Новое прошлое - 3: Будущее. Наше?

- Так по тебе скучал, – шевелить разбитыми губами было ужасно больно, но ещё больнее оказалась ухмылка, от которой Джераб не смог удержаться. – Ждал тебя с нетерепнием. Теперь ты сам мною займешься? - А с чего мне об тебя мараться? – Ахрун кивнул, и шёлковое кресло поставили прямо напротив арестанта. – Ещё немного, - Инспектор пальцем указал место чуть поодаль. – Не хочу испачкаться кровью…. Ну или ещё чем, когда он обмочится. - Разве что блевану, - огрызнулся Джераб. – Да и то, только от твоего вида. Ахрун опустился в кресло и кивнул. Следующий удар пришёлся прямо поддых, выбивая из Джераба остатки воздуха. Тело непроизвольно захотело сжаться, но натянувшиеся цепи не дали ему упасть. - Ничему тебя жизнь не учит, Джераб, - Ахрун закинул ногу на ногу и смахнул невидимую пылинку. – Если честно, твоё признание мне даже не нужно. У меня достаточно доказательств и без него. - Будь они у тебя, ты б… - прохрипел Джераб. - С моими доказательствами тебя казнят, - ответил тот, перебивая. – А с чисто сердечный признанием лишь отправят рабом на каторгу. Как видишь, судьба насмешлива. У нас одна цель – ты выживешь и ты получишь жизнь, ты выживешь и я получу твоё рабство. Это называется компромисс. - Это называется, ты ублюдок, - едва сумев, усмехнулся Джераб. - Мужлан, - жеманно ответив, снова кивнул Ахрун. На этот раз последовала целая серия ударов, во время которых Ахрун был занят разглядыванием собственных ногтей. Когда наносящий удары человек остановился, Ахрун снова поднял глаза на то месиво, которое ещё сутки назад было Господином Военным Комендантом. - Породы в тебе нет, - с сочувствием проговорил Ахрун. – Вот в жене твоей есть. Хотя и ей… - Не… тронь… мою… жену! Превозмогая боль, Джераб из последних сил поднял голову и посмотрел на своего палача. - Ну, - потянул тот, - тут уж все зависит от неё. Если она скажет, что ничего о твоих делишках не знала и отречется от тебя, то может ей оставят ребёнка и дадут доживать тихую жизнь в какой-нибудь Проведением забытой деревушке без электричества, газоснабжения, центрального отопления и канализации. А вот если заупрямится, то… ты ведь знаешь, Консулат трепетно заботится о сиротках. Джераб дёрнулся изо всех сил, но цепи лишь ещё сильнее натянулись, впиваясь в и без того кровоточащие запястья. - Даже если меня казнят, ублюдок, я тебя из самого Пекла Пламени достану и утяну за собой… - Конечно-конечно, - закивал Ахрун, - вот только… - Господин Военный Консул! – объявление раскатилось по коридору и ударилось о гулкие стены раньше, чем Априм появился перед решёткой Камеры Дознания . - Тво-ою ма-ать, - присвистнул он, глядя на Джераба, а точнее повисшее на цепях тело. - Господин Военный Консул, - не вставая с кресла, раздражённо оглянулся Ахрун. – Кажется, чем обязаны? - Заткнись, поднимай свою задницу и жди в машине! – оборвал его Априм. - Да что вы себе позво… - Да, бл*дь, - раздосадовано выдохнул Априм, а затем кивнул кому-то, кого ещё не было видно. Фигура вошла в пределы видимости, и все узнали одного из самых приближенных адъютантов Генерального Консула. И хотя он был младше всех присутствующих здесь офицеров по званию, Ахрун тут же вскочил с кресла. - Заткнись, поднимай свою задницу и жди в машине! – повторил за Апримом адъютант. - Я не понимаю! – визгливо возмутился Ахрун. – Почему я… - Да, бл*дь, - произнёс адъютант и кивнул оказавшимся за его спиной двум младшим офицерам. Войдя в камеру, они в мгновение ока подхватили Ахруна под руки, подняли вверх, чтобы его ноги не могли касаться пола и буквально вынесли в коридор, а затем скрылись за стеной. - Отлично выглядишь, - Априм вошёл в камеру и приблизился к Джерабу. - Я знал, что тебе понравится, - прохрипел тот. - Боюсь вспомнить, сколько раз я мечтал сделать с тобой то же самое, - Априм медленно обошёл пленник и прошёлся пальцем вдоль его позвоночника от шеи до поясницы. - Ты такой мокрый, - проговорил он, брезгливо обтирая палец. - Как тебя увидел, весь увлажнился, - Джераб попытался выпрямиться, но снова буквально рухнул. - Серьёзно? – усмехнулся Априм. - Только без презерватива я не согласен, - добавил Джераб. - Зачем тебе презерватив? – удивился