Новое прошлое - 3: Будущее. Наше?

- Просыпайся, соня! – что-то тяжёлое опустилось рядом с ней, и она почувствовала, как просела постель. - Когда ты приехал? – она потянулась и, не открывая глаз, поймала его в объятия, увлекая за собой в кровать. - Я с дороги, - запротестовал он. – Грязный. - Я сменю белье, - она с трудом дождалась, когда он, наконец, ляжет рядом и буквально оседлала его. - Я так скучала, - произнесла Ромина, склонившись и легонько поцеловав его в губы. - Меня не было всего полтора дня, - расплылся в улыбке Джераб. - Тебя не было целых полтора дня, – возразила она. – Больше ты никуда один не поедешь! - Как прикажешь, госпожа, - Джераб поднял руки в вверх, словно сдавался. - Дже-ей! – Ромина произнесла его имя с такой нежностью, что, казалось, оно было готово окутать собой все вокруг. - Я тоже скучал, - он потянул руки вперёд и погладил её упавшие вперёд волосы. – Безумно скучал. Я не готов с тобой расставаться, моя девочка. Ромина снова склонилась к мужу и поцеловала его, но на этот раз поцелуй был долгим и чувственным. - Напомни, почему ты все ещё за мной замужем? – Джераб подхватил её под лопатки и осторожно уложил на спину, а сам навис сверху, целуя в кончик носа. - Ты хочешь послушать про то, какой ты замечательный? – хитро прищурилась Ромина. - Будем считать это предварительными ласками, - усмехнулся Джераб. - Я получила результаты анализов, – глядя ему прямо в глаза, вдруг проговорила Ромина. - Когда? – его лицо стало серьёзным, и Джераб отстранился. - Вчера утром, - Ромина закусила губу. – Хотя, скорее даже днем… - И-и?.. – потянул он. - Как думаешь, мальчик или девочка?!. Джераб со стоном повалился на другую сторону кровати. - Главное, чтобы был здоровым, - ответил он, спустя минуту. – Но… ты должна была сказать мне до того, как я завёлся. Это, знаешь ли… - Я виновата? – возмутилась Ромина. - Нет-нет! – Джераб тут же поспешно повернулся к ней. – Что ты, моя девочка. Это прекрасно, - он широко улыбнулся, хотя Ромина чувствовала, что улыбка скорее необходимость, чем искренность. – Я всегда мечтал о большой семье. Теперь нас станет семеро… - Не станет, - усмехнулась Ромина. -Д-двойня? – дрожащим голосом переспросил Джераб. – Или с тобой что-то не так? - Кажется, я сейчас доведу тебя до того, до чего Канцелярия не смогла, - Ромина осторожно коснулась его лица. – Все со мной в порядке. Я не жду ребёнка. Не пугайся. Доктор сказал, что цикл вот-вот начнётся. Мы просто слишком привыкли, что я постоянно беременна. - А я уже стал подбирать имя, - ответил Джераб, но при этом выдохнул с облегчением. - Ты никудышный лжец, - Ромина поднялась с постели. - Я отличный лжец! – возразить её супруг. - Хорошо, - кивнула Ромина и, вперившись в него пристальным взглядом, скрестила руки на груди. – Ты нашёл того, кто сделал тебе укол вчера? - Конечно, - Джераб тоже поднялся, но лишь для того, чтобы оказаться спиной к Ромине. - Лжец! – констатировал Ромина. - С чего бы это? – Джераб прогнулся в спине и стянул с себя майку. - В глаза смотри! – топнула ногой Ромина. - Ты стоишь у окна, - не оборачиваясь, ответил Джераб. – Солнце слепит… - Даже Атлей привирает лучше тебя, - Ромина прошла к дальнему комоду и, открыв его, вытащила оттуда коробку, из которой извлекла ампулу, шприц в индивидуальной стерильной упаковке, антисептик и ватный тампон. - Спроси Шумуна, - Джераб зацепился за последнюю соломинку. - Ты решил зайти настолько далеко, что впутал в это и этого беднягу? – возмутилась Ромина. – А вот и спрошу! - А вот и спроси! – заупрямился Джераб. Ромина накинула халат, открыла дверь, прошлась по коридору и, перекинувшись через