Icarus Deranged

— Понятия не имею, о чем ты, — Минхо взглянул на Чана, гадкая ухмылка растянулась на его губах. Чан не купился, совсем не купился на это. — Почему мою ебаную машину преследуют другие? Отвечай, или я остановлюсь прямо здесь! Угроза, кажется, сработала. — Хорошо, хорошо! — Минхо поднял руки перед собой в защитной манере. — Это просто мои друзья. Они составят нам компанию. Чем больше, тем лучше, верно? И безопаснее! — Не безопаснее! — почти закричал Чан, подумывая нажать на тормоз. Ох, терпение Чана лопнуло. Он был очень, очень сильно раздражен. Ему не нужен мертвый груз в путешествии, он не любил людей, он был один на протяжении нескольких лет, он не хотел, чтобы кто-то сидел в его гребаной машине, и тем более преследовал её! — Они профессионалы, окей? Они знают, как выживать. Они лучшие в этом, клянусь! Тебе не нужно приглядывать за ними, — настаивал Минхо. — Ну же, Чан, побудь лапочкой для меня! Уверен, ты и твоя сварливая задница смогут потерпеть две недели! — Да ты блять издеваешься, — прошипел Чан сквозь зубы, снова чуть резко не затормозив. Откуда столько дерзости?! — Нет! Клянусь, они великолепные! И смешные, как я! Конечно, Минхо был чертовски забавным. Почему, почему Чан позволил ему сесть в фургон? Почему просто не выпнул его отсюда? Он был ебучим наемником, он мог наставить ему в голову пистолет или ещё что похуже! Но, о нет, Чан стал слишком мягкосердечным, верно? Просто пиздец. Ебаный… Пиздец. Дорога начала закругляться, ворота за ними опустились, и Чан вдруг почувствовал, как их окружила оглушительная тишина. Все вокруг выглядело абсолютно безжизненным. Он понял, что Минхо тоже молчал, больше не защищая своих беспалевных дружков на джипе и ещё одной маленькой, но очень навороченной машине. Чан хотел остановиться, но не мог. Что-то подсказывало ему, что не нужно этого делать, было дело в ходячих или странное предчувствие насчет незнакомца – непонятно. Минхо зачем-то скрывал свою личность, за ним следовали его друзья, двое из которых раскрыли свои личности охранникам. Они что-то скрывали. Очевидно. Или Минхо скрывал. Чан не хотел лезть в это, но… он просто не мог выкинуть этого человека на улицу. Он выругался себе под нос и провел рукой по волосам. Он уже не мог повернуть назад, это было бы слишком хлопотно, это было бы странно, это бы вызвало подозрения, чего Чан допустить не мог, не с грифом секретности в его контракте. Поэтому он застрял. С Минхо и его кучкой друзей. — Уже жалеешь об этом? — спросил Чан, маленькая, почти злобная ухмылка растянулась на его лице тогда, когда он увидел на лице Минхо что-то похожее на страх. — Нет. Вот и все. Никаких замечаний, никакого смеха. Минхо побледнел, он неотрывно смотрел на заброшенный город, через который они проезжали. Ох, он был напуган. Он боялся внешнего мира. Потрескавшиеся асфальтированные дороги, зелень пробивалась сквозь бетон там, где бомбы ударили по городу. Было тихо. Тишина. Чану даже не нужно было опускать окно, он уже знал, что услышит – глухие звуки шин его машины среди завалов на дорогах, шум, эхом разносившийся по пустым, заброшенным жилым домам. И тишина. Полнейшая и чистая тишина, к которой он еще не успел привыкнуть. Когда-то здесь был мегаполис. Когда-то это место было живым, всегда в движении и никогда не затихало. А теперь тишина бетонных зданий заставляла Чана чувствовать себя таким крошечным. Впереди у них была еще большая часть города, их маленькие Круги находились всего лишь в его центре. Чан проехал мимо торгового центра, потом еще одного, по торговой улице с пустыми разбитыми окнами. Вокруг не валялось никаких трупов, поскольку все зачистили, но Чан