thorny rose

— Нет, Феликс, почему я участвую в этом действии? — возмущённо сказал Джисон, бросая на друга испепеляющий взгляд. — Это месть, Джисон, — усмехнулся Феликс, пожимая плечами. — Давай, давай. На самом деле, Феликс всё прекрасно понимал. Он знал, насколько Джисон упрям. Слишком упрям, чтобы признать даже самому себе, что он может хотеть кого-то подпустить ближе. Если они не могут сделать шаг друг к другу, то сделает шаг за них. Феликс. Он будет тем, кто подтолкнёт их к этому. Ёнбок всегда замечал, как Джисон прячет свои чувства за сарказмом и холодным безразличием. Но за этой маской скрывалась пустота. Тёмная и пугающая, от которой самому становилось не по себе. Ему нужен был кто-то, кто зажжёт в Джисоне тот самый свет. Кто-то, кто вернёт блеск в его глаза. — Давай уже, хватит тянуть, — подбодрил Феликс. Джисон тяжело вздохнул, всем своим видом показывая недовольство, но вытянул ноги ровно, чтобы Минхо было удобно. — Давай, садись, — пробормотал он, стараясь не смотреть в сторону Минхо. Минхо молча поднялся с места. Несмотря на своё обычное спокойствие, он тоже выглядел немного напряжённым. Медленно и аккуратно он сел, стараясь не смотреть в лицо Джисону. Однако, как только его руки случайно коснулись плеч Джисона, он ощутил тепло. Это было приятно и неожиданно. Минхо был благодарен Феликсу. За эту глупую, на первый взгляд, игру, которая подарила ему такое близкое, почти интимное ощущение. И то что хоть так он может быть ближе к Джисону. Джисон же был растерян. Никогда прежде никто не сидел у него на коленях. Это было странно. Даже абсурдно. — Минхо, крути, — наконец сказал Джисон, стараясь избавиться от неловкой паузы. Бутылочка закрутилась, а игра продолжилась. До самого утра они смеялись, кричали, спорили, но больше всего Джисона злило, что Феликс из раза в раз находил способы заставить его делать что-то для Минхо. — Феликс, ты когда-нибудь заткнёшься? — вспылил Джисон, когда тот в очередной раз выдал задание. — Никогда, мой дорогой. Это же весело, признай! — смеясь, ответил Феликс. Джисон злился. Злился, но… это было и приятно. Он заметил, что с каждой новой минутой ему меньше хотелось отодвинуться от Минхо. Наоборот, он начал чувствовать что-то новое. Как будто их молчаливая близость в игре дарила ему странное, но приятное тепло.

