Тактика баскетболиста/Тактика парня с мячом

— Эй, сам-то подумай об этом. Ты правда думаешь, что Дживон одинок, потому что не может встречаться? Дело в том, что это его выбор. Ты же знаешь, что Дживон с детства был полностью поглощен гимнастикой. — Да, я тоже видел этот документальный фильм. Но, честно говоря, он немного шокирует. А что, если вместо этого я познакомлю тебя с кем-нибудь? Среди пловчих много симпатичных девушек. Тема так и не поменялась. Хоть я и не собирался ее менять, я начал жалеть, что признался, о своей неопытности в отношениях. — Все в порядке. Я сейчас не хочу ни с кем встречаться. Меня все устраивает. — Ладно, но... Ого, это действительно удивительно. Честно говоря, разве в этот момент ты не становишься почти... геем? Смех раздался за столом от его комментария. Слова вроде «сумасшедший ублюдок» и «старомодный гомофобный идиот» летали среди смеха. Я был единственным, кто почувствовал, как у меня в груди что-то сжалось. Я быстро понял, что это всего лишь шутка, но, не задумываясь, я взглянул на Квона Чон У. И тут я встретился взглядом с ним, он смотрел прямо на меня. Ах, мне не стоило смотреть. Я быстро отвел взгляд, как человек, которому есть что скрывать, и тут же пожалел об этом. По крайней мере, мне не следовало отводить взгляд. — Э-это не так. Мне нравятся девушки. Ха-ха. Мне удалось неловко ответить, но, вероятно, это было излишним, так как баскетболисты, казалось, не обращали на это внимания, продолжая шутливо болтать. Только Квон Чон У молчал. Пока все остальные смеялись, Квон Чон У молча наблюдал за мной, не отрывая взгляда, как и раньше, медленно потягивая свой напиток. Его стакан, не так давно полный, теперь был пуст, когда он поставил его обратно на стол, но его многозначительный взгляд оставался прикованным ко мне. Причина, по которой Квон Чон У следил за мной, вероятно, не была чем-то особенным. То ли его раздражала моя наглая ложь, то ли он просто находил ее смешной. Как бы то ни было, я был уверен, что это был взгляд разочарования, поэтому я не мог больше смотреть на него. Я был еще совсем новичком в этой влюбленности, чтобы выдержать презрительный взгляд исходящий от предмета моей симпатии. Вечеринка после группового проекта превратилась в сбор баскетбольной команды, но атмосфера была хорошей. Посиделки продолжались до 10 вечера, после того, как хот-пот был опустошен. Если быть точным, это был конец «первого раунда». — Эм... Я думаю, я пойду. Я сказал это, когда мы перешли во вторую локацию, пытаясь привлечь всеобщее внимание. Я незаметно повернулся спиной к Квону Чон У, пока говорил, поэтому не был уверен, как он отреагировал. — Что? Какой смысл пить без Дживона? — Извините. Я не взял с собой машину, поэтому мне нужно успеть на последний автобус, если я хочу попасть домой. — Забудь про автобус и возьми такси. Просто пойдем с нами на второй круг! Ладно? — Эм, ну… Мне кажется, если я выпью еще, у меня будут проблемы… — Ну ладно, иди. Бён Сынджин возглавил хор разочарованных голосов, к которому присоединились другие спортсмены, также начавшие говорить неформально. Они настояли, чтобы я присоединился к ним, хотя бы только на второй раунд. Хотя я устал, я все равно мог остаться, если бы пришлось. Несмотря на шум, от которого звенело в ушах, шутки баскетболистов были такими забавными, что время пролетело незаметно. Однако, находиться в такой оживленной толпе так долго было изнуряюще. Я не из тех, кто быстро устает физически, но морально я чувствовал себя истощенным... как будто моя энергия все это время высасывалась. Я не мог просто сидеть там, мучаясь угрызениями совести, улыбаясь Квону Чон У. Атмосфера вечеринки, которую я с нетерпением ждал, отличалась от того, что я ожидал, оставив меня немного подавленным. Поэтому, хоть такие встречи и случаются нечасто, сегодня я действительно