Практическое руководство по злу (Том Третий)

— Ты в одиночку вытащил Империю из кризиса, ведь каждый дворец, который ты разрушаешь, должен быть восстановлен! Ха-ха-ха! И снова сладкая победа за мной. — Император Ужаса Раздражающий Первый, Странно Успешный

      Сапёры прикрепили подрывные заряды к стене ратуши и со всех ног бросились прочь. Как только они отдалились, два шара пламени размером с яблоко расцвели и ударили по боеприпасам. Камень разлетелся вдребезги, но лишь немногие осколки полетели в нашу сторону — гоблины давно овладели искусством направленных взрывов.       Прежде чем облако пыли и дыма успело осесть, две дюжины солдат ворвались в завал и наткнулись на жёсткое сопротивление фейри. Отступив к Старому Дормеру, те стали прятаться в больших зданиях, превращая их в опорные пункты, из которых выходили на Пятнадцатый, когда мимо них продвигались наши.       Прищурив глаза, я различила силуэты в дыму — меньше тридцати, и все до единого обычные солдаты. Нескольких, расположившихся на балюстраде, будет непросто согнать, но я не могла позволить себе совать нос в каждую драку, поэтому позволила арбалетчикам расправиться с ними, в то время как мои легионеры вгрызались в стену щитов врага на первом этаже.       Я оставила Хакрама позади, когда мы брали стены, и не видела его уже больше колокола. Бои там были жестокими, особенно после того, как плетения Масего закончили своё действие, но авангард Наука прорвался и выгрыз нам плацдарм на вершине крепостных валов.       После была тяжёлая работа по оттеснению их дюйм за дюймом, пока вражеский командир не протрубил в рог, и они отступили во внутренний город. Битва за Дормер велась теперь на трёх театрах военных действий: Значимая и Афолаби прикрывали наши спины, пехота деорайтов возобновила атаку на окопы фейри на востоке, как только осадные машины перенесли свой огонь туда, и теперь Пятнадцатый хлынул в Старый Дормер, подобно наводнению.       К сожалению, наводнение в итоге натолкнулось на дамбу. Было бы наивно надеяться на то, что последним серьёзным противником, который нас ожидал, были Бессмертные, отсиживающиеся в своём замке.       Как я поняла, самая древняя часть Дормера была построена вокруг нескольких невысоких холмов, сливающихся в один побольше. На вершине возвышался баронский замок с видом на старый город и порт, и точно так же, как квартал Вайтстоун в Лауэре, богатые поместья сгрудились вокруг центра власти в городе.       Так далеко на юге проживало не так уж много знати, но были богатые торговцы и те, кто когда-то был рыцарем-землевладельцем, прежде чем этот статус был выжжен из социальной структуры Кэллоу. Пятнадцатый быстро захватил большую часть нижнего уровня Старого Дормера, за исключением нескольких цитаделей, которые были кровавыми боями взяты по частям, но он остановился перед линиями фейри на двух фронтах: порт и малые холмы.       Грёбаные дворяне построили стены вокруг своих поместий, потому что, естественно, недостаточно быть богатым, нужно ещё держать сброд подальше от своих статуй и садов. Наук потерял целый отряд, пытаясь взять самый низкий холм: они были уничтожены шквалом пламени быстрее, чем успели отступить.       Порт кишел фейри, и я бы поспорила, что именно туда отправились те десять тысяч, которые сбежали со второго захода на осадные машины. Только регулярные части Пятнадцатого могли бы попробовать сунуться в реку, но, как оказалось, реки могли течь вспять. Там появился граф, владеющий магией воды, и этот урод был достаточно осторожен, так что пока мы не смогли до него добраться.       Когда я отправилась возглавить атаку, он окружил весь порт стеной воды высотой в двадцать футов, и, хотя я, вероятно, могла бы пробиться через неё, мне не хотелось изнурять себя менее значимыми целями. Я снова соединилась с основными силами Пятнадцатого под командованием легата Хуна и вызвала Масего, перенаправляя его в этом направлении.       Однако ему потребуется время, чтобы добраться туда, поэтому я вместе с ребятами Хун отправилась уничтожать последних фейри, окопавшихся в порту. Я молча наблюдала, как легионеры заканчивают зачистку гилдхолла и одобрительно кивнула, заметив, что потери невелики. Погибло только пятеро, а так как рядом находилась линия магов, раненые достаточно быстро встанут на ноги.       