Бессердечный

— Хотя бы пережевывай, — насмешливо тянет демон, наблюдая за тем, с какой скоростью я уплетаю еще теплые яичницу и бекон. Я только киваю, но тщательно жевать все равно не стараюсь: голод накинулся на меня с новой силой, стоило демону усадить меня на стул и накрыть на стол. — Слишком вкусно, — кидаю я запоздало, отрываясь от еды, чтобы сделать глоток воды. И хотя он скептически приподнимает бровь, смотрит на меня по-прежнему с удовлетворением. Видимо, ему приятны мои комплименты. Нужно будет делать их чаще. Отчего-то сейчас меня практически ничего не волнует. С ним все мои тревоги гаснут. Я уже не думаю об опасности, о милосердной и Хранителях. Демон словно создает отдельный мир, где есть только он и я. Этот мир защищен от всех бед извне, он обособлен от остального света. С ним я просто живу. Наслаждаюсь каждым моментом. Даже если это просто скромный ужин, зато от самого жителя Преисподней. Сколько Хранителей могут похвастаться, что им готовил поздний завтрак сам дьявол?.. Я усмехаюсь собственной иронии, на что демон тут же реагирует: — Веселишься? — спрашивает он с интересом. — Немного, — отвечаю я честно, едва сдерживая улыбку. — Поделишься? — Нет. Я жадный, — я сам удивляюсь нахальству в своем голосе, но демон явно оценивает мое поведение. Он чуть подается вперед, ловит мой взгляд, и губы его растягиваются в очень неприличной усмешке: — Это хорошо. Я тоже. От кистей до плеч пробегают уже знакомые приятные мурашки. Я резко опускаю лицо вниз, пряча стремительно расползающуюся красноту щёк, и, кажется, начинаю жевать еще быстрее. Он так изящно манипулирует атмосферой. Как волшебство. Удивительно, насколько стремительно и ловко он сломал приевшуюся систему ценностей Хранителя, за несколько встреч заставив полюбить себя. Конечно, он сумел убрать из уравнения Имя, оно до сих пор практически не ощущается внутри, настолько тщательно тьма глушит его. Только именно из-за этого демон кажется мне все более уставшим, хотя визуально в нем практически ничего не изменилось. Может, встревоженность его состоянием вызвана исключительно собственным плачевным состоянием, но я все равно не могу так просто откреститься от нее. В конце концов, он мне не чужой. Я только не знаю, как спросить у него так, чтобы он ответил честно. Насколько я знаю, высшие темные существа редко могут признаться в своих слабостях. Даже когда я говорил ему, что переживаю о нем, он просто попросил меня верить ему. Не удивлюсь, если остальные попытки позаботиться о нем он сведет к шутке. Я едва слышно фыркаю. Даже не зная, что произойдет дальше, я стараюсь «позаботиться» и о ком? Последние кусочки исчезают с тарелки, и я откидываюсь на спинку стула, протирая уголки губ большим и указательным пальцами. — Я могу сам, — бормочу я, когда демон убирает за мной тарелку. — Позволь за тобой поухаживать, — отвечает он и направляется к раковине. Я давно не чувствовал себя настолько насытившимся. Тьма демона мягко клубится у моих ног, держа босые ступни в тепле. Демон прямо передо мной споласкивает посуду, за окном, кажется, начинается дождь. Бытовые звуки и непогода, тепло и притупившееся благодаря демону чувство одиночества создают настолько уютное ощущение дома, что на меня неожиданно накатывает усталость. Причем настолько сильная, что лень даже мизинцем шевельнуть. Глаза слипаются сами собой, но я не засыпаю сразу. Ощущение, будто я крайне медленно теряю сознание: я все еще слышу и чувствую, прекрасно знаю, где нахожусь, и в то же время настолько расслаблен, что сон готов утащить меня в свои объятия. А демон выключает воду, и, кажется, ставит чайник, от чего по шее к груди разливается тепло. Как у него получается учесть и предупредить каждое возможное желание?.. Раздается шуршание, демон оборачивается, и я слышу едва слышный протяжный выдох. Кажется, немного разочарованный. Совсем негромкий стук шагов, аромат лаванды становится более ощутимым, и вот демон уже осторожно просовывает руки под мои колени и спину. Аккуратно, будто не желая тревожить, он поднимает меня и неспешно направляется к выходу из кухни. — Я не сплю, — язык еле шевелится, но я как можно яснее мямлю слова. В сознании постепенно мутнеет, но я по-прежнему цепляюсь за реальность, чтобы побыть в настолько комфортном моменте с демоном немного дольше. — Вот как, — голос демона, послышавшийся прямо над ухом, звучит немного утробно и очень мягко, — а выглядишь вполне спящим. — Недоволен?.. — я стараюсь шутить, даже улыбаюсь, но расшевелить язык все равно не могу, поэтому мысленно аплодирую его понятливости. — Наоборот. Предпочитаю твои нужды своим желаниям, — его дыхание опаляет кожу, и теплые губы касаются лба. Мне хочется потянуться к его прикосновению, но желание спать оказывается сильнее меня. Напряженно скрипят пружины, и меня мягко опускают на кровать. Место кажется заранее нагретым, видимо, Пином, чье урчание я сразу слышу, но без демона становится пусто. — Не уходи, — морщусь я и тут же ощущаю давление на матрасе. — И в мыслях не было, — шепчет демон, устраиваясь рядом, обвивая меня руками и поворачивая мое безвольное тело как ему удобно: на бок, позволяя уткнуться носом в его шею. Его тьма струится по моей коже, спокойный