Li, ame de Luci

      Силион шел по бесконечно длинному коридору, который был залит ослепительной белизной, каждая деталь словно подчёркивала свою нереальную чистоту. Это пространство было слишком идеально, слишком холодно, чтобы казаться реальным. Пол, выложенный гладкими плитами, отражал свет бесшумных ламп, встроенных в потолок, так, что казалось, будто он идёт по зеркальной поверхности. Стены были гладкими, будто отлитые из единого материала, без швов и изъянов, а где-то вдалеке слышался лёгкий, почти неуловимый гул – словно само здание дышало.       Его тёмные джинсы контрастировали с окружающей белизной, а хаки-бомбер мягко струился за ним, придавая его шагам непринуждённость, которой он старался себя убедить. На самом деле сердце билось быстрее, чем хотелось бы. Силион чувствовал, как напряжение сжимает его плечи, хотя с виду он оставался спокойным, уверенным, почти безразличным.       Он сжал украденную карту так, что её углы впились в ладонь. Главный помощник Джина – титул, который внушал уважение. Но даже этот статус не спасёт его, если Джин узнает, что карта была спизжена.       — Если он об этом узнает, мне пиздец — мелькнула мысль, и Силион тяжело вздохнул, но тут же отмахнулся. — Хуй с ним, разберёмся потом. Белоснежные панели стен скользили в его боковом зрении, превращаясь в размытое пятно. Архив Временного Континиума находился в самом конце этого коридора. Не было ни камер, ни датчиков движения, ни даже охраны. Этим Джин всегда гордился – система безопасности была слишком совершенной, чтобы нуждаться в таких банальных мерах. Но это не делало путь менее напряжённым. Кажется, даже его шаги, обычно тихие, теперь звучали громче, чем он мог бы ожидать. В конце коридора виднелась массивная дверь, выполненная из гладкого чёрного материала. Она была чужеродно-матовой в этом ослепительно белом пространстве, будто отмечая свою важность. Силион ускорил шаг, чувствуя, как волнение сжимает грудь. Он оглянулся – никого. Тишина. Только он и этот бесконечный коридор. Подойдя к двери, он вытащил карту, быстро приложил её к панели справа от входа, затем положил её поверх планшета, который держал в другой руке. Панель мигнула зелёным, но на экране планшета, словно издеваясь, тут же всплыло сообщение: "Требуется ввод дополнительного кода доступа." Силион застыл на месте, ощущая, как раздражение и гнев поднимаются внутри него. Он окинул взглядом надпись, словно надеялся, что это ошибка, но текст не исчезал. Его свободная рука автоматически сжалась в кулак. — Чёрт возьми, как я не предугадал, ебаная... — выдохнул он сквозь зубы, а затем, уже не сдерживая себя, тихо выругался, тяжело ударяя рукой по гладкой двери. Он прислонился к холодной поверхности головой, закрыв глаза. Это был момент, когда хотелось одновременно кричать и смеяться над своей тупостью. — Ну, конечно. Джин не мог сделать это проще, правда?!– саркастически подумал он. Силион постоял так несколько секунд, собираясь с мыслями. Металлическая дверь, казалось, насмехалась над его беспомощностью. Ему придётся найти способ обойти защиту, иначе всё его дерзкое предприятие обернётся провалом. Он тяжело выдохнул, приподнял голову и снова посмотрел на панель, размышляя, как действовать дальше. Сейчас главное – не паниковать. Ведь если он уже зашёл так далеко, значит, обратного пути точно нет. Силион быстрыми шагами направлялся к кабинету Джина, проходя через отдел кадров. Здесь, как всегда, царила деловая суета: сотрудники сосредоточенно сидели за своими столами, экраны их мониторов светились множеством данных. Силион едва удостоил их вниманием, держа руки в карманах и пытаясь