Обман и бессмертие

Было ли ему страшно, когда корабли в миг собранные руками демонов приближались к желаемым землям? Нет. Чувствовал ли он величие, когда армия врага сначала робко встречала их, а познав мощь адских псов, бежала? Нет. Был ли он счастлив, когда его немногочисленный отряд этих же псов уничтожил всё население шведского города, оставив ему пустой и брошенный порт? Нет. Мужчина прекрасно понимал и осознавал, что поступил очень жестоко. Что это не по-человечески вообще, но тут же задавался вопросом «А что значит по-человечески?». Исходя из адских трактатов и летописей: человек — слуга божий, но с чувствами Дьявола. Судя по ним именно демоны подарили людям чувства. Если понятие «по-человечески» означает человеческие чувства подаренные демонами, то выходит он поступил довольно-таки правильно, однако сомнения вонзались в его сердце иглами, когда он видел руины оставшиеся ему от его немногочисленной армии. Когда он видел выходящих из-за углов псов, дышащих гнилью и смертью, его пробирала дрожь. Петру Алексеевичу всегда было всё равно на то, что о нём думают другие, но не настолько же. Было так гадко на душе, что ему хотелось прямо сейчас заявиться к королю Карлу и раскаяться. Но он быстро отбросил эти мысли, когда к нему подошёл серафим. — Что прикажете, государь? — спросил Велиар. — Что… Прикажу? — выбирался из тумана своего разума Пётр. — Что прикажу… За сколько дней вы сможете сделать этот город пригодным жизни и торговли? — Хм… Шесть дней. — Тогда… Верните псов в псарни и приступайте к стройке города. Паралельно займитесь Петербургом. Часа через четыре собери всех серафимов во дворце Люцифера Падшего. — Будет сделано в лучшем виде, государь. Серафим изящно поклонился и скрылся из виду. Пётр остался один в этом городе, но поспешил покинуть его. Совсем недавно он освоил навыки телепортации, а потому ему не составило труда в миг оказаться дома.

***

Уже спустя час после его прихода Евдокия закрылась в комнате и горько рыдала. Гектор покинул кабинет Сатаны, громко хлопнув дверью. Пётр сидел в своём кресле и крутил в пальцах карандаш. Он довольно улыбался, пока его в его глазах плясали черти.

***

— А вы верите в Господа? Да? А почему вы верите в того, кого никогда не видели? Вы верите людям, которые видели его? Которые рассказывали о нём? А что вы знаете сами? Почему вы не верите в демонов, говоря что их не существует? Вот же они! Повсюду! Они дарят вам свою любовь, вы не представляете, КАК сильно они вас любят! Они готовы кланялся вам, потому что у вас есть ВЫБОР! Но вы не верите в них! В их ЛЮБОВЬ! А МОЖЕТ ОНИ ПРОСТО ХОТЯТ ПОМОЧЬ? Но нет… Они демоны. У них же нет чувств. НО ВЕДЬ ОНИ ОТДАЛИ ИХ ВАМ! Они всего лишь надеялись, на хорошего хозяина… Каждому демону нужен хозяин. Этот хозяин определяет судьбу демона. Сатана… У него выбора, поэтому служение ему — это вечные мучения и в итоге смерть. «Самый счастливый демон тот, который нашёл хозяина-человека»! Вы только представьте: демоны облегчат вам жизнь, чтобы бы вы позволили им быть похожими на вас! Они будут служить вам, чтобы быть полезными! Они ощущают себя счастливыми, когда понимают, что для них возможен хороший исход! Вы можете обманывать их, они ничего не смеют сделать вам, ведь ТАКИЕ ЖЕ КАК ВЫ! Как вы…

