Icarus Deranged

Они снова спали плечом к плечу. Наступило утро, стало немного легче впустить другого человека в свое пространство. Или, ну, не то чтобы у Чана были другие варианты, Минхо сунул ему тарелку, полную еды, как только Чан открыл глаза. Он даже сварил кофе (и удивился, как Чан может так крепко спать при всей этой суете вокруг, и тот чуть не ответил ему, что он давно научился отличать людей от ходячих, даже когда в основном спит). Или, возможно, было что-то еще. Может быть, присутствие Минхо не было таким... навязчивым теперь, когда Чан был вынужден проводить с ним время. Даже если Чан все еще едва знал этого парня. Он верил, что этот человек разбудит его на случай, если поблизости появятся какие-нибудь ходячие, и не будет пытаться притворяться героем. И в конце концов, Чан не был... он не был отшельником. Он просто слишком привык быть один и путешествовать в одиночку, но не то чтобы он... ненавидел компанию других людей. Ему было просто немного тяжело. Минхо, похоже, не возражал против этого, это очевидно. Хотя Чан все еще не мог понять, почему он не хотел проводить утро со своими друзьями. Когда солнце поднялось над горизонтом, они продолжили свое путешествие по дорогам, окруженным лесами. Чонин и Чанбин дежурили ночью, Сынмин был за рулем джипа, а Джисон сидел за рулем розовой машины. Чан снова спросил у Минхо, почему он просто не может сесть в другую машину, ведь в них для него есть место, но получил только ехидное «Я не даю тебе сбежать от нас» в ответ. Они немного поболтали вчера вечером, все они, Чан все еще ничего толком не знал о своих попутчиках. За исключением того, что Чонин был сквернословом, и он не поддерживал никакого контакта со своим отцом. Сынмин был тихим, как и Феликс. Джисон тоже был наблюдательным типом. Чанбин — нет. А Минхо часто погружался в свои мысли, когда вокруг него были люди. Асфальтированные дороги, по которым они ехали, были в ямках, Чан не мог ехать так быстро, как хотел бы, чтобы не сломать свою машину. Разговоры шли своим чередом, Минхо все еще пытался неумело флиртовать. Чан узнал, что Минхо хотел открыть ресторан, но, учитывая среду, в которой они жили, это было невозможно. Он также узнал, что Минхо хотел завести кошек, он очень любил кошек, но... ну, не в этом мире. Это были единственные факты, которые Минхо ему выдал. Чан все еще не знал, чем он занимается. Кто он. Зачем он здесь. Но он не спрашивал. Минхо сказал бы ему, если бы захотел. Чан не был в этом заинтересован, чем меньше он знал, тем легче ему было бы выстрелить парню в голову, если бы его укусили. Они пообедали на перекрестке, который вел к нескольким большим городам далеко впереди. Чанбин и Сынмин решили сесть с Минхо и Чаном, что было очень странно, но с другой стороны... они все были... своего рода товарищами по выживанию. Близнецы тоже поели, Чонин крепко спал и никто не смог его разбудить. Никаких разговоров, только несколько общих вопросов о направлении, Чан ничего не сказал, кроме «спасибо» Минхо, когда взял себе тарелку еды. Затем они продолжили свое путешествие. Чан был удивлен, что они до сих пор не увидели никаких ходячих, и Минхо, судя по всему, тоже. Они приближались к тем частям пустошей, по которым Чан раньше не проезжал, и он не был уверен, нервничал он или был заинтригован тем, что должно было произойти. Часть его хотела увидеть, что ждет их в Стартовой Точке. Часть его хотела просто добраться до Базы 47 как можно быстрее. Их путешествие пошло в сторону одного из крупных городов впереди, им нужно было ехать по шоссе, огибающему его, чтобы попасть на другую сторону. Чану не очень нравился этот город. Он был в нем и встречал здешних людей. Это было одно из тех мест, где человеческая натура действительно достигла своего дна после распространения вируса, и Чану не повезло столкнуться с этим. Он просто надеялся, что они проедут этот город как можно быстрее. Но, конечно же, все пошло не по плану. О нет. Чан не был любимчиком Госпожи Удачи. Когда они поднимались по пандусу, чтобы попасть на шоссе, Чан