Долгая дорога домой (The Long Road Home)

Его разбудил лязг открывающейся двери. — Пошли, полурослик, — рявкнул страж, рывком поставил Бильбо на ноги и вытолкал из камеры. Позади шел Нори под охраной другого стражника. Их провели по длинному коридору в тесную комнату, где за большим мраморным столом сидел древний старец в окружении книг. Гном взглянул поверх очков в серебряной оправе на преступников. — Эти двое устроили переполох в Медном квартале? — голос будто исходил из камня. — Да, сэр, они самые, — отозвался стражник, державший Нори за локоть. Гном кивнул, внимательно изучая заключенных. Бильбо рассматривал его в ответ, замечая каждую деталь. Гном был очень стар, смуглая кожа напоминала древесную кору, а густые волосы давно утратили цвет. Голову оплетали замысловатые тонкие косички, собранные в высокий хвост; борода, напротив, единой толстой косой спадала до колен. Из-под тяжелого лба глядели внимательные темные глаза. Было в нем что-то смутно знакомое, но что? — Откуда здесь взялся полурослик? — спросил, наконец, гном, твердо встретив взгляд Бильбо. — Ваш народ редко забирается так далеко от Мглистых гор. — Мой народ забирается туда, где может выжить, — спокойно ответил он, приметив на щеке гнома старый шрам. Старый гном хмыкнул и перевел взгляд на скучавшего Нори. — Кажется, я предупреждал, чтобы ты вел себя прилично, Нори. — А я предупреждал, не стоит желать невозможного, Фундин, — ответил вор, поглощенный рассматриванием ногтей. Фундин цыкнул и откинулся в кресле: — Нахальный мальчишка. Надо было тебя выпороть и сбрить бороду. Бильбо вытаращил глаза, но Нори только рассмеялся. — Мы оба знаем, что это не в твоей власти, — заявил вор, осклабившись. — Ты уже не главнокомандующий, забыл? Оно и понятно, в твои-то годы. Стражник с размаху треснул Нори по затылку. Вор зашипел, пошатнувшись, но устоял на ногах. Он прорычал что-то на Кхуздуле, и страж снова занес руку, но замер. — Хватит, — негромко скомандовал Фундин, строго взглянув на своего подчиненного. — Мы не бьем заключенных. Это ясно? Стражник кивнул и пробормотал извинения на Кхуздуле. — Хорошо, — темные глаза Фундина вновь обратились к Бильбо. — Итак, полурослик, я желаю знать, по какой причине вы с этим дурнем устроили представление в Эбеновом квартале. Мне поведали две совершенно разных истории, и я намерен выяснить правду. — Я украл его деньги, — ответил Нори, не дав Бильбо и рта раскрыть. — Украл и дал деру, а он погнался за мной, чтобы их вернуть. Ему удалось меня поймать, и мы поспорили. Тогда и пришла стража. Бильбо уставился на гнома, забыв закрыть рот. Нори глядел Фундину в глаза, позабыв о существовании хоббита. Брови старого гнома поползли вверх. — Это правда, полурослик? — взгляд Фундина метнулся к Бильбо. Он медленно кивнул. Вор уперся взглядом в дальнюю стену, сжав челюсти. — Тогда твой арест был ошибкой, — объявил Фундин и поставил печать на лежавший перед ним пергамент. — Ты свободен. Стража вернет тебе твои пожитки и проводит наружу. Всего доброго. Стражник потащил его за собой, но Бильбо воспротивился. — Подождите, что будет с Нори? — Не беспокойся обо мне, — протянул Нори, избегая встречаться с Бильбо взглядом. — Ступай, хоббит. Фундин утвердительно кивнул: — Его судьба тебя не касается. Бильбо поперхнулся и попытался выкрутиться из рук стража. — Вот еще! Он обокрал меня, а значит, его судьба меня прямейшим образом касается! Фундин удивленно повел бровью; стражники нахмурились — им явно не понравился его тон. — А ты настырный, — заметил старый гном. — Что ж, хорошо. Поскольку это уже четвертое его преступление, он обязан уплатить штраф