хотел просто пойти домой. Но после трех отказов у ​​меня не было сил сказать «нет» снова. Я чувствовал, что порчу настроение, настаивая на уходе. Поэтому, нехотя, я собирался согласиться остаться. И тут повеяло знакомым, успокаивающим ароматом. — Пойдем вместе. Я тоже устал. Квон Чон У подошел и встал рядом со мной. Невидимая стена, которая была между нами на протяжении всей пьянки, казалось, исчезла. — …Со мной? Я не ожидал от него никаких предложений, поэтому я уточнил, встретившись с ним взглядом впервые за долгое время. Квон Чон У посмотрел на меня сверху вниз, затем наклонился ближе, его холодные глаза игриво мерцали. — Что? Вдруг стало неловко? — О, нет. Это не так… — Если нет никаких проблем, то пойдем. Или ты заставишь меня идти домой одному ночью? Квон Чон У лукаво улыбнулся и добавил: «Мне страшно». Его сверкающая улыбка оставила меня беззащитным, и я пробормотал и кивнул в знак согласия. Не было даже времени что-то добавить, так как спортсмены стали шуметь еще сильнее, когда Квон Чон У тоже сказал, что он уходит. — Чон У, ты не взял свою машину. Просто пошли на второй круг, а потом поедешь со мной! Ты в любом случае сможешь легко поймать такси сегодня вечером. — Я возьму такси. — Но вам придется пройти весь путь до главных ворот, чтобы поймать такси. Здесь его трудно поймать. — Все в порядке. Если станет скучно, я просто попрошу Хан Дживон спеть для меня. — Ты действительно собираешься уйти? — Я устал. Баскетболисты были даже более настойчивы с Квоном Чон У, чем со мной, но они не давили слишком сильно. Квон Чон У стоял на своем, и в результате я внезапно оказался частью импровизированной команды под названием «домой». Команда, конечно, состояла всего из двух человек, я и Квон Чон У. В частности, Бён Сынджин и Ян Ыно выглядели полными сожаления, наблюдая, как мы уходим. — Эй, серьезно... Если станет темно и страшно, вы, ребята, должны вернуться, хорошо? — А стоит ли? Квон Чон У оглянулся на меня, как будто спрашивая мое мнение. Возможно, это было мое воображение, но его прищуренные, игривые нижние веки казались более выраженными, когда он смотрел на меня. — Конечно. Но на самом деле я не такой пугливый, каким кажусь… Хоть я и кажусь робким, я никогда не боялся привидений или токкеби с самого детства. Поэтому я признался в этом, но это, похоже, развеселило Квона Чон У еще больше, потому что теперь он громко рассмеялся. — Видишь, я знал, что буду чувствовать себя в безопасности, если рядом будет Хан Дживон. Говоря это с улыбкой, он положил свою большую руку на мою кепку, а затем убрал ее. Тяжесть его прикосновения напомнила мне о разнице в росте между нами, а также дала мне лучик надежды — надежды на то, что, возможно, просто возможно, мои мысли о том, что мы отдалились друг от друга этой ночью были только в моей голове. На самом деле, Квон Чон У, который весьма отходчив, возможно, уже простил меня за то, что я притворялся экспертом по свиданиям. Возможно, поэтому он так тепло мне улыбался. Но затем Квон Чон У разбил эту хрупкую надежду. — Пойдем. Тебе ведь многое нужно мне сказать, не так ли? — …… Было бы не совсем верно сказать, что мы «благополучно» отделились от группы, учитывая, что обратный путь с Квоном Чон У был далеко не безопасным в психологическом смысле. Кампус был темным, пока мы шли, и только редкие уличные фонари создавали некоторое освещение. Расставленных ламп было недостаточно, чтобы полностью преодолеть темноту, и только несколько окон в близлежащих зданиях горели светом. Широкий кампус с его немногочисленными огнями тут и там напоминал бы лоскутный вид земли, если бы на него смотрели из самолета ночью. Но это не было пугающим. Погода была идеальной для прогулки, а слабое освещение дополняло атмосферу. Единственное, что могло быть источником волнения — прогулка в одиночестве