Icarus Deranged

Следующая комната вдоль коридора морга принесла им ровно двух зомби, уже почти проснувшихся, но недостаточно, чтобы напасть. Чан и Минхо легко поймали их обоих с помощью шестов, и ходячие не особо дергались. Чан чувствовал себя так, будто пытался поймать бешеную собаку, хотя на самом деле это был другой... человек. Они протащили пойманных ходячих через (к счастью) пустую подземную парковку под больницей на поверхность, после чего решили провести операцию прямо снаружи здания. Они привязали первого ходячего к столбу электропередачи, прежде чем захватить другого. Минхо сел на него (с большим отвращением и небольшим колебанием), пока Чан вынимал свой мачете из-за спины. Ему это не нравилось. Но сегодня ему не нужно было больше грязи на руках Минхо. Ходячий бился и пытался повернуться и поцарапать Минхо, у него была кровь под ногтями, и его явно укусили в плечо, так как с места укуса свисала кожа, вся гнилая и почти черная. В остальном ходячий находился в приличном состоянии, у него было несколько гнилых порезов тут и там, но он точно застрял в морге с первого дня и не сгнил так уж сильно. Однако он все еще вонял, и Чан хотел покончить с ним как можно быстрее. Поэтому сначала он отрубил руки от запястий, чтобы тот не схватил и не поцарапал ничего, просто на всякий случай. Мачете легко прорезал гнилую плоть, но с костями было все сложнее, и Чану пришлось рубить лезвием через суставы. Затем он отрубил ходячему руки от плеч, прежде чем приказать Минхо развернуть его и удерживать голову. Парень выглядел очень недовольным, но все равно сделал так, как ему сказали. Он отказался смотреть на гниль, сочащуюся из кишок. Это было неестественно. Оттуда должна была сочиться кровь, существо должно было выть от боли, но этого не произошло. Оно просто рычало. Оно не кричало от боли. Когда Минхо поднял голову ходячего, Чан решил, что будет легче отпилить нижнюю челюсть, поэтому он так и сделал. Его чуть не стошнило от запаха, но он сдержался, он делал и хуже, он вонял хуже, гниль на его руках была ничем по сравнению с количеством крови на них. А затем они сделали то же самое с другим ходячим. И теперь у них было два зомби без рук и челюстей, пытающихся добраться до них со столба, к которому все еще были привязаны. Это было довольно забавно в своей неуклюжести. Чан почти рассмеялся, но затем он повернулся к Минхо, который явно пытался восстановить свое чувство юмора и самообладание после небольшой заминки. — Уже почти полдень. Давай отведем этих двух плохишей к Бульдозерам и уберемся отсюда как можно скорее с фургоном. *** — Молодцы, Чан и Минхо. Я знал, что могу доверять вам двоим. Хёнджин снова улыбался им со своего трона. Ходячие, все еще с петлями на шеях, пытались добраться до него, затем до Чана, затем до любого, кто стоял вокруг них. На этот раз людей было гораздо меньше, Чан решил, что у Бульдозеров были другие дела, или, возможно, Хёнджин дал им какое-то задание. Что бы это ни было, Чан был рад, что меньше людей дышат ему в затылок. — Конечно, конечно! Ничего такого, с чем мы не справились бы! Минхо улыбнулся Красному Королю, почти заставив Чана закатить глаза. «Ничего такого, с чем мы не справились бы». Ха. Ну, возможно, Чан не мог винить Минхо за ​​панику. Это было бы не по-человечески. — Я полагаю, ты заслужил свой фургон. Он один из лучших, его немного модифицировали, но хвастаться нечем. Наверное, хуже твоего, Чан. Парень кивнул. — Я уверен, что для нас все подойдет. Так и есть. Чан хотел как можно быстрее убраться из города, прежде чем безумие Бульдозеров начнет распространяться и на него. И он хотел