в четыре сотни монет, иначе отправится в тюрьму на грядущие четыре сезона. Хоббит поморщился и взглянул на окаменевшего Нори. — Ты… ты сможешь заплатить? — Разумеется, нет. Ты думаешь, я ради развлечения тебя ограбил? — буркнул гном, скрестив руки на груди в тщетной попытке защититься от нависшей угрозы. Бильбо с трудом сглотнул, мысли ринулись вскачь. Пусть Нори и совершил преступление, но нельзя обрекать его на такую судьбу. Только не теперь, когда он знал, отчего Нори так поступил. «Прости, дядюшка, но у меня нет выбора!» — Я… Я заплачу за него! — выпалил он, прежде чем стражник сумел вытолкать его за дверь. Фундин округлил глаза, Нори резко обернулся. Даже стражники застыли в растерянности. — Что?! — выдавил вор. — Ты хоть понимаешь, что говоришь? — медленно спросил Фундин. Бильбо вскинул подбородок. — Да, сэр, понимаю. — Уверен? Потому что я сильно в этом сомневаюсь, — настойчиво переспросил гном. — Проклятье, все я понимаю! Я бедный, а не тупой! — огрызнулся он. Фундин прожигал его взглядом непроницаемых черных глаз. Бильбо не мог разобрать, о чем тот думает, но заметил, как уголок рта несколько раз дернулся, сдержав улыбку. Расплывчатое воспоминание снова заскреблось на задворках сознания, но Бильбо так и не понял, кого гном ему напоминает. — Очень хорошо. Можешь выплатить его долг, — вздохнул старый гном. — Тростур, возьми его вещи и отведи к Хетину, пусть оформит бумаги и примет плату. Стражник кивнул и мягко потянул Бильбо за собой. Хоббит успел бросить последний взгляд на Фундина и Нори — глядевшего на Бильбо так, словно тот только что вернул к жизни его любимого питомца, — и дверь за ним захлопнулась.

***

На то, чтобы собрать вещи, заполнить бумаги и отсчитать требуемое количество монет ушло около часа. Наблюдать, как деньги постепенно покидают его сумку, было невыносимо скучно и весьма болезненно. Впрочем, гном был добр и вежлив, и даже посоветовал обменять оставшуюся сумму на местные монеты. — В любом случае, — добавил гном, пристально разглядывая монету из Гондора, — эти деньги попадут к нам и будут переплавлены, но тебе будет куда проще расплачиваться нашими монетами. — Кто-то может отказаться принимать деньги людей и эльфов? — нахмурился Бильбо. Гном мотнул головой: — Нет, их примут, но цена будет отличаться в зависимости от материала, из которого изготовлены монеты. Люди Рохана, к примеру, добавляют в монеты медь, так что здесь они имеют меньшую цену, чем у них. Эльфы вообще смешивают серебро с железом. Кретины! Их нельзя допускать к работе с металлами. Бильбо фыркнул, сдержав смех. — Понятно. Тогда постараюсь как можно скорее обзавестись монетами Эребора. Когда вопрос с бумагами и платой был решен, Бильбо наконец-то покинул тюрьму. Но не успел сделать и двух шагов, как его снова схватили и куда-то потащили. Что ж, на этот раз его хотя бы тащил вор, а не стража. Нори затолкал его в узкий проем между тюрьмой и соседним зданием. Вид у него был сердитый. — Зачем ты выплатил мой штраф? Тебя это не касалось! — буркнул он; в зеленых глазах сверкали отблески пламени от ближайшего факела. — А зачем ты сказал им правду? Моя судьба тоже тебя не касалась. Вор замер. — Тебе ничего не стоило соврать и обвинить во всем меня, — продолжил хоббит, глядя гному в глаза, — но ты этого не сделал. Ты взял вину на себя. Это был благородный поступок. После этого у меня не осталось выбора, кроме как выплатить твой штраф. Только так было бы правильно. Нори поморщился, но спорить не стал. — А как же твой народ? Они же рассчитывали на тебя! А ты профукал деньги, и теперь не сможешь привести помощь! Хоббит тяжело кивнул: — Знаю. Что ж, придется отработать то, что я потратил. Они бы меня поняли. Мы, хоббиты, лишились дома, но не сострадания. Гном беспокойно сжимал и разжимал пальцы. — Куда теперь пойдешь? — Для начала отыщу самую дешевую гостиницу. Есть что-нибудь на примете? — Есть, и там тебя ограбит либо хозяин, либо другой постоялец, — буркнул Нори, почесав щеку. — Нет, так не пойдет. Знаешь, что… Ты остановишься у нас с братьями, пока не отыщешь работу. Бильбо нахмурился: — Не хочу показаться неблагодарным, но ты не хочешь сначала обсудить это с ними? Вор благодушно отмахнулся: — Они будут не против. Дори сочтет себя твоим должником, когда узнает обо всем, а Ори давно мечтает познакомиться с кем-нибудь из другого народа, помимо людей Дейла. Бильбо перекатился на пятки, разглядывая вора. Он не особо хорошо ладил с чужаками, но чутье подсказывало ему, что Нори можно верить. Пусть этот гном лгун и мошенник с явно не чистым прошлым, но не похож на негодяя. Негодяй не признался бы в своем поступке, чтобы выручить незнакомца. — Знаешь, несмотря на наглый и равнодушный вид, в глубине души ты добрый. — Никакой я не… добрый! — ощетинился Нори, приняв нежный розовой оттенок, совершенно не сочетавшийся с цветом волос. — Ты зарделся, — злорадно хихикнул хоббит. Нори покрылся пунцовыми пятнами.

***

Нори жил на окраинной части города неподалеку от главных ворот. Квартал назывался Жестяным и вместе с шестью другими служил своеобразной опорой для основной части королевства. Там обитали гномы из небогатых семей. — Над нами шесть кварталов гильдий, за ними идут пять кварталов для армии, — объяснял гном, ведя Бильбо по запруженным улицам. — Затем четыре квартала для низшей знати, еще выше — три квартала для богачей и всяких важных мест, до которых никому нет дела. На Втором Уровне стоит дворец, тронная зала и главный холл. На самой верхушке королевская сокровищница. — А что внизу? — поинтересовался Бильбо, тщательно избегая встречи своих босых ног с тяжелыми ботинками суетившихся вокруг гномов. — Под нами шахты, гробницы и основная тюрьма. Ничего особенного. Бильбо был с этим вовсе не согласен, но промолчал. — Как называются семь нижних кварталов? — Жестяной, Медный, Билонный, Латунный, Свинцовый, Алюминиевый, Цинковый, Чугунный — без запинки перечислил Нори, обходя резвившихся детей. — На шестом уровне — Эбеновый, Гранатовый, Яшмовый, Янтарный, Кварцевый и Малахитовый. — Прослеживается закономерность, — сухо заметил хоббит. Нори усмехнулся: — Да, у нас все весьма прозрачно. Чем выше, тем важнее ранг, что очевидно из названий. — Дай угадаю. Первый уровень — Мифриловый? — Верно. На втором Бриллиантовые и Электровые Палаты. На третьем Рубиновый, Сапфировый и Изумрудный кварталы. На четвертом — Опаловый, Жемчужный, Берилловый и Нефритовый. На пятом — Железный, Стальной, Серебряный, Золотой и Бронзовый. — Почему только на втором уровне смешиваются названия металлов и драгоценных камней? — уточнил Бильбо. — Предполагается, что Сыновья Дурина сочетают в себе и то, и другое, — рассеянно ответил вор, остановившись. Перед ними оказался скромный домик, вытесанный из того же голубоватого камня, что и весь квартал. Нори отпер дверь и взмахом руки позвал Бильбо за собой. Внутри обстановка оказалась незатейливой, но уютной. На стенах висели наброски гномов и простеньких пейзажей, от большого камина в гостиной исходило тепло. За чайным столиком сидел юный гном, углубившийся в чтение. При их появлении он вскинул взгляд и широко распахнул глаза. — Дори тобой очень недоволен, — заявил он, ткнул в Нори тонким пальцем. Нори проворчал, стягивая куртку: — Дори