Осьминоги против рыб

– Я подумал, Золотко, надо нам восполнить пробел с подарками, – как бы невзначай произнёс Вадим. Удивительно, но взгляд Алтана тут же стал заинтересованным. Всего мгновение назад он лениво читал новости в телефоне, практически засыпая, а теперь весь подобрался, будто и не помышлял о сне. И смотрел на Вадима так цепко, что и сомнения отпали — определённо стоит привести план в действие и подарить ему каких-нибудь милых приятностей. Кто бы знал, что это так важно — Алтан и без непутёвого мужа многое себе позволить. И позволял — его гардеробу завидовали даже некоторые знаменитости, с которыми доводилось пересекаться на светских раутах. И интерьер он обновлял исправно, приобретая дизайнерские штучки и антиквариат, в зависимости от того, что становилось более популярно. И в отпуск возил семью, как только возникало желание. И детям во многом потакал, стараясь при этом не баловать. Вадим даже думал, зря он зацепился за ту реплику, но слишком уж долго они были вместе, чтобы не понять: в тот раз Алтан говорил серьёзно. – Да? – переспросил Алтан с лёгким недоверием. И так много затаённого любопытства было в этом вопросе, что Вадим чуть не засмеялся. – Да, – кивнул он с серьёзным видом. – Поедем на ярмарку: я тебе куплю побрякушек, каких захочешь. Разумеется, по дешевке, – уточнил Вадим, таинственно понизив тон. – Зато много. Алтан чуть завозился, небрежным движением поправляя распущенные волосы. – По дешевке? Тысячи по три-четыре? – спросил он, чуть склонив голову, уже не скрывая любопытства. – Хотел бы я сказать: «рублей по сто», – мечтательно протянул Вадим, обвивая Алтана одной рукой. – Ты меня-то не переоценивай, Золотко. Три тысячи — это тяжелая артиллерия. Намного-намного скромнее. – Хорошо, – ответил Алтан. И даже не ввернул никакую остроту. Выбраться решили во время ближайших выходных. Обещали хорошую погоду — последние тёплые дни в этом году, поэтому следовало воспользоваться возможностью гулять по улице, не дыша клубами пара и не кутаясь в шарф. Вадим и зиму очень любил, — дети обожали играть в снежки, кататься на коньках, строить замки, форты и крепости из снега — но всё-таки гулять предпочитал не по гололёду. У входа на ярмарку Вадим придержал Алтана за локоть, вынуждая обратить на себя внимание. Алтан редко посещал такие места — когда его воспитанием занималась мама, он развивался всесторонне, полноценно, но когда им занялся Баатар, жизнь омеги начала напоминать заточение в золотой клетке. Даже если Алтан и бывал на ярмарке... скорее всего, он уже ничего и не помнил о том, как всё устроено. Особенно, если судить по тому, с каким воодушевлением он рассматривал окружающую обстановку. Нет, вообще-то они бывали на ярмарке искусств... но это ведь совершенно другое. – Ты по большей части себе ни в чём не отказывай, но всё-таки помни, что твоя карточка сегодня отдыхает, – предупредил Вадим. Деловая хватка и интуиция, обычно помогающие Алтану заключать сделки, по какой-то неведомой причине моментально отключились, стоило им пройти через ворота. Изучая предложенные предприимчивыми продавцами безделушки, Алтан быстро вошёл во вкус. Он с любопытством сновал между рядами, заглядывая в каждую лавку и, к большому удивлению Вадима, охотно позволял приседать себе на уши, хвалить свою внешность и чувство вкуса. Сперва он набрал себе целую гору зажимов для волос, а потом вдруг увлёкся перстнями и непрактично широкими мужскими браслетами. Вадим и не думал, что когда-нибудь увидит, как Алтан с довольным видом примеряет бижутерию. – Ой, здесь браслеты с эмалью, – заметил Алтан, останавливаясь рядом с широким прилавком — товаров было так много, что рябило в глазах. – А я уже взял три штуки в соседней лавке. – В этом особенность походов по магазинам, когда у тебя ограниченный бюджет, – назидательно заметил Вадим, обнимая Алтана за плечи. – Нужно сперва посмотреть ассортимент, сверить товары в разных местах, прикинуть, подумать, а уже потом брать. Алтан, обычно заключающий сделки только после мозгового штурма и консультации с юристом, как-то наивно нахмурился. – Но продавец сказал, что у него остался последний. – Это твои очки в ДЛТ были