перила громко крикнула. - Шумун!!! Шумун, ты мог бы зайти к нам вместе с Хэмми? Голова Шумуна тут же высунулась из одной из дверей на первом этаже. - Доброе утро, госпожа. Да, конечно. Дверь одной из спален на втором этаже распахнулась, и в проёме появилась сонной девичье лицо. - Ма-ам, - проныл недовольный голос. – Ну чего ты кричишь? - Между прочим тебе и братьям пора вставать! – Ромина обернулась к дочери. - Так праздник же, - из спальни напротив высунулась голова подростка помладше. - И тебе доброго утра, Арсин, - ответила ему мама. – Просыпайтесь сами и будите Атлея и Адада. - Адада? - хмыкнула девочка. – Готова поспорить, что он уже давно бежит, Пламя его знает, какой километр или отжимается… - Иштар! – почти прикрикнула Ромина. – Следи за языком. - Я досыпать! – Иштар скрылась за дверь. - Завтрак! – крикнула ей вслед Ромина. - Я не голодна, - донеслось из-за двери! - Буди брата, Атлей, - услышав шаги Шумуна и Хэмми на лестнице, Ромина направилась обратно в спальню. Зайдя, она услышала шум воды из спальни, но тут же поспешила открыть дверь внутренней ванной и буквально вытащила оттуда Джераба, который ещё не успел снять брюки. - Я грязный с дороги, - пытался сопротивляться он. - Отмоешь тело после того, как на чистую воду выведем твою завравшуюся совесть! – упрямо не сдалась Ромина. Раздался негромкий стук в дверь, и на пороге появились Шумун и Хэмми. - Доброе утро, - Ромина ласково улыбнулась Хэмми. – С Днем Солнца! - С Днем Солнца, милая! – Хэмми шагнула вперёд и крепко обняла подругу. – Что-то случилось? - Шумун, - разомкнув объятия, обратилась к нему Ромина. – Господин не помнит, сделали ли вы вчера инъекцию? - Сделали! – ответ Шумуна был слишком поспешным и резким, и он тут же бросил вопросительный взгляд на Джераба. - Ну и что я тебе говорил? – теперь уже Джераб скрестил руки на груди. – Кстати, с Днем Солнца, Хэмми. - И вас, господин, - все ещё ничего не понимая, удивлённо ответила та. - Минутку! – Ромина скрылась в ванной и вернулась с ручным полотенцем, скрученным жгутом, которое она передала удивлённой Хэмми. Затем Ромина повернулась к комоду, взяла оттуда ампулу и высоко подняла её. - Это была последняя из пачки! - проговорила она. – Я отложила её отдельно. А вы забрали с собой пустую пачку, и, видимо, даже не удосужившись открыв её, выкинули. Вы оба, - она обвела Шумуна и Джераба взглядом, - мелкие врунишки. Хэмми? - Я разберусь! – пообещала та, беря жгут из полотенца за край. - Беги! – Джераб шагнул между Хэмми и Шумуном, оттесняя того к двери. - Я вас не брошу! – героическим голосом проговорил Шумун. - Тогда погибнем оба, - в тон ему ответил Джераб. – А так хоть ты уцелеешь. Беги! И расскажи людям, что Джераб пал как герой. - Я выполню вашу последнюю волю! – донеслось у него из-за спины, и Шумун бросился бежать по коридору, а затем вниз по лестнице. - Балаган! – покачала головой Ромина. - Проголодается, придёт! – крутя полотенце в руках, ответила Хэмми. - Можно подумать, в городе мало кафешек, - усмехнулся Джераб. - А я не про тот голод! – гордо вскинув голову, заявила Хэмми, направляясь к двери. Когда дверь за ней захлопнулась, проводивший её ошарашенным взглядом Джераб перевёл его на супругу. - Снимай штаны! – будничным голосом произнесла она. - У нас же было одно ручное полотенце, - расстегивая брюки, проворчал он. – А банное ведь слишком длинное и неудобное. Или ты просто хочешь полюбоваться моим прекрасно сложенным задом? Стянув нижнюю часть одежды вместе с бельём вниз, Джераб плюхнулся на постель лицом в подушку. - Я сама решу, что мне делать с твоим "прекрасно сложенным задом", - ответила она, приближаясь к нему с уже смоченным в антисептике ватным тампоном и набранным шприцом. - Но ты все равно признаешь, что я прекрасен, да? – он повернул лицо в её сторону. – И вообще, я чувствую себя отлично, и все эти уколы... Вы с доктором просто сговорились, и… - Если бы ты во время залечивал свои раны и обращал чуть больше внимания на свое тело, а не запивал любую боль виски, то все бы… Игла вошла в плоть, и она мягко надавила на поршень. - Вы просто… - Помолчи! – попросила Ромина.