Сколько стоит любовь?

Если бы Лео Габор созванивался с близким другом в конце июля, а следующий звонок был в конце октября, то на вопрос, «что нового?», ему было что рассказать: Во-первых, свой день рождения он отмечал в компании Stray Kids и лучшей подруги, и это было, даже с его делениями всех событий на «норм/ненорм» невероятно круто. Макнэ и Хан постарались на славу, просто устроив ужин без помпезностей, который плавно перешел в попойку, пение песен под гитару и веселые игры в бассейне с водными пистолетами. Во-вторых, Ленка заебала. На этом празднике души она помирилась с Хенджином. Правда перед прилетом в Сеул они опять поцапались, а потом опять помирились… Лео сказал, что будет действовать как полиция: появится труп — тогда и вмешается. Потому что их с Феликсом семья как какая-то служба поддержки. Младший жалуется младшему, а Лена высказывает все Лео. Тот, не обладая даром терпения, ограничивается советами попробовать BDSM, сделать лоботомию, спрыгнуть с крыши вниз головой, потому что разбегаться насовсем парочка даже не помышляла, находя в отношениях друг с другом садистское удовольствие. В-третьих, Мисси уже официально с уст Габора была титулована до «моя сладкая любимая принцесса», и нет, это вовсе не потому что когда к ним опять пришел в гости Минхо, она вытащила из его кроссовка шнурки и резвилась с новой игрушкой по всему дому, — просто она ему нравилась. В отношениях Лео и Феликса цвели любовь и взаимопонимание похлеще, чем цветочки старушки Минь на балконе снизу. Разве что когда Феликса в начале августа утвердили амбассадором «Луи Виттон», и на адрес ИХ дома (Ликс по привычке назвал его) по приезду пришел огромный букет белых пионов с неоднозначной припиской «…со всей моей любовью, Николя», букет французского Колясика полетел с балкона на глазах ошеломленного Феликса. И на вопрос: «Ты что делаешь?! Это же по работе!», Ликс получил убийственно спокойный ответ: «Да мне плевать, тебе есть от кого принимать сраные цветочки», парни ругались целый вечер, выясняя, стоит ли от «ебучего престарелого педика, который хочет уложить тебя на лопатки» принимать цветы или же не следует воспринимать этот жест как выходящий за рамки сотрудничества. Решилось тогда все просто. Лео, которого игнорили остаток вечера, экспроприировав у него даже кошку, которую младший не выпускал из рук, делая параллельно демонстративно бурную деятельность в телефоне (листая рилсы), заказал ему букет в два раза больше, попросив в комментариях окрасить их в синий цвет, чтобы окончательно задобрить самые красивые надутые губы. «Губы» быстро сменили гнев на милость. Феликс в первой декаде августа, опасаясь реакции возлюбленного, приперся домой с голубыми волосами. Они спорили с Ленкой и Светкой, какую кликуху он отхватит от ненаглядного. Света ставила на Мальвину, а Лена на смурфика. Победил Лео, сказав, что он выглядит очень мило. Платоническая любовь Феликса и Светки вышла на новый уровень, когда они узнали, что родились в один день с разницей в десять лет. Лео подумал, что разорится. Ну, наверное самое главное, — Лео теперь сеульская знаменитость. Без шуток. Как так вышло? Ленкино домашнее видео-задание стало отправной точкой. Первое видео они сняли в Генуи на пляже, где Лео, весь из себя томный с мускулами напоказ, эффектно ныряет со скалы и типо достает со дна флакон мужских духов. Приправленное черно-белым фильтром и умелыми руками Лены, получилась реклама, идею которой у блондинки по итогу купили «Армани», а узнав, что она работала уже с «Версачи», пригласили поработать в Милане и стать официальным бренд-фотографом и видеографом в Сеуле. А вот второе видео принесло уже, как считал Лео, неуместную и неудобную славу именно ему. Ведь они решили снять немного шкодливое видео, где Габор в строгом костюме и солнцезащитных очках бежит по улицам Сеула, то потягиваясь на брусьях, то демонстрируя визуально эффектные приемы карате, то перепрыгивая через препятствия, при этом не забывая временами падать от усталости, а в перерывах веселясь, вместо телефона прикладывая ботинок к уху, (что блондинка посчитала забавным и вставила в финальный монтаж), и по итогу приходит в клуб Эдвина, забирая последний абонемент. Они шутки ради показали это Эду. Тот по приколу своему рекламщику, и теперь Лео, уже правда не по приколу, а за ежемесячный гонорар, стал официальным лицом клуба, которое крутится на всех баннерах, на сайте и даже на листовках (спасибо Лене, ее дару убеждения и бесплатной фотосессии по тарифу «лучший друг»). Из плюсов — ему платят за это примерно четыре тысячи евро, и Феликс сказал, что на баннерах и фотках он чистый секс. Из минусов, на него все пялятся, в комплексе почти все посетители просят с ними сфотографироваться, даже на улице узнают, а некоторые исподтишка фотографируют, когда он занимается в зале, что бесит — будто мало им гемора из-за популярности Ликса; а еще приходится сниматься в завлекающих клиентов рилсах, красуясь мускулатурой, чего не терпящий к себе внимания Габор просто не мог вынести. И чего эти корейцы так всполошились? Лео искренне не выкупал такого бурного интереса к себе. Когда месяц спустя, он психанул и отозвал Эдвина на разговор, умоляя снять его с баннеров и прочей хрени, обязуясь вернуть гонорар даже за прошлый месяц, Эд сказал не выебываться, а собирать деньги на открытие третьего комплекса, потому что первый уже переполнен, а предзапись во второй, который заработает только в ноябре, уже свыше трехста процентов. Лео, не имея в кармане нужную сумму и представления где ее так быстро раздобыть, сторговался на пятьдесят процентов доли. Ох уж эти китайские рынки — прям школа жизни. Когда Ленка попросила в сентябре его посниматься в перерыве от тура для новой линейке костюмов «Армани Корея», Лео послал ее нахуй, назвав исчадием его персонального ада. Когда она озвучила гонорар (потому что другие заинтересовавшиеся не могли даже закончить предложение о сотрудничестве, тем самым только раззадариваясь), то нахуй пошли принципы Лео, потому что за пятьсот евро в час стоять в разных позах с недовольным лицом в костюме, купить который он себе в жизни не сможет позволить, он готов был круглосуточно. Ленка когда училась фотографии, то часто припахивала его подопытным кроликом, так что Лео быстро научился еще в то время выдавать нужную эмоцию в кадре, чтобы от него поскорей отвалили.

***

Лео двадцать второго октября лежал дома без задних ног. Сегодня завершающий корейский концерт у Феликса с ребятами, и возлюбленный должен вот-вот приехать домой. Габор уже почти три месяца работает без выходных из-за всей этой свистопляски, благо его сегодня не вызвали Стаффом, иначе бы светловолосый позорно разревелся от усталости. Вообще именно иностранные туры стали для него чем-то вроде отпуска — просто промять восемь человек и больше ничего. С учетом того, что с этими людьми он был в неплохих отношениях, и они прекрасно знали о нынешнем темпе его жизни, то записывались к нему только по острой необходимости. В то время когда в Сеуле нужно было встать в пять утра, чтобы через полчаса быть в комплексе на тренировке (иначе навязчивые люди просто срывали все своими: «ой, а это вы парень с билборда?») или рабочих съемках контента, ведь начиная с семи туда начинал заваливаться народ. Габор стал ненавидеть людей. После они с Эдом обсуждали рабочие вопросы по второму клубу, рассчитывали смету по третьему, добавляя или убирая что-то. И все это было по дороге к какому-нибудь объекту, который потенциально они могли снять для открытия третьего спортивного клуба. Возвращались парни в часов в девять-десять утра, приступая к своей непосредственной работе… Нагрузка поднялась у всех работников комплекса без исключения после фурора с рекламой и притока людей, так что впахивать приходилось порой до полуночи. И если в начале Эд радовался прибыли, то сейчас, глядя на вымотанных сотрудников, понимал, что нужен дополнительный персонал, не считая, что штаб второго комплекса укомплектован на добром слове. Благо норвежец не скидывал и это на плечи Габора, понимая, что друг держатся лишь на какой-то немыслимой силе духа. Он предлагал ему уйти из Стаффа Stray Kids, чтобы можно было заниматься основной деятельностью и иметь человеческий график. Ведь группа завелась приличным количеством телохранителей в сравнении с началом года, и безопасности Феликса ничего не угрожало. Лео и сам понимал, что не вывозит, но Ликс был единственным связующим звеном, не позволяющим ему сойти с ума, ведь все это делалось ради него. Феликс зашел через минут пятнадцать после Лео. Парень был явно доволен концертом, в нем все еще кипел адреналин. В эти моменты, невзирая на усталость, он готов был взобраться на Эверест. Но увидев вымотанного возлюбленного, который лежал с закрытыми глазами и спал, сердце болезненно сжалось. В последнее время Лео засыпал мгновенно, стоило голове коснуться подушки. Ликс не ворчал на него по поводу того, что это происходило в уличной одежде. Просто молча раздевал старшего под внимательный взгляд Мисси, немного осуждающий, как казалось самому Феликсу, словно кошка пыталась сказать: «ладно у меня лапки, а ты-то почему ничего не предпринимаешь?» Ликс раздел возлюбленного и накрыл одеялом, осторожно поцеловав в висок. Блондин взял телефон и вышел на балкон. — Эдвин? Ты не спишь? — Позвонил он тренеру. — Нет. Только до дома доехал. Что-то случилось? — Я могу тебя попросить дать выходной Лео? — Тихо спросил он, поглядывая через окно на спящего возлюбленного. — Но у нас завтра съемки контента для инстаграмма! А потом нужно съездить на два объекта. Да и у него записи до одиннадцати вечера. Прости, Феликс, но… — Он человек, а не машина! — Воскликнул Ликс. — Ты же понимаешь, что последний выходной у него был десятого сентября, когда мы выступали в Осаке? И то, потому что мы с ребятами договорились не записываться к нему. Это ненормально! — Мы все сейчас так работаем. Я уже нашел двух массажистов, но они непроверенные еще. Нам сейчас нельзя облажаться. — Феликс прикрыл глаза. — Перестань рассуждать как начальник и вспомни, что он твой друг. — Попросил он. — Неужели ты не видишь, что он измотан? — Повисло молчание, а затем из динамика раздался тяжелый вздох. — Да все я вижу. Но мы набрали какой-то нечеловеческий темп, и я теперь не знаю как притормозить. — Признался норвежец. — Может у тебя есть идеи? — Феликс не показал удивления. Несмотря на то, что отношения между ним и тренером уже давно были ровные, но приятелями их было сложно назвать. И уж тем более теми, к кому обращаются за советом. — Попробуй к съемке контента привлекать и других сотрудников. Пусть Лео и стал лицом твоего комплекса, но он ведь не единственный, кто там работает. — Ликс сел на стул Лео, за которым тот обычно курил. — Можно попросить гостей комплекса принимать участие, тогда можно будет снимать не ранним утром, а в обычное рабочее время. — Я думаю сделать клуб круглосуточным. — Вдруг поделился Эдвин, на что Феликс ужаснулся, подумав, что возлюбленный теперь и ночью будет торчать там. — Это позволит ввести две смены сотрудников, разгрузить зал и сам персонал. Что думаешь? — Разве кто-то будет тренироваться ночью? — Хмыкнул скептично он. — Ты удивишься. — Усмехнулся Эд. — Но если так, то наверное идея неплохая. — Неуверенно согласился блондин. — Только один наш общий хороший знакомый не будет работать в ночную, это я сразу тебе говорю. — Мужчина рассмеялся. — Я тебя услышал. Ладно уж, давай вот как сделаем? Если ты уговоришь своих отменить на завтра персональные тренировки, то я смогу сам часов до четырех объехать около семи объектов. А на записи Лео поставим новенького. Он, вроде как, с ним работал года три в том массажном салоне, не должен же шеи переломать? — Задал риторический вопрос норвежец. Вообще Эдвина можно было понять. Это его бизнес, его ответственность и репутация. А потому Феликс почувствовал острый прилив благодарности к другу своего парня, что тот пошел на уступки. — Спасибо, Эдвин. — Искренне поблагодарил блондин, а затем услышал зевок, непроизвольно поддавшись порыву. — Пожалуйста. — По-доброму усмехнулся норвежец. Феликс зашел в комнату и без зазрения совести вырубил на телефоне возлюбленного все будильники, укладываясь к нему под бочок и счастливо улыбаясь, закидывая руку и ногу на своего любимого мужчину.

***

Лео проснулся от ароматного запаха еды, что было странно, ведь обычно при пробуждении он ощущал лишь безнадегу, усталость и досаду, что приходилось выпутываться из манящих объятий и теплого одеяла. Сладко потянувшись, он посмотрел в начале на Мисси, дрыхнувшей на подушке Феликса, а затем на телефон, и тягучий дрем сменился холодным потом. Почти девять утра! Он проспал! — Твою мать! — Габор подскочил как ошпаренный, параллельно набирая Эдвину. — Братишка? — Буднично, словно даже удивленно ответил норвежец. — Блять, я проспал! Прости, чувак! — Лео быстро побежал в ванную, едва не споткнувшись по пути. — Пять минут, и я… — Эд захохотал. — У тебя сегодня выходной. Тебе Феликс разве не сказал? — А? — Не понял его Габор. Выходной? Что за слово такое? — Проведи этот день со своим парнем. Ладно я, мне только и остается, что жить клубом, но ты-то семейный человек. — Лео откинул голову к стене, переводя дух. — Спасибо, Эд. — Его благодари. Он вчера мне позвонил с требованиями вернуть ему его парня. — Рассмеялся норвежец. — Правда? — Он был очень деликатен, просто напоминая, что я не только твой начальник, но и друг, а ты, отказывается, не робот, а человек. — Габор растянул губы в улыбке, прикрыв глаза. — Черт… это то, что мне нужно, честно говоря. — Лео не стал добавлять, что уже не помнит, когда в последний раз нормально разговаривал со своим пацаном или позволял себе понежить его, ведь последние две недели они заставали друг друга только спящими, ограничиваясь редкими звонками и переписками. — И давай завтра отменим тренировку? Хочу тоже урвать пару часов сна. — Ради ментального спокойствия Лео, Эд подрывался вместе с ним ни свет ни заря. — Конечно. Тогда встречаемся в семь? — С понимаем спросил Габор. — Не, я сегодня проеду объекты и голосовыми накидаю тебе что к чему. А завтра у тебя записи с десяти, так что встречаемся в девять в комплексе и уже принимаем решение. Мне по фоткам кажется, что в час я еду на локацию, на которой мы по итогу остановимся. — Голубоглазый почувствовал стыд за то, что сачкует от работы. — Так может вместе съездим? — Все же спросил он. — Братишка, я понимаю, что я хорош собой, но мне тоже нужно отдыхать от тебя! — Хихикнул бравадно друг. Лео понимал, что его хотят просто успокоить. — Точно? — Сегодня отдыхаешь ты, а перед вашим японским туром я возьму себе выходной, где ты один будешь разгребать все. Планирую скинуть на тебя собеседования персонала в спа-зону. — Габор улыбнулся. — Жестокий сукин сын. — О, именно так. — Довольно ответил Эд. В двери послышалась возня ключа. — Ладно, чувак, на связи. — Попрощался светловолосый, встречаясь взглядом с Феликсом. В руках у него был любимый низкоуглеводный торт Лео. — Привет, Веснушка. — Габор подошел ближе. — Привет. Думал, что успею вернуться до твоего пробуждения. — Старший забрал торт из его рук, поставив на полку и крепко обнял мальчика, наслаждаясь близостью. — Я холодный! — Воскликнул Ликс, но не сделал ни одной попытки, чтобы отстраниться. — Господи, я так скучал. — На выдохе сказал Лео, целуя младшего в шею и зарываясь носом в его воротник. Блондин встал на носочки, нежно поцеловав парня. — Я приготовил тебе блины и твой любимый красный суп. — Так он называл борщ. Габор улыбнулся, расстегивая куртку на младшем. Под ней была футболка Лео, да и от самого блондина веяло настоящим домашним уютом. — Я тогда быстро в душ, а потом… — Мне бы тоже сходить. — Перебил его Феликс, спускаясь руками к накаченной заднице и собственнически сжимая ее. — Потрешь мне спинку? — Габор сразу же учуял сексуальный флюид, игриво сверкнув глазами. — Спинку, задницу, рот, член — я сегодня пройдусь по всем твоим местечкам, сладкий. — Уверил он возлюбленного, начиная его быстро раздевать, покрывая оголившиеся участки тела поцелуями.

