Зарисовки с Кадзухой

Глядя в одну точку и не переставая с силой сдавливать клочок несчастной бумаги, которая издавала жалобные звуки шуршания и потрескивания. Колени чуть подрагивали добавляя неуверенности в его положении. Резким движением откинул бумажку в сторону. Поднеся трясущуюся руку к лицу, крепко обхватил собственные волосы, царапая недлинными коготками нежную кожу, сжимая пряди и тем самым пытаясь хоть как-то заглушить собственные эмоции. Пытаясь. Что это с ним? Что вообще произошло? — …кха, аххах Забыв про надобность в кислороде, он сам не заметил как начал задыхаться в ручейках влаги, безмолвно стекающих с бледных, словно мел, щек. Тело кидало то в жар, то в холод. Осознание, что он уже на холодном полу пришло также неожиданно. Колени теперь неприятно саднило. Он Упал? Когда? Слёзы не переставали течь, а сердце, казалось с каждой секундой все более разбивалось на еле-еле успевшие в последнее время скрепиться кусочки. Тело пробила крупная дрожь, а из горла вырывались всхлипы. Тихий смех начал заполнять некогда царившую в своём спокойствии и умиротворении комнату. Его преследовало желание разбить, сломать, порвать что-то прямо сейчас, находясь чуть ли не в бредовом состоянии, Кадзуха укусил собственный палец, нежелая слышать этот раздражающий слух смех с прерываниями на мерзкие всхлипы. На коже букетами расцветали белёсые полосы от ногтей. Или чего то ещё? Они хоть и немного, но отрезвляли, пусть и на жалкие мгновения. В моменте одна его часть находилась в леденящем душу спокойствии, являясь неким наблюдателем. А другая лишь расплывалась в улыбке, в то время как кровь вытекала из многочисленных ран на теле. Разве это его лицо? Разве у него такие омерзительно-кровавые глаза и лицо? Это…правда он? Резко и ощутимо дёргнувшись, к нему пришло осознание, что он.сидит кажется.перед зеркалом? Но кто это? Это не он. Кадзуха всегда с спокойным и дружелюбным лицом. Мягкая улыбка и взгляд лишь в одиночестве иногда отдающий холодком. — разве…это…я? Притронувшись к прохладной поверхности, он не моргая склонил голову набок. Пардон? Ахах, сумасшествие. Кто это забрался к нему в его дом? Почему он не услышал и не увидел столь отвратительного гостя? — кто же так смел? На лице играла лёгкая и дружелюбная улыбка, в то время как глаза наполнялись неким безумством и мрачностью, они будто исчерпывали последние крохи жизни. — где же ты. « на произнесённом улыбка резко спала с его выражения лица, которое в свою очередь омрачилось полностью. Где же он, незванный гость? Тут точно кто-то есть. Иначе кого же он видел в зеркале? Чьё присутствие ощущал? На нём кусками свисала каким то «чудом» оборваная одежда. По всему телу небольшие царапины начинали кровоточить, а руки уже собственноручно разгромили всю эту комнату в поисках «смельчака». Раньше аккуратно сложенные вещи были местами порваны и разбросаны. Когда-то вдохновляющие расписные статуэтки, точнее уже их осколки украшали пол. Стулья перевёрнуты. Кровавые разводы повсюду. Тут его взгляд наткнулся на одну-единственную среди всего бардака уцелевшую запись. Лишь одна строка выбила из него весь воздух. «я знаю, что ты — и есть я» Ха? Кто написал этот бред так искусно копируя мой подчерк? Ясная правда била по вискам, только вот, юноша не желал её осознавать. Лишь заталкивая мысль в самый дальный уголок сознания. Зачем обдумывать такие…глупости.