Априм, снова становясь прям перед ним. – Ты ж сам тот ещё гандон. - Ладно, - сдался Джераб. – Давай хотя бы со смазкой. Смилуйся. - Ты ж увлажнился, - напомнил ему Априм. - Так я на Ахруна рассчитывал. Или твой поменьше его будет? - Хорошо, - кивнул Априм. – Раз без смазки не согласен, то будет со смазкой. Только отымею тебя не я. Априм развернулся и направился к выходу из камеры. - Да куда же ты, - с издевкой крикнул Джераб. – У нас же все так хорошо начиналось. Ну упал, с кем не бывает. Ещё встанет и… Это моя вина, просто я сегодня выгляжу не лучшим образом. Априм! Априииим, дай мне ещё один шанс! Джераб продолжал глумиться, а Априм уже совсем исчез из поля его зрения, но Джераб все ещё слышал его голос. - Ключи, - произнёс тот, и по характерному звонку металла Джераб понял, что он передаёт их кому-то другому. Военный Комендант устало закрыл глаза, но шаги приближались и, узнавая их, он не мог сам себе поверить. - Джераб… Звук её голоса развеял последние сомнения. Это был не сон… и даже не бред на яву. - Я убью этого сучонка, - сквозь зубы прошипел он. - Это была не его идея, - даже на цыпочках, Ромина не доставала до замков на наручниках и поэтому, подтянув к себе кресло, встала на него. – Меня послал Генеральный Консул. Она отстегнула второй, и Джераб пошатнулся. Ромина осторожно обняла его, подхватив под грудь, но он был слишком грузным для её хрупкого тела. - Ты можешь стоять? – сходя с кресла, спросила она, пытаясь сохранять спокойный голос. - Нет, - без всякой бравады, признался Джераб. Не выпуская его из объятий, Ромина помогла ему опуститься на пол. Джераб поднял на неё взгляд и даже сквозь заплывшие веки заметил, как заблестели её глаза. - Не надо, - тихо попросил он. – Ради всего, что тебе дорого, ради ребёнка, не надо. Он хотел податься вперёд, чтобы подняться, но ноги его не держали, и Джераб окончательно рухнул на пол. Ромина едва успела поймать его голову и положила её себе на колени. - Мягкая и тёплая, - закрывая глаза, произнес он. – Как всегда… мягкая и тёплая. Обжигающая капля упала ему на лоб, но у него не было сил её стереть. - Ночью к нам приехал Шумун, - проговорила она, поглаживая его волосы. – Он рассказал, что Ахрун забрал тебя в столицу в наручниках. Саргон тут же отправился к Априму и не сразу поверил, что тот не в курсе. Априм пытался тебя найти, но не смог. Он пытался надавить на Инспекцию, но ведь те не находятся в его юрисдикции. Затем Ахрун приехал к нам в дом. - Что он сделал? – превозмогая боль, Джераб открыл глаза. - В это время Саргона не было дома, они с Апримом отправились к Арамине, а та – к отцу, который выделил нам своего адъютанта. Именем Генерального Консула адъютант получил от начальства Ахруна данные, где именно тебя содержат и сообщил Консулу, который велел нам с Апримом привезти тебя к нему. Не в силах подавить стон, Джераб все же поднял руку и притянул ладонь Ромины к губам. - Ты не должна была все это видеть, - с болью в голосе прохрипел он. - Это все не должно было с тобой случаться, - уже не скрывая слез, произнесла она. – Ты этого не заслужил. - Неважно, - поспешно перебил её он. – Просто помни, если тебе скажут отречься, то ты.. - Ты не бросил меня, когда Канцелярия лишила меня титула и заочно приговорила к рабству. Я тоже тебя не… - Роми, - каждое слово давалось ему с невероятным трудом, - это не заочно. Я не знаю, как Ахрун узнал об этом, но у него мой сейф, а там отчеты о подкупе чиновников Канцелярии, о том, что я использовал канцемины из твоего наследства, и о том, что у меня постоянная связь с одним из Территориальных Канцлеров Канцелярии. Он уже переврал все данные, представив это как моё предательство. Не позволяй ему ещё впутать в это тебя и ребёнка. Если придётся, отступись и откажись от меня. Откажись, слышишь? Ромина закрыла глаза и новая слеза скатилась из её глаз, разбиваясь о его и так израненную скулу. Отказаться от него означало предать. Предать того, кого любишь, пусть даже и он любит тебя ненастоящую. А не предать означало… означало… означало обречь своего ребёнка на ту же судьбу, на которую её обрели её собственные родители. «Мама, - мысленно позвала её Хилини. - Как же ты сделала этот выбор, мама?». - Роми, ты