Падение

      Следующие несколько дней после появления Юнги в доме прошли сумбурно. Чимин откровенно выводил омегу на конфликты, Сокджин то и дело смотрел на него со смесью жалости и неловкости, Тэхён и Чонгук как будто вовсе не замечали нового жильца, увлечённые друг другом, и только ничего не знающий Намджун и Минсок, наивно полагающий, что его маленькая ложь удалась, относились к Юнги приветливо и дружелюбно.        В один из дней получилось так, что вечером в доме осталась одна молодёжь. Родители задерживались, они попали в жуткую пробку и рисковали простоять там больше часа, Минсок уехал рано утром решать бюрократические вопросы, какие на протяжении всей жизни возникают у любого человека, а после заскочил поболтать к друзьям. Разговор, судя по всему, удался, раз дед всё ещё не был дома.        Все учащиеся к этому времени были дома, и даже Чонгук уже приехал, закончив работать.        Юнги, взяв полотенце, чистые вещи и выйдя из импровизированной спальни, — его на время разместили в кабинете на первом этаже, поскольку в гостиной было слишком шумно и неуединенно, а других, за исключением этих двух, свободных комнат в доме больше не было, — и пошёл наверх, где располагалась вторая ванная. Чимин вдруг решил, что занять санузел на первом этаже на час — самая лучшая в мире идея.        В доме стояла непривычная тишина. Нигде не играла музыка, никто не гремел на кухне посудой, не слышно было увлечённых разговоров, только с первого этажа до второго долетали звуки шумящей воды и крикливые возгласы Чимина, который использовал лейку вместо микрофона, возомнив себя суперзвездой. Ступенька лестницы, по которой поднимался Юнги, скрипнула, но вместе с тем раздался другой, странный, звук, заставивший омегу остановиться и прислушаться. Юноша замер, но ничего не услышал и решил сделать ещё один шаг, когда звук повторился.        — Что за хрень? — пробурчал себе под нос Юнги, неслышной поступью поднялся на второй этаж и медленно прошёл по коридору, минуя двери спален.        Откуда-то раздались глухие голоса. Не сразу стало понятно, что слышались они из-за двери ванной. Юнги подошёл ближе, склонил голову вбок и с интересом прислушался, пытаясь понять, показалось ему или он взаправду услышал чей-то хриплый стон.        На мгновение омега почувствовал себя извращенцем. Увидь его сейчас кто-нибудь со стороны, возникли бы именно такие мысли. Он, гость в чужом доме, ходит от комнаты к комнате и подслушивает, слыша со всех сторон то стоны, то томные вздохи. «Да уж, Мин Юнги, — думал омега про себя, — тебе пора бы проверить голову или с кем-то хорошенько потрахаться, а то уже со всех сторон слышится пошлятина».        Юнги уж было решил, что ему и правда показалось. На фоне стресса, внезапного временного переезда и вечных препирательств с Чимином и не такое может показаться. Но тут в один момент его сомнения развеялись. Раздался куда более звонкий и протяжный стон. Стон другого человека. А следом диалог. Он, стоя под самой дверью ванной комнаты, хорошо его расслышал.       — Ах, так хорошо, что я не могу быть тихим…       — Все ещё не научился сдерживаться? Какой плохой мальчик.        — Ты и сам не особо сдерживаешься.        — Ты же знаешь, что нужно быть тише, нас не должны услышать. Одно дело, сейчас, когда в доме не так много людей, но ты знаешь, что мы уже несколько раз могли быть поймаными.        — Зна-аю… но мне тебя не хватает. Я скучаю. Я не могу игнорировать тебя дома, когда ты так близко. Какая же это пытка — любить тебя и не иметь возможности просто проявить чувства. Нам нужно чаще встречаться вне дома. Проводить больше времени вместе за этими стенами.        — Это не так просто. Я был бы рад, но работа сильно выматывает. А кое-кому нужно готовиться к экзаменам. К тому же у нашей семьи возникнут подозрения, если мы оба начнём по будням целыми вечерами где-то пропадать. Правда, никому не придёт в голову, но это не повод быть безрассудными. Намджун точно решит, что ты проводишь время со мной и я тебя как-то развращаю и приучаю к неподобающему образу жизни.        — А разве не так?       — Можно поспорить, кто кого развращает.        