Дикша

Пробка рассосалась, и это было хорошо; Адриан с Гориллой уехали, и это было замечательно; я загрузилась из-за слов Агреста по полной, и вот это уже было не особенно классно. Вспомнил или нет? Память вернулась или нет? Что вообще было у блондина в голове, когда он смотрел на меня; почему взгляд Адриана был такой невесёлый и тяжёлый, словно я у парня отобрала любимого хомячка, а потом ещё и передарила животное кому-нибудь? Брату Нино или Манон — ну типа кому-то, кто точно не сможет о хомячке нормально позаботиться. На какую больную мозоль я наступила Агресту, спрашивается? Поскольку я в душе была паникёршей, то в голову лезли самые неприятные, сложные мысли. А вдруг Габриэль открылся Адриану, и теперь Агресты подготовят для меня ловушку? Так сказать чтобы решить божьекоровочную проблему раз и навсегда… Адриан был милым, добрым парнем, — за время нашего знакомства это не изменилось; потеря памяти так же не поменяла моего драгоценного солнечного мальчика, — и точно не стал бы мне как-то вредить. Но вот отобрать тот же Талисман? Да ещё и если ради матери, которую «можно воскресить»? Предположение, что Габриэль навешал на уши своему сыну всякого-разного не было лишено смысла, не так ли? Я бы в любом случае пошла к Агресту в гости после подобных зазывалочек. Но идти, не подготовившись? Нет, это уже была плохая идея. Как мамка четырёх великовозрастных малышей, я не могла позволить себе лишней беспечности… даже если дело касалось моего любимого напарника. В конце концов, памяти у него нет о том, что нас связывало. А вот отец-Бражник, который ещё и психопат — есть. Чёрт его знает, на что Габриэль способен в отношении своего ребёнка; в фандоме вообще ходили слухи, что Адриан может быть чуть ли не искусственным человечком, которым Габриэль управлял на раз-два-три. Я переместилась в тот момент, когда эти слухи ещё не были подтверждены… или были, но продолжение мультсериала я не смотрела. В любом случае, информация для меня оставалась непроверенной; то, что я о ней вспомнила — чисто случайность и влияние нервов. Да, к Адриану надо идти. Талисман Плагга я точно оставлю дома, чтобы не нести практически в руки Бражнику две нужных тому цацки. Лиири мне тоже не хотелось лишний раз дёргать. Костюм Воробья погоды не сделает, так что оставался только Триккс. Эх. Не успел лис появиться в нашей компании, как я уже заездила его туда-сюда. Даже в планах у меня было использовать его миражи, чтобы показать Парижу Кота Нуара; правда, когда мне этот план реализовывать — большой вопрос. Хм, может, дать Надье то, что она хочет? Сходить на её интервью, только кастануть перед съёмками лисью магию и сделать разумную иллюзорную копию Нуара. Интересно, а миражи нормально снимаются на камеру? Проблем в итоге не будет? Эх, опять надо у Альи её аппаратуру одалживать… без проверки этих вопросов я не собиралась рисковать и показывать городу поддельного Нуара. А то потом проблем будет столько, что я за тысячу лет их не разгребу. В любом случае, сначала надо было решить дела насущные. Смысл мне, собственно говоря, думать про возможное будущее и про злобный гений Габриэля, если я буквально застряла на той улице, где убрала аварию? Полиция не прибывала, ДПС даже не чесались, про эвакуаторы я вообще молчу. Несколько раз парниша-полицейский, который влип в эту ситуацию изначально, пытался связаться с кем-то вышестоящим. У него это не получалось: то его отфутболивали, то связь не ловила из-за поднимающегося снегопада, а под конец вообще мобильник разрядился. Пришлось мне доставать из йо-йо шнур для зарядки и забирать телефон у мужчины. Взгляд у полицейского был как у счастливого ребёнка, когда я подсоединила его мобильник к йо-йо; из-за детского восторга и слишком молодого лица моего невольного