должна меня… - Господин, - тихий голос раздался из-за решётки. Ромина подняла голову и кивнула, позволяя войти. Шумун буквально скользнул в дверь камеры и приблизился к Джерабу. - Надо помочь ему встать, - проговорила Ромина. - Господин адъютант Генерального Консула, - начал Шумун, склонившись и пытаясь поднять Джераба, подхватив его подмышками, - сказал Господину Военному Консулу, что господин Военный Комендант плох настолько, что он уговорит Господина Генерального Консула перенести встречу на завтрашний день. - Отлично, - Ромина встала на ноги и подхватила Джераба с другой стороны. - Машина стоит у входа, - продолжил Шумун, одной рукой стягивая с себя куртку и накидывая её на плечи Джераба. Она явно была мала Военному Коменданту, но это в любом случае было лучше, чем ничего. – Я поставил её близко-близко к двери. Идти не долго. - Отлично, - повторила Ромина. Шаги Джераба были медленными, он едва волочил ноги, но все равно в какой-то момент Ромина поняла, что он совсем на неё не опирается. Скорее просто позволяет его приобнять. - Домой или в госпиталь? - наконец, уложив Джераба на заднее сидение, спросил Шумун. - В стеклянный дом, - вдруг произнесла Ромина. – Я покажу дорогу. А как отвезешь нас, поезжай за лекарствами, сменной одеждой и едой, ладно? - Конечно, госпожа, - кивнул раб. Ромина села на переднее сидение рядом с Шумуном, но все равно почти всю дорогу сидела в пол оборота, присматриваясь к тому, как поднимается и опускается грудь Джераба. Иногда ей казалось, что он переставал дышать, и тогда её сердце пропускало несколько ударов. - Быстрее! – попросила она Шумуна, не в силах выносить эту пытку. - Только попробуй, - не открывая глаз, прохрипел Джераб. – Ты везешь беременную. Медленно и предельно аккуратно… По тому, как машина все же ускорилась, Джераб понял, что раб следует указаниям госпожи. - Шумун, твою мать! - Джераб с трудом открыл один глаз. Второе веко заплыло настолько, что уже не подчинялось. - Я с тебя шкуру спущу, гаденыш, - беззлобно проговорил Военный Комендант. - Я буду очень рад видеть вас в состоянии, когда вы сможете это сделать, - ответил раб и, следуя жесту Ромины, свернул с основной дороги, а затем, проехав ещё немного, остановился перед воротами. Ромина спрыгнула и направилась к электронному замку, надеясь, что запомнила код верно. Она поочерёдно нажала несколько кнопок и электронные ворота начали отъезжать в сторону, пропуская автомобиль в сад. Сама же Ромина направилась к дому, так же открыла его через электронный замок. Когда автомобиль припарковался максимально близко к крыльцу, Ромина приблизилась и вместе с Шумуном помогла Джерабу сначала подняться, а затем выбраться из внедорожника. - На второй этаж, - проговорила она на хожу скидывая свое пальто. – И сразу в ванну. Джераб хотел возразить, но осознание того, что самому ему не раздеться, а взваливать все на беременную жену - несправедливо, заставило его промолчать. Чтобы он мог стоять, пока его раздевают, Шумун буквально приставил Джераба к стене и упёрся ладонями в его плечи. - Быстрее, госпожа, - попросил он, и Ромина опустилась на колени и стала расстегивать брюки и стаскивать их вместе с бельём. - Осторожно, - предупредила она, когда Шумун начал помогать Джерабу забираться в пока ещё пустую ванну. Когда Военный Комендант все же полу-лег на её дне, Ромина оглянулась на раба. - Лекарства, еда и одежда, - повторила она. - И для неё, - через боль, прикрывая глаза рукой, добавил Джераб. Шумун кивнул, хотя Джераб и не мог его видеть, и поспешно вышел. Ромина вытянула душ из держателя и поставила ладонь под струю воды, чтобы отрегулировать температуру. - Жжется, - простонал Джераб, которому струйки с её руки стекали на ноги и хотя вода не было излишне горячей, Ромина немного повернула кран смесителя в сторону подачи холодной. - Если будет ещё холоднее, ты простудишься, - произнесла она, направляя душ на него. Джераб вздрогнул и едва слышно застонал. - Прости, - произнесла она, касаясь его тела намыленной губкой. - Мне не больно, - соврал он. - Ты лжешь, - ответила Ромина, но продолжила смывать с него грязь и запекшуюся кровь. - Даже приятно, - разбитыми губами усмехнулся он. – И ты