знал, что они все еще есть на небольших улицах, в зданиях, впереди на дороге. Чан до сих пор помнил, как он впервые ехал по дороге и ему приходилось уклоняться от множества тел на улицах, некоторые из них даже складывались друг на друга. Это было ужасно. В задней части его фургона сидели трое детей, и он просто сказал им закрыть глаза. Они, конечно же, не послушались, и теперь им придется нести и эту травму всю оставшуюся жизнь. Чан не знал, как сейчас поживают эти дети, и не хотел знать. Он оставил их в Карантинной зоне, и сам провел там десять дней. Он купил себе квартиру в Среднем Круге и просто надеялся, что кто-нибудь взял детей под свою опеку во Внешнем Круге. — Здесь много ходячих? — спросил довольно тихо Минхо, глядя в окно. — Не особо. Если и есть, то медленные. Только если они не свежие. Иногда их больше, иногда – меньше. Обычно ходят в одиночку или маленькими группами, — ответил Чан. — Полагаю, не так много, как во время вспышки? — Нет. Минхо кивнул. Чан выехал на большую улицу, затем к съезду, ведущему к шоссе, огибающему город и ведущему в сторону от него. Он продолжал поглядывать в зеркало заднего вида, пытаясь увидеть, кто вел машину позади них. Он мог различить только двух человек, сидящих впереди. Просто пиздец. Какого черта он творил? Что, черт возьми, творили эти люди? Небо было серым, Чан был уверен, что скоро пойдёт мелкий дождь. Он уворачивался от множества машин, оставленных на шоссе, поскольку люди когда-то пытались уходить пешком (и потерпели неудачу) и бросали свои машины на дорогах. Ему пришлось зигзагом пробираться сквозь машины, все в пыли и обломках, остальные следовали за ним. — Здесь не зачищали территорию, — сказал Минхо, и только сейчас Чан понял, что между машинами начали мелькать останки людей. Кто-то все еще сидел за рулем, кто-то просто валялся на дороге. Большинство из них были скелетами, но те, кто остался внутри, все еще разлагались. — Нет. — Они все здесь с самого начала? Чан пожал плечами. — Когда ты попал сюда? Минхо явно преодолел первоначальный шок, увидев пустые, разрушенные улицы и тела, и вернулся к выяснению личности Чана. — Через несколько месяцев после вспышки. — Правда? Тогда мы оказались здесь примерно в одно время! — Мне все равно, — пробормотал Чан и нажал на газ, как только дорога стала немного свободнее. Мост над дорогой сломался при первой же атаке зомби, обломки разлетелись по всей округе. — Не будь таким грубияном, Чан! Я просто стараюсь сделать поездку немного приятнее! — рассмеялся Минхо, и Чан закатил глаза. —Что ты здесь делаешь? Почему ты сидишь в моей машине? — спросил Чан и снова замедлился, чтобы не сломать скелеты, лежащие на дороге, а объехать их, если это вообще имело какое-то значение. — Разве ты не направляешься в Стартовую Точку? Минхо взглянул на Чана, прижавшись затылком к стеклу, чтобы лучше видеть собеседника. Чану потребовалась вся сила воли, чтобы тут же не нажать на тормоза (он бы это сделал, если бы был пристегнут ремнем безопасности). — Откуда ты, блять, узнал, куда я еду? — прошипел он. — Я уже говорил об этом. Птички напели. Нам в одну сторону, поэтому я решил, что мои друзья тоже к нам присоединятся, — улыбнулся Минхо. — Я не повезу тебя домой или куда там тебе ещё блять нужно. — И не надо. Сперва мне нужно добраться до Стартовой Точки. — Сперва? Я больше тебя никуда не возьму. В Стартовой Точке мне нужно… — Пауза, — забрать кое-что, а затем я поеду на Базу 47. — Меня это устраивает, — ухмыльнулся Минхо и подмигнул. Чан вздохнул и снова нажал на газ, так как дорога впереди была довольно пустая. Чан очень быстро понял, что Минхо не любит тишину. А еще он не мог