напарника, он выглядел совсем по-юношески и ни капли не представительно. Какое-то время мы с ним стояли на улице, смотря на проезжающие мимо машины. Тачки то и дело замедлялись, чтобы сфоткать висящие сверху авто; кто-то тормозил на подъезде и пытался развернуться через сплошную, не рискуя ехать под таким весом. Мой невольный напарник выписал столько штрафов, что ему пришлось лезть в бардачок своей машины, — как-то очень хитро припаркованной в ближайшем проулке, — за новой пачкой штрафных квитанций. Золотой день у него сегодня был, короче говоря. Останавливающиеся машины, — точнее говоря, водители или пассажиры в них, — довольно споро просекали, что не просто так авто висят в воздухе. Быстренько до всех доходило, что такие тонкие нити не удержат две легковушки, какими бы узлами всё ни было связано; а там уже и до мыслей про йо-йо и меня недалеко. Меня фотографировали. Пробка от этого то ухудшалась, то рассасывалась. В итоге я попросилась в полицейскую машину: во-первых, в тепле всё равно было уютнее, а во-вторых, я начала банально уставать от всеобщего внимания. — Можно, конечно, — не очень уверенно пробормотал полицейский. — Только не будут ли про вас писать… всякое? — Типа, кто-то сфоткает и подумает, что меня задержали, что ли? — фыркнула я. — Да пускай пишут, если заняться нечем. Жёлтая пресса всегда была, есть и будет. — А ваш моральный облик?.. Я покачала головой, вспоминая все моменты, когда я… прошляпивалась, назовём это так. Много чего было, на самом деле: и матом я на акум кричала, и одевалась непонятно во что, и вела себя совершенно по-идиотски ради победы. В бою ведь все средства хороши, разве нет? — Чтобы его испортить, сначала его надо сформировать, — задумчиво сказала я. — К тому же, вряд ли СМИ на самом деле смогут его очернить. Я… Я в офигенных отношениях с Удачей — вот что я хотела сказать. Уж Тикки бы постаралась, чтобы всё было чики-пуки для нас двоих, разве нет? — Да, я понимаю, — закивал полицейский. — Вы так много делаете для нас всех… конечно, никто ничего такого не подумает. Из адекватных горожан, я имею в виду. — Ну да, это я и хотела сказать. Так что, в машину? Меня-то полицейский усадил, а вот сам отказался: ему нужно было и дальше следить за ситуацией на дороге. Смотря на то, как несчастный парень, — серьёзно, ну слишком молодо он выглядел! — бегает туда-сюда, убеждая водителей, что «Под машинами ехать совершенно безопасно и вообще не занимайте дорогу!!!», я задумалась. А чего это, собственно говоря, сюда никто не едет? Почему парня оставили совсем одного, да ещё и в канун Рождества? Люди-то перед праздником всегда возбуждены. И какая разница, что это возбуждение вроде как «хорошее»: как показывает практика, народ всё равно слегка теряет берега. Одному полицейскому с этим точно не справиться, тем более на сложном участке дороги! Постучав пальцами по колену, я задумалась. Итак, мне надо было к Адриану… перед этим надо домой, предупредить Сабину с Томасом о моих планах и прихватить Триккс для безопасности. Сначала в дом Агреста я, пожалуй, пущу иллюзию… Но всё это будет возможно только после того, как я освобожусь здесь. А здесь я не освобожусь, потому что… — Ай, да что я вообще мучаюсь, — проворчала я, открывая йо-йо и по памяти набирая номер Роджера. — Связи на то и нужны, чтобы ими пользоваться, а я всё в одиночку да в одиночку!.. Ренкомпри ответил спустя почти десяток гудков. Звучал Роджер рассеянно: опять спал, что ли? Мы ночью-то конечно встретились, но как-то я думала… Хотя, он же простой человек. Это я с геройским телом и энергией, бьющей буквально из ушей, уже забыла, каково это — не спать нормально. Да и не мальчик уже Роджер; чем старше ты становишься, тем большее влияние имеет на твой организм бессонная