выглядеть максимально невозмутимо. Его бомбер цвета хаки и небрежный стиль явно выбивались из общего антуража строгого офиса, но никто не осмеливался сказать ему ни слова – всё же он был ближайшим помощником Джина. "Просто дойти до кабинета. Вернуть карту, и всё будет как прежде," – напоминал он себе, подавляя внутреннюю дрожь. Да какая дрожь? Он молодой, красивый, умный и вообще охуенный. Добравшись до кабинета, Силион оглянулся. Никого. С лёгким облегчением он открыл дверь и оказался в личном пространстве Джина. Комната была выдержана в строгих линиях: серо-белая палитра, минимум декора, только самое необходимое. В центре стоял массивный стол, идеально чистый, как будто только что протёртый, а над ним свисала тонкая полоса света от встроенной лампы. Осторожно закрыл за собой дверь, снял карту из кармана и направился к столу. Ему нужно было просто положить её обратно в ящик. Всё выглядело просто. Но стоило ему сделать шаг к столу, как за его спиной раздался звук открывающейся двери. Он застыл на месте, не успев даже спрятать карту. На пороге стоял Джин, одетый, как всегда, в безупречный белый костюм. На руках у него была стопка бумаг, а слегка ослабленный галстук и чуть растрёпанные волосы выдавали его усталость. Джин остановился, взгляд его на мгновение застыл, будто он пытался понять, что перед ним происходит. Внутри Силиона всё сжалось. "Что он здесь делает? Почему он не по своим делам?" – мелькнула мысль у Джина, пока он вглядывался в лицо Силиона. Выражение помощника казалось напряжённым, а его поза – странно неестественной. Джин только что вернулся с долгого собрания с Теневым отделом, где присутствовали Мёрфи, Тэхён и Тэму. Разговор шёл о будущих задачах Континиума, но мысли Джина всё время возвращались к Чимину. Это дело тянулось слишком долго, и он знал, что с ним надо покончить, чтобы освободить ресурсы для грядущих перемен. Ещё был Тэхён. Джину не хватило времени поговорить с ним наедине, а разговор явно назревал. Джин выдохнул, на мгновение задержав руку на дверной ручке. Он почувствовал лёгкое беспокойство – как будто кто-то только что был в его кабинете, а теперь прячется за стенами. Но он отмахнулся от этого чувства, слегка распустил галстук, поправил волосы и вошёл внутрь. Его взгляд встретился с замершим... Силионом. — Что за? — Джин нахмурился, но быстро взял себя в руки, скрыв недоумение за ровным тоном. — Что ты тут делаешь? – спросил он, осторожно опуская бумаги на край стола. Его голос был спокоен, но чуть насторожен. – Я думал, ты ушёл по своим делам. Силион, почувствовав, как взгляд Джина пронизывает его насквозь, судорожно попытался придумать оправдание, но всё, что пришло в голову, казалось неубедительным. — А когда ты спрашивал что я делаю у тебя в кабинете? — Силион не возмутимо ответил вопросом на вопрос. — Я большинство своего времени провожу даже не в своем а в твоем кабинете. Ты никогда раньше не задавал таких вопросов. — сделав вид что он перекладывает бумаги, положил карту вместе с ними в ящик. — Ты в последнее время ведешь себя крайне странно. — подойдя к своему креслу и бросив бумаги на стол. — Что ты задумал, Силион? — закрыв глаза. — Ничего, что бы принесло вред Времени и временному континиуму. — Хм, — усмехнувшись. — Я порой забываю какой ты умный. — посмотрев прямо на помощника. — Не зря ты душа Николы. — А ты душа Мао Цзэдуна. — не громко озвучил омега ловя взгляд Джина. — Прости. —поняв что сказал лишнего. Джин стоял, слегка наклонив голову, наблюдая за Силлионом. Его спокойствие казалось непробиваемым, но слова помощника задели что-то глубоко внутри. Мао Цзэдун. Имя, которое было