I’ve found hope in a heart attack. (Я обрел надежду в сердечном приступе)

Я обрел надежду в сердечном приступе дрикиви Глава 2 Примечания: Люди такие милые, чёрт возьми. Каждый раз, когда я получала новый комментарий, я ожидала, что в нём будет написано, что я тупая стерва (каковой я и являюсь) и что это скучно. Но все говорили по-настоящему полезные вещи, и я просто в восторге. Вы, ребята, такие милые. Ваши комментарии заставляют меня писать, так что эта глава для вас ;) надеюсь, вам понравится! (Дополнительные примечания приведены в конце главы.) Текст главы На следующий день он, Деку и «Команда Баку», как любили называть себя эти идиоты, бездельничали в общей комнате. Кацуки никогда бы не признался в этом вслух, но это были одни из его любимых моментов. Эти люди видели его в худшие времена, но всё равно решили остаться рядом с ним. Обычно Деку не тусовался с ними, потому что обычно он проводил время со своей компанией, но его друзья иногда брали Деку с собой, потому что, по их словам, Кацуки меньше кричал, когда был рядом со своим парнем. Возможно, это было правдой, но Кацуки не стал бы этого признавать. Деку, похоже, нравилось проводить время с ним и его друзьями, и Кацуки был рад, что может это делать. Ему действительно нравилось проводить время с этими людьми. — Итак, Мидория, забавная штука, — сказал Каминари, приподнявшись с пола, где он лежал, положив голову на колени Киришимы, когда Деку вернулся с кухни с тарелкой чипсов. — Почему ты никогда не рассказывал нам никаких постыдных историй о Бакуго, когда вы были детьми? Деку пискнул и чуть не уронил миску, которую держал в руках. Кацуки закатил глаза и встал со своего места, забрав у Деку миску и поставив её на стол. — Оставь его в покое, — пробормотал он, глядя на блондина, и схватил Деку за руку, чтобы отвести его на диван и усадить рядом с собой. — Нет, но серьёзно! Тебе нечего нам рассказать? Как так вышло, что вы вместе уже больше года, а Мидория так и не дал нам ничего для шантажа? — заныла Ашидо, сидя на полу и уже наклоняясь над столом, чтобы взять чипсы. — Я хороший парень! — возмущённо воскликнул Деку, положив голову на плечо Кацуки. “Бакуго кое-что рассказал нам”, - сказал Серо. Кацуки ахнул и бросил в Серо подушку. Мальчик поймал её, накрыл ею голову и откинулся на спинку дивана, смеясь над его выражением лица. — Что?! Каччан!! — закричал Деку, отталкивая его и возмущённо глядя на него. — Что ты им сказал?! Кацуки повернулся, чтобы посмотреть на Серо, и показал ему средний палец. Он услышал, как остальные смеются, и фыркнул. — Ничего, — многозначительно сказал он, снова посмотрев на своего парня. — Я им ничего не сказал! — Ох, Бакубро, не ври, тебя поймали, — насмешливо сказал Киришима. — У меня нет друзей, — холодно сказал он, смертельным взглядом уставившись на них четверых, которые продолжали хихикать. — Не драматизируй, — сказала Ашидо, закатывая глаза. — В любом случае, не волнуйся, Мидория, ничего слишком постыдного не произошло, и, честно говоря, это было не специально, — сказала она, отмахиваясь рукой. Деку всё ещё ходил взад-вперёд, глядя на их лица, и выглядел нервным. Кацуки было его жаль, потому что, честно говоря, он мог бы сказать о Деку много неприятных вещей, которые они говорили друг другу в детстве, и у него было много причин для паранойи. “Каччан, скажи мне, что ты сказал!” — Во-первых, он был пьян, так что не бросай его, — сказал Кирисима. “ Я не собирался... — И это было до того, как вы начали встречаться, — продолжила Ашидо, игнорируя Деку. — О, точно! Мой парень говорил: «Деку никогда не полюбит меня, Кири», это было мило. Деку повернулся и посмотрел на него с улыбкой. — Это так? Катсуки почувствовал, как его щеки запылали. — У меня нет друзей, можете все катиться к чёрту, — повторил он, отводя взгляд и скрещивая руки на груди. Через некоторое время он почувствовал, как Деку пару раз ткнул его в руку, и неохотно протянул руку, продолжая смотреть в сторону. Его парень тут же переплёл их пальцы, и Кацуки почувствовал себя чуть менее смущённым, совсем чуть-чуть. — Итак, он напился, потому что чувствовал себя несчастным из-за своих безответных чувств к тебе… “Они не были не безответными!” — ...