узнать, ждали ли их остальные. Или они попали в засаду. Черт, Бульдозеры могли взять их в плен, а Чан и Минхо ничего об этом не знали! Чан просто надеялся, что все в порядке. — Возьмите ходячих и отведите их на третий этаж, — приказал Хёнджин, и двое его людей двинулись к зомби, чтобы забрать шесты у Чана и Минхо, прежде чем утащить ходячих наверх. Минхо помахал им вслед, он явно пытался дистанцироваться от бывших людей, называя их «маленькими собачками». — Мне грустно видеть, как ты уходишь, Чан. Но мы всегда выполняем свои обещания здесь, в Бульдозерах. Джиён, я думаю, ключи у тебя, — улыбнулся Хёнджин своей спутнице, стоявшей на краю комнаты. Он выглядел... не так. Что-то в Хёнджине было немного не так, его взгляд метался по сторонам, он продолжал постукивать пальцами по подлокотникам своего трона, но Чан знал, что это было для... сохранения образа. Хёнджин всегда так делал, когда нервничал. Джиён покрутила ключи на пальцах, сделала несколько шагов к Чану и Минхо, прежде чем Красный Король внезапно снова заговорил: — Подожди! Я совсем забыл! О нет. Чан точно знал, что он забыл. Он хотел, чтобы Бульдозеры избавились от этой привычки, но, похоже, это было невозможно. Он закрыл глаза на секунду и вздохнул. Он забыл предупредить Минхо об этом. — Ли Минхо, — Красный Король медленно произнес его имя, жадными глазами глядя на парня. — Боже мой, как я мог забыть! Ли Минхо, ах, Минхо. Мы собираем секреты, и я боюсь, что я просто так раскрыл тебе самую глубокую и темную тайну нашего маленького убийцы, так что теперь я должен узнать и твою. Я считаю, что ни один человек, у которого нет секретов, не смог бы выжить в этом великом мире, так что скажи мне, Минхо. В чем твой секрет? Секрет, который ты никому не рассказывал, секрет, который ты унесешь с собой в могилу. Чан перенес вес на другую ногу, заложив руки за спину. Придумает ли Минхо секрет и солжет? Просто произнесет его мимолетно? Или он действительно расскажет что-нибудь о себе? У Хёнджина была власть, он уже закрепился за ней, и если Бульдозеры поймают кого-то на лжи, результат будет не очень хорошим. Чан все еще не был уверен, насколько Хёнджин стал Бульдозером. Все это было театром? Или это был просто... новый Хёнджин? Чан не знал. Он не знал, и он не хотел больше оставаться в казино, чтобы узнать это. — Секрет, который я никому не рассказывал? Хм. Минхо задумался на мгновение, нахмурившись. Чан хотел шепнуть ему, что ему не нужно этого делать, раз он не любит говорить о себе, просто придумать ложь и надеяться, что никто его не поймает. — По крайней мере, никому из ныне живущих... Могу ли я спросить, Король, что ты делаешь со своими секретами? Раз уж ты их собираешь, — спросил Минхо, слегка наклонив голову. — Мы просто собираем их. Мне нравится иметь компромат на людей. Это волнительно, — промурлыкал Хёнджин. У него была эта особая речь, тихая, медленная, но все же, она каждый раз привлекала внимание. Прямо как у старого Короля. Он учился у лучших, он быстро перенимал привычки. Бульдозеры работали очень похоже на Комнату 76, понял Чан. — А, понимаю, я тоже так раньше делал. Думаю, я все еще могу так делать, просто... в нашем мире это уже ничего не стоит, — мягко улыбнулся Минхо. — О? Это связано с твоим секретом? — Это точно, — ухмыльнулся Минхо, взглянув на Чана, прежде чем снова обратить внимание на лидера Бульдозеров. — Видишь ли, я часть Призраков. *** Они забрали свои вещи, забрали свой фургон и уехали из города. Чан ничего не сказал. Минхо. Ли Минхо, часть Призраков. Призраков. Вот почему, вот почему он знал, как убивать, вот почему у него была эта знакомая аура, он