***

Седьмое января. Холодный, мрачный день. Джисон провёл утро за кофемашиной, готовя ароматные напитки для клиентов. Феликс стоял рядом, время от времени пытаясь завести разговор, но безуспешно. Настроение Джисона было таким же холодным, как зимний воздух за окном. — Феликс, я договорился с Минхо сегодня сходить ко мне домой, — сказал Джисон, протирая кофейную машину. — Родителей нет, так что смогу забрать свои вещи спокойно. — Ах, с Минхо значит? — усмехнулся Феликс, многозначительно приподнимая бровь. — Эй, ничего не придумывай, он сам захотел помочь, между прочим, — возмутился Джисон, но тон его был скорее шутливым. — Ладно-ладно. А в какое время? — спросил Феликс, но тут же заметил Минхо, который вошёл в кофейню. — Вот как раз сейчас. Заменишь меня на пару часов, цепа. Не скучай, — Джисон быстро взъерошил волосы друга и поспешил в подсобку, чтобы переодеться. — Ты предатель, Джисон! — крикнул ему вслед Феликс. К тому времени Минхо уже подошёл ближе. — Феликс, не сердись на него, — спокойно сказал Минхо. — Та не злюсь, просто я ненавижу работать один, — проворчал Феликс. — Привыкай, — коротко ответил Минхо, а затем, обернувшись и увидим Джисона переодетым, добавил: — О, Джисон, пошли. Дорога была долгой и тихой. Уже пятнадцать минут они шли, молча наблюдая за мрачным городским пейзажем. Неловкость висела в воздухе. — Точно их не будет? — спросил Минхо, разрывая тишину. — Они возвращаются только завтра с «отдыха», — ответил Джисон. — Откуда ты это узнал? — уточнил Минхо. — Они давно это планировали, — бросил Джисон, уклончиво. Они подошли к подъезду. Поднявшись на нужный этаж, Джисон достал ключи из заднего кармана и открыл дверь. В квартире было темно и холодно. Тишина казалась почти пугающей, как будто здесь давно никто не жил. — Мне забрать всего пару книг и всё. Пошли, — сказал Джисон и направился в свою комнату. Как только он вошёл, его встретил хаос. Бардак был повсюду. — Ужас, — саркастично произнёс он, оглядывая разрушенный порядок. Отец явно был зол. Возможно, он специально оставил такую картину, чтобы напомнить о своём недовольстве. Джисон быстро собрал несколько книг, одежду и личные вещи. Всё уместилось в один рюкзак. — Готово, — сказал он, застёгивая молнию. — Нам надо уходить, — тихо сказал Минхо, оглядываясь по сторонам. — Да, уже выходим, — согласился Джисон. Однако, проходя через прихожую, его взгляд зацепился за документ на столике. Почему он на входе в квартиру сразу не заметил? Он резко остановился, взял его и пробежал глазами. — Психбольница? — прошептал он себе под нос. — Что ты сказал? — спросил Минхо, оборачиваясь. — Та ничего, — отмахнулся Джисон, быстро фотографируя документ на телефон. Он ничего не стал объяснять, лишь молча вышел из квартиры и направился к выходу из подъезда. В груди Джисона неприятно сжалось. Почему этот документ лежал на самом видном месте? И что это вообще значит? В голове уже крутились десятки вопросов, но он решил пока ничего не обсуждать. Когда они вышли из подъезда, Джисон задумчиво молчал, крепче сжимая лямки своего рюкзака. Минхо шел рядом, периодически бросая на него осторожные взгляды, но нарушить тишину не решался. Телефон Джисона внезапно завибрировал в кармане. Он быстро достал его и увидел сообщение от Феликса: Любимый Ёнбок: Я отработаю смену без тебя, гуляйте, голубки :) — Этот идиот, — тихо сказал Джисон, закатив глаза. — Что-то случилось? — спросил Минхо, не скрывая легкой улыбки. — Феликс. Просто он… неугомонный, — ответил Джисон, убирая телефон в карман. — Ну, он прав, в какой-то степени, — сказал Минхо, слегка усмехнувшись. — О чем это ты? — настороженно спросил Джисон. — О том, что мы гуляем. Голубки, — добавил Минхо с легким сарказмом, явно стараясь разрядить обстановку. — Тебе что, жить надоело? — резко ответил Джисон. — Спокойно, я пошутил, — сказал Минхо, подняв руки в жесте сдачи. Тишина снова повисла между ними. Джисон шел вперед, стараясь не думать о словах Феликса и Минхо. Однако в голове постоянно крутилась фотография документа, которую он успел сделать в квартире. Надо будет с этим разобраться, как только будет время. Они продолжили идти по улице. Мороз усилился, холодный ветер пробирался под одежду, заставляя Джисона ежиться. Он сжал руки в кулаки, пытаясь согреть их в карманах, но это помогало слабо. Минхо заметил, как пальцы Джисона чуть подрагивали от холода. — Ты замерз, — сказал он спокойно, не поднимая на него взгляда. — Нормально всё, — буркнул Джисон, спрятав руки глубже в карманы. — Да ты весь дрожишь, — Минхо остановился, протянув руку. — Давай сюда. — Чего? — Джисон нахмурился, настороженно глядя на него. — Руки давай, согрею. — Да я и сам справлюсь! — возмутился Джисон, пытаясь сделать вид, что всё под контролем. — Ты упрямый, как всегда, — Минхо вздохнул. — Но я тоже могу быть настойчивым. Минхо подошёл ближе и аккуратно взял замёрзшие руки Джисона в свои, не дав тому отступить. Сначала Джисон напрягся, готовый выдернуть их, но, почувствовав тепло, замер. — Ты что, грелки в карманах таскаешь? — пробормотал он, стараясь скрыть, как приятно это было. — Нет, это просто мои руки, — улыбнулся Минхо. — Мог бы не напоминать, — буркнул Джисон, отворачивая взгляд. Минхо слегка сжал его пальцы, грея их своим дыханием. — Тебе так легче? — спросил он тихо. Джисон хотел ответить что-то резкое, но вместо этого лишь тяжело выдохнул. — Наверное, да, — неохотно признал он. Минхо поднял взгляд на него. — Вижу, ты не можешь даже благодарность выдавить. — Благодарность? За это? — Джисон хмыкнул, но в его голосе больше не было прежней резкости. — Ну… ладно. Спасибо. Минхо улыбнулся шире, явно довольный. — Пожалуйста. Они снова пошли вперед, но теперь Джисон уже не чувствовал ледяного холода. Тепло от рук Минхо почему-то всё ещё оставалось.