знаешь, что теперь я не лгу. Ромина на секунду замерла, а затем молча продолжила свое дело. - У тебя, как будто, мозоли, - наконец, произнесла она, приглядевшись. – Но как они… - Это ожоги, - тихо объяснил он. – Человеческое тело сопротивляется электрическому току, поэтому на входе и выходе электричества образуются ожоги. - Ублюдок, - едва слышно произнесла она, но Джераб все равно её расслышал. - Не думай об этом, - произнёс он. – В конце концов, мы так давно не разговаривали вот так, вдвоём. Почему бы не выбрать тему приятнее, чем этот… ублюдок. - Я хочу, чтоб с ним сделали все то же, - словно не слыша Джераба, проговорила она. - Да сбудутся слова твои, - кивнул Джераб, но тут же пожалел об этом. - Пожалуйста, - заходя ему за спину, попросила Ромина, - ты можешь немного податься вперёд. Джераб протянул руки и нащупал борта ванны. Из последних сил он подтянул себя вперёд, давая ей возможность смыть кровь со спины. - Это ведь заживёт? - с тоской спросила она. – Так ведь не на всегда? - Возможно, какие-то следы останутся, - Джераб пожал плечами и снова ужасно пожалел об этом. Ромине хотелось заплакать. Обнять его, прижаться к нему всем телом и заплакать, ища утешения в том, кого сейчас самого надо было утешить. Но она не позволила себе даже одной новой слезинки. - Вот видишь, - усмехнулся он. - Я думал, что стану страшным в старости, но этот придурок значительно приблизил этот период. - Ты не страшный, - горячо возразила Ромина. – Пугающий – да, но не страшный. И я закончила. Она снова вернулась к смесителю, выключила душ и вставила его обратно в держатель. Затем она на минуту вышла из ванной и вернулась с большим широким полотенцем, которое накинула ему на спину, но даже такое лёгкое прикосновение отдалось болью во всем теле. - Я знаю, что тебе… сложно, - она осторожно подбирал слова. – Но если ты останешься тут, да ещё и мокрый… Джераб, пожалуйста, давай попробуем тебя поднять и дойти до постели. - Минуту, - попросил он, откидываясь назад. - Я встану. Дай мне минутку. Ромина кивнула и вышла в спальню, чтобы расстелить постель. Когда она, сложив покрывало и взбив подушки, наконец, снова обернулась ко входу в ванную, Джераб, с трудом держась о край стены, уже стоял в дверях. - Ну что ты делаешь? – с досадой спросила она, поспешно подходя к нему и подставляя свое плечо. Несколько шагов до кровати оказались очень долгим путем, но когда он все рухнул на постель, а Ромина помогла ему поднять ноги, лечь ровно и накрыла его лёгким одеялом, оба супруга, наконец, почувствовали, что окончательно выбились из последних сил. - Пока Шумун не вернулся, - проговорил он, глядя на нее, - тебе все равно делать ничего не надо. Приляг рядом, - в его голосе сквозила граничащая с мольбой просьба. – Приставать не буду, обещаю. - Ты не исправим, - закатила глаза Ромина, но все же обошла кровать, скинула туфли и легла поверх покрывала на другую половину кровати. Глядя прямо перед собой, Джераб отвёл руку в сторону, нащупал её ладонь и сжал её в своей. В какой-то момент Ромине показалось, что он уснул, но едва она попыталась высвободить руку, как он сжал ладонь сильнее. - Постарайся уснуть, - произнесла она, не в силах сдержать улыбку. - Я не хочу проснуться один, - ответил он. - Ты проснёшься не один, - ответила она. – Даю слово. - Довольно пространное обещание, - усмехнулся Джераб и тут же едва слышно застонал. Ромина, не выпуская его руки, повернулась на бок и положила другую ладонь на его торс. Джераб непроизвольно дёрнулся, его мышцы сжались, но тут же расслабились. - Спи, - повторила она. – Если мне даже придётся уйти, я тебя разбужу. - Хорошо, - Джераб выдохнул так, что рука Ромины сначала поднялась, а затем опустилась. Вскоре его дыхание стало тише и спокойнее, но она все равно знала, что ему больно даже во сне. Ромина невольно закрыла глаза и вспомнила, как раньше он засыпал, положив голову ей на грудь. Неожиданно, она вдруг почувствовала, как в глубине души зародилось новое чувство – впервые за последние годы у неё появились воспоминания, никак не связанные с Зераббабелем, её мучениями и рабством. Её собственные воспоминания. И связаны они были с… Джерабом. - Джераб, - едва слышно произнесла она.