- Дыши глубоко и расслабься. - А ты меня потом поцелуешь? – по-детски надул губы Джераб. Ромина не смогла сдержать улыбки, и, вытащив иглу и прижав к месту прокола тампон, склонилась и поцеловала мужа в ложбинку на пояснице. Джераб тут же закрыл глаза, расплылся в довольной улыбке и расслабился. - Ты сейчас уснешь, - Ромина прижалась щекой к его спине и обняла его сзади. - Не-ет, - зевнул Джераб. – Я слишком соскучился. А часа через два дом действительно превратится в балаган. Так что нет! Он осторожно перевернулся, и притянул жену к себе. - Я правда очень соскучился. - Знаю, - теперь Ромина положила голову ему на грудь. – Джей, я... Она не успела договорить, так как дверь без стука распахнулась, и в комнату ввалился Саргон. - Твою мать! – взвыл Джераб. - Она зовет тебя Джей? – расплылся в злорадной улыбке младший брат. - Идиот! – огрызнулась Ромина, натягивая покрывало на почти полностью обнаженного супруга. - Джей значит? – не унимался Саргон. - Ты когда стучаться научишься?! – в голосе Джераба появились грозные нотки. - Так от вас только что Хэмми и Шумун вышли, - Саргон на всякий случай отступил назад. – Откуда я знал, что ты тут голым расхаживаешь... ну то есть разлеживаешь... - Саргон, выйди вон! – плотнее запахивая халат, поднялась на ноги Ромина. - Да я зашел, чтобы... - Вон! – Ромина указала рукой на дверь. Саргон беспомощно посмотрел на Джераба, но тот в ответ лишь показал язык. - Дже-е-ей! – передразнивая, проворчал Саргон и выскользнул за дверь. - Какого Пламени! – взревел Джераб и, вскочив на ноги, путаясь с спущенных брюках, шагнул к двери и запер ее на ключ. – Теперь ты, - он склонился и стянул с себя остатки одежды, а потом, вернувшись к кровати, протянул руки, в которые Ромина вложила свои ладони, и притянул ее к себе. - Скоро гости... - В Пламя их всех, - прошептал он, губами касаясь ее губ. – Пока я не наслажусь своей женой, все остальные ждут в сторонке. - Дже-ераб, - едва выдохнула она, но ее голос потонул в поцелуе. Подхватив ее под спину, он мягко уложил ее на постель, а сам навис над ее телом, спускаясь поцелуями до ложбинки в центре груди. - Треклятый халат, - он пытался не глядя победить шелковый пояс, но от этого тот затягивался все сильнее. - Подожди, - рассмеялась Ромина. Ее руки скользнули вниз, и она тут же смогла развязать узел. - И почему на тебе всегда столько надето, - почти простонал он ей в шею. Джераб нетерпеливо стянул халат с ее плеч, а затем, перебирая пальцами, поднял вверх подол ночной сочроки. - Подожди, - Ромина уперлась ладонями в его грудь. – Шторы. Джераб бросил мимолетный взгляд в сторону окна. - Тюль слишком плотный, - прошептал он, возвращаясь к поцелуям. – А кровать ниже подоконника. Нас не видно. - Я не об этом, - она снова уперлась ладонями в его грудь. – Уже утро! Светло. - Даже не думай скрыть от меня все это! – он одним движением стянул с нее сорочку и тут же развел ее руки в разные стороны, не давая прикрыться. – Моя... – ее губы начали дразнить ее грудь, - девочка! Моя! Моя! Моя! - Нет, - Ромина не смогла скрыть улыбку. Высвободив руки, она обняла его голову и прижала к себе. - Только