услышал ужасный шум в двигателе, затем что-то похожее на жужжание, и прежде чем он понял это, его педаль газа перестала работать. — Что происходит? — спросил Минхо, он выглядел немного обеспокоенно. Чан снова попытался нажать на педаль газа, когда машина начала замедляться. И еще раз, а затем он надавил на неё сильнее, но это было бесполезно, машина издала еще один ужасный звук, на этот раз откуда-то снизу Чана, и он почувствовал, как что-то лязгнуло и, вероятно, упало на землю. — Чан? — Заткнись. Машина продолжила замедляться, пока не остановилась. — Блять, — выругался Чан себе под нос, потянул ручник, поспешно открыл дверь и выпрыгнул из фургона. Он быстро огляделся — было тихо, никакого движения. Чан открыл капот машины, и из-под него вырвалось облако дыма. — Да вы, блять, издеваетесь? — прошипел Чан сквозь зубы, кашляя и пытаясь отогнать дым. Минхо быстро последовал за ним, Чан заметил, что тот достал пистолет. Умно, наверное. Остальные остановили свои машины позади фургона Чана, выглядя обеспокоенными. Сынмин спрыгнул с водительского сиденья, Чанбин последовал за ним. — Насколько все плохо? — спросил Минхо. — Плохо, — пробормотал Чан. Двигатель продолжал дымить, внутри что-то шипело. Выглядело странно. Некоторые части были не на своих местах, но Чан понятия не имел, как это должно выглядеть, когда оно в хорошем состоянии. Он заглянул под машину и увидел, что несколько труб отвалились и волочились по земле. Блядский хуй. Блять. Блятьблятьблять. Чан снова встал, едва не пнув шину фургона от досады. Он знал, как исправить мелкие неполадки в машинах, но это было не мелкой проблемой. Вероятно, ему нужен был совершенно новый двигатель. И какие-то трубы или еще что-то. Ему нужен был Кан Янхён. Но у него был только обеспокоенный Минхо, который на этот раз знал, что нужно держать рот закрытым, и куча незнакомцев. — Кто-нибудь из вас знает, как чинить машину? — спросил Чан, голос стал немного громче. Сынмин покачал головой, как и Чанбин, который тоже присел и заглянул под машину. — Ох, блять, — пробормотал он себе под нос. — Нет. Извини, босс. Джисон опустил окно. Они были достаточно умны, чтобы не выходить из машины. — Феликс и Чонин тоже не знают. Чан прислонился к фургону, на мгновение закрыв глаза. Он позволил гневу охватить его, проникнуть в его сердце, он позволил ему превратиться в боль в затылке, прежде чем снова открыл глаза. Он точно знал, где они находились, и что им придется делать. И ему это не нравилось. Ни капельки. Он не... блять. Просто пиздец. — Нам нужна новая машина, — наконец выдохнул он и выпрямился, а затем с глухим стуком закрыл капот машины, который был немного громче, чем нужно, поэтому заставил Минхо подпрыгнуть. Чанбин в замешательстве выгнул бровь. — Ну, вокруг их полно, — Сынмин указал на брошенные машины вдоль шоссе, на встречной полосе их было еще больше. — Они стоят здесь уже пять лет, они явно не будут работать. Я знаю, где можно взять машину. С улучшениями, — сказал Чан, обошел фургон и открыл дверь. Он взял один из рюкзаков, в котором была его маленькая версия набора для выживания. Несколько бинтов, вода, инструменты, оружие и все такое. Это то, что ему нужно, чтобы пройти пешком через город к месту назначения. — Но мы можем запихнуть все твои вещи в наши машины? — предложил Чанбин. Чан повернулся, чтобы посмотреть на него, а затем указал на заднюю часть своего фургона. — Ты правда думаешь, что мой арсенал оружия поместится в твой блядский крошечный джип? Щеки Чанбина залил красный румянец. — Н-ну, конечно, тебе ведь не нужно все это… — Нужно. Я, блять, не уйду без них. Вы все можете продолжить свое путешествие, я уверен, что вы прекрасно найдете дорогу к Стартовой Точке без меня. — Да, но… — Разве я спрашивал твое мнение? Чан знал, что был резок, но он был зол и не хотел слушать никаких других мнений, которые не имели никакого смысла. Чан знал, где взять машину, ему просто нужно было туда добраться. И он не собирался уходить без своих драгоценных вещей, которые уже много раз спасали его