был частью Призраков. Он был Призраком. Кто такие Призраки? Они были... группой. Организованной преступной группировкой. Они были везде и нигде одновременно. Никто не знал, сколько людей работали в Призраках, никто не знал, откуда они пришли, какие места станут их целью в следующий раз, грабеж, воровство, кого они убьют, где они будут сеять хаос в следующий раз. Минхо был частью Призраков. Даже Чан не предвидел этого. Черт, Ли Минхо был Призраком. Ебаным Призраком. Или, может быть, Чан предвидел это. Он просто не знал, что именно это было, был ли Минхо бывшим убийцей, может быть, частью преступного мира в других отношениях, или что, может быть, частью небольшой преступной организации, но частью Призраков? Он так молод! С другой стороны, как и Чан. Возможно, Минхо тоже был втянут в Призраков в очень юном возрасте. Просто... Призраки были такими скрытными, они были невидимыми, и теперь один из них сидел рядом с Чаном, пока он вел незнакомую машину по улицам города к шоссе. Призраки были незнакомыми для Чана. Да, он слышал о них, но они в основном действовали в местах, где Чан не был, в совершенно других областях. Действовали. По-видимому, их больше не существовало. Чан помнил, как Комната 76 шепталась о Призраках, как они создавали планы как поймать их или, по крайней мере, найти, как-то узнать, как они работают, поскольку полиция просто не способна этого сделать, и они были угрозой для тех, кто владел Комнатой 76. Чан не принимал участия в этих разговорах, он не заботился о Призраках, кроме того, что восхищался тем, как они оставались незаметными, но все равно вызывали перешептывания каждый раз, когда что-то делали, и оставляли записку со словом «Призрак» после себя. И вот Минхо, Призрак, был здесь. Убийца из Комнаты 76 и Призрак сидели в фургоне Чана. Как тесен этот мир. — Чан, ты злишься, что я ничего не сказал? — спросил Минхо, прислонившись к оконной раме. Их новый фургон был немного меньше, потрепаннее, но у него были защитные щитки вокруг шин и передней части фургона. Чан надеялся, что все его вещи поместятся в багажник. Он также надеялся, что в нем не спрятались ходячие, потому что Чан не потрудился проверить перед отъездом, он спешил уйти от давящего взгляда Джиён и слов «Увидимся, красавчик». И от воспоминаний о Комнате 76, которые пробудил в нем Хёнджин. К счастью, Красный Король не пришел попрощаться с ними. Что было, возможно, немного странно, но… ну, Чан не жаловался. Совсем. — С чего бы мне злиться? Я ведь тоже ничего тебе не говорил, — сказал Чан, ведя фургон по дороге, ведущей к шоссе. Ходячий полз к улице. — Но я догадывался, что у тебя что-то в рукаве. — И ты думаешь, я не использовал ту же логику на тебе? Убийца убийцу видит издалека. Твое лицо не такое уж незнакомое. Чан взглянул на Минхо, у него была та же самая ухмылка, которая искривляла уголок его рта, как и всегда. — Как поэтично, Чан. Ты не расстроен из-за меня? — С чего бы мне расстраиваться? Не то чтобы у нас было много поводов для обид посреди пустоши, среди всех этих ходячих. Чан повернул руль, въехал на пандус. Амортизаторы фургона были не такими хорошими, как на его собственном. Он знал, что будет скучать по своему старому фургону. Чан не мог игнорировать небольшую волну облегчения, разлившуюся в груди, когда в поле его зрения появились теперь уже знакомая розовая машина и джип. Они были немного прикрыты, спрятаны между другими машинами, чтобы выглядело так, будто они стояли там целую вечность. Очень скоро он увидел Джисона, выходящего из одной из машин с пистолетом в руках. Задняя дверь его фургона была слегка приоткрыта, Чанбин