всегда недоволен, ничего нового. — Но на этот раз он еще и обеспокоен, — мрачно уточнил незнакомец и тут заметил Бильбо, топтавшегося в дверях. — Кто это с тобой? — Моя новая головная боль, — ответил Нори, двинувшись вглубь дома. — Займи его на минутку. Пойду потолкую со старшим братцем. Юный гном проводил Нори хмурым взглядом, но тем не менее встал и представился. — Здравствуй. Я Ори, сын Рикки. Младший брат Нори, — новый знакомый изучал Бильбо круглыми зелеными глазами. — А ты один из его… дружков? Бильбо покачал головой, разглядывая гнома в ответ. При внимательном рассмотрении в них с Нори обнаруживалось сходство — у обоих яркие зеленые глаза, одинаковые подбородки и россыпь веснушек. — Я Бильбо Бэггинс, хоббит, которого твой брат обокрал и который впоследствии выплатил за него тюремный штраф. Ори побледнел: — Что?! — Долгая история, — вздохнул он, устало взмахнув рукой. — На первый взгляд все кажется куда более интригующим, чем есть на самом деле. Ори посмурнел и слегка подался назад, не зная, как вести себя с хоббитом. Юный возраст выдавали округлые черты и едва пробивавшийся пушок на щеках и подбородке. Волосы у него были на несколько оттенков темнее, чем у Нори, такие же густые и плотные, собранные в растрепанный узел на затылке. Ростом и шириной плеч он уступал брату, но вытянутые очертания указывали, что с возрастом Ори обретет схожую стать. — … не смей от меня уходить! Бильбо и Ори разом подпрыгнули и повернулись навстречу новому гному, влетевшему в комнату. За ним сердито топал Нори. Этот гном был старше и крупнее, серебристые волосы тщательно собраны в замысловатые косички. Крупный нос, широкий подбородок и живые зеленые глаза безошибочно указывали на то, что перед Бильбо третий брат. Когда горящий взгляд упал на него, хоббит вздрогнул и сглотнул. — Ох! Почему ты не предупредил, что у нас гость? — напустился третий гном на Нори. Нори издал страдальческий стон: — Я пытался, но ты же меня не слушаешь… — Ори, поставь чайник, — скомандовал старший из братьев и замахал руками. — Прошу, располагайся. Я Дори, сын Рикки, старший брат Нори. Хоббит нерешительно кивнул: — Рад познакомиться, Дори. Я Бильбо Бэггинс, новая головная боль Нори. — Головная боль? — переспросил Дори, покосившись на брата. — О чем это он, Нори? Так, признавайся, что ты ему наобещал? Нори вздохнул, растирая переносицу. — Если ты дашь мне сказать, я все объясню. — Тебя арестовали за то, что ты обокрал господина Бэггинса? — уточнил Ори, наполнявший водой котелок из встроенной в стену помпы. Глаза Дори полезли на лоб. — ЧТО?! — Что ты ему сказал? — Нори недовольно покосился на Бильбо. Тот только распахнул глаза, прекрасно зная, что при этом у него делается милый и совершенно невинный вид. — Правду. А что? Неужели ты собирался солгать? Это было бы неразумно. — Весьма неразумно, — прорычал Дори, нависнув над средним братом. — Не пойму, зачем ты выкупил его из тюрьмы, если он тебя обокрал, — добавил Ори, устанавливая чайник над огнем. Его совершенно не беспокоило, что один из братьев едва не оказался за решеткой, а второй в этот самый миг замышлял жестокое убийство. — Разве не логичнее было бы оставить его там? — Погодите, что? Ты выкупил его? — повторил Дори, снова вклинившись в разговор. Бильбо начинал понимать усталость Нори. — С чего вдруг? — Он сказал страже правду и взял на себя вину, — пояснил хоббит, пожав плечами. — Я решил, что будет честно выплатить за него штраф. Оставить его чахнуть за решеткой четыре сезона было бы слишком жестоко. Дори быстро заморгал, затем сказал Нори что-то на Кхуздуле. Средний из братьев ответил на том же