Кстати, о дьяволе, подумала я. Ко мне пробиралась плотного телосложения сонинке с лейтенантскими нашивками на плече и в лёгкой броне нашего контингента магов. Я повернулась, к ней прежде, чем она меня окликнула, и на её лице промелькнуло беспокойство. — Мэм, — отдала она честь. — Лорд Иерофант прислал сообщение, что он недалеко от порта, готовит ритуал, чтобы проложить путь через воду.       Я рассеянно повела плечом. — Тогда давайте поможем ему, — предложила я. — Есть что-нибудь от Адъютанта или Лучницы? — По последним данным, Лорд Адъютант вступил в ожесточённую битву с Летней баронессой возле холмов, мэм, — доложила маг. — Ни Лучница, ни Вор не выходили на связь.       Я подумала, что прошло уже больше половины дня. Ещё немного, и я начну беспокоиться, хотя беспокоиться за Лучницу — это не то же самое, что беспокоиться за опасность пожара в лесу жарким летом: обычно разумнее беспокоиться о лесе, чем о пожаре. Что касается Вора, что ж, из всех Именованных, с которыми я сталкивалась, у неё был самый великолепный инстинкт самосохранения. Если Демонисту удастся разрушить мир, Вор станет последним живым человеком, разделив его с крысами и тараканами. — Скажи Хун, чтобы она поддержала Адъютанта всеми магами, которых она может выделить, — нахмурилась я и огляделась.       Трудно ориентироваться в незнакомом городе, хотя массивная водяная стена вдалеке служила своего рода намёком на то, куда мне следует направиться. — Должна ли я послать сообщение лорду Иерофанту, что вы пошли на помощь к нему, мэм? — крикнула маг, когда я стала отдаляться. — Пусть это будет сюрпризом, — ответила я. — Он их обожает.

☠

— Ты же знаешь, я презираю сюрпризы! — сказал Масего, свирепо глядя на меня.       Впечатляет, учитывая, что у него не было глаз. У него это получалось всё лучше. Я похлопала его по плечу и, хотя старалась быть осторожной, чуть не отправила его кувыркаться на землю. — Что случилось с твоим духом приключений? — ответила я. — Это миф, — презрительно сказал он, отбрасывая мою руку. — Отец препарировал нескольких героев и так и не нашёл никаких следов этого духа.       А, Чернокнижник. Если бы я была из тех девушек, которые молятся, я бы просила богов, чтобы мне никогда не пришлось копаться в подвале этого человека. У меня было предчувствие, что всё, что я там найду, превзойдет Башню по количеству «ужасов за гранью понимания». — Это метафора, — сказала я. — Я знаю, ты не знаешь, что это такое, но…       Я ухмыльнулась, увидев глубоко оскорблённое выражение его лица, и продолжила, пока он не успел вмешаться. —… У меня просто нет времени просвещать тебя сегодня вечером. Твой ритуал готов? — Да, — сверкнул он глазами. — Тогда продолжай, — сказала я, — сделай это, — и неопределённо повертела руками.       Водяной вал маячил перед нами, не проявляя никаких признаков того, что он рухнет сам по себе. В некоторых местах он разделял дома пополам, и легионеры заглянули внутрь только для того, чтобы обнаружить, что он прошёл прямо сквозь камень и дерево. У меня не хватило духу спросить, попал ли кто-нибудь из моих людей в эту всеразрушающую линию, когда она образовалась. Руны расцвели вокруг Масего, и мне было трудно удержать их образы в своём сознании — значит, Высшие Арканы. Занавес прозрачной силы проложил туннель сквозь воду по всей длине улицы, когда лицо Иерофанта сморщилось от сосредоточенности. Через мгновение он расслабился. Мне этого достаточно. — Это фигура речи, — сказал он. — Понятия не имею, о чём ты говоришь, — беззаботно ответила я.       Полная когорта уже выстраивалась в шеренги перед туннелем, и, не теряя ни секунды, я взяла инициативу в свои руки. Командиром был тагреб с ястребиным лицом, и, как и большинство моих подчинённых, он был бы слишком молод для своего звания в большинстве других легионов. — Капитан Фазиль, ваша светлость, — представился он, когда я обратила к нему своё внимание. — Держите свои ряды плотными, а щиты поднятыми, капитан, — распорядилась я. — Это будет увлекательное путешествие. Его губы изогнулись в той тонкой манере праэси, которая обозначала вежливую улыбку. — Хорошо, — сказал он мне и тише, себе под нос, буркнул: — Хуже, чем Марчфорд, уже не будет. — Я слышала, — проворчала я.       