Падение

      Стоило двери в ванную хлопнуть, Чимин выскочил из своей комнаты. Как и в любой большой семье, в их существовала неизменно большая очередь в санузел. Несмотря на то, что в их доме ванных было две, на первом и втором этаже, это никак не спасало от того, что после длинного и утомительного рабочего дня, когда все члены семьи оказывались дома, начиналась если не война, то ожесточённая битва за право поскорее попасть под горячие расслабляющие струи душа. Чимин, зайдя в ванную, не пробыл там и пары минут, тут же стремительно вылетел и беспардонно ворвался в комнату Тэхёна, с порога начиная с претензии:       — Ты использовал весь мой шампунь!       — Эй! Хён, — прикрикнул Тэхён. Он только-только вышел из душа и, следуя своей привычке забывать сменную одежду в комнате, был вынужден завернуться в одно только полотенце. Тех нескольких минут, что он был в комнате, хватило только на то, чтобы достать из комода бельё и надеть его. До пижамы дело ещё не дошло. — Почему ты врываешься?! А если я тут голый стою?       — Чего тебе стесняться? Будто я тебя голым никогда не видел. Мы с тобой вместе принимали горячие источники голыми. Ты лучше поскорее придумай вразумительную причину, почему я не должен тебя убить за то, что ты опять использовал остатки моего шампуня, я и так весь интернет облазил, чтобы найти, где его заказать, — привычно затараторил Чимин, забывая хотя бы на мгновение останавливаться, чтобы вдохнуть, но вдруг осёкся и в один миг сменил тему: — Стоп, а когда ты стал носить такие трусы? — Казалось, он совершенно позабыл о том, зачем пришёл, стоило ему увидеть красивое кружевное бельё на брате.       Тэхён фыркнул, схватил мокрое полотенце и прикрылся, недовольно смотря на старшего.       — Ты пришёл только для того, чтобы покричать про шампунь? Прости, мой тоже закончился, и я взял твой, я даже не думал, что там так мало осталось. Я на выходных поеду в город и куплю всё, что нужно.       — Да хрен с ним с этим шампунем, — Чимин отмахнулся и прошёл глубже в комнату, обходя омегу и смотря на его бельё сзади. — Вау, ну и попа у тебя в этих трусиках.       Шаловливые руки Чимина, не знающего никакого стыда и приличий, потянулись к белью, омега потрогал тонкое кружево пальцами, но тут же схлопотал сильный шлепок по ладоням и ойкнул.       — Не наглей, — Тэхён отошёл в сторону и быстро натянул на себя домашние штаны и футболку.       — Хорошее бельё, видно, что качественное. Дорогое, наверное? — не скрывая издёвки, поинтересовался Чимин. Он растянул губы в хитрющей улыбке, сел на постель брата и кивнул ему. — Рассказывай.       — О чём? — Тэхён непонимающе вздёрнул брови и наклонил голову чуть вбок, промакивая мокрые после душа волосы полотенцем.       — У тебя кто-то появился?       — С чего ты решил?       — Когда омега начинает носить такое бельё, это может значить только то, что в его жизни теперь есть тот, кому можно показать эту красоту.       — Никого у меня нет, мне просто понравилось оно, вот и купил.       Чимин притянул брата ближе и усадил на кровать рядом с собой, смотря не в глаза, а в самую душу. Когда дело касалось чужих чувств и любовных похождений, Чимин был намного более прозорлив, чем в ситуациях, в которых был сам замешан. Он относился именно к тому типу людей, которые уверяют, что тот симпатичный красавчик с параллельного потока точно запал на тебя, притворяясь гуру отношений, а сам на протяжении многих лет не замечает влюбленно-очарованного взгляда, направленного в свою сторону, считая, что его и Хосока связывает только искренняя и крепкая дружба.       — Будешь папе вешать эту лапшу на уши, когда он заметит твои трусики. Меня такими глупостями не проведёшь.       — Джин, в отличие от тебя, никогда не врывается в чужие комнаты без стука. Думаю, что мне и не придётся вешать ему на уши лапшу.       — У тебя уже что-то с кем-то было?       — Это не твоё дело, — Тэхён не сдержал лёгкую улыбку и смешка, когда заметил, как переменилось лицо Чимина. Чимин по-прежнему был безумно заинтересован, но вместе с тем он явственно показал свою обиду, не ожидая подобного удара от самого родного и любимого человека, с которым провёл уж если и не всю жизнь, то лучшую её половину.       — А мне казалось, что мы с тобой достаточно близки, чтобы делиться такими вещами. Когда у меня кто-то появляется, я всегда рассказываю тебе об этом. Я, знаешь ли, не жду, когда ты что-то заметишь и спросишь, а сам прихожу к тебе и первому, на правах любимого брата, рассказываю самые секретные подробности своей жизни.       — Прости, но я не виноват, что у тебя язык как помело, — откровенно забавляясь, ответил Тэхён.       — Ах вот как! — Чимин возмутился и играючи повалил Тэхёна на постель, тыкая в бока. Знал, что тот начнёт изворачиваться как уж на сковородке от того, что ему становится безумно щекотно, когда кто-то касается его боков.       — Прекра-ати, — протянул Тэхён, задыхаясь от смеха и пытаясь оттолкнуть брата или хотя бы убрать от себя его на удивление сильные ручонки.       — Только в том случае, если ты мне всё расскажешь. В самых мельчайших деталях и подробностях, я хочу знать всё. Ты же ещё никому не рассказывал, да? Я же буду первым, кто всё узнает, не правда ли?       — Было бы что рассказывать, — тяжело дыша, ответил Тэхён, когда Чимин убрал от него свои загребущие руки и уместился рядом, выжидающе смотря. — Ничего у меня ни с кем не было. Но мне правда кое-кто нравится.       — И ты хотел бы, чтобы всё было?       — Да, — признался Тэхён, прикрывая глаза. Он ещё никому не говорил об этом вслух. Щёки закололо, к ним прилила краска, и легкое романтичное смущение проступило на лице. Он с трудом открыл глаза и посмотрел на Чимина, видя перед собой до безобразия довольное лицо, расплывшееся в улыбке, точно чеширский кот.       — Что с тобой?       — Мой младшенький стал уже совсем взрослым. Кто он? Кто тебе нравится?       — О не-ет, — протянул Тэхён и отрицательно закачал головой. — Прости, но этого я тебе не расскажу.       — Это ещё почему? Неужели, я его знаю? Кто-то из твоих одноклассников? Ну-у, Тэхён! Мне же так интересно.       — Нет, это не мой одноклассник. Нет, ты его не знаешь.       — Тогда почему не рассказываешь? Я очень хочу знать, кто может понравиться такому ослепительному, доброму, умному, невероятно красивому.       — Уж откровенно льстить не обязательно.       — С такой круглой и классной попкой омеге, — продолжил Чимин, не обращая внимание на то, что его перебили.       — Не знаю, как об этом говорить с тобой, — замялся Тэхён и отвернулся, утыкаясь лицом в постель.       — А чего тут знать? — Чимин подполз чуть выше на постели, наблюдая за братом. — Слушать меня он горазд, и про страстный секс в туалете универа, и про минет в машине, а сам рассказать самые невинные подробности своей жизни не хочет. Это вообще как называется? Кого-кого тебе и надо стесняться, то точно не меня. Не знаю, что меня бы могло смутить в мужчине. Эй, Тэхён, — вдруг слишком серьёзно позвал омега.       — Чего?       — Он же не старше тебя на полвека? Пожалуй, только это меня может смутить. Ты же не какой-то там Юнги, чтобы интересоваться дедушками.       Тэхён весело рассмеялся, поднимая голову.       — Нет, он, конечно, старше, но не настолько.       — Та-ак, уже лучше. Значит, тебе нравятся мужчины постарше. Понятно, так и запишем. Красавчик?       — М-м, — протянул Тэхён, томно закусывая нижнюю губу, и в который раз кивнул. — Невероятный.       — Да ты поплыл, — Чимин зашёлся хохотом и потрепал младшего по мокрым волосам, потешаясь. — Только трусики не намочи, думая о предмете своих воздыханий.       — Хён, — омега уже куда более нервно закусил губу, нахмурился и, боясь смотреть на брата, сказал: — Мне кажется, я схожу с ума. Я постоянно думаю о нём. Он занимает все мои мысли. Я настолько и весь в нём, что даже на уроках вместо задачек и уравнений вижу его имя. Он целый день живёт в моей голове. Я каждый раз с таким желанием жду с ним встречи, что всё остальное время провожу будто на иголках. Ни на чём другом не могу сконцентрироваться. Нужно готовиться к экзаменам, а я даже не хочу садиться за учебники. Недавно учитель вызывал меня к себе, чтобы поговорить о том, что мои оценки немного ухудшились.       Пока Тэхён говорил, Чимин без доли иронии и насмешки внимательно его слушал.       — Я никогда такого не ощущал. Знаешь, мне уже нравились альфы, я помню, что хотел быть к ним ближе, хотел проводить с ними больше времени, но такого, как сейчас, я ещё не испытывал. Стоит мне оказаться рядом с ним, я весь пылаю. Боже, я сейчас сгорю от стыда, пожалуйста, только не подтрунивай надо мной, но я рядом с ним чувствую себя хуже, чем в течку. Хуже, потому что у меня ничего не болит, но каждый раз меня накрывает такой сильной и мощной волной желания, что я не отдаю себе отчёта в своих действиях. Хён, я теку как сучка рядом с ним.       — Ого, — удивился Чимин, скорее даже слову «сучка», прозвучавшему из уст Тэхёна, нежели тому, что он пытался сказать, используя это слово. — Не переживай. Ты практически созревший взрослый омега и то, что ты хочешь альфу, вполне нормально. К тому же у тебя такой период.       — Какой? — смущённо проблеял омега.       — Полового созревания. В этом возрасте гормоны так хреначат, что удивительно, как ты ещё не накинулся и не оседлал какого-нибудь красавчика.       — Я практически, — вздохнул Тэхён и снова уткнулся в постель, лишь бы не видеть лицо Чимина и не показывать ему своего, так стыдно ему было говорить об этом вслух. — Я чуть ли не домогаюсь его, а он от меня бегает.       — Ты ему не нравишься?       — Нравлюсь, просто, — Тэхён задумался, не зная, как объяснить всё так, чтобы Чимин понял суть, но не разгадал некоторых деталей, которые следовало от него утаить. Говорить, что Тэхён страстно желает объездить никого иного как своего дядю, не стоило. — У него есть свои убеждения, которые мешают ему обратить на меня столько внимания, сколько я хочу.       — Ты понимаешь, из-за чего он так? — Чимин положил руку на плечо Тэхёна, поглаживая и вместе с тем стараясь успокоить и приободрить. Первая любовь, первая симпатия к альфе, первое взрослое желание, всё это правда очень сложно пережить в одиночку с закрытой ото всех душой. — Может быть, всё дело в возрасте? Он сильно старше тебя?       — Лет, лет на десять, — неуверенно пробормотал.       — Ох.       — Думаешь, он видит во мне ребёнка?       — В тебе уже очень тяжело разглядеть ребёнка, особенно, когда ты носишь такие трусики.       — И чего ты только прицепился к моим трусам?       — Классные, такие же хочу.       Тэхён прыснул со смеху, но голову так и не поднял, продолжая бурчать в одеяло.       — Возможно, он не хочет иметь проблем.       — Но мне уже есть восемнадцать!       — Тэхён, формально тебя ребёнка и тебя взрослого разделяет всего один день, день твоего дня рождения и совершеннолетия. Но то, что тебе по паспорту уже восемнадцать, не значит, что ты в одночасье повзрослел. Может быть очень много причин, по которым альфа не решается переходить к активным действиям. Боже, да прошёл уже век альф, что, словно хищники, кидаются на омег как на добычу, или милые рыцари, которые спешат спасти любимого из лап свирепого дракона. Сейчас мужчины уже не те. Он может быть просто таким человеком, может, в самом себе не уверен, потому нерешителен, может, ещё что. Тут не угадаешь. Если ты уверен в нём и у тебя есть серьёзные намерения на него, то действуй сам. Домогаться, может, и не лучшая идея, но инициативу проявлять точно стоит. Позови его куда-нибудь, если ты хочешь сблизиться, то вам стоит больше времени проводить вместе.       — Ты так думаешь?       — О! Я знаю это. Сколько я уже альф очаровал, да за мной половина университета бегает.       — Бедный Хосок, — хихикнул Тэхён и приник к брату, обнимая его. — Ему приходится бороться с толпой твоих поклонников.       — Бедный или нет, не знаю, но он пока справляется, — усмехнулся Чимин, с нежностью смотря на Тэхёна и думая о том, что совсем недавно они оба были маленькими детьми, которые играли в игрушки, а теперь уже взрослые омеги, которые по-прежнему близки, только игрушки сменили на обсуждение любовных переживаний.       — Ты правда не замечаешь, что он неравнодушен к тебе, или просто притворяешься? — решился спросить Тэхён, смотря на Чимина и ловя перемены на его лице.       Чимин застыл в лице, конечно, постарался придать ему непринужденный вид, но ничего не получилось. Всю гамму ярких чувств было отлично видно.       — О чём ты?       — Всё-таки притворяешься. Зачем ты его мучаешь?       — Я никого не мучаю. И я никогда не притворялся.       — Он не нравится тебе?       — Тэхён, мне кажется, мы начинали говорить о тебе, а не обо мне.       — Разговор такая вещь, что от одной темы можно перейти к другой. Не сливайся с вопроса, ты не ответил. Тебе не нравится Хосок?       — Ты задаёшь слишком сложные вопросы, — фыркнул Чимин. — Я не знаю. Правда не знаю. Мы столько лет дружим с ним, я знаю его с пелёнок, даже дольше чем тебя. За эти годы он стал для меня родным человеком, ещё одним братом. Когда ты столько лет знаешь человека, особенно с раннего детства, сложно осознать, что можешь к нему чувствовать что-то романтическое. Я не хочу испортить отношениями то, что есть между нами сейчас. Я слишком хорошо его знаю и не уверен, что мы справимся, если мы попробуем быть омегой и альфой, а не друзьями. Представь, каково встречаться с кем-то из родни. Это же даже странно звучит.       Тэхён с горечью усмехнулся и кивнул.       — Да уж, странно.       Желать романтики, а уж спать с братом и правда странно. Это ни в какие рамки, это слишком. Дядя вот совершенно другое дело, дядя это не брат, с братом даже в мыслях противно, а с дядей так хочется, что больше никаких сил нет. Так думал Тэхён.       — Мы с ним и в говне, и в блёстках вместе, и в адеквате, и в полном невменозе рядом. Мы даже спим в одной кровати, но я так сплю с ним, что страшно представить. Я к нему на ночевки хожу с обросшими ногами и небритыми подмышками, не стесняясь.       — И при всё этом ты всё равно ему симпатичен. Это ли не любовь?

***

      Вечером того же дня, немногим позже разговора по душам с Чимином, пока тот намывался в ванной и напевал популярные в последнее время песни так громко, что слышно было даже в коридоре, Тэхён заглянул к Чонгуку. Альфа валялся на кровати и смотрел что-то в телефоне, но как только услышал, что кто-то пришёл, оторвал глаза от экрана.       — Чего хотел? — спросил Чонгук.       — Если скажу тебя, то ты только посмеёшься?       Чонгук улыбнулся и с улыбкой продолжил смотреть что-то в телефоне, будто бы совсем не обращая на омегу внимания.       Тэхёна от этого откровенно вело. Он подошёл ближе и сел на край постели мужчины. Омега уж было подумал о том, что Чонгук специально делает это с ним, он намеренно играет в такую игру. Холодно-горячо. Он то притягивает к себе и увлекает в бурный водоворот чувственных ласк, то отталкивает от себя и обдаёт холодом равнодушия. Иначе как назвать то, что происходит?       Сначала он сам дразнит его, заигрывает, первую встречу и тот шлепок по заднице Тэхён вспоминает с мурашками по коже, потом игнорирует или уверяет, что нельзя себя так вести, потом опять, жмётся ближе и не убирает руку со своего колена, когда Тэхён ласкает его под столом во время семейного ужина, просматривает каждую фотографию и сообщение, которое ему отправляют, не блокирует, не банит, а после не даёт то, чего так хочется, и дразнит, заставляя со стояком и мокрой от смазки задницей спускаться к ужину.       