тщательно скрыто за завесой прошлого, имя, с которым он давно свыкся, но которое всё ещё несло в себе тяжесть тысяч принятых решений и миллионов разрушенных жизней. Джин прикрыл глаза сев на диван. Внутренний мир вдруг заполнился образами, которые он старался вытеснить многие годы. Он видел себя ребёнком, маленьким мальчиком с грубыми чертами лица, в старомодной одежде, стоящим на фоне затхлого детского дома в одной из беднейших провинций Китая. "Сын никому не нужных родителей," – называли его воспитатели. Его детство было наполнено унижением и жестокостью. Ребёнком он привык терпеть издевательства: холодные, порой откровенно жестокие слова воспитателей, побои от старших детей, голод, одиночество. Но был один эпизод, который он помнил особенно отчётливо. Ночь, когда он больше не смог терпеть. В свои шесть лет, схватив нож, он вошёл в спальню своего главного мучителя – подростка, который не раз унижал его при всех. "Ты больше не сделаешь этого," – подумал Джин, прежде чем нанести первый удар. Его руки тряслись, но внутри него горела холодная уверенность, не свойственная ребёнку. Когда всё закончилось, он стоял над неподвижным телом, чувствуя не только страх, но и странное удовлетворение. Этот поступок определил его судьбу. Его отправили в исправительное учреждение для несовершеннолетних – старую, холодную тюрьму, где жестокость стала не исключением, а нормой. Именно там он впервые понял, кем был в прошлой жизни. Портрет. Эти воспоминания нахлынули внезапно: он увидел себя во главе государства, окружаемый толпами последователей и врагов. Мао Цзэдун – человек, чья идеология привела к смерти миллионов, чьи методы правления были безжалостными и расчётливыми. Он был поглощён идеей создания идеального общества, не считаясь с ценой. Он вспомнил, как, будучи лидером, отдавал приказы, которые даже в собственных глазах выглядели бесчеловечными. Но цель всегда оправдывала средства, или, по крайней мере, так он тогда думал. Голод, репрессии, уничтожение интеллигенции – это всё были инструменты на пути к его утопии. Джин ощущал, как в его новой жизни это прошлое продолжает преследовать его. В этой реальности он решил не быть просто пешкой. Он с детства понимал, что нужно действовать быстро и жёстко, чтобы выжить и подняться. Вернувшись к настоящему, Джин мысленно пробежал путь, который он проделал здесь, в Континууме. Когда он попал сюда, он сразу понял, что эта структура способна менять судьбы. Его стремление к контролю, к порядку, к власти привели его на вершину. Открыв глаза, Джин увидел, как Силион, пытаясь не привлекать внимания, направился к выходу. Его движения были напряжёнными, как у человека, который слишком старается остаться незаметным. — Надеюсь, я могу доверять тебе и дальше, Силион? – голос Джина прозвучал неожиданно ровно, но в нём была скрытая угроза. Силион остановился, повернувшись через плечо. Он изучал лицо Джина, пытаясь понять, что именно тот имел в виду. — Так же, как и я доверяю тебе, — спокойно на этот раз ответил он. Джин слегка усмехнулся, уголки его губ приподнялись, но взгляд остался ледяным. — Хорошо, — произнёс он, отводя взгляд в сторону. —Я тебя понял. — Его мысли вернулись к тому, что не давало ему покоя. Предстояло многое решить: дело Чимина, внутренняя борьба в Теневом отделе, и, конечно, новый проект Континиума. Силлион, почувствовав, что разговор окончен, покинул кабинет, но внутри него всё ещё кипели эмоции. Джин был слишком сложной фигурой, чтобы полностью доверять ему, но в то же время Силион убедился: если кто-то и может удержать этот мир от хаоса, то это не Джин. Найдо найти Чимина. И похуй на правила.