голос укачивает. Я бы попросил его рассказать мне еще раз о реке из Преисподней, но мозг уже не в состоянии сконструировать длинное предложение. Тем не менее я все еще стараюсь поддержать разговор, хотя сознание стремительно растворяется в сладкой неге сна. — Будешь спать?.. — меня раскачивает на волнах, будто я на надувном матрасе в море. — Возможно, — мою руку находят и сжимают, переплетая пальцы. — Все демоны спят?.. — главное не забыть, что он ответит. Ангелы, как же мне хорошо. — Редко, — шепчет он, а потом добавляет едва слышно. — Только если им спокойно. — Значит, со мной спокойно… — Выходит, что так, — его слова кажутся немного странными. Не грустными, но близко к этому. Хотя я уже не понимаю, реальность ли наш разговор или начало моего сна. Больше сил не остается. *** На этот раз я просыпаюсь не сам, а от мягких прикосновений к лицу. Без промедления открываю глаза, чтобы встретиться с задумчивым кровавым взглядом, будто немного светящимся в темноте. Демон лежит напротив, немного дальше обычного, подложив себе под голову согнутую в локте руку. Другой рукой он осторожно очерчивает мои брови, висок и линию челюсти, даже не думая останавливаться. — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает он негромко, чуть хрипловато. Меня тревожит его голос. Звучит уставшим. Кажется, демон действительно вымотан. В отличие от меня. Прежде чем ответить, я прислушиваюсь к себе, только чтобы убедиться, что у меня действительно ничего не болит. Тело полно энергии, мышцы скучают по движениям, словно Имя никогда не нарушало мой покой и его нападение мне только привиделось. — Гораздо лучше, — отвечаю честно, — благодаря тебе. Демон криво усмехается, в глазах проскакивает самодовольство, и все равно он кажется мне другим. — А ты? — уточняю я осторожно. Какое-то время он молчит. Только смотрит на меня выразительно так, вроде тепло, но в то же время недоверчиво, выжидающе. Словно он хочет что-то сделать, но не уверен в моей реакции. Почему-то мне кажется, что я догадываюсь правильно. Сердце болезненно сжимается. Если подумать, что я такого сделал для демона, чтобы он хоть немного мог довериться мне? Он собирается поклясться мне в Верности, а ведь я для него все еще пустое место. И хотя он каждый раз доказывает мне обратное, факт остается фактом. Может, он и привык ко мне, но только как к слабаку, нуждающемуся в защите. А кому понравится служить тому, кто хуже и слабее тебя? Я постоянно доставляю ему неприятности. Несусь со своими проблемами, чтобы он их решил. Он даже последние силы отдает мне, чтобы Имя не мучало. — И кто кому не доверяет? — я стараюсь говорить насмешливо, но не могу избавиться от горечи в голосе. Мои слова попадают в цель. Я вижу, как опасно блеснули его глаза. Его рука замирает над моими волосами, обстановка вокруг нас становится более напряженной. Но его тьма остается теплой. — Моя сила начинает признавать тебя, — говорит он спокойно, насмешливо приподнимая уголки губ. Мне больно от того, что он меняет тему. Душу знобит от незнакомой отстраненности, от закрытости. Мне действительно хочется заставить его поверить мне. Пропитаться чувствами ко мне. Это может быть не любовь, не душевная близость, даже не уважение, но хоть что-то. Хотя бы одна хорошая эмоция, которая поможет ему увидеть во мне равного. Но я не знаю, как помочь ему. Мы слишком разные. — Прости меня, — совсем тихие слова вырываются сами собой, но я не стараюсь отвести глаза от немного удивленного взгляда. — За что ты просишь прощения? — уточняет он глухо. — За все. За то, что так сопротивлялся тебе и… за то, что не оправдываю твоих ожиданий. Ты хотел построить связь, а я… я не помог тебе. Говорить честно тяжело. Искренность напрягает и пугает. Словно я оголился перед чужим человеком. По телу разносится жар, я чувствую себя некомфортно и единственное, что хочется сделать, — прикрыться или убежать. Но острое чувство вины не позволяет. Он опрокидывает меня на лопатки слишком быстро. Настолько, что я оторопело вдыхаю, оказавшись под ним, прижатый к кровати тяжестью его тела. Он опирается на локти, но его лицо слишком близко. — Ты сделал достаточно, — в его голосе ни тени шутки или насмешки. — Ты сделал больше, чем я ожидал. Он смотрит на меня странно. Его взгляд опаляет огнем, он жесткий и нетерпеливый, но мое сердце реагирует на него. Начинает биться быстрее, интенсивнее, поддаваясь непривычной нужде поддаться чужой власти. Во рту пересыхает. Телу жарко. В груди колет, а он продолжает требовательно смотреть на меня, лишая абсолютно всех мыслей. — Лучше бы я выкрал тебя, — голос демона вкрадчивый, темный, — забрал с собой, чтобы у нас было достаточно времени. — Выкради, — неожиданно соглашаюсь я, на что его брови удивленно и немного иронично взлетают вверх, а губы расползаются в нахальном оскале. — Ты бы возненавидел меня, — шипит он, — если бы узнал, что бы я сделал с тобой. Как бы… приручил. Я чувствую озноб, ползущий вниз по темечку, и совершенно не знаю, что ответить. Потому что я не понимаю, что он пытается сказать. Что бы он сделал? Замучил бы меня до смерти? Лишил бы воли, превратив в человекоподобную куклу? Есть ли мучения хуже, чем воспитание в моем доме?..