последние, – усмехнулся Вадим, медленно поглаживая Алтана по плечу. – И единственные, – уточнил он между делом. – А у этого продавца таких браслетов целый мешок под прилавком. Да и в другой лавке будут точно такие же. – Почему ты меня не отговорил? – возмущённо спросил Алтан. – Сегодня твой день — бери, что хочешь, – ответил Вадим, широко улыбаясь. От тычка не увернулся — приятно было, когда Алтан шутливо толкался. Так они общались до того, как научились словами говорить о своих чувствах. И потому прикосновения по-прежнему значили чуть больше слов. Сказанную Вадимом фразу Алтан немедленно взял на вооружение и вскоре набрал себе целую гору безделушек, включая совершенно непрактичные фигурки из янтаря, какие-то подвески в виде земноводных и пресмыкающихся и большую деревянную шкатулочку с черепашкой на крышке. К выходу он шёл довольный, гружённый подарками — часть косиц успел перехватить новым «крабом». Не стоило даже предлагать разделить пакеты — Алтан хотел прочувствовать, насладиться моментом. Вадим не мешал, разве что слегка придерживал за спину, позволяя ощущать своё присутствие. – Ох, – Алтан остановился напротив стеклянного павильона, где расположилась часть продавцов. Многие товары повторялись, но определённо за стеклом было и то, что привлекло его внимание. – Ты видел этот пояс? Точно не реплика, – проговорил он, щурясь, чтобы рассмотреть изделие поближе. – Авторский дизайн и, очевидно, ручная работа. И стоит всего десять тысяч. Кто бы сомневался — Алтан обязательно найдёт в толпе начинающего дизайнера. Даже если они будут гулять по ярмарке, где сидят перекупы с «Али». – Прости, Золотце, мы вышли в ноль, – заметил Вадим, виновато улыбнувшись. – У нас даже на кафе не осталось. По изначальному плану он всё-таки планировал куда-нибудь сводить Алтана, но кто бы знал, что муж так разойдётся. – А куда... – бестолково начал Алтан, но тут его взгляд упал на пакеты с безделушками, и он понимающе кивнул. – А... ну да. Жаль, я сперва не оценил все товары, – добавил он, бросив последний взгляд в сторону павильона, и заключил: – Красивый очень. Вадим посмотрел на своего омегу, пакеты с дешёвыми побрякушками в его руках, и на душе стало как-то... грустно. Комплексом неполноценности он не страдал, но всё-таки происходящее показалось ему глупым фарсом. Алтан, если захочет, может скупить всё до последней пуговицы, а он с важным видом расставляет ему ограничения, чтобы почувствовать себя значимым альфой. Ну, не дурость ли? – Знаешь, Золотко, к черту наше глупое правило, – бросил Вадим. Ему хотелось прикоснуться к Алтану, поэтому он убрал выпавшую вперёд косу за плечо. – Можешь воспользоваться своей картой и купить себе этот пояс. Ты же не виноват, что связался со мной. Алтан решительно покачал головой. – У нас же уговор, что сегодня тратим твои деньги. Обойдусь без пояса, – ответил он без обиды и осторожно встряхнул пакетами. – Мне в жизни не дарили столько подарков за раз. Ты не представляешь, как много это для меня значит, – добавил Алтан, искренне улыбнувшись. – Спасибо. В этот момент черты его лица казались очень мягкими. Это была его домашняя улыбка, предназначавшаяся Вадиму и детям. Общественные места, как ему казалось, не место для проявления эмоций. И вот сейчас он стоял посреди многолюдной толпы и беззаботно улыбался, глядя Вадиму в глаза. Рука сама потянулась к телефону. – Ладно, – твёрдо проговорил Вадим и снял блок с экрана, чтобы войти в мобильный банк. – Выведу деньги со счёта, который открыл Вадику и Буянте на учёбу. Алтан чуть пакеты не уронил. – Ты открыл счёт? – ошеломлённо спросил он и подвинулся боком, пытаясь рассмотреть, что Вадим делает в приложении. – А почему только Вадику и Буянте? – Ну... Вадик хороший мальчик, но что-то мне подсказывает, что на бюджет он не поступит, – мягко проговорил Вадим. На Алтана не смотрел, но знал, что он на миг поджал губы. – А у Буянты такой характер... мне кажется, если не дать на лапу, её точно вышибут до первой сессии. Это была даже не шутка. Что Буянта любила больше всего — так это спорить с учителем, хотя, казалось бы, какой может быть повод для дебатов в начальной школе? А уж о её безобразиях и