Никогда не говори — нет

Сердце Алтана сжималось при мысли о том, что теперь, когда Олег вернулся, их дружба с Сережей может измениться. Если брать время, когда они оба работали, то редко пересекались друг с другом, но никогда не забыли, могли созвониться, редко, но метко встретиться. Но сейчас… Он привык к тому, что Разумовский всегда был рядом, поддерживая его в этот трудный момент, не стал отталкивать, как некоторые. Теперь же, когда Волков снова вошел в его жизнь, Алтан чувствовал себя лишним. Он понимал, что Сережа захочет провести время наедине с Волковым, и эта мысль вызывала у него внутренний дискомфорт. «Как я буду себя чувствовать, когда они будут вдвоем?» — думал бурят. Но он никогда не ворчал на то, что Сережа проводит слишком много времени с ним, когда у них была свободная минутка общения, они любят друг друга, он желал им счастья, но сейчас, когда его друг был на пороге новой жизни, он не хотел оставаться один. Алтан осознавал, что за время их дружбы он стал зависим от присутствия рыжего ни только в своей квартире, но и в жизни. Тревога накатывала волнами. Дагбаев вспомнил, как они вместе смеялись до утра, когда ему стало чуть лучше в моральном плане. Он не хотел терять эту связь. «Что если я всё-таки стану для него обузой? Что если он решит, что я ему больше не нужен?» — эти мысли терзали его изнутри. А теперь на пороге его квартиры стоял незнакомый мужчина. В руках у него дубликат ключей Разумовского. Значит, он его знает, если это можно считать за хорошую новость. Алтан прищурился, пытаясь рассмотреть незнакомца. По его взгляду можно было понять, что он в наглую пялился на него, перемешивая это с шоком. И это начинало, конечно же, раздражать. — Кто вы такой? — наконец снова спрашивает бурят, стараясь сохранить спокойствие в голосе. — И откуда у вас этот ключ? Вадим на мгновение замер, как будто не ожидал такого вопроса. Хотя стоп, его же об уже спросили. Его глаза стали более сосредоточенными, и он, наконец, выпрямился, будто собравшись с мыслями. — Я за него, — ничего не придумал сказать Дракон, как ту культовую фразу из советского фильма, где спрашивали, вроде, про бабулю.