с Квоном Чон У по тихому кампусу, но и это было приглушено тем фактом, что сегодня вечером я чувствовал не только волнение, но и смесь тревоги после всего, что выставил напоказ. — Ты пьян? — тихо спросил Квон Чон У. — Честно говоря, я не совсем трезвый... просто немного пьян? Но не настолько, чтобы совершать ошибки. Я быстро добавил, вспоминая ночь, когда я попросил его отвезти меня домой, и Квон Чон У усмехнулся, как будто он думал о том же. Несмотря на то, что он выпил довольно много алкоголя, его смех был освежающе чистым, как будто он вообще не пил, а просто потягивал спортивный напиток. Пройдя еще несколько шагов в тишине, Квон Чон У внезапно заговорил, как будто что-то только что пришло ему в голову. — Ты был так известен своей гимнастикой, но я все равно постоянно забываю, что ты был спортсменом. Думаю, я не ожидал, что у тебя будет такое сильное стремление к соперничеству, когда дело дойдет до свиданий. — Стремление к соперничеству? Незнакомое слово заставило меня повторить его, и Квон Чон У медленно кивнул. — Я не думал, что эта страсть к соперничеству распространится и на твою личную жизнь. — Ох… Только тогда я понял, что он говорит о лжи, которую я ему наплел. Я лгал не из-за какого-то соревновательного духа, но это было трудно объяснить. В конце концов, я обманул его, и этому не было оправдания, поэтому я замялся и, в конце концов, просто закрыл рот. Квон Чон У снова заговорил после короткой паузы, как будто он ождил, не скажу ли я что-нибудь еще. — Тебе не нужно чувствовать себя неловко. Я понимаю, тебе хочется выглядеть так, словно у тебя большой опыт в свиданиях. Спортсмены ведь такие, да? Я могу это понять, ты не хочешь чувствовать себя обделенным вниманием. — …… — Просто я не люблю лжецов. Он сказал это с улыбкой, которая казалась искренней, хотя он утверждал, что не любит лжецов. Квон Чон У был тем типом людей, которые говорили напряженные вещи, не краснея и не колеблясь. — …Мне жаль. Мне наконец удалось выдавить извинения, хоть и поздновато, но Квон Чон У, похоже, не воспринял это всерьез. Он просто смотрел прямо перед собой, сказав, что все в порядке, и просто продолжал идти дальше. Его безразличие заставило меня почувствовать, что я сгораю изнутри. Было такое ощущение, будто меня вытолкнули из мира Квона Чон У, и если я не воспользуюсь этим моментом, чтобы все исправить, у меня никогда больше не будет другого такого шанса. Боясь упустить этот шанс, я остановился перед ним. Знал ли он, как я был напуган, или нет, Квон Чон У просто посмотрел на меня, слегка наклонив голову. — Мне очень жаль. Мне ужасно и стыдно, но я не знаю, как правильно извиниться. Я солгал не из-за какого-то духа соперничества, а потому что… — …… — …Я просто хотел поддержать разговор с тобой. Думаю, я хотел, чтобы ты увидел меня в лучшем свете. — …… — Мне жаль. Не знаю, поверишь ли ты мне, но это правда. Единственной причиной, по которой я мог быть таким честным, был алкоголь. Квон Чон У с любопытством наблюдал за мной, пока я продолжал извиняться. В какой-то момент он, казалось, отвлекся от того, что я говорил, и просто смотрел на мое лицо. Стоя так близко, хотя он был явно выше, я каким-то образом почувствовал, что мы почти одного роста. Мягкий лунный свет в сочетании с уличными фонарями сделал и без того красивое лицо Квона Чон У похожим на скульптуру. Его тонкие черты, казалось, были искусственно высечены, а глаза выглядели так, будто были наполнены крошечными драгоценными камнями. Я надеялся, что под тем же лунным светом я буду выглядеть для него так же хорошо. Вот о чем я думал, когда он, наконец, снова заговорил. — Хан Дживон. Он все еще смотрел прямо на меня. — Ты упомянал, что у тебя есть двоюродная сестра. — …… — Она похожа на тебя или… Квон Чон У сделал паузу, словно подбирая нужные слова, затем на мгновение