от смерти. Чан повернулся к Минхо, которого он определял в своей голове как лидера группы, как связующее звено между всеми ними. — Я собираюсь достать нам машину. Ты подожди здесь. Я могу отсутствовать несколько дней. Если я не вернусь через три дня, то попробуй выживать самостоятельно или что-нибудь в этом роде. Застрелись, если не найдешь другого выхода отсюда, — сказал Чан, закидывая рюкзак на плечо. Он преувеличивал. Конечно, остальные возьмут Минхо с собой. — А? — Минхо выглядел явно ошеломленным. — Я не собираюсь оставаться здесь. — Да, ты остаешься. Ты следишь за машиной и оружием вместе с остальными. Я не доверяю людям, которые живут здесь. Чан проверил, что пистолет в его кобуре заряжен и готов к стрельбе. — Нет. Я пойду с тобой. Остальные могут присмотреть за фургоном. Они наверняка обойдутся без нас какое-то время. — Нет, не пойдешь. Ты там для меня бесполезен. — И? Я не собираюсь смотреть, как ты уходишь и погибаешь, как единственный человек здесь с толикой блядского здравого смысла и инстинктом самосохранения, и как тот, кто знает, как использовать свой мозг. Я пойду с тобой. И это заявление вырвалось из уст Минхо с такой силой, что это удивило Чана. Минхо выглядел почти сумасшедшим, когда взял другой рюкзак, прежде чем достать из своей сумки нож и пистолет. В этом было что-то еще. Какого черта он так отчаянно вцепился в Чана? — Я не останусь здесь один, и ты не пойдешь туда, куда ты, блять, собираешься в одиночку. Я пойду с тобой. Лучше идти с кем-то еще, — объявил Минхо и закинул другой рюкзак Чана себе на плечо. Это был похожий рюкзак, полный вещей, которые Чану когда-либо понадобятся, если его машина сломается и ему придется продолжать свое путешествие пешком. Чан собирался возразить, но Минхо бросил на него взгляд, который был одновременно умоляющим и решительным. Ладно. Блять, ладно. Пусть оставляет остальных выживать самостоятельно. Разве Минхо не беспокоится о своих друзьях? — Я не принесу твоё тело обратно, — наконец сдался Чан, закрывая дверь и поворачиваясь к водительской стороне, чтобы запереть машину. — Я уверен, что где-то подобное уже слышал, — улыбнулся Минхо, стирая серьезное выражение лица. Чан вздохнул и закатил глаза, а затем оглядел дорогу, по которой они ехали. — Ладно, хорошо. Никуда отсюда не уходите. Постарайтесь спрятаться. Чан передал Чанбину ключи от машины. — Не общайтесь с людьми, если увидите их. Постарайтесь не стрелять в ходячих, если они подойдут близко, убивайте их только в случае необходимости. Притворяйтесь, что вас здесь нет, — сказал Чан, оглядывая группу. Феликс открыл дверцу и встал, прислонившись к ней. Он кивнул. — Я тоже пойду с тобой. Я буду полезен, — сказал Чанбин, и Чан бросил на него такой убийственный взгляд, что парень тут же заткнулся. — И? Сынмин взял ключи у Чанбина, он явно будет более ответственным. — А если мы не вернемся через три дня, то... Я не знаю. Делайте что хотите. Возвращайтесь на Базу 41 или еще куда-нибудь. Остальные снова кивнули. Чанбин нахмурился. — Охраняй оружие. Ты сможешь это сделать, солдат? — спросил у него Чан. Парень кивнул, между его бровями все еще была небольшая складка. Он был обеспокоен. Почему он был обеспокоен? Чан понятия не имел. Почему эти люди были такими пиздецки чувствительными? Как, черт возьми, они выживали все это время? — Что там? В городе? — спросил Джисон. — Ходячие и люди. У них есть рабочие машины. Я знаю лидера, — ответил Чан. Им не нужно было… знать остальные подробности. — Ладно. Мы останемся здесь. Будем как можно незаметнее, — фыркнул Джисон, взглянув на их розовую машину. Да. Чан просто надеялся, что их не заметят. Или что никто не придет искать их. Чан переключил свое внимание с группы на пандус, ведущий вниз. Машины, некоторые из них были разбиты и явно сожжены много лет назад, некоторые просто стояли посреди дороги, покрытые пылью. Дорога была потрескавшейся, холодные зимы добили ее без обслуживания. Было немного за полдень, небо было покрыто облаками, Чан не удивился бы, если бы скоро пошел дождь. Город