Рождённая страдать.

***

      Не успела я зайти в квартиру, как на меня тут же с порога начал орать мой парень.       — Блядь, с кем это ты приехала?! Я тебя из окна видел! — я очень устала и не могу нормально вести диалог, но ответить хоть что-то всё же нужно.       — Меня подвёз человек из компании, там ливень, ты сам видел. — почти без эмоций говорю я, готовясь морально к худшему.       — Я знаю, что ты трахаешься с разными мужиками! Не верю, что ты нашла нормальную работу. Да что бы такая, как ты? Пф, в России тебя никто не примет! — он схватил меня за плечо мёртвой хваткой и как безвольную куклу потащил в спальню. О нет, только не это.       — Джуд, может не надо? Пожалуйста! — уже с привычной в такие моменты истерикой в голосе завопила я, пытаясь вырвать локоть, но ничего не получалось. Он повалил меня на кровать. Снял с себя брюки, ремень и начал бить меня им по телу, оставляя кровавые полосы. — Пожалуйста, не надо, остановись! — уже с поплывшим взглядом говорю я, зная, что любые слова сейчас бессмысленны — он не отстанет. Ремень рассекал мою кожу. Парень сильно ударил меня в глаз кулаком, из-за чего я почти вырубилась. Перед глазами поплыло, а в ушах зазвенело.       — Шалава, сейчас узнаешь как трахаться с другими мужиками. — он больно обхватил меня руками, а я стиснула как можно сильнее зубы, готовясь к ужасной боли. Я смотрю в его лицо, в эти жёсткие черты, в эти ненавистные очертания, в его глаза, пытаясь найти там хоть что-то человечное, хоть какое-то сострадание и милосердие. И вот так, смотря мне прямо в глаза, он входит резко на сухую. Я хотела вырваться, хотела, чтобы всё это прекратилось. Я смотрела в его лицо и взглядом молила о пощаде, без движения лёжа на кровати, словно мёртвая. Запахи сигарет, пота и алкоголя смешались в один, а плоть, прикасающаяся ко мне, вдруг стала особенно омерзительна.       Прошло минут десять, а он всё трахает меня. Но, видимо, хоть что-то он смог вызвать во мне, потому что я немного намокла, и было уже не так больно. Он не вынимал, но наконец-то всё закончилось, и он вышел из меня. В такие моменты я чувствую себя самой грязной девушкой в этом мире. Всё тело ломит от боли. Я из последних сил поднимаюсь, смотря в пол, потому что не желаю смотреть в такие омерзительные сейчас глаза, видеть его. Я иду в ванную и закрываю дверь на замок, погружаясь в ненадёжную безопасность. За тонкой стенкой слышен хлопок дверцы. Я делаю выдох и иду к зеркалу. Фингал под глазом, ну да, ожидаемо. Горячие слёзы потекли из моих глаз, увлажняя щёки. Да, давно их не было, очень давно я не плакала, так почему сейчас всё так плохо, разве мне не было хуже? Я ничего уже не знаю. Рассмотрев своё изувеченное тело, я никак не отреагировала и принялась набирать ванну, заглушая шумом воды звон бутылок и собственный плач. Погружаясь в ванну с головой, я оказываюсь в спасительной и такой нужной сейчас тишине. Я открываю глаза, мечтая когда-нибудь вот так умереть, утонув, но не сейчас, не сегодня, пока что я должна жить. После того, как я вынырнула из тёплого укрытия, лёгкие вновь наполнились таким необходимым для жизни кислородом. Три раза подряд помыв всё тело мочалкой, я все равно не могла отделаться от ужасного чувства, будто я грязная, сколько бы раз не помылась.       Выйдя из ванной, я огляделась, боясь вновь попасть в руки насильника. Никого не увидев, я направилась на кухню. Взглядом зацепила часы, сейчас только 19:13, почему он уже дома? Возможно, что-то случилось, но точно я не знаю, да и знать не особо хочу. Не успела я дойти, как поскользнулась и упала, повредив лодыжку. Теперь ходьба будет даваться наверняка непросто.       — Блядь, ты какого хера шумишь? — послышался злобный рык мужчины из дальней комнаты. Я вздрогнула от страха и неожиданности.       — Прости, я случайно. — быстро пролепетала я эти слова. Опять не сдержав слёзы, заплакала. Настолько душевная боль захлестнула меня, что справиться с ней не представлялось возможным.       Еле встав с пола, я дошла до кухни. Принялась за готовку, чтобы хоть как-то отвлечься. Я порезала картошку и запекла её с курицей. Вся эта картина напоминает типичную для счастливых семей ситуацию, когда любящая жена готовит ужин уставшему мужу, вернувшемуся с работы. Наверное, так мог бы сказать любой человек, который увидел бы нас вместе, не желая знать жестокой истины. А жаль, давно пора быть реалистами. Даже когда-то любящая жена может быть избита своим мужем, но на это почему-то все стремятся закрыть глаза, как будто это в порядке вещей. Раз получила, значит заслужила. От этих мыслей стало так противно. Внезапно я вспомнила единственного мужчину, в котором я когда-то нашла любовь, он забрал меня из приюта, и я никогда не забуду этого человека. Стараясь не думать о плохом, я уже достала приготовленную еду.             Свою комнату я всегда закрывала. Я подошла к столу и достала из ящика свой личный дневник. Веду я его довольно давно, описывая ситуации из жизни: от сильно травмирующих до самых счастливых. Сейчас же я смотрю в окно, поглаживая твёрдую обложку блокнота. Небо плакало, разделяя моё душевное состояние. Убаюканная мерными звуками дождя, я решила лечь спать.