опустил взгляд на свои ноги, прежде чем продолжить. — Она похожа на тебя? В выражении лица Квона Чон У была тонкая надежда, как будто он действительно хотел услышать определенный ответ. Казалось, он жаждал услышать, что я скажу, хотя я колебался дольше обычного. Я был слишком занят, молча проклиная себя за то, что забыл об этой лжи. Почему Квон Чон У вдруг заинтересовался моей кузиной? Я попытался придумать правдоподобную причину, но ничего не имело смысла. Его слова заставили меня почувствовать себя смущенным и неуверенным, и было ясно, что моя влюбленность выставляет меня с моей самой глупой стороны. Отказавшись от слишком напряженных размышлений, я покачал головой. Квон Чон У тихо вздохнул. — Очень жаль. — Нет, это не то… — Подожди, только не говори мне, что это тоже была ложь? — …… — Ты мне совсем не нравишься. Квон Чон У издал легкий смешок, как будто он был немного раздражен, и прошел мимо меня, пока я продолжал стоять там, где мгновение назад преграждатл ему путь. Боясь, что запах его одеколона улетучится, я быстро последовал за ним. — Мне жаль. — Благодаря тебе я понял, что я еще более наивен, чем думал. — …… Все, что я хотел сказать, исчезло, оставив только чувство раскаяния, пока я молча шел. Я не мог заставить себя даже взглянуть на Квона Чон У и не отрывал глаз от земли. Тяжелые эмоции стыда и смущения огромным бременем легли на меня, заставив опустить голову. — Смотри, куда идешь, ты можешь споткнуться. Квон Чон У слегка потянул меня за толстовку, заставив меня откинуться обратно. Когда он снова появился в поле зрения, он не казался таким уж злым, как я думал. Его знакомая милая улыбка в глазах и приятный изгиб губ создавали впечатление, что он скорее наслаждается собой. — Знаешь, тебе позволено злиться… — Зачем злиться? Я могу просто не любить тебя. — …О. — Что за «о»? Квон Чон У ответил сварливо, продолжая идти вперед, затем повернулся, чтобы посмотреть на меня. Наши глаза на мгновение встретились, прежде чем он внезапно остановился, на этот раз слегка нахмурившись. — Перестань на меня так смотреть. — …Что ты имеешь в виду…? — Перестань заставлять меня думать о чем-то странном. Он сказал это с выражением, которое, казалось, спрашивало, понял ли я, но я не мог заставить себя сказать, что не понял. Поэтому я просто поджал губы и кивнул, глядя на его ключицу. Пока мы шли молча, я не мог не думать о том, что Квон Чон У настолько меня невзлюбил, что даже не хотел, чтобы я на него смотрел. Его слова эхом отдавались у меня в голове, и выражение моего лица стало жестким. Я пожалел обо всей лжи, которую я сказал, и сжимал и разжимал руки, словно пытаясь удержать время. Мысль о том, что у нас может больше никогда не быть возможности поговорить вот так, заставляла меня чувствовать себя все более и более подавленным. Стук. Наши руки соприкоснулись, когда мы шли бок о бок. Хотя это было всего лишь мгновение, ощущение его голой кожи на моей руке задержалось, вероятно, из-за резкой разницы в температуре наших тел. Вздрогнув, я быстро сцепил руки перед собой, но Квон Чон У отступил в сторону, увеличив расстояние между нами. — …… Из-за ночного воздуха все вокруг казался еще более неловким, возможно, или это было из-за расстояния, которое появилось между нами. Всего несколько дней назад Квон Чон У практически накрыл мою руку своей, когда забирал у меня ручку, но теперь его реакция была совершенно иной, заставляя меня чувствовать себя еще более несчастным. Сегодня большой кампус показался мне особенно маленьким. Когда мы проходили через главные ворота, я увидела ряд такси, припаркованных вдоль главной дороги. Чем ближе мы подходили к такси, тем больше я беспокоился. Я не знал, когда у меня еще будет возможность поговорить с Квоном Чон У вот так, и если мы сейчас расстанемся, я знал, что у него останутся только плохие