Ты же не импотент

Драко так и сидел без движения, размышляя о словах альфы. Он знал масштаб того благородства, что было присуще Поттеру, поэтому отвечать на такие откровения не спешил. Пускай и очень хотел. Он хотел рассказать всё. Рассказать, как расстроился из-за отказа на первом курсе. Рассказать, как волновался ещё на третьем, когда за парнем гонялся "убийца". Рассказать, как он умолял отца помогать Гарри на турнире, но тот не соглашался. Он хотел рассказать всё. Но язык не слушался его. Наверное, все слова были излишни тогда, когда твой любимый, о котором ты мечтал слишком давно, обнимал тебя так крепко, как никогда раньше. Драко не хотел потерять это из-за глупых слов про свою любовь. — Драко? — Гарри ослабил объятия, чтобы повернуть омегу к себе. Поттер взялся за его острый подбородок и поднял голову, для зрительного контакта. — Я читал письмо. Что с тобой? Я же согласен на всё, что понадобиться, чтобы помочь тебе. — Я знаю, Поттер. Проблема не в письме. А в тебе. — Брови героя моментально взлетели вверх, а глаза округлились от шока. — Неужели? — Да. Всё это.. Это ведь закончится. И я.. Я знаю, что у меня больше не будет шанса, чтобы сказать. Я.. Поттер, я люблю тебя больше жизни и я безумно благодарен, что ты сейчас здесь. Метка напомнила о себе какой-то приятной и пульсирующей болью, а Малфою вновь хотелось заплакать. Он смотрел растерянному Гарри в глаза и пытался понять его реакцию. Лицо брюнета осталось таким же удивлённым, что и до этого. Он всё также молчал и Драко начинал нервничать сильнее. Сказать эти слова - закопать свою репутацию, если Поттер будет насмехаться над ним и издеваться. — Поттер.. — Малфой был на грани подступающей истерики, которая волной старалась выбить его из реальности. Вода, кажется, обжигала кожу сильнее, и это не облегчало состояние молодого слизеринца. Драко чувствовал, как внутри все сжимается от напряжения. Тишина, повисшая после его признания, становилась невыносимой. Гарри молчал. Не отводил взгляда, но и не отвечал. Каждую секунду ожидания Драко проживал, как пытку. — Скажи хоть что-то, Поттер, — его голос дрогнул, и он тут же пожалел об этом. Но Гарри продолжал молчать. Вместо слов он осторожно подхватил Драко на руки, удерживая его крепко, но бережно. Сердце Малфоя бешено колотилось, и он не был уверен, от злости это или оттого, что он ощущал тепло Гарри так близко. — Давай просто отдохнем, — тихо предложил Гарри, неся его к кровати. — Я могу принести что-нибудь поесть. Тебе надо успокоиться. Это стало последней каплей. — УСПОКОИТЬСЯ?! — взорвался Драко, оттолкнувшись от Гарри и рывком вставая на ноги. Он чувствовал, как жар вспыхивает в груди. — Я только что признался тебе в любви, а ты… ты ведешь себя, как… как будто я просто устал! Руки дрожали, когда он торопливо натягивал мантию, застегивал пуговицы, не глядя на Гарри. — Малфой… — голос Поттера был мягким, но Драко не мог его слушать. — Забудь. — Он отвернулся, направляясь к выходу из Выручай-комнаты. Но не успел он сделать и пары шагов, как сильные руки снова обхватили его. Гарри без слов поднял его, крепко прижимая к себе, и на мгновение их дыхания слились. Легкий, короткий поцелуй в висок. Драко замер. — Я молчу, не потому что мне все равно, — прошептал Гарри. Но Драко уже сделал выбор. Он не ответил. Он вырвался и скрылся за дверью.