упоминать не стоило... Она словно знала все проказы Вадима, даже давно забытые, и тщательно старалась побить его рекорд. – И ты начал думать заранее? – уточнил Алтан. – Ну, у меня не так часто получается откладывать, – уклончиво произнёс Вадим и протянул супругу карту. – Держи. Покупай свой пояс. Засветившись от радости, Алтан с чувством поцеловал Вадима в щёку. – Наши дети вполне обойдутся без твоих финансовых вливаний, – сказал он и — о, чудо — донельзя пленительно улыбнулся. – А вечером я надену для тебя пояс. И ничего больше. Вадим потянулся за поцелуем, но Алтан проворно ускользнул, исчезая в павильоне со своими пакетами. Повисший в воздухе аромат роз хотелось зачерпнуть ложкой и съесть. Удивительно, как долго они к этому шли! Вадим хорошо помнил, как его бранили, отвергали и толкали, помнил угрозы и слёзы... помнил и свои чувства в этот момент. Тогда ему казалось, ничего не получится, — где Алтан Дагбаев, и где он, охранник — но всё равно упивался каждой минутой, проведённой вместе. Ему казалось, в любой момент старые привычки возьмут своё. Он почувствует, что на шею ему пытаются повесить ярмо, и в ту же минуту возникнет непреодолимое желание сбежать, продолжить наслаждаться жизнью и резвиться. А потом появилась Алтана. Потом он понял, что раньше и не жил вовсе. – Ловко он тебя, – прокомментировал стоящий неподалёку альфа, попыхивая сигаретой. – Я себе тоже взял помоложе. А у молодых запросы... – Ну да, – зачем-то поддакнул Вадим, пытаясь рассмотреть Алтана через стекло. Из павильона Алтан вышел довольный — пояс ему аккуратно завернули в бумагу и, кажется, даже подарили какой-то милый сувенир, также сделанный вручную. – Я посмотрел остаток на карте — нам хватит на яблочный пирог, который продают на входе, – сообщил Алтан. – Ты очень не хочешь, чтобы наши дети получили образование, – протянул Вадим, невольно расплываясь в улыбке. – Я не верю, что образование в нашей стране стоит пятьсот рублей. Это скорее из разряда твоих фантазий. Вадим засмеялся и вновь обнял Алтана за плечи, наслаждаясь моментом. Подумать только, у них действительно крепкий брак и пятеро детей, и им по-прежнему весело вместе. Им по-прежнему есть, что обсудить. Уже дома Алтан перебирал свои безделушки с совершенно ошалевшим видом. – И зачем я всё это купил? – спросил он, пристально рассматривая металлический зажим для волос с симпатичным эмалированным цветком на конце. На постели лежал точно такой же, разве что другого цвета — на ярмарке Алтан никак не мог выбрать между красным и синим, поэтому решил взять оба. Сейчас он казался таким изумлённым, словно видел все эти вещи в первый раз. – Когда я буду это носить? Все мои украшения сочетаются с одеждой и между собой. Я просто не ношу ничего в таком стиле. – Вот ты и познал всю прелесть ярмарки, – подытожил Вадим, довольно улыбаясь. – Горькие сожаления после того, как накупил гору ненужных вещей. Я даже завидую — многое бы отдал, чтобы пережить это в первый раз. Не будь руки Алтана заняты его новыми приобретениями, он бы обязательно его пихнул. – Смешно тебе? – спросил Алтан, выразительно раздувая ноздри. – Я же твои деньги потратил. – Будь у тебя возможность увидеть своё лицо, ты бы не спрашивал, Золотко, – просто ответил Вадим. Эту реплику Алтан дальновидно пропустил мимо ушей. Лишь слегка зарделся, будто Вадим ему комплиментов не делал. После укуса всё немного поменялось — будто раньше Алтан не рисковал воспринимать ухаживания Вадима на свой счёт. И посматривал иногда подозрительно, точно задавался вопросом: «Что будет дальше?». Теперь-то было понятно: дальше будет только лучше. – Ну, хотя бы крабов могу к делу приспособить, но это... Его голос утонул в оглушительном детском визге. – Папа! Папа-папа-папа-папа-папа! – первой в комнату вбежала Гэрэл, а за ней дружной гурьбой вломились все остальные, взволнованные и воодушевлённые. Процессию заключала Алтана, чьё внимание было полностью приковано к телефону. – Можно Алташа нам отключит «родительский контроль», и мы посмотрим Майо... Ой, а что это? – Гэрэл нетерпеливо подпрыгнула, увидев гору безделушек, разложенных на покрывале. – А можно посмотреть? А где Вы это