воспоминания обо мне. Наконец, когда мы оказались прямо перед такси, моя тревога переросла в страх, а этот страх, в свою очередь, придал мне несвойственный прилив смелости. — Эм... Ты действительно устал? Если нет, хочешь пойти на еще один раунд? Когда Квон Чон У посмотрел на меня, мой глупый рот выпалил еще больше. — Мой дом... он пустует. — Разве ты не один живешь? — Да, это так. На самом деле, я даже не уверен, почему я это сказал. Хотя я и не собирался никого веселить, моя глупость каким-то образом заставила Квона Чон У рассмеяться. Погрузившись в раздумья и помолчав мгновение, Квон Чон У тихонько улыбнулся и слегка наклонил голову ко мне, как будто ему было интересно увидеть мою реакцию. — Хм, я не хочу ставить себя в положение, когда мне придется снова тебя прощать. — Я больше не буду тебе лгать. — Но ты не так давно говорил, что пить еще больше — плохая идея. Ты уверены, что с тобой все будет в порядке? — С тобой... Я думаю, всё будет хорошо, даже если что-то случится. — …Что? Квон Чон У слегка нахмурился, как будто он не расслышал меня или не совсем понял. Он казался немного озадаченным. Хотя, похоже, то, что я сказал, не было таким уж сложным. — Э-э, я имею в виду, если со мной что-нибудь случится, я думаю, ты будешь рядом, чтобы помочь. В конце концов, ты высокий и... надежный. Это было похоже на признание, поэтому, когда я это произнес, сильно смутился. Я внезапно почувствовал себя неловко, задаваясь вопросом, не вырвались ли мои эмоции наружу без моего ведома, и мои пальцы сжались. Квон Чон У испустил долгий вздох. — Ты всегда умеешь обращаться со словами... Нет, на самом деле это моя вина. У меня с тех пор немного помутнело в голове. — Помутилось? — Пойдем к тебе. Я куплю выпивку. Так что... Он прошептал: «Я позабочусь о том, чтобы ничего плохого не случилось». Его тихо сказанные слова по какой-то причине заставили мое сердце трепетать. Может быть, потому что он, казалось, наблюдал за мной, ожидая моего ответа. Я не совсем понял, что он имел в виду, когда говорил, что его мысли в беспорядке, но в любом случае, теперь, когда мы едем домой, ничего существенного произойти не могло. Самое главное, что у меня на уме было то, что у меня был шанс исправить свои ошибки. *** — Ты уже выбрал маршрут для нашей прогулки? Я наблюдал, как сырное фондю растягивается над начос, когда Квон Чон У спросил. Его руки были такими большими, что даже 500-миллилитровая банка пива казалась маленькой. С такой крепкой хваткой, что можно было легко держать баскетбольный мяч в одной руке, было ясно, что даже небольшое давление с его стороны легко раздавит алюминиевую банку. Это был второй раз, когда Квон Чон У был у меня дома, но неловкость осталась. Хотя я с нетерпением пригласил его к себе, как только мы сели вместе, разговор начал сходить на нет, и я, похоже, не мог долго его поддерживать. Когда мы вошли в лифт, все было иначе. Нервозность появилась, когда мы входили в квартиру, и Квон Чон У слегка улыбнулся, сказав: «Здесь пахнет тобой». С тех пор я весь был как на иголках. — Нет, пока нет. — Рядом есть парк на берегу озера. Там красиво, так что нам стоит сходить. — Правда? Я там не был, но надо будет съездить. — Или ты хочешь пойти со мной в следующий раз? Квон Чон У, сидевший напротив меня за низким столиком, предложил это, поставив пустую пивную банку на пол. По какой-то причине я думал, что Квон Чон У безжалостно раздавит пустую банку, но когда он этого не сделал, это неожиданно захватило все мое внимание. Может быть, поэтому я выпалил самую интересующую меня часть, не фильтруя свои слова. — Только мы двое? — А что, у тебя есть кто-то другой, с кем ты бы хотел пойти? — Н-нет, это не так… — Тогда в чем же дело? Я не мог заставить себя сказать, что мне понравилась эта идея, поэтому я просто молча открывал и закрывал