, — тогда всё было напрасно. Девушка отвернулась к окну, её сердце тяжело билось. Она не знала, что сказать. Они оба пытались бороться с реальностью, которая постепенно становилась невыносимой.

***

Когда машина ребят подъехала к общежитию, их сразу встретили вспышки синих и красных огней полицейских машин. Эндрю напрягся, его первая мысль была о том, что что-то могло произойти с его семьёй и командой. Он никогда не простил бы себе, если бы кто-то пострадал, пока его не было рядом. Элисон, заметив свет маячков, сжала руки в кулаках, её тело напряглось. Лисы стояли снаружи, окружённые офицерами. Ваймак был в центре, его лицо раскраснелось от гнева, он жёстко спорил с полицейскими. Ники, нервно потирая ладони, бросал беспокойные взгляды на Аарона, а Кевин стоял, скрестив руки на груди, с выражением крайнего раздражения. — Что за чертовщина? — пробормотала Элисон, выскакивая из машины следом за Эндрю. Он двинулся к своей команде быстрым шагом, его лицо не выражало эмоций, но внутри всё бурлило. Он быстро просканировал всех: Аарон был здесь, цел. Ники, нервный, но жив. Кевин в полном порядке. Миньярд с трудом сдержал облегчённый вздох. Однако тревога не отпускала его. Это не просто проверка. Что-то было слишком... неправильно. Ощущение того, что они попали в заранее подготовленную ловушку, становилось всё явственнее. Как только они подошли ближе, офицер с ухмылкой посмотрел на Элисон: — Мисс Рейнольдс, я полагаю? Эндрю моментально встал между ними, как стена. Инстинкты защитника включились автоматически. — Мои ребята не будут говорить без адвоката, — громко заявил Ваймак, шагнув вперёд. Его голос был полон гнева, но контролируемого. Офицер лениво оглядел их, словно проверяя, как далеко они готовы зайти. — Ну что ж, в таком случае придётся пригласить мисс Рейнольдс и мистера Миньярда в участок для дальнейших разбирательств, — сказал он с натянутой улыбкой. — Камеры и свидетельские показания официантки подтверждают, что они были последними, кто видел детектива Стивена Фрая. Элисон замерла. Камеры? Свидетели? Она пыталась осмыслить услышанное, но внутри всё смешалось. Это была ловушка, но как доказать это, когда всё, казалось, против них? Эндрю же, несмотря на внешнее спокойствие, быстро складывал пазлы в голове. Морияма. Конечно, это был он. Это всё подстроено с самого начала. Слишком много совпадений, слишком много ложных следов, чтобы это было случайностью. Камеры и свидетели? Всё это — части тщательно продуманного плана, чтобы лишить их свободы действий. В этот момент Ники не выдержал: — Это просто смешно! — выпалил он, жестикулируя. — Они не виноваты! Это полный абсурд! Кевин сжал кулаки и сделал шаг вперёд, его голос был холодным и резким: — Вы не можете просто так их забрать. Мы требуем адвоката для них. Эндрю оставался внешне невозмутимым, но внутри всё кипело. Камеры, свидетели — всё подстроено. Теперь ему стало ясно: Морияма хотел изолировать их, заставить их оказаться в ситуации, где они не могут защититься. И тут офицер положил руку на плечо Эндрю, готовясь сопроводить его в машину. Мгновенный всплеск гнева и отвращения пронзил его. Он ненавидел, когда его трогали. Ненавидел каждый контакт. Он резко дёрнул плечом, сбрасывая руку офицера. Внутри всё горело, но он заставил себя замереть. Не сейчас. Не здесь. Элисон мгновенно собралась, её глаза сузились. Всё внутри неё на мгновение остановилось, и ярость, которая росла внутри, наконец вырвалась наружу. — Не смей его трогать! — её голос раздался как удар, она шагнула вперёд, заслоняя собой парня. — Не трогай его! Эндрю чуть прищурился, его взгляд скользнул на неё. Он привык быть тем, кто защищает, но то, как Элисон встала на его защиту, заставило его на секунду замереть. Это было неожиданно. Раньше только Нил вставал за него, был готов драться за него. И сейчас, когда Элисон делала то же самое, это пробудило в нём странное чувство. Она была готова бороться за него — не потому, что он слабый, а потому, что она хотела. И всё же внутри него всё бурлило от противоречий. Ему не нужна была защита. Никогда не нужна. Он сжимал челюсти, убеждая себя в том, что её действия не изменят его позицию. Эндрю мог справиться сам, как всегда. Но даже в этом отрицании он не мог полностью игнорировать факт, что кто-то был готов встать за него