Добиться внимания Чонгука хотелось очень сильно. Те крохи, которые уже достались Тэхёну, будоражили. Они распаляли сильно-сильно, они заводили, они давали вкусить этот сладкий запретный плод. Поняв, как вкусно, Тэхён желал получить это вновь. Познав это удовольствие, он хотел получить больше, он уже понимал, за что борется с такой страстью, и теперь точно не готов был отступать.              Своими метаниями, страхами и нерешительностью Чонгук закапывал себя всё глубже. Он не думал о том, что происходит с Тэхёном, как сильно он привязывает его к себе, в минуту своей слабости перед этим мальчишкой. Чонгук не мог вообразить, что стоит ему ответить хоть чуть-чуть, Тэхён не поуспокоится, а наоборот, приобретёт запал и силы двигаться дальше.       — Поехали на выходных в город, — предложил Тэхён, невзначай, он правда не осознавал, положив ладонь на бедро Чонгука. Так просто было удобно, рука отлично легла на ногу Чонгука, создав дополнительную опору.       — Зачем?       — Проведём время вместе.       Да, альфы уже не те хищники, они слишком обленились, привыкли жить на всём готовеньком и больше не бегут и не выслеживают свою жертву, чтобы всласть попировать ею. Всё переменилось. Теперь жертва бежит за хищником, желая быть съеденной.       — Думаешь, я хочу? — спросил Чонгук, блокируя телефон и откладывая его в сторону.       — Не знаю, — Тэхён усмехнулся и пожал плечами.       Рукой не двигал и не дразнил, но жар его ладони, пускай и неподвижной, проникал сквозь спортивки и ласкал извращённое сознание мужчины. Ему хватало даже самого невинного касания, чтобы попрощаться с рассудком и начать думать тем, что покоилось в его штанах. Пока всё ещё покоилось, но стоит Тэхёну просидеть с ним рядом подольше, навряд ли член останется таким же безмятежным.       — Ты хочешь куда-то сходить?       — Мне нужно пробежаться по магазинам. Составишь компанию?       — Ты это мне или моей карте?       Тэхён рассмеялся и снова пожал плечами, подшучивая.       Чонгук в нём заинтересован, его непременно тянет к омеге, иначе он, даже не думая, отказался бы от любого предложения. А он молчит, не говорит ничего конкретного, придумывает только вопросы да всякие язвительные замечания.       — Таскаться с омегами по магазинам изматывающе. Почему мне должно быть это интересно?       — Бельё, которое ты подарил мне на день рождения, мне очень нравится. Знаешь, оно такое качественное и приятное в носке, я ношу его не снимая. Думаю, что надо купить ещё пару комплектов. Пускай будет выбор.       — Вот как, — Чонгук приподнял уголок губ. Казалось бы, они вели самую непринуждённую и невинную беседу, но его член приятно вздрогнул. — Хочешь прикупить себе новые трусики.       — Да, но я в этом совсем ничего не понимаю, — Тэхён состроил невинное лицо, точно настоящий ангелочек, — а ты, кажется, мастак по части омежьих трусиков. Мне нужна помощь при выборе. Хорошее бельё дорогое, мне бы не хотелось потратить деньги на ерунду.       — Если ты считаешь, что я смогу тебе чем-то помочь, то я с радостью. У меня всё равно не было никаких планов на выходные.       — Отлично, — Тэхён повернулся всем корпусом, сместил ладонь и вытянул длинные пальцы, давя на бедро мужчины чуть сильнее.       Чонгук сглотнул, смотря на руку омеги. Его длинные тонкие пальцы своими кончиками практически касались его паха. Подвинь он руку ещё немного и смог бы коснуться полувозбуждённого члена мужчины. Чонгук заводился. Он ощущал тяжесть от руки омеги рядом со своей промежностью и, как безумец, готов был подскочить и наброситься на него. Однако держался, не двигаясь и почти не дыша.       — Знаешь, я это даже не специально, — Тэхён заметил странную реакцию мужчины и кивнул на свою руку. — Без задней мысли, а ты уже весь какой-то напряжённый. И пахнуло солью. Тебя возбуждает вообще всё, что связано со мной?       — Я поражаюсь тебе.       — Почему? — теперь Тэхён делал всё специально. Он положил ладонь на пах мужчины, чувствуя крепкую плоть, но не сжимал и не двигал. Просто касался сквозь ткань одежды.       — Ты то смелый и решительный, как змей искуситель, то податливый и робкий, как сама невинность. Как в тебе всё это умещается? Сначала ты чуть ли не трусы передо мной снимаешь, а потом ноешь и хнычешь от стыда с красными щеками. Больше всего люблю наблюдать момент перехода. Когда решительность и смелость в тебе ломается, меркнет и на передний план выходит страх и робость. Ты ещё по инерции развратничаешь, но уже видно, как сам ты от стыда сгораешь из-за своих действий. М-м, — промычал Чонгук, когда Тэхён ощутимее обхватил пальцами его член и сжал. Он тут же отпустил, то ли пугаясь реакции на свои действия, то ли специально решая подразнить. — Сожми.       — Мне так стыдно, — Тэхён облизнул розовые губы и сглотнул вязкую слюну. В голосе и блестящих глазах не было стыда. — Дядя, я больше не могу, то, что я сделал, было всего лишь развратничество по инерции.       Чонгук сипло рассмеялся. Подкол засчитан. Он положил свою крупную ладонь сверху на ладонь омеги и заставил его сжать свой член пальцами.       — Пиздец, — прошептал мужчина, вздергивая бёдрами и толкаясь в руку мальчишки. Ткань спортивок и бельё мешали безумно. — Если Бог существует, то он точно отправит меня гореть в ад за это.       — Возможно, что только после меня, — в ответ рассмеялся Тэхён и сильнее задвигал рукой.       В коридоре послышался глухой топот шагов. В таком состоянии Чонгук мало на что мог обратить внимание, кроме руки Тэхёна на члене, но омега оказался куда более внимательным и чутким. Он знал эти шаги. Всю жизнь слышал. Он тут же убрал руку от Чонгука и шлёпнул его, привлекая внимание. В следующую секунду раздался быстрый стук в дверь, которая тут же распахнулась.       — Вот вы где, я вас потерял. Чимин, что ли, моется? — спросил Намджун, не заходя в комнату.       — Да, — Тэхён кивнул как ни в чём не бывало. — Ты, что ли, не слышишь его вопли?       — Нет, тихо вроде.       — Значит, уже помылся и одевается. Скоро выйдет. Он так горлопанит, когда принимает душ.       — Хорошо. Джин уже всех ждёт внизу, стол накрыт, — сказал отец семейства и собирался было уже спуститься обратно вниз. Он сделал шаг, но остановился и заглянул обратно в комнату, смотря на Тэхёна и севшего на постели Чонгука. — А вы тут чего запрятались?       Чонгук оттянул футболку, прикрывая пах. Тэхён поднялся с кровати альфы, потягиваясь и выходя к отцу в коридор.       — Попросил Чонгука отвести меня в торговый центр на выходных. Хочу пошопиться. Чимин мне истерику устроил из-за того, что я использовал его шампунь. У нас закончилось всё, что нужно. Да и думаю, что посмотрю что-нибудь из одежды.       — Один поедешь?       — Да. Ты же знаешь, я не люблю долго ходить по магазинам, а если Чимина запустить в торговый центр, то до закрытия не получится выйти из него.       Намджун рассмеялся, соглашаясь. Голоса стали отдаляться, отец с сыном спускались вниз.       — Это точно. Помню, как последний раз возил вас за покупками. Хорошо, что интернет-магазины становятся всё популярнее. Чонгук, ты идёшь? — последнее Намджун крикнул погромче.       — Да, сейчас! — так же громко ответил Чонгук и с тихим матом поднялся, и закрыл дверь, решая, что сначала разберётся с проблемой в штанах, а только потом спустится ужинать. Сил на то, чтобы сидеть со стояком весь вечер рядом с Тэхёном и мечтать о нём и сильном оргазме, совершенно не было.