Я бы сказала то же самое о фейри: хоть с ними и было неприятно иметь дело, они хотя бы не были проклятыми демонами. Я действительно надеялась, что среди тех, с кем мы сегодня столкнёмся, не будет Демониста. — Разве мы не должны быть за щитами? — спросил Масего, догнав меня. — Это то, для чего они предназначены. — Выше голову, лорд Иерофант, — сказала я. — Сделай так, чтобы всё выглядело, будто мы знаем, что делаем. — Я думал, мы знаем, что делаем, — оторопел он.       Он с беспокойством взглянул на меня, и я громко присвистнула. — Кэтрин, скажи мне, что мы знаем, что делаем. — ВПЕРЁД! — закричала я, обнажая меч. — Я мог бы сейчас сидеть в своей башне, — пожаловался он. — Моя милая, удобная башенка. Ты же знаешь, Фадила никогда не таскает меня на сражения. Она заваривает мне чай. Она ведёт очень аккуратные записи и позволяет мне спать дома.       Я не потрудилась подавить свой смешок, издав громкий и чистый звук. Должно быть, это произвело впечатление на фейри, ожидавших нас на другой стороне туннеля, потому что весь их строй дрогнул при звуке.       Я почувствовала первый залп ещё до того, как они выпустили его, и расцвет силы уже за пределами видимости. Летящие стрелы, оставляя за собой огненные следы, заполнили туннель горящим светом, который устрашающе отражался в воде вокруг нас. Медленнее, по сравнению с тем, как они ощущались, когда я впервые с ними столкнулась. Было достаточно легко уклониться, когда я набрала темп, впрочем большинство из них были нацелены не на меня.       Звук звенящих магических щитов сказал мне, что Масего позаботился об этом, по крайней мере, на данный момент. Я ворвалась на передовую, как шторм, силуэты мелькали один за другим, пока я погружалась в рефлексы своего Имени. Один, два, три, и какой смысл вести счёт? Они пришли и умерли. Через некоторое время они обтекли меня и расступились, и тогда я поняла: они знали, что ничего не смогут сделать, чтобы остановить меня. Вдалеке виднелись длинные портовые склады, на которых группами стояли фейри, а над ними формировались копья Летнего пламени, похожие на те, которыми они били по осадным машинам.       Если бы меня ударило одно из них, я бы не умерла, мелькнула мысль, но какое-то время не встала бы на ноги. Очевидно, они хотели заманить меня в ловушку и удерживать. Стрелы летели со всех сторон, и я вынуждена была признать, что, если бы это была только я, они вполне могли бы поймать меня.       Но я была не одна. Колдовство заструилось вокруг меня, сияя голубым светом, и стало вращаться с ослепительной быстротой. Стрелы попадали в него первыми и безупречно втягивались во вращение. Копья ударили одно за другим, и пламя на долгие мгновения заполнило моё поле зрения — но, в конце концов, тоже было втянуто. Вращение резко оборвалось, и лес опадающих стрел застучал по камню, когда Масего направился ко мне. — Безрассудно, — упрекнул он. — Отвлекала их, — ответила я.       Я купила своим легионерам плацдарм и не собиралась держать их за руку во всём остальном. Граф был здесь главной проблемой, и вместе с Масего мы должны были в кратчайшие сроки расправиться с ним. — У реки, — сказал Иерофант. — Я полагаю, что он скоро освободит стену. — Звучит не очень хорошо, — поморщилась я. — Сам вес воды раздавит всё, что находится рядом с ней, — отметил он. — Жаль, что мы будем заняты другим делом, было бы интересно понаблюдать за этим. Знаешь, водное колдовство такого масштаба довольно редко используется кем-либо, кроме ашуран.       Это была бы достаточно интересная болтовня, заслуживающая внимания, если бы мы пили в палатке, но в данный момент у нас были другие приоритеты. Я взяла инициативу на себя, и мы двинулись к реке. Бой в паре с Масего отличался от боя с Хакрамом. Иерофант был со мной со времён моей первой настоящей кампании, это правда, но по-настоящему мы начали сражаться вместе только ближе к концу Восстания Льеса.       Это было через несколько месяцев после того, как мы разработали эту технику, и она ещё не была по-настоящему протестирована. Сегодняшняя ночь позаботится об этом. Теория была проста: Масего был крепостью, а я — гарнизоном. По мере того, как мы продвигались вперёд, в воздухе повисали щиты из плотного света, образующие вокруг нас неровную сферу, и я выныривала из-под их защиты, лишь когда мы встречали сопротивление, чтобы расчистить путь.       