наречии, но ему опять не дали договорить. Ори подал голос, Нори закивал и затараторил на своем гортанном языке. Когда он смолк, все трое уставились на Бильбо одинаковыми зелеными глазами. «Жуть», — мысленно протянул он, нервно почесав под коленкой другой ногой. Оттенки зеленого слегка отличались, но вот форма и пронзительность были общими. — «Жуткая жуть». — Господин Бэггинс, примите мою глубочайшую благодарность за помощь моему нерадивому брату, — обратился к нему Дори на всеобщем наречии. — Можете оставаться у нас сколько пожелаете. Бильбо растерянно переводил взгляд с одного на другого, не зная, как следует ответить. — Кхм, всегда к вашим услугам. Это было меньшее, что я мог для него сделать. Спасибо, что позволили остаться. Обещаю, я не стану вам обузой. Лицо Дори расплылось в умиленной улыбке как масло в лучах солнца. Бильбо от этого взгляда стало не по себе. — Не стоит беспокоиться, — заверил его старший из братьев голосом, каким обычно обращаются к перепуганным детям. — Ори, ты ведь не против разделить свою комнату с господином Бэггинсом? Ори пожал плечами: — Нет, конечно. — Замечательно. Пожалуйста, покажи ему, куда можно сложить вещи, — попросил Дори и повернулся к Нори. — Нам с твоим братом еще нужно… кое-что обсудить. Наедине. В ответ Нори скорчил рожу. Ори кивнул и указал подбородком в сторону двери. — Пойдемте, господин Бэггинс. Моя комната наверху. Следом за юным гномом Бильбо поднялся по лестнице и прошел в узкий коридор, из которого вели две двери. Ори открыл ту, что справа, и пропустил Бильбо внутрь. В маленькой комнатке теснились кровать, стол и шкаф, заваленный книгами. Бильбо тут же подскочил к нему и, ничуть не стесняясь, ухватил ближайший том. — Потрясающе, — выдохнул он, бережно перелистывая покрытые Кхуздулом страницы. — Ты все их прочитал? Ори запоздало кивнул, глядя на хоббита со странным видом. — Ты… ты тоже любишь книги? — Обожаю читать, — с жаром ответил Бильбо. Он с любовью потер между пальцев край бумаги, дивясь гладкости и плотности. — Во время наших путешествий отец частенько мне читал, а матушка учила писать буквы. Став старше, я даже иногда воровал книги. Не слишком ценные, разумеется, но мне все равно не по карману. Некоторые так и ношу с собой. — Оу, — Нори растерянно поджал губы. Поглощенный разглядыванием букв, Бильбо не обратил на гнома внимания. Конечно же, он не мог разобрать ни слова, но его очаровали аккуратные черточки и округлые петельки. Языки — в любой форме — завораживали его. В иной жизни он наверняка стал бы ученым, переводившим истории и стихи на разные языки. Изучение синдарина под руководством эльфов в Лотлориэне стало одним из лучших событий в его жизни. — У меня есть несколько книг на всеобщем, если хочешь, — предложил Ори. Хоббит удивленно вскинул голову: — Правда? Ты не против? — Нет, конечно, — на юном лице проступила робкая улыбка. — Мне редко удается поделиться с кем-нибудь книгой. Здесь ими мало кто интересуется. Бильбо прекрасно его понимал. Когда дело касалось выживания, умение читать и писать отходили на второй план. — А ты можешь взять что-нибудь у меня. Правда, в основном они написаны людьми или эльфами… Ори просиял: — Я бы с удовольствием что-нибудь одолжил! Возможность почитать работы людей и эльфов редко выпадает! Откуда они? Каких авторов? У них похожий стиль? Какая твоя любимая? Бильбо слегка растерялся под градом вопросов, но быстро пришел в себя. Порывшись в сумке, он извлек несколько своих любимых историй и протянул юному гному. — Большинство повествует о тех или иных сказаниях, но есть парочка по истории и языкам, — перечислил он. — Такие