на горизонте, насколько Чан и Минхо могли видеть, казался… серым. Безжизненным. Мертвым. Вздохнув, Чан решил спуститься по пандусу, по которому они только что пытались съехать. Минхо быстро последовал за ним, они молча прошли мимо машин, и свернули на улицу (Минхо помахал пятерым товарищам, которых они оставили позади, прежде чем они повернули), которая привела их под большой мост и в район, полный высоких многоквартирных домов. Чан продолжал идти близко к стенам, оглядывая каждый двор и перекресток, чтобы заметить ходячих, прежде чем они заметят их. Было тихо, их шаги эхом отпрыгивали от стен. Минхо продолжал дёргаться даже от малейшего звука. Гнилые тела, повсюду. Чан давно научился их игнорировать. Тусклые цвета, скрипучие двери, ветер, проносящийся по улицам. Заросли, бетонные блоки, этот город и в расцвете сил был некрасивым. — Итак, Чан, куда именно мы направляемся? — спросил Минхо, достаточно умный, чтобы говорить шепотом. — В восточную часть города, — тихо пробормотал Чан. — Зачем? — За новым фургоном. — Но фургонов полно, мы прошли уже как минимум три! — Фургон, который будет работать и в котором будет сделано хотя бы несколько защитных модернизаций. Чану хотелось, чтобы у Минхо было хотя бы на унцию больше здравого смысла. Или, может быть, он и был разумен. Разговоры были просто способом оставаться в здравом уме, наверное. — Ты имеешь в виду, что здесь действительно живут люди? Я думал, ты шутишь! Голос Минхо повысился, совсем немного, и Чан сердито посмотрел на него. — Да. Заткнись и продолжай идти, нам понадобится час или два, чтобы… добраться до них. И здесь, вероятно, есть зомби. Не вероятно. А будут. Потому что Красный Король создавала их, если они у нее кончались. Чан был встревожен. Да, он был встревожен, он не хотел снова встречаться с Красным Королем, но у него действительно не было других вариантов. Конечно, его последний... визит прошел просто отлично, то есть он не умер и не был укушен зомби, но ему все равно не понравилось это место. Или эта леди, которая называла себя Красным Королем. Она была безумна. Все в этом месте были безумны. И теперь Чану придется заботиться не только о себе, но и о Минхо, которого явно пугала тишина вокруг них. И он... ну, Красному Королю он не понравится. Совсем. Ей не нравились любопытные люди, ей не нравились громкие люди, ей нравились только те, кого она могла подчинить своей воле. Минхо не был одним из таких людей, Чан уже знал о нем достаточно много. Черт, он явно боялся ходячих и еще больше тишины, но все равно настоял на том, чтобы пойти с ним. Не было никакой надежды, что кто-то сможет подчинить его своей воле. Заброшенные торговые центры, треснувшие окна, тела друг на друге. Чан увидел одного, не свыкшегося с происходящим и повесившегося на собственном балконе. Скелет немного покачивался на ветру, облака слегка разошлись и солнце осветило улицу перед ними. Чан и Минхо прошли по большим улицам, ориентируясь по знакам над головами. Маленькие улицы всегда были большей опасностью, чем улицы покрупнее. Они прошли перекресток, там все еще было тихо, жутко тихо. Ветер развевал флаги рядом с магазином. От их шагов поднималась пыль. — Трудно привыкнуть к тишине, — прошептал Минхо. Чан промычал в ответ. Через пятнадцать минут ходьбы по заброшенному городу они пересекли еще одну улицу, приближаясь к центру города. Чан чувствовал, что становится все более и более настороженным, маленький убийца в нем выглядывал из-под слоев, под которыми он пытался его спрятать. Несколько столбов электропередач упали, им пришлось перешагнуть через них. Затем Минхо внезапно остановился, схватившись за рукоятку своего пистолета, уставившись на улицу, ведущую направо. Чан тоже остановился, пытаясь увидеть то, что видит Минхо. К ним полз ходячий. Его челюсть была вывихнута, ноги, скорее всего, сгнили или были отрезаны. Чан подозревал последнее, так как он не издавал никаких звуков, кроме ползания по асфальту. Его голосовые связки, вероятно, были разорваны. Кожа ходячего была серой, граничащей