Дикша

— Чот я не понял. Типа, в смысле «ты остаёшься дома»?! Как я и предполагала, мой план с применением сил Триккс встретил… ну, не то чтобы это было сопротивлением, да? Скорее, Плагг просто обиделся. Я котёнка понимала чуть больше чем полностью: квами скучал по Адриану так, как это только могло делать древнее существо. Не знаю, сколько там носителей Плагг сменил, — да и не хочу знать, — но к Агресту котёнок привязался совершенно по-особенному. Это отмечала даже Тикки; и Тикки же говорила, что для Плагга такая привязанность, вообще-то, была нехарактерна. Она могла назвать пару-тройку других носителей Талисмана Неудачи, к которым Плагг испытывал привязанность плюс-минус той же силы. Всего несколько Котов! За всё время возможного симбиоза Плагга с людьми и нелюдьми! И тут новость, что я не собираюсь вести Плагга к Адриану, который, возможно, вернул память. Ну разве не свинство это с моей стороны? — Плагг, — в который раз вздохнула Тикки, — ты сам понимаешь, почему мы действуем так, как действуем! — Сахарок, если ты ещё раз используешь фразу «ну ты понимаешь», то, клянусь пресвятым вьо Булонь, да сохраняется стойкость его запаха, я разсырю эту комнату до камушка! — А ну давай-ка без таких угроз, — отреагировала я. — И вообще, своими препираниями ты только отдаляешь момент вашей возможной встречи! Плагг вздрогнул и посмотрел на меня; глаза у котёнка слезились. Стирать эти слёзы я не рискнула, — мало ли, какой у них уровень токсичности? А тут я руками, да без защиты… — но по голове квами погладила. — Обещаю, котёнок, если Адриан всё вспомнил, то я вернусь и заберу тебя. Ладно? Но если это ловушка? — Адриан бы никогда!.. — Адриан — всего лишь человек, — протянул Триккс, парящий неподалёку. — А любого человека можно обмануть, каким бы хорошим он ни был. Да и не человека… тоже обмануть можно. Поверь мне, я в этом спец. Шкурка у Плагга передёрнулась, зелёные глаза нехорошо сощурились. — О, про твои обманы я в курсе как никто иной… напоминаешь мне, почему я хочу тебя уничтожить, а? Да, Триккс? В тоне котёнка проявилось что-то нехарактерное обычному Плаггу. Я напряглась; Триккс это тоже почуял, так что быстренько метнулся мне за спину. Положение спасла Тикки: малышка подлетела к Плаггу и крепко его обняла. Почти сразу после этого я прекратила ощущать всякую опасность от котёнка. Осталась только глухая тоска и какое-то всемирное, я бы даже сказала Вселенское разочарование. Подтянув квами к себе, я прижала малышей к груди. Потом Плаггу достался ободряющий поцелуй в лобик. — Плагг, честное слово!.. — Да понял я, понял… я-то тебе верю, кошечка. Просто… тяжко. Он выскользнул из моих пальцев и, не оборачиваясь, улетел. Спрятался Плагг в гнёздышке Тикки, в шкафу. — Иди к нему, — шепнула я божьей коровке. — Я пока схожу вам с Триккс за едой… на всякий случай. — Да, Маринетт, спасибо. Я действительно спустилась в кухню, чтобы набрать еды для квами. Печенья никогда не бывают лишними в нашей ситуации, не правда ли? А Триккс, этот мелкий обжора, внезапно подсел на влажный кошачий корм типа «Вискас», и теперь кассиры из магазина неподалёку думали, что я тайком держу дома кошку. Или подкармливаю кошку. Не суть важно, главное — кошка! Самое смешное, что Плагг от этих влажных кормов до того показательно воротил нос, что я только диву давалась. Квами-котёнок презрительно бросал что-то вроде «жратва для плебеев» каждый божий раз, когда я отдавала Триккс его «вкуснятину». Я не вмешивалась в эти отношения, а тихонько офигевала в сторонке. Триккс был с нами совсем немного, и военные действия за это время не утихали. Квами не дрались друг с другом лапками, как это иногда рисовали в мультиках… и спасибо за это, кстати говоря — ещё мимимишных боёв мне в комнате не хватало. Но при этом они «сражались» по-другому. Подкалывали друг друга словесно, таскали друг у друга вещи, — тут больше Плагг страдал, потому что вещей у него было банально больше, — или… да, драли друг друга так, что, будь у них шерсть, точно летела бы она клоками. Если так подумать, то лучше бы они лапками махались, гм. Тикки вмешивалась только в самых крайних случаях, Лиири же смотрела на это безобразие с чистым ужасом в больших глазах. Для орлицы, которая пережила пропажу своих братьев по американской шкатулке, подобное поведение было настоящим моветоном. Все ведь должны друг друга любить и уважать!.. а не вот это вот! — И почему они не могут жить в мире? — тихонько вздохнула я, тормознув перед подъёмом в свою комнату. Хотя могу ли я считать теперь эту комнату своей, спрашивается? Нас там пятеро живёт, это уже общежитие какое-то. И даже если малыши ввиду своих габаритов не требуют большого метража, то вот уединиться… да, для меня это реально стало проблемой. Иногда я даже от Тикки уставала, давайте будем откровенны. И моя краснощёкая малышка тоже, бывало, предупреждала о том, что хочет побыть одна. И вроде бы раньше мы неплохо так на двоих функционировали; в случае экстренной необходимости уединиться Тикки могла уплыть в шкаф, а я — выйти на балкон. А теперь… — Мда, — я потёрла шею. — И это пройдёт, да, Соломон-сенсей?.. Триккс и Тикки терпеливо ждали меня, сидя на столе рядом с чудо-растением. Я подумывала о том, чтобы назвать его как-нибудь; всегда давала имена тому, что я выращивала. Может