***

Позавтракать удалось только в обед. Двое подуставших, но очень довольных парня, ели, не прекращая болтать, ведь, что называется, дорвались друг до друга. — Слушай, а ты не думал уйти с должности массажиста в комплексе и остаться только нашим? — Спросил Ликс, когда они рассказали друг другу все новости. — Не выйдет. — Лео разрезал торт, накладывая кусочек себе и Феликсу. — У JYP политика такая, что они работают не с человеком, а с компанией. То есть, пока я числюсь у Эда массажистом, то могу работать с вами. Так у всего Стаффа, кроме Джи Вона. У него заключен договор с компанией, а у остальных трудовое соглашение. Типо командировки от основного места работы. Я уже узнавал, малыш. Сам понимаю, что не вывожу. А ведь я планировал в таком режиме работать до сорока, когда нужно было выплатить долг за лечение Лили. — Слабо усмехнулся Лео. — То есть, единственное, от чего ты можешь отказаться — это работа Стаффа? — Все же начал болезненную тему блондин. — Я не уйду из Стаффа. Скорее придется отказаться от планируемой доли в третьем комплексе, потому что нужно к декабрю собрать четыреста тысяч евро, а мне за три месяца со всеми переработками и Лениной халтурой удалось накопить только сорок. Но я прикинул, может доскрести процентов до семи удастся, так что не все так плохо. — Ликс вздохнул. — Так может я просто дам тебе всю сумму? — Лео приподнял правую бровь. — Малыш, мы обсуждали это. Я не буду брать твои деньги на свои авантюры. — Ну это же не авантюра! — Воскликнул Феликс. Лео взял его руку и ласково поцеловал ладонь, глядя в глаза. — Просто будь со мной рядом, Веснушка. Я обещаю, что утрясу все вопросы и постараюсь не пропадать сутками подряд на работе. — Ликс согласно кивнул, хотя хотелось закричать, чтобы Лео перестал все усложнять и согласился. Словно почувствовав, Габор добавил: — Просто если я соглашусь, то потеряю собственное уважение к себе. — Может рассмотрим, что эту сумму я дам тебе в долг? — Не сильно веря собственным словам, предложил блондин. — Детка, я пока даже представить не могу, что однажды буду обладать такой суммой, так что нет. — Феликс сел к нему на колени, дурачась, собрал пальцем крем с торта и мазнул губы возлюбленного, глядя на его слегка удивленные такой выходкой усмехающиеся глаза. — Бесишь. — Беззлобно сказал Феликс, пошло слизывая десерт. У них было слишком мало времени, чтобы тратить его на ссоры.

***

Двадцать седьмого октября для Лео был мини-праздник, ведь нынешний фотограф-Стафф не вовремя попал в больницу и на два завершающих концерта в Осаке пригласили Ленку. А Пак Чинен должен был срочно лететь по работе в Америку, уговорив свою возлюбленную, которая заикалась, что больше никогда и ни за что не полетит в тур, курировать мемберов. Успокоило Светку то, что Кан Джи Вон в ежовых рукавицах держал Стафф, ведь, честно говоря, Света согласилась лишь для того, чтобы хотя бы на время воссоединиться с друзьями. — Банда в сборе! — Воскликнула Ленка в аэропорту, заметив Лео и Свету. Друзья улыбнулись, увидев похорошевшую подругу, которая уверенным шагом шла с чемоданами к стойке регистрации, и обняли ее. — Тебе очень идут розовые кончики. — С теплотой произнесла Светка. — Скажи?! Я прям чувствую себя Аврил Лавин! Дайте мне самого хорошенького скейтбордиста, и я не упущу свой шанс! — Нарочито громко сказала она, и друзья скосились на стойку бизнес-класса, глядя, как Хенджин буравит ее злым взглядом. — Опять поругались? — Тихо спросила Света. — На этот раз точно все! Достал! — Лео хмыкнул, потому что в этом месяце они уже трижды «точно все» разбегались. — Что ты глумишься, невежда?! — Щипнула его Ленка. — Что на этот раз? Ты увидела, что он флиртует с официанткой или он приревновал тебя к фотоаппарату? — Все же из вежливости спросил Габор. — Я лечу по работе в Италию, а он бесится! Думает, что я сразу же позвоню всем итальянцам, чтобы те съезжались на оргию! — Блондинка спустила на кончик носа модные очки от «Армани Эмпорио», одарив бесящего мембера высокомерным взглядом. — И я так и сделаю. — Мстительно оскалилась она, а затем повернулась к нему спиной, довольная как слон. — Кстати, миланский дом заценил твои фотки в костюмах. Предлагают тебе один жирный проект. — Сказала она другу, не упоминая, что им еще на этапе видео-задания заинтересовались. И что фото в костюмах было своеобразным кастингом, который он прошел. И что Ленка уже тогда дала за него согласие. — Не, в пизду. И так кручусь как белка в колесе, Фели меня нахер бросит, если я еще и укачу в Италию торговкой еблета. Хватит мне Сеула. — Раздраженно бросил он. — Ну давай полетим втроем? Сразу из Осаки. На недельку всего. А вы отдохнете в своем домике потом? — Ленка, почему-то не ожидала отказа. Они не виделись с Габором с той самой съемки костюмов, и она уже привыкла, что ради такой работы модели готовы даже убить. — Это та самая реклама, которую мы снимали тогда для моей домашки, помнишь? Только локация другая и бюджет помасштабней. И платят хорошо. О-очень хорошо. — Лео покачал головой. — Не люблю я все это. Да и у Фели до конца декабря какие-то съемки шоу, еще и музыкальная программа, на которую я обещал прийти. Да и пятого ноября открытие второго комплекса, я ж не только рожей должен светить и ленточку перерезать, но и следить за тем, чтобы все продолжало работать исправно. Так что я пас. — Очередь подошла к ним. Лео пропустил вперед Светку. — Не, я на бизнесе лечу. Просто хотела поболтать. — Улыбнулась ему рыжеволосая. — Лен, ты идешь? — А… я на экономе лечу. — Она собиралась добиться согласия, используя каждую минуту. Лео удивленно на нее посмотрел, но слова не сказал. Блондинка приобняла друга, подходя к стойке. — Доброе утро! Нам, пожалуйста, соседние места! — Ослепительно улыбнулась она мужчине за стойкой.

***

— На целый фильм времени не хватит, но можем сериал какой-нибудь. — Предложил Лео. — Может Шерлока пересмотрим? — Не, лучше «Любовь и наказание»! — Слабость к турецким шедеврам не иссякла у блондинки. — Ну ок. — Габор начал вводить название на планшете в спинке переднего сидения. — Там предлагают пять тысяч за час съемки. — Продолжила продавливать Ленка. — А если ты согласишься на эксклюзивный контракт, запрещающий тебе принимать участия в других модных домах в течение года, то они готовы очень сильно раскошелиться. Сумму мне не назвали, но есть огромная вероятность, что это покроит твои расходы на клуб. Возможно даже, что… — Прекрати. — Строго одернул ее Лео, доставая эйрподсы. — Я уже сказал, что нет. Лен, у меня отношения держатся только на терпении Фели. Я заебался, понимаешь? Если бы я знал, к чему приведет мое согласие помочь тебе в твоем долбанном задании, я бы в жизни не согласился, потому что у меня и жизни-то уже нет, — сплошные обязанности. — Ленка хотела ему ответить, но тот нервным взмахом головы намекнул, чтобы та молчала. — Ты моя лучшая подруга. Блять! Самая лучшая, понимаешь? Я многим обязан тебе, но я не вывожу. Я уже поговорил с Эдом, и мы решили, что мы будем партнерами по бизнесу, а массажистом комплекса я остаюсь номинально, чтобы иметь возможность следовать за своим пацаном. И что мой еблет хоть и будет висеть на входе, но развивать как конченные мы это не станем, потому что, мне не в прикол селфиться с каждым, кто считает своим долгом иметь фотку с тем европейским чуваком с плаката. Буду вырученные бабки с доли вкладывать в недвижимость потихоньку, родителям помогать и на пацана своего тратить, а жить на зарплату Стаффа. И чтоб когда я покупаю туалетную бумагу, ни одна тяночка не снимала меня исподтишка, чтобы потом вставить в свой сраный тикток. — Лена нахмурила лоб. — Но ты ведь хотел… ты хотел пятьдесят процентов доли, и у тебя есть все, чтобы это получить. Почему ты отказываешься? — Блондинка искренне не понимала, ведь как никто знала загоны своего лучшего друга по поводу неравенства финансового положения между ним и Феликсом. — Да потому что у меня уже есть все, что мне нужно! — Воскликнул Габор. — Лен, даже с учетом того, что я откажусь от часов массажиста в комплексе, всех этих блядских фото и видео, у меня все еще остается работа Стаффа и десять процентов во втором спортивном клубе. Это ж с учетом предзаписи где-то двадцать тысяч евро в месяц. Больше, чем я заработал за прошлый год! Я и мечтать не мог о таких деньжищах! И да, я понимаю, что у меня сейчас есть куча возможностей все это преумножать. Но у меня есть парень, с которым я хочу проводить все свое время, есть кошка, понимаешь? Даже дом в Италии, это ж просто разнос! Мне большего и не нужно. Я хочу так. — Ленка опустила глаза, задумавшись. — Ты ведь сам говорил, что меняться нужно только ради себя, а в итоге ставишь свою жизнь на одного парня. Он хороший, я рада, что у вас любовь и надеюсь, что так будет всегда. — Девушка растеряно убрала за уши волосы. — Но я искренне не понимаю… — Он — моя семья. И я не хочу все похерить из-за каких-то своих глупых амбиций, которые даже не все принадлежат мне. Просто понимаешь, оборачиваясь назад, я понимаю, что был счастлив с ним изначально. Работая в подвале, именуемом массажным салоном. Живя в жопе Сеула… У меня сейчас прекрасная жизнь, точнее, была, пока на меня не свалилась узнаваемость в моем районе. У меня в руках не то, что синица или журавль, — целая, блять, жар-птица! И я не хочу быть ебланом, который ее упустит. — Блондинка ободрительно сжала его бедро, понимая, что ей в Италии «дядя Армани» устоит ей пиздец, возможно даже оштрафует за срыв съемки рекламы. Но она не станет идти на манипуляции, ведь эта дружба — самое дорогое, что у нее есть. И если голубоглазый так решил, то давить она больше не станет. Несмотря даже на то, что такое самопожертвование ее, как минимум, пугало. Просто потому что она бы так не смогла. — О, тут есть вайфай! — Резко меняя тему, воскликнула она. — Может ты послушаешь музыку, а то мне Хенджин написал? — Габор кивнул, запихивая наушники в уши, с радостью уходя от разговора. Едкие вопросы о том, что Лена с Джинни вроде как еще двадцать минут назад были в окончательном и невозвратном разрыве, задавать он не стал, наслаждаясь яркими мелодиями песен группы Skillet.