и он начал болтать о причинах, по которым ты ему не нравишься, — продолжил Каминари, не обращая внимания на замечание Деку. “Что?” — О, не волнуйся, Мидория, он смог придумать только два, — добавил Серо с весёлой ухмылкой. Кацуки глубже погрузился в диван, гадая, не расплавится ли он вместе с мебелью. Единственное, что удерживало его в этом разговоре, — рука Деку, лежавшая на его бедре. — Это было так мило! — сказала Ашидо, хлопая в ладоши. — Он сказал, что ты слишком хороша для него и что влюблённость в тебя вредит его здоровью, потому что ты никогда не сможешь ответить ему взаимностью! — закончила Ашидо милым голоском. Кацуки, который всё ещё смотрел на всех с ненавистью, почувствовал, как Деку тянет его за руку, и неохотно повернул голову, чтобы посмотреть на своего парня. Деку смотрел на него с любовью и удивлением, и Кацуки пришлось сдержаться, чтобы не наклониться и не поцеловать его прямо здесь, на глазах у всех. “Ты милый”, - сказал Деку, мило улыбаясь ему. Катсуки столкнул его с дивана. — Однажды твоему парню надоест, что его отталкивают каждый раз, когда ты смущаешься, — смеясь, сказал Серо. Катсуки усмехнулся. “Заткнись”. — Подлый, — пробормотал Деку, сползая на пол, чтобы сесть перед ним, скрестив ноги, и опереться спиной о колени Кацуки. Кацуки раздвинул ноги, чтобы Деку мог сесть между ними, и провёл рукой по растрёпанным кудрям. — В любом случае, — добавил Кирисима. — Единственная другая причина, которую он мог придумать, заключалась в том, что ты… — Кирисиму прервал собственный смешок. — Ч-что?! — нервно и испуганно спросил Деку, теребя руки “Что ты...” — Ребята, да ладно, Деку не обязательно знать… — Что ты облизывал его руки, чтобы узнать, какой у него на вкус пот, — закончил Каминари и тут же расхохотался, а за ним и остальные. Кацуки застонал и закрыл лицо руками. Деку будет в бешенстве. В тот момент он был так пьян, и возможность того, что Деку когда-нибудь ответит ему взаимностью, казалась настолько невероятной, что мысль о том, что Деку может не захотеть делиться этой информацией со своими друзьями, даже не пришла ему в голову. Честно говоря, это была единственная причина, по которой он мог невзлюбить Деку, и дело было даже не в том, что он злился из-за этого (по крайней мере, не сейчас), а в том, что это было немного странно, даже для Деку. “О боже”, - услышал Он подавленный голос Деку. Кацуки убрал руки и посмотрел на Деку. Его парень закрыл лицо руками и прижался головой к коленям. Кацуки не смог сдержать лёгкого смешка. Он обнял Деку за плечи и уткнулся лицом ему в шею. — Это не настолько стыдно, — пробормотал он так, чтобы слышал только он, и поцеловал Деку в шею. — Это не так?! — ответил Деку, поднимая голову и глядя на него. У него были красные щёки и взволнованное выражение лица. Мило. — Я был чудаком! Кацуки снова рассмеялся. — Да, но посмотри на себя сейчас, — он поцеловал его в щёку и прижал к себе. — Только немного странный и выглядящий нормально. Деку надулся. “Подлый”. “Ты мне нравишься, несмотря на твою странность, разве тебе не повезло?” Деку закатил глаза, но, когда он снова посмотрел на него, то увидел улыбку. “Наверное, так и есть”. Катсуки не смог удержаться от ответной улыбки. “Ты собираешься толкнуть меня сейчас?” Кацуки фыркнул. — Не-а, — он отодвинулся от Деку и встал, потянув за собой своего парня. — Мы заканчиваем на сегодня, — сказал он остальным. Серо поморщился. — Вы, ребята, уходите, чтобы заняться сексом? Деку смущённо пискнул рядом с ним, а Кацуки лишь закатил глаза. “Ну и что, что так и есть? У тебя проблема?” — Это не так, как у Каччан!! — Не забудь, что я сплю в комнате рядом с твоей, — добавил