***

Алтан сидел неподалеку, скрестив руки на груди и хмуря брови. Он смотрел, как Вадим с сосредоточенным выражением лица поливал цветы в верхних горшках. Каждый раз, когда тот наклонялся, чтобы достать до очередного растения, бурят чувствовал, как его раздражение нарастает. «Как же Сережа и Олег мастерски избавились от меня», — пронеслось у него в голове. Он искал в своих мыслях подтверждение этому чувству, но понимал: его недовольство было вполне обоснованным. — Осторожнее! — шипел Дагбаев, приподнимая голову. — Это тебе не какие-нибудь цветы с клумбы! К другому переходи, в то зальешь! Листья хоть приподними, когда поливаешь! Вадим, не обращая внимания на недовольство своего, так сказать, подопечного, продолжал свою работу. Он аккуратно поливал один из горшков, стараясь не пролить воду на пол. Эти двое, кажется, разделяли настроение. «Мало того что нянька, так еще и цветы заставляют поливать, а еще что сделать? Так еще и печется за эти цветочки, что в них такого? А сначала показался таким беззащитным, а теперь… змея. Так еще все это по доброте душевной, а хотелось бы пять тысяч на карту за каждый час с этой душнилой» — пробормотал он себе в мыслях. Дракон закончил с поливкой и аккуратно поставил лейку на указанное хозяином место. Он оглядел квартиру, и его взгляд задержался на мебели. Просторная комната была обставлена с явным вкусом, но при этом казалась довольно скромной. В углу стоял роскошный диван из натуральной кожи, а рядом — стеклянный стол от известного бренда. Каждый предмет мебели был словно произведение искусства, но в этом интерьере не хватало чего-то живого — картин, книг или хотя бы каких-нибудь безделушек. — Н-да, у вас тут негусто, — произнес Вадим, обводя взглядом квартиру, чтобы наконец-то разрядить обстановку. — Даже картин нет. Зато мебель какая! Чем вы на такую заработали? Алтан фыркнул, прокатываясь к столу, чтобы взять влажную салфетку. Он начал аккуратно протирать листья растений, которые выглядели ухоженными и здоровыми. — Тебя только это и интересует? — спросил он с легким сарказмом, не поднимая взгляда. — Ну, не совсем, — усмехнулся блодин, присаживаясь на край стола. — Но такой интерьер действительно вызывает вопросы. Я бы не отказался от такой мебели! Алтан бросил на него быстрый взгляд и скривил губы. — Со стола слез… ты просто завидуешь, — сказал он, продолжая протирать листья. — Как будто ты не знаешь, что за такие вещи нужно платить. — Да я не против платить! — ответил Вадим с улыбкой, слезая с края стола под прожиганием рубиновых глаз. — Просто у меня есть свои принципы. Любой каприз за деньги, как говорится. Алтан поднял брови и остановился на мгновение. — Меркантильность – твое второе имя, я так понимаю? — он выдыхает через рот, пытаясь подавить раздражение. На его вопрос был лишь утвердительный кивок. Алтан продолжал протирать листья своих растений, но его мысли были далеко от ухода за цветами. Он чувствовал, как на него вновь накатывает раздражение. Вадим, с его беззаботной улыбкой и легкостью общения, казался ему слишком навязчивым. Какой-то странный тип, который вдруг решил, что может влезть в его жизнь, как будто они знакомы вечность. Его внимание снова ускользало к Вадиму. Тот пересел на диван, зачем-то проверил его на прочность, хмыкнул и смотрел на бурята с интересом, как будто тот был не просто человеком, а настоящим шоу. Он никогда не был таким открытым с незнакомцами. Обычно он предпочитал молчание и уединение, а сейчас чувствовал себя словно под прицелом. «Почему я вообще так живо общаюсь с человеком, которого вижу в первый раз?» — задавался он вопросом. Это было не в его стиле. Или Вадиму просто можно было доверять?.. Но что-то в Драконе было притягательным. Может быть, это его уверенность или лёгкость, с которой он говорил о вещах, которые Алтан считал незначительными? Или, возможно, его смех был заразительным? Вадим умудрялся находить радость даже в простых вещах, и это раздражало младшего до глубины души. Вдруг он поймал себя на мысли, что на лице старшего играет улыбка — та самая легкомысленная улыбка. «Черт возьми», — подумал Алтан, — «и почему мне вдруг понравилась эта маска клоуна?» Этот вопрос заставлял его чувствовать себя уязвимым. В этот момент уголок губ Дагбаева невольно приподнялся. Он сам не заметил, как это произошло. Возможно, это была реакция на Вадимову энергию или просто на его настойчивость. Но всё равно это раздражало его ещё больше — как будто он сам себе предавал. «А справится ли он со мной?» — мелькнула мысль в голове Алтана. Он знал, что у него есть свои способы защищаться от людей, которые слишком близко подходят к нему. Он мог быть резким и холодным, если это потребуется. Алтан снова взглянул на Вадима и заметил, как тот беззаботно потянулся к одному из цветков, чтобы рассмотреть его поближе. — Куда свои культяпки тянешь? — и снова шипение, словно и не было той довольной улыбкой несколько секунд назад. — Все-все, не раздражайтесь, золотко, — Дракон поднял руки вверх, будто его обвинил в самом ужасном преступлении. — Я тебе не золотко, понял? — бурят грубо кидает ему салфетку в руки и поворачивается на коляске к нему спиной. — Сполосни и убери. Вадим стоял, растерянно глядя на Алтана, который только что произнес свои слова с таким ледяным спокойствием, что это заставило его замереть. «Почему я должен это делать?» — мысли метались в голове. Приказательный тон Дагбаева звучал так, будто он был каким-то боссом, указывающим подчинённому на его обязанности. Хотя, почему будто? Может быть, в другой вселенной так и есть?.. Нет, бред какой-то. Почему он должен прогибаться под эту язву, которую знает всего несколько часов? Дракон обдумывал, как много раз он уже пытался наладить контакт с Алтаном, как старался быть рядом, но каждый раз получал в ответ холод и дистанцию. Почему он вообще до сих пор здесь? — спросил Вадим себя вновь. Этот вопрос оставлял осадок на душе. Он вздохнул, смирившись с ситуацией. Он не хотел ссориться, но и поддаваться не