Жизнь после

Наконец, когда непрерывное сидение в поезде всем успело порядком надоесть и уже хотелось ступить на твёрдую землю, за окнами замелькали первые домики Кейп-Мей. — Ну, теперь уже недолго, — негромко заметил Пенкроф. Топ, до этого лежавший в ногах у хозяина, поднял голову и ворчливо гавкнул. Юп, возившийся с Томасом, наоборот, притих и замер. — Скорее бы… — тихонько вздохнула Сайли, вглядываясь в пейзажи. — Заскучали, мисс Сайли? — так же негромко спросил у неё журналист, улыбаясь. — Ничего, скоро никому скучать не придётся. Путешествие на новое место — дело серьёзное. Сайли застенчиво улыбнулась ему в ответ. Она надеялась, что дорога к новым местам будет интереснее. Или не придётся, по крайней мере, непрерывно сидеть в каком-нибудь очередном поезде, шумном и неудобном. Вообще ей, выросшей на ферме, самым удобным средством передвижения казались фургон или осёдланный жеребец. Погрузившись в мечты, она не заметила, как поезд замер у перрона. — Сайли, пора выходить, — позвал её инженер. — О, конечно, дядя. Путешественники сошли с поезда, получили багаж и отошли в тихий уголок на площади — обсудить дальнейшие действия. — Ферма за городом, пешком мы бы дошли меньше чем за час, но с нами женщины и дети… — Какое расстояние до неё? — уточнил Сайрес Смит. — Около двух с половиной миль. — Не беспокойтесь, мистер Пенкроф, мы выдержим такую прогулку, — слегка улыбнулась миссис Келси, обменявшись взглядами с Нэнси. — А вы, мисс Сайли? — Да, мистер Пенкроф. — Скоро мы пойдём? — нетерпеливо поинтересовался Томас, ненадолго отвлекаясь от корчинья рожиц Юпу. И тут же поймал строгий взгляд матери. — Пенкроф, у нас есть возможность скоро попасть к вам домой, так не будем же её упускать. В дорогу! Весь багаж был распределён между мужчинами, детей и Юпа поставили с середину — для безопасности — и, наконец, двинулись по одной из улиц, прочь от центра города. Через полчаса закончились последние дома на окраине города и потянулась пыльная просёлочная дорога, по обе стороны которой тут и там виднелись небольшие фермы. К ним вели посыпанные то песком, то гравием, то просто хорошо утоптанные дорожки. Несколько раз путешественников обгоняли всадники и повозки, после которых пыль ненадолго окутывала их плотным облаком, оседая на волосах и одежде. К концу часа пути заныл Томас. Он сообщил, что подобные путешествия детям вредны, он устал и хочет есть. — Томми, — нахмурилась миссис Келси. — Ты мне недавно говорил, что хочешь стать великим путешественником, как Давид Ливингстон. А для этого нужно много ходить. — Я уже не хочу, — надулся тот. — Я хочу домой. — Домой тоже надо идти. — Но я устал! — Я весьма недовольна вами, молодой человек. Разве я не учила вас, что лениться и капризничать — это плохо? Мальчик засопел, но промолчал. Наконец, Пенкроф свернул на одну из дорожек. Две утрамбованные колеи, высокая трава между ними — ей пользовались редко. В одном месте она сбегала в овражек, к ручью. Мостиком для пеших путешественников служила довольно узкая и шаткая доска, потемневшая от времени. Взрослые, даже с тяжёлыми чемоданами, легко её преодолели. Сайли уверенно перебежала на другую сторону, для равновесия вытянув руки в стороны. Миссис Келси и Нэнси помогли перейти, поддерживая за руки. А Томас вновь отказался двигаться дальше. Не помогали даже уговоры матери. — Тогда нам придётся оставить тебя здесь, Томас, — сурово сдвинул брови Айртон. На лице ребёнка отразилось сомнение. Однако отошедшие уже на несколько шагов Пенкроф, Герберт, Спилет, Смит и Сайли и собирающиеся последовать за ними остальные заставили его изменить мнение. Томас бросился к доске, оступился, упал в ручей, поднялся и, размазывая слёзы по щекам, побежал за матерью. — Боже, Томми, во что ты превратил свой костюмчик? — ахнула миссис Келси, когда мальчик догнал её. Нэнси покачала головою и успокоила её: — Это просто вода, она обязательно высохнет. Поворот — и на пригорке показались тёмные крыши дома и сараев, густая зелень деревьев и немного покосившийся забор. — Вот мы и почти дома, Герберт, — улыбнулся Пенкроф. Тропинка ещё раз нырнула в низинку, а потом круто взбежала на горку, и перед пропылёнными путешественниками вырос высокий деревянный забор, тёмный от времени. Пенкроф распахнул калитку и шагнул в сад… Следующие полчаса показались Сайли переполненными излишним сумбуром, как дневные платья некоторых дам Нью-Йорка — оборками и кружевами. Вокруг них суетились миссис Элизабет Пенкроф, сразу же попросившая звать её миссис Бетси, мисс Элайза и мастер Билли, дети Пенкрофа. Вещи у них забрали, помогли привести себя в приличный вид и пригласили к столу. За обедом все были друг другу ещё раз представлены и друг с другом познакомлены. Мясная похлёбка показалась Сайли самой вкусной едой на свете, а кусочек творожной ватрушки — вкусней самых сладких пирожных, которые готовила когда-то бабушка Гейнор. После обеда хозяйка повела гостей показывать им их комнаты. — Натти предупредил, что мы здесь ещё немного задержимся, пока не будет всё готово, — говорила она, поднимаясь по скрипучей лестнице на второй этаж. — Так что я постаралась устроить вас поудобнее. Герберт, сынок, твоя комната всё там же, мы ничего не меняли. Том, верно?.. Том, ты будешь спать в комнате Билли, я уверена, вы сможете подружиться. Это здесь. Билли, не обижай гостя… Сайли, вот сюда, это комната Элли, она согласилась разделить её с тобой. Твои вещи там, за занавеской… Миссис Келси, Нэнси, вот ваша комната, устраивайтесь… Эта комната ваша, господа, устраивайтесь, если буду нужна — я в кухне или во дворе. — Спасибо, миссис Пенкроф, — поблагодарили её мужчины, прежде чем скрыться за дверью.