Киришима. “Вот почему мы идем к Деку”. “Каччан!!” “ Бедный Аояма, ” пробормотал Каминари. — Потом, идиоты, — сказал он, хватая Деку за руку и таща его к лифту. “Всем спокойной ночи!” Деку сказал позади него, помахав рукой на прощание. — Мидория, ты не дал нам ни капли грязи Бакуго! — заныл Ашидо, когда они уходили. Деку захихикал. “Может быть, в следующий раз!” Как только они оказались в лифте, Кацуки притянул Деку к себе за руку, обнял его за шею и поцеловал так, словно завтра не наступит. Деку удивлённо охнул, но тут же ответил на поцелуй, обхватив Кацуки за бёдра и прижав его к себе. Как бы ему ни нравилось проводить время с друзьями и Деку, ему гораздо больше нравилось проводить время со своим парнем. Они целовались и целовались какое-то время, и это было приятно, сладко и горячо. Только когда Деку оторвался от неё на несколько секунд, чтобы перевести дыхание, он заметил, что они не двигаются. “ Это ты нажал на кнопку? - спросил я. — Какая кнопка? — спросил он, наклоняясь, чтобы снова поцеловать Деку. Деку засмеялся и быстро чмокнул его, прежде чем отстраниться. — Кнопка, чтобы мы могли подняться в мою комнату? — спросил Деку, всё ещё смеясь и нажимая на кнопку с цифрой два на лифте. “Да, да, неважно, иди сюда”. Деку хихикнул и снова схватил его за бёдра, чтобы продолжить то, что они делали. Именно в этот момент Кацуки почувствовал, как у него начинает кружиться голова, потому что, как он уже говорил, его жизнь была шуткой. Он пытался продолжать целовать Деку и сосредоточиться на своём горячем парне, но с каждой секундой головная боль становилась всё сильнее. К счастью, лифт открылся, и они вышли, чтобы подняться в комнату Деку. Кацуки старался дышать глубоко и вести себя так, будто ничего не случилось, но он знал, что скоро окажется на коленях, и не по своей воле. — Иди, — сказал он Деку, сжав его руку. — Мне просто нужно в туалет. Деку сочувственно посмотрел на него, и Кацуки чуть не рассмеялся, потому что был уверен, что его парень думает о его несуществующей диарее. — Да, конечно, — Деку быстро поцеловал его в щёку. — Я оставлю дверь незапертой. “Спасибо”. Убедившись, что Деку вошёл в свою комнату, он развернулся и направился прямиком в общие туалеты, так как они были ближе, и он знал, что у него мало времени, прежде чем он ничего не сможет разглядеть левым глазом. На этот раз у него не было таблеток, потому что он уже принял их все, и он знал, что эта головная боль будет намного сильнее и продолжительнее предыдущих. Это было чудо, что он добрался до туалета, но он даже не смог зайти в кабинку. Он упал на колени и обхватил голову руками, надавливая изо всех сил, пытаясь хоть как-то отвлечься от боли. Боже, он чувствовал себя таким жалким. Как он мог быть героем, если не мог справиться с чёртовой головной болью? Как он мог быть таким слабым, что даже мигрени было достаточно, чтобы сломить его, сделать буквально бесполезным? Он дрожащими руками достал телефон из заднего кармана и поставил таймер. Теперь, когда у него не было таблеток, ему нужно было знать, как долго длятся головные боли, чтобы придумать другие отговорки или места, где можно спрятаться. Было очень больно, и он досчитал до ста сорока трёх, прежде чем почувствовал, что может убрать руки от головы, не задыхаясь от боли. Он поспешно вытер слёзы, которые, казалось, всегда выступали, когда это происходило, и сделал глубокий вдох. Болело по-прежнему, но гораздо меньше, чем раньше, и он предположил, что это продлится ещё пару минут, прежде чем он сможет встать и вернуться к Деку. Он посмотрел на телефон и поморщился, увидев таймер. Двадцать восемь минут. Это были долгие минуты. Практически полчаса. Ему нужно было придумать что-то ещё или пойти к Девочке-Восстановительнице, чтобы получить ещё таблеток. Он поднялся на дрожащих ногах, с ослабевшими руками и прислонился спиной к стене, опустив на неё голову, пытаясь прийти в себя. “Бакуго?” Кацуки