Жизнь после

Через неделю и второй дом весело краснел на солнце черепичной крышей. Из комнат слышался весёлый перестук топоров и молотков, жужжание ножовок и пил. Появлялись новые стены, двери, росли лестницы, забивалась пакля в щели между досками, которыми обшивали крыши и стены изнутри. И вот, наконец, к концу сентября, в дома принялись заносить вещи из фургонов. Конечно, никакой мебели внутри ещё не было, это дело для долгих зимних вечеров, но на окнах уже появились шторы, а возле камина в гостиной — коврик. — Наконец-то я дома, — устало сообщил Том, усаживаясь на этот коврик. Сайли тихо рассмеялась. Комнаты казались сейчас очень большими, но со временем в них появятся кресла, столы, шкафы, этажерки и прочее, что обычно стоит в домах, и ощущение большого пространства исчезнет. — Сайли, тебе стоит пойти привести себя в порядок. — О, конечно, дядюшка. Амазонку действительно нужно сменить на домашнее платье и привести в порядок. За несколько месяцев жизни в фургоне Сайли не переодевала юбку, жакет и брюки, и теперь шлейф, пусть и совсем короткий, совсем обтрепался, а рукава и низ брюк основательно загрязнились. — Сайли, матушка сказала отдать тебе твой кринолин, она взяла их с собой, — Элли, с которой Сайли по-прежнему делила комнату, уже переоделась и приводила в порядок штору для окна в их комнате. — Как хорошо, — обрадовалась Сайли. — Я думала, придётся снова носить десять нижних юбок. — Но сейчас же на тебе их всего одна? — Под амазонку столько и надевается, чтобы в седле не запутаться, — Сайли уже избавилась от жакета, юбки и брюк, и снимала рубашку. — Ты была похожа на Герберта, до того, как сняла эти панталоны. Теперь ты похожа на девочку, которая взяла мужское бельё и только сейчас поняла ошибку. Сайли рассмеялась, меняя бельё на чистое. — А теперь? — она завязала кринолин на талии и надела сверху нижнее платье. — А теперь на почти взрослую девушку. Сайли только улыбнулась и осторожно натянула домашнее платье из тонкой синей бязи, сверху надела простой синий фартук с оборками. Сунула ноги в домашние туфли, застегнула на них пуговки и спустилась вниз. Амазонку она приведёт в порядок немного позже. — Сайли, возьми эти одеяла и унеси наверх, два вам и одно Герберту, комната сразу после вашей. Потом ступай на кухню и передай Нэнси, чтобы обед готовить не начинала до тех пор, пока не вернутся господин Спилет и господин Айртон, но печь растопила. — Хороши, миссис Бетси. Сайли взяла свёрнутые одеяла поднялась наверх. Элли уже ушла из комнаты, а вот Герберт был у себя — она узнала это после того, как постучала. — Миссис Бетси просила передать одеяло. — Благодарю, Сайли. Гарри не приходил? — Вероятно нет, я ничего не слышала. — Найди меня, когда он придёт, хорошо? — Хорошо, — и Сайли убежала дальше. Проходили дни. В комнатах появилась самая необходимая мебель, увеличивать её разновидности и улучшать качество примутся с наступлением слякоти, а до тех пор Сайрес Смит предложил заняться одним из двух оставшихся домов. — До дождей осталось ещё немного времени, постараемся поставить балки и закрыть крышу. Однако, удалось сделать намного больше запланированного. Сложили печь в кухне и камин в гостиной, настелили первый ряд пола, сделали перегородки, двери, лестницу. — Мистер Смит, дожди и снег работе в доме не помеха. Ещё неделя — и ваш дом будет готов, — заявил Пенкроф, отдыхая вечером в субботу у камина, пока за окнами шумел дождь. — Спасибо, друг мой. Мы будем рады видеть вас у себя в любое время дня. Не прошло и двух недель, как над трубами третьего дома уже вился дым, а из кухни доносились вкусные ароматы. Постепенно мебелировались комнаты. Большой стол и десяток стульев в столовой, кресла и книжные шкафы в гостиной, ряды полок в чулане и на кухне. Кровати, шифоньеры и комоды в спальнях. Каждое утро, ровно в десять часов, в гостиную заходил Герберт — инженер возобновил с ним и Сайли занятия, прерванные на время строительных работ. Несмотря на то, что занимались они вместе, количество задаваемых уроков различалось. Сайли в основном учили языкам — тут очень пригодились познания Гедеона Спилета во французском и Герберта в латыни, — чистописанию, арифметике и истории. Герберт же занимался естественной историей, географией, химией, физикой, геометрией, чтобы вырасти по-настоящему разносторонним человеком. Каждое воскресенье перед тем, как приступить к завтраку, все читали молитву. Еда в этот день состояла из овощей и рыбы. Через день, если позволяла погода, Спилет, Герберт, Джеральд и Гарри ходили на охоту. В особо удачные дни они приносили какое-нибудь крупное четвероногое — кабана или оленя. В остальном приходилось довольствоваться зайцами и различной птицей. Несколько раз в день приходилось ходить к реке за водой, и Сайрес Смит внёс в список работ на следующее лето постройку водопровода. Иногда заходила миссис