Юнги озадаченно нахмурился. Его мотало от одной нереальной мысли к другой. Может, он что-то не так понял в семейных связях этой семьи, что-то напутал? Бог его знает, что тут происходит, не разберёшь, кто кому кем приходится. До этой минуты омега был уверен, что Чонгук — сын Минсока, соответственно брат Намджуна и дядя Тэхёна. Но на то мало похоже. Дядя и племянник обычно не закрываются в ванной, из которой раздаются вполне удовлетворённые стоны.        — Поехали завтра куда-нибудь? Сможешь освободиться пораньше?        Последовала недолгая пауза и следом новый стон.        — Аргх! Если ты будешь уговаривать меня именно таким образом, я не смогу тебе отказать. Давай, малыш, сделай мне приятно.        Юнги не мог видеть сквозь стены, но перед его глазами родилась достаточно красочная картина, дающая яркое представление о том, что происходит сейчас в ванной. Омега растянул губы в поражённой улыбке и ещё несколько минут не мог сделать шага от двери, прислушивался к тяжёлым вздохам, стонам и грязным словечкам. После всего, что ему удалось услышать, тяжело было не понять, какого рода отношения связывают Тэхёна и Чонгука. Вот так дядя и племянник.        Понимая, что парочка за дверью справилась со своими делами и вот-вот может выйти и обнаружить омегу, он своей неслышной поступью спустился обратно на первый этаж.        — Интересное кино тут показывают, ох какое интересное, — усмехнулся Юнги, быстро спускаясь по лестнице.        Оглядываясь назад, он покачал головой и не заметил, как налетел на внезапно появившегося Чимина. Тот словно из-под земли вырос. Юнги ойкнул, делая шаг назад. Чимин выругался и начал причитать, поправляя развязавшееся полотенце на голове.        — Прости, не заметил, — с той же шокированной улыбкой сказал Юнги.        — А ты вообще хоть что-то замечаешь в жизни? Или глаз намётан только на потенциальную клиентуру? — Чимин состроил сучье лицо, оно у него прекрасно удавалось, и окинул омегу напротив презрительным взглядом. Терпеть его не мог, на дух не переносил, заводился, стоило тому только появиться на горизонте.        — Да я-то как раз вижу, много чего интересного вижу, в отличие от тебя, — Юнги рассмеялся легко и весело.        После того, что он узнал, подколки Чимина казались ему детским лепетом, не заслуживающим даже толики внимания. Подумаешь, мальчик от скуки пытается занять себя детскими выходками, пока его невинный и святой младшенький у всех под носом развлекается по-взрослому.        — Слушай, Чимин, ответишь на один вопрос?        — Ты уже его задал, – Чимин цокнул. — Ну? Только сразу предупрежу, я не консультирую эскортников по их извращениям, так что ничем не смогу тебе помочь.        — Как жаль, — Юнги наигранно вздохнул и разочарованно опустил уголки губ, говоря со всей возможной серьёзностью: — Просто, понимаешь, я как раз хотел обсудить с кем-нибудь одно извращение. Подумал, что ты точно сможешь мне что-нибудь рассказать. Но раз нет, то нет. А как насчёт Тэхёна? Как думаешь, к нему можно обратиться?        — Ты башкой где-то стукнулся или что? — Чимин растерялся, не понимая, что за бред несёт этот парень. Их разговор, который начался с подколок, быстро перетёк в откровенный сюр, теряя всякий смысл. — Ты ещё пойди к монахам спроси, куда лучше давать — в жопу или в рот.        — Разве Тэхён не сможет мне ответить на такой вопрос?        Уж в рот Тэхён даёт как миленький. Насчёт задницы уверенности не имелось.        — Ты точно чокнулся. Или накурился? — Чимин принюхался и внимательно посмотрел омеге в глаза. Вдруг тот реально под чем-то. Глаза были самые обычные, зрачки не расширены. — Иди проспись и не задавай долбанутых вопросов. А лучше вообще не мельтеши перед глазами, если уж получилось так, что ты оказался в нашем доме.        Чимин обошёл омегу, направляясь к лестнице. Юнги прыснул от смеха, представляя лицо Чимина, если бы именно он услышал, что его милый братец долбится в ванной со своим сексуальным дядей. Не признать привлекательности Чонгука было невозможно. Не знай Юнги небольшого обстоятельства об этом мужчине, не отказался бы сам попускать слюни на него. А может, и не только слюни.        — Эй, Чимин!        Чимин вздохнул и обернулся к омеге, закатывая глаза.        — А твоё-то мнение какое?        — По поводу?        — Куда лучше давать — в жопу или в рот? 