***

Лежа в номере за несколько часов до выезда в аэропорт, расслабленный после времяпрепровождения с возлюбленным, Лео блаженно прикрыл глаза и развалился на кровати, пока Феликс пошел в душ. На телефон младшего пришло уведомление. Габор приоткрыл лениво глаз и потянулся за своим айфоном, чтобы посмотреть, нет ли каких-то сообщений в группе Стаффа. Уведомление повторилось. Затем еще и еще. — Да блять, если это Минхо, то я пошлю его нахуй! — Крикнул светловолосый, взяв Самсунг в руки. — Чего? — Переспросил Ликс, пытаясь перекричать воду. И у Лео возник такой же вопрос. Точнее нет, формулировка «какого хуя?» была более точна. В отличие от айфона, на котором просто показывалось количество уведомлений от контакта, на андроиде каждое высвечивалось отдельным окошком. И Лео тупо глядел, как сраный Николя Жескьер писал его парню. Уже не терпится увидеться вновь. Это очень мило с твоей стороны. У тебя красиво смывается твой оттенок. Изначально тоже было изумительно, да и в блонде ты очень красив. Я не представляю в мире оттенка, который смог бы испортить тебя, мой дорогой. И каждое сообщение приправлено неприличным количеством смайликов в виде сердечек. — Что ты говорил? — Открылась дверь ванной, а Лео, будто чертов преступник, молниеносно положил телефон на место. — У тебя телефон разрывается. Наверное опять Минхо спрашивает, отправляя каждое слово отдельно, делаем ли мы массаж или трахаемся. — В горле Габора был ком. Он замер как змея, ожидая ответа. Ликс взял свой телефон в руки и очень мило улыбнулся. — Да, так и есть. — На лице Лео, обрамленном светлыми отросшими волосами, застыло неверие собственным ушам. Красивые голубые глаза сверкнули холодным блеском, в них притаилась зловещая искра, готовая вспыхнуть в любой момент. Брови, сдвинутые в сердитом выражении, придали его лицу суровость и задумчивость, а обветренные губы, сжатые в тонкую линию, словно замерли, раздумывая как поступить. Каждая черта его лица излучала напряжение. В этом сочетании красоты и зла, он потянулся за нижним бельем, одевая его и спрашивая как можно спокойнее. — И все? — Габор сам протягивал соломинки, словно умоляя не оступаться и не разбивать его сердце. — Ага. — Феликс с улыбкой начал что-то печатать в телефоне, и Лео прикусил щеки изнутри, прикрыл глаза и бесшумно вздохнул, держась из последних сил, чтобы не убить мальчонку. — Наверное, это моя вина, мне нужно было больше времени тебе уделять. — Тихо произнес Лео, чувствуя, как его трясет. Феликс поднял глаза, растерявшись на мгновение, а затем обеспокоено подошел к возлюбленному. — Что с тобой? — Но едва он протянул руки, как Габор порывисто сделал два шага назад, не позволяя к себе прикоснуться. — Но я знал. Клянусь, знал, что так и будет, и как только расслабился… — Блондин вновь сократил расстояние, и на сей раз Лео остался неподвижен, пытаясь восстановить судорожное дыхание. — Вообще он прав. — Да кто?! — Феликс обхватил лицо возлюбленного ладонями. — Это опять паническая атака, да? — Младший поймал на себе взгляд, от которого становилось жутко. — Тебе действительно идет любой цвет, мой дорогой. — Лео почувствовал, как руки парня вздрогнули. — Я могу все объяснить. — Медленно проговорил он, однако светловолосый нервно повел уголком губ в подобие усмешки. — Пошел вон из моего номера. — Холодно, из последних сил, спокойно произнес Лео, освобождаясь от цепких рук, но те обхватили его торс мертвой хваткой. — Нет, Лео, дай мне объяснить! — Габор схватил его за волосы, задирая голову. — Я давал. Я, блять, давал тебе время на объяснение! Но какого-то хуя, хотя, походу, конкретного, ты решил держать меня за дурака и ездить по ушам! — Это не так, как все выглядит! — Испуганно произнес Феликс, чудом переборов дрожь в голосе. — Это по работе просто… — Да ну?! По работе тебя кадрит мужик, а ты мне пиздишь, что это твой дебильный дружок тебе пишет, а потом со счастливой лыбой отвечаешь ему у меня на глазах?! — Прокричал Лео ему в лицо. — Феликс, я за все время ни разу тебя не ударил. И чтобы это осталось неизменным, быстро бери свои манатки и проваливай. — Он небрежно отпустил из хвата его волосы, но младший со слезами на глазах мотал головой. — Нет, нет! Мне нужен только ты! — Всхлипывал Ликс. — Я спро-спросил его, нужно ли мне возвращать блонд для кампании! Возьми мой телефон и проверь! Хоть всю переписку, пожалуйста! Я просто знал, что он тебе не нравится, поэтому соврал, прости! Но это ведь моя работа! Я должен поддерживать общение с ним! — Внутри Габора что-то рухнуло. Феликсу он верил, невозможно не верить, когда до смерти напуганный молодой парень, вцепившийся в тебя будто клещ, под гнетом угрозы говорит тебе свою версию. Дело было в том, что ради Феликса, ради того, чтобы на них не было направлено никакого внимания еще и со стороны работы Лео, Габор этой самой работой решил пожертвовать. Хотя, сравнил жопу с пальцем. Миллионный контракт амбассадора «Луи Виттон» и вшивое лицо спортклуба за четыре тысячи евро в месяц. Это явно не равноценный обмен, чтобы предъявить подобное возлюбленному. Однако осадок какой-то остался. Особенно, если учитывать, что в свое время мальчик ради него готов был даже из группы уйти, а теперь, видимо, все кардинально изменилось в его приоритетах. Телефон Лео зазвонил. Феликс опасливо кинул взгляд на айфон, словно это мог быть сраный Николя, который готов был рассказать версию поинтересней. — Может отпустишь? — Спросил с нажимом Габор. Ликс неуверенно ослабил руки, пристально наблюдая, как Лео берет телефон и отвечает. — Эд? — Братишка, есть минутка? — Спросил норвежец. — Да, говори. — Габор сел на кровать. — Арендодатель дал время до первого числа, чтобы внести оплату за аренду. И я хотел спросить, на какой по итогу процент ты заходишь? Просто если это хотя бы не тридцать, то тогда переносим открытие третьего комплекса до апреля, чтобы я мог обналичить нужную сумму. У меня почти все бабки в недвижимости. — Перед Лео сейчас словно стоял выбор, который разделит его жизнь на до и после. С одной стороны, он его сделал, а с другой… Если кто-то в тени одного человека, который однажды зайдет во тьму, то первый попросту исчезнет. Почему-то именно это пришло в голову. — Пятьдесят. Как и договаривались. Сейчас скину свою половину аренды. Только мне нужно будет слетать кое-куда. Отпустишь? — Феликс медленно подошел к возлюбленному, встав напротив него. — Ты ж сегодня возвращаешься! Или там опять какой-то концерт? Ты… ты вообще будешь на открытии? Я конечно поставлю вместо тебя Сона, но мы ведь договаривались, что ты доработаешь до пятого в штатном режиме. — Буду. Конечно буду, чувак! И знаешь, наверное я сглупил, решив отменить кампанию по продвижению лица комплекса. В конце концов, это же и моя прибыль тоже! — Чрезмерно бодро ответил парень. — Это очень важно, дело на пятьдесят процентов, я тебе потом все объясню. Клянусь, если бы это не было важно, я бы не стал так спешно уезжать. — Ну ладно… и это… за Мисси не переживай. — Созвонитесь с Феликсом, он заберет ее. Если нет, то я тогда по приезду… — Куда ты собрался? — Не выдержал Ликс, нависая тучей над голубоглазым. — А вы разве не вместе ле… — Все, Эд, вторая линия! Спасибо! — Габор скинул, тут же набирая Ленку. — Лео? — Подала тихо голос девушка. — Во сколько вылет? — Без прилюдий спросил он на английском. — Кому ты звонишь, черт возьми?! Какой вылет?! — Младший попытался выхватить телефон, однако Габор перекатился на другую сторону кровати, едко прошипев: — Это по работе! — Передразнил он. — Что у тебя там происходит? — Спросила Лена, пока Габор юркнул в ванную, держа ручку изнутри. И не зря, ведь дверь тут же попытались открыть. — Переоценка ценностей. Ну так что? Ты еще не улетела? И предложение в силе вообще? — Они продолжали разговаривать на английском. — Да вот такси буду сейчас заказывать. Погоди… ты правда готов полететь со мной? И участвовать в кампании? — Лео не понял с чего вдруг голос подруги стал таким взволнованным. Она ему позже скажет, что едва не влетела на штраф в шестьсот тысяч евро. — Да. Если дашь мне десять минут на сборы и купишь билеты. Деньги переведу в машине. — Блондинка истошно завизжала. — Господи, дай мне сил! Десять минут! Тик-так! И по дороге вместо перевода я жду охуеть какую подробную историю! — Не теряя ни секунды, Лео сбросил вызов и залез в душ. Дверь тут же едва не слетела с петель. — Куда ты собрался?! Какая работа, о которой не знает Эдвин? И с кем ты разговаривал?! — Старший, не отвлекаясь, намыливал себя в стратегически важных местах, ответил: — С Леной. — Габор смывал с волос пену. — На английском?! Ты совсем за дурака меня держишь?! — Лео хотел бы стать таким же наглым, когда вырастит, потому что по его мнению, не Феликсу сейчас нужно закатывать истерики и качать права. — Ну так возьми телефон и проверь. — В отличие от Габора, Ликс тут же взял телефон, проверяя список звонков. — Зачем ты летишь с ней в Италию? — Видимо, две подружки — Феликс и Хенджин уже успели пошушукаться. — Ты хочешь продать дом? Ты сказал пятьдесят процентов Эдвину, откуда у тебя деньги?! Я чего-то не знаю?! — Лео выключил воду, потянувшись за полотенцем и выхватил свой телефон из рук возлюбленного. — Слушай, у меня тоже может быть заграничная работа, и если твоя вдруг стала важнее меня, то я подумал, что и мне нет смысла ставить тебя на первое место. — Все-таки не удержал он обиду за зубами. Габор начал быстро одеваться, параллельно скидывая вещи в рюкзак. Феликс нервно усмехнулся. — Ха-ха-ха! Можно подумать, я когда-то был у тебя на первом месте! Да мы трахаемся только в туре и если бы я не устроил тебе выходной неделю назад, то это и дальше бы продолжалось! — На этой фразе Лео понял, что сейчас поступает правильно. Как минимум, если они полетели бы домой вдвоем, то кто-то кого-то точно скинул бы с самолета. — Ну так попроси своего Николя выебать тебя. Главное, сердечко не забудь ему оправить, когда будешь писать. — Светловолосый гримасничая скривил лицо на милый манер, скрещивая большой и указательный палец в виде сердца. — И напишу! — Воскликнул Феликс упрямо. — Раз Эдвин посидит с Мисси, то я прям отсюда полечу в Париж, он меня как раз звал в гости! — На этом моменте в глазах Лео потемнело от ярости. Он взял паспорт и собранный рюкзак, глядя на обиженного и не менее злого парня. — Только имей смелость на сей раз в этом признаться, потому что в моей жизни предателям не место. — Сказал спокойно Габор, хотя сам клокотал от злости. Глаза Феликса округлились. Он сказал это на эмоциях, наврал, чтобы позлить Лео, а в итоге получил оплеуху. — Это я предатель?! Да… да… да ты сам такой, понял?! — Крикнул он. — Это ты чуть что, сразу бежишь! А знаешь, можешь не возвращаться! Я никогда не отказывался от тебя, а ты, даже не выясняя, сразу же готов заклеймить меня и вышвырнуть как надоевшую игрушку! — Со слезами на глазах произнес он. Однако Лео был слишком зол, чтобы услышать в этом подтекст. — Могу не возвращаться? То есть, мы расстаемся? Скажи это, и увидишь, что будет. — Прошипел Габор, но и Ликс был слишком сейчас эмоционален, чтобы узреть в этот словах не угрозу, а очередную соломинку. — Да. Расстаемся! — Отчаянно воскликнул Феликс, небрежно утирая слезы. Лео хмыкнул так, словно ему сейчас дали под дых и нервно облизал губы. Набрав номер телефона, он поставил на громкую и слушал гудки, даже не пытаясь выровнять сбившееся дыхание. — Чего тебе, Габор? — Послышался надменный голос Кан Джи Вона. — Я увольняюсь из Стаффа. Отправь мне документы на телефон как можно скорее, я поставлю электронную подпись. — В этот момент Лео смотрел на потерянное лицо Ликса не моргая, чувствуя мрачное удовольствие. — Что, звездам билбордов не подобает руки напрягать? — Хихикнул Кан. — Когда скинешь? — Не стал отвечать на провокацию Габор. — Да заполняю уже! Минуту! Куда ты лошадей-то гонишь? Чего как нормальные люди за месяц до тура не сказал? Зарплата что ли лишняя? — Феликс смотрел на возлюбленного не отводя глаз, надеясь, что тот сбросит вызов. Или у кого-то из них сядет телефон, метеорит упадет на отель, да что угодно! Однако сам не мог пошевелиться, парализованный от шока. — Я тебе ключ от номера под дверь закину, заберешь кушетку? — Уходил от вопросов голубоглазый. — А у самого руки отсохнут? Мы ж все вместе в Сеул летим! Готово, отправил. — На телефон тут же пришло уведомление. — Я не лечу, так что если билет возвратный, то сдай его. — Лео сохранил файл, открыл приложение с электронной подписью и ткнул пальцем в то место, где цифровая закорючка должна была располагаться. А после этого нажал кнопку «отправить», выбрав контакт Кана. — Господи, Габор, ты меня без ножа режешь! — Феликс бы поспорил, ведь не Джи Вон сейчас своими глазами глядит на то, как разрушается его жизнь. — Я скинул. — Да вижу. Жалко конечно. Хотя, честно говоря, я вообще не понимал зачем ты в этот тур поехал. Прогнозируемо, верзила. — Усмехнулся кореец. — Да дурак. Ладно, я тороплюсь, так что заходить прощаться не буду. — Он заблокировал телефон и небрежно оскалился. — Вуаля! — Покрасневшее от слез лицо Феликса застыло словно мраморная маска. — Ты ведь пожалеешь об этом. Только знаешь, на этот раз я не буду умолять тебя вернуться. Скажи, ты вообще хоть любил меня когда-нибудь? — Спокойная наигранность тут же спала с лица старшего. — Пошел ты! — Прошипел он, не скрывая обиды и покидая номер.

***

В такси Ленка боялась пикнуть. За годы практики она уже за версту чувствовала мрачный удушающий флер друга, когда тот был на грани. От любопытства спас звонок Светки, когда они подъезжали к аэропорту. Лео холодно посмотрел на экран и заблокировал телефон. — Сейчас тебе позвонит. — Наконец подал он голос. — И либо будет возмущаться, что я уволился из Стаффа, либо тому, что мы расстались с Феликсом. — Глаза Лены едва не выпали из орбит. — Я тогда не буду брать, а то она и на меня наорет. — Блондинка встала на сторону друга, выбрав его спокойствие, хотя вопросов было тьма, но от одного она все-таки не удержалась. — Ты его или он тебя? — Вроде он меня. — Несмотря на весь флер, Габор отвечал спокойно. — Это из-за поездки, да? — Ну окей, хотя бы двух вопросов. — Нет… не знаю. Наверное, это уже неважно. — Таким же ровным голосом ответил Лео. — Ты сейчас в шоке. — Не спрашивая, а утверждая сказала Ленка. — Но все будет хорошо, слышишь? — Пресс парня напрягся от нервного смешка. — У него, наверное, будет. А я пока не понял, что я вообще чувствую. — Прошептал Лео, а у самого глаза наполнились влагой, а губы сжались от попытки предотвратить слезопад. — Держи. — Лена протянула свои крутые очки другу. — В них даже если плачешь, то выглядишь круто. — Светловолосый горько усмехнулся, укладывая голову ей на колени. — Прости меня. Я часто срывался на тебя в последнее время. Из-за усталости… а в итоге только ты и останешься со мной. Всегда. — Ленка провела по влажным волосам друга, которые после душа он даже не посушил. — Это я виновата… и вообще, ты должен ненавидеть меня, а не Фели! — Габор прикрыл глаза. — Да нет у меня к нему ненависти. Просто все происходит… логично что ли. Да и за что мне тебя ненавидеть? Не говори ерунды. Кстати, сколько я тебе за билеты должен? — Лео взял в руки телефон, подаренный ему Феликсом на день рождения. — Нисколько. — Пропищала она. — Серьезно, Лен, у меня есть деньги. — Он отправил перевод Эдвину и уже выбрал контакт подруги, ожидая сумму. — Компания все оплатила. На тебя изначально был куплен билет. — Парень услышал всхлип. — Я такая дура! Из-за меня ты расстался с любимым человеком! Но я… я правда хотела как лучше! Они просто… ты им понравился еще на этапе покупки идеи, и Армани попросили твои фотографии в костюме, чтобы принять решение. Я такая подумала, клево же! И ведь даже платят за эту съемку! И когда они тебя утвердили, то я сразу же дала твое согласие! А потом… это ведь мои слова повлияли на твое решение и поэтому… я даже готова была подписаться на этот штраф за срыв съемки в шестьсот тысяч, хотя в душе не представляю сколько это на рубли! Я не хотела… прости, я ужасный друг! — Лена крепко вцепилась в предплечье Лео и уткнула голову в его плечо. Габор принял сидячее положение, глядя на разбитую подругу. Блондинка уже ожидала, что он сейчас тормознет машину и скажет, что больше никогда не хочет ее видеть. Но Лео лишь устало усмехнулся, обнимая девушку. — Дура ты, Лен. Чего сразу-то не сказала, что ситуация безвыходная? — Та подняла на него свои удивленные зеленые глаза. — Думаешь, я бы бросил тебя на произвол штрафа? Блин, мы уже тысячу лет знакомы, если понадобиться, я и бесплатно бы отснялся. — Но я ведь им сказала без твоего ведома… — Растерянно произнесла она. — Ну сказала и сказала. Обижаться из-за того, что твоя подруга хотела, чтобы твоя жизнь наладилась, подкидывая какую-то мажорскую работу за огромные деньги, — вот уж точно конечная! — Слабо усмехнулся Лео, вновь притягивая к себе девушку. — Но ты и Фели… — Запротестовала Ленка. — В этом нет твоей вины. Если конечно ты не подговорила ебучего Николя кадрить его, а Феликса как сраную кокетку отвечать на сообщения, пиздя мне в глаза, что это Ли Ноу пишет. — У Ленки в принципе хитросплетения были не ее коньком, чтобы всерьез заподозрить в подобном, но ошарашенный взгляд словно окончательно доказывал ее невиновность. — Да ну нахуй! — Она не поверила своим ушам. — Он изменил тебе с креативным директором Луи Виттон? — Не знаю. Вряд ли. А если и да, то я не хочу этого знать. — Лео вообще малодушно подумал, что если бы время удалось отмотать назад, он бы никогда не взял телефон младшего в руки, предпочитая оставаться в неведении. — Просто я случайно поймал его. В начале, естественно, пришло в голову, что рогатым стал. Но потом знаешь… он сказал мне, что не говорил из-за того, что я разозлюсь. И еще, сопля малолетняя, заявляет, что это ж по работе! — Негодование Габора все же вылезло наружу. — А зачем тогда делать то, что тебя разозлит? Можно же через менеджера общаться. — Этих нюансов Лео, конечно, не знал, слегка удивленно взглянув на подругу. — Наверное, потому что он ему все-таки нравится. — Светловолосый прикусил задумчиво губу изнутри. — Но я почему-то вспомнил, как Феликс готов был бросить все ради меня, тогда, раньше… И я ведь решил сделать также, просто будучи уверенным, что если вдруг что, выберут меня. Эгоистично, знаю… — Мы все эгоисты, и все хотим, чтобы нас любили. — Ленка облокотилась головой на грудь друга. — Ты же знаешь, что у меня с мамой отношения на любителя. И она мне чуть что, всегда твердила: счастлива мать — счастливы дети. Я еще всегда думала, ну дура что ли? Я тебе бабки высылаю на жизнь и кредиты гасить, а ты идешь в ювелирку и покупаешь себе сережки с бриллиантами. Все нам с Юлькой приданное собирает, Чингисхан, блин! И только недавно поняла, что ее это делает счастливой, и наверное, это главное. — Габор скептично поднял бровь. — Какой-то дерьмовый пример. — Усмехнулся он, не понимая, где между историями вообще что-то общее. — Ну да, — согласилась блондинка, — неудачный пример. Но я к тому, что каждый человек должен в первую очередь любить себя и стараться для себя. И только потом уже для других. — Сказала та, кто готов был ради меня платить штраф в шестьсот тысяч! — Едко подметил Лео. — Это, кстати, на рубли больше шестидесяти миллионов. — СКОЛЬКО?! — Завопила на все такси Ленка. — Я думала где-то шесть! Блин, вечно с этими нолями путаюсь! — Габор искренне захохотал. — Ну даже и шесть, мало что ли? — Спросил он снисходительно. — Любить себя нужно наверное, но знаешь, без любви к другим твоя жизнь становится тусклой. Только вот фигня в том, что если эта любовь не взаимна, то жизнь теряет не только цвет, но и вкус. — Ленка согласно кивнула. — Может набухаемся в самолете? Все равно лететь двадцать семь часов. — Предложила подруга. — Сколько-сколько?! — Простонал Лео, уже предвкушая квадратный зад. — Что за рейс такой ушлепанский? С Сеула же тринадцать с половиной было! — Нам до бизнеса доабгрейтили. — Невинно сказала блондинка. — Может лучше штраф? — Пошутил Габор. — Поздно! Приехали! — Воскликнула Ленка, вылезая из такси. Света не звонила, а это значит, что о расставании она пока ни сном, ни духом.