спокойно сидеть на месте, он постоянно двигался, нажимал на кнопки радио, ерзал на сидении и смотрел по сторонам. Парень нахмурился, когда понял, что радио не работает (да, единственная волна, которая более-менее ловила, была предназначена для срочных оповещений), затем он достал телефон из кармана и быстро обнаружил, что он так же бесполезен. Интернет не доходил сюда, как и телефонная связь. Она работала только в тех городах, где эту связь поддерживали. Все, что находилось снаружи, было мёртвой зоной. Буквально. В кармане рюкзака у Чана был радиотелефон, в основном он предназначался для прослушивания сообщений о чрезвычайных ситуациях по вечерам, но на линии уже несколько месяцев царила полная тишина. Эти сообщения означали новые вспышки, а новые вспышки обычно означали падение баз. Иногда он переключался по радиолиниям, пытался найти других людей, искавших спасения, иногда он мог им помочь, иногда нет. Хотя в первые два года апокалипсиса это случалось чаще, в последний раз Чан указывал кому-то правильное направление много месяцев назад. В общем, жизнь становилась… нормальной. Не такой нормальной. Люди, или то, что от них осталось, привыкли жить в тесноте в городах или на военных базах, некоторые жили самостоятельно за пределами городов и рассчитывали только на себя. Люди нашли способ зарабатывать на жизнь, жизнь стала настолько нормальной, насколько это возможно в данной ситуации, когда вирус все еще свирепствует. Люди нашли способ выжить, вот и все. Чан редко слышал жалобы на то, что они больше не могут покупать фрукты с другого конца света. Все, что у них было, — это заводы недалеко от города. Заводы, те, которые им действительно были нужны, еще кое-как работали, обеспечивая еще живых людей товарами, предметами первой необходимости и местами для работы. Чан на самом деле не знал, как все это работает, где они брали материалы, но каким-то образом они это делали. Иногда военные привозили необходимые вещи издалека. У них всегда были огромные грузовики, приезжавшие в город раз в месяц, чтобы привезти все необходимое для жизни, а остальное зависело только от жителей. Чан знал, что есть люди, которые приезжают и уезжают на грузовиках, привозя вещи с других, лучших баз или заброшенных городов, а затем продавая привезенные вещи. Вещи из-за океана нельзя было перевезти между континентами или издалека не потому, что это было невозможно, а потому, что люди просто не осмеливались подвергать свою жизнь такому риску. — Как часто ты вот так ездишь? — разрушил тишину Минхо, повернувшись на сидении так, чтобы видеть Чана. Чан едва взглянул на него, прежде чем снова сфокусироваться на дороге. Город вокруг них медленно превращался в пригород, который когда-то был трущобами. Здесь было тихо, несколько капель дождя упали на лобовое стекло. Медленно приближалась осень. Это означало холодную погоду, что в свою очередь приводило к замедлению распространения вируса. Снова. Две машины все еще следовали за Чаном на почтительном расстоянии от него и друг от друга. — Чан, дай мне что-то, с чем я могу работать! Сколько тебе лет, откуда ты? У тебя есть семья? У тебя есть другая работа помимо этой? — Возраст довольно большой, ниоткуда, нет и нет, — вздохнул Чан. — Справедливо. Оставайся ворчуном, — скрестил руки на груди Минхо, все еще не сводя глаз с Чана. Возможно, Чан почувствовал, как что-то скрутило живот, и ему это чувство не понравилось. Может быть, это был стыд? У него не было подходящих слов для этого ощущения. — Мне двадцать пять. Я жил далеко отсюда. Я ничего не слышал о своей семье с начала вспышки, но я сомневаюсь, что кто-то из них жив. Мы были в разных городах, когда