собирался. «Ладно», — пробормотал он себе под нос. — «Просто сделаю то, что нужно, и всё». Весь день прошел в тишине. Алтан и Вадим перемещались по квартире, каждый занимаясь своими делами. Бурят сосредоточился на своих, а Дракон пытался помочь ему с мелкими задачами. Они даже не обменивались взглядами, словно каждый из них был погружен в собственные мысли и переживания. Когда вечер настал, Дагбаев почувствовал, как напряжение постепенно уходит. Он знал, что пришло время воплотить свой план в жизнь, который придумал сегодняшним утром. Подъехав к старшему, который сосредоточенно читал что-то на своем телефоне, он решил проявить кокетство. — Эй, Вадим, — начал он, перебирая длинные волосы тонкими пальцами. — У меня назначен массаж на сегодня. Сережа, наверное, предупреждал тебя об этом? — Естественно, без проблем, — Дракон кивает и переводит взгляд на него. Алтан ухмыльнулся и продолжил: — Но перед массажем мне бы не помешало немного освежиться. Ты не против помочь мне немного? Он поперхнулся воздухом от неожиданности. Ладно помочь сходить в уборную — это одно, но душ… черт! Металось все это в его голове. Он не ожидал такого поворота событий. Вадим почувствовал, как его сердце забилось быстрее. Это было неожиданно и немного смущающе. Неловкое положение. Алтан заметил, как Вадим немного смутился, когда он заговорил о душе и помощи. Ему это нравилось. В его голове закралась мысль, что именно такая реакция была ему нужна — она подтверждала, что он не оставляет его равнодушным. Когда они вошли в ванную, бурят почувствовал себя уверенно и расслабленно. Он посмотрел на Вадима, который стоял у двери, слегка смущённый и не зная, куда девать руки. А еще и покраснел, как индюк. Парень начал медленно снимать с себя одежду. Он чувствовал себя немного странно — это было не так, как с Сережей. С другом он стеснялся и испытывал неловкость в такие моменты. Но сейчас это было иначе. Он делал это осознанно, чтобы спугнуть Вадима, чтобы заставить его почувствовать себя некомфортно и одновременно привлечь его внимание. Сначала он снял футболку, обнажая свою грудь и плечи. Взгляд Вадима стал более пристальным, и Алтан это заметил. Он улыбнулся про себя, понимая, что его план срабатывает. Затем он расстегнул штаны и медленно сбросил их на пол. Но для Дракона была странна одна деталь: Алтан не смотрел на себя в зеркало. Дагбаев же вдруг остановил, тяжело выдохнув. У бурята раньше была подтянутая фигура атлета, а сейчас из-за вынужденной гиподинамии все расплылось. Он казался себе уродом. Что он делает?.. Вадим тут же заметил, что тот насупился. — Не смотри на меня… — вдруг говорит Алтан, его голос звучит тихо и неуверенно, словно он сам не верит в свои слова. Как же сильно противоречит сам себе. Аж замутило. Дракон, стоя у двери, почувствовал, как его сердце сжалось. Он заметил, как тот, что только сегодня излучал уверенность и силу перед, вдруг стал уязвимым. Вадим шагнул ближе к нему, ощущая, как между ними возникло новое напряжение. Блондин уже хотел что-то сказать, но… — Просто посади меня в ванну и уходи. И мне не нужен массаж, мне уже ничего не нужно, это не поможет. Я знаю, что не поможет. Зря тебя связали со мной, я же ведь вижу, что ты полудурок и тебе это все нахрен не сдалось… — на одном дыхании пробормотал Алтан, — о, Будда, зачем я вообще сейчас раскрываюсь перед малознакомым человеком... Идиот. Ответа не последовало. Дракон не очень-то любил такие разговоры. Собравшись с силами, он медленно подошел к нему. Мужчина аккуратно обнял его за спину, а затем взял за парализованные ноги. Это было странное ощущение — его собственные ноги, когда-то сильные и ловкие, теперь безжизненно болтались в воздухе. Вадим почувствовал, как его сердце сжалось от этого зрелища. Он не мог представить, каково это — смириться с такой реальностью. Дракон осторожно посадил Алтана на дно ванной. Вода была теплой, но это не помогло развеять холодок тревоги в груди. Вадим чувствовал себя уязвимым, как никогда прежде. Он не мог не заметить, как Дагбаев сложил руки между ног, но сейчас это было неважно. Никакой пошлой мысли. Кажется, старший раскусил его план. Боль. Тупая боль пронизывала мужчину. После душа, когда вода стекала по телу и уносила с собой часть напряжения, Вадим снова подошел к Алтану. Он знал, что тот будет отнекиваться от массажа — это было в его характере. Но Разумовский был настойчив. — Обещаешь, что уйдешь?.. — вдруг спрашивает Дагбаев, когда смотрит в потолок и не чувствует, как чужие пальцы «гуляют» по его ногам. Какие у Вадима руки? Наверное сильные, раз уж не в тягость таскать его целый день, как, например, Сереже. Дракон нежно растирает его ноги, чтобы разогнать кровообращение. Это нормальная процедура для таких людей, как Алтан. Что-то внутри перевернулось за этот день. Вадим хотел бежать из этой квартиры без оглядки уже сегодня утром, а сейчас… смешанные чувства. — Уйду… — сглатывает ком Вадим. А что еще остается? Все равно прогонит, будет больше раздражаться. Но он обязательно вернется. Обязательно. Мужчина ощущал себя, будто не в своем теле, будто предал свое типичное поведение. Мозг начал слишком сильно думать, задумываться о сложных вещах. О привязанности?.. Хлопок двери. Алтан лежал в постели, его тело было обременено тяжестью разочарования и боли. Он чувствовал, как слезы медленно катятся по щекам, оставляя за собой соленые дорожки на подушке. С одной стороны лицо было влажным от слез, с другой — от чувства безысходности. Пытался соблазнить, прекрасно видя, что это слабость Дракона. Но вместо этого он снова распустил нюни, как маленький ребенок, и теперь чувствовал себя еще более одиноким. В глубине души он надеялся, что и слезы оттолкнут Вадима, что тот не вернется к нему, не захочет видеть его таким беспомощным. И тем более помогать. Это не его интерес. Слезы продолжали падать на подушку, смешиваясь с его страхами и сожалениями. Он закрыл глаза и попытался представить, как Вадим уходит навсегда, оставляя его в этой пустоте. И пусть так будет лучше.