вздрогнул и открыл глаза, он даже не заметил, что закрыл их. Он огляделся и увидел, что Киришима смотрит на него с беспокойством. Кацуки поморщился, потому что не слышал, как вошёл его друг. “Привет”, - сказал он, кивая ему. — Я думал, ты с Мидорией? — спросил Киришима, подходя к нему ближе. “Да, только что зашла в ванную”. Он отошел от стены и тут же споткнулся. — Ого! Чувак, что случилось? Киришима ловко поймал его за локти. — Ты выглядишь ужасно, — сказал его друг, разглядывая его лицо. Кацуки сделал глубокий вдох и схватился за руки Киришимы, чтобы не упасть. “Просто разболелась голова, вот и все”, - пробормотал Он. — Похоже, это не просто головная боль, — ответил Кирисима, помогая ему снова встать на ноги. — Э-э, у меня диарея? — сказал он, надеясь, что друг купится на это и отстанет. Он всё ещё чувствовал себя немного дезориентированным и слабым. Киришима фыркнул. — Ладно, чувак, из-за какой такой диареи ты чуть не упал в обморок прямо передо мной? “Тот самый плохой?” Киришима покачал головой и скрестил руки на груди. “Бакуго...” — Подожди, — перебил он. Он закрыл глаза и сделал ещё один глубокий вдох, прижав руку к переносице. Когда он почувствовал, что готов, он снова открыл глаза и решительно посмотрел на Киришиму. — У меня болела голова, но я обещаю, что со мной всё в порядке. Если это повторится, я пойду к Восстановительнице, хорошо? Киришима неуверенно посмотрел на него. “С тобой действительно все в порядке?” — Да! Я не очень хорошо спал, так что, должно быть, дело в этом, не волнуйся, дружище, — ответил он, положив руку на плечо Киришимы и сжав его, чтобы успокоить друга. Киришима смотрел на него ещё несколько секунд, а потом пробормотал: «Хорошо». — Спасибо, чувак, — сказал Кацуки, прежде чем выйти из туалета. Он остановился и обернулся, смущённо глядя на Киришиму. — Э-э, ты не мог бы не рассказывать об этом Деку? Киришима прищурился, глядя на него. “Почему?” — Ты же знаешь, какой он, — сказал он, пренебрежительно махнув рукой. — Он просто сходит с ума из-за всякой ерунды, и я не хочу его беспокоить, — ответил он, слегка пожав плечами. Киришима фыркнул. «Да, расскажи мне об этом. Я до сих пор не забыл, как он посмотрел на меня, когда я случайно сломал тебе палец своей причудой во время тренировки». Катсуки с нежностью улыбнулся при этом воспоминании. “Видишь? Давай просто избежим этого”. — Полагаю, у него были веские причины так сильно за тебя переживать, — сказал Киришима, бросив на него один из тех взглядов, которые его друзья всегда бросали на него каждый раз, когда в разговоре всплывало его прошлое. Это была смесь беспокойства и сочувствия, но также и гнева. Ему было странно, когда это исходило от кого-то, кроме Деку. Кацуки неловко переступил с ноги на ногу и на несколько секунд отвёл взгляд. “ Верно. Значит, ты ничего не скажешь? “Конечно, чувак”. — Это здорово, — сказал он, показывая Киришиме большой палец вверх. — Спасибо, Кири. Увидимся завтра. Он быстро вышел из ванной и направился в спальню Деку. Голова всё ещё болела, и хотя боль была не такой сильной, как раньше, она всё равно вызывала раздражение и дискомфорт в левой части головы. Он постучал в дверь Деку, прежде чем открыть её, и увидел, что его парень лежит на кровати и читает комикс. Когда Кацуки вошёл, Деку поднял на него взгляд и слегка улыбнулся. — Привет, — Деку отложил комикс и сел, разведя руки в стороны. — Ты в порядке? Кацуки снял обувь и сразу же бросился в объятия своего парня, усевшись к нему на колени и обняв его за талию, уткнувшись лицом в изгиб его шеи. Руки Деку тут же принялись гладить его по волосам и спине, и Кацуки довольно заурчал, уже чувствуя себя лучше. “Да. Просто немного болит голова”. — М-м, — задумчиво пробормотал Деку. — Может, ты что-то не то съел? Кацуки усмехнулся. — Да, наверное, — ответил он чуть более слабым голосом. Деку подвинулся так, чтобы они лежали на кровати, не меняя положения, и несколько