это произошло. И я работаю мальчиком на побегушках, как ты и говорил. Возможно, это было очень странно для Чана. Возможно, последние четыре года он путешествовал совершенно один (за исключением нескольких раз), и это было для него странно. Необычно. Было ощущение, что Минхо нарушил его личное пространство, просто сев на сиденье рядом с ним. Чан никому о себе не рассказывал. Он ни с кем не разговаривал, за исключением ежедневных приветствий с соседями и редких встреч с Янхёном. Он никогда не рассказывал о своем прошлом и никогда… черт возьми, он не может сказать этому парню, что работал убийцей и воспитывался как убийца с тех пор, как был совсем маленьким. «Ты не выбирал быть убийцей, тебя воспитывали как убийцу», — так всегда говорил ему отец. Отец. “Отец”. И о нем Чан не слышал уже много лет. Последнее сообщение от него было «выживай», а затем линия оборвалась, и когда Чан спустя несколько месяцев наконец нашел работающий телефон, он так и не получил ответа от человека, которого всегда называл своим отцом. Но какой отец отдаст своего ребенка в Комнату 76? — Круто, тогда мы почти одного возраста! Чан уже это осознал, хотя на самом деле он не понял всей ситуации с модным костюмом, которая происходила со стороны Минхо. С другой стороны, богачи Внутреннего Круга делали очень странные вещи, чтобы выставить напоказ свои деньги теперь, когда они не могли купить пять разных домов на пяти разных континентах. Он также казался очень… Чан не знал. В прошлом его прозвали стариком, и Минхо чувствовался полной противоположностью этому. Полной противоположностью ему. — И я тоже потерял свою семью из-за вируса. Я видел, как отец разорвал горло моей матери. Чан взглянул на Минхо, чтобы понять, шутит ли он. Нет. Он не шутил. Он стеклянными глазами смотрел в окно на стороне Чана. Затем он будто вернулся в реальность и продолжил, будто не выложил Чану всю свою травму. Но парень не возражал. Он не первый раз слышал подобные вещи. — Но сейчас у меня есть несколько маленьких бизнесов во Внутреннем Круге. Они не такие уж успешные, но… — Но у тебя хватило удачи родиться в богатой семье? Минхо не ответил и только ухмыльнулся на замечание. Чан был прав. Богатая семья или незаконные способы заработка. Было доступно воровство из банков, продажа наркотиков, все было доступно, потому что армия была занята зомби, а полиция едва существовала. В городах царил хаос, особенно если ты умел смотреть на их темные стороны. Чан на мгновение задумался, по какой дорожке пошел Минхо. — Другие мальчики Пак Джехвана такие же милашки, как ты, Бан Чан? Ах, они опять вернулись к этой теме. Обильный флирт, очевидно, был одним из способов Минхо сменить тему, или скрыть свою личность, или отвлечь внимание Чана на что-то другое. И вот он снова думал так, как научился за годы обучения, чтобы стать наемником. Чан ненавидел это. Он ненавидел то, что не мог просто отбросить это в сторону и проанализировать ситуацию, в которой оказался, как блять любой нормальный человек. — Ты умеешь разговаривать нормально? Чан решил, что больше не позволит глупым комментариям Минхо взять над ним верх. — Что! Честно говоря, я ожидал кого-то… не тебя. Кого-то старого и уродливого, пахнущего бензином. — Я пахну бензином. И это была правда, Чан случайно пролил немного на свои ботинки, когда заправлял машину. — Но ты это делаешь сексуально! Ну же, вьющиеся волосы, кожаная куртка и армейские ботинки, что тут может не нравиться? Да, что тут может не нравиться? Об этом Чан думал в подростковом возрасте только для того, чтобы понять, что он не из тех людей, которые заслуживают любви. Только чтобы понять, что он не из тех