просунул в нее голову. Чан остановил новый фургон рядом со старым фургоном, он увидел, как Феликс выпрыгнул из старого фургона вслед за Чанбином. — Давай перенесем все в новую машину и уедем отсюда, — сказал Чан Минхо, прежде чем выйти из фургона. — Ох, блять, спасибо, что вернулись, — услышал Чан крик Чанбина. Чонин явно был с Джисоном и, по-видимому, Сынмином в розовой машине, и они тоже подошли к ним. По крайней мере, они, похоже, узнали друг друга получше за время маленького приключения Минхо и Чана в городе. — Как вы? Что нашли? Где ты взял машину? — спросил Чонин, взглянув на ржавый новый фургон и выгнув бровь. — В городе живут замечательные люди, которые подарили нам его! Минхо улыбнулся, стряхивая фургонную пыль с пальто. Он явно давно не использовался. Чан не смог сдержать фырканье. — Не такие уж и замечательные? — спросил Чанбин. — Если можно назвать банду кровожадных людей, которые только и ждут, чтобы ты совершил ошибку, восхитительной, то, полагаю, мы отлично провели время, — пробормотал Чан, прислонившись к задней двери фургона. — Или тот факт, что нам пришлось охотиться на зомби, чтобы заполучить машину, не говоря уже о том, чтобы стать свидетелями нескольких самоубийств в течение получаса, тогда я отлично провел время с Бульдозерами. — Чан! Ты портишь все веселье! — заныл Минхо, чуть не хлопнув Чана по плечу, но Чан быстро отстранился. — Боже. Что за черт? — Чанбин, по-видимому, не мог поверить своим ушам, Феликс выглядел несколько расстроенным. Чанбин обошел новый фургон и рассмотрел его получше. — Он не так защищен, как прошлый, — он кивнул в сторону старого фургона. Чан кивнул. — Это все, что у нас есть на данный момент. С нами все будет в порядке, если только не будет огромной орды ходячих, через которую нам нужно будет проехать. — Надеюсь, не будет, — пробормотал Минхо себе под нос. — Все в порядке? Вы прекрасно провели время без нас? Вы все теперь кажетесь друзьями, это здорово. Сынмин пожал плечами, Чонин тоже. — К нам подошли несколько ходячих, и мы их убили, в остальном было тихо. Не думаю, что нас заметили… люди или кто-то ещё, — сказал Сынмин. — Если бы вас заметили, вы бы уже знали об этом, — сказал Чан, повернувшись к двери и положив руку на щеколду. — Понял. Полагаю, мы собираемся загрузить все вещи в новую машину и снова отправиться в путь? — сказал Чанбин, и Чан кивнул. Он открыл багажник, услышал щелчок щеколды, а затем еще один щелчок, и прежде чем успел опомниться, что-то металлическое прижалось прямо к его лбу. Все замерли. Чан сразу узнал, кто стоит перед ним, черные армейские ботинки были точно такими же, как у него. Дуло пистолета было холодным. — Хёнджин, — пробормотал Чан, не сводя глаз с брюк Хёнджина. Он направил на него пистолет. — Кристофер, — пробормотал Хёнджин, сильнее прижав пистолет к коже Чана, заставив его отступить на два шага. Хёнджин последовал за ним. Сзади Чан услышал, как кто-то потянулся за пистолетом. Он медленно поднял руки по обе стороны от себя, показывая Хёнджину, что у него нет оружия. Даже если они оба чертовски хорошо знали, что Чан способен убить Хёнджина и без оружия. — Ну, это честь, дорогой Король, но мы немного заняты… — Ты вывезешь меня из этого города. Хёнджин прервал речь Минхо, полностью проигнорировав его. Чан чувствовал это, взгляды, устремленные на него. Все они, взгляд Хёнджина был самым пристальным. Чан сделал шаг назад, затем еще один, и Хёнджин позволил ему отстраниться. Дуло все еще было направлено на Чана, тот узнал модель. Это был знакомый пистолет, у него был такой же, привязанный к поясу. Чан сглотнул. — Хёнджин… — Вы заберете меня