раз поцеловал его в лоб. — Тогда просто поспи немного, у меня есть обезболивающие, которые ты можешь принять, когда проснёшься. Кацуки закрыл глаза и почувствовал себя в безопасности, как всегда, когда был с Деку. “Благодарю вас”. “Все в порядке. Люблю тебя”. Катсуки поцеловал Деку в ключицу. “Люблю тебя больше”. -- Он умирал. Должно быть, умирал. Или у него взрывалась голова. В любом случае, он больше не мог этого выносить. Он посмотрел на телефон: прошло двадцать восемь минут. Сейчас было уже сорок пять, и он не был уверен, что сможет продержаться ещё. Его один раз стошнило от боли, и он не собирался делать это снова. По какой-то причине головная боль не утихала, даже немного, и левый глаз, казалось, был закрыт, потому что он ничего не видел. Он неохотно признал, что ему нужно увидеться с Реабилитирующей Девушкой, иначе он умрёт. По крайней мере, так мне казалось. Хорошо, что в этом месяце у них было не так много заданий и тренировок. Большинство учеников воспользовались этим коротким периодом свободного времени и отправились навестить своих родных на выходных. Кацуки, конечно, не был одним из них, но он обычно ходил в гости к тёте Инко вместе с Деку. Она была практически единственной достойной матерью, которую он знал за всю свою жизнь, и ему нравилось проводить с ней время вместе с Деку. Это было почти как настоящая семья. Почти. Он никак не мог избавиться от ощущения, что вмешивается в их отношения и заставляет их нарушать привычный распорядок. Поэтому время от времени он оставался, чтобы дать им побыть наедине и поговорить о том, чем они занимались, когда Кацуки не было рядом. Деку понимал, что не стоит пытаться убедить его пойти с ним в такие моменты, поэтому он всегда уходил со словами «Я буду скучать по тебе» и «Напиши мне, если что-нибудь случится». Так что в кои-то веки ему повезло, что Деку не было рядом, чтобы увидеть его в таком плачевном состоянии. Он, спотыкаясь, вышел из комнаты, добрался до лифта и нажал кнопку первого этажа. Он опустился на колени и задумался о том, сколько времени он провёл, лёжа на случайных поверхностях из-за этих чёртовых головных болей. Теперь он по-новому оценил кровати. Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Он почувствовал, что головная боль немного утихла, и, открыв глаза, смог различить очертания предметов левым глазом. Он задумался, не стоит ли ему всё-таки сходить к Восстановительнице. Двери лифта открылись, и Кацуки не успел подняться с пола. Кто, чёрт возьми, мог ещё находиться в общежитии? “Бакуго?” Ах, ну конечно. Тодороки был ещё одним человеком, который не приходил к нему домой по выходным по очевидным причинам. И ему просто повезло, что он застал его во время одной из его грёбаных головных — Привет, — вяло пробормотал он, потому что, честно говоря, в тот момент ему было всё равно. Тодороки вошёл в лифт и опустился на колени рядом с ним. Он смотрел на него несколько секунд, ничего не говоря. “Как долго длится это?” Наконец спросил он. Катсуки достал свой телефон. “Около часа, может быть”. “Черт”. “Ага”. “Ты собирался навестить Выздоравливающую девушку?” Катсуки кивнул. “Я думаю, это умно”. Катсуки бы рассмеялся, если бы его не убивала головная боль. “Я иду с тобой”. “Конечно. Гребаная разница”. Тодороки приподнял брови, слегка удивившись, а Кацуки фыркнул. “Как будто я мог спорить с тобой по этому поводу прямо сейчас”. — Думаю, ты прав, — сказал Тодороки, пристально глядя на него. — Позволь мне помочь тебе подняться. — Пожалуйста. Будь моим гостем, — ответил Кацуки, и в его голосе прозвучал сарказм, но он позволил Тодороки практически нести себя наверх. Он так устал и ему было так больно, что он задавался вопросом, может ли он вообще что-то отрицать в своём нынешнем состоянии. Тодороки нажал одну из кнопок, и лифт снова пришел в движение. “Где у тебя болит?” — Что? — спросил он, не понимая, почему задаёт этот вопрос. — Где болит? — повторил Тодороки