рот. Квон Чон У положил подбородок на руку и уставился на меня, как будто был готов ждать ответа вечно. Неужели освещение в моем доме всегда было таким мягким? Мое сердце трепетало каждый раз, когда я смотрел на лицо Квона Чон У, поэтому я не мог заставить себя посмотреть на него напрямую. — Честно говоря, с тех пор, как наш групповой проект закончился, я думал, что больше не смогу проводить время с тобой — нет, со всеми вами. Но когда ты сказал, что нам следует вместе прогуляться… это меня обрадовало. Хотя мой ответ немного не попал в суть его вопроса, Квон Чон У не указал на это. Поэтому, прежде чем он успел копнуть глубже, я быстро встал и схватил еще одну банку пива из холодильника. Когда я протянул ему ее, спросив: «Хочешь?», Квон Чон У принял ее. Хотя наши руки не соприкоснулись, легкое плескание внутри банки заставило меня почувствовать, что между нами возникла более глубокая связь. — Спасибо. — О, без проблем. Ты действительно хорош в выпивке. Кажется, ты тоже много выпил ранее в баре. — Ну да. А как насчет лодыжки? Все в порядке? Как будто он следил за каждым моим движением своими внимательными глазами, казалось, он заметил мою походку. Задумчивый Квон Чон У вспомнил травму, о которой я почти забыл сам. — Да. Сейчас намного лучше, почти нормально. Вот почему я даже делаю акробатический номер на спортивном мероприятии через несколько дней… — Что ты будешь делать на этом песчаном поле? — Кувыркание! — Я не спросил раньше, потому что не знал. — О… Я не планировал, но так получилось. Я начал глупо смеяться, но разговор неожиданно привел нас ко всем темам, которые только можно обсудить, от обещания, которое я дал перед поступлением в университет, до телефонного звонка, который у меня был сегодня днем. Квон Чон У, который молча слушал меня, время от времени подстегивал меня «Угу» и «Ну и что дальше?», что заставило меня выплеснуть даже те подробности, которыми я не планировал делиться. Закончив говорить, я почувствовал себя как маленький ребенок, который ябедничает взрослому, поэтому мне стало неловко, и я быстро выпил пива, притворившись, что поправляю свои тщательно уложенные волосы. Квон Чон У сказал мне снять кепку, как только мы вошли в дом, и я уже тщательно проверил прическу в зеркале в ванной, чтобы убедиться, что мои волосы не примяты и не торчат. — Итак, ты решил довериться старосте класса, когда он сказал, что освободит тебя от поездки? — Да. Я имею в виду, он же староста класса, так что я думаю, что на этот раз он действительно сдержат свое обещание... Он даже сказал, что заранее сообщит об этом помощнику преподавателя. — А если он не сдержит своего слова, ты получишь еще одно обещание? — …Я говорил довольно твердо во время звонка ранее, так что думаю, что на этот раз я могу ему доверять. Звучало так, будто он тоже находился под давлением профессора. — А. Квон Чон У издал звук понимания, кивнув, не отрывая от меня взгляда. Но чем дольше я смотрел на него, тем острее казались его глаза — не столько понимание, сколько… — Что сделал этот староста, чтобы убедить тебя оправдывать его таким образом? — … — Я даже не понимаю, разговариваю ли я сейчас с Хан Дживон или с тем старостой класса. — Как ты думаешь? Хотя его тон был явно саркастичным, на его лице была неописуемая улыбка. Квон Чон У, казалось, был тем человеком, который всегда смотрел тебе в глаза, когда говорил. Он так делал постоянно, будь то жесткая критика или тривиальная шутка, и в результате мои реакции всегда были полностью разоблачены. — Неужели? Наверное, я оправдывался… По правде говоря, я тоже не был полностью убежден в обещании. — Если ты ему не доверяешь, то не соглашайся на это. Что ты выиграешь от того, что постоянно принимаешь все с улыбкой? Просто скажите ему, чтобы он отвалил. — …Я не мог сказать нет. Даже говоря это, я чувствовал