***

— Что с ним? — жалобно спросила женщина дрожащим голосом. Он лишь покачал головой и обескураженый упал в кресло. — Он же обещал! Он говорил, что ему нужна только их армия, только война со Швецией, чтобы был выход к Балтике! Он же… Он… — Тише, дорогая, тише, — мужчина обнял её. — Да, он изменился, но мы ещё не знаем к худшему ли… — Да что тут думать? Когда он ещё просто был вампиром, он отказался от веры, я вместе с ним, потому что сомневалась. Я свято верила, что это всё грязь, ересь, с этим нужно бороться, но он показал, что можно использовать это в свою пользу. Я не хотела, честно, но мне казалось это единственным рабочим способом. Сколько мы молились Господу, Гектор, и что мы получили? И сколько мы связаны с Адом, и сколько получили взамен? Мне страшно, Гектор, я хочу познать, но боюсь подать плохой пример всем. Всё… Изменилось? Я не знаю… Я запуталась! Мне надоело, я вижу, что ты знаешь что-то, так скажи мне! — Успокоиться. Защитник, верный телохранитель, готовый всегда прибежать на помощь, Гектор укачивал Евдокию в своих объятиях. Успокаивал. Ему тоже не так уж нравилось это всё. Сначала было интересно. Ново для людей, непривычно. Было рано судить. А на основе произошедшего все многое поняли и осознали. Может быть они даже жалели, что не послушали монахов, попов. Они с самого начала твердили, что тёмные времена грядут, но их быстро заткнули, твердя лишь о быстро выигранной войне, политических играх и далее по списку. Петру было всё равно кто и что там грядёт. Ему понравился Ад, он признавался в этом себе, но не спешил заявлять об этом мирному люду так резко. Его заинтересовала вся эта тема с магией, её возможностями, но народ, доставшийся ему вместе с троном, был очень сильно против и в моменты проявлял чрезмерную агрессию. Было очень сложно сделать всё так, как твердили адские летописи, их законы и правила, а именно: приставить к каждому человеку демона на службу. Сатана хотел бы заняться этим, но… Люди отказывались. Пока лишь единицы находили причал в людях среди окружения Петра Алексеевича. Двоих он приставил к своей жене, хоть она и была против, ещё одного к Гектору Ромулу. Одного, потому что тот поклялся убить обоих демонов, если к нему приставят второго. Парочку демонов добровольно взяли на службу один бояр и его семья. Кстати, он первый из людей, который увидел в них пользу. Да, было очень тяжело распространять такие новости. Если кто и верил, то боялся менять жизненные устои, ожидал подлавы. Все видели государя в новом его обличии. Его и боялись, и убить желали. Хотели призвать на помощь из-за границы, да не тут-то было. Сторожа со своими уродливыми собаками появились, проверяли всех и вся: открывали письма, смотрели обозы, телеги, зачем-то подолгу смотрели в глаза и водили руками над лошадями. И внутри государства сколько обсуждали… Прятались, по чердакам, по лесам, чтобы обсудить дело, да не тут-то было. В каждом доме, под каждым пнём, да даже на пустыре, своя тварь имеется, которая всё властям рассказывает. Пётр уже не знал, что делать. Видит бог, не хотел он поступать жестоко, да ничего ему не оставалось. Ад был намного образованнее и во многом переигрывал существующий прогресс. В нём было многое упрощено и наоборот со своими сложностями. У них было красиво, это признавал Пётр, но достаточно грязно, причём во всех смыслах. Было привычно выливать помои прямо кому-то под ноги, устраивать оргии в публичных местах или прямо на улицах, и очень пыльно, потому что откуда-то сверху постоянно сыпалась зола. А ещё у них было привычно вместо чертежей использовать золотые нити, сотканные из собственной магии, которые оставались стоять в воздухе так же, как их и повесили, носить элегантое и изящное чёрное и строить дома из кирпича или булыжника, а потом утеплять их изнутри. Пётр решил, что нужны перемены и во всём. Ему осточертело видеть бедность своего государства по сравнению с другими на земле, а теперь ещё и Ад, и его тоже пора пришла менять. Он хотел соединить эти два мира. Ад богат, в России есть менталитет и культура. На земле различают, что прилично, а что нет, приучат к этому демонов. Демоны же почувствуют себя счастливыми и будут приносить хозяевам доход. А пока…