ночь. — Я перезвоню через пятнадцать минут, — сжалилась я над мужчиной, который никак не мог собраться и говорил совершенно невпопад. — Извините за беспокойство, однако мне действительно сейчас нужна помощь со стороны закона. — Вс нрмальна, — буркнул Роджер. — Дст мнут, и я огрчк. — Да, конечно. Я всё-таки выждала обещанные пятнадцать, чтобы повторить звонок. В этот раз Роджер звучал так, словно не спал вовсе; вот она, полицейская привычка быть всё время собранным! Коротко описав происходящую несправедливость, — и то, что у меня, вообще-то, были личные дела, чтобы я ждала столько времени в полицейской машине, — я получила в ответ короткое «ясно, разберёмся», после чего Роджер просто положил трубку. Мда. Вот она, профдеформация во всей красе. Даже «до свидания» не сказал; я была уверена, что Ренкомпри ещё до того, как я закончила своё обстоятельное и подробное повествование, начал продумывать план действий и кто там в полиции будет отхватывать в процессе. После этого звонка волшебным образом всё наладилось. За каких-то двадцать минут я не только перенесла легковушки на подогнанные эвакуаторы, но и попрощалась с несчастными водителями: они ждали в кафе неподалёку, а теперь их сразу увезли куда-то для оформления ДТП… наверное. Не разбираюсь в таких штуках; и что-то мне казалось, что всё могло бы обойтись без следования в участок, если бы я не призывала гвардию в лице Роджера и его подчинённых. С самим Ренкомпри я тоже, кстати говоря, пересеклась. Роджер выглядел бодренько; ничто не говорило, что я разбудила его меньше часа назад. — Извини за звонок, — вздохнула я, когда мы жали руки. — Меньше всего я хотела тебя дёргать. Он усмехнулся; я же подумала, что как-то очень легко мы перешли на «ты». Или это чисто я перешла, а он подхватил? — По секрету, каждый мой выезд на ваш с Котом Нуаром звонок довольно неплохо оплачивается. Так что не стесняйтесь. Документации правда придётся заполнять… но это ладно, издержки профессии. К тому же, без твоего звонка мы бы не узнали, что здесь бросили парня совсем одного. Он кивнул в сторону молодца. — А что с ним?.. Роджер поморщился. — Дедовщина, как она есть. Ничего, все эти «деды» теперь у меня все праздники будут дежурить, без выходных. Будут знать, как людям жизнь портить… — А вы сами Рождество планируете дома справлять? — вдруг спросила я. Не знаю, что это вообще был за интерес, если честно. Мне-то, по факту, на Роджера было… ну не то чтобы плевать, но рядом. И к чему тогда этот вопрос вырвался — вообще не понятно. — Э-э-э-э… типа того. Хотел сначала работать, но потом жена отказалась проводить праздник с дочерью, и… в общем, я свою смену отменил. — Жена «отказалась»? — зацепилась я за то, что тренькнуло по струнам моей интуиции. — А, да. Я недавно развёлся с ней, так что сейчас немного сложно. Дочка переживает… извини, это личное. Я кивнула и тоже извинилась за неуместное любопытство. Больше ничего не привлекало моего внимания, но вот факт развода Роджера… что-то за этим было. Уж не Невидимка ли? Или Роджеркоп. Что-то… акуманизация, что ли? Не просто же так я отреагировала, да? Я попрощалась с Роджером и с тем молоденьким полицейским, чьего имени даже не подумала спросить. Последнему отдала его мобильник: каким-то невероятным образом телефон зарядился больше чем на полторы тысячи процентов. Гм… ладно, это волшебство. Даже думать не буду о том, как это возможно. Леска собралась в йо-йо ещё когда я снимала тачки, так что ничего не мешало мне зацепиться игрушкой за выступ на крыше и продолжить своё движение к особняку Агрестов. Только через пару минут до меня дошло, что я хотела сначала вернуться домой и взять Триккс. Раздражённо сплюнув, я развернулась на сто восемьдесят и попрыгала обратно, в пекарню. Вот же… склерозница.