***

Феликс собирал вещи. До выезда в аэропорт оставалось минут сорок. Парень не ревел белугой, как это было в первый раз их расставания, но чувствовал злость и желание сделать все, чтобы Лео кусал локти. — Я хочу вернуть светлые волосы. — Поделился он с Ай Эном. — Окей, напиши тогда Джи Вону, чтобы он записал тебя к стилисту. Тебе как раз нужно подстричься. — Нет! — Воскликнул Ликс. — Хочу отрастить волосы. Николя летом говорил, что это визуально сделает мои черты лица более благородными. — Чонин усмехнулся. — Наверное. Хену должно понравиться. — Феликс брезгливо скривил хорошенькое лицо. — Плевать, что там ему понравиться, я для себя это делаю в первую очередь. — Йени удивленно приподнял бровь. — Эмм… ну ладно. — Не стал спорить макнэ, подумав, что пара наверное поссорилась. — И хочу пойти на разбор гардероба. Хочется более сексуальный стиль. А еще нужно, чтобы визажист дал мне пару уроков для повседневного макияжа. — Продолжал перечислять Феликс. — И мускулатуру хочу более явную. — Как у хена? — Да перестань его так называть! — Сорвался Феликс, побледнев от злости. Ай Эн сел на кровать, внимательно глядя на друга. — Что произошло? — Спросил он, решив не ходить кругами. — Что-что?! Расстались с ним! И знаешь, это даже хорошо! Я уже больше не тот милый наивный мальчик. Теперь буду делать то, что захочу! Мне двадцать три, у меня есть кошка, деньги, и… — Чонин ошеломленно глядел на друга. — Ёнбок… хен… он бросил тебя? Но почему? Он же очень сильно тебя лю… — Это я бросил твоего любимого хена, а не он меня, ясно?! — Ликса бесило, что у друга даже не возникло мысли, что он сам мог разорвать эти отношения. — Если он тебе так сильно нравится, можешь сам с ним встречаться! Только вот у него отвратительный характер, он будет постоянно жить на своей долбанной работе, соревнуясь с тобой за звание альфача. А когда ты ему надоешь, сбежит в другую страну! Но трахается отменно, хотя знаешь, я ж с другими и не пробовал, так что может это преждевременное заявление! — Йени встал, начиная быстро собирать одежду в чемодан. — Ты говоришь отвратительные вещи. — Пробурчал Чонин. — Хен при мне говорил с Эдвином, чтобы тот со следующего месяца убрал ему все часы работы, оставляя только наши записи, чтобы больше времени проводить с тобой. — Феликс криво усмехнулся. — Плевать. У него своя жизнь, а у меня теперь своя. — Злость на Лео полностью застелила его глаза и уши. — Я еще и песню ему написал! Надо попросить заменить ее на программе! И он еще пожалеет, что… — Это ты пожалеешь. — Беспощадно произнес Чонин. — Когда перестанешь злиться на весь мир, когда поймешь, что то, что было между вами единственное, что вообще имело смысл. — Ты вообще мой друг или его?! — Воскликнул обидчиво Феликс. Йени взял чемодан, поставив его на пол и покатив к двери. — Ты мне скажи, Ёнбок. Я мог бы с тобой вместе перемывать ему кости, но пытаюсь вразумить тебя, несмотря на то, что в ответ слышу только оскорбления и непристойные предложения. Но наверное я слишком наивный, продолжая после всего считать тебя своим другом. — Произнес, скрывая печаль, макнэ, покидая комнату. — Ну и вали! Только к твоему хену не получится, потому что он уволился со Стаффа на моих глазах мне назло! — Ай Эн притормозил у двери, удивленно поворачиваясь к другу. — И ты ему позволил? Ты вообще уверен, что любил его, а не хотел просто обладать, чтобы что-то там себе доказать? — Феликс, обескураженный таким вопросом, едва успел поднять свою челюсть, а затем сердито прошипел: — Да пошел ты!

***

О Ленкином личном инстаграме на пятьсот подписчиков знали наверное все мемберы Stray Kids, которых по дружбе добавила в подписчики на свою закрытую страничку блондинка. На официальной были красивые эстетичные фото и видео, которые радовали подписчиков профессиональными обработанными кадрами. Но вот личная кипела своей живостью и весельем, не зря она начиналась с приставки «ху», прикол которой наверное могли понять только те, кто родился в России. На официальной странице не увидишь фотографию Лео Габора в сториз, который встал чуть поотдаль от висящего бокала для вина, и казалось, будто тот располагается вместо головы. Или же как тот самый друг, почему-то уже сидящий в перьевом шарфе боа цвета фуксии, обмотанного вокруг шеи на манер вольного художника, пытается с напряженным лицом, покрытой густой щетиной, открыть бутылку шампанского в баре аэропорта. Или же селфи в самолете, где на первом плане было лицо довольного фотографа в очках с оправа в виде звезд, а на заднем спящий в очках от «Армани» Лео, у которого между губ были аккуратно вставлено с пару дюжин ватных палочек, с подписью «ежик в тумане». И все мемберы, да и остальные «зрители», хоть и порой закатывали глаза от такого ребячества, но исправно продолжали следить за обратной жизнью фотографа. Ребята прибыли в Милан в разбитом состоянии. Хоть и после первой пересадки они больше не пили, но дорога здорово их вымотала, а потому, добравшись до Милана, друзья без задних ног свалились спать. Днем Лео ждали переговоры, причем не только с модным домом, а еще и с той же Светкой, но тревога пока не успела затронуть измотанное сознание. В полумраке глубокой ночи, Лео во сне протянул руку, словно искал тепло тела. Движение было автоматическим, привычным — жест, который он повторял множество раз, чтобы загрести в сонные объятия любимого. Но в этот миг его рука лишь встретила пустоту, холодный воздух, который не мог заменить ту нежность, что всегда согревала его душу. Воспоминания о смехе и нежном взгляде Феликса всплыли в сознании, как яркие огни в темноте, и Габор замер, полностью проснувшись, осознав, что любовь, которой он так дорожил, осталась далеко — за границей и временем. Пролежав в кровати до рассвета, парень поднялся и пошел на балкон, понимая, что сегодня ему уснуть не удастся. На улице было холодно, всего лишь плюс семь, но Лео в одних трусах вступил босыми ногами на бетонный пол, слегка поежившись, закуривая сигарету. Рассветы в Италии были еще краше закатов. Габор наблюдал за различными оттенками солнечного цвета, поднимающихся к небу. Взяв в руки телефон, он сфотографировал пейзаж и уже хотел по привычке отправить Феликсу… Видимо, мозгу нужно привыкнуть к тому, что это конец. Может на сей раз «21 день» сработает? Лео проверил сообщения, но ему лишь мама отправила открытку с добрым утром; Светка написала, что он идиот и как пропьется, чтобы позвонил ей; и Эдвин сказал, что Феликс забрал Мисси и попросил срочно позвонить, как увидет это сообщение. Габор набрал друга, ожидая ненавистные гудки. — Ты в Италии? — Спросил Эд. — Не отвечай, видел по сториз. Мужик, чем ты думаешь?! Из-за того, что тебя бросил пацан, ты готов поставить под удар работу и наш бизнес?! Ты ведь сказал, что вернешься! Я думал, что дружу с нормальным и порядочным мужиком, а не с тряпкой, которая чуть что, сразу сваливает жить в другую страну! А чего не в Россию?! Пуховик забыл захватить?! — У норвежца сдали нервы, ведь он тоже пахал как проклятый, живя больше суток с мыслью, что поставил не на того человека. — Ага. И валенки. Что ты вообще несешь? Я ж сказал, что пятого буду как штык. — Эмм… да? Но мне Феликс сказал, что вы расстались, и что ты переехал жить в Италию. Ключи отдал, я вещи собрал твои… блять! Сегодня в твою квартиру въезжает массажист из Вьетнама! — Лео пробрал истеричный смех. — Оперативно ты вычеркнул меня из своей жизни. — Усмехнулся он. — А что мне делать, когда твой парень… ну, то есть, бывший парень заявляет подобное? Бли-ин… что делать-то? Ты вообще зачем туда поперся? Дух перевести? — Спросил Эдвин. — Денег заработать нам на открытие. Вообще ничего еще не знаю, но Ленка сказала, что верняк. А с работой ты прости, чувак, просто либо бы я отрабатывал смены, либо мы по плану открываем все своевременно. Я просто сам, считай, по факту узнал о шарашке, так бы естественно предупредил. — То есть, ты не знаешь? Что за работа, за которую тебе столько отвалят? Киллером что ли? — Спросил норвежец. — Да реклама какая-то вроде для итальянского телика, я особо не слушал, потому что не хотел соглашаться. Даже гонорар не знаю, еще не обсуждали. Но клянусь, чувак, если сумма в итоге будет меньше, то я сам буду платить эту аренду, пока ты деньги не выведешь, но здание мы не потеряем. — Эдвин хмыкнул. — Тридцать тысяч евро ежемесячно? Ты точно дикарь. Ладно, разберемся. Мне главное было услышать, что мы все еще команда. Что с квартирой-то делать? Нехорошо получилось. — Тон Эда стал спокойнее. — Можешь пожить у меня. — Да сниму что-нибудь. Не переживай, чувак. Хотя, если ты меня пустишь на первое время, то я буду очень благодарен. Хотя мне уже стыдно, что ты постоянно меня выручаешь. — Не парься, когда ты мне надоешь, я скормлю тебя вашей прожорливой кошке… черт… прости, я не подумав ляпнул. — Ничего. — Габор достал вторую сигарету. — У вас это вообще как? Навсегда или просто поссорились? — Осторожно спросил друг. — Ну… мне сказали не возвращаться, а я ушел из Стаффа. Не знаю, Эд, я еще как будто сам не понял, что все кончено. — Поделился откровенно светловолосый. — Ну вообще он выглядит довольный жизнью. Перекрасился обратно в белый, волосы как-то заколол, весь такой улыбчивый. — Лео вздохнул, не почувствовав никакой злости и раздражения. Лишь какая-то простая человеческая тоска. — Знаешь, если ему без меня будет лучше, то я не буду лезть. Глупо говорить, что я разлюбил его. Люблю. Я очень сильно его люблю, Эд. Но мне больше всего хотелось бы, чтобы он был счастлив. Со мной или без меня, это не так уж и важно. Ты это… приглядывай за ним, он же совсем еще зеленый, чтобы во все тяжкие не пустился. — И как ты предлагаешь мне это сделать? Мы ж не сказать, что офигеть какие друзья. — Зато ты дружишь с Джисоном. — Парировал голубоглазый. — А я Чонина еще попрошу, если конечно я не стал для него врагом номер один. — Вряд ли, малой спрашивал вчера и сегодня, не появилось ли твое расписание. Я внутри комплекса не офишировал наши тряски. — Габор еще больше зауважал товарища. — Пригласи их обоих на открытие. — Предложил Лео. — Тогда там я младшенького и перехвачу. — Окей, братишка. Тогда на связи. И это, классный инстаграм, я подписался. — У Ленки-то? — Усмехнулся светловолосый. — Боюсь предположить, что она туда выкладывала, пока мы летели. — Да нет, у тебя. Ты, оказывается, маленьким таким славным был, кто ж знал, что такой дикарь вырастит! — Рассмеялся норвежец, а Габор напрягся. — Скинь-ка ссылку. Но этого не понадобилось, потому что треклятое приложение Лео нашел в своем телефоне. В подписчиках уже было порядка трехсот человек, включая и Чонина с Хенджином. Последний, видимо, собирался отслеживать перемещения своей зазнобы, думая, что Габор такой же двинутый на съемках всего, что происходит вокруг. Или же написанное в шапке профиля «Ворчу как хочу» как-то резко сбило его прицел. Там было уже несколько фотографий. Почти все они были сделаны Ленкой. Вот тебе и студент-магистрант Лео, вот и закатывающий глаза и высовывающий язык с желтой петуньей в волосах Лео (который все равно получился милым). Детская фотография, где милейший ребенок с огромными голубыми глазами, с бабочкой и в рубашке сидит за партой с букварем. Фотография, где они с Ленкой сидят на пикнике в обнимку и тепло улыбаются в камеру. Габор в голос захохотал, когда увидел подпись: «Моя самая любимая подруженька, которую я люблю больше Светки». Видео, после которого голубоглазый стал катышком в пупе мира. И последние слайды фотографий были в костюмах «Армани», где Лео, даже если бы ему откусили язык, все равно умудрился бы сказать, что получился ничего себе каким. Подписано было сухо и по фактам — что-то там «Армани», какой-то там колекшн… В начале Лео хотел удалить страничку, но посмотрев на улыбающуюся со снимка Ленку, оставил, начав листать комментарии. Под каждой фотографией мама писала «Мой самый красивый сыночек», только разными словами. Лилька под арманивскими костюмами настрочила: «Тебе в таком виде только на стрелку за Тойоту идти обкашливать вопросики XD». Даже Светка под фотографией Лены и Лео написала кэпслоком: «СУКИ, ВОЗЬМИТЕ ТРУБКУ!», а затем уже на английском: «В твоих мечтах, это я его любимая подруженька: Р». Но это она уже на комментарий самой Ленки — «ой, как приятно!» — ответила. Прокомментировал даже Чонин, оставив под детской фотографией подпись «Хеееен!», видимо высказывая умиление. Лео нажал на кнопку добавить фотографию, выставляя рассвет. Он не умел придумывать красивые приписки, а потому ничего не стал писать, просто публикуя. Зайдя к Чонину в подписки, он нашел аккаунт Феликса. Мышцы лица непроизвольно улыбнулись, листая в самый низ. Там были фотографии, сделанные Леной, селфи, Мисси. Снимок на летней веранде кафе в Австралии делал сам Габор, в день отлета, когда они ездили на похороны бабули. Ликс хотел показать ему любимые места родного города перед отъездом. Лео тогда не мог перестать умиляться с теплой зимней шапки в снежинку, которую они купили в ближайшем торговом центре, ведь уши возлюбленного замерзли от пустячного ветра, а старший отдал ему свою джинсовку, в которой при желании Феликс мог даже поселиться, учитывая разную ширину плеч. Голубоглазый хохотал как припадочный с того, что блондин стал в таком виде еще и томно позировать, а Ликс тогда, сдерживая собственный смех, шипел на него, чтобы тот прекратил, ведь на них уже люди оборачиваются. Он выложил это лишь спустя два месяца. Феликс объяснял, что нельзя выкладывать фотографии день в день, чтобы сасэны не отследили их. Лео уже собирался пролистнуть все вверх и подписаться, как увидел следующую фотографию, где был отмечен вонючий Николя. Решив подзадержаться, Габор начал внимательно подниматься к свежим снимках. На сентябрьской публикации он почувствовал стыд, узнав, что группа его парня победила в номинации как лучший Кей-поп артист. Двадцать восьмого октября, когда они расстались, было выложено видео, где, видимо, Феликс, надеясь, что возлюбленный будет сидеть в трусах в своем номере и чекать его ленту. Парень был во Франции со старой стрижкой и поедал на фоне Эйфелевой башни в компании дизайнера какую-то булку, на которой был принт модного дома. Тот чирикал с тянущим акцентом о местной кухне, а Ликс с наивными глазами олененка Бэмби слушал его. Лео даже немного умилился с того, что это была такая детская провокация, что аж захотелось затискать малыша. Но на следующей публикации улыбка спала с лица молодого мужчины. Дата стояла сегодняшняя, на ней уже с совершенно новой прической и светлыми волосами Феликс ходил по музею «Луи Виттон», который располагался в Париже, и внимательно рассматривал раритетное тряпье, а следом шла череда слайдов, где хорошенький парень селфился с Николя в разных позах в обнимку. Где они болтали, где, блять, позировали в каком-то клубе и… Да боже ж ты мой, уже с двумя букетами стоит довольный Феликс! И подписал, главное, сученыш! «Мой дорогой друг Николя, спасибо за гостеприимство!» Габор откинулся на кровать, глядя какое-то время в потолок, и только сейчас до него дошло, что это действительно все. Конец отношений. Из мести ли это было или же длилось давно, было совершенно не важно, как и чувства самого Лео, которые он поклялся запихнуть на самое дно сердца и никогда больше не доставать. Послышался стук в дверь. Габор рывком сел, взяв телефон в руки и намеренно поставив лайк, так сказать, отметиться, что письмо дошло до адресата, а после закрыл приложение. У двери стояла Ленка. — Ну что? Завтракаем и мчим в офис? — Бодро спросила она, уловив что-то незримое в эмоциях Лео. — Ага. Только помоюсь и побреюсь. Блин, мне бы еще подстричься конечно. — Ответил светловолосый, пропуская подругу. — Э не! Руки прочь от растительности! Они сами все сделают как им надо! Давай скорее, а то у меня живот уже балладу твоей заднице споет. — Габор кивнул, направляясь в ванную. — Позвони Светке, а то она уже голубя скоро отправит нам! — Послышался звук воды. — А про тебя и пацана что-то говорить? — Спросила блондинка. — Скажи, что разбежались как в море корабли и живем себе дальше. — С искренним равнодушием ответил Лео. — Ну ладно. — Пожала плечами подруга, однако не успела она даже открыть контакт рыжеволосой, как ей позвонил Хенджин. Ленка, стараясь подавить улыбку и напустить на довольную харю раздражения, приняла видеозвонок. — Что тебе надо? Я еще вчера сказала катиться тебе к черту! — С претензией заявила она. — Это было позавчера. — С усмешкой сказал брюнет. — Я в магазин иду, поболтай со мной, а то у меня приложение с музыкой заглючило. — Оке-ей! — Вздохнула Лена так, словно делает ему великое одолжение. — Чем планируешь сегодня заняться? — Поем, порублюсь с Чанбином в приставку, да баб пойду кадрить. — Ленка захохотала. — А я уже одного скадрила. — Она переключила камеру, которая показывает на дверь душа, из которой слышатся звуки воды и сквозь щели пробивался свет. — Эй, ты офигела?! — Тут же возмутился парень, на что Ленка, переключая камеру вновь на себя, развалилась на расправленной кровати. — Тебе можно, а мне нет? Жаль, что ты не чувствуешь, как постель пахнет утренним сексом. — Продолжала давить она. Хенджин нахмурил гневно брови. — Пошла ты, поняла?! Я, главное, жду тебя, а ты сразу нашла мне замену! — Блондинка умилилась, ведь младший постоянно пытался спровоцировать ее на ревность, а когда она начинала играть по его правилам, то взрывался как новогодний салют. — Не злись, пупсик. Клянусь, что представляла тебя. — Потешалась Лена, откровенно уже издеваясь. Из ванной вышел Лео. — Светка, привет! — С полной уверенностью, что подруга болтает с ней, поздоровался на русском Габор. — Ты с Лео?! Ты… ты переспала с ним?! — Голубоглазый повернулся удивленно на подругу, а та ему кокетливо подмигнула. — Просто ты так заманчиво описывал всегда наш секс, что мы не удержались. — Светловолосый сдержал усмешку, выискивая в рюкзаке свежую одежду. — Да я! А я говорил Енбоку! Вы даже не скрываете! Я прям сейчас поеду к нему и все расскажу! Не зря он его бросил! — Лео обернулся, растерянно приподняв бровь. Феликс сейчас должен нежиться в теплой кровати французского гомика или на крайняк лететь в самолете, так думал Габор. — В аэропорт что ли сразу поедешь? — Не удержался Лео. — Он к вам что ли собирается? Да не, мы уже два дня подряд по вечерам в танцевальной студии торчим, и до конца недели будем. — Ответил Хенджин на автомате, а потом словно вышел из гипноза. — Я с тобой вообще не разговариваю, уводитель чужих женщин! — Лео выхватил телефон у подруги, глядя на намалеванного паренька, который явно готовился к этому видео-звонку. — Мне нужен ответ. Да или нет, понял? Он после Осаки летал в Париж? — То ли тон у Габора был такой, что не хотелось ему перечить, или же Хенджин ответил на автомате, но ответ последовал незамедлительно. — Нет. Говорю же, у нас практики танцевальные всю неделю. — Лео прикрыл глаза, чувствуя себя главным клоуном в цирке. — Окей, а теперь подгон от меня. Мы не спали, не спим, и не будем спать с Леной. — И на этой драматичной ноте Габор сбросил вызов. — Что это вообще было? — Хихикнула Ленка, явно довольная тем, что Хенджин ей позвонил и как маленький в очередной раз купился на ее паралон. — Ничего не понимаю. — Он взял свой телефон, залезая в инстаграм на страницу Феликса, показывая две публикации. — Гляди, это старый видос. А на этом и на фотографиях со стариканом он с отросшими волосами, ровно с такими, как вчера. — Позавчера. — Поправила его Ленка. — Да похуй! — Отмахнулся Лео. — Он мне сказал, когда мы ругались, что поедет к этому педику трахаться и сегодня выложил и то видео, и эти фотки с длинными волосами. Вот я и подумал, что он воплотил свои угрозы. — Лена детально рассматривала фотки и видео. — Я конечно работал как не в себя, но точно бы заметил, что моего пацана нет дома, если б он полетел, скажем, до Осаки. — А! Так тут все просто! Я вспомнила! — Воскликнула Елена Холмс. — Из Италии во Францию он улетал с отросшими волосами, как на видео и этих фотках с Колясей. А там он решил подстричься в предпоследний день и покраситься. Так эти французы ему такого нахуевертили, что из салона он вышел с желтыми корнями и фиолетовой длиной! — Габор вообще не понимал, что это значит. Что-то на женском. — Он мне тогда чуть ли не в слезах позвонил, мол, что делать? — А почему тебе? — Удивился искренне Лео. — Да потому что блондинка блондина всегда поймет! Ну я и посоветовала ему тогда с содой помыть голову, так милок твой мне потом в благодарность настоящие французские духи привез! — Похвасталась Ленка. — Так что, голубец, не умеешь сталкерить — не бери бинокль в руки! — А херли он тогда эти сопли под снимком написал?! — Возмутился Габор, на что блондинка захихикала. — Ну ты хуже Хенджина! На всякую провокацию ведешься! Ясное дело, что он злится на тебя и хочет, чтобы ты ревновал! О, лайкосик поставил на их фотку? Это ты конечно куколд! — Лена открыла комментарии, поставив смайлики с пальцем вверх, а потом написала: «Интересно, а два букета с восьмого этажа будут лететь в два раза быстрее?», и нажала отправить. — Ты чего?! Блять! Как удалить?! — Девушка выхватила телефон. — Это правила игры, понимаешь? Этикет, если угодно. Лайк может затеряться среди трех миллионов таких же, а комментарий он точно увидит! Ты же хочешь с ним помириться, иначе бы не запаривался, вот и побудь немного ведомым, подготовь почву, покажи, что тебе не все равно. А если хочешь ответочку, то сфотайся с сеньоритами посисястей и подпиши, мол, доехал нормально, кормят хорошо. — Лео конечно вертел эти все правила «Китекета», потому что ни черта в них не шарил. Для него это был детский лепет, во взрослых отношениях люди говорят друг с другом, а не пишут комментики и ставят сердечки на сториз. — Думаешь, у него и правда нет ничего с этим мудаком? — Спросил с какой-то надеждой Габор. — Да господи, пацану просто приятно, что кто-то именитый обратил на него внимание! Мне когда передали письменную благодарность от Донателлы Версачи, я чуть не сквиртанула на эту грамоту, хотя междудевичье еще с былых времен не вызывает у меня восторг. — Ленка была прямее некуда. — А теперь, уводитель чужих женщин, уводи меня на завтрак, а то я сейчас реально сдохну от голода. — Лео быстро накинул на себя штаны с толстовкой, выходя с подругой из комнаты. В лифте он открыл приложение, таки подписавшись на профиль парня. Но решив для себя, что этот лепет с ответной ревностью проворачивать не будет.

