Фантазии и не только.

Азирафель любовался на блаженно зажмурившегося Демона — он лежал, раскинувшись и запрокинув взъерошенную голову. Азирафель довольно облизнулся, все еще чувствуя на языке терпкий, чуть солоноватый вкус. Ему очень нравилась мысль, что все это его заслуга. Хммм, и им точно следует это все немедленно повторить. Дарить удовольствие ничуть не менее приятно, чем его получать. Ангел положил руку на учащенно вздымающуюся грудь Кроули, погладил ладонью, ощущая одновременно гладкость кожи и твердые очертания мышц. Ему нестерпимо захотелось чувствовать больше, и он подключил вторую руку. Тронул пальцами напряженный сосок и услышал едва слышный то ли вздох, то ли стон Кроули. Поднял голову. Сквозь длинные ресницы поблескивали довольные медово-желтые глаза. Демон улыбался. — Не распробовал? — чуть хрипло спросил он. — Определенно, одного раза для этого недостаточно, — стараясь не засмеяться, проговорил Азирафель и продолжил увлеченно изучать его тело: провел ладонями по ребрам, обвел живот, любуясь контрастом цвета их кожи (в отличие от его белой — у Демона кожа была очень смуглая). — О, в таком случае, — вкрадчиво протянул Кроули, — есть еще… хммм… другие интересные опции… — он вдруг резко сел на диване, желтые глаза снова опасно загорелись огнем. — И нам луч-ш-ш-ше перейти в с-с-спальню, — Демон снова начал затрудняться на шипящих звуках. Азирафель вздрогнул и кивнул, завороженно глядя в пылающие глаза и чувствуя, что начинает покрываться мурашками от предвкушения, лихорадочно прокручивая в голове (ярко представляя), все, что он об этом читал. А Кроули молниеносно увлек его в свою спальню и уложил в огромную кровать на черные простыни, придавливая собой и буквально обвиваясь вокруг него всеми конечностями. Некоторое время они горячо целовались, и шелк приятно холодил разгоряченную кожу в контрасте с почти обжигающими руками и телом Демона. В этот раз возбуждение ощущалось не настолько невыносимым, возможно от того, что Ангел теперь знал, что ему с этим всем делать. И делал… Но, кажется, то, что он читал про эрогенные зоны, совсем не соответствовало действительности. Судя по тому, что он ощущал, у него они были везде, где бы его не касались руки или губы Кроули, когда же он касался его сам — кончики пальцев горели, а возбуждение захлестывало с новой силой, так что все сладко сжималось внутри. Кроули всего этого уже было мало. Он хотел чувствовать его сильнее, больше, ощутить его внутри себя или самому оказаться у него внутри. Что ж, пора было познакомить Азирафеля с обещанными иными опциями. Он сел, довольно всматриваясь в затуманенные желанием глаза, и, хищно облизываясь, оглядел его тело, задержал взгляд на напряженном, почти прижавшемся к животу члене… Азирафель тоже явно был готов к продолжению. Кроули не удержался, провел рукой по белой, тонкой, словно светящейся коже в самом низу ангельского живота, чувствуя под пальцами нежный пух волосков, и невольно застонал, вспомнив, как еще недавно ощущал их губами. Демон жадно обхватил рукой его напряженный член, собираясь не мешкая его оседлать. Ангел вздрогнул всем телом, со стоном выгибаясь навстречу его руке, и это движение ощутилось настолько откровенным и одновременно таким доверительным, что тут уже вздрогнул Кроули, мучительно закусывая губу. «Пожалуй, все же начнем с другого», — решил он. И глухо застонал только от одной мысли, что сейчас собирается сделать со своим Ангелом. Демон в одно мгновение оказался между разведенных бедер Азирафеля, и пришлось приложить некоторые усилия, чтобы уже дальше действовать не торопясь. Но Ангел вдруг требовательно потянул его на себя, сбивчиво и горячо шепча его имя между поцелуями. Это сносило голову почище абсента, а ему сейчас никак нельзя было терять над собой контроль. — Шшш… Азирафель… что ж ты со мной делаеш-ш-шь? — не без труда высвобождаясь из его цепких рук, пробормотал Демон, понимая, что все его намерения неумолимо летят к чертям, и он просто больше не может ждать, а Азирафеля нужно хоть немного подготовить. Пальцы поспешно проскользнули