Огонь стрел прекратился после того, как первые два залпа оказались бессильны ослабить нашу оборону, и вместо этого фейри подошли вплотную. Это была моя часть работы. Мой щит поймал острие замахнувшегося клинка и заставил его опуститься, а меч ударил фейри в горло, после чего я быстро отступила назад. Другой заполнил пустоту ещё до того, как движение было закончено. — Чисто, — крикнула я.       Стёкла погасли, и, когда я отошла в сторону, Масего закончил бормотать заклинание — взрыв воющего ветра ворвался в массу фейри перед нами. Сомневаюсь, что он кого-то убил, но это дало мне место. Я сделала вылазку в тот момент, когда взрыв развеивался, высоко подняв клинок и разрезая фейри, которые пытались закрыть получившуюся брешь.       Мгновение спустя я краем глаза заметила движение вдалеке и спокойно отступила как раз в тот момент, когда Иерофант восстановил световые панели, надёжно укрывшись за стенами, в то время как стрелы горели, не причиняя вреда. Это был медленный способ продвижения вперёд, но противникам, которые никогда раньше с ним не сталкивались, было очень и очень трудно с ним справиться.       Мы вдвоем пробивались сквозь ряды фейри, а мой легион сражался поодаль, расчищая две улицы подряд с минимальными усилиями. Темнокожий маг даже не выглядел запыхавшимся. Я могла чувствовать сгусток энергии, который был Летним Графом у воды, но нахмурилась, когда увидела, что на пути был ряд складов, расположенных вплотную друг к другу. Нам пришлось бы идти длинным обходным путем, если бы мы держались улиц, а это было больше времени, чем хотелось дать врагу. Перерубив предплечье фейри и наполовину отступив за световые панели, я медленно вращала клинок, чтобы размять запястье. Сегодня ночью было много убийственной работы. — Склад слева, — указала я. — Сжечь.       Масего посмотрел на деревянные стены и поднял бровь, вокруг него загорелись красные руны. В воздухе густо запахло серой, и как раз в тот момент, когда защитные панели рассеялись, из его руки вырвался поток чёрного пламени и превратился в змею с широко раскрытой пастью. Конструкция пробила стену склада, нагромождённые за ней ящики, то, что выглядело как сушёная рыба, свисающая с потолка, а затем и вторую стену, после чего исчезла в мгновение ока.       На этот раз фейри были готовы, и стрелы полетели в тот момент, когда щиты исчезли. Я стояла на страже, лезвие пронзило первых нескольких по идеальной дуге и вспышкой воли заморозила тех немногих, о ком не успевала позаботиться. Панели были восстановлены прежде, чем можно было послать более полный залп, и мы возобновили наше продвижение, пройдя через тлеющий короткий путь. В тот момент, когда мы увидели, что внутри никого нет, мы ускорили шаг, хотя Масего замер, прежде чем мы покинули склад и, наконец, достигли доков. — Сейчас, — сказал он. — Кэт, он не выпускает свою магию. Он перепрофилирует её. Скрыл от меня свои намерения, откладывая до последнего момента. — Он собирается раздавить нас чем-то, — вздохнула я.       Я сразу же перешла на бег, и тучный маг последовал за мной, как мог. Граф стоял на краю причала в одиночестве, и я поблагодарила всех Богов, которые слушали, за патологическую потребность фейри в мелодраматических сценах. Если бы у него был почётный караул из летних солдат, это было бы намного сложнее. Обратив на нас слишком большие тёмно-синие глаза, фейри мягко улыбнулся. — Добро пожаловать, герцогиня Безлунных Ночей, — сказал он. — Позвольте мне…       К тому времени, как он добрался до слова «Ночей», я достала из сумки осколочный заряд и запалила его. Бросок был сделан по красивой дуге, чтобы взрыв произошёл прямо у него перед лицом. Однако струя воды, зазмеившаяся, как щупальце, из реки, поймала его раньше, и боеприпас так и не взорвался. — Это… — начал граф. — Я разберусь с водой, — прервал Иерофант заинтересованным тоном, оглядываясь назад. — Не могли бы вы… — Я займусь им, — ответила я Масего и бросилась в атаку с поднятым щитом.       