____________________________________

В уютном доме Хосока царила странная, но гармоничная атмосфера. Книги в обложках разной степени потрёпанности лежали в самых неожиданных местах: на подоконнике, под креслом, на столике рядом с недопитой чашкой кофе. В углу зала, где стоял низкий стол, Хосок сидел, хмуро глядя на то, что некогда было его любимой коллекционной фигуркой. Дом в целом выглядел обжитым и уютным: на диване плед, подушки, аккуратно сложенные стопки бумаг рядом с креслом. Однако бутылки бурбона, разбросанные здесь и там, напоминали, что хозяин был не чужд одиночных вечеров с алкоголем. Несмотря на это, в доме сохранялся порядок: каждая вещь, казалось, имела своё место, кроме фигурки, которую он сейчас отчаянно пытался склеить. Хосок, одетый в простую чёрную футболку и пижамные клетчатые штаны, с взлохмаченными волосами, сидел на полу, склонившись над столом. Его брови были нахмурены, а губы сжаты в тонкую линию. Он прижимал куском фарфора обломки фигурки, размазывая клей пальцами. — Чёртов Силион, — пробормотал он сквозь зубы, взгляд его сверкнул. — Никола, бешеный омега… да если бы только он понимал, какова ценность этих фигурок! Фигурка снова развалилась. Хосок сердито бросил её на стол и откинулся на спинку кресла. Его пальцы, испачканные в клее, потянулись к бутылке бурбона, стоящей рядом. — Да я бы придушил его… — тихо сказал он, наклоняя бутылку. Сделав пару глотков, он вновь посмотрел на сломанную игрушку. Его мысли на миг отвлеклись. Этот "малокосос", как он его назвал, на самом деле был невероятно умен. Силион создавал разработки, которые не просто поражали воображение, но ещё и открывали совершенно новые горизонты. Благодаря одному из его устройств Хосок недавно смог модернизировать часы для Чимина и его друзей. Они уже почти были здесь, и это означало... Но всё это потом. Сейчас его внимание снова сосредоточилось на фигурке. Хосок вздохнул, поднял сломанные детали и сдался в борьбе с самим собой. – Ладно, Силион. Ты умен, но за это ты мне ответишь. А фигурку я всё равно склею… – пробормотал он и, улыбнувшись своей злости, вновь принялся за работу. Хосок, едва успев очистить пальцы от клея, услышал подозрительный звук. Кто-то пытался открыть дверь его дома. Он нахмурился, резко выпрямившись. — Неужели этот чертенок? — пробормотал он себе под нос, раздражённо потирая переносицу. Быстро подойдя к двери, он распахнул её с явным намерением высказать всё, что думает о незваном госте. Но едва дверь открылась, перед ним с глухим стуком рухнул человек. Хосок успел вовремя отойти назад, избегая столкновения. На полу оказался Мингю, который, тяжело выдохнув, выругался: — Чёрт… ! Хосок невольно усмехнулся, протягивая руку: — Мингю? Живой хоть? Мингю принял помощь и поднялся на ноги, стряхивая пыль с одежды. — Вполне. Но ты бы мог хотя бы коврик положить! Хосок закатил глаза, но, увидев, что за Мингю появились остальные, его раздражение сменилось неподдельной радостью. — Ну, заходите! — сказал он, распахивая дверь шире. Первым он поздоровался с Намджуном, обмениваясь коротким, но тёплым рукопожатием. Но как только взгляд Хосока упал на Чимина, он буквально бросился к нему с объятиями. —Чимин! Чёрт возьми, как же я переживал! Я думал, с вами что-то случилось! — говорил он, обнимая друга так крепко, что Чимин с трудом смог выдохнуть. —Хосок… я рад тебя видеть… но можешь ослабить хватку? — хрипло проговорил Чимин, ухмыляясь. — Ой, прости, — извинился Хосок, отпустив его. Но тут же, не удержавшись, взъерошил волосы друга. — И вообще, ты даже не представляешь, как я соскучился! Чимин