***

Драко, заплаканный и злой, буквально проскользнул через гостиную и скрылся в собственной комнате. Там слёзы вновь хлынули с новой силой и он упал на кровать, зарываясь лицом в подушку. Ещё утром он утыкался Поттеру в грудь и не хотел его отпускать, а теперь.. Теперь в душе остались лишь боль и страх, что Поттер не придёт на встречу. Конечно, Люциус будет в ярости от метки и изменившегося запаха, но никто не помешает ему договориться с его "другом", чтобы сделка всё же состоялась. Без альфы рядом у Малфоя-младшего просто нет шансов. Он это знал, и от осознания становилось ещё паршивее. В дверь постучались, но Драко и не думал двигаться с места. Он всё также лежал, уткнувшись лицом в подушку, а слёзы лились ручьем, сразу впитываясь в прохладную ткань. Через ещё парочку стуков, в комнату вошли Блейз и Пэнси. Их появления сопровождалось вопросами и воскликами. Пэнси не могла замолчать и всё говорила о том, насколько ярким стал запах Драко и как он изменился. Но восторг друзей пропал сразу же, как они увидели друга во всей красе. Кинувшись к кровати, новый поток вопросов Пэнс вывалила прямо на блондина, ожидая ответ. Но у Драко не поворачивался язык. Он не мог говорить, кричать или шептать. Он мог лишь плакать, потому что позволил себе влюбиться ещё сильнее. Он позволил Поттеру схватиться за его сердце и вырвать его. Он надеялся, что сегодня ночью умрёт от разрыва этого ненужного, теперь, органа. — Драко, да ответь же ты! — Пэнси, пойдём. — Неожиданно проговорил Забини. — Куда? Ты понимаешь, что его нельзя оставлять в таком состоянии?! — Паркинсон, я сказал на выход. — Блейз редко так разговаривал с подругой, но когда это всё же случалось, то девушка слушалась его. Так и теперь, брюнетка поднялась с кровати, ещё раз глянула на Драко и скрылась за дверью. Блейз долго смотрел на плачущего омегу. После он накрыл его пледом, который всегда лежал где-то поблизости и поцеловал его в висок. — Расскажешь всё после. Отдыхай. — И тоже покинул комнату.

***

Драко прорыдал до глубокой ночи. Слёзы не хотели заканчиваться, а боль только нарастала в груди. Воспоминания и разные мысли нахлынули волной, стараясь затопить сознание омеги. Он перебирал разные варианты исхода событий: что Поттер придёт и тоже признается в чувствах, что самому Драко всё же придётся продаться аристократу Оливеру, что всё это ненужная иллюзия и стоит лишь сходить на Астрономическую башню и сделать шаг, который всем облегчит жизнь. Но Малфой знал, что не сделает этого. Потому что он ещё не насладился запахом. Ко всем проблемам и навязчивым мыслям, которые порождали рыдания парня, добавился ещё один весомый фактор: Драко постоянно чувствовал запах Поттера. Конечно, это было очевидно, ведь блондин действительно стал его омегой, пускай и стереотипно физически. Теперь запах, как защита, покрывала его с ног до головы. Только для слизеринца защита оказалась ядовитой и теперь разъедала его изнутри. Он пытался спрятаться от него, зарыться в подушку, закутаться в одеяло, но всё было бесполезно. Запах Гарри проникал в каждую клеточку его тела, в каждом вдохе был этот проклятый Поттер. И чем дольше Драко дышал, тем сильнее его сжимало изнутри. Казалось, ещё немного — и он просто захлебнётся в этом удушающем чувстве. В какой-то момент рыдания превратились в беззвучные всхлипы, а потом и вовсе затихли, оставляя только пустоту. Тело ослабело, подрагивая от истощения, веки стали тяжёлыми. Драко не заметил, как сон накрыл его, унося в беспокойное забвение. Первым, что он почувствовал утром, было ноющее тело. Слишком долгие часы напряжения и истерики оставили свой след: мышцы