Первый поток воды врезался в Масего и рикошетом устремился вверх. Я плавно увернулась от второго потока и перепрыгнула через третий, приземлившись в кувырке у ног Графа. Его рука метнулась вперёд, раздался стон, но отсутствие какого-либо водяного эффекта, который последовал бы за этим, означало, что Иерофант был верен своему слову. Мой щит попал Графу в плечо, и я почувствовала, как ломаются кости. Он даже не пытался сопротивляться удару, позволив сбросить себя в реку, и приземлился на ноги на поверхности воды. — И теперь… — он упорно пытался произнести свою помпезную речь.       Я последовала за ним, позволяя Зиме вспыхивать у меня под ногами. Вода замерзала при прикосновении так быстро, что я могла довольно скоро перебирать ногами. Однако теперь я была на избранной им территории, и это было заметно. Вместо двух-трёх водяных щупалец я получила целых три дюжины, идущих по безупречному кругу.       Я не могла позволить себе сбавить скорость, иначе утонула бы, так что мне нужно было точно рассчитать время. Я выбрала самую высокую струю и заморозила её в гладкий осколок, затем прыгнула через смертельную атаку очередной струи. Остальные немедленно скорректировали курс в мою сторону, но, хотя его магия и была универсальной, она была слишком медленной.       Я не удивилась, что принцесса Сулия не взяла его с собой на Битву Четырёх Армий и Одной — Зимние фейри съели бы его живьём. Мой меч опустился, когда я упала на него сверху, пронзив его плечо вместе со светло-голубой кольчугой.       Граф закричал, и прежде, чем я успела ударить повторно, меня отбросило водяным смерчем, протащив на спине по всей длине причала, ломая мною доски. Дьявол, это было больно. Я срезала стрелы, выпущенные графом Зеленого Тиса, но внутри остались острия, и они ужасно впивались в мышцы моей спины. Я медленно поднялась на ноги, уделяя немного внимания некоему присутствию в области затылка. Теперь фейри был наверху, красные и золотые крылья поддерживали его в воздухе. — Наконец-то, — прошипел он. — Это абсурд. У тебя нет никакого уважения к надлежащей вежливости, девчонка. Что ты можешь сказать в своё оправдание? — Однажды, — ответила я, — вы, ребята, перестанете уделять этому так много внимания.       Зомби Третий врезался в него со спины, громко завизжав, когда его крылья захлопали, а копыта врезались в лопатки. Моя лошадь весила, наверное, в два раза больше, чем он, и это сказалось даже на фейри. Граф упал в доки головой вперёд со сломанной спиной и, к моему большому удовольствию, застрял как раз между теми досками, по которым провёз меня. Я не стала тратить время на всякие изыски — и просто проткнула его шею кончиком меча. — Дьявол побери, Кэтрин! — простонал Масего.       Ах да, ему всё ещё нужно было разобраться со всей этой водой. Я направила Зомби на посадку рядом со мной и вытащила изломанное тело графа из доков на всякий случай, если присутствие реки рядом каким-то образом исцелит его. С фейри никогда не знаешь наверняка.       Руки Иерофанта были подняты и тряслись, пока он разбирался с тем, что выглядело как небольшое озеро левитирующей воды. Оно было намного больше, чем я думала, но я решила не мешать великому мастеру и оставила его в одиночку расхлёбывать эту воду. По крайней мере, всё выглядело так, будто было под контролем. В итоге ему удалось сделать слив, который медленно вылил воду обратно в Васалити, хотя к концу он задыхался.       Я похлопала Зомби по спине: — Кто моя хорошая мерзость по законам людей и приличий? — похвалила я своего коника. — Ты, моя лапочка.       Он всхрапнул, голубые глаза блестели. — Ты хвалишь сама себя? — Сказал Иерофант с таким тоном, будто закатил глаза.       Нет, там был образ, но я не задерживалась на нём, потому что стояла как вкопанная. — Я, эм, не заставляла его делать это, — тихо призналась я. — Её, — поправил Масего. — Как ты… Неважно, я не хочу знать, — пробормотала я. — Обычно они этого не делают. — Твоя некромантия стала иной, чем у дяди Амадея, — задумчиво произнес слепой маг. — Это имеет интересные эффекты. — Это, — решила я, — похоже на проблему, с которой предстоит разобраться завтрашней Кэтрин. Она, без сомнения, будет жаловаться на это, но ей не приходилось прокладывать себе путь через грёбаную армию кровожадных фейри, так что к дьяволу её и её скулящий рот. — Обычно злодеи начинают говорить о себе в третьем лице перед тем, как окончательно и бесповоротно сойти с ума, — сообщил мне Масего. — Это хорошо документированный феномен.       