людей, у которых даже есть на это время. Он был послан на эту землю не для того, чтобы его любили. Чан просто закатил глаза и посмотрел налево. Пригород тоже вскоре остался позади, и теперь вокруг них проплывали лишь редкие фермерские дома, брошенные гнить ещё сотню лет назад. Пустошь. Бесконечная пустошь. Заросшие поля, упавшие опоры, одни развалины. При дневном свете все выглядело так… нормально. Брошенные автомобили были отодвинуты на обочину, чтобы могли проехать крупные грузовики и армейские машины. Здесь было целое море скелетов, но никакого движения. Чан не замечал никакого движения. И он был этому рад. — Хорошо, следующий вопрос. По чем ты скучаешь больше всего из того, что существовало раньше, до всего этого? Чан глубоко вздохнул и пожал плечами. — Чан, ты слишком скучный! — простонал Минхо. Парень уже начинал жалеть о том, что не вышвырнул Минхо из машины ещё на парковке. Это будет пиздецки долгая дорога до Стартовой Точки, теперь он был в этом уверен. *** — Чан! — М-м? — Давай остановимся? Я хочу немного походить. И перекусить. Чан вздохнул, но, тем не менее, нажал на тормоз. Они находились практически в глуши, только что миновав деревню. Вокруг вообще ничего не было, только заросшие поля и сломанное ограждение. Чан предположил, что на ферме неподалеку когда-то содержался крупный рогатый скот. Сверкало солнце, желтеющие поля выглядели почти заманчиво. Чан остановил машину посреди дороги, наблюдая в зеркало заднего вида, как две другие машины сделали то же самое. Внедорожник ехал рядом с седаном. Ладно, возможно, эти люди действительно были «профессионалами», как их называл Минхо, по крайней мере, их машины были немного модифицированы, вокруг них были защитные металлические решетки и цепи вокруг колес. Седан был выкрашен в ярко-розовый цвет с неоново-зелеными всполохами пламени по бокам и сверху. Чан понял, что внедорожник принадлежал армии. Чан немного подождал, оглядывая местность. Затем медленно открыл дверь, глядя на то, как две другие машины тоже открыли двери. Минхо тоже распахнул дверь и сполз с сиденья. Чану это не нравилось, совершенно не нравилось. — Эй! — послышался голос Минхо. Это был шанс. Чан мог просто захлопнуть дверь и уехать. Вероятно, они поедут за ним, потому что здесь больше некуда было деться, и возможно, просто возможно, что Чану было немного любопытно узнать, кто эти “профессионалы”. Вокруг подобных людей не так много, Чан слышал много историй, его учили слушать истории. Поэтому возможно, просто возможно, ему нужно взглянуть на них. Чан вышел из-за руля. Он чувствовал, как пистолет в кобуре прижимается к боку, его вес успокаивал. Насколько Чан знал, эти люди могли быть абсолютно невменяемыми. Или ну. Кто, черт возьми, не был таким в эти дни? Чан удивился, увидев, как из розовой машины вышли три человека. Трое мужчин, если быть точным. Парней? Двое из них очевидно не были похожи на взрослых: у одного была юбка, а у второго — платиновые волосы, и их наряды сочетались. Пастельные. Машина явно принадлежала им. За ними стоял парень в шубе и с ногой, похожей на металлическую. Его серебристые волосы явно давно не красили, виднелись черные корни. Из джипа вышли еще двое: один невысокий в военной форме, другой в просто… штатской одежде. Эти двое были единственными, кто выглядел так, словно готовился к путешествию, кишащему зомби. — Чан, это мои друзья! Друзья, это тот мальчик на побегушках, о котором я вам говорил. Он будет нашим гидом. Хорошенький, правда? — прощебетал Минхо и захлопал в ладоши. Последовало довольно неловкое молчание, во время которого мальчик-мужчина с платиновыми светлыми волосами осмотрел Чана сверху вниз