из этого города, — повторил Хёнджин. Холод давно исчез из его глаз, взгляд пылал. Чан видел легкую дрожь в руке, держащей пистолет. У его ног лежала сумка, другая рука была на поясе, готовая вытащить еще один пистолет, чтобы направить его на кого-то еще, если понадобится. Чан слышал, как кто-то заряжает свой пистолет позади него, скорее всего, Чанбин, потому что Минхо застыл рядом с Чаном. — Я не могу вернуться, — прошептал Хёнджин. Чан сделал еще один небольшой шаг назад, все еще держа руки по обе стороны головы. — Мы не едем… — Мне все равно, куда вы направляетесь! Ты заберешь меня из этого города! — закричал Хёнджин. Несколько мгновений тишины. — Ты возьмёшь меня с собой. Мне все равно, куда вы едете. Ты не оставишь меня здесь. — Хёнджин… — Ты не оставишь меня здесь, как пять лет назад! И вот оно. Чан услышал, как сзади кто-то удивлённо вздохнул. — Ты не оставишь меня, как пять лет назад! Ты не оставишь меня! Ты обещал мне, ты обещал нам, что мы будем держаться вместе, ты был лидером группы, мы доверяли тебе! И что ты сделал? Ты бросил нас! Ты оставил нас там, у дверей нашей базы, умирать! Ты не появился, как обещал! — Я не… — Ты оставил нас там, — голос Хёнджина сорвался. Теперь его рука заметно дрожала. — Мне было семнадцать, Чан! Как ты думал, я должен был выживать? Знать, что делать, куда идти? Как ты думал, мы выживем, когда это ты сказал нам оставаться на месте в такой опасности! Ты сказал нам, ты обещал нам встретить нас у входных дверей! И тебя там не было. Ты не появился. Как ты думал, мы выживем? Чан закрыл глаза и сделал судорожный вдох. — Я не… — Я видел, как умирают мои друзья, Чан. Наши друзья. Я видел, как ходячие врываются в двери и разрывают их на части, и мне пришлось бежать одному. А тебя там не было, и ты обещал. Тебя там не было! — Какого черта… кто, черт возьми, этот парень? Чан услышал шепот позади себя. — Заткнись, Джисон. — Ты оставил нас. Как ты думал, мы должны были выживать без тебя? Чан увидел слезу, скатившуюся по щеке Хёнджина, дрожь во всем его теле. Он винил Чана во всем. Он винил Чана за то, что тот оставил их. Чан знал, что это была его вина, он знал это, и он жил с этой виной последние пять лет. — Я не… — Тебе нечего сказать? — Я не был на базе! — наконец признался Чан. — Меня не было в Комнате 76. Я был на полигоне на старых складах. Я был там с Хёнсу, потому что он отставал и нуждался в дополнительной помощи. Меня не было на базе, когда она пала. Я уже тогда бежал от ходячих с Хёнсу. Орда добралась до складов. Наступила тишина. Остальные знали, что нужно держать рты закрытыми. Хёнджин все еще направлял пистолет на Чана, его рука дрожала. Он взвешивал, были ли слова Чана правдой. — Мне жаль, — прошептал Чан. — Ты даже не пытался связаться с нами. Ты даже не пытался искать нас. — Я пытался. Я пытался позвонить, но линии оборвались, и мы убежали в горы с другими выжившими. — Ты недостаточно старался! Чан глубоко вздохнул. Да, технически он знал, что не виноват в том, что пришлось пережить Хёнджину. Он знал, что не виноват, когда дело дошло до попыток добраться до выживших из Комнаты 76. Да, он все еще винил себя. Он винил себя за то, что пошел на тренировочную площадку в тот день, просто потому, что ему было неприятно видеть, как Хёнсу получает наказания за то, что не может идти в ногу с другими учениками. Он винил себя за то, что не вернулся. Он винил себя за все. — Пак Джехван сказал мне, что вы все ушли, когда я несколько месяцев спустя добрался до Базы 41. — Конечно, он так сказал, — выплюнул Хёнджин. — Мне жаль. — Нет, ты не виноват. — Я виноват, Хёнджин. — Ты возьмешь