громче, вероятно, решив, что Кацуки его не услышал. Кацуки фыркнул. «Левая сторона моей головы. Я почти ничего не вижу левым глазом, когда получаю удар». “Неужели?” “Ммм”. Тодороки посмотрел на него с выражением, которое он мог бы назвать только ужасом. “Звучит так, будто это полный отстой”. Катсуки удалось немного рассмеяться. “ Могло быть и хуже. Тодороки посмотрел на него так, будто это он был странным, и это заставило Кацуки снова рассмеяться. Когда лифт остановился, они вместе вышли из общежития и направились в лазарет. Всю дорогу Кацуки спотыкался, и Тодороки каждый раз приходилось его ловить. Он также ударялся обо всё, что было слева от него, поэтому Тодороки пришлось поменяться с ним местами, чтобы Кацуки мог врезаться только в него. Это была долгая грёбаная прогулка, и он удивился, что к этому моменту не выплакал все глаза. Восстановительница с хмурым видом открыла им дверь и заставила Кацуки немедленно лечь на одну из кроватей. — Выглядит не очень хорошо, — пробормотала она, проверяя его температуру тыльной стороной ладони. “Я тоже чувствую себя не очень хорошо”, - ответил он, закрывая глаза. Кацуки на какое-то время потерял счёт времени. Должно быть, он заснул на пару минут, потому что в следующий раз, когда он открыл глаза, то услышал, как неподалёку от него переговариваются люди. Головная боль почти прошла, и он мог хорошо видеть обоими глазами. Должно быть, Восстановительница его исцелила. Он просто чувствовал невероятную усталость и необходимость ещё десять часов отдыха. Он сел и огляделся, обнаружив, что Тодороки и Восстановительница разговаривают, а последняя что-то пишет в своей медицинской карте. “Эм, я уже встал”. Они оба повернулись и посмотрели на него. Тодороки выглядел обеспокоенным, а Восстановительница — строгой. — Прежде всего, молодой человек, — сказала женщина, подходя к нему и вставая на табурет, чтобы посмотреть ему в глаза. — Я хочу, чтобы вы знали, насколько безответственно вы относились к своему здоровью в последний месяц. Катсуки нахмурился. “ Что? — Юный Тодороки рассказал мне, что ты плакал от боли. Почему ты не пришёл сразу в лазарет, как только это случилось? Кацуки перевёл взгляд на Тодороки и прищурился. Тодороки лишь пожал плечами, не выказывая ни капли сожаления. — Всё было не так плохо, — ответил он, возвращая взгляд на Регенерацию. — Бывало и хуже. Девушка-врач пристально посмотрела на него, словно хотела отругать, но в то же время погладила по голове. «То, что вам стало хуже, не означает, что вы можете отказаться от необходимой медицинской помощи!» Кацуки отвёл взгляд. Они оба уже много раз обсуждали это. — Прости, — пробормотал он. Девушка-медик пристально посмотрела на него пару секунд, а затем опустила взгляд на свою медицинскую карту. — Итак, согласно наблюдениям юного Тодороки, у вас было несколько приступов мигрени, которые, как правило, были довольно болезненными. Не могли бы вы сказать мне, с каких пор это началось? Кацуки прикусил губу, прежде чем ответить, готовый к выговору. — С тех пор, как Тодороки впервые привёл меня сюда. Выздоравливающая девушка только поджала губы и что-то записала в своей карте. — И ты принимала обезболивающие, которые я тебе давала, каждый раз, когда они у тебя случались? “Да”. “И как часто появляются эти мигрени?” — Раньше это случалось раз в несколько дней, но теперь, чёрт возьми, это происходит каждый день. Но только раз в день. “ И сколько таблеток ты приняла? Кацуки снова прикусил губу. — Два. Иногда три. Только иногда! Девушка-врач что-то пробормотала себе под нос, и он разобрал слова «безответственный мальчишка» и «опасно для здоровья». Их разговор продолжался примерно в том же ключе. Она спросила его, как долго это продолжалось (она сказала, что засекать время очень полезно), были ли у него какие-то другие симптомы (ему хотелось сказать «диарея» в честь Деку, но он сдержался) и помогли ли обезболивающие (только отчасти). Когда