***

— То есть, это документ из психиатрической больницы? — Феликс, не отрываясь, рассматривал фотку в телефоне Джисона. — Здесь написано имя твоего отца… Джисон почувствовал, как внутри все сжалось. Документ был старый, с пометками и многочисленными исправлениями, а то, что его отец когда-то оказался в психиатрической больнице — это было что-то, о чем он не хотел думать. — Да, я знаю, — сказал Джисон, чувствуя, как голос начинает дрожать, но он пытался сдержать себя. — Это странно, потому что он никогда не показывал никаких признаков, что с ним что-то не так. Он всегда был слишком жестким, слишком строгим. Всегда говорил, что я должен быть сильным, что не место слабости. Но это не просто жесткость… Он морально разрушал меня. И теперь я просто не понимаю, что это значит. Феликс замолчал на секунду. Он знал, как тяжело Джисону говорить о своем отце, особенно с учетом их отношений. То, что Джисон рассказал о жестокости и подавлении, — это было не просто сильное давление, а что-то гораздо более разрушительное. — Я не знаю, что думать, Джисон, — сказал Феликс, чувствуя в голосе тревогу. — Он ведь никогда не был прямолинейным с тобой. Возможно, все это… он держал в себе. Вся эта жесткость, моральное насилие. Ты думаешь, это связано с тем, что он оказался в больнице? Джисон отложил телефон и глубоко вздохнул. Ему было трудно мыслить ясно. Он чувствовал себя запутанным и предательски одиноким, несмотря на то, что рядом был Феликс. — Я не знаю что это значит, — сказал Джисон смотря на свои руки. Феликс молчал. Он знал, как это чувствовать себя преданным и сбитым с толку. Он был рядом с Джисоном, но понимал, что многое из того, что Джисон пережил, — это его борьба. Его отец был тем, кто не дал ему почувствовать себя достойным любви или принятия, кто всегда давил на его слабости и требовал невозможного. — Это всё очень сложно, — сказал Феликс, пытаясь найти слова утешения. — Но, Джисон, важно, что ты сейчас рядом, что ты живешь своей жизнью. Ты не должен быть похож на него. Ты сам себе хозяин, и никто не имеет права решать, кто ты. Джисон не ответил сразу. Он был благодарен за слова Феликса, но внутри у него был хаос. Столько вопросов и так мало ответов. Это было как взорвавшаяся бомба, которая продолжала отдавать свои последствия. — Я не уверен, что все будет хорошо, — сказал Джисон наконец, поднимаясь с места. — Но я, наверное, должен хотя бы понять, что это все значит. Разобраться. Феликс кивнул, но видел, что Джисон по-прежнему в раздумьях. Он хотел помочь, но знал, что Джисон должен был пройти через это сам. — Я рядом, — сказал Феликс, и это было все, что он мог сказать. Джисон посмотрел на него и тихо кивнул. Может быть, ему и не нужно было всех ответов сразу. Но важно было то, что он не один. И это хоть немного успокаивало. — Что у вас с Минхо? — резко перевёл тему Феликс, и Джисон даже опешил от неожиданности. — А что должно быть? Друзья. Хотя... слово "друзья" звучит слишком громко, — усмехнулся Джисон, не отрываясь от телефона. — Я бы просто так не спросил, если бы не Новый год, — проговорил Феликс, сверля Джисона взглядом. Джисон поднял глаза, заметив его странное выражение. Потом всё понял. — Ну, а что не так-то? — с недоумением спросил