с зеленоватым, порезы, которые давно перестали кровоточить, потемнели до почти черного цвета после смерти. И глаза. Чан никогда не сможет забыть глаза и то, как белок в них превратился в болезненно-желтый. — Это не угроза для нас, — пробормотал Чан, но Минхо, казалось, не слышал его. Это. Это не угроза. Это. Больше не человек, только оболочка человека. Этот ползучий труп когда-то был кем-то. Теперь это было просто плотоядное существо на автопилоте. Как грустно. Или... ну, Чан не чувствовал скорби. Просто немного жалости, вот и все. — Эй. Ты меня слышишь? — снова сказал Чан, немного громче. Минхо все еще сжимал пистолет, его руки в перчатках тряслись. На его лице было жуткое выражение, что-то среднее между безумием и страхом. Он смотрел на ползущего ходячего, который все еще был довольно далеко от них. Это явно не было угрозой, Чан был почти уверен, что он перестанет двигаться через несколько дней и сгниет. Но Минхо явно так не думал. И он был где-то далеко в своей голове. — Минхо, пошли. Ходячий не представляет угрозы. По-прежнему никакого ответа. Стеклянные глаза, трясущиеся руки, Чан сделал шаг вперед и щелкнул пальцами перед глазами Минхо. Наконец он привлек его внимание, парень, казалось, вернулся к реальности. — И-извини, — пробормотал он себе под нос, отводя глаза от ползающего зомби и шагая в направлении, по которому они изначально шли. Чан надеялся, что парень не застынет так, если они случайно наткнутся на группу зомби. Минхо что-то пережил. Он пережил страшное, Чан был в этом уверен. Вероятно, на него напали, он потерял семью, ему пришлось бежать. Скорее всего. Это были самые распространенные истории, очень немногим удалось остаться на месте, только очень удачливым не пришлось столкнуться с ходячими, поскольку они уже жили в сердце безопасных зон, теперь известных как базы. Минхо не был одним из таких людей. И, возможно, Чану было немного жаль его. Город начал становиться немного более знакомым, Чан уже бывал в этих краях раньше. Он уже знал дорогу. В дальнем конце улицы Чан увидел трех ходячих, которые бродили медленно, очень медленно, они, скорее всего, уже были старыми, поскольку их шаги были шаткими и вялыми. Если Минхо их и заметил, он ничего не сказал, как и Чан, поэтому они просто молча прошли мимо них, ходячие тоже их не заметили. К счастью. Пятнадцать минут, понял Чан, когда они прошли мимо рынка, и вдали от них прошло еще несколько ходячих. Они все еще не заметили этих двоих, тихо идущих по улице. Через пятнадцать минут они доберутся до казино. — Когда мы доберемся до места, куда направляемся, мне нужно, чтобы ты держал рот на замке. Понял? — пробормотал Чан, нарушая тишину. — Зачем? — спросил Минхо, почти обиженно. Он явно пытался отыграться за то, что произошло всего двадцать минут назад, но Чан все еще видел, как он с силой сжимал в руках пистолет. По крайней мере, он знал, как им пользоваться. — Потому что в людях, с которыми мы сейчас встретимся, не осталось ничего человеческого. Одно неверное слово, и ты закончишь так же, как те ходячие там наверху. Чан взглянул на три тела, висевших на дорожном столбе примерно над их головами. — Но я очаровательный, милый и отличный компаньон, — надулся Минхо. — И, по-видимому, временами абсолютная заноза в заднице. Просто держи рот на замке, и я постараюсь вытащить нас обоих из логова Красного Короля живыми. С новым фургоном. Чан продолжал оглядываться, пытаясь заметить, не попадутся ли они в одну из многочисленных ловушек в городе, надеясь на лучшее. — Красный Король? — Это ее имя. Вся ее... банда называется Бульдозерами. — Звучит глупо, — Минхо слегка рассмеялся, прежде чем снова стать серьезным. — Не волнуйся, Чан, я не позволю чему-то случиться с тобой. — Я не думаю, что ты понимаешь, насколько серьезна наша ситуация. Эта женщина опаснее ходячих. И мы собираемся пойти прямо в ее королевство. Просто надеюсь, что у нее будет хороший день, иначе мы станем едой для ходячих. — Я уверен, что она не так уж плоха. Парень взглянул на Минхо и увидел, как его улыбка