и пожал плечами. — Не знал, что эти три клоуна поедут с нами. Парень в военной форме указал на мальчиков из розовой машины. Он получил убийственный взгляд от парня, стоящего рядом с ним. — Что ты сказал? — прошипел мальчик в юбке, явно готовый напасть. Парень с платиновыми волосами схватил его за руку и оттащил назад. — Чанбин, я же сказал, что у нас будет компания, — сказал Минхо, улыбаясь. Парень в военной форме, Чанбин, только нахмурил брови и прислонился к машине. Если честно, трое парней из розовой машины выглядели знакомо. Просто Чан не мог вспомнить, где их видел. Или сталкивался с ними. — В любом случае! Чан, это Чанбин. Уверен, вы поладите, ты такой же угрюмый и, вероятно, знаешь много об оружии и всяких других вещах. Он военный, — Минхо указал на Чанбина. — Бывший военный, — поправил Чанбин. Чан кивнул ему, честно, он верил тому, что с этим парнем он поладит лучше всего. Если только… ну, если он не узнает, что Чан — бывший наемник и раньше выступал против всего, за что выступали военные. — Следующий – Сынмин. Он умный и умеет стрелять из арбалета. И он отличный снайпер. Раньше слишком много играл в шутеры от первого лица. Чаще всего становится моим напарником в преступлениях. Сынмин помахал Чану и вежливо улыбнулся. На нем была темно-синяя ветровка, кроссовки и армейские ботинки. Он не выглядел опасным. Хотя Чан встречал достаточно людей, чтобы знать, что наименее опасные на вид люди обычно оказываются худшим кошмаром. — А это Ян Чонин. Чан почувствовал, как кровь стынет в его жилах. Минхо бросил на него взгляд, по которому Чан понял, что тот знал. — Сын Ян Бёнхо? — спросил Чан. Парень с серебристыми волосами в леопардовой шубе широко улыбнулся. — Ага, не самый популярный. Меня вычеркнули из завещания. Я сын-гей, который отказывается появляться в тех же местах, что и он. Папочке плевать, что я пережил путь от Сеула до Базы 41. О, слава богу. Чан кивнул. — Подожди, откуда ты знаешь моего отца? На голове Чонина темнели солнечные очки, под леопардовой шубой — рубашка в зебру. Странно. Сексуально. — Он работает на него, — ответил Минхо за Чана. Чонин кивнул, засунув руки в карманы. Одна штанина отрезана от колена, чтобы был виден протез, и Чан не мог понять, почему. Это явно был не настоящий медицинский протез, а… ну, самодельный. Хотя, похоже, рабочий. Чан задавался вопросом, откуда мальчик взял его. Что… блять. Минхо знал? Знал, что Чан работает на Ян Бёнхо? — А это Жнецы Близнецы, — объявил Минхо, очень гордый собой. Парень с платиновыми светлыми волосами широко улыбнулся, помахал Чану, тот, что в юбке, просто нахмурился и скрестил руки на груди. Они? Жнецы? Эти двое – Жнецы Близнецы, о которых Чан слышал множество слухов? — Это Джисон, он надирает задницы, как никто другой, но немного вспыльчив, — указал Минхо на парня в юбке. Юбка в шотландскую клетку сочеталась с белыми чулками и ботинками на платформе. Каштановые волосы были небрежно зачесаны назад, парень носил очки. Чан не мог в это поверить. Вот это? Жнец? — А это Феликс. Свет моей жизни, самая милая душа на земле. Если упадёт хоть один волос с его головы, то ты мертвец. Я расправлюсь с тобой собственными руками или это сделает Джисон. Или он сам, — сказал Минхо, Феликс только улыбнулся, и, честно говоря, Чан мог поверить словам, которые только что озвучил Минхо. Светло-розовый слишком большой свитер и брюки в тон юбке в клетку. Улыбка, как солнце, словно они не находились в центре апокалипсиса. Парень выглядел так, будто и мухи не обидит. Тем не менее, истории, которые слышал Чан, говорили совершенно другое.