***

      Прозвенел будильник, на часах семь утра. Я встаю, делаю свои обычные утренние ритуалы, но кое-что не вписывалось в рамки привычного уклада жизни: огромный фингал под глазом, который, к тому же, ни в какую не хотел замазываться. Даже через четыре слоя косметического средства было видно синеву. Я психанула и бросила баночку тональника об стену. Мне ничего не оставалось, кроме как взять отгул на три дня. Как же я ненавижу эту свинью Джуда, почему всё всегда так? Из-за него моё тело и душа болят, и я могу лишиться единственного источника работы. Конечно, плохо так делать, когда буквально вчера меня приняли на желанную мной работу, но жизнь мне дороже. Фингал вызовет уйму вопросов, а если ещё кто-то захочет углубиться в эту тему и узнает, что меня избивают и насилуют, Джуд от меня и мокрого места не оставит. Я написала Александре Евгеньевне, что мне срочно нужен отгул на три дня. На её логичный вопрос: «Что случилось?» я ничего так и не придумала, поэтому просто написала, что отсутствую по семейным обстоятельствам. Начальница дала мне работу на дом. После этого я пошла обратно в свою комнату, понимая, что мне просто нечем заняться, кроме работы.

***

      Три дня пролетели незаметно, конечно, с привычными побоями. Но сейчас не об этом, я смогла замазать все синяки. Всё шло хорошо, я пришла вовремя, расположилась на своём месте и, как оказалось, прибыла на работу даже раньше директора. Я включаю компьютер, параллельно засмотревшись в окно, через которое прорывались яркие солнечные лучи. За этим увлекательным занятиям я и не заметила, как вошла Александра. Только громкий хлопок двери заставил обратить на неё внимание.       — Здравствуйте, Александра Евгеньевна. — дружелюбно произнесла я. Начальница лишь быстро кивнула и закрылась в своём кабинете. От неё буквально веяло безразличием, да что с ней не так?       Следующие два часа работы прошли незаметно, я принимала звонки и готовила документы для предстоящей встречи. Внезапно начальница вызвала к себе. Я взяла необходимые документы и прошла в кабинет. Сразу с порога я увидела напряжённое лицо женщины, которая даже не удосужилась одарить меня хотя бы мимолётным взглядом. По непонятной причине это задело и расстроило меня. Она что-то делала в компьютере и казалась в этот момент особенно завораживающей.       — Элеанор, Вы составили расписание? — наконец она перевела на меня взгляд своих ледяных глаз, от её хоть и небольшого внимания внутри всё затрепетало. Этот холодный стальной взгляд не имел ничего тёплого, но меня внезапно будто окатило жаром. Я в ответ запоздало кивнула.       — Через тридцать шесть минут у нас будет собеседование. — проинформировала я и получила короткий кивок Александры.       — Какой план нашей дальнейшей работы? — спросила Александра Евгеньевна, и это заставило нехотя обойти её стол, чтобы встать около неё и показать всё необходимое.       Наклонившись, я проводила по строкам пальцем и объясняла суть идеи, которую продвигала. Я настолько увлеклась своими мыслями, что когда почувствовала что-то тёплое на своём теле, сначала подумала, что мне показалось. Но нет, Александра действительно положила свою руку мне на внутреннюю часть бедра. Я сегодня была одета в облегающее платье нежно розового цвета, немного выше колена. Это смутило меня, от неожиданности и шока я не торопилась что-либо предпринимать, как и переводить на начальницу взгляд. Такая интимная близость разожгла во мне какие-то незнакомые ощущения, как будто её тёплая рука, что совершенно несвойственно её ледяным глазам, мгновенно согрела меня одним касанием. По телу прошлась приятная дрожь, это возбуждает. Я перестала читать, остановившись на том самом моменте, когда она положила свою руку на меня. Касание брюнетки было приятным. Я нерешительно взглянула в её глаза. Из-за того, что я наклонилась, наши лица были в опасной близости друг от друга, я чувствовала дыхание на своей щеке. Синие глаза будто стали темнее и внимательно рассматривали меня, а я не мешала, делая то же самое. Не понимала, то ли атмосфера так действует, но когда я посмотрела на губы Александры, в животе зародилось чувство бьющих своими крыльями о стенки живота бабочек. В помещении сразу стало очень жарко, хотя окно было открыто. В ушах зазвенело, и теперь я слышала лишь стук своего сердца. Внезапно возникло желание… поцеловать её? Я не знаю, чёрт возьми.       