он. — Джисон, я же видел, как тебе нравились его прикосновения, — прямо заявил Феликс, подперев подбородок рукой. — Ладно, слово "друзья" звучит не громко, — нехотя признал Джисон. Он задумался на секунду и добавил: — С ним спокойно. В буквальном смысле. Как с тобой, Ёнбока-а. Феликс не стал давить. Он лишь улыбнулся краешком губ, молча наблюдая за Джисоном, который тут же уткнулся в телефон, будто бы разговор совсем ничего не значил. — Кстати, роз давно не было. Неужели поклонник отвязался? — усмехнулся Феликс. — Умеешь ты перескакивать с темы на тему, Феликс, — сказал Джисон, и за тем добавил: — А ты загляни на кухню, — спокойно бросил Джисон, даже не отвлекаясь от телефона. Феликс, пожав плечами, направился туда. Через пару секунд послышался его возмущённый крик: — Джисон, это что?! Это что за гора цветов? 51 роза?! Джисон не удержался и усмехнулся. — Спокойно, это всего лишь цветы, Феликс. — "Всего лишь"? Ты издеваешься? 51 роза! Кто-то явно решил сорвать банк! — воскликнул Феликс, втащив букет в комнату. — Ты хотя бы, уже знаешь, от кого это? — Может быть, — уклончиво ответил Джисон, не сводя глаз с экрана телефона. — А ну, выкладывай. Ты что, думаешь, что это Минхо? — прищурился Феликс, ставя букет на стол. — Почерк на записке похож, но это не доказательство, — сухо сказал Джисон, оглядев цветы. — Серьёзно? И ты даже не хочешь его спросить? — возмутился Феликс. — Ты понимаешь, что кто-то вот так разоряется ради тебя? — Понимаю. И что? Это их выбор, — отрезал Джисон. — Блин, Джисон, ты такой... — начал было Феликс, но замолчал, глядя на друга. Джисон вдруг поднялся и, потянувшись за букетом, аккуратно вытащил из него маленькую записку. "51 роза для Джисона. Надеюсь, эти розы скрасят твой вечер." Джисон несколько секунд смотрел на записку, потом молча убрал её в карман. — И что дальше? — осторожно спросил Феликс. — Ничего, — отрезал Джисон, подхватил букет и ушёл в свою комнату. Феликс остался стоять в растерянности. Он знал, что Джисон ненавидит сюрпризы, но, судя по его взгляду, ему это нравится. Стало нравится. Извиняюсь за неудачные попытки. Вот более краткая версия последних двух абзацев:

***

Ночь снова была тяжёлой. Джисон сидел в тишине, думая о том, что его родители даже не пытались его искать. Они просто игнорировали его, и это пиздец как странно, неужели настолько им плевать? Или на это есть своим причины? Сомнительно. К тому же этот документ из психиатрической больницы... Столько вопросов, столько непонятных моментов, которые тяжело не замечать. В свои 22 года Джисон был переполнен проблемами, несмотря на то, что учился в университете и не имел долгов. Но всё казалось слишком запутанным. Минхо был той фигурой, которая не давала покоя. Джисон пытался не думать о нём, но это было сложно. Слишком сложно не думать о нем. Всё в голове перепуталось, а сердце сжимается от этих мыслей. Тянуло к нему, но это раздражало, слишком раздражало. Как только Джисон пытался отпустить эти чувства, они снова возвращались, в двойной порции. Чем больше он старался контролировать свои эмоции, тем сильнее была эта тягучая потребность быть рядом с ним. Это было изматывающе. Злая белка: Минхо, спишь? Минхо: Что-то случилось? Я чувствую что с тобой что-то не так ¿?