потому, что цветов в моей жизни всегда было немного — все ведь погибали, причём очень быстро. В этом смысле волшебные листочки оказались настоящим подарком богов. Хрен ты их убьёшь! Особенно если никак не трогать: растеньичку был нужен минимальный полив; но даже если ты зальёшь всё капитально, ничего с зеленью не происходило. — Вы готовы уже идти? — спросила я, выгружая еду прямо на пол. Яблоки, гранола, кусочки сыра в индивидуальных упаковках, несколько упаковок печенья и пара пачек кошачьего корма. Будь Адриан «в себе», я бы ещё взяла что-нибудь из пекарни; поскольку я не знала насчёт статуса его памяти, то приносить что-либо отсюда было всё равно что раскрыть свою личность. Встряхнувшись, я позапихивала нужную еду в рюкзак. Затем оделась и обулась, нацепила сумку — и только после этого скомандовала синхронизацию, опять забыв про «волшебное соединение» квами. Надо будет в будущем вообще узнать у них про то, что из себя это «Объединение» представляет. — Лиири, напомнишь? — Обязательно! — орлица отсалютовала крылышком. — Мне тоже интересно, кстати. Удачи вам! Я погладила малютку и выбралась на улицу через балкон. Наконец, моё путешествие к дому Агрестов началось! Добежала я подозрительно быстро. У меня даже закралось подозрение, что лисий плащ даёт какой-то бонус к скорости передвижения. Хотя, наверное, всё дело было не в нём, а в том, что вперёд меня несла надежда. А вдруг?.. ну пожалуйста! Я спрыгнула прямо под окнами Адриана и легко открыла окно. Ещё когда я только начала шататься к Агресту в виде Ледибаг, он прикрепил специальную ручку, чтобы я легко могла открыть окно с внешней стороны. Обычный человек, папарацци или воришка бы этого не сделал: во-первых, ручка была практически не заметна рядом с украшениями оконной рамы, во-вторых, располагалась эта ручка очень высоко. Чтобы дотянуться до неё, понадобилась бы как минимум стремянка — вы видели вообще, какого размера окна в комнате моего Кота? Ну, ещё он, насколько я знала, пошаманил над механизмом окна. Мы же не в сказке, чтобы «дёрнуть за ручку — дверца и откроется»… тут немного физики и механики были в помощь. Благо, Адриан был умным малым и спокойно решил эту проблему за какую-то неделю. Иногда меня даже пугало, насколько умным и рукастым он был, если честно. Прямо по-хорошему хотелось за него радоваться: в жизни Адриан не пропадёт! Если ему будет интересно, он узнает как адронный коллайдер собрать, вот правда. Проблема была в том, что если Адриану что-то было «не интересно», но при этом это «что-то» могло бы кого-то порадовать, Агрест всё равно принимался изучать тему. Через тернии, через сложности — но он делал, что ему не нравится… лишь бы тем, кого он любит, было хорошо. Не было в парне эгоизма. А с другой стороны — ну откуда ему взяться, правильно? Эгоизм — штука такая… воспитывается, как мне кажется, исключительно жизнью. Или дана человеку от природы. Так сказать, прописана в заводских настройках. В комнате было тихо и темно. На секунду мне почудилось, что из-под кровати вот-вот должен вынырнуть Плагг, зажимающий в лапках очередной Адрианов носок или трусы. Но потом я вспомнила, что котёнок у меня дома, в шкафу. Депрессирует и мнёт лапками гнёздышко Тикки. Мне от этой мысли и самой стало грустно. Я обошла комнату, рассматривая идеальный порядок. Ощущение было, будто Адриан откатился в своём эмоциональном развитии до состояния, в котором он был в начале нашего общения. В комнате всё оказалось ровно по линеечке; ни следа от творческого беспорядка. Даже компьютерный стол был идеально убран. Ни черновиков из-под домашки по физике, ни рисуночков, ни корявых попыток написать какой-нибудь стишок. «Твой цвет волос как ночь, как васильки глаза»… всё в этом духе. Мне-то, конечно, Адриан стихов не писал… наверное. Может, он их просто не показывал. Но вот забабацать целую поэму на десять страниц про то, как Агреста задолбал Плагг — это раньше было всегда пожалуйста. Эх… скучаю по тем временам. «Нынешний» Адриан словно был засунут в пиджак не по размеру, а потому отслеживал каждое своё движение и каждый свой вздох: не дай бог будет что-то лишнее. Двигался Агрест осторожно, говорил обычно вполголоса, улыбался потихоньку… всё было не на максимум. Хотя в компании, стоит отметить, он уже чувствовал себя посвободнее. Впрочем, опять же. Учитывая сложившуюся ситуацию и воспитание Габриэля, чего ещё я ожидала. Уж точно не рубаху-парня. Я ещё раз бросила взгляд на компьютерный стол. Зацепилась за бумажный уголочек, выглядывающий из личного дневника; я знала, что это личный дневник, потому что сама покупала его Агресту. Вроде как в целях терапии, когда поговорить у нас не получалось… говорила же, чтобы прятал свой дневник лучше! Потянув этот уголочек, я вытащила из дневника фотографию Чудесных напарников. Мы с Котом Нуаром сидели на крыше, завёрнутые в цветастый плед, и улыбались так, словно завтра никогда не наступит, оставляя нас двоих в моменте тёплого счастья. Фотография оказалась идеального качества; я была уверена, что ни у одного человека в мире больше нет настолько чётких изображений героев. Я помнила этот момент и эту фотографию. Потому что Адриан долго меня уговаривал сделать её. И это было ещё до того, как мы раскрылись друг перед другом. Да уж… были времена.