Сначала я думала, что Александру вообще не смущает эта ситуация, но чуть сбившееся дыхание явно указывало на обратное. Не помню, кто был первым, может я, может она, а может мы вместе. Мои пухлые губы коснулись губ напротив, сразу получая ответ. Я сразу почувствовала слабый привкус сигарет — никогда не подумала бы, что она курит. В отличие от Джуда, этот вкус и запах сигарет от Александры мне не казался противным и мерзким, а скорее наоборот, привлекательным и даже немного возбуждающим. Сердце билось как бешеное, рука начальницы по-прежнему лежала на внутренней стороне бедра, а теперь, кажется, поползла вверх. Я моментально намокла, точнее, я уже была мокрой, но ещё сильнее это произошло сейчас. Теперь трусики можно смело выкидывать — их хоть выжимай. Теперь я чувствовала влагу даже на внутренней стороне бедра… Так, стоп! Ещё немного и рука начальницы приблизиться к месту возникновения потопа. Я невольно застонала. Мы целовались как бешеные, не в силах остановиться, я даже не сопротивлялась, хотя воздуха категорически не хватало. Впервые я настолько сильно хотела близости. Но самое главное, почему женщина? На этот вопрос у меня пока не было ответа. Внезапно Александра поднялась со своего места.       — Сколько времени до встречи? — я сначала не поняла её вопрос, потому что мозг был всё ещё будто в тумане. Немного придя в себя, я наконец взглянула на время на экране телефона.       — Ещё двадцать пять минут. — будто не своим голосом сказала я. Он был севший, и я попыталась откашляться.       — Прекрасно. — после этого она поднимает меня за бёдра и усаживает на стол, низ и без того короткого платья задрался в явно неприличной длине, так, что было уже видно край кружевных трусиков под цвет платья. Но тут начальница внезапно останавливается и отходит, а я в недоумении смотрю на неё. Она подходит к двери и защёлкивает её на замок. Затем опять грациозно обходит свой стол, как кошка, нет, пантера, с таким же взглядом – строгим, властным, полным желания, диким. Сразу стало ясно, что она и не думает останавливаться. Я осталась в той же позе, и, готова поклясться, она уже во всю рассматривала моё бельё снизу. От смущения захотелось прикрыться, но, опередив меня, она перехватила моё запястье.       — Не стоит. — томно произнесла она, смотря мне прямо в глубь души. Я не стала спорить.       Брюнетка раздвигает мои ноги и опять вовлекает мои губы в страстный поцелуй. Всё мокрое – её поцелуи и я снизу. Перемещаясь на мою шею, женщина откидывает блондинистые волосы с одного плеча на другое, освобождая место для новых поцелуев. Александра стояла между моих раздвинутых ног, а я обхватила ими её и прижала к себе. Мои пальцы с силой сжимали край стола, а тело выгибалось, особенно в пояснице. Моя промежность в прямом смысле впивалась в её живот. Поцелуи дурманили голову, а тихие приглушённые стоны вылетали из меня непроизвольно. Никто и никогда не был с ней так нежен в интимные моменты. Я не понимала, почему мы это делаем. Забыв, где нахожусь, я случайно задела рукой документы, лежавшие на столе, и они полетели на пол. Я хотела встать и поднять их, боясь, что начальница разозлится, а хуже всего — ударит, но нежное и осторожное касание её руки на моей талии останавливает меня.       — Оставь, потом уберём, — сказала брюнетка, отпрянув от моей шеи.       