труднее найти, так что у меня их меньше, чем хотелось бы. Ори яростно замотал головой, так что косички вылетели из пучка и упали на лицо. — Что ты, что ты, это чудесно! Я в основном изучаю историю, традиции и культуру; редко удается почитать что-нибудь попроще. Будет здорово внести разнообразие. — Зачем ты так много читешь? Ты ученый? — поинтересовался он, устраиваясь поудобнее на полу рядом с новым другом и кипой книг. — Не-а. Я пока ученик, но в этом сезоне стану подмастерьем, если пройду экзамены, — пояснил юный гном, просматривая одну из книг Бильбо. Бильбо почувствовал укол зависти, который поспешно отогнал. Ори был не виноват в том, что хоббит не может посвятить жизнь исследованиям. — Везет. Как знать, вдруг книги о других народах тебе пригодятся. Ори одарил его кривой улыбкой, живо напомнившей Нори. — Очень может быть. От нас ждут широкого кругозора во всех областях. Я пытался достать книги о чужих землях, но они чаще всего… дорогие. Хоббит сочувствующе кивнул. — Ты уже выбрал себе определенною область для изучения? Или, может, есть редкая тема, о которой тебе хотелось бы узнать побольше? Вдруг у меня окажется что-нибудь подходящее. Юный гном глубоко задумался, поглаживая кожаный корешок. — Полагаю, было бы полезно узнать побольше об эльфах. Наши напряженные отношения усложняют поиск достоверной информации. Большинство источников уничтожено или искажено. — Тебя за это не выгонят? Насколько мне известно, для некоторых гномов это больная тема, — уточнил он, приподняв брови. — Сомневаюсь. За такое могут дразнить, но в глазах учителей такие знания дадут преимущество, — ответил Ори, задумчиво проведя языком по зубам. — Им же нужно как-то изучать эльфов, но они не могут открыто этим заниматься. Наверняка им пригодился бы под рукой кто-нибудь для такой работы. Бильбо усмехнулся: — Здорово! Тогда я расскажу тебе все, что знаю. Ори озадаченно уставился на хоббита: — Ты много знаешь об эльфах? — Порядком. Я провел среди них большую часть жизни. В основном в Ривенделле, но бывал и в Лотлориэне, и в Лихолесье. В Ривенделле лучше всего, лорд Элронд всегда добр и приветлив. Леди Галадриэль тоже великодушна, но я ее побаиваюсь. Ее красота и могущество несколько… давят, тяжело даже находиться поблизости. Лесной Владыка на мой вкус слишком холоден и заносчив. А уж его привычка из всего устраивать представление и драматично размахивать мантией!.. Ему стоило бы стать бардом, а не королем. Немного погодя, Ори разразился смехом. — Ты совершенно прямолинеен! — А зачем юлить, если правда всегда интереснее вымысла? — отозвался он. — Я лгу только в случае крайней необходимости. — Учту, — хихикнул будущий ученый. — Что ж, наверное, ты действительно много знаешь об эльфах. Я буду очень рад, если ты согласишься немного просветить меня. — Я же сам предложил, забыл? — фыркнул хоббит. — Могу даже научить говорить на синдарине. Только боюсь, с чтением и письмом у меня и самого не слишком ладно, так что опустим эту часть. Ори округлил глаза: — Ничего себе! Ты умеешь говорить на синдарине? Я его даже не слышал никогда. Вроде бы в королевской семье его знают, а больше — никто. — Довольно сложный язык, но, думаю, ты справишься. Ты и так уже говоришь на двух, —заметил Бильбо, откинувшись на руки. — Согласен? — Согласен! Даже не знаю, как тебе отплатить, — потупился Ори. Бильбо возвел глаза к потолку: — Вы с братьями дали мне крышу над головой. Поделиться знаниями — меньшее, что я могу для вас сделать. Ну что, начнем прямо сейчас? Время есть. Зеленые глаза изучающе скользнули по его лицу, и Ори твердо кивнул. — Давай. Расскажи мне все, что знаешь.