Орды зомби, сметенные косами. Отсюда и произошло название. Два мальчика, которые, вероятно, работали на ферме, взяли в руки косы в начале пандемии и с тех пор не выпускали из рук. Они были сумасшедшими. И, судя по всему, безумно полезными в охоте на зомби. — А он чем хорош? — спросил Джисон. Минхо пожал плечами: — У него полный фургон огнестрельного оружия. Думаю, он не может быть таким уж бесполезным. Чан закатил глаза. — То есть я должен довезти вас до Стартовой Точки? — наконец открыл рот он. Он смотрел на шесть парней перед собой. У Минхо на лице была полная надежд улыбка, остальные пятеро не выглядели такими уверенными. — Для чего, черт возьми, я вообще вам нужен? У них были машины, возможно, умения и карта. Какого черта они отвлекают Чана? — Разве не очевидно? Ты знаешь окрестности и знаешь направление. И ты имеешь такую же хорошую репутацию, что и Жнецы. Я не хочу упускать такую возможность, — сказал Минхо. — Вы не умеете пользоваться картой? — спросил Чан. Джисон фыркнул, бормоча что-то вроде: «Я говорил то же самое». — Чан! Ну же! Ты знаешь, каких мест лучше избегать и как действуют ходячие! Никто из нас давно не был за пределами Кругов! Не считая Жнецов! — Ещё хуже, — пробормотал Чан. С каждой минутой все становилось только хуже. — Кто… кто-нибудь из вас приготовился к поездке, которая продлится две недели или даже больше? — спросил Чан, глядя на новых компаньонов. — У нас есть палатки. И еда. И топливо, — сказал Феликс. На удивление, у него был низкий голос, противоречащий его пастельно-розовой одежде. — И оружие, — добавил Чанбин. — И вы друг друга не знаете, — указал Чан скачала на парней из джипа, а потом на парней из розовой машины. — Не особо, — сказал Чонин. — Минхо наш общий друг. Он просто спросил, хотим ли мы отправиться в путешествие. Всё. Ещё. Хуже. — И вы планируете выживать в этом месте без взаимного доверия и просто потому, что хотите ебаных приключений? — Вы плюнул Чан. Блядский пиздец. Приключения? — Ребята, вы действительно думаете, что поездка в Стартовую Точку — это школьная поездка? Плохие новости! Это не так! Боже. Они и правда испытывают его терпение. — Если говорить честно и открыто, то мы это делаем шутки ради. И ради того, чтобы чем-то заняться вместо наблюдения за тем, как Круги превращаются в хаос, — наконец сказал Сынмин. — Мы должны все это записать. Выложить в Интернет. Мы могли бы стать знаменитыми, — услышал Чан бормотание Джисона. Феликс толкнул его в плечо. Чан на мгновение закрыл глаза и глубоко вздохнул. — Нам просто нужно забрать… — ...набраться впечатлений. Мы хотим посмотреть, как там, — оборвал Чанбина Минхо и ухмыльнулся. Чан покосился на него. Он что-то скрывал. Ну, это было очевидно, они, наверное, все много чего скрывали. Но он скрывал что-то… более масштабное. К чему Чан не хотел иметь никакого отношения. Отлично. Ладно. Как, блять, пожелают. Чан еще раз взглянул на шестерых незнакомцев, прежде чем провести рукой по волосам, явно раздраженный. Как будто у него был выбор. Как будто они еще не покинули город и не направились к Стартовой Точке. Как будто он способен контролировать то, что вытворяли эти люди. Как будто он не выполнял миссию стоимостью в миллиарды. — Знаете что? Отлично. Как пожелаете, — пробормотал Чан. — Я не привезу чье-либо тело на похороны, понятно? Вы теперь сами по себе. Вы предоставлены сами себе, а это означает, что Чану будет плевать на чье-либо выживание, кроме своего собственного. Ему будет все равно. Он просто будет выполнять свою работу. Чан обернулся, ему пора возвращаться к дороге. — Отлично! — Минхо снова хлопнул в ладоши. — Приятно познакомиться со всеми вами, мне нравится милая атмосфера и взаимное доверие в нашей команде! Снова в путь!