***

Сайли поначалу неуютно чувствовала себя в комнате мисс Элайзы. — Всё в порядке, Сайли. Я сама попросила матушку поселить тебя здесь. Всегда мечтала иметь младшую сестру. И зови меня просто Элли. — Хорошо, — улыбнулась Сайли. — А я всегда мечтала иметь старшую сестру. Они захихикали. — А расскажешь о поездке сюда? Ты видела Нью-Йорк? А где ты раньше жила? — Конечно, расскажу. Сначала я жила в Плимуте с папой и мамой, но маму я совсем почти не помню. Потом началась война и меня забрал дедушка Питер на ферму. Папу на войне убили, а о дядюшке перестали приходить вести, и бабушка Гейнор и дедушка Питер умерли. Ферму продал нотариус, чтобы у нас были деньги. Мы с Нэнси вернулись обратно в Плимут и жили там почти четыре года. А потом пришли дядя Сайрес и мистер Спилет, и сказали, что мы отправимся жить на новое место… Поезда такие шумные! Мне больше нравится ездить в повозках. — Вот это да, мне тоже. А что вы делали в Нью-Йорке? — Дядя Сайрес говорил, что они покупали землю, где мы будем жить. Я занималась с Томом. И потом ещё с мистером Пенкрофом и миссис Келси ходили пополнить запасы в дорогу… Город такой большой и шумный. Так хотелось всё хорошенько рассмотреть, но я думала только о том, как бы не отстать. — А правда, что там дамы одеваются в самые красивые платья? — Может быть, но на них столько оборок и они такие яркие! Когда вырасту, ни за что не надену такие платья. Девочки разговаривали до темноты и легли спать довольные друг другом.

