Секреты сердец

      На следующий день Малфой, как обычно, сел в столовой напротив входа, чтобы не упустить Гермиону и вдоволь наесться взглядами на неё. Только она пришла одна. Скромно села с краю, а рыжее недоразумение так и не явилось. Драко улыбнулся, мысленно радуясь сложившимся в его пользу обстоятельствам. Неужели первая часть приворота подействовала? Вдруг она к нему подойдёт сама?       Обед снова выглядел отвратительно. Драко набрал в ложку каши и уронил обратно в тарелку, смотря исподлобья, как Гермиона точно также грустно размазывала содержимое в тарелке. Он поднес к губам стакан и снова глянул на неё, как она поморщилась от запаха в кружке и поставила обратно.       Драко про себя желал, чтобы она посмотрела на него. Он сидит тут почти каждый день, и каждый день пялится на неё, и каждый день Гермиона не замечала его! Но сегодня день был по его правилам.       Гермиона подняла глаза с невкусного обеда и столкнулась с ним. Через четыре скамейки на Грейнджер смотрели темно-серые глаза. Изучающе, внимательно. Так, что у неё пошли мурашки по спине, и она отвернулась, нервно поправляя кофточку.       Семь секунд взгляда.       Его маленькая победа.       — Как ты ешь эту гадость? — рядом с ним сел слегка запыхавшийся Гарри, весь растрёпанный, но при этом в выглаженном костюме и надушенный. Драко наконец-то отлип от девушки, отвлекаясь на Поттера.       — Как будто есть альтернативы. Кстати, привет. Рад, что ты вернулся из командировки. Что с твоими волосами? Новая модная стрижка?       Они пожали друг другу руки. Драко высунул из общей чёрной волосяной массы Гарри особо длинный клочок волос и подергал его.       — «Эксперимент Джинни» называется. Она вчера меня увидела, когда я вернулся, и решила подстричь, но получилось обстричь и надругаться над моими волосами. У водяного чёрта стрижка лучше. Да ладно, хорош шутить! Вечером схожу в салон.       — Ладно. Почему не обедаешь? — спросил Драко, не наблюдая у друга ни тарелки, ни стакана с ворванью.       — Разве это можно назвать едой? Я обычно ухожу домой на Гриммо, у меня там Кикимер готовит утку в кисло-сладком брусничном соусе с яблоками или ещё что-нибудь вкусное, — ответил Гарри, исследуя пристальным взглядом из-под очков каждого посетителя столовой.       — К хорошему быстро привыкаешь, да? Скоро поедешь в отпуск на какие-нибудь Сейшелы…       — Откуда ты знаешь? Я туда взял путёвку в отпуск с Джинни, — перебил Гарри, резко вцепившись зелёными глазами в Драко.       — Просто угадал. Хорошо платят в Аврорате, да?       — Наследство родителей и Сириуса. И да, платят хорошо. Какие новости? Что произошло, пока меня не было? — спросил Гарри, доставая из кармана набор необычных конфет из швейцарского шоколада.       Драко отодвинул еду, угощаясь привычными для себя изысками.       — Кажется, у моей старушки Сьюзи появился любовник. Пришла сегодня на двадцать минут позже и чересчур счастливая. Паркинсон собралась выйти замуж за Теодора, Астория окончательно переехала в Болгарию к какому-то мужику из Дурмстранга.       — Скукота, опять ты про своих змеенышей вещаешь, — едва ли не зевая, отозвался Гарри. — Погоди, Сьюзен Гренхолм? Как ты с ней общаешься? Такая приставучая женщина, год назад целую неделю допытывалась о моих отношениях с Джинни. Спрашивала, всё ли у нас хорошо, устраиваем ли мы друг друга… Уж не знаю, зачем ей это было надо.       — Она любит расспросить про личную жизнь, — вставил Драко, улыбаясь. Он чувствовал, что на них с Гарри смотрит Грейнджер. Малфой и не думал посмотреть в ответ, он хотел насладиться её заинтересованностью и поиграть с ней.       — Джинни говорит, что Гренхолм просто старая сплетница. Та приставала и к ней, а когда Джинни вспомнила это при миссис Уизли, то и она вспомнила, как Сьюзен приставала с расспросами и к ним с Артуром. — Гарри закинул в рот шоколадку, махнул запястьем и посмотрел на наручные часы. Тоже дорогие. Драко про себя хмыкнул.       — Сьюзи никогда не сплетничает. Хотя меня она тоже периодами допрашивает. Не зря я тебе предлагал дружбу ещё на первом курсе. В школе тебе Нимбусы покупали, потом крестражи собирал во всяких цацках, чего стоила диадема за пару миллионов галлеонов. Тяга к лоску налицо!       Гарри смахнул рукав вниз, пряча часы, и слегка поморщился от замечания Драко.       — Почему у тебя нет девушки? Или у тебя тайный роман со Сьюзен, поэтому ты расстроен, что она завела любовника? — шутя спросил Поттер.       — Мелких интрижек на день достаточно. Просто секс на одну ночь, ничего серьезного и исключительно с девушками не из министерства. Не хочется попасть под дополнительную слежку. Хватает Милтона.       — Он же кретин. Я сам тебе это говорил.       — У него влиятельный отец.       — Это да. Вспоминаешь прошлое со своим папашей? — нагло вставил Гарри, закидывая в рот ещё одну конфету.       — Тебе точно подошел бы Слизерин. Мне не нужны лишние взгляды и лишние обсуждения.       — Поразительно. Мне казалось, ты такое обожаешь. — продолжал иронизировать Гарри. Ему, видимо, пошла на пользу командировка в элитное разделение Аврората в Швейцарию. Да и вообще, после войны и получения должности одного из главных авроров министерства магии, Гарри стал в разы уверенней в себе, более резким и сконцентрированным, а местами чем-то напоминал самого Драко. С кем поведешься, от того и наберешься, как говорят.       