он объяснил, что при каждой мигрени у него болит только левый глаз, она искренне удивилась и ещё усерднее начала писать в своей медицинской карте. К концу разговора она писала без остановки и одновременно ругала Кацуки. Это было по-настоящему впечатляюще. — Верно, — сказала она, закрывая карту. — Думаю, это всё, что мне нужно знать на данный момент. — Так в чём же дело? — спросил Тодороки, который всё это время молчал. «Я не смогу точно сказать, что с ним не так, без более тщательного обследования». — Что? — спросил Кацуки, чувствуя, как в животе у него зарождается страх. Восстановительница обеспокоенно посмотрела на него. «Твои симптомы очень странные, Бакуго. Моя причуда должна была исцелить любую травму, вызванную сотрясением мозга, которое ты получил месяц назад, но всегда может быть исключение. Я не совсем уверена, поэтому думаю, что тебе стоит сделать МРТ». “Что?!” — Я знаю, что это звучит немного пугающе, — добавила Медсестра, сочувственно глядя на него. — Но это просто для того, чтобы исключить любые опасные варианты. Вы можете сделать это прямо здесь, в школе. Наше дополнительное медицинское крыло — одно из лучших в городе, и у нас действительно передовые технологии в области медицинского оборудования. Процедура длится от тридцати до сорока пяти минут и совершенно безболезненна, так что вам действительно не о чем беспокоиться. Кацуки ничего не сказал. Это было совсем не то, чего он ожидал. “Я просто хотел еще обезболивающего”, - тихо пробормотал Он. — О! Это напомнило мне кое о чём. Вот, — сказала она, вставая с его табурета и доставая другую бутылочку с обезболивающими. — Это другой вид лекарств. Они были созданы с помощью множества специалистов, которые разбираются в обезболивании и расслаблении, — закончила она, протягивая ему бутылочку поменьше. “Правильно”. — Бакуго, — сказала Восстановительница, внезапно заговорив более серьёзно, чем раньше. — Эти таблетки сильнее тех, что я тебе давала. Ни в коем случае не принимай больше одной в день. Если боль будет слишком сильной, приходи сюда. Ты меня понял? Катсуки медленно кивнул. “Отлично. Вы должны принять их, как только начнут проявляться первые симптомы вашей мигрени. Они заглушат большую часть боли в вашей голове, но я не уверен, что они настолько помогут вам улучшить зрение левым глазом. Вы можете испытывать некоторые побочные эффекты, такие как головокружение или дрожь в руках, но это не должно быть слишком сильным, если по какой-то причине это становится слишком интенсивным, приходите сюда. Поняли?” “Э-э, конечно”. — Имейте в виду, что это лишь временное решение, пока мы не выясним точную причину вашей мигрени. Я думаю, на этом всё, но не забывайте, что если станет слишком больно, вы… — Я пришёл сюда, да, я понял, — перебил он, закатив глаза, но слегка улыбнувшись. Выздоравливающая Девушка вернула ему улыбку. “ Тебя устроит магнитно-резонансная томография в следующую субботу в семь? — Это довольно скоро, — сказал Тодороки, напомнив Кацуки о существовании мальчика и о том, что он слышал весь разговор. Восстановительница закончила писать что-то в конце своей таблицы и снова посмотрела на Кацуки. “Чем скорее мы это сделаем, тем лучше”. — Да, в субботу подойдёт, — ответил он, уже пытаясь придумать, что, чёрт возьми, он скажет Деку, когда этот день наступит. — Что ж, вы, ребята, свободны, — сказала она, подходя к двери и открывая её перед ними. Кацуки и Тодороки вышли из лазарета в полном молчании, пока Тодороки не нарушил его, когда они были на полпути к общежитию. “Наверное, это ничего особенного, верно?” Кацуки посмотрел на него, и по какой-то причине совершенно бесстрастное и невозмутимое выражение лица Тодороки принесло ему какое-то спокойствие и уверенность. — Конечно, ничего, — ответил он. Тодороки слегка улыбнулся ему, и Кацуки ответил тем же. Однако, когда Кацуки лежал в постели поздно ночью, совершенно не в силах уснуть, он уже не был так в этом