***

— Дом из камня? — хмурился мужик, подошедший к демону, который разом колдовал стены для нескольких домов. — Конечно, — кивал демон. — Камень прочнее. Да и выглядит лучше. Демон протянул кусок бумажки, на которой был изображён каменный дом с вырезанными в стенах узорами, статуями и другими интересными штучками, которые только и разглядывать. Человек взял его, рассмотрел. Кивнул. — Красиво, — подтвердил мужик. — Но внутри же холодно. Камень холодный, а летом будет нагреваться. Демон усмехнулся, остановил работу и предложил мужику показать кое-что. Человек с сомнением глядя на своих, согласился. Рогатый повёл его к ближайшему дому, чтобы показать как устроен пол в доме. — Видишь, трубы положил? И ещё две наверх выходят. Это отопление. Там, где эти трубы выходят будет стоять маленькая печь с такой высокой железной бочкой. Её надо будет топить, в котле будет кипеть вода и пар от неё будет идти по всем трубам. — Горячий пар? — Конечно. Камень будет нагреваться. А сверху я ещё положу дерево, чтобы ногам приятно ходить было. — Вот это да… Смотри, а дерево ведь от камня отличается, тем что дышит. Летом-то как? Жарко будет. Да и печь… Её и летом топить нужно, иначе как кушать готовить. — Хм… Это ты верно подметил, — кивнул демон. — Сейчас погоди. Мужик уставился на рогатого, пока тот хмурился и что-то шептал одними губами. Человек усмехнулся, вышел из-за угла. Там люди собравшиеся в кучу уже молитвы читали, а сколько раз перекрестились, что со счёту сбились. Мужик улыбнулся, кивнул и вернулся к демону. Тот уже вышел из транса. — И что было? — спросил мужик. — Поговорил с демонами на юге. Они стены из жжённого кирпича понимают, а полы бетоном заливают. — Чего? — Сейчас покажу. В руках демона образовался искрящийся шарик, который он бросил по выложенным из камня полам, что по бокам ещё не обзавелись стенами. Человек шарахнулся в сторону, отскочил, но поняв, что с ним ничего не произошло подошёл обратно. — Ты не пугайся, мужик, я вреда не причиню, — сказал демон. — Да кто ж вас знает, демонов-то! — Ну, вот ты например. Если я хоть шаг неверный в твою сторону сделаю, мне от Сатаны так прилетит, что мало мне не покажется. — Ха, а если ударишь меня, что будет? — Тебе — ничего, мне — мучительная смерть. Такие же удары я буду испытывать на себе, только изнутри. В результате все внутренности превратятся в месиво и я умру. — То есть… Вы не можете ничего сделать людям? А обманывать? — Тогда мы сходим с ума. — Почему? — А потому, что нельзя так обращаться с господинами, которых сами породили, — демон продолжил слой за слоем накладывать теперь уже жженные кирпичи на ряд домов одновременно. — Вы — сосредоточение добра и зла. Серые. Не свет и не тьма. Считай ничего, но у вас есть право выбора — быть светлее или темнее. Тьма — полна чувств как печальных, так и радостных. Опять же, выбор — будешь ты радоваться тьме или осуждать. Свет — это покой и умиротворение. Он для тех, кто уже прошёл всё, которому уже всё равно, что будет там, он уже просто устал, ну, или не хочет. Я открою тебе секрет: ангелы есть, но им уже давно надоело за вас бороться. Это мы всё выходим в свет, ищем себе хозяев. Самые удачные попытки у домовиков конечно, им многие рады. К одиноким женщинам примыкаем, вы их ведьмами зовёте. Бывает поступаем жестоко и силой служим людям, но это со слабыми, а они сами не понимают, как просят сделать их жертвами. Мы ищем себе хозяина, чтоб хоть на время от Сатаны оторваться. Он не в силах управлять огромным количеством, печься за каждого. Представь себе, он чувствует как плохо каждому демону и поэтому хочет приставить демона к каждому из вас. Хочет избавиться от терзаний, мучающих его дни и ночи. Мы ему помочь пытаемся, потому стараемся быть спокойными, черстветь, либо пускаемся во все тяжкие, лишь бы забыть все чувства. Да, чревоугодие, лень, похоть, всё придумали демоны, и яблоками Адама угощали, но ведь сам понимаешь, что приходится как-то выкручиваться. Да, мы эгоистичные, наглые, только о себе заботимся… Демон демону брат так что, друг о друге считай думаем, а люди… Сами нас отвергают. Будь свой хозяин на каждого демона, то и жили бы мы по-другому. Служили. А так… Что нам остаётся, скажи? Мужчина задумался, наблюдая за тихой работой демона, который умолк. В голове его было много мыслей, но каждая сводилась к тому, что демоны и люди всё же чем-то похожи. Может быть, то, что он говорит — правда? Ведь никто не знает, что и как обстоит на самом деле. Грехам есть оправдание, которое не исскупляет, но позволяет понять. Да, демонов определённо можно понять, но сложно. Особенно тогда, когда не знаешь о них практически ничего, кроме их злодеяний. — Слушай… — начал мужик. — Раз уж так… Мне прислуживать будешь? Демон поднял до конца стену и повернулся к человеку. Он посмотрел на него таким взглядом… Полным… Счастья? Глаза были полны слёз. Лицо демона было серьёзным, крылья за спиной еле заметно дрожали. Он улыбался не губами, своим взглядом. Он сиял. Демон опустился на одно колено, склонил голову… — Если позволите, господин, — сказал он. — Позволю, — усмехнулся мужик. — Так… — демон отколол свои рога несколькими движениями пальцев. — Прими же… — они оказались в сплетённой из воздуха золотой шкатулке. — Мои рога, как признак моей верности и признания. Мужчина был удивлён. Он немного сомневаясь взял в руки шкатулку. Рога аккуратно лежали в ней на бархатной подкладке. Когда человек понял, что его взгляд завораживает, то он закрыл шкатулку и на ней щёлкнул замок. — Позволь хозяин, быть хранителем ключа твоего, — поднял демон руку с золотым ключом на цепочке. — Обещаю служить верой и правдою, оберегать тебя и твой род. — Да, оставь себе, только не потеряй, — рассудил мужик, подумав, что у человека ключ могут легко украсть. Демон поднялся, всё так же улыбаясь глазами. Он поднялся новым, будто освобождённым от мук. Расслабил крылья, вдохнул полной грудью и не почувствовал боли. Дышалось легко и просто, не приходилось напрягаться, чтобы сделать вдох, а голова будто освободилась от терзающих её мыслей. Сердце не болело, не ныло. Как же было приятно чувствовать свежесть воздуха! Чувствовать жизнь, текущую по венам!

