В городе, который

***

– Вернёмся к началу, – прерывает Чан повисшую тишину. – История оказалась сложнее, чем мы думали. Чонину угрожают. – И чем же? – Поинтересовался Лино. – Нашими жизнями. Точнее, нашей смертью. Лино удивленно похлопал глазами. – А злодей точно уверен, что сможет убить нас всех? – Лино сделал особенную окраску на "всех". – А то, если не добьет кого-то, месть его будет страшна. Лино намекал на себя, ведь его убить, это постараться нужно. Но Чан все же смог его озадачить: – У злодея есть что-то вроде артефактов. Не знаю, как именно они действуют, но Чонин украл для нас два, и я успел их спрятать. Не знаю, на месте ли они ещё, нужно поспешить, чтобы забрать. Кто-нибудь когда-нибудь слышал про золотые нити? – Золотые нити? – ужаснулся Феликс вслух, и все головы повернулись к нему. – Если это то, о чем я думаю, то это нити жизни. Если нить порвать, человек, которому она принадлежит, умрёт. Ребята разом побледнели. От новостей, что их жизни находятся сейчас в руках какого-то склизкого гада, стало более чем не по себе. «А если порвать нить дьявола?» – чуть было не ляпнул Лино вопрос, но вовремя остановился. Он же уже мёртв – вдруг пронесло и хотя бы одному из них ничего не угрожает. Но как сообщить предположения, и при этом не сдать свою личность с потрохами? – Предположим, что ты вправду бог и прав. Разве такие важные штуки не должны строго охраняться? – Уточнил Чан. – Да, должны. Нити хранятся у богов в резиденции судеб. Понятия не имею, как они оказались здесь. – Продолжил Феликс тревожные мысли. – Видимо и боги не без грешка, – невесело усмехнулся Лино. – Ты же тоже бог, есть предположения, кто может быть крысой? Феликс покачал головой. – Я не из резиденции судеб, и знаю оттуда всего лишь нескольких, кого обязан по своей должности. Попробовать разобраться можно, но для начала решить более весомую проблему. Вы должны понимать, что если это правда те самые нити, дела очень плохи. Они очень хрупкие, с ними нужно бережно обращаться. – Я бережно завязал наши с Чанбином жизни на красивой розовой занавеске в одном из заведений. – Посмеялся Чан. Но было конечно не до смеха. Одно неловкое движение, слишком сильное натяжение и всё, была бы спета их с Чанбином песенка любви. Смог бы тогда Чанбин снова начать историю сначала? – Занавеска тебе досталась, конечно, надёжная, но лучше всё равно поторопиться. – Сказал Хенджин. – Снова ты всё знаешь? – Усмехнулся Лино. Хенджин к подколу остался глух. Феликс окинул команду удивлённым взглядом. Ему так просто взяли и поверили? Всё сказанное им ведь может быть бредом. Ребята из Катастроф, кажется, уже готовы принять любые варианты развития событий, лишь бы прожить подольше. Враг как-то умудрился отыскать дорогу в мир богов. Должен ли он отловить его и под пытками узнать, в каком направлении идти? Феликс пока не решил, стоит ли ему после всего случившегося возвращаться к богам. Но если каждый желающий будет пробираться в верхний мир и творить глупости, воцарится настоящий хаос. Сообщить об инциденте было бы правильно. – Много мыслей в твоих глазах, – Комментирует Хенджин, успев оказаться рядом. Феликс смотрит в его глаза в ответ. И понимает, что если решит отправиться с докладом на небеса, скорее всего после этого они больше не увидятся. Что для тебя важнее Феликс? Поступить так, как правильно, Или так, как говорит тебе сердце? Пока, в любом случае, шанс разузнать правду не представился. На спине у него Сынмин. Рядом очень подозрительный Хенджин. А о бутылочках яда, выбрав из которых правильную можно получить ответ на любой вопрос, Феликс даже думать не хотел. Вопрос, как он понял, можно задать один. А у него их уже накопилось порядочно.