снова. И этот кто-то была Элисон. Офицер чуть отступил, удивлённый её решительностью, но ухмылка быстро вернулась. — Спокойно, мисс, — сказал он холодно. — Мы просто следуем процедуре. — Я сказала, не трогай его! — девушка больше не могла сдерживать ярость. Её голос дрожал, она сжала кулаки. Ники, готовый в любой момент поддержать её, шагнул вперёд: — Чёрт возьми, оставьте их в покое! Это всё чушь! Дэн встала рядом с Ники, её голос был спокойным, но полным напряжения: — Вы не имеете права забирать их без адвоката. Эндрю и Элисон ни в чём не виноваты. Аарон, стоящий чуть поодаль, с мрачным выражением лица наблюдал за ситуацией, готовый вмешаться, если это понадобится. Ваймак шагнул вперёд, его голос снова прозвучал твёрдо: — Никаких разговоров до того, как мы получим адвоката. И вы это знаете. Офицер бросил на него взгляд и снова перевёл его на Эндрю и Элисон, но больше не пытался трогать их. — Хорошо, — произнёс он, отходя назад, но в его голосе было скрытое удовлетворение. — Но они всё равно пойдут с нами до выяснения обстоятельств. Эндрю стоял неподвижно. Его взгляд снова упал на блондинку. Он видел, как её плечи дрожат от сдерживаемого напряжения, но она не отступила. Она продолжала стоять перед ним, как стена. Но теперь... Теперь он начинал видеть в Элисон нечто большее. Он признал это, хотя и не позволил себе ни малейшего намёка на благодарность. И всё же внутри него продолжала звучать мысль: "Мне не нужна защита. Никогда не нужна". Но в этот момент, он позволил ей сделать то, что она хотела.

***

Лисы собрались в комнате девочек. Обстановка была напряжённой, каждый чувствовал это. Ваймак сидел на стуле в углу, его лицо было серьёзным, как всегда в такие моменты. Эбби стояла рядом, её взгляд время от времени пробегал по лицам игроков, отмечая напряжение в их позах и взглядах. Она всегда старалась сохранять профессионализм, но переживания за Лис не отпускали её. Она понимала, насколько важны Эндрю и Элисон для команды, и тревога не давала ей покоя. Ники не мог сидеть на месте. Он нервно двигался по комнате, его лицо отражало беспокойство. — Они задержали их ни за что! — выпалил он, наконец, не в силах сдерживать своё возмущение. — Эндрю и Элисон... Это всё Рико, да? Что, если они не вернутся? — Они вернутся, — холодно ответил Кевин. Его голос был твёрдым, но в глазах читалась скрытая тревога. — Нам просто нужно дождаться адвоката. Эбби едва заметно нахмурилась, её руки были слегка сжаты, как будто она сдерживала свои эмоции. Но ей было трудно. Она уже несколько раз хотела что-то сказать, но боялась добавить лишний стресс Лисам. — Как ты можешь быть таким спокойным? — Ники остановился и уставился на Кевина. — Это Рико. Он не будет играть по правилам. Он хочет разрушить нас. — А что ты предлагаешь, Ники? — вмешалась Дэн, сидя на диване рядом с ним. — Мы не можем просто ворваться туда и вытащить их. — Но и сидеть сложа руки — не вариант! — Ники сжал кулаки, его голос дрожал от бессильной ярости. — Мы должны что-то сделать. Аарон, сидящий в углу комнаты, с раздражением перебил его: — Они вообще не должны были лезть в это всё. Если бы они не гнались за призраками и за Рико, то мы бы спокойно проспали эту ночь, и ничего этого не случилось бы. Он бросил холодный взгляд на всех, но никто не стал сразу отвечать. Его раздражение, как всегда, было направлено на ситуацию, но в его голосе было что-то личное. Он явно устал от всей этой истории с Нилом , которая, как ему казалось, должна была остаться далеко позади. Мэтт, всё это время молча сидевший с телефоном, наконец, поднял взгляд и нарушил молчание: — Я уже позвонил маме. Она обещала найти нам адвоката. — В его голосе слышалась уверенность, но и лёгкая нотка напряжения. — Она уже делала это для Аарона, когда всё было плохо. Мы можем ей доверять. Эбби, наконец, нашла в себе силы вмешаться, её голос был тихим, но полным эмоций: — Мы не можем позволить им пострадать. Ни Эндрю, ни Элисон. Они уже прошли через многое, как и все вы. — Её голос дрогнул, но она продолжила. — Мы должны быть осторожны. Я видела, как вы все справляетесь с трудностями, но в этот раз нам нужно быть ещё сильнее. И... — Она замолчала на мгновение, её глаза выражали глубокую заботу. — Мы не можем рисковать ещё больше. Все на мгновение притихли, переваривая