дрогнула, когда тот понял, что Чан говорит серьезно. — Ты станешь свидетелем вещей, которые никогда не забудешь, и будешь чувствовать себя абсолютно беспомощным перед ними. Не пытайся геройствовать, вот все, что я скажу. На самом деле, ничего не делай. Просто следуй за мной и молчи. Пока с тобой не заговорят. Тогда будь вежлив. Ты можешь это сделать? — спросил Чан. — Я постараюсь быть прекрасным, очаровательным собой. Понял, — ухмыльнулся Минхо. А затем в квартале от них выстрелил автомат. Чан развернулся на каблуках, он заметил, как пыль всколыхнулась там, где приземлились пули. — Какого черта? — выдохнул Минхо. — Нас приветствуют, — пробормотал Чан, как раз когда услышал что-то похожее на звук двух тяжелых дверей, раздвигающихся в квартале позади них. А затем раздался рев. Рычание, отскакивающее от бетонных стен, отражалось эхом, создавая грохочущий рев. Зомби. Их было много. Скорее всего, совсем свежие. И они следовали за звуками и движением. — Беги, — прошипел Чан, прежде чем выхватить пистолет из кобуры на поясе. Минхо на долю секунды испугался, но Чан схватил его за рюкзак и потащил к небольшому переулку, пока Минхо, наконец, не встал на ноги. Затем они побежали, шаги эхом разносились в тишине. Чан не видел зомби, но он мог слышать их, все еще в квартале, и по выстрелам он мог сказать, что ходячих направляли туда, куда они бежали. Конечно, Красный Король разместила своих снайперов на крыше. Они увернулись от нескольких мусорных баков, перепрыгнули через один, промчались мимо мертвых тел, которые, как решил Чан, были теми, кто был недостаточно быстр. Они свернули на другую улицу, на стенах виднелась засохшая кровь, Чан заметил одинокого ходячего, явно старого и в худшем состоянии, и выстрелил в него в упор, прежде чем Минхо успел заметить, что перед ними кто-то есть. Резкий поворот направо, они продолжили бежать, за ними снова раздались выстрелы, уже не так близко, а затем они внезапно вырвались из маленького переулка на большую территорию, и вот оно. Казино. Окруженное высоким забором из цепей и колючей проволоки, на котором застряло несколько зомби, все еще живых и пытающихся добраться до Минхо и Чана. Чан, все еще бегущий, быстро осмотрел пустую парковку, он не увидел других зомби вокруг и побежал к воротам. Никого не было. Но их заметили. Что Красный Король собиралась делать сейчас? — Что происходит? Она там? Почему ворота закрыты? Минхо попытался дернуть ворота, но они не сдвинулись с места. Чан слышал в его голосе животную панику. Он знал, что воротами можно управлять изнутри. На обочине рядом с ограждением лежало несколько тел, которые выглядели довольно свежими, похоже, кто-то недавно хотел навестить Бульдозеров. Снова выстрелы, эхо от рева становилось все громче. — Потому что она хочет посмотреть, как долго мы продержимся. Насколько мы напуганы, — сказал Чан, принимая устойчивую позицию и поднимая перед собой пистолет. Знакомо. Безопасно. Его мозг переключился на автопилот. Он выдохнул, очистив разум. Всего пять секунд потребовалось орде зомби, чтобы выбежать на большую улицу, ведущую к парковке казино. Рычащие, визжащие, как бешеные животные, гнилые и полуразложившиеся, но все еще слишком быстрые. Люди. Бешеные люди, которые жаждали плоти. Чан насчитал двадцать пять голов, прежде чем начал стрелять, руки расслаблены, не трясутся. Один, два, три, четыре, он выстрелил в одного спереди, и тот свалил троих, выиграв больше времени, затем еще один, семь, восемь, девять, десять, один упал и снова потянул за собой двоих, двенадцать, тринадцать, четырнадцать, пятнадцать, они приближались, рычание отдавалось эхом в какофонии с выстрелами, Чан схватил пистолет Минхо, когда у его собственного кончились патроны, шестнадцать, семнадцать, восемнадцать, девятнадцать, всего в трех метрах от них, а затем последние шесть, которые сильно отстали, так как упали. Когда мир вокруг них внезапно снова затих, он выдохнул, прежде чем вернуть пистолет Минхо, который застыл на месте, просто глядя вперед, как олень в свете фар. Чан