***

На следующий день Сайли напросилась в помощники по хозяйству. Миссис Бетси сначала отказывалась, но под двойным напором девочки и Сайреса Смита сдалась. — Она знакома с работой на ферме, и будет отличным помощником, — отрекомендовал он племянницу. — Сайли, но не забывай и об уроках. Через час после завтрака в гостиной ежедневно. — Хорошо, дядя. Постараюсь не разочаровать тебя. Пристроив таким образом племянницу, Сайрес Смит отправился к Гедеону Спилету и Пенкрофу, им нужен будет план действий. — Поезд нам не подойдёт, — заявил Пенкроф, едва только друзья собрались все вместе. — Слишком много вещей требуется увезти с собой. — И слишком долго понадобится сидеть на одном месте, — поддержал его Герберт. — Своими ногами хоть и дольше путешествовать, зато не так утомительно. — Эх, была бы здесь наша повозка, мы бы не раздумывая отправились на ней! — воскликнул Наб. — Но ведь мы можем сделать новую, и не одну. Верно, мистер Смит? — повернулся к нему Пенкроф. — Конечно, Пенкроф. Сделаем пару фургонов подобно тем, что служат средством передвижения колонистов Дикого Запада, и останется только запрячь в них лошадей или быков — они тут же будут готовы к долгому пути. — А чтобы не брать с собой лишний груз, попросим наших женщин рассортировать вещи, — добавил журналист. — Возьмём с собой только самое необходимое, все остальное можно будет сделать или купить в ближайшем к нашей новой колонии селении. Решив таким образом вопрос с транспортом, шестеро друзей занялись каждый своим делом. Инженер принялся готовить чертежи для повозок, Пенкроф, Наб и Айртон отправились за лесом, а Герберт и журналист отыскали Сайли и миссис Келси. — Нам необходимо рассортировать багаж, — объяснил мистер Спилет. — Долгая дорога в повозке не предполагает множество чемоданов со всякими вещами. Ваша задача — рассортировать все наши вещи на необходимое и то, без чего можно обойтись первое время. — Конечно, мистер Спилет, мы с Сайли готовы заняться этим в любую минуту. — Это замечательно. Тогда спросите миссис Бетси о багаже в дорогу, который она готовила. Герберт, может быть, ты останешься помогать нашим дамам? — Да, конечно, мистер Спилет. Можете на нас положиться. Вскоре были улажены вопросы о багаже с миссис Пенкроф, и Герберт с женщинами принялись за сортировку. Бельё и одежду — к необходимым вещам, вышитые салфеточки — к ненужным, непромокаемые плащи и обувь — к необходимым, кружевные занавески — к ненужным. И так, пока не оказались разобранными все чемоданы. В отношении книг завязался спор, который выиграли Герберт и Сайли. — Энциклопедии нам нужны, — пояснил Герберт. — А вот «Робинзона Крузо» я и так смогу пересказать малышам. — Мистер Герберт, — позвала его Сайли. — Я всё же возьму «Путешественников», как напоминание о дедушке и бабушке. — О, конечно, мисс Сайли.

***

Через неделю две крепкие крытые повозки были готовы. Одну предполагалось полностью оставить женщинам и детям, а в другой разместить весь багаж. Мужчины собирались отправляться верхом. Однако Сайли упрашивала своего дядю позволить отправиться ей не в повозке, а сидя верхом на жеребце. Все остальные не против были уступить её просьбе, но инженер колебался: не хотел, чтобы она рисковала собой сидя в седле. Дело решил случай. В тот день в гости к Пенкрофам приехал сын соседа, двадцатитрёхлетний Гарри Клифтон. Месяц назад он посватался к Элли, получил согласие и теперь дело шло к свадьбе. Мистер Клифтон был рад познакомиться с отцом невесты и увидеть её совершенно радостную улыбку, не омрачённую горем. Когда мистера Клифтона познакомили с дальнейшими планами семьи Пенкрофов и их друзей, он неожиданно поддержал их план. — Если вы, господа, позволите отправиться с вами, я с радостью стану частью новой колонии, — сказал он. — Мы ничуть не против взять вас с собой, мистер Клифтон, — ответил ему мистер Смит. — Напротив, мы все с удовольствием примем вас в нашу крепкую семью колонистов. Мистер Клифтон чрезвычайно обрадовался данному обстоятельству и обещал на следующий же день появиться у Пенкрофов со своими вещами и собакой по кличке Фоки. Он уже попрощался со всеми и готов был запрыгнуть в седло, когда Топ решил поближе изучить незнакомую ему ещё лошадь. Молодой жеребец испугался чужой собаки и наверняка бы поднялся на дыбы, если бы его не остановила Сайли, стрелой бросившаяся на помощь мистеру Клифтону. Она просто повисла на уздечке и не отпускала её, пока жеребец не успокоился. Вокруг них суетились уже остальные. Наб увёл подальше Топа, моряк и Герберт помогли мистеру Клифтону выпутаться из стремян. Журналист перехватил уздечку из рук девочки. Мистер Смит цепко схватил племянницу за плечо и отвёл в сторону. — Сайли! Ты что делаешь?! Нельзя быть таким безрассудным ребёнком! Ты могла пораниться или погибнуть! — Прости, дядюшка. Мне дедушка Питер показывал как надо с лошадью обращается, я бы не поранилась, честно-честно! — Лошади с фермы дедушки не тоже самое, что чужая лошадь. Ты же не знаешь точно, остановится она, или понесёт. — Мистер Смит, — подошёл к ним мистер Клифтон. — Ваша племянница спасла мне жизнь, прошу, не ругайте её слишком сильно. Она действовала так, как стал бы действовать любой, кто знаком с лошадьми достаточно хорошо. Инженер нахмурился, немного помолчал и произнёс: — Да, вы правы. Но, Сайли, пообещай мне, что в следующий раз ты десять раз подумаешь, прежде чем бросишься останавливать лошадь. Иначе моим окончательным решением станет отправление тебя на всю дорогу в повозку. — Я обещаю, что буду думать всякий раз, прежде чем брошусь останавливать лошадь, — потупилась она, едва сдерживая ликование в голосе. Сайрес Смит на секунду положил ладонь ей на голову и быстро отошёл, увлекая за собой и Гарри Клифтона. Перед сном Гедеон Спилет спросил инженера почему он поменял решение о способе путешествия Сайли. — Я не был уверен, что она сможет справиться с лошадью, но этот безрассудный поступок, достойный смелого мальчишки, опроверг мои мысли.