купили? – Смотрите, – великодушно позволил Алтан, грациозно махнув рукой. – Это мы с папой сегодня ходили на ярмарку. Смотреть, как дети возятся и перебирают безделушки, было очень приятно. На самом деле Алтан любил, когда они просто находятся рядом, наперебой что-то галдят, обсуждают, играют. Они были такие весёлые и раскрепощённые, каким он никогда не был. И хотя Алтан часто ругал Вадима за то, что он баловал детей, в глубине души ему не хотелось, чтобы они выросли его мрачными копиями, всё время беспокоящимися о репутации и деле семьи. – А можно мне взять эти бусики? – первой прорезалась Буянта, встряхнув увесистой ниткой — по уверению продавца — из натуральных камней. – Ой, а можно я янтарного котика заберу? – попросил Вадик. – А мож... К удивлению Алтана, Вадим решительно покачал головой. – Мы обязательно сходим на ярмарку на следующей неделе все вместе, и тогда Вы возьмёте всё, что хотите, – пообещал он. – А это для папы. Дети посмотрели на папу изумлённо — даже Алтана оторвала взгляд от телефона, несмотря на то, что переписка была в разгаре. Вадим редко отказывал, когда они что-то клянчили. А уж если что-то не разрешал, обычно всегда было понятно, что он просто передаёт слова Алтана. А тут... – А ты каждому купишь так много подарков? Алтана не выдержала — слабо толкнула младшую сестру в плечо. – Но я же просто озвучила то, что было интересно всем! – возмущённо воскликнула Гэрэл. Когда она сердилась, становилась похожа на Алтана донельзя. Даже черты лица будто становились острее в такие моменты. – Если Вы сейчас же не отправитесь в детскую, подарки не получит никто, – серьёзно сказал Вадим. – Даже я? – спросила Алтана. – Особенно ты, – отрезал Вадим, решительно указывая в сторону двери. – Между прочим, я вполне могу сделать так, что «родительский контроль» нельзя будет отключить в принципе. Так что бегите смотреть свой фильм, пока я не позвонил провайдеру. Всерьёз восприняв его угрозу, дети немедленно умчались в детскую, оставив Вадима и Алтана наедине. Старшая дочь напоследок, конечно, одарила родителей скептическим взглядом, но всё-таки решила проявить великодушие — иногда она для своего удовольствия притворялась, будто роутер сломан, но сейчас, кажется, решила посмотреть кино вместе со всеми. – Знаешь, мне всегда нравилось, что ты сперва делишь фрукты между детьми, а мы потом едим мятые со дна корзины, – проговорил Алтан, осторожно придвигаясь. – Это так... по-настоящему. – По-настоящему? – улыбнулся Вадим. – Ты не представляешь, как для меня важно то, какой ты хороший отец, – тихо произнёс Алтан. – Когда я вижу это, я тебя люблю даже ещё больше. Удивительно, что ты не дал детям растащить сегодняшние покупки, – добавил он с искренним недоумением. – У них и так есть всё, – ответил Вадим, пожав плечами. – Я прочитал в какой-то умной книге, что детям нужно видеть, как родители заботятся о себе. Это только твоё, – серьёзно заметил Вадим, окинув взглядом лежащие на покрывале вещицы. – Это даже не одна тысячная того, что ты заслуживаешь. На миг Алтан опустил глаза, кажется, пытаясь сдержать улыбку. – Хороший был день, – честно сказал Алтан, укладываясь головой на широкую грудь — в его голос просочилось что-то мокрое, но он искренне улыбался, прижимаясь к Вадиму сильнее. – Мне было очень весело. – Я знаю, что... – Не знаешь, – обрубил Алтан, кажется, искренне не желая выслушивать, какой он элегантный и благородный. Чуть повернувшись, он бережно повёл ладонью по широкой грудной клетке своего мужа. – Это было очень для меня важно. Спасибо. Вадим набрал в грудь побольше воздуха. – Ты тогда серьёзно говорил насчёт пояса... Фразу закончить он не успел — Алтан отстранился и посмотрел на него пристально, скептически изогнув бровь. – Что? – уточнил Вадим максимально глупым тоном. – Я думал, атмосфера как раз подходящая... – Когда уложишь детей спать, тогда... посмотрим, – быстро шепнул Алтан в его губы и совсем уж отодвинулся, ловко спрыгнул на пол. – Я иду есть яблочный пирог. – Эй, погоди, – воскликнул Вадим, устремляясь следом за мужем. – Давай напополам. И детей напополам. Я не смогу уложить четверых сразу! Они после фильма точно не захотят слушать мои байки!