услышанное. Мама Мэтта всегда была тем человеком, к которому можно было обратиться в безвыходной ситуации. — Она точно поможет? — Ники был всё ещё обеспокоен, но в его голосе появилась надежда. — Да, — кивнул Мэтт. — Мы в хороших руках. — Ладно, — тихо добавил Аарон, слегка расслабившись. Он помнил, как мама Мэтта помогла ему, когда ситуация казалась безнадёжной. — Если кто-то и может вытащить нас из этого, то это она. Ваймак, который до этого молчал, наконец, заговорил: — Отлично. Это хороший шаг. Мы дождёмся адвоката, а дальше посмотрим, как действовать. — Но мы должны быть готовы, что Рико не остановится на этом, — осторожно сказала Дэн, оглядывая остальных. — Даже если мы выиграем этот раунд, он попытается что-то ещё. Эбби кивнула, но её лицо оставалось напряжённым. Она продолжала следить за каждым из Лисов, беспокоясь за их моральное и физическое состояние. Ей было важно, чтобы все они были в порядке, даже если это означало, что ей придётся наблюдать за их страданиями ещё какое-то время. Рене, до этого тихо сидевшая рядом с Дэн, наконец, заговорила. Её голос был мягким, но уверенным: — Мы должны помнить, что пока мы вместе, мы сильны. Мы не можем контролировать то, что делает Рико, но мы можем контролировать, как реагируем. Паника сейчас — наш враг. Все взгляды обратились к Рене. Её слова, полные спокойствия и веры, казались как никогда уместными. Даже Ники, который не мог найти себе места, замер, прислушиваясь к её голосу. — Мы уже проходили через трудные времена, — продолжила Рене, оглядывая команду. — Мы должны доверять друг другу и тем, кто нас поддерживает. У нас есть люди, которые готовы помочь. И мы сами должны оставаться сильными. Эндрю и Элисон — это часть нашей семьи. Мы их не подведём. Ваймак коротко кивнул, принимая её слова: — Мы вытащим их. Но нам нужно быть готовыми к долгой борьбе. Кевин, до этого сохранявший хладнокровие, внезапно подался вперёд, его лицо было искажено тревогой. Он быстро схватил бутылку водки, стоявшую на столе, и сжал её в руке, как если бы это было единственное, что могло успокоить его нарастающую панику. — А что, если не получится вытащить их быстро? — Его голос дрожал, и все повернулись к нему. — Журналисты скоро всё пронюхают, устроят скандал. А как же игры? — Он резко выдохнул, скрутил крышку бутылки и сделал быстрый глоток. — У нас не получится с новенькими. Они не такие сильные, мы не выиграем без Эндрю. Мы не можем проиграть! Не успел Кевин закончить свою тираду, как Аарон взорвался: — Какие к чёрту игры?! — выкрикнул он, вскочив с места. — Мой брат может сесть в тюрьму, а ты переживаешь за игры?! Аарон был на грани. Все знали, что у Эндрю уже были судимости, и этот факт делал ситуацию ещё более угрожающей. Аарон не мог успокоиться, его плечи дрожали от ярости. — Ты понимаешь, что с его судимостью всё может закончиться на этот раз по-настоящему плохо? — продолжал Аарон, не сдерживаясь. — Мы говорим не о дурацких матчах, а о реальной жизни! Если он попадёт обратно в систему, его могут закрыть надолго! Кевин замер с бутылкой в руке, осознав всю серьёзность ситуации. Он прекрасно понимал, что Эндрю может оказаться в тюрьме, и теперь его страх за игры выглядел ничтожным по сравнению с угрозой для жизни Эндрю. В этот момент Ники, видя, как накалилась обстановка, встал между ними, пытаясь сгладить напряжение: — Эй, ребята, давайте не будем рвать друг другу головы. Мы все на грани, но сейчас главное — не терять хладнокровие. Дэн, поддержав Ники, медленно встала рядом: — Ники прав. Мы должны держаться вместе, не забывайте, кто мы. Комната застыла, все молча смотрели на Аарона и Кевина. Кевин медленно выдохнул, явно пытаясь справиться с охватившей его паникой, но он уже не мог игнорировать правду. Он поставил бутылку обратно на стол, но его руки всё ещё дрожали. Ваймак поднял руку, прося тишины: — Аарон, успокойся. Мы все беспокоимся за Эндрю, но сейчас нужно держать голову холодной. Мы справимся с этим. Аарон бросил взгляд на Ваймака, но не сказал больше ни слова. Он опустился обратно на стул, но всё ещё был на взводе. Кевин сидел молча, пытаясь справиться со своими эмоциями. Он знал, что Аарон прав, но его одержимость победами всегда была выше всего. Сейчас же ему пришлось осознать, что команда может потерять больше, чем просто игры.