Бетси, принося молока и свежие новости. В один из таких дней, незадолго до Рождества, Сайли поинтересовалась: — Почему вы поправились, миссис Бетси? — Узнаешь в своё время, Сайли. И запомни — неприлично спрашивать человека о весе. — Извините, миссис Бетси. Девочка смутилась и слегка покраснела, запоминая этот урок. Сама Сайли из дому не выходила и самые важные новости узнавала за завтраком — от дяди и господина журналиста, и перед началом уроков — от Герберта. Рождество, выпадающее на субботу, собирались праздновать в доме Хенсли. Приготовлениями миссис Бетси, миссис Ирма и миссис Келси начали заниматься ещё за две недели до праздника, однако в один из дней случилось что-то странное. В то хмурое холодное утро Герберт и Сайли, как и всегда, сидели в гостиной и готовили уроки: Герберт читал толстый том, изобилующий латинскими названиями, Сайли решала короткие математические задачки. Тут же находился Сайрес Смит, занимаясь чертежами водопровода. В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, в гостиную вбежал Айртон. — Мистер Смит, позовите мистера Спилета, пожалуйста, — пытаясь отдышаться, воскликнул он. Однако, прежде чем инженер встал, Гедеон Спилет появился в коридоре сам, уже одетый в пальто. — Идёмте, — и они так же быстро исчезли. — Сайли, уточни у Нэнси блюда на обед, пожалуйста, — попросил инженер. — Конечно, дядюшка. После того, как её шаги стихли, он заговорил с Гербертом. — Что-то случилось с миссис Келси? — Нет, с ней всё хорошо. Некоторое время назад она сообщила, что ждёт аиста, — тут Герберт несколько смутился. Инженер кивнул и вернулся к своим чертежам. Вернулась Сайли, сообщив, что на обед будет запечённая утка. Время уже близилось к полудню, но Гедеон Спилет всё не возвращался. Герберт и Сайли закончили на сегодня свои занятия, прощаясь до завтра. Нэнси подала обед и убрала после него посуду. Миссис Ирма принесла корзинку со свежими яйцами. Сайли уточнила меню на ужин и продолжила вязать накидку. Нэнси пришла узнавать, ко скольки накрывать на стол. Сайрес Смит и Наб закончили эксперименты со стеклом в мастерской — они получились удачными, и со следующего дня инженер собирался начать выплавку стекла для окон, изоляторов для будущих телеграфных линий и всевозможной посуды: кувшинов, ваз, стаканов, блюд. Нэнси уже начала накрывать на стол к ужину, когда, наконец, вернулся Гедеон Спилет. Он выглядел утомлённым и слегка помятым. — Я дьявольски голоден и устал. К тому же тема не способствует аппетиту, — сообщил он на расспросы Смита. — Давайте поговорим чуть позже. — Конечно, дорогой Спилет. За ужином журналист сообщил только одну новость: — Завтра мы с Айртоном собираемся ехать до ближайшего прихода священника. Джеральд и Гарри узнали, где это, дорога туда и обратно займёт всего два дня. — В какую сторону вы поедете? — Обратно по той же дороге, по которой ехали сюда. В одном из поселений, оно стоит в стороне от этой дороги, есть приход. — Отправляйтесь, дорогой Спилет. И уточните у священника, нет ли возможности основать приход и в нашей колонии. Построить церковь этим летом не будет проблемой. — Обязательно поинтересуюсь. На этом ужин закончился. Мужчины ушли в кабинет, Сайли, сгорая от любопытства, — к себе в комнату. Однако попытки узнать что-нибудь у Нэнси не увенчались успехом, и спала девочка беспокойно — ей казалось, что миссис Келси заболела или с ней случилось что-то ужасное. На другой день после завтрака уехали Спилет и Айртон. Сайли по-прежнему ничего не говорили, даже после того, как пришёл Герберт. — Вам нехорошо, Сайли? — Нет, благодарю, я в полном здравии. — Однако вы бледны. — Я хорошо себя чувствую, идёмте, дядюшка уже ждёт. Однако, всё время занятий, Герберт бросал обеспокоенные взгляды на девочку. Сайрес Смит не мог не заметить подобный интерес к племяннице. — Что случилось? — спросил он, едва Сайли ушла уточнять меню на обед. — Мне показалось, она бледна сегодня. — Думаю, её испугало состояние миссис Келси. После возвращения Спилета она обязательно успокоится. — На обед сегодня жареный кролик, — в гостиную вернулась Сайли. — Отлично. А теперь возвращайся к уроку, у тебя осталось ещё немного времени. — Да, конечно… Предположение Сайреса Смита оправдалось — на другой день после возвращения журналиста и Айртона, глядя на совершенно спокойного «доктора Спилета», Сайли тоже успокоилась. Однако вопрос, зачем понадобился священник, остался, и ответа на него девочка никак не могла получить. — На Рождество узнаешь, — единственное, что она добилась от дяди. И ожидание праздника стало ещё более мучительным. Но всё когда-нибудь заканчивается, и время до рождественской субботы тоже закончилось. Собираясь в гости к Хенсли, Сайли нарядилась в одно из праздничных платьев и повесила над камином в гостиной красно-белый чулок для подарков. Это Рождество будет счастливым для неё впервые за многие годы.