***

В первый день Феликс забрал Мисси, свои вещи и переехал обратно в общежитие, решив раз и навсегда вычеркнуть из своей жизни подонка, ровно как тот его. И конечно же, когда он еще в Осаке увидел, что Ленка отметила в сториз аккаунт, из ника которого было ясно, что он принадлежит Лео, то не удержался и опубликовал раньше расписания видео с Николя из летней французской поездки, надеясь, что Габор поперхнется шампанским, когда увидит. Отмечает еще, гад! На второй день Феликс решил, что отныне у него все замечательно. Новая жизнь, ему вернули блонд, немного профилировали челку, чтобы концы сужались по длине. Он всем улыбался и истончал из себя флюиды радости. Кто-то его даже спросил из знакомых в зале, не влюбился ли он. Пфф! Разлюбил! Ну, завтра точно разлюбит, Ликс не сомневался. Только Мисси решила вместо кровати спать в шкафу, Феликс проигнорировал голос разума, что это потому что вещи пахнут домом и Лео. Решил завтра с утра устроить стирку. На следующее утро блондин зашел на страницу Лео, чтобы убедиться, что разлюбил. Поржал с надписи в шапке профиля, вспоминая, что возлюбленный обожает ворчать по любому поводу. Спустился в самый низ, благо фотографий было немного. Долго рассматривал детскую фотографию, отмечая, что Габор даже в детстве был хорошеньким. Увидел комментарий Йени и закатил глаза, отправив ему в «Какао» смайлик какашки. Просто так. Затем вернулся в аккаунт, убеждая себя, что заскринил фотографию Лео, на которой он с цветочками в волосах, исключительно как референс, которых хочет повторить. Рассмеялся в голос, когда увидел комментарии Лены и Светы под фоткой блондинки и парня, позалипал на то, как красиво сидят костюмы на Лео… а потом разозлился, что похоже светловолосый даже и не думает о нем. Создал аккаунт, тусит себе в Италии и, зная его, наверное даже не планирует возвращаться. А потому Феликс опубликовал фотографии все с той же августовской поездки, подписав их как можно более провокационнее. Козлина, блин! Николя тут же прокомментировал это все смайликами сердечками. Придя поздно вечером с танцевальной тренировки, Ликс убрал лоток Мисси, наложил влажного корма, помылся, поболтал с ребятами и завалился на кровать, чтобы позависать в инстаграме. Какие-то лайки, подписки, комментарии… Он все это лениво просмотрел, а потом решил проверить, выкладывал ли что-нибудь человек, которого завтра, ну гадом будет, точно разлюбит. Когда Феликс увидел, что синяя кнопочка гласит «подписаться в ответ», блондин аж подскочил с кровати, принимая сидячее положение. Он упорно пролистывал всю свою ленту, пока не увидел, что Лео подписался на него шесть часов назад. И нет, это не улыбка, просто губы вдруг захотелось растянуть. Решив пролистнуть еще ниже скуки ради, через десять минут на все общежитие раздался громкий басистый хохот. Он нашел комментарий. Затем нажал на него и поставил «нравится». Просто потому что забавно. Дурак, блин. — Ты чего? — Почти в один голос спросили Сынмин, Йени и Минхо, забежав в комнату друга. — Комментарий смешной увидел. — Не слишком долго думая, ответил Феликс. — Что за коммент? — Спросил Ли Ноу. — А… — Ликс быстро промотал вниз. — Блин, потерялся. Ну там игра слов, как-то забавно переделали название нашей группы на французский манер. — Парни из вежливости усмехнулись и вышли из комнаты. Только Ай Эн остался. — Видел, хен подписался на тебя? — С улыбкой спросил макнэ. — А, да? — Чонин как-то так посмотрел, что Феликс сдался. — Да видел я. И комментарий мне оставил. Иди покажу. — Йени сел на кровать, а Ликс быстро нашел его, показывая другу. Хихикнув не так бурно, Чонин посмотрел на Феликса. — Ты уже подписался в ответ? — Спросил он. — Ну еще чего?! Может мне сразу нюдсы в директ ему скинуть?! — Возмутился он. — Так проще отслеживать кого он лайкает, что пишет и на кого подписывается. И у тебя отдельно будут его лайки на твои посты показываться. — Зашел сразу с козырей макнэ. — Блин, да? А вдруг он подумает, что это я так к нему клеюсь?! Он вообще меня считает чуть ли не изменщиком! — Надул губы в раздумьях Ликс. — Так он же сделал первый шаг, так что, по такой логике, это он к тебе клеится. — А он клеится? — Спросил блондин, словно маленький ребенок. — Не знаю, но я думаю, что это хороший знак. — Улыбнулся ему Ай Эн. — Ты, кстати, пойдешь на открытие второго комплекса? Он наверняка там будет. — Ну точно нет! Я не собираюсь за ним бегать! И вообще, я думаю, что он останется в Италии. Он мне давно еще говорил, что с первого взгляда влюбился в эту страну. Даже дом там купил. — Для вас двоих! — Воскликнул младший. — Я еще завтра спрошу, появилось ли расписание у него. И, если что, тебе скажу. — Да мне п… ладно, напиши сразу. — Феликс просто понял, что, во-первых, обманывать Йени напускным равнодушием бесполезно, а во-вторых, ему хотелось с кем-то поделиться своими переживаниями и хотелось получить совета. — Хочешь, я ему сейчас позвоню и спрошу как дела? — Ай Эн жил по принципу здесь и сейчас. — Ты с ума сошел?! Не надо! Он же поймет, что я хотел услышать его голос! — Ликс готов был откусить себе язык, потому что попросту проговорился. — Ну тогда просто подпишись на него. Только осторожней с лайками, сасэны не дремлют. — Хорошо. И… спасибо тебе, Йени. Прости меня за все, что я тебе наговорил. Ты мой лучший друг… и даже если я груб с тобой… я никогда не хочу причинить тебе боли и никогда не перестаю любить тебя. — Младший обнял блондина. — Когда я влюблюсь, то тоже буду вести себя как идиот. — С улыбкой успокоил его друг, на что Ликс его щипнул за бок. — И даже после этого я все равно люблю тебя. Подпишись. — Шепнул последнее слово он ему на ухо, будто навязчивая реклама ютуберов. Собственно, Феликс и подписался.

***

— Подписался! — Воскликнул Лео, когда он вышел из главного офиса «Армани» и пришел в ближайшее кафе, где ждала его подруга. — Выставь в сториз фотографию и подпиши, что от депрессии до счастья всего один клик! — Воскликнула Ленка. — Может я просто ему позвоню? — Логично спросил Габор. — Рано! Нужно немного его помариновать. Чтобы соскучился, понимаешь? — Лео не понимал. — Лучше расскажи, на чем сошлись? — В общем, за две рекламы, годовой запрет участия в кампаниях других модных домов, обязательное посещение пяти любых показов по всему миру до конца двадцать четвертого года, с оплачиваемым перелетом и проживанием, фотосъемку к релизу и мини-интервью о компании и духах мы сошлись на пятьсот тридцати тысячах евро и новом гардеробе. — Ленка ликующе заверещала на всю улицу. — Ты молодец! Это же просто офигеть! Еще и шмотки халявные! — Габор и сам был доволен собой. — Ты бы меня видела! Они вообще такие — сто тысяч, голубчик, ты вообще-то ноунейм! А я понимаю, что мне без четырех сотен вообще нельзя возвращаться в Сеул. Я им такой: да меня весь Сеул знает! Я вообще-то лицо и совладелец трех самых популярных спортивных комплексов, и если б я знал, что цена вопроса какая-то сотка, то из-под штанги бы не вставал! — У Лены глаза горели от гордости. — Показал им все банеры, рекламки и загадал миллион, понимая, что хер мне его кто даст. А ты ведь привезла меня, условия свои выполнила, и если съемка сорвется, то уже им кошельки придется расчехлять. Ну и мы сотка за сотку начали торговаться, накидывая обязательства. Застопорились на семи. А я такой, ладно уж, давайте шестьсот, и костюм. Я просто Эдвину хочу один за неудобства подогнать. Они такие, что-то губа у вас треснула, а сами в раж уже вошли, это ж как наркотик! И я вспомнил твои очки и такой: пятьсот девяносто, и вообще весь гардероб, вплоть до спортивной линейки и трусов. Ну это я так ляпнул, просто я в мышцах вырос и один хрен надо все шмотье новое покупать, и такой думаю — а хрен ли с мажоров не стрясти, я ж как эта тушь для бабских глаз, ну, типо этого достоин. — Ленка хихикнула с такого сравнения. — Им-то это явно дешевле, чем деньгами платить, а я в царском! Еще их распаляю типо, в мой комплекс ходит богатый сегмент, мне же надо продвигать наше дело и фирму. И они такие — хуй с тобой, вот все это, плюсом еще очки, верхняя одежда с подбором нашего дизайнера, но за пятьсот тридцать. И понимаю, что попроси я еще хотя бы стакан воды, то меня пошлют. И я такой, ну что, где подписать? — Ты просто монстр! — Восхитилась блондинка. — А, я еще договор о неразглашении подписал, что мне нельзя никому рассказывать об условиях и о продукте, пока он не выйдет. — Ленка хихикнула. — Ну тогда ты платишь за обед, а то я заложу тебя. — Ну ты и стерва! — Шутливо изумился Лео. — Я тебе пасту с морепродуктами заказала. — Лена подвинула ему тарелку. — Сфотай и выложи в инстаграм. — Не, я не отсталый же. — Ответил Габор, начиная есть, а Ленка закатила глаза, подумав, что случай безнадежный. — Они написали мне, что съемки завтра начинаем. Машина в шесть утра приедет к отелю и отвезет нас на локацию. Блин, я так волнуюсь! — Девушка запихнула в себя оставшийся кусок пиццы, запив вином. — Не ссы. Ты же профи, а я не буду выебываться. Сильнейший тандем, я считаю. — Ленка от смеха подавилась. — Мне скинули сценарий, надо будет почитать. — Да ты все знаешь. Только там будет больше людей. И это, твои волосы будут укладывать гелями всякими, а тебя самого гримировать. Вытерпишь? — Габор кивнул. — Это ж по работе. Я же сказал, буду делать все. Тем более, за такие бабки хоть косички из лобковых волос пусть плетут. — Возможно тебе депиляцию груди и подмышек сделают. — Глаза Лео округлились настолько, словно речь шла о кастрации. — Возможно! Завтра креативный тебя посмотрит и уже по факту вынесет вердикт. — Матерь божья! — Фыркнул голубоглазый, продолжая трапезу.