твоя! - Только моя, - повторил Джераб, подтягиваясь выше и снова целуя ее в губы. Ромина обхватила его поясницу своими ногами и притянула мужа ближе. - Ты так торопишься, - рассмеялся он. - Целых полтора дня, - напомнила ему Ромина. - Зато впереди целая жизнь, - он снова поцеловал ее и подался вперед, страстно, но в то же время максимально деликатно вторгаясь в ее тело. Ромина чуть откинула голову назад и сделала большой вдох. Джераб на секунду замер, но поняв, что все в порядке, продолжил движение. Через пару минут Джераб едва удержал супругу, когда ее спина прогнулась в дугу, а затем она шумно выдохнула и буквально обмякла в его руках. - Моя девочка, - выдохнул он, прижимая ее ближе к себе и отпуская свой самоконтроль. Через пару секунд он тоде обмяк, но, чтобы не придавить ее своим весом, откинулся на спину, так и не выпустив супругу из объятий, а уложив ее на себя. - Тебе... – Ромина не могла отдышаться. – Тебе будет тяжело... - С тобой я пройду все тяготы, - он чуть приподнял голову и поцеловал ее в макушку. - Мама, папа! – легкий стук в дверь заставил супругов вздрогнуть. - Адад, - Ромина спрятала лицо на груди мужа. - А могу зайти? – переспросил голос за дверью. - Парню семнадцать, - произнес Джераб. – А ума у него побольше, чем у Второго Отца. - Видимо, он пошел в мать, - откатываясь в сторону и стаскивая с кровати покрывало, чтобы завернуться в него, ответила Ромина. Она подошла ко входу в комнату, отперла замок и чуть приоткрыла щелочку, оставаясь скрытой за дверью. - Я только что из душа, - соврала она. – А папа как раз пошел в душ. Что-то срочное, родной? - Я слышал, что папа вернулся. Я хотел бы поговорить с ним, - ответил старший сын. – До того, как приедут гости. - Дай ему пол часа, - попросила его мать. - С Днем Солнца, мамочка, - улыбнулся он. - И тебя, малыш, - Ромина улыбнулась и, закрыв дверь, прислонилась спиной к стене. - И что же он планирует мне сказать? – Джераб поднялся и направился в ванную. - Мне не хватило смелости спросить, - Ромина проследовала за мужем. - Если он решил поговорить со мной, - Джераб включил душ и, дождавшись теплой воды, шагнул под струи, - то, думаю, разговор будет серьзеным. - Думаешь, он получил результаты выпускных экзаменов раньше срока? – Ромина снова прислонилась к дверному косяку и невольно залюбовалась мужем. - Даже представить себе не можешь, как я рад, что нам удалось ликвидировать практику экзаменационных рабов, - Джераб потянулся за гелем для душа. – Не уверен, что позволил бы сыну пойти в Военную Школу, если бы все там было по старому. - Вы бы еще порку отменили бы, - покачала головой Ромина. - А вот в этом я с тобой не соглашусь, - Джераб начал смывать пену. – Далеко не все такие, как Адад. Многим это даже полезно. - Не знаю, - не согласилась Ромина. – Глядя на Ахруна, я поняла, что не из всех юношей Военная Школа делает мужчин. - Нашла кого вспоминать, - удивился Джераб. - Ияри сказал, что недавно видел его имя в списке подающих прошение на переход в собственность Агенства, - ответила Ромина. – Забыла тебе рассказать. - Он испортил жизнь не только себе, - пожал плечами Джераб. – Подставил и кузена, у которого спер копии моих служебных записок Априму, и дядю, который его воспитал и которого Генеральный Консул теперь на порог не пускает. А сколько лет они были дружны. - Он все равно оказал ему милость, ограничившись отставкой для сына и судом и рабством для племянника, - ответила Ромина. – Иначе Ахруна могла ждать позорная смерть. - Знаешь, - Джераб протянул руку и утянул едва успевшую отбросить покрывало Ромину за собой, - позорная смерть бывает однажды, а вот позорная