себя смущенным, поэтому я быстро засунул в рот несколько начос. Я даже не прожевал их как следует, прежде чем проглотить еще пива. Раскрывая свои недостатки так явно тому, кто мне нравился, я чувствовал себя невероятно ничтожным. Квон Чон У начал что-то говорить, но потом остановился и закрыл рот. Он провел рукой по волосам, как будто по привычке, но пряди упали обратно, выглядя небрежно растрепанными. — Ну, это не мое дело вмешиваться. У тебя тоже должны быть свои причины. Он сказал это двусмысленно, как будто разговаривая сам с собой, затем проглотил свое пиво, словно пытаясь смыть разочарование. Каждый глубокий глоток подчеркивал выступающий кадык на его шее, который резко контрастировал с его небрежно взъерошенными волосами. — Ты. Даже допив свое пиво, Квон Чон У, казалось, хотел сказать что-то еще, поскольку он несколько раз покусывал свои влажные губы, колеблясь. Его губы, почти слишком гладкие, чтобы принадлежать обычному парню, выглядели такими же соблазнительными, как любой фрукт, и слегка вызывающими. Затем он внезапно спросил: —Ты хорошо фотографируешь? — Фотографирую? Почему ты спрашиваешь? — Если ты действительно хорош в этом, ты можете использовать это как причину для отказа. Ты это знаете, да? — … —Тебе не нужно переживать по этому поводу. Просто сосредоточься на своей фотографии. — Да... Я буду иметь это в виду. Когда я ответил, Квон Чон У повторил: «Запомни это…» и затем тихонько рассмеялся. Легкая улыбка, расплывшаяся на его лице, не выглядела так, будто он дразнил меня. Я ждал, думая, что он скажет что-нибудь еще, но, похоже, это был предел его вмешательства, поскольку он небрежно продолжал есть начос. Затем, внезапно, наши глаза встретились. Проглотив то, что было у него во рту, Квон Чон У резко встал. За короткий миг, который потребовался ему, чтобы обойти стол и сесть рядом со мной, я напрягся, как человек, который забыл, как дышать. Несмотря на то, что он видел в каком я состоянии, Квон Чон У все равно сел рядом со мной. — У тебя есть какие-нибудь фотографии на телефоне? — Фотографии? Какие фотографии? — Только те, которые ты снимал в качестве хобби. Если у тебя они есть, покажи мне. Я бы хотел взглянуть. Его голос звучал так близко, что я мог чувствовать его дыхание. Наши колени почти соприкасались, поэтому я осторожно отстранился, но Квон Чон У снова сократил расстояние, и наши колени в конце концов столкнулись. Несмотря на имеющееся сбоку пространство, я не мог отодвинуться дальше, потому что мои чувства к Квону Чон У заставляли меня хотеть находиться рядом с ним. Другими словами, я полностью оцепенел. Вот почему я передал свой телефон Квону Чон У, как будто я показывал ему свою домашнюю работу. Казалось, он не собирался брать мой телефон. Итак, я пролистал фотографии и показал их ему, что естественным образом сделало так, что наши лица оказались очень близко возле экрана. — Разве это не кампус? Здесь он выглядит иначе. — Да. Улица возле музыкального отдела действительно красивая. — В реальной жизни это не выглядело так красиво. Где это? — О… Это парковка возле здания. — А, атмосфера приятная. — …… — …… Это была странная тишина, слишком сосредоточенная для простой оценки. Я не мог понять, молчал ли Квон Чон У, потому что тоже это чувствовал, или это мое молчание заставляло его тихо смотреть на фотографию. Что было точно, так это то, что, хотя я значительно замедлился, пролистывая фотографии, он не упомянул об этом, что означало, что он осознавал эту тонкую атмосферу. Просмотрев несколько фотографий, Квон Чон У, который был сосредоточен исключительно на экране, взглянул на меня. — Твое лицо очень красное. — Э? Ах… Наверное, я слишком много выпил. Я продолжал пить, потому что сегодня я хорошо справлялся с этим, но, думаю, я уже не трезв. Я неловко рассмеялся громче, чтобы скрыть это. На