***

Феликс на следующее утро проснулся от звонка Йени, который был любителем ходить в зал ни свет, ни заря. — Алло. — Сонно пробормотал он в трубку. — Я все узнал! Он прилетает четвертого утром, пятого будет на открытии. А еще он будет жить у Эдвина, пока не снимет себе квартиру! — С азартом произнес Чонин. — Это он тоже тебе сказал? — Удивился Ликс. — Нет, они со Светланой разговаривали, она пришла на пилатес. А я случайно подслушал. — Блондин усмехнулся, сомневаясь в случайности. — Светлана говорит, что убьет их обоих, потому что хен уволился. Она попросила Кана не подавать его заявление на увольнение в бухгалтерию, пока ничего не узнает, а хен ей сказал, что не вернется в Стафф. Они поругались, она еще, оказывается, не знает, что вы расстались. Спросила, как вы тогда будете на расстоянии с нашим графиком. — У Феликса рухнули отголоски надежды на воссоединение. — А он знаешь ей что сказал? Что купит билет и прилетит! — Последнее Йени пропищал. — И она это рассказывала Эдвину все? — Предательское сердце начало отплясывать чечетку, стоило надежде вновь появиться. — Да! Она хотела узнать, может Эдвину чего рассказали они, потому что сама она знает только то, что Лена там по работе. А Эд сказал, что Лео тоже там зарабатывает на третий комплекс. — Четыреста тысяч евро до третьего числа? Он в мафию что ли вступил? — Может он не на пятьдесят процентов. Я думаю, что Лена взяла его с собой на фото съемку костюмов, только уже другой коллекции. Ты же видел фотографии, он хорошо на них получился. Я думаю, что так. — Феликс кивнул, решая, что это самый очевидный вариант. — Видел уже сториз хена? — Перевел тему Ай Эн. — Нет, а что там? — Спросил блондин, желая уже поскорей закончить разговор и посмотреть. — Я думаю, что это он сфотографировался для тебя. — Хихикнул младший. — Ладно, я пошел, у меня сегодня двухчасовая. — Ликс, попрощавшись, тут же зашел в приложение, пролистывая до нужной иконки. Селфи в зеркале. Гребаное селфи в спущенных до паховых косточек штанах, с обнаженным торсом и подписью: «Спокойной ночи, Милан — Доброе утро, Сеул». — Вот ты сука! — Досадливо простонал Феликс, то ли на Лео за распутное фото, то ли на свой член, который тут же взбодрился, перерастая из обычной утренней эрекции в крепкий стояк. Телефон не вовремя выскользнул из руки, упав под кровать, еще и зазвонил. Наверное снова Ай Эн, либо же Хенджин опять хочет поговорить о том, что же ему делать с Ленкой — позвонить или отправить пикантную фотографию, а потом написать «сорри, не тебе». Заползая под кровать на спине, чтобы лишний раз не беспокоить соседа снизу, Феликс дотянулся до телефона и не глядя ответил. — Алло? — Он выползал кряхтя из-под кровати. — Я не вовремя? — От неожиданности блондин ударился лбом об край. — Черт! — Промычал он болезненно. — С тобой все в порядке? — Обеспокоено спросил Габор. — Да я лбом ударился об кровать. Телефон завалился. Ты по делу? — Спросил как можно равнодушней младший. — Вторую ночь не могу без тебя заснуть. — Это откровение прозвучало очень волнующе. — А этот, как его называет Ленка, инстаграмный флирт, не слишком-то вставляет. — Ты сам улетел. — Феликс лег обратно на кровать и просунул руку в трусы, на пробу проводя рукой по стволу. В пах легонько ударили приятные импульсы. — Это ты меня бросил. — Блондин взял медленный темп, ведь голос Лео создавал ощущение, что парень находится в этой комнате, а большего Ликсу и не нужно было. О морали он подумает позднее. — Ты назвал меня предателем. Сам решил, что я предпочту тебе кого-то. — Феликс закусил губу, чтобы стон не сорвался в губ. — Напомни, сколько раз в твоей голове я трахнул Эдвина? В эту игру могут играть двое, Веснушка. — Дыхание начало сбиваться. — Ты даже… даже не попытался… — Я пытался, малыш. Но ты продолжил мне врать, забыл? Может, я чего-то еще не знаю? — Феликс зажмурил глаза. — Я один… один раз… ради твоего спокойствия… хотя тебе… — Едва слышимый стон вырвался наружу, Феликс испугано замер. — Малыш, у меня член от твоих вздохов сейчас трусы порвет. — Блондин решил, что с совестью потом обкашляет вопросик по поводу своей слабости к этому человеку. — Ну так сними их. — В динамике повисло молчание. Феликс подумал, что Габор бросил трубку, сочтя этот разговор неуместным, а его испорченным. В конце концов, они расстались, чтобы выдвигать такие предложения друг другу. — Хочу касаться твоей кожи. — Вдруг хрипло сказал Лео, от чего у Ликса закружилась голова, и он продолжил ласкать себя. — Я бы губами провел по всем твоим чувствительным местечкам. Ты бы хотел, чтобы я был нежен с тобой или груб? — Феликс уже более отчетливо простонал. — Нежно… хочу, чтобы ты был ласков со мной… Чтобы языком… ах, твой невыносимый язык! — Промычал блондин, вспоминая, что порой Лео вытворял с ним одним языком. — Как же ты стонешь, Фели… мой мальчик… только я ведь срываю с твоих пухлых губ стоны? Только мне ты позволяешь скользить руками по своему изящному телу, жадно ощупывая каждый изгиб? Ммм… Как же хорошо… — Ликс расставил ноги пошире, ускоряя темп руки и поглаживая себя левой по бедрам и животу, бросив телефон возле уха. Вздохи заполнили комнату общежития. Феликса всегда сводила с ума разговорчивость Лео в постели. Пошлые фразочки, откровенные комплименты, бесстыдные обещания. За десять месяцев их постельного опыта, Ликса не способна смутить никакая сальность в свой адрес. — Я твой… — Вообще блондин хотел просто не отвечать ему, но кого он хочет обмануть? Также открыться другому человеку? Он просто не может себе этого даже представить. — Только ты… — Дыхание в трубке стало более учащенным. — А я только твой, слышишь? — Ликс закивал головой, не в силах сейчас ответить внятно. Лео не пытался быть тихим, его голос стал более хриплым. Феликс поймал себя на мысли, что может вполне себя представить, как рот его возлюбленного сейчас приоткрыт, а затылок вжат в подушку, от чего волнистые волосы превращаются в хаос, а напряженный пресс выглядит как у богов Олимпа. — Ммм… я уже близко, детка. Представляю как целую твои внутренние бедра… а ты трепещешь в моих ладонях… нетерпеливо пытаясь податься промежностью на мое лицо. — Блондин провел рукой по воздуху, представляя как хватает фантомные волосы. — Хочу, чтобы ты поцеловал меня в головку и твой невыносимый… амгх… прекрасный рот насаживался глубже… чтобы твой язык… Хочу пальцы… такие длинные… Лео… Лео! Я прям вот-вот! — Прокричал Ликс, переходя на очень быстрый темп. — Давай, моя любовь! Я сейчас! Фели! — От громких намеренно несдержанных стонов Феликса накрыло окончательно. Он излился в свою руку, чувствуя как удовольствие прошибает до самого затылка. Расслабленно развалившись на кровати, блондин пытался восстановить свое дыхание. Голова кружилась, в ушах был звон. Они молчали пару минут, лишь тяжело дыша в трубку. — Ты тут? — Спросил Ликс, взяв телефон в левую руку, пока правая лениво размазывала по животу капельки спермы. — Да, малыш. — Слегка подрагивающим голосом ответил Габор. — Бесит, что не могу тебя поцеловать. — Блондин прикрыл глаза, понимая, что дрочка хоть и принесла разрядку, но такого удовольствия, которое он испытывает от того, как любимый прижимает его к себе и целует разнеженное тело, дать она не в силе. — Ну так приезжай и поцелуй. — Спокойно сказал Феликс. — Ты позволишь мне? — Ликс подумал, что у него напрочь отсутствует гордость. — А ты будешь спрашивать? — Решил он обойти ответ. — Конечно. — Удивил его Лео. — Малыш, если ты принял свое решение окончательно, то я оставлю тебя в покое и не буду лезть в твою жизнь со своей любовью. Но если у меня есть шанс, то можешь быть уверен, я верну тебя, и всяким Николя, будь это хоть Саркази, придется идти нахуй. — Ты хочешь, чтобы я отказался от сотрудничества с Луи Виттон? — Феликс подумал, что если возлюбленный скажет да, то он пойдет на это. Потому что для него самого было очевидно как божий день, что важнее Лео в этой жизни никого не было. — Нет. Я понимаю, что это твоя мечта, к которой ты долго шел, и не мне ее отбирать. Но расставить личные границы придется. Я уже говорил касательно JYP, что не потерплю третьего в наших отношениях. Тут тоже самое. — Феликс закивал, а затем поспешно понял, что Лео этого не видит. — Да у нас и не было ничего выходящего за рамки. Простая дружба дизайнера и амбассадора. Хочешь, тридцатого ноября полетим вместе в Гонконг на показ коллекции Фарелла Уильямса от «Луи Виттон»? Я познакомлю тебя лично с Николя и представлю как своего парня? Или можем в Париж в феврале? Я там буду участвовать в самом показе зимней коллекции. — Детка… — Габор вздохнул. — Знаю, нам нельзя афишировать отношения, но мы как-нибудь… будем осторожны, хорошо? — Феликс прикрыл глаза, отчетливо понимая, что не хочет ничего скрывать. Порой он забывает о том, что их отношения — это тайна, и когда жизнь напоминает об этом, хочется содрать с себя кожу. — Дело не в этом. Я просто не могу. По крайней мере, до конца двадцать четвертого года мне нельзя посещать такие шоу. — Ликс присел на кровать. — Чего? Стоп. Почему? И почему именно до конца двадцать четвертого? — Не понимая, спросил блондин. — Я сегодня подписал контракт. Мне пока нельзя раскрывать ничего, уж точно не по телефону. Но, скажем так, наша общая подруга, работающая на один небезызвестный модный дом, приехала в Италию по работе, и я буду работать вместе с ней. И одним из условий этой работы является запрет на посещение мероприятий других модных домов до конца года. — Феликс открыл от удивления рот. — Ого! Это по костюмам, да? Им понравились твои фотографии? — Ликс почувствовал радость и гордость за возлюбленного. — Можно и так сказать. Я в начале не соглашался, потому что, сам понимаешь, с моим графиком мне уже удавиться оставалось. Но вышло как вышло. Тем более, Лена, оказывается, еще до того, как рассказала мне, дала им мое согласие, и если бы я не прилетел, то она бы влетела на огромный штраф за срыв съемки. — И поэтому ты согласился? — Спросил младший. — Нет. Я об этом узнал только по пути в аэропорт. Так что, можно смело называть мое согласие импульсивным решением. Но я не жалею. — Ликс поджал ноги под себя. — Поэтому ты не захотел возвращаться в Стафф? — Ты говорил со Светой? — Феликс почувствовал, как любимый улыбается. — Она говорила с Эдвином, а Йени их подслушивал. — Сдал всех блондин и услышал бархатистый смех, который ласкал уши. — Всегда знал, что Чонин наш человек. Но вообще, да. Мне в обязательном порядке нужно в течение года посетить пять шоу в любой точке мира, и возможно они совпадут со странами твоего тура. А если нет, то я смогу в любой момент прилететь к тебе. Хоть в каждую страну. — Феликс понимал, что с их пятимесячным мировым турне не налетаешься, учитывая стоимость билетов, однако Габор говорил так уверенно, что вопрос слетел сам с уст: — Сколько процентов по итогу ты будешь иметь с третьего комплекса? — Пятьдесят. — Огорошил его Лео. — Что-о?! Максимум?! Но это… начинающим моделям не платят такие суммы! — Габор усмехнулся. — Я сказал, что могу назвать все имена участников Stray Kids, и они переквалифицировали меня в бывалые. — Отшутился светловолосый. — Лео, блин! — В отличие от возлюбленного, Феликс был очень любопытным. — Веснушка, не по телефону. И ты мне так и не ответил, позволишь ли ты мне себя поцеловать. — Ликс поджал губы. — Я сам тебя поцелую, понял?! И не буду спрашивать твоего разрешения! — Капризно заявил он. — Веснушка-а, — протянул с нежностью Габор, — я так тебя люблю, ты просто представить себе не можешь. — Улыбка непроизвольно прорезалась на лице австралийца. — Я тоже тебя люблю. Возвращайся уже скорее. Я очень скучаю. — Откровенно признался Феликс. — И я скучаю, малыш. По тебе и по нашей принцессе. Как она, кстати? Скажи, что она навалила в ботинок Ли Ноу. — По-мальчишески произнес голубоглазый, вызывая трепет в сердце от своей непосредственности. — Она только ест, ходит в лоток и спит в шкафу, в который я сгрузил свои вещи. Мне кажется, что она тоскует по тебе. — Лео вздохнул. — Моя сладкая булочка… папа прилетит и погладит свою принцессу. — Засюсюкал Габор, а Мисси, словно поняв, что эти слова предназначаются ей, а не младшему родителю, вылезла из шкафа и прыгнула на кровать, потеревшись головой об коленку Феликса. — Ну какая сучка! — Возмутился он смеясь. — Услышала, что ты к ней обращаешься и вылезла! Скажи ей что-нибудь еще. — Ликс погладил подросшую кошку, и та сладко замурчала. — А кто самая красивая кошечка на свете? Кто моя любимая булочка с корицей? — Мисси рада была стараться, завалившись на спину и подставляя пузико, которое гладить было дозволено лишь избранным. Феликс тут же стал нежить любимицу, которая все эти дни не давалась никому. — Первый раз за все время позволила себя погладить. А то просто вырывалась и убегала в шкаф. — Рассказал Ликс. — Она просто не любит, когда ты на меня дуешься. — Усмехнулся Лео, зевнув. — Ладно, сладкий, у меня уже два часа ночи, мне утром рано вставать. И кстати, мы же два дня будем на локации торчать, меня предупредили, что там нет связи, так что не теряй меня. А то я не знаю, будем ли мы на ночевку выезжать в город. — Блондин прикрыл глаза. — Мы будем с Мисси тебя ждать. И четвертого съемки музыкального шоу… я… я песню тебе написал. Хотел, чтобы сюрприз вышел, но… решил рассказать вот. — Я утром четвертого прилетаю, быстро решаю все дела по открытию и мчу на твою съемку. Обещаю, Веснушка. Я не пропущу. — Заверил его Лео. — Хорошо. Спокойной ночи, любимый. — Ты, кстати, видел, я для тебя выставил в сториз кое-что. — Феликс усмехнулся. — А чего у меня, по-твоему, телефон завалился под кровать? Монстр утащил? — Лео на несколько секунд замолчал, не отвечая. — Зайди, я еще кое-что скинул. — Сказал как-то загадочно Габор. — Так! Никаких полуголых фоток больше! — Воскликнул Ликс, подумав, что после их секса по телефону Лео наверняка выглядит еще более развратно. — Хорошего тебе дня, малыш. — Старший положил трубку, а Феликс полез в инстаграм, чтобы поглядеть, что его несносный парень выложил. Тело стало потряхиваться, а после с натужным звуком смех вырвался наружу. Это был отправленный в директ с какого-то паблика мем, где на картинке было написано: «Перестал проверять, есть ли монстр под кроватью с тех пор как понял, что он был у меня в штанах все это время». Отправив в ответ кучу двусмысленных смайликов, Феликс встал с кровати, собираясь пойти в душ, чтобы смыть с себя последствия созвона. Мисси, будто бы ее настроение и правда зависит от того, обижен ли Ликс на ее любимого хозяина или нет, снизошла до того, чтобы лечь на подушку блондина, сладко вытянувшись поперек. Проходя через кухню, Феликс вздрогнул, увидев там Минхо и Сынмина. Он совершенно забыл, что не один дома, надеясь, что парни не слышали ничего. — Доброе утро! — Как ни в чем не бывало сказал Минни. — Завтракать будешь? — И только Ликс подумал, что его пронесло, как Ли Ноу выдал базу: — Конечно будет! Нашему любящему по-нежнее Ёнбоку нужно восстановить силы! — Феликс зажмурил глаза, чувствуя, что сейчас сдохнет от стыда, и алеющие щеки тому подтверждение. — Ты не мог промолчать?! — Воскликнул Сынмин. — Не, я-то что?! — Оскорбился танцор. — Я ж не осуждаю! Даже если это его бывший, мы в свободной стране живет! — Не бывший, а нынешний. — Внес разъяснения блондин. — Все, я в душ. — Он поспешно ретировался. — Вот это я понимаю примирительная дрочка! — Воскликнул Минхо ему вслед, за что получил кухонным полотенцем от Минни. — Ты можешь хоть на минуту перестать?! Черт, скорей бы нас уже по двое расселили! Я выберу Ёнбока, чтобы в нашем доме вообще никто не жил, кроме меня и перестал все разговоры сводить ниже пояса. — Или будете жить втроем, и тогда ты будешь вечно натыкаться на трахающихся голубков. Даже на кухонном столе! — Не унимался танцор, жестами разбавляя свои слова. — Да мать твою, Минхо! — Воскликнул Сынмин. — Найди уже себе кого-нибудь и потрахайся наконец! — Об отношениях с Ханом знали только Лео и Феликс. — А может у меня кто-то есть? — Сузил глаза старший, ведь Минни даже не представлял, насколько болезненную тему затронул. — Да кто тебя вытерпит?! — Фыркнул Сынмин, уходя в свою комнату.