меня с собой, чтобы искупить вину. — Мы на задании, мы не собираемся… — Мне плевать! Я не могу вернуться! Я больше не могу вернуться, иначе я снова окажусь в этих бассейнах! Какая бы плотина ни была внутри Хёнджина, она, очевидно, наконец-то рухнула: — Я не могу вернуться, понимаешь? Они разорвут меня на куски! Мне пришлось убить последнего короля, чтобы занять трон и не погибнуть самому, это было два месяца назад, мне нужно уйти! Они продолжают спрашивать, они продолжают приставать ко мне, когда мы пойдем за заключенными, нам нужны заключенные, мы хотим немного повеселиться и убить людей и бросить их в бассейны с зомби, и знаешь, что я им постоянно говорю? Мы пойдем на следующей неделе, мы пойдем через две недели, нам нужно больше времени, нам нужно то и это, мы пока не можем пойти! И у меня заканчивается время и оправдания, Чан! Я не могу вернуться. Я не могу вернуться в этот ебаный цирк и пачкать руки все больше и больше и смотреть, как все больше людей разрывают на части. Я не могу вернуться! Чан снова сглотнул и медленно опустил руки, когда Хёнджин понемногу опустил пистолет. Хёнджин втянул воздух, нижняя губа задрожала. — Я не могу вернуться. Тебе нужно вытащить меня отсюда, — прошептал он. — Они уже заметили, что я ушел, и им это не понравится. Чан это знал. И он чертовски хорошо знал, что случится с Хёнджином, если Бульдозеры узнают, что он пытался сбежать. — Ладно, — выдохнул он. Как будто у него был другой выбор. Как будто его вина позволяла ему сделать другой выбор. — Ладно. Ты идешь с нами. Хёнджин закрыл глаза и уронил пистолет, опустился на колени и прижал голову к земле, являя собой что-то среднее между облегчением и поражением, этот момент наконец настал. Чан увидел, что пистолет не был заряжен. — Эм, какого черта… — Джисон. Чан осторожно шагнул вперед, услышав, как Хёнджин судорожно вздохнул. Вся его сила и угроза, казалось, улетучивались с каждым всхлипом, и внезапно Чан вернулся на пять лет назад. Хёнджин, слишком маленький и немного неуклюжий, пытался не отставать от старших, только чтобы получить выговор, пощечину за то, что не смог ударить достаточно сильно. Хёнджин, свернувшийся калачиком в своей кровати и плачущий, Хёнджин, кристальные слезы благодарности текли по его щекам, когда Чан выбрал его в свою группу, несмотря на то, что все знали, что он сделал это из жалости. И посмотрите, кем он стал. Одним из лучших убийц своей возрастной группы в Комнате 76. Одним из немногих выживших из Комнаты 76. Чан видел в Хёнджине такой большой потенциал, которого не видели другие, и Хёнджин достиг высот всего за полгода. Чан слегка коснулся спины Хёнджина, увидел, как мальчик вздрогнул под кончиками его пальцев, прежде чем он приподнялся ровно настолько, чтобы вцепиться в Чана. Хёнджин обнял его, уткнулся головой ему в плечо. Чан осторожно притянул мальчика в крепкие объятия, он чувствовал, как туго сворачивается узел в его горле. Хёнджин был жив. И Хёнджин был в его объятиях. Хёнджин дрожал, он рыдал, Чан слышал, как за его спиной разряжается пистолет. — Мне жаль, — прошептал Чан еще раз в волосы Хёнджина. Он знал, что никакие извинения никогда не искупят того, что пришлось пережить Хёнджину, но, по крайней мере, он мог попытаться. — Так кто, черт возьми, этот парень? Может кто-нибудь наконец рассказать нам, что происходит? — снова спросил Джисон. — Эээ… Думаю, эти двое знают друг друга, — пробормотал Чанбин. — Этот парень в объятиях Чана – глава банды, которую мы встретили, — сказал Минхо, — который, похоже, хочет сбежать. И они знают друг друга. Они оба были частью Комнаты 76. Чан замер. Снова. — Комната 