жизнь длится у него годами. Я бы так не смог. - Смотря, какова цель впереди, - задумчиво ответила Ромина, подставляясь под руки супруга, который намыливал ее тело. – Возможно, у него есть, ради чего жить. - Возможно, - согласился Джераб. – Передо мной, как минимум, один такой пример... - Какой же? – Ромина повернулась к нему лицом. - Два, - сам себя исправил Джераб. – И один сейчас гоняется за другим с полотенцем... С твоей подачи, между прочим! И после этого ты выступаешь против порки? - Подловил, - Ромина повернулась к нему спиной, подставляя плечо под легкие массажные движения. – И все же, что нам скажет Адад? - Мне! – поправил ее Джераб. – Именно мне! Мальчик вырос, теперь он не ищет путей обойти ответственность, заходя ко мне через тебя. - Ты слишком разгордился, - ответила Ромина. - Ну мы хотя бы вышли на ничью, - Джераб, снял лейку душа с держателя и направил его на ее спину. – А то раньше моей была только Иштар. - Ох, - развела руками Ромина, - это та самая дочь, которая семерых сыновей стоит! - Она тебя любит, - примирительно произнес Джераб. - Но любит она меня, сидя на троне, который ты для нее соорудил на своей же голове. - Ну не могу я ни в чем отказывать своим девочкам, - он подался вперед и поцеловал ее в ямку ключицы. - Та-ак! – Ромина поспешно от него отдалилась. – Так ты к сыну ни через пол часа, ни через час не выйдешь. Пошли одеваться. Ромина быстро сдернула с ключка одно из банных полотенец и, обернувшись в него, выскользнула из ванной. Джераб последовал ее примеру через пару минут. Одевшись быстрее супруги, он наспех вытер отросшие волосы полотенцем и сбежал по лестнице на первый этаж. Старший сын уже ждал его перед входом в кабинет. - Рад тебе, - Джераб похлопал его по плечу и пропустил вперед себя. - С Днем Солнца, отец! - И тебя, сын! Адад прошел вглубь комнаты, а Джераб нарочно задержался, со стороны горделиво оценивая статную фигуру и военную выправку юноши. - Почти забыл, как ты выглядишь в гражданском, - проговорил он, наконец, обогнав сына и садясь за рабочий стол. – Присаживайся. Адад оглянулся на дверь, убедившись, что отец ее запер, а затем опустился на кресло для посетителей. Юноша старался выглядеть спокойным, но Джераб чувствовал, какое напряжение у него внутри. - Прежде, чем ты что-то скажешь, - произнес он, - я хочу, чтобы ты знал, я и мама поддержим тебя, даже если ты натворил какую-то глупость. Но запомни, глупость, а не намеренную подлость. - Я... – выстроенная стена дала брешь. – Я... Я не хочу разочаровать тебя, отец, - Адад опустил голову, но украдкой следил за отцом изподлобья. - Что ж, - Джераб почувствовал, что тоже начинает напрягаться. – Сообщи мне новость и позволь самому решать, насколько фатальной она для меня будет. - Отец, я... – Адад снова запнулся. – Я... Я уверен, что сдал экзамены на отлично, - порывисто начал он. - Не думаю, что это способно меня разочаровать, - усмехнулся Джераб. – Хотя не могу не признать, что ты избаловал нас, и удивления это тоже не вызывает. - Однако я... – Адад снова опустил голову. – Отец, я...! Я еще не знаю результатов распределения, но я подал прошение... Я, - словно решившись, он поднял глаза и посмотрел Джерабу в лицо. – Я подал прошение о службе при Военном Консулате... - Штаб?.. – выдохнул Джераб, откидываясь в кресле. - Отец, я знаю, - снова горячо начал Адад. – Я знаю, что ты всегда считал настоящими солдатами тех, кто служит на реальной передовой, но ведь и в Штабе... - Подожди! – перебил его Джераб, вставая. От волнения Адад тоже подскочил на ноги, но остался стоять на месте. - Ты хочешь быть штабным офицером? – Джераб прошел