в ложбинку между аппетитных ягодиц, размазывая наколдованную щелчком смазку по входу, чуть надавили на тугие края, медленно проникая внутрь и вызывая у Ангела серию изумленных вздохов и стонов, немедленно рикошетом прокатившуюся по всем нервным окончаниям Кроули. Что ж, возможность доставить удовольствие Ангелу всегда будет заводить его сильнее, чем просто получить свое. Дрожа от нетерпения, он, наконец, освободил пальцы и, подхватив Азирафеля под бедра, немного толкнулся вперед. Голубые глаза широко распахнулись, напрочь вышибая из Демона дух невероятным коктейлем из желания и доверия. Азирафель закусил губу, но не сделал ни малейшей попытки отстраниться, с готовностью постепенно принимая его в себя до конца. — Ох…это…чувствуется… весьма… странно… — проговорил взволнованно и удивленно он, делая большие паузы между словами из-за сбившегося дыхания. — Поверь мне, ты не пожалееш-ш-шь, — хрипло шепнул в ответ Кроули, приостанавливаясь — нужно было дать ему время привыкнуть к ощущениям. Демон прикрыл глаза и прижался к ангельской приятно прохладной коленке сначала губами, а потом лбом и щекой. Он просто пылал, и в общем-то, надо было признать, что ему самому тоже нужно было привыкнуть к слишком острым сейчас ощущениям… чтобы не кончить раньше, чем они вообще начнут! Ощущать себя внутри Ангела оказалось невыносимо прекрасно… черт побери… да, да… так хорошо ему еще никогда не было!.. Азирафель зашевелился и перелег чуть удобнее, обхватив коленями его за бока и скрестив ноги у него за спиной. И Кроули на пробу чуть толкнул бедрами, начиная двигаться, потихоньку ускоряясь, при этом не отрывая взгляда от сияющих голубых глаз, впитывая ощущения, как и в ту ночь, чувствуя, что Ангел весь его, до самого донышка. Ему очень быстро удалось угадать с нужным углом — Азирафель задрожал, выдал изумленное «ооооо» и зажмурился, судорожно хватая пересохшими губами воздух, и Демон сразу же сбавил напор. Ему все же удалось вернуть себе нужный контроль, и теперь он планировал вести его к финалу постепенно, по нарастающей, собираясь показать своему Ангелу все грани этого удовольствия. Азирафель был захвачен новыми впечатлениями. Это было невероятно, но в тоже время ощущалось таким вещественным, таким … настоящим. Ангел когда-то предположил, что если их сущности соединить в одном теле, то они могут взорваться, но, оказывается, если соединить их тела, то их сущности неизменно сливались в единое целое. Это дарило невероятные ощущения. И Ангел сам сейчас это чувствовал и одновременно видел в желтых глазах с расширенными огромными зрачками, они яростно горели желанием, но при этом по прежнему смотрели удивительно нежно. Кроули наполнил его собой, горячо и щедро желая поделиться с ним наслаждением, как он всегда всем с ним делился. И Ангел чувствовал, как от каждого его уверенного толчка наслаждение тягуче и сладко нарастает, зарождаясь где-то там внутри, гораздо более глубокое и наполненное, чем он когда-либо испытывал до этого. Уже ощущая подступающий оргазм, так и не в силах отвести взгляд, он наощупь нашел руку Демона, сквозь стоны шепча его имя и крепко переплетая с ним пальцы, а мгновение спустя он ощутил, как следом за ним кончает Кроули. «Наверное, как-то вот так рождаются звезды… надо будет спросить у Кроули», — промелькнула мысль, когда он снова обрел способность думать. В голове было тихо, пусто и очень легко, а по телу все еще остатками разливалось наслаждение. Он открыл глаза. Демон лежал, пристроив рыжую взлохмаченную голову у него на груди. Некоторое время Азирафель с замиранием сердца разглядывал его абсолютно расслабленное и счастливое лицо, примечая капельки пота на лбу и над верхней губой, тень на щеке от длинных ресниц, искусанные до крови губы. Он ждал, что Кроули, как всегда, сразу почувствует его взгляд, но глаза у него все еще были закрыты. — Дай мне немного времени, мой дорогой, — по прежнему не открывая глаз, насмешливо, но в тоже время убийственно нежно шепнул Демон. И Азирафель довольно и счастливо заулыбался, запуская пальцы в его рыжие волосы.