***

Прибыв на остров в окраине Тосканы в десять утра, Ленка оправилась настраивать аппаратуру, в то время пока Лео, стоя в одних трусах, стойко принимал на себе взгляды пяти пар глаз. — Луи, — обратилась Роберта, которая являлась племянницей самого Джорджио Армани, отвечающая за рекламную политику в компании, — немного освежи концы и структурируй кудри, чтобы в кадре не пушились. — Дала она ровным голосом распоряжение молодому парню, на котором просто пищал внутренний гей-радар на самой высокой отметке. — Бороду оставь небрежной, только облагородь, чтобы он не был похож на бездомного. Мне нравится. Сильвана, что скажешь? — Спросила она у женщины, с которой Лео вел переговоры. — Я бы тон волос сделала на два оттенка темнее. Так мы подчеркнем выразительность его глаз. — Габор, почувствовав неловкость, когда обе женщины подошли к нему вплотную, однако взгляда не отводил. — Длинные ресницы. Это хорошо. Я думала, что это проделки фотошопа. — Все также задумчиво изрекла Роберта. — Да, ты права. Темно-русый добавит ему зрелости и статуса. — Наконец отступив на два шага, в отличие от второй, которая обходила Габора настолько близко, что порой касалась грудью. — На нем должны быть штаны из новой коллекции. — Это подчеркнет мускулы, но не опошлит образ. — Наконец вынесла свой вердикт Сильвана, вставая ко второй женщине. Как понял Лео, они сестры и управляют этим балом. — Да и вода холодная. — Позволила она себе шутку на грани. — На превью наденем хлопковую белую рубашку. — Словно не заметив фривольности, продолжала давать наставления та, что пониже. Лео осмотрел остальных сотрудников, которые усердно записывали их слова. — Волосы на груди не слишком обильные, оставим. — На этом моменте Габор беззвучно выдохнул. Все-таки за торги Сильвана не наточила на него зуб. — Вы же вчера измерили параметры? — Спросила Роберта, глядя на Лео. — Да, — ответила за него Сильвана, — Я бы остановилась на… — Голубоглазый слушал названия каких-то нечеловеческих расцветок, но в итоге остановились на черных брюках. В голове были обезьянки, бьющие в тарелки. Лео стало страшно, что он попросту не справится. На заднем фоне мелькала Ленка и два паренька, настраивая камеры и глядя в горизонт. Это немного успокаивало молодого мужчину. Лена рядом. Он ее не подведет. Вчера вечером, когда голубоглазый сидел в лобби и придумывал текст для превью, ведь вместо того, чтобы выдать ему готовый, итальянские ленивые жопы сказали, что слова о компании, съемках и описание нового аромата должны идти от сердца, блондинка посоветовала описать что-то личное, завуалировав под все, что будет происходить. Габор что-то наколякал, но после созвона с Феликсом, вместо того, чтобы спать, он включил светильник и буквально за десять минут написал то, что считал необходимым сказать. Ленка, прочитав обе версии, однозначно остановилась на второй. Она сказала, что это то, что сама блондинка ожидает от ролика, и что у них все получится, ведь они смотрят в одном векторе глубины. Эта мысль позволила взять себя в руки.

***

После всех экзекуций над собой в виде отмороженных яиц в холодной воде, незапланированного дождя, тысячекратном поправлении грима и волос, Габор вышел на локацию, на фоне которой уже расстелился закат, а Ленка ахнула. — Какой ты красивый, господи! — С умилением пропищала она. — К черту Хенджина и интервью, давай поедем в Лас-Вегас и спустим твои бабки в казино?! — У них раньше была локальная шутка, что они в старости поженятся в Лас-Вегасе и будут спускать свою пенсию за покерным столом, бесплатно потягивая коктейли. — Одна Амазонка убьет тебя за одну только мысль об этом. — Лео и сам был доволен своим отражением, но больше мыслью о том, что дома его ждет самый красивый и чудесный парень на свете. — Инстаграм сработал? — Азартно спросила Ленка. Они вчера настолько были измотаны, что не могли даже стоять нормально. Блондинка лишь пробурчала, что он должен будет вставить в превью свои ощущения от съемок, попросив заменить яркие эпитеты чем-то литературным. — Я по старинке. — Девушка закатила глаза. — Вот зануда. Ладно, садись. И я очень за вас рада. — Блондинка подумала о том, что может стоит по приезду сказать Хенджину, что он ей немного больше, чем нравится, а затем отмахнулась от этой мысли как от назойливой мухи. Что только не делают с людьми красивые виды природы и окружающие влюбленные идиоты. Пока Лена давала распоряжения Лео по принятию правильной позы и куда стоит ему смотреть, Габор наблюдал за ней, отмечая для себя, что справляется Ленка на ура. Безбашенная в обычной жизни она очень резонировала вдумчивостью и собранностью в своей работе. — Тишина на площадке! — Скомандовала Лена. — Ты должен говорить так, словно ведешь диалог со зрителем. Смотри не на камеру, а на меня. Не бойся жестикулировать. Расслабься. А сейчас мне нужен кадр, как ты садишься на стул и принимай нужную позу, начиная рассказ. — Лео выполнил все указания безукоризненно, чувствуя, что написанными словами может поделиться не со зрителями, а именно с Леной, представляя их обычную встречу, как раньше, после работы, где они в домашней обстановке рассказывали как прошел их день. — Ты готова? — Спросил Лео, улыбнувшись ей ободрительно. Та кивнула. — Только посмотри вокруг, у меня такое чувство, что я просто в Блаженстве. — Не по тексту сказал он, просто делясь впечатлениями. — Ты знаешь персонажа, который ищет ощущение эволюции. Он готов развиваться. Что-то на горизонте, что-то что его привлекает, и он готов совершить этот прыжок веры в неизвестность. — Габор задумчиво улыбнулся, вспоминая свою историю, как начинались самые главные и лучшие отношения в его жизни. — Запечатлеть этот момент страха, а также тот момент, когда что-то происходит и меняется, что ты слишком боишься сделать, но ты знаешь, что тебе нужно преодолеть это препятствие. И я думаю, что мы сделали что-то в этой съемке, которая просто пыталась обрести свободу. Найти действительно ту сущность, которую «ACQUA de Gio» дает нам. Есть великолепный момент, в котором мы действительно чувствуем себя выразительными, летя и прыгая со скалы. Я действительно хотел это сделать, и в этот момент ощущал себя раскрепощенно-красивым, и я рад, что нам удалось это сделать и запечатлеть. — О скукожившихся члене и яйцах Габор решил не добавлять, когда четыре дубля делал этот прыжок веры. — Я думаю, что окружающая среда отражает все, что касается «Aqua Deo Essence». Это контраст суши и океана, шероховатость и необработанность скал против мягкости и грохота волн, которые создают такой прекрасный баланс и синергию. И я думаю, что это очень важно во Вселенной ароматов «Армани», ведь этот аромат посвящен уловлению самой сути. — Лео забыл о том, что вокруг них человек двадцать, которые наблюдают за процессом съемки. — «Джорджио Армани» — это воплощение элегантности. Вы носите костюм «Армани», вы входите в комнату с уверенностью и не делаете заявлений. Это простота. В основе культовой классики, неподвластной времени, лежит изысканность. Вы знаете, какое благословение было стать частью этого. Честно говоря, это было очень приятно. Это было действительно прекрасно. — Лео замолк, и Ленка воскликнула: — Снято! — Судя по ее реакции, он справился с первого дубля, что немного грело самолюбие. Послышались аплодисменты съемочной группы. Габор улыбнулся, поднимаясь с кресла. После двух дней плотного взаимодействия с командой, он уже не чувствовал смущения. — Ты такой молодец! Это прям то самое, понимаешь?! — Захватили эмоции Лену, и та порывисто обняла друга. Голубоглазый обхватил ее крепко, покружив вокруг оси. — Ты же знаешь, что это твоя заслуга. Мне очень комфортно было только потому что ты была рядом. — Блондинка подняла голову и улыбнулась. — Блять, красивый, ну прям не могу! Спроси у Луи название крема для волос, а то тебе так идет не ходить с вороньим гнездом. — Хихикнула она, на что Лео закатил глаза, усмехнувшись. — Он мне обещал собрать подарочный кейс в дорогу, чтобы, цитирую: «твой одуванчик всегда был при параде». — Немного манерно прогнусавил Габор, благо, что на русском, потому что стилист, на деле, оказался неплохим парнем, которого не хотелось обижать. К друзьям потихоньку подтягивались другие участники съемочной группы для обмена любезностями и благодарность за работу. В конце подошли и сестры Армани. — Ты неплохо держишься в кадре, наглый мальчишка. — Погладила его по плечу Сильвана. — завтра на рассвете будет завершающая фотосъемка в Милане. Там заберешь свое приданое, гонорар уже на твоем счету. — Лео вежливо кивал, не позволяя себе залезть в этот флирт. — Мы планируем запустить рекламу первого февраля, двадцать восьмого будет показ женской зимней коллекции. Мы бы хотели, чтобы ты прилетел на него. Ты неплохо держишься в кадре, так что поработаем. — Она вела пальцами по предплечью вниз. — Торг уместен. — Сказали ему как-то двусмысленно. — А можно будет «плюс 1»? — Спросил Габор с вежливой улыбкой, в глубине души надеясь, что Феликсу не приходится переживать подобное со сраным Николя. — Разумеется. — Улыбнулась женщина, поправляя рукав его рубашки. — Только предупреди свою плюс, что не следует беспокоить гостей бесконечными селфи. Это может показаться некоторым дурным тоном. — Лео посмотрел на подругу, и та всей мимикой показала, чтобы он не вступал в перепалку. — Мой плюс хорошо обучен манерам и ходит только на лоток. — Отшутился Габор, и его шутку поддержали. А сам внутри просто сгорал от бешенства. — Сильвана, не смущай парня. — Вступилась Роберта со своим немного надменным и ленивым голосом. — В твои слова вложен пережитый опыт. — Не спрашивая, а утверждая сказала женщина. — И в вашем взаимодействии с режиссером чувствуется химия. Элен неплохо чувствует тебя, подмечая на пленке сильные стороны. Мне нравится. — Вынесла вердикт Роберта. Лео подумал, а что для нее тогда отвал пизды. Он не претендовал на эту оценку, — просто стало интересно. — Спасибо. И я очень благодарен вам за эту возможность. — Женщина кивнула. — Ну что? Собираем технику, реквизиты и в Милан? — Спросил Кальвио, который был помощником Ленки.

***

Феликс утром четвертого числа гладил спящую Мисси и листал инстаграм, морально настраиваясь на то, чтобы подняться и ехать в студию. Лена в личном аккаунте выложила забавную фотографию, где Лео на красочном фоне океана сидит обмотанный с головой в два объемных одеяла, из которого торчит один только нос. Несмотря на то, что она не отмечала его профиль, Ликс знал, что это возлюбленный, потому что вчера утром он звонил ему и взахлеб рассказывал про то, как от холодной воды его член вжался вовнутрь, костеря тех, кто додумался снимать водные съемки, когда на улице «+17». А сегодня они уже увидятся. От этого сердце готово было петь серенады. Написав Лео, чтобы он позвонил, когда приземлится, Феликс поднялся, готовый вступить в этот чудесный день. К вечеру, когда они были на локации, Ликс нетерпеливо посматривал в окно и на телефон. Возлюбленный так и не отписался, а его номер был недоступен. — Может он уже здесь? — Предположил Чанбин, с которым они должны были выступать дуэтом. — А телефон просто сел. — Эдвин сказал, что он не приезжал к нему сегодня. Я уже все новости обсмотрел, а вдруг с ним что-то случилось? — Феликс был на измене. В гримерку вошел Йени с огромным букетом цветов. — Ёнбок, это тебе! Курьер привез. — В сердце поселилась надежда. Он кое-как обхватил нежную россыпь голубо-синих цветов, узнавая почерк возлюбленного, который всегда старался выбирать букеты в его любимых оттенках. — Там записка! — Подсказал Чонин. Блондин достал свернутый лист, читая:

Веснушка, мой рейс отменили, а зарядку я забыл в номере, поэтому решил заказать букет и молиться, чтобы хватило батареи написать тебе. Мне очень жаль, что я не смогу быть с тобой сейчас и смотреть, как мой любимый мальчик поет свою песню, посвященную мне. Но мы обязательно скоро увидимся, и ты споешь ее лишь мне, а я буду неотрывно слушать тебя, не переставая думать о том, какой же я счастливчик, раз в моей появился ты.

Люблю, Лео

Феликс прикрыл глаза, сдерживая слезы. Он понимал, что это непредвиденное обстоятельство, и что вины Лео нет. Просто прочитав эти теплые строки, он понял насколько сильно скучает, и эти часы разлуки кажутся ему пыткой. — Это от хена? — Спросил Ай Эн. — Угу. Рейс отменили. — Все же сдержавшись, сказал Ликс. Он поставил букет в вазу, а записку, перечитав еще несколько раз, положил в сумку. Ведь первому дуэту дали команду выходить на сцену. Ликс с Бинни выступали последними, однако остальные ребята были уже за кулисами, а одиночество сейчас разрывало на куски, поэтому блондин отправился вместе с ними. Феликс сидел на стуле, смотря поверх зала, на деле не желая, чтобы кто-то находился здесь и слушал строки, посвященные не им. Настала их очередь. Они завершали программу, а Ликс даже не мог взглянуть в зал, потому что натягивать маску милого парня с хорошим настроением попросту не было. «Ведь ты мне нравишься. Других причин нет, просто я люблю тебя. Кроме твоей улыбки мне больше ничего не нужно.» «Мне хочется спросить, как прошёл твой день. Слушать твои разговоры стало моим хобби. Кажется, что день является таким коротким. Я хочу услышать о всех твоих заботах. Я выслушаю всё и облегчу тяжёлую ношу. Чтобы груз на твоих плечах стал намного легче.» «Позволь мне взять на себя это бремя. Положись на меня. Пока в твоих ясных глазах не рассеется туман забот. Из-за чего тебе тяжело? Что тебя мучает? Это не болтовня, я хочу перенять всю твою боль на себя. Я так счастлив, когда ты смеёшься. Хоть ты и красивее всего с улыбкой, не выдавливай смех, когда хочешь плакать.» «Твои глаза, наполненные счастьем, да наполнены и водой, что при касании побежит. Я знаю это, поэтому так осторожен. Я беспокоюсь, потому что люблю тебя.» «Хочу быть вместе целый, полный и каждый день. Вместе смеяться, без эмоциональных горок. Мне нравится твоё честное выражение лица. Мне нравится, что ты не умеешь им управлять. Так что не скрывай, тебе же тяжело. Ты знаешь это сам.» Феликс исполнял свои строки, идущие из сердца. Он написал эту песню на корейском, ведь их любовь началась именно в Корее, это язык, который и для него, и для Лео был иностранным, но объединил их, несмотря на различия культур их родных стран. Он лишь оставил заключительные строки на английском, ведь слова любви он всегда выражал на родном языке. Это было очень символично. Когда настала пора произносить их, он подумал, что следует посмотреть в зал, ведь стэй сегодня пришли на съемки лишь ради того, чтобы увидеть его и остальных мемберов. Чан с ребятами уже выступили, они сейчас за кулисами, ждут, когда завершится их выступление, чтобы наконец отправиться домой. — I just really love you. — Феликс посмотрел в зал, обратив внимание, что один человек стоит, но затем повернулся обратно к Чанбину. — You're the only reason why I really love you. — И тут Ликс подумал, что ему показалось, поворачиваясь вновь в бок. — When I see you smile I just can’t get enough and I can't live without you. — Это был Лео, который стоял, не прекращая улыбаться и смотрел прямо на него. Поймав наконец взгляд блондина, он подмигнул ему, положив ладони на сердце. — Baby I just really love you. — Кое-как вовремя вступил Феликс, поборов охватившее его счастье окрыленности.