болели, а голова словно наливалась свинцом. Несколько секунд он просто лежал, глядя в потолок, пока воспоминания о вчерашнем вечере не обрушились на него новой волной. Резко сев, Драко зажмурился, тяжело дыша. Запах Поттера никуда не делся. Напоминание о том, кем он теперь был. Напоминание о том, как всё изменилось. С усилием поднявшись, он медленно побрёл в душ, надеясь смыть хотя бы часть этой кошмарной ночи. Тёплая вода стекала по коже, но не приносила облегчения. Когда он провёл пальцами по шее, то ощутил неровности. Засосы. Несколько, разбросанных по телу. А затем пальцы коснулись метки. Холод пробежал по спине. Всё это не просто сон. Всё реально. Стоя под струями воды, он смотрел на себя и вдруг понял, что ужасно хочет выговориться друзьям. С трудом отправив патронус, который получился лишь с третьего раза, Драко переоделся и ждал однокурсников. Его потряхивало от предстоящего разговора и парень не мог успокоить бушующие эмоции. Он мерил шагами комнату, вжимая ногти в ладони, чтобы хоть как-то удержать себя в руках. Он знал, что должен сказать им всё, но с каждой минутой сомнения только крепли. Дверь скрипнула, и в гостиную вошли Блейз и Пэнси. Оба выглядели встревоженными, как и вчера. — Драко? — Пэнси тут же подошла ближе, нахмурившись. — Что вчера случилось? Блейз оглядел его с головы до ног, прищурился. — Ты выглядишь так, будто всю ночь дрался с грифами, — усмехнулся он, но тут же заметил, что шутка не удалась. Драко шумно выдохнул, сцепляя пальцы так, что костяшки побелели. — Это насчёт Поттера, — выдавил он. Голос сорвался, но он продолжил: — Я… я не знаю, как сказать… — Просто скажи, — мягко проговорил Блейз, присаживаясь в кресло. Пэнси нахмурилась ещё сильнее, скрестив руки на груди. — Он что-то сделал? — Да. Нет. То есть… — Драко сжал челюсти. Ему хотелось кричать, но сил уже не осталось. Он поднял на них взгляд, полный боли. — Кажется, что ничего не выйдет. Тишина накрыла комнату. Пэнси застыла, глядя на него, словно не веря услышанному. Блейз молчал, но его выражение стало напряжённым. — Что? — тихо спросила девушка. Драко сглотнул. — Вчера… я признался ему, но он ничего не сказал. Он просто молчал. А потом… потом я ушёл. — Но ты теперь его омега? — повторил Блейз, медленно переваривая сказанное. Драко резко отвернулся, подойдя к камину и стиснув руками мраморную полку. — Да, — процедил он. — Физически. Полностью. С этим грёбаным запахом, с меткой, с этими проклятыми следами на теле! — Он отказался от тебя? — Пэнси сжала губы. — Он… он просто молчал, — повторил Драко. — Не прогнал, не оскорбил, но и не ответил. — Ублюдок, — прошипел Блейз, гневно сверкнув глазами. — Не думаю, что всё так просто, — задумчиво произнесла Пэнси, потирая подбородок. — Если он тебя не отверг… значит, он сам не знает, что делать. — Это не меняет сути, — отрезал Драко. — Мне было больно. Мне всё ещё больно. — Что ты собираешься делать? — спросила Пэнси. Малфой лишь горько усмехнулся. — Пока - ничего. — А стоило бы найти и поговорить. Он ведь поможет в воскресенье, если твой отец не передумает? — Он не передумает. Ещё вчера прислал письмо, что в 11 я должен быть как штык в Азкабане. — Блондин коротко пересказал письмо друзьям, а после выслушал тираду из возмущений. — Течная омега?! Вот он урод! Нет, тебе определённо точно нужно притащить туда Поттера, хочет он того или нет! — Практически кричала омега. Пэнси до глубины души оскорбляли слова Люциуса, но в этот раз он превзошёл самого себя. — Нет. Он видел письмо и, если он не пиздабол, то придёт. — Резко выдал Забини. — Не захотел он тебе отвечать - ничего. Это не смертельно, а метка