толкнул его в плечо, и дрожащими руками Минхо забрал пистолет. Чан быстро зарядил свой пистолет, а затем услышал громкий вой сирены, ворота позади них открылись. — Это было первое испытание. Будем надеяться, что оно будет последним, — сказал он Минхо. Минхо ничего не ответил, но что-то в его поведении, казалось, изменилось после того, как он повернулся спиной к теперь уже мертвым ходячим. Вся его поза напряглась, он слегка приподнял подбородок, когда они вошли в ворота, оставив двадцать пять тел гнить позади них на парковке. Казино перед ними было не просто казино, это был отель. Очень дорогой, окруженный другими шикарными отелями. Когда-то здесь был работающий фонтан и красивый парк, окружавший отели, но теперь это были просто... заросли, сломанный бетон и живой зомби, запертый в фонтане. Вода в нем стала коричневатой. Плечом к плечу Чан и Минхо поднялись по мраморной лестнице, ведущей в казино. На них были пятна, в которых Чан узнал кровь. Они встали перед огромными, тяжелыми, позолоченными дверями, им пришлось немного подождать, прежде чем их тоже открыли. За ними, в вестибюле гранд-отеля, ждало знакомое лицо. — Кто еще это мог быть, если не ты? У ходячих не было ни единого шанса. Разве ты в прошлый раз не говорил, что не хочешь больше меня видеть? — Джиён, — Чан сумел изобразить на лице приятную, расслабленную улыбку. Это было то, с чем он был хорошо знаком: маскировка под миллион разных людей, подгон себя под человека, с которым разговаривал, но чтобы при этом не быть чрезмерно фальшивым. Джиён выглядела точно так же, на ней все еще было красное платье, бант в волосах и эта озорная ухмылка на лице. Только сейчас Чан понял, что он никогда на самом деле не маскировался перед Минхо. — И ты привел друга! Симпатичного, как мило! Джиён накрутила одну из своих прядей волос между пальцами, окидывая взглядом Минхо с ног до головы. — Приятно познакомиться, — улыбнулся Минхо своей очень приятной улыбкой. Это, это был образ, который он принял, когда Чан впервые встретил его. — Приятно. Идите, идите, Хозяин ждет вас двоих, особенно тебя, — Джиён подмигнула Чану, прежде чем повернуться на каблуках и провести их дальше в вестибюль отеля. Все выглядело грандиозно. Позолота и мрамор, высокие потолки и изящные светильники, а на крыше вместо люстры висела клетка с зомби. — Мило, — пробормотал Минхо себе под нос, достаточно громко, чтобы Чан услышал. Их провели по мраморным лестницам в помещение, которое когда-то было казино. Некоторые столы были еще целы, стулья и диваны в основном были отодвинуты в стороны. Бесконечные ряды игровых автоматов все еще жужжали и играли музыку, которая казалась слишком громкой для ушей Чана, создавая какофонию и контраст с тишиной внешнего мира. Здесь были люди, больше, чем раньше, они сидели за столами, некоторые сидели, облокотившись на барную стойку, несколько просто стояли со своими друзьями. И все они смотрели на Чана и Минхо. Бульдозеры. И они узнали Чана. Конечно, узнали. Чан чувствовал себя неуютно. Он чувствовал себя крайне неуютно, и он не мог избавиться от ощущения взглядов на себе. Джиён и ее черные туфли с низким каблуком, стучащие по полу, вели их в дальнюю часть казино, через еще одну пару причудливых дверей, в тронный зал. Так называлась комната. Она была освещена свечами, так много свечей, что Чан удивился, как они не умудрились сжечь все казино, пока его не было. Здесь был Мастер. Красный Король. Сидящий на могучем троне, расслабленный, с бокалом вина в руке. По обе стороны трона сидели два зомби на поводке, у обоих были вырваны челюсти и руки, оба пытались добраться до Красного Короля, но поводки едва давали им приблизиться к трону. Чан почувствовал, как кровь застыла, дрожь пробежала по его позвоночнику, весь его мир внезапно перевернулся с ног на голову. Красный Король пристально смотрел прямо на двух прибывших людей, и восторженная ухмылка тронула уголки его губ. Это был не тот Красный Король, которого Чан ожидал встретить. — Кристофер Бан. Давно не виделись. Чан сглотнул. Хван Хёнджин.