Дальше всё было как в тумане. Она снимает с меня трусики и, не теряя драгоценное время, массирует мой возбуждённый комочек нервов. Я закатываю глаза, из-за такого башенного возбуждения невозможно держать стоны, поэтому в порыве сдержать их, я хватаюсь стальной хваткой за плечи начальницы, и, смотря прямо ей в глаза, царапаю её плечо своими короткими наманикюренными пальчиками. Она тихо зашипела, наверное, это было больно, но я уже ничего не могу контролировать, потому что она вошла в меня сразу двумя пальцами, быстро, но очень осторожно и даже нежно. Не так давно руки, сжимающие край стола, уже не боясь, обнимают её за спину, а ноги обвивают её талию. Лицо уткнулось в шею, зарываясь в чёрные локоны, которые очень вкусно пахли, в целом, как и она сама, поэтому стоны получаются глухими. Я не уверена, что смогла бы сдерживать их, когда так приятно. Это вообще законно? Александра прибавляет темп, а я уже сама поддаюсь в ответ её пальцам, бёдрами насаживаясь на них. Интересно, если бы сейчас здесь был кто-то другой, я бы позволила ему делать это со мной? На душе сразу стало неприятно, и я поняла — не позволила бы.       И тут я слышу стон со стороны Александры Евгеньевны. Тихий, но уверенный. Это прозвучало слишком сексуально, и возбуждение, которое с новой волной накрыло моё тело, просто сносит мне голову. Пальцы очень умело входят в меня и сразу глубоко, заставляя извиваться всем телом.       — Пожалуйста, ещё… — я уже стону громче, выкрикивая непроизвольно: — Александра Евгеньевна, я не могу больше, не останавливайтесь! — не могу рассмотреть её лицо, но прекрасно слышу её сбивчивое дыхание, как будто нас взяли вместе, а не она меня.       — Хорошая девочка, — прошептала она мне куда-то в ухо своим ласковым бархатным голосом. Я всё так же обнимаю её.       Одной рукой она держится за стол, другой входит в меня, и мы опять сливаемся в поцелуе. В попытке ухватить побольше воздуха я приоткрыла губы, чем воспользовалась Александра, без проблем углубила поцелуй, проскользнув своим языком в мой рот, исследуя меня внутри. Стоны заглушились, и вот несколько толчков, оргазм пробрал моё тело до ненормальной дрожи. Я издала очень громкий и протяжный стон, надеясь, что никого не было около кабинета директора. Она не выходила из меня до тех пор, пока я не перестала дрожать всем телом. Женщина отпрянула от меня.       И всё? Что будет дальше? Я не знаю, опять ничего не знаю… Только сейчас, немного придя в себя, я смогла рассмотреть беспорядок на столе, полу и раскрасневшемся лице начальницы, которая была очень возбуждена, я это чувствовала. Она медленно и осторожно слизывала со своих пальцев мои соки, возбуждая меня снова, заставляя представлять её ловкий язычок во мне… Я возбудилась во второй раз, что она творит? Раз у неё такое красное лицо, боюсь представить, что сейчас с моим. Я чувствую, что вспотела, но скорее всего за тонной тонального крема я даже чуть-чуть покраснела. Мы тяжело дышали, и начальница наконец прервала неловкую паузу.       — Приведи себя в порядок, через шесть минут у нас собеседование. — я кивнула, опустилась со стола, подняла свои кружевные трусики, надевать их не было смысла, мне было бы некомфортно находиться с влагой, в итоге я их забрала, но не надела. Я спустила платье и пошла к себе. Смотрю в зеркальце, не красная, уже хорошо, только волосы растрёпаны. Я расчёсываю их, всё ещё ощущая возбуждение между ног после фантастического оргазма. На слегка дрожащих ногах я подошла к кабинету начальницы и, предварительно постучав, зашла внутрь.       — Я готова, нам пора. — она тоже поправляла причёску в зеркале, выглядела так же красиво, краснота спала, оставляя еле заметный румянец. Больше она не была похожа на голодного зверя, или она лишь хотела это скрыть.       — Чудесно, тогда пойдём. — она сказала это с таким невозмутимым лицом, как будто бы это не она сейчас отымела меня в этом чёртовом кабинете. Я шла впереди, брюнетка как будто охраняла меня сзади, зная что я не надела нижнюю ткань и конечно пялилась на мои упругие ягодицы, которые облегает лишь тонкая ткань платья, немного поднять его, и все увидят что я без белья. Сейчас без трусов идя по коридору, я чувствую себя самой настоящей извращенкой. Это был первый секс, когда я не почувствовала себя грязной.