к окну и устремил свой взгляд в дальний угол сада. - В Штабе тоже можно быть полезным, - Адад словно уговаривал отца принять его выбор. – Стратегия, выработка линии обороны, разработка концепции укреплений. Военная служба – это не всегда открытый бой. Отец, я хочу быть... - Адад! – Джераб резко обернулся, от чего сын замолк и побледнел. – Не понимаю, с каких пор ты решил, что я... – Джераб осекся подбирая слова. – Что я твой господин, а ты мой раб! Я твой отец, Адад! Твой отец! Человек, к которому ты можешь прийти в хорошее и плохое время! Человек, который умрет, если тебе от этого станет лучше. Адад! – Джераб быстрыми шагами приблизился к сыну, который почти нагнал его в росте, и положил свои ладони ему на спину. – Ты знаешь, что у меня не было примера хорошего отца. Возможно, я совершаю ошибки. Да нет, я совершенно точно совершаю ошибки. Особенно с тобой, потому что ты наш с мамой первенец, но я стараюсь! Я искренне стараюсь быть таким отцом, какого бы желал самому себе. Мне оскорбительно твое волнение, что ты можешь быть мною не понят. Если ты действительно считаешь, что твое желание прожить жизнь иным способом, чем это сделал я, способно меня разочаровать, то как отец я потерпел фиаско. Я горжусь тобой! Горжусь твоими достижениями и победами! Тем, какой ты рассудительный и ответственный! Взрослый и зрелый! Но будь все это иначе, я бы все равно был безумно рад быть твоим отцом, Адад. В день, когда твоя мама родила тебя, я стал самым счастливым человеком на свете. С тех пор она приумножала это счастье еще трижды, но именно ты стал тем первым, кто мне его подарил. Ты мой сын будь ты на передовой или в штабе. Ты! Мой! Сын! Адад застыл, а затем сделал шаг вперед и крепко обнял отца. Джераб почувствовал, как сына тряхонуло от нервного напряжения. - Мальчик мой! – Джераб прижал юношу к себе. – Ничего на свете не заставит меня тебя оставить. Ничего, слышишь? - Спасибо, от.. папа, - мягче ответил Адад. Джераб отстранил сына и улыбнулся. - Мама будет счастлива, - проговорил он. – Сбылись ее молитвы. - Мама не молится, - Адад тоже, наконец, улыбнулся. – Но счастлива точно будет. - Пойди посмотри, как там твои братья и сестра, и дай мне знать, когда будет готов завтрак. Адад вытянулся в струкну и прижал кулак к сердцу. Джераб закатил глаза, и сын, окончательно рассмеявшись, буквально выбежал из кабинета, даже не захлопнув дверь, стук в которую заставил Джераба оглянуться. - Гениально! – он театрально похлопал в ладоши. – В закрытую дверь он врывается, а в открытую – стучится. Ты адекватный? Хотя, кого я спрашиваю... - Что с Ададом? – игнорируя выпад брата, Саргон прошел в кабинет, захлопнув за собой дверь. – Ребенок с утра белее стены. Стоит тут под дверью и ждет тебя. Ты что с ним сделал? - Велел ему держаться подальше от Второго Отца с его дурным влиянием! – Джераб состроил недовольное лицо. - А если серьезно? – по тону Саргона было видно, что он очень обеспокоен, и Джераб решил больше не дразнить брата. - Он подал прошение о службе при Военном Консулате, - Джераб обошел стол, плюхнулся в кресло, подняв ноги и пристроив их на краюшке стола. – И судя по тому, что с большей вероятностью он сдал экзамены идеально, как и всегда, впрочем, то его прошение будет удовлетворено. - Твой сын – штабной? – Саргон сдерживал смех почти с десяток секунд, а потом все же отвернулся, прикрыл рот ладонью и его плечи затряслись. - Априм будет счастлив, - пробурчал Джераб. – Наконец-то, мне придется проглотить все свои уколы по поводу его славного боевого прошлого. - Во времена Второй Античности это называлось «кармой», - отсмеявшись, выдохнул Саргон.