не на всегда. Если у него нет того мужества, которое в нём так восхваляют, то это лишь опустит его в глазах других. — Он возмущенно хмыкнул. — Блять, бросить помеченного омегу, я хуею с героев нашего времени.. — Блейз, не надо, прошу.. — Нет, Драко, тебе ведь кто-то должен сказать. Одно дело фанатеть, когда ты человека не знаешь и опираешься лишь на слухи и слова других, а другое - увидеть всё своими глазами. Вот ты и увидел всю смелость и благородство нашего знаменитого Гарри Поттера. — Альфа не хотел останавливаться. Ему было обидно, в первую очередь, за Драко. Сам Забини души не чаял в своих друзьях-омегах и такое отношения он не мог перетерпеть и забыть. Лишь Пэнси молчала. Она совсем погрузилась в свои мысли, раздумывая над словами парней. — Блейз, я не хочу даже думать об этом. Я просто буду надеяться, что он придёт к отцу и мы закончим так, как и планировали. — Ты не планировал заканчивать, Драко. Никто не планировал. Я надеялась, что ваша многолетняя связь которая тянется столько времени, сможет растопить лёд между вами и вы будете вместе. — Глаза у девушки намокли от слёз. Она смотрела на Драко с такой жалостью и виной, что он тут же кинулся обнять её. — Это я виновата. Хотела, как лучше, хотела, чтобы ты был счастлив.. Прости меня! — Она всхлипнула так, что душа разрывалась на части. Малфой поглаживал её по волосам и спине, прижимая к себе и тихо шепча слова любви. — Пэнси, ты чего? Ты не виновата. Ты молодец. Ты сделала очень много и я очень рад, что так всё и случилось. Я теперь в любом случае под защитой. Временной, но всё же. — Всё равно.. — Она вновь начала плакать, и теперь уже Забини подошёл к друзьям. Они ещё долго успокаивали Паркинсон, стараясь настроить её на нужный лад.

***

Когда Пэнс успокилась, Драко желал остаться один. Но Блейз и Паркинсон не дали другу закрыться в своей комнате, как он того хотел. Как только они все успокоились, а Малфой дополнил свой рассказ остаточными фактами, Пэнси решительно заявила, что сидеть здесь и страдать он не будет. Забини поддержал её, добавив, что в любом случае им всем нужно позавтракать. Блондин выглядел так, будто не ел целую вечность. Спорить было бесполезно, и Драко, тяжело вздохнув, нехотя поднялся с кресла. Когда они вышли в коридор, Драко тут же ощутил на себе десятки взглядов. Его запах теперь был слишком явным: омежий аромат с явственными нотами альфы. Это было слишком непривычно для всех, кто проходил мимо. Ученики оборачивались, одни с удивлением, другие с плохо скрываемым любопытством. Кто-то перешёптывался, а некоторые — особенно другие альфы — начинали дышать чаще, чувствуя незнакомую угрозу в смеси запахов. — Отлично, теперь все знают, — тихо проворчал Драко, вцепившись в рукав своей мантии. Он и без того чувствовал себя уязвимым, а эти взгляды только усиливали дискомфорт. — Пусть знают, — отмахнулась его подруга, смерив парочку любопытствующих слизеринцев холодным взглядом. — Никто не посмеет ничего сказать. — В любом случае, это ненадолго, — добавил Блейз, слегка касаясь локтя Драко, будто успокаивая. — Через пару дней запах ослабнет, если ты не будешь рядом с Поттером. — Если это была попытка успокоить, то хреново получилось. — Блондин погрустнел ещё больше, а девушка пригрозила альфе кулаком. Им пришлось пройти через несколько коридоров, поднимаясь в Большой зал. Драко чувствовал, как его сердце бешено колотится в груди, но старался держать лицо, словно ему было всё равно. Однако, стоило им войти внутрь, как взгляд сам по себе метнулся к гриффиндорскому столу. Поттера там не было. Драко остановился, не осознавая этого. — Что? — Блейз, который