***

Хенджин вырвался во главу процессии и довел ребят до дома «Малиновка». Увидев, куда им нужно зайти, Лино многозначительно присвистнул: – Чанни, умеешь ты выбирать места. Но разве твоя жена не будет в ужасе? – Я в ужасе. – Отозвалась «жена» в виде Чанбина. – Ну, как я и говорил ранее, тут хотя бы безопасно, – уверил ребят Хенджин. – А еще заведение на самом деле приличней, чем кажется. И вход здесь не для всех, я удивляюсь, как ты вообще проскользнул внутрь. – Видимо, мне сопутствовала большая удача, – нахмурился Чан. – Но как пробираться теперь? С боем? – Напрямую, через дверь. Не будем пугать дам. Если что, я всё решу. – Пожал плечами Хенджин. Он пошел в направлении входа. Ребята потянулись следом. – Дома нас ждет очень длинный разговор. – Пообещал Чанбин. – Разговора не будет. Дома я снова стану сумасшедшим. – Уверенно сказал Хенджин. Чанбину только и оставалось, что тяжело вздохнуть. Несмотря на не такое уж позднее время из-за ширмочек виднелись тени выпивающих гостей и слышались разговоры вперемешку со смехом. - Здесь много залов, ты не помнишь хотя бы примерно, насколько далеко забежал? – Спросил Хенджин у Чана. - Думаю, смогу припомнить, – Чан повернул направо, уводя за собой толпу.– Похоже, что это где-то... Чан прервался, и ребята сразу же увидели, почему. Розовая занавеска, подвязанная золотыми нитями, покачивалась на сквозняке от приоткрытого окна. За столиком рядом с ним сидела девушка, потягивая из кружки чай. Прекрасная умиротворяющая картина. Если бы не длинный змеиный хвост, скрутившийся кольцами под столом. Лино весь подобрался и прошептал: – Наш враг? Хенджин остановил его, подняв ладонь. – Госпожа, простите за очередной визит без приглашения. – Для тебя и твоих друзей, Хенджин, двери всегда открыты. – отозвалась Змея с улыбкой. – А кто вчера начал говорить про оплату? – Улыбнулся ей Хенджин в ответ. – Я была на тебя в небольшой обиде. Но, кажется, мы сейчас на одной стороне. Ваше? – Змея кивнула на нити. – Наше. – Подтвердил Чан. Змея потянула за нити, развядывая свободный бантик. Хенджин, стоя ближе всех, протянул ладонь, но Змея жестом поманила к себе Чана и Чанбина. – Отдам только владельцам. Спрячьте получше, с подобными вещами шутки плохи. – Спасибо, – поблагодарил Чан. Он почувствовал себя чуточку спокойней, ощутив тепло нити на коже. – И все же, к чему такая доброта? Простите, мы не знакомы, но я тот, кто присматривает за Хенджином уже какое-то время. Хотелось бы разобраться. – Чан окинул взглядом свою команду. – Всем нам. – Для начала присядьте. Вашему Охотнику и тому, кто его несет, не помешало бы передохнуть. Не переживайте, здесь вы в безопасности. – Она не врет. Без разрешения хозяйки сюда не попасть. Сам проверял. – Подтвердил Сынмин. Феликс посадил его на стул и сам присел рядом. Лино запрыгнул на подоконник, Чан скрестил ноги в позе лотоса на полу, Чанбин и Хенджин выдвинули стулья из-за соседних столов. – Для начала, рада снова видеть тебя, Сынмин. Еще ни один человек не выживал, если Лис разбивал ему сердце. – Сказала Змея. Сынмин горько поджал губы. – Но вы же не думали, что я брошу Чонина? – Всё ещё зовешь его другим именем. Ты очень добрый, Сынмин. Этой доброты и непоколебимой веры Ай Эну не хватало на протяжении тысячелетия. Возможно ты веришь в него не напрасно, но не мне судить, а лишь тебе. Все так запутано в этой истории. В этом и ответ на вопрос, почему я оказываю помощь. Мне тоже хотелось бы узнать правду, кто такой Ай Эн на самом деле. – Не могла бы ты рассказать то, что сама знаешь о нем. – Осторожно просит Сынмин. Змея согласно кивает. Однако предупреждает: – Это не самая приятная сказка. После нее ты можешь возненавидеть свою любовь. Возможно, в твоем случае лучше оставаться в неведении до самого конца. Однако Сынмин остаётся непоколебим: – Я предпочитаю правду, какой бы она не была. – Что-ж. Когда-то мы с ним дружили. Ребята затаили дыхание. И вслушались в рассказ.