***

На другой день за приготовления взялись вдвое сильнее. Барометр поднимался третий день и можно было надеяться на хорошую погоду в начале пути. Смит, Пенкроф и Клифтон съездили в город, закупиться недостающими сёдлами, палаткой, оружием, порохом, пулями, дробью, тканями, быками и лошадьми. Съестными припасами занимались женщины. Всего, что хранилось в доме Пенкрофа с лихвой хватило бы на долгую дорогу и те несколько месяцев, которые потребуются, чтобы устроить хозяйство на месте. — Нам не нужно ничего оставлять здесь, — объяснила своим помощницам миссис Бетси. — Но как же животные? — удивилась Сайли. — Корову и обитателей курятника, разумеется, возьмём с собой, они неплохо перенесут дорогу. А вот овец нужно будет остричь и забить на мясо или продать, но этим займётся отец. Часть овец действительно пришлось продать. С остальных остригли шерсть, чтобы позже пустить её на нитки и тёплые ткани, а мясо заготовили впрок. Поголовье птичника тоже сократили. В это же время почти тайно Айртон и Келси обвенчались. Об их решении знал только Пенкроф, который ездил с ними в качестве свидетеля. Теперь уже супруги Айртон решили не привлекать к этому событию большого внимания, объявив за ужином в семейном кругу об этом факте. К концу недели начали укладывать вещи. Пол в повозках застелили тюфяками, снятыми с постелей. В повозку, предназначенную для людей, уложили ткани, тюки с шерстью и необходимой одеждой, тёплые одеяла и палатку. Установили бочонки для воды. Вторую повозку укладывали по спискам, составленным Гербертом и Сайли. В середину укладывали те вещи, которые понадобятся только на месте — книги, семена, ту домашнюю утварь, которая хорошо перенесёт дорогу, спальные принадлежности, ковры, зимнюю и домашнюю одежду. Потом с одного конца сложили провизию, кое-какие лекарства, походную печку и оружие. С другой стороны уложили боеприпасы, рыболовные снасти, реактивы инженера Смита, приборы Пенкрофа, поставили клетки с птицей. — Отлично. Завтра на рассвете мы выступаем, — объявил мистер Смит вечером в пятницу… Утро началось с завтрака и окончательной проверки всего хозяйства. Пенкроф и миссис Бетси обошли каждую комнату, каждый уголок, закрывая окна и двери. Если они и вернутся сюда, то очень нескоро. Тем временем Айртон, Наб, Герберт и Клифтон запрягали быков, седлали лошадей, привязывали коров, проверяли повозки. Наконец, все вышли во двор. Том и Билли отчаянно зевали и не понимали, зачем нужно ехать куда-то в столь раннее время. Сайли и Элли, гораздо более бодрые, держали их за руки и подбадривали, как могли. — Отведите их в повозку, — посоветовала Нэнси. Девушки кивнули и последовали совету. Вскоре к ним присоединились и остальные женщины, размещаясь в повозке под негромкие разговоры. Наб и Юп заняли места на козлах повозок. Сайрес Смит, Гедеон Спилет, Пенкроф, Айртон, Герберт, Гарри Клифтон и Сайли вскочили в сёдла. Инженер подал сигнал к отъезду. Заскрипели колёса повозок, застучали копыта лошадей, быков и коров по земле, послышались первые слова длинных разговоров. Жители новой колонии двинулись в путь.