шёл чуть впереди, оглянулся. Драко прикусил внутреннюю сторону щеки, глядя на пустое место среди гриффиндорцев. Его пальцы сжались в кулаки. — Его нет, — прошептал он, и сам удивился, как напряжённо прозвучал его голос. — Пэнси, проследив за его взглядом, тяжело вздохнула. — Может, спит, — предположила она, усаживаясь за стол. — Или избегает, — пробормотал Блейз. Драко попытался заставить себя есть, но кусок в горло не лез. Его разум не отпускала мысль: где Поттер? Почему его нет? Почему он не пришёл? Заметив, как Драко с трудом ковыряет еду на тарелке, Пэнси приподняла бровь, а затем, недолго думая, встала. — Ладно, я всё выясню, — сказала она, и, не дожидаясь вопросов, направилась к столу Гриффиндора, прямо к Гермионе Грейнджер. Пэнси уверенно подошла к столу, невзирая на удивлённые взгляды студентов. Грейнджер заметила её почти сразу и, кажется, на секунду растерялась, прежде чем вопросительно приподнять бровь. — Паркинсон, — осторожно произнесла она. — Ты снова ко мне? — Рон, сидевший рядом, замер с недоеденной булочкой в руке, глядя на слизеринку с явным подозрением. — Не переживай, Грейнджер, — Пэнси закатила глаза, скрестив руки на груди. — Я не собираюсь раскапывать топор войны и портить тебе завтрак. Мне нужна информация. — Гермиона нахмурилась, но, кажется, заинтересовалась. — Какая? Пэнси опёрлась ладонями на стол и, склонив голову, понизила голос: — Где Поттер? — Гермиона удивлённо моргнула. Рон подавился куском булочки. — В смысле? — переспросила Грейнджер. — Ты думаешь, я слежу за каждым его шагом? Мне казалось, что он с Драко. — Ты его лучшая подруга, — пожала плечами Пэнси. — Обычно вы все трое вместе, а его сегодня за завтраком нет. Гермиона и Рон переглянулись, их выражения изменились — теперь они выглядели скорее встревоженными, чем раздражёнными. — Мы его не видели, — наконец сказал Рон, нахмурившись. — С того самого вечера, как он ушёл с Малфоем в Выручай-комнату. — Пэнси напряглась, чувствуя, как тревога нарастает. — То есть он не возвращался в вашу гостиную? — Нет, — шатенка поджала губы. — Он мог заночевать где-то ещё… но это на него не похоже. Панси задумалась, но Рон неожиданно хлопнул ладонью по столу. — Кикимер! — выпалил он. — Что? — быстро спросила Пэнси. — Кикимер, его домовой эльф, — пояснил Рон, начиная выглядеть более собранным. — Если кто и знает, где Гарри, так это он. Как только имя эльфа сорвалось с губ Рона, в воздухе раздался громкий хлопок, и рядом с ними возник эльф. Его морщинистое лицо хранило привычное угрюмое выражение, а большие глаза недовольно блеснули, когда он поклонился. — Великий и благородный хозяин Гарри Поттер звал Кикимера? — прошипел он, но тут же заметил, что перед ним не сам Гарри, а его друзья и… слизеринка. Уши эльфа слегка дёрнулись, но он всё же остался стоять, ожидая вопроса. — Мы хотим знать, где Гарри, — быстро сказала Гермиона, заметив, что слишком много людей уже заинтересованно косятся в их сторону. — Давайте отойдём, — добавила Пэнси, кивая в сторону выхода из Большого зала. Компания поспешила покинуть помещение, по дороге, Паркинсон кивнула Малфою, чтобы он также вышел, а углубившись в один из коридоров она занервничала. Драко чуть задержался, но когда Пэнси бросила на него предупреждающий взгляд, увидев около выхода, нехотя последовал за ними. Когда они остановились, Гермиона снова повернулась к эльфу. — Кикимер, ты видел Гарри после того, как он ушёл из Выручай-комнаты? — Эльф картинно вздохнул, словно не понимая, почему его снова втянули в дела хозяина. — Ах, тяжкие заботы на сердце бедного Кикимера. После ссоры благородного хозяина Поттера с юным