успел только улыбнуться, как зал наполнился знакомым смехом. Хосок обернулся и увидел Сеймура, стоявшего у входа с насмешливой ухмылкой. — Сеймур, — произнёс Хосок, улыбнувшись чуть шире, чем планировал. Он подошёл к нему и, не обращая внимания на саркастичный взгляд, крепко обнял его. — Рад видеть, баловень. Сеймур слегка замешкался, но затем ответил на объятие. — Ты всё тот же, — усмехнулся он, отпустив Хосока. На фоне этого обмена эмоциями Мингю с Намджуном переглянулись. Намджун, не сдержав любопытства, поднял бровь и обратился к Сеймуру: — Подожди… Я думал, тебя тут все терпеть не могут. Сеймур закатил глаза с таким видом, будто его это никак не удивило. Он прошёл к дивану и, грациозно сложив ноги, уселся. — Намджун, — начал он с легкой иронией. — Ты общаешься только с Чимином, на минуточку с моим бывшим. Я не удивлён твоей… однобокой информацией. Намджун замолчал, переваривая услышанное, а Мингю, стоявший рядом, громко расхохотался, едва не свалившись на пол. — Сеймур, ты гений! — выдавил он сквозь смех, хлопнув себя по колену. Хосок, недовольно покачав головой, попытался вернуть разговор в спокойное русло. — Так, хватит сцен, – сказал он, направляясь к кухне. —Пить что-нибудь будете? — Только чай, — тут же откликнулся Намджун. — И тебе чай, — добавил Хосок смотря на Чимина, но Чимин перебил: — Нет, бурбон мне тоже налей. Хосок, удивлённо подняв бровь, усмехнулся: — Ладно, будет тебе бурбон. Через пару минут он вернулся с подносом: с кружкой чая, бутылка бурбона и стаканы на высоких ножках. Раздав всем напитки, он сел на свободное кресло и оглядел собравшихся. — Ну рассказывайте, что вы там натворили. Чимин молча вытащил из кармана небольшой кусок ткани и протянул его Хосоку. Альфа нахмурился, глядя на клочок, и, осторожно взяв его, развернул. Когда ткань раскрылась, его глаза широко распахнулись, и он замер, будто не веря собственным глазам. — Вы что… вы серьёзно его достали? — голос Хосока дрогнул. — Это что, он? Реальный? Камень.... камень Триады? Мингю, сидящий напротив, скрестил руки на груди и саркастично фыркнул: — Ты что, отправлял нас, думая, что мы ничего не найдём? Всё это была шутка? Хосок смущённо пожал плечами, а уголки его губ дрогнули в виноватой улыбке. — Ну… да, — признался он. Намджун, сидевший рядом, тяжело вздохнул и, сделав фейспалм, пробормотал что-то себе под нос. — И это сам Энштейн? Пиздец... — Серьёзно, Хосок? – только и сказал он, опуская руку. Чимин, заметив это, усмехнулся и, присев поближе, коротко, но ясно рассказал о том, что произошло в Берлине. Он говорил спокойно, без лишних эмоций, акцентируя внимание на ключевых моментах: их поисках, неожиданной встрече с противниками, и, наконец, на том, как им всё-таки удалось добыть то, ради чего они отправились в эту миссию. Хосок слушал внимательно, время от времени кивая, но его взгляд выдавал бурю эмоций: удивление, восхищение, и в то же время лёгкое чувство вины за то, что изначально недооценил их шансы. — Ладно, — проговорил он, глубоко вздохнув. — Но есть проблема. Мне кажется, Джин что-то подозревает. Он отправил Силиона за мной. — Силиона? – переспросил Мингю, удивлённо подняв бровь. – Это тот самый умник-омега, о котором вы говорили? Помощник Джина? Чимин коротко кивнул, а Сеймур, сидевший чуть поодаль, саркастично хмыкнул: — Опасный тип. И не зря он приходил к тебе, Хосок. Это значит, что они думают, будто мы все преступники. — Нет, — возразил Хосок, задумчиво потирая подбородок. — Мне кажется, он сам хочет разобраться. И действует без ведома Джина. Это, конечно, только догадка, но… Он