мгновение Квон Чон У наклонил голову и встретился со мной взглядом. Его лицо, которое и так было близко, теперь было так близко, что я мог видеть каждые волосок на его бровях. — …Что? — Я никогда не видел никого, кто закрывает глаза, когда смеется. Ты всегда так делаешь, когда улыбаешься. — Это просто привычка. Выглядит немного глупо, не правда ли? — Не совсем. Я просто подумал, что приятно получше рассмотреть твое лицо, когда ты улыбаешься. — … — Это странно? Словно только что осознав, что это может показаться странным, Квон Чон У слегка почесал нос и выпрямился. Хотя расстояние оставалось близким, небольшое пространство, которое он создал между нами, облегчало дыхание. Может быть, поэтому я в итоге сказал то, на что обычно не осмелился бы. — Думаю, я понимаю, что ты имеешь в виду. Иногда мне просто хочется смотреть, как ты улыбаешься. Возможно, мои мысли сильно отличались от его, но я согласился с поверхностным смыслом его слов. Я отхлебнул пива и повозился с замочком банки, нажимая и отпуская его несколько раз. Мягкий звук создавал впечатление, что я пытаюсь вести себя непринужденно. — Ну... Не то чтобы у меня была для этого какая-то особая причина. Просто, когда ты улыбаешься, есть большая разница с твоим обычным выражением. Обычно ты не такой, но когда ты улыбаешься, как бы это сказать... Ты выглядишь каким-то озорным. — Озорной? Похоже, Квон Чон У не слышал этого описания раньше, поэтому он спросил снова. Я быстро попытался объяснить, думая, что слово может иметь негативный оттенок. — Я не имел в виду ничего плохого! Ты просто выглядишь очень энергичным, когда улыбаешься, как когда играешь в баскетбол. — Хм. Я не могу полностью доверять тому, что ты говоришь. — Я серьезно! Я действительно не имел в виду ничего плохого. — Неважно, имел ли ты это в виду или нет... Квон Чон У замолчал, забирая у меня банку пива. Я не мог понять, раздражал ли его шум или он хотел, чтобы я сосредоточился на нашем разговоре. Банку он тихо поставили на стол. — Знаешь, какие из твоих слов задели меня больше всего? Его голос, наполненный весельем, сумел привлечь мой нерешительный взгляд обратно к нему. Когда наши глаза снова встретились, я понял, что его лицо было ближе, чем я думал. — Ты сказал, что я сексуально непривлекателен. — … — Это правда? Глаза Квона Чон У слегка сузились, словно вспоминая тот момент, а затем вернулись в свое обычное состояние. Оставшийся намёк на улыбку не позволял понять, шутил он или говорил серьёзно. Он дразнил меня, потому что я назвал его озорным? В любом случае, я был невероятно взволнован тем, что он поднял эту тему, учитывая, что мы оба были немного пьяны, и наши лица были всего в нескольких дюймах друг от друга. Вопрос о сексуальном влечении в этот момент, несомненно, имел определенное намерение. Он медленно моргнул, и даже это небольшое движение казалось расслабленным, в отличие от меня. — …Было бы странно, если бы я сказал, что ты привлекателен. Мы же оба парни, в конце концов. — Но также странно, что ты сказали, что я не такой. Если подумать, да? Его небрежный вопрос заставил меня кивнуть, не осознавая этого, словно это была пьяная исповедь. — Я думаю, эм... у тебя есть некое обаяние... Даже когда я это говорил, я ожидал, что Квон Чон У ухмыльнется, но он этого не сделал. Он просто сохранил свою слабую улыбку, а затем потянулся рукой к моему лицу. Это было медленное движение, но в тишине комнаты оно казалось значительным. Я вздрогнул и инстинктивно отпрянул, что заставило Квона Чон У нежно коснуться моей щеки кончиками пальцев, словно успокаивая меня. Но у меня не было времени, чтобы мое сердце наполнилось радостью от этого нежного прикосновением. Его рука, оставляя после себя сильный аромат, скользнула мимо моего лица и потянула за капюшон моей толстовки сзади. — Если бы ты был девушкой...