***

Эндрю смотрел в окно машины, наблюдая за мелькающими тенями деревьев и уличных фонарей. Его лицо было спокойным, равнодушным, как будто всё происходящее вокруг не имело для него значения. Он лениво бросил взгляд на Элисон и коротко спросил: — И что это было? Элисон, сидя рядом, пару секунд обдумывала ответ, её взгляд был сосредоточен, как будто она пыталась найти правильные слова. — Я просто заметила за всё время, проведённое с тобой, что ты ненавидишь, когда к тебе прикасаются, — начала она тихо, её голос был немного мягче обычного. — Смешно, что ты так открыто об этом заявлял, но никто как будто не замечал. Кроме Нила и твоей семьи. — Иногда ты слишком много видишь, — равнодушно отозвался Миньярд, его взгляд снова уткнулся в окно. Девушка тяжело вздохнула, её взгляд опустился на её руки, которые она скрестила на коленях. — Мне не нужна помощь. Ни твоя, ни чья-либо, — добавил Эндрю, не отрываясь от своих мыслей. Он привык держаться в стороне, не впуская никого в свой внутренний мир, и слова Элисон лишь напоминали ему о том, что он не всегда может контролировать ситуацию вокруг. Полицейский, сидевший на переднем сиденье, бросил на них раздражённый взгляд в зеркало заднего вида. Он уже давно хотел остановить их разговор и терпение было на исходе. — Так, разговорчики! Успеете наговориться в участке! — резко бросил он, перебивая их. — Ох, разве вам не хочется послушать? Кто знает, может, мы обсуждаем что-то стоящее, — с лёгкой насмешкой ответила Элисон, её дерзкий тон только усиливал её уверенность. Полицейский тяжело вздохнул, явно не желая вступать в дальнейшие пререкания. Рейнольдс, довольная, что удалось немного вывести его из себя, хмыкнула и снова повернулась к Эндрю: — Знаешь, если кто-то становится для меня близким, я просто не могу иначе, — её голос стал тише, почти шёпотом, когда она наклонилась ближе к Эндрю. — Поэтому я ввязалась во всё это ради Джостена. Ты не обязан отвечать взаимностью, но тебе теперь придётся смириться с тем, что ты для меня так же важен, как и Нил. Миньярд на мгновение замер. Её слова задели что-то внутри, что он старался не показывать. В его мире близкие отношения и привязанности всегда были источником боли и опасности. Но теперь, когда Элисон и Нил стали частью его жизни, он не мог полностью игнорировать их присутствие. Он коротко взглянул на неё, его лицо оставалось непроницаемым. — Последнее предупреждение! — рявкнул полицейский, явно теряя терпение. Его рука напряглась на руле, словно готовясь к любой непредвиденной ситуации. — Твои проблемы, Рейнольдс, — равнодушно отозвался Эндрю, но в его тоне не было той холодности, что обычно сопровождала его слова. — Да, да, монстр, — засмеялась Элисон, её смех был коротким, но искренним. Она перевела взгляд в окно, давая разговору угаснуть, но её мысли были далеко от дороги. Машина продолжала своё движение по пустым улицам. С каждой минутой Эндрю всё больше ощущал нарастающее напряжение. Для него дорога в полицейский участок была чем-то большим, чем просто поездкой. Его прошлые судимости уже стоили ему многого, и сейчас, сидя в машине с Элисон и осознавая, что впереди их ждёт допрос, он не мог не думать о том, как легко всё может снова пойти не так. Он привык бороться в одиночку, но теперь ситуация усложнилась. Элисон — как и Нил — была тем человеком, кто видел его насквозь. Она не боялась выражать свои мысли и чувствовать привязанность. Это беспокоило его, но одновременно он не мог отрицать, что её присутствие рядом немного успокаивало. Даже несмотря на угрозу, которая надвигалась. — Ты можешь не признавать это, но я всё равно рядом. И это не изменится, — неожиданно добавила Элисон, её голос был тихим, но твёрдым. Эндрю не ответил, его взгляд снова устремился в окно. Он думал о том, что их ждёт в полицейском участке. Мысли о возможных последствиях терзали его, и он пытался подавить нарастающее беспокойство. Было ли это его прошлое, снова настигавшее его, или что-то ещё? Машина свернула на последнем повороте, и впереди уже виднелся полицейский участок, освещённый холодными лампами. Финал этой ночи был близок, и Эндрю знал, что дальнейшие события могут изменить всё.