помедлил, затем добавил с лёгкой улыбкой: — Но я ему благодарен. Он мне подсказку хорошую дал. — Какую? — уточнил Чимин, прищурив глаза. Хосок выдохнул и продолжил: — Я знаю, почему Тэхен вас находит. Чимин наклонился вперёд, а остальные настороженно замолчали. — Почему? – голос Чимина был напряжённым, но полным любопытства. — Потому что Силион создал одну из своих разработок. Очень умную штуку, – начал объяснять Хосок. — Но он проговорился мне, даже сам того не осознавая. Ваши часы. Точнее его. Он себе создал отдельный механизм, не мой. И с помощью его разработки, часы Силиона поймали ваши волны. Далее, он встроил свою разработку Тэхену. — Прекрасно, – саркастично отозвался Мингю. — Дайте мне их, – Хосок протянул руку. — Я сделаю всё заново. На этот раз ни найти, ни подслушать вас не смогут. Все молча сняли свои устройства и передали их Хосоку. Тот, принимая, кивнул. Чимин, немного расслабившись, откинулся на спинку кресла. Однако его лицо оставалось серьёзным. — Но это только часть проблемы, — заговорил он, глядя на свои руки. — Нам нужно понять, что задумал Тэхен. Мингю, сложив руки на груди, спросил: — И что теперь делать? Чимин взглянул на него, будто собираясь сказать что-то важное. — Мы отправимся к Киллиану, — наконец произнёс он. — К Киллиану? – переспросил Намджун, нахмурившись. — Да, — подтвердил Чимин. — Один из беглецов. Сейчас он находится в XIX веке. Там мы с Тэхеном были в последний раз. У меня такое чувство, что ответы ждут нас именно там. Комната на мгновение погрузилась в тишину. Все обдумывали услышанное. — На этот раз я пойду с вами, — твёрдо сказал Хосок, прерывая молчание. Чимин удивлённо посмотрел на него, остальные тоже явно не ожидали такого заявления. — Ты? – переспросил он. — Ты же ненавидишь выходить из дома?! — Да, — Хосок поднялся со своего кресла, скрестив руки. — Не хочу пропускать такую историю. И… – он улыбнулся. – Кто-то же должен присматривать за вами идиотами. — смеясь. — отпивая бурбона. Пока Хосок продолжал работать, остальные занимались своими делами. Сеймур сидел в кресле, глубоко поглощённый какой-то старой книгой, которую он недавно нашёл. Листая страницы, он вчитывался в строки, с интересом погружаясь в текст, но его внимание периодически отвлекалось на происходящее вокруг. Намджун, как всегда, был занят телефоном, то и дело поглядывая на экран, словно теряя интерес ко всему происходящему, поглощённый чем-то другим. Чимин, чувствуя, что его тело требует отдыха, свернулся в кресле и решил немного вздремнуть, не обращая внимания на шум вокруг. — Что за фигня? – крикнул Мингю, буквально выпрыгивая из кресла и почти подбежав к столу, где Хосок отложил сломанную фигурку. Хосок, не выдержав, бросил все мелкие детали часов, которые только что собирал, и резко прикрыл фигурку, взгляд его потемнел от ярости. — Даже не смей, — рявкнул он, и без лишних слов резко выгнал Мингю. Мингу, несколько раз удивлённо покачав головой, всё же послушно удалился, но его выражение лица было полным недоумения. Когда снова стала тише, Хосок собрался с мыслями, подправил свои вещи и продолжил работу. Процесс был долгим и внимательным, но он знал, что если бы не эти часы, их бы наверняка нашли. Он не мог позволить, чтобы что-то пошло не так. Хосок, закончив настройку механизма часов, аккуратно вручил каждому из них его новый гаджет. Это было важное улучшение, созданное с учётом всех уязвимостей, которые были у старых моделей. Он устроил всё с тщательностью мастера, каждое колесико и шестерёнка должны были работать идеально. Механизм был сложным и малым, но важно было