уверен. Его отвлекло непрекращающееся жужжание, доносившееся с прикроватной тумбочки. Он схватил телефон и разблокировал его, чтобы проверить уведомления. Деку : привет, детка Деку : моя мама приготовила самый вкусный ужин, который я пробовала за последние годы Деку : я, наверное, набрала фунтов двадцать Деку : Будешь ли ты любить меня, даже если у меня больше не будет горячего тела? Деку : мама спрашивала меня о тебе Деку : мы играли в монополию и в Uno, и нам было грустно, что ты переворачиваешь стол каждый раз, когда проигрываешь): Деку : эй, это то, о чём я могла бы рассказать Ашидо! материалы для шантажа и прочее Деку : в следующий раз ты придешь, я больше не слушаю твои оправдания Деку : я скучаю по тебе Деку : я знаю, что прошёл всего день, но я слышала, что быть нуждающимся — это новое очарование Деку : в любом случае, как прошел твой день? взорвал кого-нибудь из злодеев сегодня? Кацуки не смог сдержать улыбку, которая появилась на его лице, когда он закончил читать кучу сообщений. Катсуки : боже, ты действительно нуждаешься Катсуки : тебе повезло, что твой парень - воплощение терпения Катсуки : передай своей маме от меня спасибо, потому что я едва могу накормить тебя, когда ты здесь Катсуки : в следующий раз я помогу ей готовить Катсуки : и ответ на твой вопрос: нет. По правде говоря, единственная причина, по которой я тебя терплю, — это твой сексуальный пресс, так что тебе лучше начать больше о нём заботиться Катсуки : просто шучу Катсуки : пока твоя задница остается прежней, я всегда буду любить тебя. Катсуки : к тому же, Ашидо уже знает, что я становлюсь агрессивной, если проигрываю, учитывая тот факт, что мы вместе играли в монополию. придумай что-нибудь получше Катсуки : день был прекрасным, и в нем не было ничего, кроме моего бесконечного желания учиться. Катсуки : немного болела голова, но сейчас я в полном порядке Катсуки : я тоже по тебе скучаю Катсуки : много, очень много Деку: еще одна головная боль??!!? Деку: ты в порядке?? Деку: ты ходила к выздоравливающей девушке? Деку: может быть, мне стоит вернуться завтра пораньше Катсуки : чувак, да ладно тебе Катсуки : это не так уж серьезно Катсуки : я действительно сходила к выздоравливающей, и она снова дала мне обезболивающее Катсуки : я уже приняла одну таблетку, и чувствую себя прекрасно Катсуки : не беспокойся об этом Катсуки : ты просто концентрируешься на том, чтобы наслаждаться своими выходными Деку: вы уверены? Деку: я бы не возражал вернуться пораньше Деку: я уже скучаю по тебе Деку: мама бы поняла Катсуки: абсолютно нет Катсуки: я в порядке. проведи время со своей мамой, придурок, ты всё равно увидишься со мной завтра, нет смысла торопиться. Деку : обещаешь, что с тобой все в порядке? Катсуки: обещаю Деку : хорошо Деку : люблю тебя Катсуки: люблю тебя больше Кацуки выключил экран телефона и лёг обратно на кровать, чувствуя, как к горлу подступает ком. Он был в порядке. Он действительно был в порядке. И всё будет хорошо. Он продолжал повторять это про себя, пока не заснул. Примечания: не буду врать, мне действительно понравилась эта глава. мне было весело. был момент, когда я подумал: "С меня хватит, я стираю всю эту историю". а потом я пошел вздремнуть, и после этого все вроде как пошло гладко. Так что, думаю, вздремни еще немного. Кроме того, сцена, в которой Деку облизывает руку Кацуки, чтобы почувствовать вкус нитроглицерина в его поте, была полностью вдохновлена потрясающей Sif. Обязательно ознакомьтесь с их историями. Они все чертовски невероятны, и у них так много фандомов, которые заставляют мой мозг чесаться в нужном месте. Сделайте это прямо сейчас, если вы ещё этого не сделали. Следующая глава, вероятно, выйдет на этой неделе, если учёба в колледже не будет слишком напряжённой. В последнее время я в ударе как всегда, пожалуйста, дайте мне знать, если вам это понравится, и спасибо, что нашли время прочитать, вы все потрясающие <3