Драко не выдержал и посмотрел на Грейнджер, которая совсем ссутулилась и ничего не ела. На голове вместо красивой укладки был объемный пучок. Сегодняшний образ вышел у неё домашним, а не деловым, но ей это придавало дополнительного шарма и чего-то романтичного.       — Что-то сегодня твоя подруга Грейнджер не в духе.       — Поссорилась с Роном. Он мне рассказал, что она закатила ему скандал с утра пораньше. Если честно, я не понимаю, почему они все ещё вместе.       — А что? Оба с Гриффиндора, дружат долго, — как можно более скучающе проговорил Драко.       — Они разные. Гермионе, как и любой другой девушке, хочется быть в первую очередь девушкой, а не подругой для мужчины, с которым она в отношениях. Рон хоть и смышленый, но слабее её чисто по энергетике.       Оба уставились на Гермиону. Она сразу заметила это и с энтузиазмом начала переливать кашу из ложки обратно в тарелку, прячась за поставленной на локте рукой.       — Мне кажется, ей подошел бы лучше ты, — задумчиво сказал Гарри, а Малфой перевел взгляд на него с недоверием.       Что?       Нет, что он сказал?       Если так говорил даже Поттер, то что за показательная картинка была у Уизли с Грейнджер? Или так действует приворот и свечки? Распространяется ли магия на окружение привораживаемого? Он не припоминал подобных упоминаний в книге…       «Неужели не ладится с Уизли?» — эта мысль растеклась теплом внутри Драко. Как же приятно понимать, что он может стать именно тем, кто ей поможет. Пусть такими способами, но она ведь не узнает. Малфой ей не расскажет, а комната в мэноре, посвящённая полностью Грейнджер, будет всегда заперта для неё.       — Может, подойдем к ней? — предложил Драко. — Отвлечем от печальных мыслей, угостим шоколадкой. Ей, кажется, не нравится обед.       — Давай. На самом деле, Гермионе самой не нравятся повара в столовой, но домовиков совесть не позволяет вернуть, да и финансирования нужного нет.       Гермиона упорно пялилась в вонючую кашу, делая вид, что не замечала подошедших парней.       — Привет, Гермиона. Может, в Гриммо сбежим на обед? — предложил Гарри, протягивая ей коробку конфет.       — Обед скоро закончится. Я не голодна сегодня, — ответила она. Уставилась на Драко, и не подумав взять конфетку.       Так долго изучала его. Малфою стоило невероятных усилий холодно посмотреть на неё секунду и безразлично отвернуться.       Сердце билось чаще рядом с ней, но внешне Драко оставался непринужденным и спокойным. Годы тренировок по безразличию и холодности не прошли даром. Так было нужно. Малфой был уверен, что окажи ей внимания на капельку больше, она догадается, что он что-то сделал и тогда все его планы полетят к дементору.       Ему постоянно казалось, что окружающие точно заметят его взгляды, осудят. Будут отчитывать за влюбленность к магглорожденной в точности, как когда-то его отчитывал отец за разговор, что в Хогвартсе учится немало магглорожденных и все они достаточно умные. Люциус однажды за его лишний аргумент и попытку поспорить, ударил тростью по рукам. Больно. Синяком, ссадиной от острых зубов серебряной змеи на трости и шрамом на памяти.       Кто бы подумал, что внешне надменный Малфой способен столько всего испытывать одновременно?       — Малфой, ты ведь работаешь в Отделе Тайн? — спросила Гермиона неуверенно, елозя на скамье и слегка расправив плечи.       Она приоткрыла рот и облизнула губы, оставляя влажный след.       Невыносимо. И ему, и ей. Грейнджер всё время исследовала его внешний вид и к её ужасу нашла Малфоя привлекательным, а сейчас дурацкая мысль жужжала в её голове, не желая никуда уходить.       — Да. Я ликвидатор проклятий, в основном изучаю, как их снять и как именно они были наложены. Почему ты спросила? — он рукой убрал волосы назад и вцепился глазами в её тепло-карие. Теперь ведь позволительно?       — У меня есть одна вещица в кабинете… Думаю, она тебе будет интересна. Не мог бы ты мне помочь?       Гермиона едва не задохнулась, пока произносила это. Он одним только взглядом нажал на её горло, не давая полноценно вдохнуть. Что с ней? Почему она выдумала нечто, способное заинтересовать его? У неё ведь нет ничего с проклятьями или чем-то похожим!       Она отвела взгляд подальше и пыталась переключиться на что-нибудь другое. На мужчину в пиджаке в полосочку и с плешивой бородой. Перед глазами всё равно был Малфой. Его улыбочка была на губах тетки в старой мантии неподалеку от их столика. Его белые волосы затерялись в кучке волшебников в конце столовой. Детали его внешности были повсюду, заставляя Гермиону дышать через рот. Спокойно через нос уже не получалось, кислорода не хватало.       — Буду рад. Раз перерыв ещё не закончился, можем пойти прямо сейчас.       Малфой вылил на неё целое ледяное серое море своих глаз, отчего она поёжилась и трижды кивнула, втянув губы в рот и посмотрев на парня чёрными обжигающими, как разгоряченные угли, глазами.       — Я пойду писать отчёт, — оповестил их Гарри и, смерив обоих зелёными искрами под очками, будто оценивая перспективу их пары, быстро ушёл под короткие кивки друзей.