то, что теперь они могли быть уверены, что их местоположение не будет отслеживаться. Всё было продумано до мелочей, и теперь каждому члену группы предстояло носить обновлённые часы, чтобы защитить себя от посторонних глаз. Когда работа была завершена, группа подготовилась к путешествию. Хосок выключил последние настройки и сказал, что пора отправляться. Они направились в сторону места, где могли переместиться, подальше от дома. Место, было уединённым, идеальным для того, чтобы переместиться, и все они установили свои часы на необходимое время. Слегка наклоняя головы, они переместились в новое пространство. Как только они оказались там, на улице был вечер, и в темноте города звучали лишь звуки их шагов. Место оказалось старым, но для этих времён оно выглядело довольно ново. 1805 год, Вашингтон. Каменные дома стояли вдоль дороги, освещённые тусклыми огоньками, а воздух был холодным и свежим. — Как тут холодно, — недовольно буркнул Мингю, потирая руки. Его дыхание, будто пар, становилось видимым в ночном воздухе. — Пора, — ответили ему одновременно Чимин и Хосок, глядя друг на друга, понимая, что время не ждёт, и они должны двигаться дальше. Чимин и Мингю шли впереди, а Намджун следовал за ними, погружённый в свои мысли. И вот, как искра, что вырывается из пустоты, свет внезапно вспыхивает в темноте ночи, охватывая всё вокруг. Воздух наполняется невероятной энергией, и перед ними, словно из ничего, появляется человек. Он — будто сам пространственно-временной континиум потревожил, нарушая законы реальности. И прежде чем кто-либо успел осознать, что происходит, двое из их группы, с молниеносной реакцией, схватили его с обеих сторон, не давая упасть. Сеймур, схватил его с левой стороны, а Хосок — с правой. Мгновенно скоординированные. Но первое, что их поразило — это не только его внезапное появление, но и то, как мгновенно всё вокруг них изменилось. В какой-то момент мир, казалось бы, застыл. Оба стояли, не зная, что делать, не успевая осознать, кто между ними. Сеймур и Хосок переглянулись. Что за...? Но вот, этот человек поднял голову, и в тот момент их взгляды встретились. Как молния, взгляд этого незнакомца прорезал воздух, оглушающий и жаркий, заставив их внутренности вздрогнуть. Это был бы, возможно, даже романтичный момент, если бы не тот факт, что между ними стоял… Силион. Не смотря на всю привычную непреклонность Сеймура, его взгляд на мгновение стал... слегка напряжённым. Хосок, с его жарким темпераментом, почувствовал тот же самый разрыв в воздухе. Он держал его, словно в оцепенении, и взгляд его был прикован к этому бесящему его омеге. Силион наконец поднял голову, медленно и уверенно, как если бы он все это время ждал момента, чтобы встретиться с теми, кто сейчас стоял перед ним, все еще чувствуя сильную хватку с обеях сторон. Он почувствовал странное, почти физическое ощущение жара, которое распространилось по обеим сторонам его лица. Он сжался в груди, хотя и старался сохранять внешнюю невозмутимость. Первым, что он увидел, был взгляд Сеймура — холодный, неизменно остриё, как нож, который не спешит резать, но всегда готов. Однако, этого было недостаточно, чтобы сбить его с толку. Он повернул голову и встретился с другим взглядом, этим острым, напряжённым, пронизывающим, взглядом. Хосок. Это был взгляд, полный расчетливой уверенности, полной осведомлённости о себе и своих силах. Хосок не просто смотрел на него. Он изучал, прощупывал каждую грань этого момента, готовый сделать следующий ход. Вопрос, который они все задавали себе, витал в воздухе, не находя ответов: Почему он здесь?