***

спасатель

Я такого не ожидал от тебя, мой дорогой друг. Ваш Вадим сбежал при первой же возможности. И это правильно. Я никому не нужен такой.

***

Вадим пришел домой, и его мир казался серым и безжизненным. Он чувствовал себя выжатым лимоном — пустым и изможденным. Скинув куртку, он медленно направился в спальню, где царила тишина, нарушаемая только звуками его шагов по полу. Сел на край кровати и уставился в одну точку, пытаясь собрать мысли в кучу. Он достал телефон и начал листать экран, словно искал спасение в виртуальном мире. «Алтан… Алтан. Это не то…» — шептал он про себя, прокручивая имя в голове. Ничего не выходило. Он наткнулся на фотографии, а заголовок статьи гласил: «Алтан Дагбаев — когда за границу?..».Улыбка и уверенные позы. На снимках тот стоял на своих ногах, полон жизни и энергии. Вадим ощутил щемящее чувство — значит, он не всегда был таким. Что же случилось? Мысли о том, что произошло с Алтаном, наполнили его голову. Вадим вспомнил их разговоры, то, как тот пытался скрыть свою уязвимость за маской силы. Теперь ему стало понятнее то состояние, в котором они оказались в ванной. Дракон вдруг осознал: за всем этим стояла не просто физическая травма. Это была борьба с внутренними демонами, постоянная борьба за принятие себя, особенно, если он в прошлом был моделью. Блондин прикрывает глаза и устало потирает переносицу. Он отбрасывает телефон в сторону. — Блять… — проронил Вадим, борясь с самим собой. Он не должен привязываться, не должен. Это не его забота. Не его. Нет. Черт…