***

POV: Александра

      Я была крайне возмущена таким событиям. Этой девушке очень нужна была работа, но вдруг она берёт отгул на целых три дня. Я не понимала такого безответственного отношения к важной должности, всё-таки я постепенно разочаровываюсь. Я переживала, что работа компании будет менее продуктивна из-за длительного отсутствия моего помощника. Видимо, выбор работника был неудачным. За эти дни я выкурила больше сигарет, чем за весь месяц, потому что сильно нервничала.       Когда я увидела её впервые за эти три дня, я была ошеломлена, никто не имел такой дерзости надевать такие вызывающие короткие платья. Я решила ничего не делать. Не хотелось ругаться. Спрятав своё раздражение за маской безразличия, я прошла к себе в кабинет.       Когда Элеанор Митчелл пришла по моей просьбе и начала объяснять нашу работу, не знаю, что на меня нашло, но когда Элеанор подошла к моему столу, кровь закипела и отдавала в висках пульсацией. Пока она пыталась донести до меня мысль, нагнувшись ближе, её бёдра оголились. Мысли о том, что я хочу её «наказать» за прогулы, безобразный подход к ответственной должности, наглость прийти в такой одежде всё больше затмевали разум и толкали на необдуманные поступки, но не только это сподвигло меня на дальнейшие действия. Девушка в своём коротком платье выглядела как всегда сногсшибательно. Думаю, если бы я была мужиком лет сорока, то можно было бы смело назвать меня извращённым старпёром, пялившимся на своё подчинённую. Я бы тогда сама себя осуждала, но боже, её кожа кажется такой мягкой и нежной, что безумно хотелось прикоснуться к ней хоть ненадолго. Я не могла больше сдерживаться. Запах её духов, вся она такая соблазнительная, с каждой секундой возбуждали всё больше. Я слишком сильно хочу эту непослушную девчонку. И вот я неуверенно, но максимально по-собственнически положила свою руку на внутреннюю часть её бёдра. Поначалу она видимо не поняла, что произошло. Замялась, а потом и вовсе перестала говорить. Повернула ко мне своё лицо и устремила прямо в меня свои завораживающие тёмные очи, так и хотелось в них утонуть. Моё дыхание сбивается, кажется, я спалилась. Эта атмосфера возбуждения и искреннего желания так затягивает, что я уже никуда не могу смотреть, кроме как на губы напротив. Наши губы наконец встречаются, и мой ответ Элеанор не заставляет себя долго ждать. Я чувствую, как она в прямом смысле сильно течёт, как кошка в течку. Я поднимаю ладонь вверх по мокрому бедру, не встречая сопротивления.

***

      Когда я входила в неё, она была невероятно красивой. Она так привлекательно и стеснительно прикрывала вид на свои трусики. Такая беззащитная, робкая, маленькая… Я думала, может я делаю что-то неправильно? Но, по крайней мере, мне это нравится, сердце уже вырывается из груди, а то, как она жмётся всем телом ко мне, давая пространство только там, где я вхожу в неё, просто возбуждает, она такая влажная и горячая внутри, я невольно застонала, когда она кричала моё имя, смешивая со стонами, мне просто хотелось, чтобы этот момент продлился гораздо дольше. В бреду она умоляет меня продолжать, а я прибавляю темп. Спустя неясное количество времени мышцы вокруг моих пальцев сокращаются, и она издаёт последний сладкий стон, от которого я кончаю вместе с ней. Я впервые кончила без стимуляции, просто наблюдая и принимая участие в сексе.       Сейчас же осталось очень мало времени до собеседования, поэтому как только девушка напротив перестала дрожать, я вышла из неё. На моих пальцах была белая смазка, которую я демонстративно слизала с пальцев, погрузив их в свой рот. Элеанор от такого зрелища явно засмущалась. Когда она отправилась приводить себя в порядок, я посмотрела в зеркальце, и о боже! Я такая красная, пришлось восстанавливать дыхания и приводить мысли в порядок. Через несколько минут ко мне зашла Элеанор, и мы пошли на встречу. Она так виляет своими бёдрами, что хочется просто взять её прямо в этом коридоре.