мистером Малфоем, хозяин покинул укромное место и шагал в тени коридоров, погружённый в раздумья. — Драко невольно сжал кулаки. — И куда он пошёл? — Хозяин Поттер, о великий и справедливый, беседовал с директрисой Макгонагалл, и голос его был печален, а глаза тревожны. — Кикимер поджал губы, вспоминая. — Но что было сказано, Кикимер не слышал, ибо не было позволено малому эльфу вмешиваться в столь важные дела. — А после? — встревоженно спросил Рон. — После хозяин Поттер Кикимера не звал, — трагично вздохнул эльф. Гермиона нахмурилась. — Значит, он либо сам хотел уединиться, либо… либо что-то случилось. Драко вдруг почувствовал, как в груди поднимается холодная тревога. Гарри мог просто избегать его. Мог… но почему тогда он не появился даже перед своими друзьями? Почему не вернулся в свою гостиную? — Думаю, нам нужно поговорить с Макгонагалл. — Пэнси скрестила руки на груди. — Ага, а давайте весь Хогвартс опросим? — Драко выплюнул это с такой злостью, что сам удивился. Но ничего не мог с собой поделать. Ему не хотелось показывать слабость при друзьях альфы, а тем более при гриффиндорцах. — Какая ещё ссора? Что вообще случилось? — Гермиона недовольно сдвинула брови. Драко напрягся, его губы сжались в тонкую линию. — Не твоё дело, Грейнджер, — отрезал он и отвёл взгляд. — Гарри мой друг. Если с ним что-то произошло, я имею право знать, — твёрдо сказала она, глядя на него в упор. Но Драко не собирался что-то объяснять. Не сейчас. Не им. Рядом Пэнси сохраняла ледяное молчание. Она могла бы всё рассказать — но не собиралась предавать друга, даже если вся эта ситуация её саму раздражала. — Разбирайтесь без меня, — бросил Драко и резко развернулся, уходя в сторону подземелий. Он шёл быстро, почти на автомате, не разбирая дороги. В голове гудело. Всё было слишком — слишком шумно, слишком ярко, слишком больно. Когда он закрыл за собой дверь комнаты, его словно прорвало. Разочарование разрасталось внутри, словно сорняк, цепляясь за каждую частичку его сознания, душа скручивалась в тугой узел. В первую очередь — в себе. Он снова сбежал. Опять сделал шаг назад, вместо того чтобы смотреть страху в глаза. Он всегда избегал столкновения с чувствами, а теперь этот порочный круг затягивал его ещё сильнее. Боль сдавила грудь стальным обручем. Она не просто пульсировала внутри — она разливалась по телу, захватывала его целиком, впивалась в каждую клетку, превращая дыхание в рваные, отчаянные попытки вдохнуть. Казалось, сердце стучит слишком громко, болезненно отбивая глухой ритм, но при этом оно было пустым, разбитым. Истерика накатывала волнами. Он пытался подавить её, загнать глубже, но она била в виски, сотрясала сознание, требовала выхода. Слова Гарри, точнее, их отсутствие, его молчание, его взгляд — всё вспыхивало перед глазами вновь и вновь, выжигая душу изнутри. Почему Поттер ничего не сказал? Почему просто промолчал, не дал ни надежды, ни разочарования? Это невыносимое «ничего» разрывалось эхом внутри, делая боль ещё хуже. А потом пришёл страх. Всепоглощающий, липкий, парализующий. Страх перед отцом, который всегда контролировал каждый шаг. Который никогда бы не принял его слабость, его настоящее, его чувства. Что будет, если он узнает? Если поймёт, что сын не просто предал его — он никогда не собрался быть таким, каким его хотели видеть? Страх перед будущим. Перед тем, что он больше не контролирует свою жизнь. Что всё идёт не так, что всё рушится, а он просто тонет, не в силах выбраться. Всё поплыло перед глазами. Голова закружилась, ноги стали ватными, и Драко почувствовал, как мир растворяется в темноте. Он не успел ни за что