76? — спросил Чанбин. — Какое-то специальное подразделение… — Это академия, которая готовит убийц. Что-то вроде того. Владеет ею мой отец и куча других. Или что-то в этом роде. Я не должен об этом знать. Но я слишком любопытен для собственного блага, — перебил Чонин Минхо. — Убийц? — Чанбин казался слегка шокированным. — Да. — Так что теперь с нами два обученных наемника? Черт возьми. — А это имеет значение? — спросил Минхо. Удивительно, но он звучал немного… раздраженно? — Я почти уверен, что у каждого из нас есть скелеты в шкафу. Я был частью печально известных Призраков, а Сынмин взламывал все, что мог, и он знал о распространении вируса за два дня до того, как все началось. Может ли кто-то, кто не делал никаких подозрительных вещей, поднять руки? — Я бы не назвал убийство людей за деньги подозрительным дерьмом. — Чанбин, ты служил в ебаной армии. Тебе платили за убийства. Так называемые враги — это такие же люди. Тишина. Хёнджин больше не дрожал так сильно, но он все еще крепко держал Чана. Тот выводил успокаивающие круги по его спине, глаза все еще закрыты. — Я так и думал. Никто. Все мы одинаково виновны, и неважно, кем мы когда-то были, мы находимся посреди пустоши. Если уж на то пошло, я чувствую себя в большей безопасности, когда рядом с нами два обученных наемника. Чан не был полностью уверен, почему Минхо так яростно защищал его и Хёнджина. Возможно, Чан был немного благодарен за это, и он заметил, как Минхо использовал его формулировки. Он не был готов говорить о своем прошлом с этими людьми теперь, когда секрет был раскрыт. Который даже не был на самом деле секретом, никто просто не спрашивал Чана, был ли он убийцей. Он просто... избегал этой темы. Потому что это было то, в чем он был хорош. Избегать вещей. Хёнджин немного пошевелился, Чан знал, что он, вероятно, слушает других, но именно таким Хёнджин всегда был — скрывался, маскируясь под немного жалкого человека, просто чтобы ударить как гадюка, когда ему нужно было. За исключением того, что теперь он не маскировался, больше нет, это был Хёнджин, настоящий Хёнджин, которого знал Чан. Не безжалостный Красный Король Бульдозеров. Не тот человек, которого он видел сидящим на троне с ухмылкой, дергающей уголки его рта. Хёнджин, мальчик, который никогда не принадлежал к Комнате 76, сейчас был в его объятиях, даже если все это казалось таким невероятно сюрреалистичным. — Нам нужно скорее идти, нам не нужны Бульдозеры, преследующие наши задницы, — пробормотал Чан в волосы Хёнджина. Он почувствовал, как Хёнджин кивнул и немного отстранился, вытирая слезы с лица. Чан заправил его прядь волос за ухо, как и пять лет назад. Это было своего рода привычкой, тем, как Чан утешал Хёнджина, когда нужные слова не приходили в голову. Поскольку они не приходили большую часть времени. — Да, я... Да. Хёнджин явно вздохнул с облегчением. Они оба знали, что он не нажал бы на курок, он не был таким человеком, но он был достаточно отчаянным, чтобы разыграть настолько убедительную игру, что Чан не смог бы его оставить. В некотором смысле, это также создало контраст между Хёнджином сейчас и Красным Королем Бульдозеров — Хёнджин был в отчаянии, Красный Король был безжалостен. Красный Король нажал бы на курок, чтобы добиться своего, Хёнджин бы этого не сделал. — Все кончено, ладно? Ты едешь с нами, — пробормотал Чан еще раз, держа Хёнджина за плечи. Мальчик шмыгнул носом и снова кивнул, выполз из багажника машины и встал рядом с Чаном. Немного неловко он посмотрел на остальных. — Эм. Нам нужно перенести вещи из старой машины в новую. Быстрее, — сказал Чан. Он не собирался сейчас