***

      За поздним совместным ужином Тэхён предупредил родителей о том, что завтра после уроков домой не вернётся, а пойдёт в гости к другу и останется у него на ночёвку. Однажды эта отмазка сработала, так грех не попробовать использовать её снова.        — Тэхён, я думаю, что сейчас такой период, когда тебе нужно поменьше ходить на ночёвки к друзьям и побольше готовиться к экзаменам, — сказал Намджун.        Тэхён улыбнулся очаровательной улыбкой, которая способна растопить даже самое холодное отцовское сердце. Он не успел ничего ответить, как в разговор вмешался Сокджин.        — Ты уж тоже слишком сильно не наседай на Тэхёна, нельзя вечно только учиться, учиться и учиться. Отдыхать тоже нужно. Пускай развлекается с друзьями.        — Во-во, я тоже так думаю, — деловито кивнул Чимин и ойкнул, когда Сокджин схватил его за щеку и потрепал. — Ну, пап!        — А вот кому-то стоило бы поменьше думать про развлечения и побольше про учёбу.        — С чего бы? Мне не нужно думать про экзамены.        — О да, тебе всего лишь нужно думать про успешную сдачу сессии, Чимин, — Намджун весело хохотнул и подмигнул вздыхающему пасынку.        — Вы, предки, душные до невозможности, — Чимин перегнулся через весь стол и потянулся за добавкой рамёна. Мало того, что ужин был очень поздним, так сегодня на столе не стояло никаких изысков: рамён с сыром и сосисками и закуски. — Я завтра после пар, пожалуй, тоже развлекусь с кем-нибудь. Не теряйте.        — С Хосоком? — поинтересовался Сокджин.        — Почему именно с ним?        — А с кем ещё ты можешь затусить?        Чимин засмущался, но, пытаясь скрыть стеснение, пустился в гневные объяснения, что у него есть куча друзей помимо Хосока. Кое-кого семья даже знала, правда, кроме Хосока никогда не видела, была заочно знакома по случайным рассказам. Чимин без умолку трещал только про одного своего «друга».        Юнги, наблюдающий за присутствующими со стороны, сконцентрировал своё внимание только на двух людях. Стараясь ненавязчиво и незаметно смотреть на рассекреченную парочку, чтобы его не вычислили, он кое-что заметил. Тэхён то и дело поглядывал на Чонгука. Они, как всегда, сидели за столом рядом друг с другом, время от времени тихо переговаривались, так что никто из окружающих не слышал. Все по обыкновению были увлечены больше собой, чем друг другом.        Юнги заметил и «случайные» касания.        Чонгук попросил Тэхёна передать ему салфетки и скользнул своими пальцами по руке омеги, когда забирал их. Время от времени Тэхён как будто бы совершенно нечаянно задевал Чонгука. Они сталкивались локтями, в порыве общего веселья и смеха шлёпали друг друга по плечам, а иногда и вовсе забывались и начинали без причины трогать друг друга.        Если ребята пытались скрываться, то так себе из них конспираторы. У них ни черта не получалось. Что удивляло Юнги ещё больше, так то, что никто из домашних не обращал внимания на странные взаимоотношения этих двоих. То ли все успели привыкнуть к происходящему, то ли были по настоящему слепы. Некоторые действия казались настолько сомнительными и вызывающими вопросы, что не обратить внимания на своеобразное взаимодействие было невозможно. И всё-таки никто внимания не обращал.        — Отец, — Тэхён обратился к Намджуну, – не переживай. Я готовлюсь к экзаменам, а завтра у друга мы вместе порешаем тесты.        