схватиться, когда рухнул на холодный пол, отдаваясь в объятия пустоты. И в этот момент дверь снова распахнулась. — Драко! — Пэнси первой подбежала к нему, а следом за ней — Блейз. — Чёрт, он без сознания, — пробормотал Забини, опускаясь на колени рядом. Девушка провела рукой по его лбу и стиснула зубы. — Надо срочно привести его в себя. Теперь он ничего не чувствовал. И был этому рад. В голове возник образ Поттера. Его сильные руки, которыми он обнимал Драко весь вчерашний день. Его тёплые и нежные губы, которыми он целовал и ласкал Малфоя. Его твёрдый член, которым Герой возносил Драко до небес, заставив почувствовать каждой клеточкой тела, что значит удовольствие. Его острые зубы, которыми Гарри Поттер пометил блондина, привязав к себе. Драко вновь почувствовал запах молока с мёдом и корицей. Запах, из-за которого омега стал забывать, как пах до этого. Всё это кружилось в голове, пока его крепко обнимали. Драко хотел открыть глаза и увидеть там зелёные глаза напротив. Шрам, который, на загорелом лице, был почти невидим. Глупые очки. Непослушные волосы. Всё это Малфой мечтал увидеть перед собой, но когда он всё же смог сфокусировать зрение, то увидел лишь обеспокоенное лицо Пэнси и бегающую к его койке Мадам Помфри. — О, Мерлин всемогущий, наконец-то пришёл в себя, — Пэнси с облегчением выдохнула, но её лицо оставалось напряжённым. — Драко, ты нас до смерти напугал! Драко моргнул, тяжело дыша, ощущая странную слабость в теле. Голова гудела, словно он проспал несколько суток. Он попытался приподняться, но едва пошевелился, как над ним возникла мадам Помфри, её строгий взгляд не терпел возражений. — Лежать, мистер Малфой! — отчеканила она, устраивая на его лбу холодный компресс. — Вы потеряли сознание от сильнейшего нервного истощения, и я не позволю вам усугубить своё состояние. — Что, настолько всё плохо? — Драко нахмурился, его губы дрогнули в усмешке. — Намного хуже, чем вы думаете, юноша, — фыркнула медсестра, поправляя одеяло. — В вашем организме и без того сейчас идёт перестройка после поставленной метки, а значит, он достаточно слаб, чтобы справлять ещё с чем-то. Любой стресс будет ощущаться в десятки раз сильнее, чем обычно. И что же вы делаете? Поддаётесь истерике и падаете в обморок! Драко хотел что-то возразить, но Пэнси перебила его, скрестив руки на груди. — Она права. Ты выглядел ужасно ещё с самого утра, но, конечно, ты бы скорее умер, чем признал это. — Ну спасибо за поддержку, Паркинсон, — выдохнул Драко, прикрыв глаза. — Тебе сейчас важнее не сарказм, а покой, — отрезала мадам Помфри. — И я запрещаю тебе вставать с кровати хотя бы на день. — Что? — Драко дёрнулся, но тут же ощутил слабость в конечностях. — Но в воскресенье я должен ехать к отцу! — Что слышали, — строго сказала целительница. — Если не хотите провести здесь неделю, то хотя бы день пробудете в постели. Вам необходимо восстановить силы. Если вы приведете альфу, — она посмотрела на брюнетку, — то процесс восстановления пройдет легче. Драко зло выдохнул, но, чувствуя, что протестовать бесполезно, откинулся на подушки. — Пэнси, хоть ты скажи ей что-нибудь, — буркнул он, бросив на подругу умоляющий взгляд. — Где мой альфа, а? — Саркастически добавил блондин. — Даже не подумаю, — без тени сочувствия ответила она. — Ещё раз доведёшь себя до такого состояния, я лично тебя придушу. А я пойду его искать. Никто так и не знает ничего. — Наконец-то хоть кто-то говорит разумные вещи. — Мадам Помфри довольно кивнула. Драко закатил глаза, понимая, что проиграл. Но спорить не было сил, теперь его голову вновь заполнили вопросы о том, где мог сейчас находиться Поттер.