никому ничего объяснять, он может сделать это вечером. Остальные кивнули, Чанбин убрал пистолет обратно в кобуру на поясе, то же сделал и Чонин. — Тогда приступим к работе, — пробормотал Чанбин и бросил ключи от фургона обратно Чану. Вместе они перенесли большую часть вещей, которые были в машине Чана, начиная от оружия и содержимого полок до маленького холодильника и галлонов воды и газа, матрасов и генераторов на случай... ну, всего на свете. Чан знал, что будет скучать по мелочам из своего старого фургона, от ржавых пятен на потолке, на которые он пялился слишком много раз, не в силах заснуть под свои дурацкие старые компакт-диски, которые он в последнее время не слушал. Модель нового фургона была немного старее, и в нем не было проигрывателя компакт-дисков, поэтому Чан знал, что теперь ему придется полностью отдаться болтовне Минхо. Если только Минхо не будет милашкой и не уступит свое место Хёнджину, потому что впереди было недостаточно места для трех человек. Им потребовался час, чтобы заполнить машину, Минхо жаловался, что он голоден, но Чан сказал ему, что они приготовят ужин, как только уедут далеко от города. Хёнджин тоже помогал, он ни с кем не разговаривал, на самом деле, он, казалось, сторонился всех. Он также постоянно прислушивался и оглядывался, пытаясь понять, не нашел ли их кто-нибудь из Бульдозеров. После того, как они закончили, Чан просто остановился, чтобы на мгновение посмотреть на старый фургон, чувство легкого разочарования и необходимости отпустить бурлило в его груди. — Почему ты не смотришь на меня таким же взглядом? — прокомментировал Минхо. — Потому что ты не друг, который был со мной все эти годы и помог мне преодолеть множество орд зомби. — Я мог бы им быть. Чан фыркнул, а затем повернулся к остальным и подошел немного ближе к Хёнджину, который держал свою потрепанную спортивную сумку на плече. Он взглянул на Минхо. — Ладно, мы готовы тронуться в путь. И, э-э, в фургоне есть место только для двух человек, и... — Я не уступлю свое место, — объявил Минхо. Он скрестил руки на груди, осматривая Хёнджина с головы до ног. Хёнджин пытался спрятаться за Чаном (что было бесполезно, потому что мальчик был значительно выше Чана). Вот вам и милашка Минхо. — Ты знаешь этих людей? — пробормотал Хёнджин, Чан покачал головой. Он их не знал на самом деле. За исключением их имен. — Хёнджин может поехать с нами, — сказал Феликс. — У нас есть место для еще одного человека, он может поехать. Джисон явно был готов возразить, но Феликс бросил на него такой холодный взгляд, что Близнец тут же заткнул рот. Хёнджин ничего не сказал. — Он хороший, они все хорошие, — пробормотал ему Чан. Феликс нежно улыбнулся Хёнджину, прежде чем сделать несколько шагов вперед и протянуть ему руку. Немного нерешительно Хёнджин взял её в свою и пожал. — Меня зовут Феликс, а его зовут Джисон. Мы Близнецы, но не совсем. Парня со стальной ногой зовут Чонин, и я думаю, ты лучше знаешь его под именем Ян Чонин. Чан не упустил то, как дрожь пробежала по спине Хёнджина при этом имени. — Ян… — Хёнджин взглянул на Чана. Чан кивнул. — Ладно, — Хёнджин сглотнул. — Наша розовая машина, Джисон будет за рулем, тебе не придётся водить, — Феликс снова нежно улыбнулся. Чан не был полностью уверен, как этот парень способен быть таким... нежным, учитывая все, через что он прошел. — Ладно. Я, я думаю, что поеду с вами, — кивнул Хёнджин. — Отлично! — воскликнул Минхо и снова хлопнул в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание. — Тогда поехали! Это место меня пугает до чертиков, и я не хочу, чтобы за нами гнались кровожадные Бульдозеры!