Чонгук, слыша это, беззвучно рассмеялся и качнул головой. Стелил Тэхён и вешал лапшу на уши превосходно, он звучал настолько убедительно, что ни у кого не могло возникнуть сомнений в правдивости его слов.        — Ну хорошо, — кивнул Намджун. — Тэхён, не подумай, что я требую, чтобы ты беспрерывно учился, нет, совсем не так, просто экзамены — это действительно важно, понимаешь?        — Понимаю.        — Ты должен хорошо их сдать и поступить в университет на то направление, которое действительно тебя интересует. Чтобы у тебя была возможность выбирать, нужно получить высокие баллы за экзамены. Я не хочу, чтобы ты шёл учиться туда, куда тебя взяли. Нет, нужно заниматься тем, к чему лежит душа.        — Ты совершенно прав, отец.        Чуть позже, глубокой ночью, в пустом коридоре на втором этаже, когда все домашние легли в свои постели, Чонгук выловил омегу и прижал к себе, зарываясь носом в пушистые волосы и вдыхая полюбившийся аромат.       — Значит, будешь решать тесты с другом? — прошептал на ушко Чонгук, скользя ладонями под домашнюю майку омеги и ласково поглаживая его живот.        — А ты не слышал, что сказал отец? Мне нужно готовиться к экзаменам, — Тэхён слишком громко хихикнул, когда Чонгук покружил пальцами вокруг его пупка. — Щекотно вообще-то!        — Друг уже в курсе, что ты с ним тесты собираешься решать?        Тэхён откинул голову на плечо альфы и повернулся так, чтобы дотянуться до его челюсти и чмокнуть, и ничего не ответил на вопрос.        — Сходим завтра в кино? Вышел триллер, который я давно ждал.        — Кино такая скука для свидания. Два часа просто будем пялиться в экран? — сказал Чонгук и с сомнением посмотрел на омегу.        — В стрипуху на свидание я не готов идти.        — Что за мысли? Я никогда не звал никого на свидание в стрипуху, — Чонгук смешно изогнул брови и прижался к щеке Тэхёна губами, целуя. — День рождения и свидание с омегой совершенно разные вещи!       — Мне не нужно ничего необычного, Чонгук, — совсем тихо прошептал Тэхён, прикрывая глаза, — хочу просто и понятно проводить с тобой время, потому что не важно, где и что делать, важно, чтобы именно с тобой. Не хочешь в кино, сходим в другое место, займёмся, чем захочешь.       Руки Чонгука крепче обвили омегу и сжали плотнее.        Их больше не связывало то, что связывает двух любовников. Между ними были отношения, претендующие на серьёзность. То были чувства, а не мимолетное увлечение. Когда Чонгук это понял, то конкретно испугался, не представляя, что ему теперь делать и как быть. Но своё он уже отбоялся, своё уже отпереживал, и теперь было поздно волноваться. В тот момент, когда он услышал признание Тэхёна и когда ответил на него собственным признанием, он сделал свой выбор. Он принял то, что между ними творились не какие-то глупости, о которых оба позабудут уже через пару месяцев, а то, что люди привыкли называть любовью.        Чонгук, тридцатилетний мужчина, словно обезумевший пубертатный пацан любил этого омегу. И чувствовал, что его искренне любят в ответ.        — Что за триллер-то? Голливудский? Если пойдём в кино, то возьмём места на последнем ряду. Вдруг фильм окажется лажой, так хоть можно будет бессовестно целоваться, забив на сюжет.        Тэхён тихо захихикал и развернулся, потянувшись к Чонгуку за очередным поцелуем.