Я всегда могла рассчитывать на его поддержку, не так ли? Я подбирала особенно едкий вариант сарказма, когда движение наверху остановило мой язык. Назвать то, что там происходило, полётом было бы несколько великодушно, решила я. Во всяком случае, это было падение к земле под не слишком большим углом.       Я предположила, что на способность фейри махать крыльями несколько повлиял тот факт, что Лучница вонзила ему в спину два ножа и пыталась направлять его ими. Судя по их виду, они пришли из замка — это было хорошо. Хотя то, что фейри умер в полёте, было немного менее таковым. Губы Лучницы шевельнулись, что, без сомнения, было злобным проклятием, и она, выдернув свои ножи, спрыгнула с фейри, широко раскинув руки. — Я думаю, она целится в нас, — сказал Масего, нахмурившись. — Пойду-ка я лучше на тот склад, — заметила я. — Её средство передвижения умерло слишком рано.       Мы двинулись в сторону вероятного конца её траектории, и тут Иерофант внезапно ударил кулаком по ладони: — Я мог бы облегчить ей путь вниз, как я сделал с тобой, — предложил он.       Мог бы, ха. Я оценила падение Лучницы. Не так страшно, как было в моём случае, хотя синяки точно будут. И если я правильно помню, то после того, как поймала, девка бросила меня. — Не нужно, — улыбнулась я. — Я уверена, что у неё всё под контролем.       Двадцать ударов сердца спустя Лучница проломила соломенную крышу, взорвавшуюся соломой и деревом. Мы с Масего неторопливо зашли на склад и обнаружили её, распростёртой на разбитых ящиках, полных лосося. Она застонала. — Ты не поймала меня, — обвинила она. — У меня были заняты руки, — сказала я. — Ты могла бы послать свою лошадь, — выпалила она. — Это чувствительная душа, — защищалась я. — Не хотела быть жестокой, причиняя ей боль. — Ух, — простонала она. — Вы двое хуже всех.       Я огляделась и не обнаружила её ожидаемой тени. — Где Вор? — спросила я. — В последний раз, когда я видела её, она говорила мне, что я ужасная идиотка, которая не понимает значения скрытности, и что я заслуживаю смерти, — задумалась Лучница. — Тем не менее, она улыбалась, когда говорила это. Я думаю, она начинает относиться ко мне теплее.       Я закашлялась, чтобы скрыть смех. — Я уверена, что это так, — солгала я. — Сколько вы успели сделать? — Хорошо, докладываю, — выдохнула Лучница, неопределённо махнув мне запястьем вместо того, чтобы встать. — Итак, мы украли кучу знамён и подложили гоблинский огонь, но потом наткнулись на этих ребят. Так что Вор была такая: «Лучница, ты несравненная красавица, чьего одобрения я тайно жажду…» — Звучит очень похоже на неё, — сказала я категорично. — «… мы должны бежать!» Но потом этот парень сказал: «Да, тебе лучше бежать». Итак, вы знаете, я выстрелила ему в глаз. И я буду честна с тобой, Кэтрин, им это не понравилось. Вообще. — Да что ты говоришь, — пробормотала я.       Так вот почему Блэк никогда не брал мои отчёты, если у него не было под рукой бутылки вина. — Так или иначе, приходит этот другой парень и говорит: «Я герцог, королева собирается убить вас всех», ну, ты знаешь, обычные вещи. Поэтому я попыталась ударить его ножом, но он выбросил меня в окно, а затем поджёг конюшню, в которую я приземлилась. После этого, — твердо заявил Лучница, — я могла уделать его. — Конечно, — согласилась я без малейшего намека на иронию. — Но я знаю, как ты волнуешься, и я хороший друг, поэтому вместо этого я вернулась. Схватила какого-то фейри, пырнула его ножом, чтобы привлечь его внимание, и теперь я здесь.       Она снова взмахнула рукой. — Доклад окончен, — бодро завершила она.       Я сорвала лосося с крючка и бросила ей в голову, игнорируя громкие протесты об уважении к тем, кто был ранен при исполнении служебных обязанностей. — Масего, — сказала я. — Пожалуйста, исцели эту идиотку, затем вызови Хун. Адъютант должен бросить всё, что он делает, и ждать нас на передовой. Пришло время покончить с этим.       Фейри, как я узнала, когда он связался с Хун, по-видимому, решили так же: их Бессмертные вышли.       Дальше всё пошло кувырком.