***

Когда Ай Эн был маленьким, его маму убили. Лисицу выследили охотники из деревни, в которых та частенько промышляла воровством сердец. Оставшись совсем один, Чонин был вынужден скитаться по миру демонов. Лис никогда не любили за их силу и хитрость, потому никто не оказал ему помощи. Ай Эн нашел себе пристанище лишь в змеиной лощине, с такими, как он сам – детьми, родителей которых не стало. Змей ненавидели по той же причине, что и лис, из зависти. Потому подобравшаяся компания отлично поладила – общая беда сильно сближает. Когда Ай Эн только пришел, он был очень чувствительным и искренним. Пусть смерть матери поселила в его сердце злость и скорбь, он постоянно задавался вопросом, так уж неправильно, что его мать убили. Ведь она сама унесла немало жизней. Он часто плакал и ненавидел себя за то, кем родился. Но потом Ай Эн изменился. Из-за Змея. Лиана. Однажды, когда Ай Эн снова бесполезно утирал слезы, Лиан бережно спрятал его в объятиях, и прошептал ему на ухо: – Ты не можешь изменить то, каким родился, но что плохого в том, чтобы убивать тех, кто убивает нас? Наши родители погибли, такое не простишь. Если нас ненавидят за нашу силу, нам нужно стать такими сильными, чтобы нас за нее зауважали. – так сказал Лиан. В чем-то он был прав. Была бы еще сила, о которой шла речь, доброй. И был бы сам Лиан искренен с Ай Эном. Лис для него был ключом от дороги в людской мир, где он мог творить любые бесчинства. Ай Эн был совсем маленьким, и не мог четко разграничить, насколько плохой была затея подмять под себя весь мир. Змей подтолкнул его к ужасным поступкам. Выросши на словах Лиана, Ай Эн из доброго ребенка превратился в опасного злодея. Никому не удавалось спастись от его чар. Никто не уходил от его губительного клинка. На совести Ай Эна бесчисленное количество искалеченных судеб, он только и знал, что пробираться в человеческий мир и красть жизни, забавляясь с ними, как с игрушками. Ай Эн получал от этого удовольствие. И даже коллекционировал памятные вещи о каждой из своих жертв. Сам был заносчив и невыносим – обретя силу, смотрел на прочих демонов свысока. Только парочка змей и были ему компанией и каким-никаким теплом. Но Змея, Лей, одаривала его им искренне, видя в Ай Эне всё того же несчастного ребёнка и надеясь, что он ещё сможет измениться. Лиан же всегда искал лишь выгоду. Ни раз Лей замечала, как он использовал Ай Эна, обманывая сладкими речами. Но пускала дело на самотек, потому что они были одной командой – что полезно для всей команды в достижении цели стать сильнейшими, не вредит. Но однады Лей решила, что с нее довольно и никакая жалость к сильно изменившемуся Ай Эну не смогла спасти их дружбу. Ай Эн на ее глазах убил совсем молодую девушку. Ей было шестнадцать, она влюбилась в него до безумия. Он же в ответ даже ни разу не взглянул в ее лицо, забрав лишь цветок из ее ладони. Лей это сильно ранило, и она не смогла больше оставаться рядом с теми, кто творят подобные безумства. Всему есть пределы и границы.

***

– Что было с Ай Эном после, я могу сказать с трудом. Однажды он просто пропал из мира демонов. И Лиан, оставшись один из нашей бывшей команды, утвердил свое звание сильнейшего. Поговаривали, что именно он убил Ай Эна, слышала, что он для этого даже собрал целый отряд. Тогда я сильно горевала – вся жизнь Ай Эна показалась мне очень несчастной. Тот, кого он считал своим другом, использовал его и предал, а я никак не смогла это изменить, не разобралась вовремя, что именно Лиан воспитал в нём злобу. Сбежала, думая только о себе и своих чувствах. Но Ай Эн вернулся и снова оказался в компании Лиана, словно они никогда не переставали быть друзьями. Кажется, даже возлюбленными. Сначала я подумала, что причиной пропажи Ай Эна стало свержение кого-то из сильнейших, как прежде. Увидев тебя, Сынмин, почти убедилась в этом. Но потом кое-что произошло. Этим утром. В городе поднялся переполох. А потом…Ай Эна выставили на поругание. Он просто стоял посреди толпы, пока его забрасывали камнями и оставляли ожоги на его теле. Лиан совсем ничего не предпринимал. Лишь когда достаточно налюбовался, увел его. Потом я нашла эти нити. И поняла, что Ай Эну могли угрожать вашими смертями. Тогда получается, рассказанная мною история про Лиса Ай Эна – лишь часть правды. Вторую ее половину можно узнать только от самого Ай Эна. Если вы не слишком сильно в нем разочаровались.