***

— Смотрите! — мужик подбежал к своим знакомым, протягивая золотую шкатулку. — Он мне теперь служит! — Кто? — тут же спросил другой. — Демон! Я говорил с ним, и знаешь… Не так уж они и плохи. Я больше скажу, мне жалко их стало. Я его на службу к себе взял… А вы… Чего так на меня смотрите? На весёлого до того мужика устремились хмурые и злые взгляды. Первым встал с места его друг, взял со стола нож. Замахнулся на мужика… И попал в покрытую чёрной тканью спину. Это был демон. Спасал жизнь своего хозяина. Развернулся, ударил этого «друга» со всей силы, что тот влетел к другим людям на стол. — Ш-ш… — схватил его за плечо хозяин. — Хватит ему. Демон кивнул, забрал шкатулку со стола, за которой потянулся какой-то мальчишка. Увидев демона мальчик передёрнулся, так неприятен он ему был и энергия бьющая из него. Только он не знал, что эта энергия это благодарность своему хозяину за избавление от боли, за покровительство…

***

Ещё одна нить оборвалась… Но этого мало! Сатане всё ещё было плохо! Каждый день люди сдирали по нитке, связывающей его с нечистью, но этого было катастрофически мало! Сердце сжималось и обливалось кровью одновременно. К тому же, Гектор обратил Евдокию, теперь он переживал ещё и то, что чувствовала она, но гораздо сильнее, потому что связывали его и её любовные узы. И Гектора он чувствовал, хоть и не так чётко, но всё же легче от этого не становилось. Боль не унималась и в горячем бреду он принял решение…

***

— Именем Его Величества Петра Алексеевича, согласно указу номер N, приказано: к каждому человеку отныне приставить демона службы ради, а людям командовать ими в целях разных, узнавая способности своего… Демонов подводили к людям, чуть ли не силой впихивали в руки какие-то части тела демонов. В основном рога или перья, но у кого не было не тех ни других, отрывали куски кожи, хвосты, шерсть. Люди были вынуждены принять, потому что заменой были адские мучения, боль самого Сатаны, когда чувствуешь всё так чётко, что в итоге нет сил даже подняться на ноги. Единицы испытали это, но другие побоялись. Грозились убить императора, но таких смелых находилось очень мало. Своих демонов вручали даже детям. Даже младенцам. Некоторых демонов приставляли с некоторым количеством нечисти. Каждая была по своему полезна и в ней был какой-то дорогой продукт, но люди не оценили это, ведь боялись за свою жизнь, пока Сатана боролся за свою…

***

— Живой? — Да… — Жаль. От учился бы уже зараза… Гектор покачал головой и отошёл от спального ложа. Сатана спал. Но это сейчас. До этого он упал в беспамятство, держась за сердце. Евдокия перепугалась, Гектор тоже. Произошло это ровно тогда, когда все демоны вошли под чьё-то покровительство. Все, кроме его верных возлюбленных. Они и сейчас не оставляли его одного ни на секунду. Да, они злились, обижались, они считали, что всё что он сделал — неправильно, и нельзя насильно впихивать людям, то к чему они не привыкли, во что не хотят верить, но они были рядом, потому что любили. Они не хотели, чтобы он страдал, а демоны… Просто ещё не поняли систему этой связи и как было плохо Сатане, когда ему приходилось слышать все их крики и ругательства… Их души. И Гектор сидел хмурый на стуле подле кровати. И Евдокия ходила по комнате, словно заведённая. — Как ты так можешь о нём… — А вот так! Честно, надоел. «Демоны, нечисть, Ад» — только и слышу. Раньше корабли и Балтика были, теперь Ад. — А я думаю, что его можно понять… — Так молчит же! Месяц как из Ада вернулся, а всё молчит! — Не ты одна спрашивала… — И? — Ничего… — А я о чём! Творит, чего вздумается! — Зато смотри как Петербург отстроили… В шесть дней уложились и готово. Только сколько золота он за это отдаст…? — А казна-то пуста… — Именно. Евдокия присела на кровать к мужу, посмотрела на него спящего, сдула с его лица черный локон. — Убить тебя мало, Петруша, но живи, пока люблю я… — прошептала она и подошла к Ромулу. — Идём. — Куда? — Совет соберём. Он нужен зачем-то, а зачем ещё, если не для того, чтобы находить деньги? Мужчина поднялся и они вместе направились к двери, а оттуда, ступая по мраморному полу, в зал собраний, куда с минуты на минуту прибудут серафимы, прочитав намерения своих повелителей.