***

После концерта парни в гримерке весело переговаривались, а Ликс ждал, когда откроется дверь, ведь после песни он незаметно кивнул Габору в сторону кулис. Чонин с довольной улыбкой на него посматривал. — Ты знал, да? — Спросил Феликс. — Конечно! — Похвастался он. — Хен здесь самого начала. Мы боялись, что ты раскусишь наш сюрприз, потому что ну в каком аэропорте нет зарядки, сам подумай? И он от руки писал записку, я только когда ты прочитал, понял, что ты можешь узнать его почерк. И если бы ты залез в табло аэропорта, то увидел бы, что все рейсы летели по расписанию. Ох, повезло, что все влюбленные слепые! — Воскликнул макнэ. — А зачем вы вообще это сделали? — Спросил Феликс. — Я же чуть с ума не сошел! — Потому что у меня реально в самолете сел мобильный, а обнаружил я это только по прилету. — Ответил вошедший Лео, глядя на своего ангела. Ликс подбежал к нему в два шага, и старший тут же заключил его в объятия, растворяясь на какое-то время в родном запахе. — Я забыл адрес Эда, поэтому поехал в комплекс. Оттуда хотел сразу к тебе, но Чонин сказал, что там со вчерашнего вечера трутся две сасэнки, а в студии Пак. Ну так и родилась идея. — Габор все не мог налюбоваться им. — Да и букет дарить при твоих фанатах нельзя было, кто-то бы щелкнул. — Феликс внимательно слушал возлюбленного, не понимая, что в нем изменилось, пока не осознал: — Твои волосы! — Воскликнул он, протягивая их сквозь пальцы. — А, да. Для работы сделали. — Равнодушно ответил он. — Если не нравится, то меня уверили, что через неделю это смоется. — Ты очень красивый с этим оттенком. Такой мужественный и взрослый. — Проворковал блондин, не отлипая от парня. Лео рассмеялся. — У меня уже скоро комплекс разовьется, что до этого я был уродом. — Ликс встал на носочки, оставив на губах целомудренный поцелуй. — Ты всегда самый красивый. И я люблю тебя любым. — Лео приобнял его, зарываясь носом в макушку. — Это же брюки из весенней коллекции «Джио Армани» двадцать четвертого года! — Воскликнул Хенджин, разбирающийся в моде. — Да это с работы досталось. — Отмахнулся Габор, не желая заострять на этом внимание. — И куртка, и джемпер! Ты банк что ли ограбил?! — Не унимался Джинни. — Или это Лена стащила для своего дружка фирменных шмоток, чтобы ты не ходил как оборванец? — Решил, блять, называется, прийти в приличном! — Хенджин! — Воскликнул Феликс, готовый уже защищать своего ненаглядного, словно это в нем было под два метра роста, а не в голубоглазом. — Да. — Ответил сухо Лео. — Ограбил банк, а потом Лена стащила для меня одежду, а то копы были на хвосте. — Он погладил Ликса по пояснице, пытаясь успокоить. — Кстати, выступления были клевые. — Лео посмотрел на возлюбленного. — Твое самое лучшее. — Тот немного успокоился, поигрывая пальцами сквозь кофту Габора по кубикам пресса. — Мы, кстати, куда поедем? Я у Эда хотел остановиться, а по итогу езжу сегодня целый день с чемоданами, но можем снять гостиницу, в которую можно с животными, и поживем там, пока я нам квартиру не найду. — Уходить без Феликса он не собирался, да и тот бы его не отпустил. — Так может у нас в общежитии поживешь? — Предложил Чонин, а Сынмин вылупил глаза, боясь, что пророчества Минхо станут правдивыми. — А можно?! — Тут же воскликнул Ликс, с надеждой смотря на лидера. Бан Чан задумчиво поджал губы, глядя на возлюбленных. — Уже темно, так что предупредите охрану и попросите водителя, чтобы заехал во двор. И Лео, все этапы конспирации. Выходить через черный вход, а завтра вы уже ищете другое место. Только так. — Габор кивнул, чувствуя благодарность к тому, что Чан не стал разводить мораль и вошел в положение. — Я постараюсь за сегодня найти квартиру, чтобы мы завтра съехали вдвоем. — Ответил ему Лео. — Новая коробка? — Ехидно спросил Хенджин. Он был просто сукой, когда у них с Ленкой разлад. Просто блондинка осталась еще на неделю в Милане по работе, а увидев танец Джинни с участницей «Itzy», сказала, что присмотрела себе импозантного итальяшку и хочет дать тому шанс. — Нахуй иди. — Устав быть дипломатичным, ответил Лео. На том и порешали.

***

Встреча Мисси и ее любимого хозяина была драматичной. В начале, когда он взял ее на руки, кошка начала бить его лапой по щетинистой щеке. — Может она тебя забыла? — Спросил Минхо, на что Габор улыбнулся. — Без когтей. Ну не обижайся, моя строптивая принцесса. — Нежно проговорил он, на что Мисси противно замяукала, начав тереться головой о бороду. — И я скучал, моя девочка! Моя красавица! — Гладил Лео, приговаривая. — Ты голодный? — Спросил Феликс, любуясь уютной картиной вместе с друзьями, потому что Мисси, учуяв, видимо, Лео, вышла их встречать. — Как волк. Я, кстати, не с пустыми руками. Поужинав, пятеро парней переместились в зал. Лео представлял из себя пирамиду, ведь на коленях у него сидел Феликс, а на нем улеглась Мисси, которая радовалась воссоединению семьи. — Так что это была за съемка? — Спросил, наконец, Ликс. — Мне нельзя говорить о продукте, но, кароче, мы снимали рекламу. Я там чисто на побегушках был, что говорили делать, то и делал. — Преуменьшил Габор, не желая обострять внимание на себе и хвастаться тем, что вообще-то он был там единственной моделью, в глубине души надеясь, что никто из знакомых не увидит рекламу, которая, как он считал, будет крутиться только на итальянском телевидении. В Италии же снимали! — Круто! — Воскликнул Йени. — И тебе подарили одежду? — Ну, скажем так, часть гонорара я взял ею. О, подарки! Мне там всякого наложили, типо декоративной косметики, кремов. Вы гляньте, может что себе захотите. — Он отсадил Феликса, чмокнув в висок, а сам пошел в коридор за чемоданами. — Не знал, что Армани моделям массовки так хорошо платят. — Удивился Сынмин. — Наверное, хен их просто сразил! — Предположил Ай Эн, который своими комплиментами по поводу нового имиджа, умудрился Лео смутить. — Не настолько. — Сказал Феликс задумчиво. Он-то в этом бизнесе давно, и помнил, что рекламные проекты, когда ты неизвестен, не приносят столько, чтобы хватило на три чемодана брендовых вещей и пятьдесят процентов бизнеса, учитывая, что уезжал он с одним рюкзаком. Только вот Феликс, как и другие ребята, при словах о рекламе в первую очередь думали о кампании бренда с фотографиями, они даже предположить не могли, что речь идет о видео-рекламе. — Да какая разница? — Сказал Минхо. — Вы помирились, твой парень носит теперь клевый шмот, разве что-то еще нужно для счастья? — И эти слова действительно расслабили Феликса. Парни ринулись рыться в дарах, словно маленькие дети выбирают самую вкусную конфету в новогоднем мешке со сладостями. — О, этот тон подходит мне! — Я забираю гель для волос! — Подводки для глаз мои, я их первым застолбил! — Слышались комментарии на всю гостиную. — Тебе что-то нужно? — Шепотом спросил Лео, кивая на чемодан. Ликс улыбнулся, и отрицательно покачал головой, восседая на бедрах голубоглазого, стоило только ему опять сесть. — Все равно я заберу все твои толстовки. — Довольно сказал он, прижимаясь к возлюбленному. — Закрой глаза. — Попросил Габор. Феликс послушно закрыл, а голубоглазый достал из кармана коробку от «Тиффани», вытаскивая оттуда подарок и, примеряясь на глаз, одевая на указательный палец. Блондин, почувствовав скольжение металла, распахнул глаза, рассматривая подарок. — Ого! — Восхитился он, крутя ладонью в разные стороны. — Лена хотела попялиться на витрины и потащила меня с собой. Я его увидел и подумал, что оно клевое. Без выебонов. И подумал, что, если ты захочешь, сможешь носить каждый день. Правда протупил, забыл, что ты из белого металла все носишь. — Оно чудесное! — Ради этих сверкающих глаз, Габор готов был хоть весь гонорар заложить в ювелирном. — Я никогда не буду его снимать! Только вот поджимает, сейчас на другой палец надену. — Со скрипом стянув, Феликс надел его на безымянный палец правой руки, протягивая ее чуть вперед и любуясь подарком. — Как влитое! — Блондин чмокнул в благодарность возлюбленного в губы, а Лео завис. В Австралии католики, и они носят помолвочные кольца на левой руке, а вот в России на правой, ровно как и сейчас на Феликсе. Габор поймал себя на мысли, что ему очень нравится увиденное и то, что он внутри себя от этой картины чувствует. — Ты чего? — Лео проморгался, поднимая взгляд на Ликса. — Может оставим их и свалим в твою комнату? — Спросил он, коснувшись губами правой руки. — И кто-то обещал целовать меня, не спрашивая разрешения. — Поиграл бровями Габор. В ответ Феликс взял его за руку, уводя в спальню, потому что, если откровенно, быть культурным мальчиком не хотелось с первой секунды встречи, но в гримерку мог войти кто-то из Стаффа или пробежать какой-нибудь юркий стэй, в машине был водитель, а в доме ребята, при которых он, вроде как, совершенно не стеснялся выражать свои чувства, однако те бы после каждого такого поцелуя делали совершенно невинное лицо, и такие: «Ага, ага, что говоришь? Не видел, значит, самого Джорджио?» Ведь за столько месяцев тесного сотрудничества, Лео все-таки стал своим. Даже Минхо уже несколько дней вел себя как паинька, не припоминая фортель Феликса, хотя обычно его хер заткнешь.

***

Было ли Лео стыдно, когда через минут двадцать их пребывания в комнате наедине, ребятам вдруг захотелось послушать на всю громкость музыку? Немного. Но и их тоже можно было понять. Поздно ночью, когда весь дом уже спал, Габор пошел на балкон в одних трусах, чтобы покурить и полистать объявления аренды квартир. Но едва он притулил зад на подоконник, как на лоджию, словно привидение, кто-то беззвучно вошел. — Привет, чего не спишь? — Лео внутри себя подавил вопль. — Еп твою! Ли Ноу, зачем подкрадываться?! — Воскликнул голубоглазый, подкуриваясь. — Мне нужно с тобой серьезно поговорить. — Эта фраза никогда не заканчивалась ни чем хорошим. — Если это по поводу звуков из комнаты, то я капец как извиняюсь. — Минхо пристально смотрел на парня, завернутый в одеяло. — У вас был анальный секс? — От такой наглости у Габора аж сигарета изо рта выпала, слегка опалив коленку. Поспешно подняв ее и затушив опавший тлеющий уголек, голубые глаза вонзились в бледный лик юноши. — Ты совсем охуел? Не твое дело, ясно? — Громко прошептал в ответ Лео, чтобы не разбудить весь дом. — А вы им вообще занимаетесь? Или после первого раза не стали? — Ли Ноу нужны были ответы, только вот на темы, которые не принято обсуждать. — Да какая тебе… — И тут Габор понял, что причина постановки такого вопроса может быть только одна, и от удивления он не выдержал: — Да ну нахуй! — Минхо, воспользовавшись удивлением, начал вываливать, как он любил это делать почему-то именно с Лео, все грязные подробности: — Он говорит, что ему больно. Мы несколько раз пробовали! — Габор, не удержавшись, спросил: — А сам подставиться пробовал? — Я предлагал ему, а он говорит, что не хочет причинять мне боль. Но я же слышал! Сегодня и тогда, на твой день рождения, вы с Енбоком явно не от боли орали, если вы занимались анальным… — Габор мотнул головой. — Так, без вот этого, ладно? Если хочешь обсудить ваш недосекс, то хрен с тобой, давай, но мой под запретом, идет? — Ли Ноу кивнул. — И почему ты с Феликсом не поговорил, он же твой друг, разве нет? — Настраиваясь и чувствуя неловкость, спросил Лео. — Ты тоже мой друг. И ты старше, а значишь больше в этом разбираешься. И ты массажист, а значит знаешь, как сделать приятно. — Для Габора было откровением, что этот бесячий парень считает его другом. — Окей. Я пожалею, что спрашиваю, но как ты это делаешь? — Сгорая от неловкости по-настоящему, спросил старший. — Смазываю и вставляю. — Просто ответил танцор. — Нет, ты не понял. Подготовка какая? — Лео достал еще одну сигарету. — Нуу… мы целуемся. И дрочим друг другу. И минеты. — Старший одарил его каким-то нечитаемым в полумраке взглядом. — На сколько пальцев ты его растягиваешь, дубина?! — Не выдержал он. И увидев на лице недоумение, оно отобразилось и в глазах Лео. — Ты реально просто смазывал ему зад и вставлял?! — Ну как в порно показывали, так и делал! — Кажется, нервничал не только Лео. — Естественно, ему, блять, больно! Себе бы в зад что-нибудь запихал, придурок! А статьи? Я не знаю… форумы? — Габор вздохнул. — Пизде-е-ец! Я бы бросил тебя, нахуй! — Я и боюсь, что он меня бросит. — Признался Ли Ноу. — Если после такого он не прячется от тебя по углам, значит ты ему и без этого нравишься. И вообще, это не главное. — Чуть смягчился Лео. — Ну или сосешь хорошо, я хуй знает. — Габор взял паузу на докуривание сигареты, думая, что если он будет объяснять этому придурку как трахать другого придурка, который вроде и смышленный пацан, но что-то нашел в этом вот юродивом, будет просто пиздецом. Ниже падать некуда. — Я люблю его. И хочу, чтобы ему было со мной хорошо. — Ну, падать, так падать. Вчера ты фотографировался в модной студии, а сегодня даешь мастер-класс по содомии. — Ты в комнате один живешь? — Спросил Лео понуро. — Угу. — Пошли, блять. И если только одна кривая шуточка, то я сваливаю. — Минхо показал жестом, что его рот на замке. — И я тебя умоляю, об этом вообще не надо никому рассказывать. Ни Феликсу, ни Джисону. Потому что, то, что сейчас происходит — это пиздец. — Да понял я, не тупой. — Лео аж булки сжал, чтобы сдержать себя от высказывания.

***

Возвращаясь в комнату в пятом часу, Лео всерьез задумался о том, что ему нужен либо психолог, либо судебное предписание, запрещающее Ли Ноу приближаться к нему на тысячу километров. Ложась на непривычно маленькую кровать Феликса, Габор прижал к себе возлюбленного, целуя в затылок. — Ты где ходил так долго? — Едва разборчиво спросил Феликс, переворачиваясь и укладывая голову на грудь Лео. — Да я квартиры хотел посмотреть. Не хотел тебя яркостью экрана разбудить. Спи, малыш. — Прошептал он, целуя блондина в макушку. — Я завтра пойду смотреть квартиру. Тут неподалеку. — Зевнул он, поглаживая бок возлюбленного. — А чего ты не сказал? — Спросил Лео. — Я хотел к твоему приезду ее снять, но там очередь на просмотры высокая. — Ликс приподнялся на локтях, доставая телефон и забавно морщась от яркого света, убавляя его. — Смотри, это пентхаус. Здесь огромный зал, соединенный с такой же большой кухней, три комнаты. В одной я буду стримы проводить, никому не мешая, вторая будет твоим кабинетом, а вот эта красивая наша. А еще тут королевская гардеробная и джакузи в ванной. Вместо балкона у нас в распоряжении целая зона барбекю под открытым небом, отдельный лифт. Закрытая дворовая территория. Тут нас никто не сфотографирует, даже если мы у панорамного окна трахаться будем. — Лео листал фотографии красивой, современной квартиры, которые видел раньше только на картинках. Он представил их там с Феликсом, и понял, что способен это сделать. Типо раньше он подумал бы о том, что это ж без стремянки лампочку не поменять на таких высоких потолках, или же капец как много эти мажоры платят за отопление в таких хоромах. А сейчас представляет. Вполне себе, как они пьют чай за огромный мраморным столом, как смотрят фильмы на домашнем кинотеатре или же как приглашают в гости стрэев, Ленку со Светкой и Эда, чтобы пожарить стейки или посмотреть фильмец на огромном домашнем кинотеатре. Оставался вопрос за малым. В голове Лео такие хоромы стоили офигеть как дорого. Он вышел из галереи, чтобы посмотреть на цену. Восемь миллионов вон. Он быстро перевел это в рубли и по привычке в евро. Почти пять с половиной тысяч евро. На рубли конечно звучит более жестко (мама бы охуела, если б узнала, что сыночек собирается снимать хату за стоимость двух домов в не самой убитой деревне), но это та сумма, за которую сейчас Лео может спокойно позволить снять эту квартиру. — Мне нравится. Возьми мою карту или можем… — Я сам. — С нажимом произнес Феликс. — Из-за меня же мы потеряли нашу квартиру. И к тому же, просмотр был только на время, когда начинается открытие комплекса. Я боялся, что ее снимут раньше, поэтому согласился. Так что, если она и правда такая как на фото, я заключу договор и перевезу вещи, потому что ребята собираются всем составом идти вас поддержать, и сасэнов не будет по близости. А потом всех дружно пригласим к нам на новоселье и отметим ваше открытие, испробовав гриль. — Кажется, Феликс репетировал эту речь. — Хорошо, малыш. Но со следующего месяца плачу я, ладно? — Ликс поцеловал возлюбленного. — Это сумма, которую я зарабатываю меньше, чем за десять часов, если брать мой годовой доход. Так что позволь мне, наконец, тратить столько денег на нашу семью и на тебя, сколько я посчитаю нужным. — Отрезал блондин, а Лео немного прифигел от масштабов заработка. — Пиздец, я что, какая-то Су Хунь Бэ из сопливой дорамы, а ты генеральный директор, который в меня влюбился? — Ликс тихо затрясся от смеха. — Спи уже. Завтра много дел. — Он нежно-нежно расцеловал возлюбленного, а затем улегся, почти мгновенно заснув. Лео крепче прижал его к себе, сладко зевнув и почти мгновенно проваливаясь в сон, непроизвольно поглаживая правую руку мальчика, на безымянном пальце которой было кольцо.